Арсеньев Владимир Клавдиевич
Быт и характер народностей Дальневосточного края

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Совместно с Е. И. Титовым.

В. К. Арсеньев и Е. И. Титов

Быт и характер народностей Дальневосточного края

С 54 рисунками в тексте

Обложка Охлопков

"Книжное дело"

Хабаровск -- Владивосток

1928

Окрлит No1969 Тираж 3000

Тип. Акц. О-ва "Книжное Дело". Владивосток, Ленинская, 43.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

   Тема настоящей брошюры и размеры ее заставили авторов пренебречь целым рядом этнографических данных, которые интересны только сами по себе, но и имеют прямое отношение к затронутому вопросу. Так, в ней ничего не говорится ни о верованиях, ни о социальном строе, ни об языке, -- взят только материал из области хозяйственного освоения населением занятых им территорий в связи с привычками и традициями по местам выходов из своей первоначальной родины.
   В противовес неподвижности трудовых навыков природа страны производит давление на человека и заставляет его приспособляться к окружающей обстановке. Читатель увидит, как бытовые пережитки и хозяйственный консерватизм переплетаются с новым укладом жизни.
   Тема очень обширная, а материал слишком велик, поэтому многое пришлось сократить, опустить целый ряд любопытных иллюстраций и часто просто резюмировать факты, известные по литературе вопроса, а также накопленные авторами в результате личной полевой этнографической работы в пределах русского Дальнего Востока.
   В брошюре имеется 54 снимка. Они принадлежат на стр. 7, 12, 50, 77 и 78 В.К. Арсеньеву, на стр. 10, 21, 23, 24, 25, 31 Т.М. Борисову, на стр. 42 и 46 П.В. Доброхотову, на стр. 65, 69, 70 (вверху), 71 и 76 -- Бp. Караевым, на стр. 19 -- А.И. Кардакову, на стр. 68 и 73 -- Н.В. Кирилову, на стр. 60, 61 и 70 (внизу) -- И.Е. Ларину, на стр. 47, 48, 49, 51 и 89 -- И.А. Лопатину, на стр. 26, 28, 32 и 52 -- Е.И. Титову, на стр. 33, 35, 37, 41, 53, 64 работы художников А.Н. Клементьева и К.П. Трофимова, монтировал В.К. Арсеньев, на стр. 29, 44, 54, 55 и 57 -- Хабар. Краевому Музею, на стр. 9 и 16 -- В.Е. Глуздовскому и на стр. 20, 57 (нижняя), 58, 59, 61, 62, 67 и 79 -- неизвестным авторам.

Авторы.

  

ЭТНОГРАФИЧЕСКИЕ ГРУППЫ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА.

   С точки зрения хозяйственных форм, выявляемых той или иной народностью, все населения Восточной Сибири можно разделить на четыре основных группы:
   1. Русские (великороссы, украинцы, белоруссы и молдаване [Имеются в виду обрусевшие представители романской народности.]).
   2. Культурные народы Восточной Азии (китайцы, корейцы, японцы).
   3. Аборигены (тюрко-татары, тунгусо-маньчжуры и палеазиаты).
   4. Метисы (забайкальские, камчадалы, местные жители Гижигинского уезда и бассейна Анадыря).
   Эти четыре этнические группы, общей численностью 1.881.351 человек [Смотри Статист. Ведомости населения ДВК по национальностям за 1926 год.], расселены на пространстве в 2.647.500 кв. км. Следовательно, на 1 кв. км, в среднем, приходится 0,7 человека.
   Более плотное население мы видим на границе русского Дальнего Востока с Китаем (1,4 чел.) и наиболее редкое в Охотско-Камчатском и Чукотско-Анадырском крае (0,8 человека на 30 кв. км).
   Кроме перечисленных народностей, колонизовавших край, на ДВ имеются еще и другие, которые не занимают определенной территории, а как бы вкраплены отдельными семьями в основную массу великороссов, украинцев или туземцев. Чаще всего их можно встретить в Забайкалье, Амурской губ. и в Уссурийском крае. В приводимой ниже таблице они указаны в порядке убывающей численности [Статистический справочник, издание Дальне-Восточ. Обл. Статистического Управления, г. Хабаровск, 1925.].
  
   1. Поляки .... 10715 чел.
   2. Евреи .... 7829 "
   3. Татары .... 5978 "
   4. Латыши .... 3082 "
   5. Немцы .... 2220 "
   6. Эстонцы .... 2168 чел.
   7. Литовцы .... 1824 "
   8. Греки .... 571 "
   9. Цыгане .... 226 "
   10. Проч. неизв .... 18174 "
  
   Итого . . 52787 ч. [По переписи 1926 г. значится 86.419.]
   Несмотря на устойчивость национальных черт, по своему незначительному численному составу они не могут играть сколько-нибудь видной роли в общей массе населения ДВК.
  

Молдаване и финны.

   Под номером 10-ым почти 19.000 значатся какие-то "прочие неизвестные национальности". Между тем как в этой таблице мы, к удивлению своему, не замечаем молдаван и финнов. Первые вышли из Бессарабии в 1906 -- 1910 гг. и расселились, главным образом, в Ольгинском уезде, Приморской губернии. Там есть целые деревни, населенные молдаванами, и один даже (на реке Аввакумовке) носит название "Молдаванки". Вторые переселились в край в восьмидесятых годах и осели по берегам залива Петра Великого, променяв рыбный промысел на более выгодное в то время занятие -- охоту за пантами. В число этих "прочих неизвестных", вероятно, и вошли финны и молдаване.
   Было бы ошибочно думать, что все перечисленные выше большие и малые народности занимают резко обособленные территории, которые легко и удобно нанести на карту цветными красками. Если мы условно эти территории назовем планшетами и наложим их на места расселения, то увидим, что такие планшеты переслаиваются или частично заходят друг на друга, вследствие чего этнографическая карта получается мозаично-пестрая.
  

РУССКИЕ.

   В голове этнической группы, названной "русскими", стоят великороссы, численностью в 953.750 душ обоего пола. Появление их на территории Дальнего Востока разновременное.
  

Великороссы.

   Сначала движение великороссов было направлено на Якутск (1632 г. -- основание Якутского Острога), а оттуда уже, как по радиусам, они двигались к Ламскому (Охотскому) морю и далее на Камчатку, к Ледовитому океану и на юг в Амурскую область, которую после Нерчинском трактата "россияне" должны были оставить. Вторичная колонизация нынешней Амурской губернии началась с 1858 года после Айгунского договора с Китаем, а в следующем, 1859 году мы уже застаем русские поселения и в Уссурийском крае.
   Первые засельщики -- великороссы -- шли в Восточную Сибирь за свой страх и риск, но затем в начале 80-х годов прошлого столетия русское правительство вмешивается в это стихийное движение и начинает направлять колонистов на пароходах Добровольного флота морем через Владивосток. Еще раньше, с целью закрепления границы по левому берегу Амура и по правому -- Уссури, были посажены переселенные из Забайкалья казаки. Когда же вновь приобретенные земли соединились со своей метрополией железной дорогой, явилась возможность вести колонизацию более успешно сухопутьем. В особенности массовое переселение крестьян-землеробов произошло в период с 1906 по 1910 годы.
   Местами выходов великороссов были, по преимуществу, северные области Европейской России. Говоры русского старожильческого населения Сибири относятся, в основной своей массе, к северо-воликорусской диалектической группе, и только небольшая часть старинного русского населения Сибири говорит по южно-русски, например, сибирские старообрядцы (семейские) за Байкалом (с примесью особенностей юго-западно-русских, малорусских и польских).
   В настоящее время мы застаем великороссов, расселившихся более или менее плотной массой по южной приграничной полосе Забайкалья, по всему левому берегу Амура (особенно в низовьях pp. Бурей и Зеи), по обе стороны нижнего Амура от гор. Хабаровска до устья, затем по нижнему течению правых притоков Уссури, в Ханкайском и Сучанском районах и в бассейнах мелких рек (к востоку от хребта Сихотэ-Алиня), несущих свои воды непосредственно в море. Чем дальше от Амура на север, тем, несмотря на большую давность владычества великороссов, их там становится все меньше и меньше.
   В северной части Забайкалья, в Амурской губернии, в частях, прилегающих к Якутской Автономной республике, и в особенности в обширном Охотско-Камчатском и Анадырском крае, вследствие своей малочисленности и подавляющего количества туземцев, они смешались с последними и утратили свои самобытные черты. Потомки их превратились в метисов, о которых речь будет ниже.
   В Камчатской губернии, обнимающей все земли как Охотского, так и Чукотско-Анадырского края, русские живут одиночными семьями кое-где по берегам морей и по pp. Охоте, Гижиге, Большой, Камчатке и Анадырю. В этих местах главными центрами местообитания великороссов будут административные пункты: Охотск, Гижига, Большерецк и Петропавловск, Усть-Камчатск и селение Мариинское при устье реки Анадыря.
   То великороссы, которые осели в земледельческих районах, продолжали свои родные занятия, но те, которые попали в северные районы, где земледелие было совершенно невозможно или где на него затрачивалось столько труда, что оно не окупалось полученными результатами, утратили свои земледельческие традиции и занялись, как туземцы, охотой и рыболовством.
   Отказавшись от телеги, за отсутствием путей сообщения, великоросс отказался от лошади и перешел на собачье хозяйство. Достойно удивлении, что, попав в страну, где было в полном расцвете оленеводство, великороссы (оленеводы их буквально окружали) так никогда и не занялись этим делом. И все же, несмотря на варварское к себе отношение, суровый климат, глубокоснежные зимы, лошадь медленно, но верно вытесняет собаку. Но есть предел, через который лошадь никогда не перешагнет и за которым вечно будут царить олень или собака.
   За полярным кругом великоросс усвоил уклад жизни и привычки гиперборейца.
   Если мы взглянем на территорию Дальнего Востока несколько со стороны, так, чтобы всю ее иметь перед глазами, то увидим, что в южных частях Восточной Сибири великороссы занимаются земледелием, а на севере, смешавшись с туземцами, они забыли все свои ремесла: плотничье, столярное, кузнечное, слесарное, бондарное и т. д.
   Что касается скотоводства, то у великороссов Забайкалья, в бытность их на родине, она находилась на более высокой ступени. Придя же на вольные пастбища Восточной Сибири, они спустились до уровня бурят, и потому скотоводство их сделалось таким же примитивным, как и у соседей-туземцев. Но вместе с тем великороссы тут же рядом создали совершенно новую форму хозяйства -- мараловодство -- дающую им значительные барыши.
   По характеру своему великоросс -- человек достаточно подвижный и в то же время оседлый, энергичный и порывистый: у него периоды равнодушия и апатии часто сменяются весьма напряженной деятельностью; переход от мысли к делу чрезвычайно быстр.
   На Дальнее Востоке нельзя брать великоросса изолированно: его нужно рассматривать, сравнивая с желтыми соседями, в особенности с китайцами. Там, где нужно произвести спешную работу в короткий срок, великоросс является незаменимым работником, но при условии, чтобы эта работа не имела затяжного характера и не была однообразна и монотонна; но где работа длительная и методично-однообразная, там приходится отдавать предпочтение китайцу. Когда тот и другой работают рядом, великоросс сначала быстро обгоняет китайца, затем начинает отставать. Первый ищет большого заработка, второй не ставит на первом месте расценки труда, -- для него важно только, чтобы источник заработков был возможно продолжительным или даже неиссякаемым.
   Такие свойства характера великороссов объясняют нам их всестороннюю деятельность и в связи с этим приспособляемость к окружающей обстановке. Мы видим великороссов на золотоносных приисках, на различного рода земляных работах, на постройках железных дорог; они рубят и возят лес, занимаются охотой, разными отхожими промыслами. Великороссы часто меняют работу, переходят с одного места на другое, и в то же время мы застаем их на таких, казалось бы, сугубо оседлых занятиях, как садоводство и пчеловодство.
   Большинство из них, прибыв сюда из лесистых северных губерний, стали не край приспособлять к себе, а сами старались приспособиться к новым условиям жизни. В этом отношении лучше всего сумели устроиться староверы в Уссурийском крае. Они занимаются земледелием (но не считают его главным своим занятием), затем поисками ценных руд, охотой и соболеванием, разводят пятнистых оленей, ищут жень-шень, ловят и солят рыбу, собирают ягоды и орехи, сушат грибы и т. д. На тайгу они смотрят, как на источник дохода, а не как на источник страданий и огорчений.
   Где бы великоросс ни поселился, он строит дом из леса, который к месту своего жительства доставляет иногда издалека. Волжане, наоборот, избегают леса, селятся на более открытых местах и всю свою энергию направляют в область земледельческой культуры. У последних наблюдается удивительная консервативность. Живя рядим с китайцами, у которых бытует высшая форма земледелия, они упорно не хотят расстаться с теми приемами, которые принесли их отцы и деды, и ведут земледелие по-старому, как в России.
   Все эти свойства великоросса -- консервативность и в то же время приспособляемость, завоевательные стремления и умение подойти к туземцу, -- делают из него замечательного колонизатора, особенно, когда эта энергия направлена в более южные широты, где способности человека находятся под меньшим давлением природы, чем им севере. Здесь уместным будет отметить, что земледельческие традиции лучше всего сохранились у сектантов (молокан и старообрядцев-беспоповцев). Люди эти шли на Дальний Восток по собственной инициативе, преследуемые за религиозные убеждения. На новые места они смотрели как на вторую родину и обосновывались прочно, как настоящие колонисты. Природные земледельцы -- они не стремились проникать далеко на север, сторонились туземцев и потому наиболее сохранили чистый тип русских людей со всеми присущими им свойствами. Сектанты почти не дали метисов.
  

Украинцы.

   Второе место в численном отношении занимают украинцы, всего 315.203 души обоего пола.
   Первые украинцы появились на Амуре в 1882 году, когда началась перевозка переселенцев морем на пароходах Добровольного флота. Мы уже видели, что движение великороссов в Восточную Сибирь происходило с запада на восток. Украинская же колонизация шла в обратном направлении: с востока на запад, и первых украинских переселенцев мы застаем в Южно-Уссурийском крае. Когда же через всю Сибирь прошла железная дорога, число украинских колонистов стало быстро возрастать. Этим объясняется современное их расселение. Они осели, прежде всего, но путям своего продвижения, около железных дорог и других путей сообщения по Забайкалью, в Амурской и Приморской губерниях. Уже по нижнему течению Амура, от Хабаровска до Николаевска, они встречаются одиночными семьями, а в Охотско-Камчатском и Чукотско-Анадырском крае их нет вовсе. В Приморской губернии украинцы особенно плотно расселились: по всему Южно-Уссурийскому краю, в бассейне нижнего течения правых притоков р. Уссури и в прибрежном (Ольгинском) районе до мыса Олимпиада. Здесь они представляют подавляющее большинство.
   Украинцы -- выходцы из южно-русских губерний -- обитатели степей с теплым климатом -- по прибытии на Дальний Восток, естественно, стали искать такие места, которые по своим физико-географическим условиям ближе всего подходили бы к Украине. Это собственно и вынудило их занять Южно-Уссурийский край и жаться к государственной границе с Китаем, где большая часть мест была свободна от леса.
   Центром тяжести в хозяйство украинцев являются: земледелие, огородничество и скотоводство. Они больше земледельцы, чем великороссы; любят жить хуторами и потому, например, охотно занимают должности путевых сторожей по линиям железных дорог.
   Степняки-украинцы не выносят леса и уничтожают его не столько топором, сколько огнем; в то же время они любят, чтобы около их хат росло несколько больших деревьев, точно так, как это было на родине.
   Поселившись в стране, изобилующей лесом, украинцы, в большинстве случаев, строят свои хаты (мазанки) из глины, а крыши кроют соломой, пол жилища имеют земляной и печку складывают из сырца. Иногда, несмотря на близость реки, они все-таки роют колодцы, объясняя это тем, что вода из колодца вкуснее и холоднее. Они боятся сибирских рек, их быстрого течения и не имеют своих (национальных) лодок. Будучи настоящими землеробами черноземной полосы, они не удобряют земли, а предпочитают корчевать и подымать целину, лишь бы только не унаваживать.
   Если у великоросса мы наблюдаем тенденцию сеять рожь, то у украинца -- всегда пшеницу, даже в тех случаях, когда он забрался слишком северно; но ничто так ярко не отражает места выхода украинцев, как их бахчи с арбузами, дынями и неизменными всюду подсолнухами.
   В противоположность великороссам, которые снизили свое скотоводческое хозяйство до туземного уровня там, где они его застали, украинцы, наоборот, приобретя скот у соседей в отвратительном состоянии, тщательным уходом за ним в короткий срок всегда достигали хороших результатов. Кроме рогатого скота, они держат свиней. Постоянными поставщиками свиного сала на городские базары являются именно украинцы.
   Охотой занимаются они мимоходом и только по птице около дома. Они совершенно игнорировали пушные промыслы, в том числе и соболеванье. Исключение составляют украинцы, осевшие в Уссурийском крае, среди которых встречаются страстные охотники и даже тигробои.
   Если они и не гнушаются совсем рыболовством, то, во всяком случае, относятся к нему равнодушно, а между тем на Дальнем Востоке рыболовство в значительной степени могло бы улучшить их материальное благополучие. Великоросс не мыслит хозяйства без лошади, а украинец без вола. Но было бы ошибочно думать, что у них нет лошадей. И здесь рогатый скот вытесняется лошадью.
   Никто из переселенцев так крепко не придерживается традиции, как украинцы. Деятельность свою они ограничит известными рамками, выйти из пределов которых не хватает решимости и воли даже в тех случаях, когда есть свободное время и новые источники дохода под рукою. Вот почему украинец производит впечатление упрямого и ленивого человека и вот почему, несмотря на обилие окружающих его естественных богатств, он чаще других бывает в нужде.
   Великороссы сумели наладить свои отношения с туземным населением и позаимствовать от последних новые приемы эксплоатации естественных природных богатств страны, украинец же не терпит соседства "инородцев"-аборигенов и всячески вытесняет их с веками насиженных мест.
   Суммируя все изложенное выше об украинцах, мы должны сказать, что они настойчивы и трудолюбивы, но менее великороссов приспособлены к жизни на Дальнем Востоке. Выдержка их в работе не выходит из границ хозяйственного консерватизма. Именно это обстоятельство и является самым большим препятствием к возможности поднятия производительности их труда. Но влияние окружающей обстановки и просвещение рано или поздно должны будут сказаться и выведут украинцев из состояния национальной неподвижности.
  

Белоруссы.

   Третью группу русского населения на Д. В. составляют белоруссы, всего обоего пола 30.880 душ.
   Белоруссия -- страна отсталая и бедная, с большими лесистыми болотами на юге и малоплодородными почвами на севере, требующими постоянного удобрения. Эта убогая обстановка сказалась и на людях. Трудно представить себе людей менее предприимчивых и покорных, чем белоруссы.
   На Дальнем Востоке они появляется очень поздно, имение только в 1906 -- 10 гг. Общая волна переселения захватила и их с собою.
   Но прибыв в богатый дарами Приамурский край, они занялись только тем, чему научились у себя на родине. Земледелие их носит весьма примитивный характер, скотоводство тоже не поднялось выше уровня "второстепенного дела", и в огородничестве они наибольшее внимание уделяют картофелю, который лучше всего произрастал в Белоруссии. Побочными занятиями их будут еще охота на мелкого зверя и пчеловодство.
   Жилища свои, несмотря на то, что они живут вблизи крупного леса, делают из тонкоствольника. В обиходе их мы видим: лыковые туезки, деревянные бадьи, ведерца, лыковые веревки, плохонькую сбрую, бороны с деревянными зубьями и деревянные колышки там, где необходимы железные гвозди, и т. д.
   Белоруссы занимаются сплавом леса и отхожими промыслами. Они производят впечатление народа забитого; отличительная черта их характера -- трудолюбие, которое могло бы приносить лучшие плоды, если бы белоруссы смогли стряхнуть с себя апатию и позаимствовать новые формы хозяйствования от соседей, с которыми им приходится постоянно сталкиваться.
  

Молдаване.

   Насколько привычки по месту выхода могут крепко и долго держаться в населении, видно на классическом примере молдаван.
   Поселившись около большого леса, а иногда и просто среди девственной тайги, эти люди по правилам, завезенным их отцами и дедами со старой родины, где нет лесов, и где лучина продается, как растопка, по весу на фунты,-- строят дома свои из всякого хлама. В основу здания ставятся не крепкие столбы, а тонкие жерди по две, по три связанные вместе и подпираемые с двух сторон; стены складываются из частей лодок, купленных у соседей на слом, обломков телег, разбитых керосиновых ящиков, хвороста и т. д. Все это густо обмазывается глиной, а крыша кроется травой. Часть дома занимают сами жители, а другую -- рогатый скот. В доме две печи: одна большая -- для варки пищи, другая маленькая -- для разогревания ужина с целью экономии топлива. Дымоходы устроены так, чтобы в летнее время дым можно было направить в скотскую половину и получить даровой дымокур.
   В то время, когда великоросс ловит рыбу, чтобы сделать себе запасы на зиму, а избыток продать на сторону, молдаванин пересаживает землянику. С чувством омерзения и гадливости он смотрит на рыболова, когда тот чистит рыбу. Южане по происхождению, они мечтают о садоводстве и приходят в отчаяние, если на огороде не уродятся дыни, арбузы и виноград. Культивирование дикого винограда дело хорошее, но, к сожалению, молдаване применяют бессарабские прием, не считаясь с климатом, вследствие чего труды их пропадают даром.
  

КУЛЬТУРНЫЕ НАРОДЫ ВОСТОЧНОЙ АЗИИ.

   Вторую большую группу населения Дальнего Востока составляют иностранные пришельцы: китайцы, корейцы и японцы. Рассмотрим их по порядку.
  

Китайцы.

   В литературе и обществе существует мнение, что Уссурийский край принадлежал когда-то китайцам. Это совершенно неправильно.
   В VII веке нашей эры на берегах Великого океана, частью в Северной Корее, в Восточной Маньчжурии и в южной части Уссурийского края возникает царстве Бохай, которое уступило место "киданям", образовавшим ни развалинах Бохая царство Ляо. Это последнее в 1125 году по P. X. падает под натиском чжурчженей. Тогда на месте Ляо возникает Цзинь'ская (Золотая) империя, просуществовавшая недолго. В 1234 году ее разрушили монголы, хозяйничавшие здесь почти до конца XIV столетия. Затем следует перерыв, и дальнейшая история до XVI века остается темною. В это время владетельный князь одного из аймаков Тайцзу объединяет около себя разрозненные маньчжурские племена. Его сын Тайцзун завоевывает Великую Поднебесную империю и на китайский престол сажает свою династию. В XVII столетии Тайцзун посылает войска завоевывать земли "воцзи", обитавших в Южно-Уссурийском крае. Часть населения была перебита, а остальные уведены в плен в Маньчжурию. С той поры страна пребывала в том запустении, в котором ее застали русские в 1857 г.
   Первые китайцы появляются в Уссурийском крае весьма недавно, лет за тридцать до русских. Это были самовольные засельщики, в большинстве случаев беглые из Маньчжурии. Можно по годам проследить продвижение китайцев в пределах нынешнего Приамурского края. Появление русских переселенцев положило предел китайской эмиграции [См. историю китайского движения в книге В.К. Арсеньева "Китайцы в Уссурийском крае". Хабаровск, 1913, стр. 35--55.].
   Расцвет заселения русского Дальнего Востока китайцами был в период с 1891 по 1905 гг. В эти годы в Забайкалье, Амурской области и в Уссурийском крае проживало не менее 100.000 человек китайцев.
   Китайское население, находится ли оно и Забайкалье, в Амурском и Зейско-Алданском округах или в Уссурийском крае, -- имеет целью не колонизацию страны, а эксплоатацию естественных ее богатств. Их пребыванием на территории русского Дальнего Востока руководят, главным образом, поиски заработков и отчасти нажива, а нажившись, каждый китаец стремится уйти обратно на родину, где у него остались семья, друзья и знакомые.
   Китаец -- не колонист. Земледелием он занимается лишь в таком размере, чтобы можно было обеспечить себя на время зимних промыслов и кредитовать туземцев, доставляющих ему большие барыши. Все китайцы -- земледельцы или пайщики в торговле, или промышленники и звероловы.
   Их можно было видеть на самых разнообразных промыслах. Оптовая и розничная торговля, скупка пушнины, эксплоатация туземного населения, огородничество, соболевание, добывание трепангов, морской капусты, сбор древесных грибов, съедобных лишайников и корней различных целебных растений, в том числе и знаменитого жень-шеня и т. д. Их также можно наблюдать в качестве бродячих мастеровых, сапожников, слесарей, рабочих на золотых приисках, в качестве поденщиков, на всякого рода земляных работах, при постройке железных дорог, и в роли каменщиков, водовозов, прачек, возчиков, носильщиков и даже в роли фокусников. Словом, нет такого ремесла, за которое не взялся бы китаец, и, надо отдать ему справедливость, он везде успевает, скоро усваивает сущность новой работы и в короткий срок делается специалистом, становясь человеком не только полезным, но и прямо-таки необходимым. Это работник, которого ценят.
   Нас поражает удивительная сорганизованность и солидарность китайцев между собою: поддержка, доверие, кредит, кооперация и сделки ни словах -- отличительные черты их взаимоотношений. Если прибавить к этому дешевизну рабочих рук и ничтожные потребности их, то портрет китайца, с точки зрения его трудоспособности в полной мере готов.
   Трудовые ресурсы китайцев -- неисчерпаемы. Чуждым для них промыслом является рыболовство. Это народ континентальный, они боятся моря и всячески его избегают. Морские промыслы их ограничены полосой мелководья.
   Сами китайцы смотрели на пребывание свое в пределах Восточной Сибири, как на временное. Этим объясняется, почему они так легко покинули пределы Приамурского края. Достаточно было одного появления русских переселенцев и заявления, что земли будут заняты новыми законными колонистами, как китайцы, забрав все, что было у них ценного, побросали свои фанзы и без всякого сопротивлении ушли к себе на родину.
   В настоящее время в пределах русского Дальнего Востока остались, главным образом, торговцы, прачки, возчики, носильщики, огородники, в количестве 72.005 [По данным переписи 1926 года.] человек.
  

Корейцы.

   Корейцы в численном отношении значительно превосходят китайцев. Эмиграция их в пределы Уссурийского края началась с 1869 г. Голод и глубокоснежшая зима принудили их в числе нескольких тысяч человек оставить свою родину и перейти границу. Корейцы направились к Владивостоку, но на пути были дважды застигнуты пургою, вследствие чего более половины корейцев погибло в дороге. Русские власти приютили их и снабдили продовольствием из интендантских складов, а с наступлением теплого времени направили на Амур, где они образовали село Благословенное. С той поры эмиграция корейцев начинает быстро возрастать и своего максимума достигает в последние годы революции. Ныне корейцев во всем крае насчитывается 168.009 человек.
   Они расселились, главным образом, в Южно-Уссурийском крае по долине реки Уссури и ее правым притокам, в Амурском и Зейско-Алданском округах, по нижнему Амуру и по всему побережью Японского моря от Владивостока до залива Де-Кастри. Ныне корейцы стали проникать в Забайкалье и в Охотский край, одиночных корейцев мы найдем около Гижиги и на полуострове Камчатке. Эта многолетняя эмиграция привела к окореиванию Южно-Уссурийского края.
   Что из себя представляют корейцы? Одно земледелие ограничивает ум и притупляет его, а кореец ведет свое хозяйство именно в такой форме, которая ставит его в мышление в весьма ограниченные пределы. Думать не приходится, надо работать по раз навсегда установленным трафаретам. Кореец производит впечатление трудолюбивого, потому что форма его хозяйствования заставляет его работать без передышки. Он целый день с утра до ночи копается в земле!
   Это один из весьма древних народов; в его быту сохранились интересные пережитки: большие каменные ступы и молоты, медная посуда, склеивание одежды взамен сшивания, что имеет место, еще и до сих пор в деревнях, завязки вместо пуговиц, двухколесные примитивные арбы и т. д.
   И особенности примитивный характер имеет жилище корейцев -- глинобитные фанзы, которые они строят, куда бы ни перешли, всегда по одному в тому же плану, без малейших вариаций.
   В противоположность китайцам, корейцы прибывают в край с семьями, и прочно садятся на землю. Это настоящие колонисты.
   Корейцы, как и украинцы, не выносят лесов, и уничтожают их всякими способам, -- выжиганием, вырубанием, подсушиванием и т. п. Точно так же они лошадям предпочитают рогатый скот и живут разбросанными хуторами.
   В Южно-Уссурийском крае у корейцев развит берегово