# Нед Келли последний из разбойников... Австралии

Аноним Английская_литература

Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 7.

## Нед Келли последний из разбойников... Австралии


Как известно, эпидемия "экспроприаций" царившая еще недавно у нас в России, захватила отчасти и страны Западной Европы. В европейских городах и, в особенности в Париже, в последние годы в угрожающей степени участились случаи необыкновенно дерзких вооруженных нападений среди белого дня на служащих и артельщиков банков с целью их ограбления. Это явление дало повод известному французскому литератору и публицисту, Визева, в статье помещенной в "Temps",, познакомить читателей газеты с подвигами знаменитого австралийского разбойника, Неда Келли, по сведениям, заимствованным из английского источника.

Как мы узнаем из этой статьи, утром 10 декабря 1878 года четверо молодых всадников, вооруженные целым арсеналом ружей и револьверов, остановились перед дверями одной фермы, расположенной приблизительно в трех километрах от небольшого австралийского городка, Эроа. В это время на ферме оставались только родители самого хозяина -- старик со старухою. Фермер со всеми остальными членами семьи был на полевых работах. Вновь прибывшие заявили престарелой чете, что она арестована, и бедняки были так напуганы, что без всякого сопротивления дали запереть себя в большой каретный сарай, находившийся позади дома. Потом до самого полдня по мере того, как собирались к обеду отсутствовавшие члены семьи, четверо непрошенных гостей накидывалась на каждого в отдельности и запирали его в сарай, под охрану самого сильного и старшего из своих товарищей. Вскоре в импровизированной тюрьме оказалась целая дюжина заключенных, лиц обоего пола. Но так как и сами тюремщики, и их узники стали, мало-помалу, ощущать голод, то и было решено, что жена фермера и служанка, под хорошей охраной, отправятся в дом и займутся там приготовлением обильного обеда для всей компании.

Среди дня на ферму явилось двое или трое случайных посетителей. Каждого из них тотчас же хватали и отводили, под направленным на него дулом револьвера, в сарай. Тут случилась довольно забавная история. На ферму приехал, между прочим, странствующий торговец с целым обозом дешевых предметов гардероба и туалетных принадлежностей. Простодушный человек никак не мог понять, к чему понадобилось двум дюжим молодцам задерживать его, и хотел непременно уехать; одному из разбойников, который, по-видимому, и был предводитель маленькой банды, пришлось даже отправиться за фермером и отдать ему приказание уговорить торговца не противиться аресту. Вечером, перед ужином, разбойники так усердно надушились найденным у торговца одеколоном, что у остальных за столом это отбило последний аппетит.

На другой день с раннего утра новые хозяева фермы занялись приготовлениями к крупной операции, для которой они, собственно, и явились. Прежде всего они срезали все телеграфные проволоки, которые соединяли Эроа с другими ближайшими центрами; когда же на ферму пришел из города телеграфный служащий, чтобы узнать, что означает порча проводов, он принужден был отправиться в сарай и присоединиться к группе остальных заключенных. Точно таким же образом было поступлено и с двумя прохожими мимо фермы жителями Эроа; теперь, если те даже и заметили при своем проходе, что на ферме творится нечто неладное, то можно было быть уверенным, что они не будут болтать. Между тем около двух часов дня трое из неизвестных молодых людей покинули ферму, оставив двадцать человек заключенных на попечение своего четвертого товарища, которому, очевидно, суждено было ограничиться ролью тюремного стражника. Вместо того, чтобы сесть на своих собственных лошадей, уезжавшие предпочли занять место в тележке торговца и забрали с собой его приказчика в качестве кучера. Перед своим отъездом они заставили фермера выдать им чек на местный банк, бывший, разумеется, конечною целью всех их стремлений.

Около четырех часов дня, когда банк кончает обыкновенно свои операции, молодой предводитель шайки позвонил у его подъезда и попросил уплатить ему по чеку, который он держал в руках. Он так настаивал на необходимости для него тотчас лее получить деньги, что открывший ему двери служащий впустил его; незнакомец едва успел захлопнуть за собою дверь, как уж его нагнал другой товарищ, которому удалось проскользнуть через соседний вход. Они с двух сторон направили на служащего дула своих револьверов, и тот, не пикнув, дал связать себя по рукам и ногам. Тогда молодые люди двинулись прямо к директору; он находился в это время в своем кабинете и сидел перед столом, на котором лежал заряженный револьвер. Но вид неожиданных посетителей, к счастью для него, отбил у г. Скотта всякую охоту браться за оружие. И он, в свою очередь, не говоря ни слова, позволил связать себя; потом оба разбойника принялись обшаривать ящики его письменного стола, где и нашли около 50,000 франков золотом и кредитными билетами.

Теперь оставалось только позаботиться о благополучном окончании всего предприятия. В первом этаже того же самого дома сидела в своей квартире молодая жена банкира п писала письма. Вдруг перед нею появился предводитель банды и самым галантным образом пригласил ее проехаться с ним до ближайшей фермы. Сначала госпожа Скотт подумала, что он шутит; по виду она приняла его за элегантного джентльмена, который, ради забавы, вздумал мистифицировать ее. Но потом она увидела, что его предложение вполне серьезно, и пришла в восторг от этой необычайной истории; она с удовольствием отдала приказание заложить своих лошадей, уселась в коляску вместе со своими детьми и прислугой и поехала на указанную ей ферму в сопровождении очаровательного Фра-Дьяволо; между тем в это время другие его два приятеля увозили в тележке торговца самого банкира п его служащего.

Выехав отдельно, оба экипажа соединились за городом, на большой дороге. Все вновь захваченные пленники были предупреждены, что при малейшей попытке с их стороны привлечь к себе внимание кого-либо из прохожих они немедленно поплатятся за это собственной головой. Прогулка в экипажах удалась на славу, все были друг с другом крайне любезны и внимательны. По дороге молодой предводитель банды рассказал госпоже Скотт историю своей жизни, и рассказ его был недалек от истины. Звали его Нед Келли, он был ирландцем по происхождению. Заняться настоящим ремеслом его принудили постоянные притеснения, которые ему приходилось терпеть со стороны одного важного полицейского чиновника, разгневанного тем, что сестра молодого человека не согласилась стать его любовницей. До этих пор как он сам, так и его брат и два приятеля были только конокрадами; но однажды все тот же полицейский накрыл их и погнался за ними, и вот Нед Келли, защищаясь от него, убил своего преследователя и одного из его подчиненных. Этим поступком Нед и его товарищи были как бы выброшены из жизненной колеи, и для приобретения средств к существованию и содержания семей им не оставалось ничего другого, как вести жизнь разбойников, полную риска и приключений.

Когда экипажи остановились у фермы, вновь приезжие должны были, разумеется, присоединиться к обществу в сарае, где Нед Келли предложил дамам и детям легкий завтрак. Потом перед тем, как четверо разбойников снова уселись на своих лошадей, чтобы убраться по добру, по здорову, Нед Келли обратился еще, как начальник, с последним словом к своим узникам. "Если кто-нибудь из вас осмелится, -- сказал он: -- выйти отсюда ранее, чем через три часа, то, клянусь честью, я расправлюсь с ним по своему в самом недалеком будущем".

Было, приблизительно, часов восемь, когда уехали разбойники, увозя с собою 50,000 франков и большую часть товаров разносчика. А в двенадцать часов ночи, при возвращении в город банкира и его жены, там никто н не подозревал даже об их необычайном приключении.

Но эта история еще менее удивительна в сравнении с тем, что удалось проделать Неду Келли несколькими неделями позже в другом маленьком городке, Джерильдри, в 150 километрах от Эроа. В этом городке, менее населенном, чем Эроа, все же было, как никак, четыре гостиницы, полицейское управление и банк. Нечего и говорить, что последнее учреждение, как и в Эроа, обладало для четырех молодых людей исключительной притягательной силой.

Около двенадцати часов ночи, 9 февраля 1879 года, т. е. в такое время, когда, как им было известно, в помещении полиции оставались только два "констебля", трое из разбойников позвонили у дверей здания. Едва заспанные "констебли" открыли двери, как вошедшие бросились на них, заткнули им рты и заключили их в прилегающее к полиции здание тюрьмы. Что же касается их жен, то и те попали на положение узниц вместе с своими мужьями.

На другой день было воскресенье, и одна из арестованных дам обыкновенно ходила в этот день в церковь. Нед Келли, после ряда ужаснейших угроз, которые он, несомненно, привел бы в исполнение, если бы его спутнице вздумалось чем-либо выдать свое волнение, сам проводил ее в церковь. Но самое замечательное было еще впереди: в это же воскресенье среди дня Нед Келли с братом, переодетые в "констеблей", разгуливали по всему городу в сопровождении двух настоящих полицейских, которым было приказано выдавать их за своих сотоварищей по службе, прибывших из Мельбурна в помощь местным властям!

11 февраля, в понедельник, ловкие разбойники отправились в самую большую из местных гостиниц, Королевскую, и объявили ее владельцу, что на весь сегодняшний день они намерены обратить его учреждение в место заключения; это было то же, что сарай на ферме. В скором времени банкир Джерильдри, его жена и один из служащих банка были водворены в гостиницу, а затем к ним присоединился и другой служащий после того, как помог Неду Келли открыть кассу банка и забрать ее содержимое. Весь персонал телеграфного бюро также должен был на время перебраться в Королевскую гостиницу. Наконец, немного позднее двенадцати, все операции Келли были окончены, но прежде, чем разбойники уселись на своих лошадей и покинули Джерильдри, их атаман обратился к заключенным с прощальным словом; он вновь рассказал здесь ту же историю своей жизни, которой увеселял романически настроенную очаровательную госпожу Скотт в ее собственной коляске по пути па ферму. Добыча же, вывезенная из этой второй кампании, достигала, приблизительно, 3.000 фунтов стерлингов.

Г. Визева добавляет, что английский автор, повествующий нам об этих двух интересных подвигах Неда Келли и о других его славных деяниях, г. Аллэн, с удовольствием называет его "последним из разбойников". По мнению Впзева, такой тип, как оказывается, далеко еще не вымирает; пробегая изо дня в день отдел хроники происшествий в парижских газетах, легко заметить, что за последнее время явились блестящие подражатели молодого ирландского разбойника и его товарищей. И теперь новые Нед Келли орудуют среди толчеи парижских бульваров и улиц, пользуясь всеми последними усовершенствованиями в области техники, вроде автомобилей п чуть не аэростатов. Г. Визева высказывает пожелание, чтобы все эти последователи Келли поскорее встретили на своем пути таких же искусных и смелых "констеблей", которым удалось, к великой радости австралийских банкиров, поймать 26 июня 1880 года, т. е. через год и шесть месяцев после истории в Джерильдри, героев ограбления местного банка!


---------------------------------------------------------------------------------


Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 7.