# Американские причуды

Аноним Американская_литература

Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 2.

## Американские причуды


Знаете ли вы, что такое "прыганье индейских петухов"? На этот вопрос в современном Нью-Йорке нельзя отвечать отрицательно, если только вы не желаете показать, что не знакомы с хорошим обществом. Каждый благовоспитанный житель Нью-Йорка должен быть в курсе "прыганья индейских петухов", ибо в настоящее время это самый модный танец. Собственно говоря, назвать эту новую выдумку оригинальничающих янки танцем, в европейском смысле этого слова, -- довольно трудно, но в Нью-Йорке она сходит за танец. Автором такой новой причуды американского общества является один из Вандербильдов и потому, разумеется, никто из желающих стоять на одной с ними ноге не подумает устроить у себя прием гостей без того, чтобы на нем не фигурировало "прыганье индейских петухов".

Да что же это наконец, за штука? Оказывается, что это обязательный последний танец каждого званного обеда. В прежнее время -- как в старом, так и новом свете -- люди сначала обедали, а потом уж танцевали. Вандербильд же пустил в ход обычай за большими обедами танцевать что-нибудь после каждого блюда, и вот "прыганье индейских петухов" следует за десертом уже в самом конце обеда. Может, Вандербильд руководствовался здесь тем соображением, что после всякого кушанья хорошо подвигаться и встряхнуться, как следует, чтобы с тем большим аппетитом продолжать затем есть дальше. Во всяком случае, теперь в Нью-Йоркском обществе за обедами после закуски исполняется какой-нибудь легкий танец, после супа -- более солидный, после рыбного блюда -- контреданс или лансье, за которым можно было бы побеседовать, -- и так к каждому блюду подобран более или менее подходящий к нему танец.

В завершение же всего, после десерта наступает очередь "прыганья индейских петухов". Оно начинается движениями, напоминающими па вальса, а потом танцующие пары проходят по всей зале, делая какие-то весьма своеобразные, короткие, отрывистые шаги. Последнее, собственно, и есть "прыганье индейских петухов". Описать этот танец на словах очень затруднительно: чтобы его постичь, надо видеть, как он исполняется в американском обществе. По отзывам же, дошедшим до нас с той стороны океана, новый танец, действительно, напоминает собою прыжки индейских петухов, когда они наедятся, как следует, и потом благодушествуют на свободе.

Такой способ заканчивать обед, конечно, совершенно противоречит тому, что делали в свое время за обедами Лукулла его" сотрапезники, предпочитавшие после еды полежать, растянувшись хорошенько на мягких подушках.

Вандербильд и его подражатели в восторге от своей новой выдумки. Надо, впрочем, сказать, что, к их радости, примешивается одно только досадное обстоятельство. Уроженцы Австралии утверждают, что некоторые австралийские племена и в особенности жители Маркизских островов исполняют почти совсем такие же танцы во время своих праздничных пиршеств, за которыми пожирается человеческое мясо.

Можно опасаться, что "прыганье индейских петухов" будет перенесено, пожалуй, и к нам, на европейскую почву, как это уже случалось ранее с некоторыми причудами американского происхождения. Например, в июне этого года в Лондоне Альфред Вандербильд дал большой обед, где он постарался применить к европейскому образцу обычаи американского общества. В зале, где происходил обед, была выставлена панорама одного из уголков Гайд-Парка, причем ряд предметов и даже зданий был сделан из песка и воска. На полотне изображались дерн и деревья, в точности скопированные с оригинала; на дорожках видны были солдаты, няньки с детьми и прочая гуляющая публика; газетные же киоски, статуя Ахиллеса и несколько экипажей, стоящих среди парка, сделаны были из серебра. Но Вандербильд- -- американец, и на его обед приходится смотреть все-таки, как на американскую затею, мало имеющую общего с европейскими вкусами.

Преимущественно ясе такие причудливые выходки только и возможны, что на американской почве и плохо прививаются в Европе. Здесь можно разве вспомнить об одном обеде, который давала как-то большая группа врачей английскому хирургу, доктору Диверу. Это был обед людей, подвергшихся известной операции слепой кишки. Общество состояло из ста врачей, у которых у всех был вырезан червеобразный отросток этой кишки. Прислуга также была подобрана из числа лиц, перенесших такую же операцию. Среди анатомических препаратов и моделей, служивших убранством стола, красовалась серебряная статуя самого доктора Дивера: в руке он держал хирургический нож, и острие последнего было направлено как раз в то место живота с правой его стороны, откуда всегда начинают делать операцию удаления отростка. Не сохранилось только сведений, что, собственно, явилось ближайшим поводом к устройству такого обеда: то ли, что сам Дивер дал вырезать себе отросток слепой кишки или, может быть, просто коллеги хотели собрать пред глазами большее число людей, благополучно живущих на свете без этого отростка.

Впрочем, что касается американцев, то им, чтобы выдумать какую-нибудь экстравагантную затею, особенно серьезных поводов и не требуется. В Нью-Йорке в мире автомобилистов пользовался большою известностью и симпатиями некто Билли Херльберт, владелец одной фабрики автомобилей. Однажды он сделался жертвою несчастного случая: при каком-то неудачном столкновении он вылетел из своего автомобиля и ударился головой о большой камень. Когда выяснилось, что жизни его не угрожает опасность, то его приятели затеяли в его честь совсем своеобразный обед, который и был дан по окончательном выздоровлении пострадавшего.

Что на обеденном столе фигурировал камень, о который Билли разбил себе голову, -- это, конечно, не может вызывать особенного удивления. Менее понятно почему, но все гости прежде еще, чем начался обед, были посвящены в члены какого-то "ордена кардиналов". С членами этого ордена разыгралось затем совсем удивительное приключение. Гостей, вместо столовой, провели в какое-то помещение, где их поджидала группа здоровенных шоферов. Последние схватили гостей, нахлобучили на голову каждому из них красный мешок, связали их и рассадили по автомобилям. Весь поезд направился прямо в турецкую баню, где гостей, связанных и с закрытыми мешком глазами, окунули прежде всего в полном одеянии в холодную воду. Потом над ними произвели по очереди все манипуляции, какие обыкновенно полагаются в турецкой бане, поставили "каждому на спину клеймо с надписью: "уплочено", переодели их и после всего этого, наконец состоялся обед, который, кстати сказать, не оставлял желать ничего лучшего. Прислуга была отлично вышколенная, но в очень несложном наряде: купальных костюмах с цилиндрами на головах.

-- Можно думать, -- заключает газета "Neues Wiener Tageblatt", от 19 дек. 1911 г., откуда мы приводим настоящую заметку, что если бы г. Билли Херльберту суждено было погибнуть при бывшем с ним несчастном происшествии, то его друзья, наверное, устроили бы ему такие похороны, где "ордену кардиналов" тоже было бы отведено заметное участие.


---------------------------------------------------------------------------------------------


Источник текста: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 2.