Авенариус Василий Петрович
За неведомый океан

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   

В. П. Авенаріусъ.

ЗА НЕВѢДОМЫЙ ОКЕАНЪ.

ИСТОРИЧЕСКАЯ ПОВѢСТЬ ДЛЯ ЮНОШЕСТВА
ОБЪ ОТКРЫТІИ НОВАГО СВѢТА.

"Терпи, Колумбъ, терпи и вѣдай:
На зло сомнѣнью и врагамъ
Ты увѣнчаешься побѣдой!.."
Ив. Аксакова.

0x01 graphic

Изданіе книжнаго магазина П. В. Луковникова.
С.-Петербургъ. Лештуковъ пер., 2.
1913.

ОГЛАВЛЕНІЕ.

   Предисловіе
   Книга I. Колумбъ въ Испаніи
   " II. "Земля! земля!"
   " III. Колумбъ въ Новомъ Свѣтѣ
   " IV. Возвращеніе Колумба
   Послѣсловіе
   

Предисловіе.

   На протяженіи девятнадцати вѣковъ отъ Рождества Христова однимъ изъ величайшихъ событій было, безспорно, первое путешествіе черезъ Атлантическій океанъ. Необходимыя средства для этого неслыханно-смѣлаго предпріятія дала, какъ извѣстно, Испанія, которая затѣмъ, благодаря новымъ заокеанскимъ колоніямъ, достигла небывалаго могущества. Понятно, что испанцы чрезвычайно дорожатъ памятью Колумба. Такъ, и четырехсотая годовщина отплытія его изъ Европы и вступленія на американскую почву была отпразднована въ Испаніи, въ августѣ и октябрѣ 1892 года, съ особенною торжественностью. Къ этимъ торжествамъ изъ старинныхъ архивовъ было извлечено много новыхъ цѣнныхъ данныхъ какъ о самомъ Колумбѣ и его семействѣ, такъ и объ его спутникахъ, покровителяхъ и врагахъ, а также о многообразныхъ препятствіяхъ, которыя ему пришлось преодолѣть для своей завѣтной цѣли. Въ настоящей повѣсти приняты во вниманіе и новѣйшія архивныя изысканія.
   

КНИГА ПЕРВАЯ.
КОЛУМБЪ ВЪ ИСПАНІИ.

I.

   !!!!!!!Пропуск
   Испаніи въ Христоваля Колона {Отъ латинскаго colonus -- поселенецъ.}. Это былъ мужчина лѣтъ 47-ми, средняго роста и крѣпкаго сложенія, съ свѣтло-сѣрыми глазами, горбатымъ носомъ и здоровымъ цвѣтомъ весноватаго лица. Его открытый взглядъ и благородныя черты выражали непреклонную силу воли, которая въ морякахъ постепенно вырабатывается въ борьбѣ съ морскими стихіями, а бѣлые, какъ лунь, волосы свидѣтельствовали, что онъ испыталъ на своемъ вѣку немало и житейскихъ невзгодъ.
   Сыну его Діего (Яковъ) не было еще и 7-ми лѣтъ. Ослабѣвъ отъ морской болѣзни, мальчикъ прикорнулъ за капитанской каютой. Отецъ бережно накрылъ его своимъ плащемъ и самъ, присѣвъ рядомъ, обнялъ его рукою. Но порывистый, рѣзкій вѣтеръ пробивался и сквозь плащъ.
   -- А до Гуэльвы еще далеко?-- жалобно спросилъ Діего, прижимаясь къ отцу.
   Погруженный въ свои невеселыя думы, Колумбъ теперь только очнулся.
   -- До Гуэльвы?
   Онъ съ недоумѣніемъ оглядѣлся. Сквозь вечерній сумракъ и снѣжную вьюгу можно было различить на близкой пристани рядъ выбѣленныхъ одноэтажныхъ домиковъ.
   -- Да вѣдь это Палосъ!-- воскликнулъ онъ.-- Что бы это значило?
   И, приподнявшись, онъ покачивающейся походкой моряка подошелъ къ шкиперу.
   -- Сеньоръ капитанъ! Неужели вы пристанете здѣсь, въ Палосѣ?
   -- Какъ видите,-- былъ сердитый отвѣтъ.
   -- Но товаръ свой вы везете вѣдь не сюда, а въ главный городъ провинціи -- въ Гуэльву?
   -- Завтра и повезу, когда штормъ утихнетъ.
   -- Да вѣдь туда совсѣмъ близко: съ небольшимъ полмили. Я разсчитывалъ нынче же быть тамъ у родственниковъ...
   -- Caramba!-- не вытерпѣлъ уже шкиперъ.-- При всемъ моемъ почтеніи къ сеньору Колону, какъ къ старому мореплавателю, позволю себѣ спросить, кто хозяинъ на этомъ суднѣ?

0x01 graphic

   -- Разумѣется, вы.
   -- А коли такъ, то никто меня не заставитъ въ такую погоду рисковать судномъ и товаромъ.
   -- Но мальчикъ у меня совсѣмъ продрогъ.
   -- Такъ сойдите на берегъ: и въ Палосѣ есть "посады" (постоялые дворы), чтобы переночевать вамъ въ теплѣ до утра.
   -- Благодарю за совѣтъ; не премину воспользоваться,-- сухо промолвилъ Колумбъ и отошелъ опять къ сыну.-- Вставай-ка, Діего, сейчасъ сойдемъ на берегъ.
   -- Значитъ, это все же Гуэльва?
   -- Нѣтъ, Палосъ; но до Гуэльвы какъ-нибудь и пѣшкомъ доплетемся.
   Десять минутъ спустя оба были на берегу. Хотя ближайшая посада здѣсь и манила ихъ освѣщенными окнами, но Колумбъ, не останавливаясь, прошелъ мимо: на переѣздъ изъ Лиссабона имъ были издержаны послѣднія деньги, вырученныя отъ продажи своего скарба, и за ночевку на постояломъ дворѣ заплатить ему было уже нечѣмъ.
   Жестокій вѣтеръ съ моря, охватившій нашихъ двухъ путниковъ на берегу съ новой силой, спиралъ имъ духъ, сбивалъ ихъ съ ногъ на скользкой обмерзлой почвѣ;, а порошистый снѣгъ кололъ лицо, слѣпилъ глаза. Діего не выдержалъ и заплакалъ.
   -- Отецъ... я дальше не могу...
   -- Постой, я понесу тебя.
   Онъ хотѣлъ взять сына на руки; но тотъ не давался.
   -- Нѣтъ, нѣтъ, ты меня не донесешь... Я уже не маленькій... Ты, отецъ, собирался вѣдь къ пріору здѣшняго монастыря?
   -- Да, монастыря Рабида.
   -- Туда не ближе, чѣмъ въ Гуэльву?
   -- Тоже около полумили. Да вонъ монастырь; видишь?
   На выдающемся въ море, холмистомъ мысѣ можно было, дѣйствительно, различить черный силуэтъ монастырскихъ зданій.
   -- А вотъ и огонекъ блеснулъ!-- вскричалъ Діего.-- До Гуэльвы я, навѣрно, замерзну... А здѣсь насъ обогрѣютъ, накормятъ... Мнѣ такъ ѣсть хочется!..
   -- Ну, хорошо, пойдемъ, -- согласился отецъ и, крѣпче схвативъ мальчика за руку, повернулъ въ сторону монастыря.

0x01 graphic

   Хотя имъ и пришлось тутъ взбираться въ гору, но зато холмъ, на которомъ стоялъ монастырь, защищалъ ихъ отчасти отъ вѣтра. Когда они дотащились, наконецъ, до монастырской ограды, сынокъ, совсѣмъ обезсилѣвъ, присѣлъ на каменную глыбу подъ высокимъ распятіемъ, а отецъ брякнулъ въ желѣзныя ворота обители висѣвшимъ у калитки большимъ кольцомъ, замѣнявшимъ въ тѣ времена звонокъ. Послышались шаркающіе шаги и ворчливый старческій голосъ:
   -- Кто тамъ?
   -- Мы издалека и съ поклономъ отцу пріору Хуану Пересу отъ патера Педро де Аренасъ,-- отвѣчалъ Колумбъ.
   -- Отъ Педро? Да это его любимый ученикъ!
   -- Такъ впусти же насъ: мы отъ стужи совсѣмъ промерзли.
   Властный тонъ пришельца не оставилъ, видно, у привратника сомнѣнія, что то -- не простой человѣкъ, а "сеньоръ".
   -- Сейчасъ, сеньоръ, сію минуту,-- сказалъ онъ.-- Доложу только отцу пріору.
   Шаги его удалились; вскорѣ онъ опять возвратился и загремѣлъ ключами. Калитка растворилась.
   -- Пожалуйте, сеньоръ. Не обезсудьте! Къ ночи мы не всякаго впускаемъ.
   Взявъ Діего снова за руку, Колумбъ послѣдовалъ за привратникомъ черезъ монастырскій дворъ къ настоятельской кельѣ. Въ отвѣтъ на стукъ въ дверь раздалось приглашеніе:
   -- Войди!
   

II.

   У письменнаго стола, заваленнаго фоліантами и пергаментными листами и освѣщеннаго двумя восковыми свѣчами въ кованныхъ серебряныхъ подсвѣчникахъ, сидѣлъ францисканецъ-пріоръ съ гусинымъ перомъ въ рукѣ.
   -- Сейчасъ допишу,-- промолвилъ онъ, не поворачивая головы, и продолжалъ скрипѣть перомъ.
   Такъ, при свѣтѣ свѣчей и вспыхивавшаго въ каминѣ пламени, Колумбъ имѣлъ время разглядѣть о. Хуана Переса, сгорбленнаго, сухощаваго старца съ изможденнымъ, строгимъ лицомъ и въ большихъ круглыхъ очкахъ въ роговой оправѣ, придававшихъ ему видъ филина.
   "Этому уже не до нашихъ мірскихъ дѣлъ; помощи отъ него не жди!" подумалъ Колумбъ -- и ошибся.
   Отложивъ въ сторону перо и поднявъ очки на высокій лобъ, францисканецъ повернулся къ вошедшимъ и сдѣлалъ имъ молчаливый знакъ, чтобы подошли подъ его благословеніе, послѣ чего, окинувъ Колумба изъ-подъ нависшихъ бровей пытливымъ взоромъ, спросилъ, кто онъ такой. Колумбъ назвался и разсказалъ, какъ, вмѣсто Гуэльвы, гдѣ проживаетъ его своякъ Муліаръ, мужъ сестры покойной его, Колумбовой, жены, онъ попалъ въ Палосъ и вынужденъ былъ искать гостепріимства въ монастырѣ.
   -- Но ты сказалъ брату-привратнику, что тебя направилъ къ намъ Педро де Аренасъ. У тебя есть отъ него, значитъ, и посланіе ко мнѣ?
   -- Есть, святой отецъ.
   Распечатавъ поданное Колумбомъ письмо, пріоръ внимательно прочелъ его и замѣтилъ уже привѣтливѣе:
   -- Такъ ты, сынъ мой, пріятель моего милаго Педро?
   Онъ позвонилъ въ колокольчикъ и появившемуся на порогѣ молодому послушнику приказалъ снять съ гостей верхнее платье и накрыть на столъ.
   -- Братія наша уже отужинала и отошла ко сну.-- объяснилъ онъ Колумбу.-- А каково, скажи, живется моему Педро на чужбинѣ? Еще вѣдь юнымъ баккалав-: ромъ онъ отправился въ Римъ и посвященъ въ служители церкви самимъ намѣстникомъ Христа Иннокентіемъ VIII. Разсчитывалъ онъ проповѣдывать слово Божіе у себя на родинѣ, въ Виллатобасѣ, да вотъ по пути нашлась ему паства въ деревушкѣ около Генуи. Оцѣнили ли его тамъ?

0x01 graphic

   -- Прихожане боготворятъ его, -- отвѣчалъ Колумбъ.-- Я самъ не разъ слышалъ его проповѣдь. Говоритъ онъ просто, но душевно, и возноситъ своихъ слушателей, какъ на незримыхъ крыльяхъ, на такую духовную высоту, до которой имъ самимъ ни за что бы не подняться. Всѣ ихъ житейскія заботы и страданія, сомнѣнія и проступки онъ кладетъ къ стопамъ Всевышняго съ такою трогательною мольбой о прощеніи, которой ихъ собственные ограниченные умы не сумѣли бы придумать, а непривычныя уста -- произнести. Въ знакомыхъ имъ изреченіяхъ изъ Священнаго Писанія онъ даетъ имъ неисчерпаемый источникъ утѣшенія...
   -- Очень радъ это слышать,-- сказалъ пріоръ.-- Но такимъ образомъ, пожалуй, мы никогда уже его и не увидимъ?
   -- Проѣздомъ, во всякомъ случаѣ, онъ здѣсь будетъ.
   -- Проѣздомъ! Куда жъ это?
   -- Въ Индію.
   -- Что ты говоришь, сынъ мой! Испанія наша лежитъ отъ Генуи на западъ, а въ Индію одинъ путь -- на востокъ...
   -- Такъ полагали донынѣ. Мною же задумано теперь въ Индію кругосвѣтное путешествіе моремъ на западъ, и патеръ Педро готовъ мнѣ сопутствовать.
   О. Хуанъ отъ изумленія даже руками развелъ.
   -- Да вы оба съ ума, что ли, сошли!
   -- И онъ и я, кажется, еще въ полномъ умѣ и памяти,-- сказалъ Колумбъ.-- Что до патера Педро, то онъ имѣетъ въ виду распространить христіанство среди язычниковъ Индіи...
   -- Дѣло само по себѣ, конечно, доброе... Ну, да объ этомъ рѣчь впереди. Сперва укрѣпи-ка съ сыночкомъ плоть свою съ дороги.
   Послушникъ, повѣсивъ снятое съ гостей мокрое верхнее платье сушиться передъ каминомъ, выдвинулъ между тѣмъ изъ угла на средину кельи небольшой столъ, накрылъ его чистою скатертью и уставилъ разною холодною снѣдью. Маленькій Діего съ жадностью голоднаго волчонка сталъ уписывать за обѣ щеки все, что ему накладывали на тарелку.
   -- Кушай, дитя мое, кушай на здоровье,-- сказалъ о. Хуанъ, проводя рукой по его кудрявымъ волосамъ.
   -- На морѣ его укачало, и съ самаго Лиссабона онъ ничего не ѣлъ,-- нашелъ нужнымъ Колумбъ извинить мальчика.
   -- Какъ съ Лиссабона? Вы развѣ теперь не изъ Генуи?
   -- Лиссабонъ, святой отецъ, родина моей покойной жены; тамъ же она и похоронена. Родитель ея, какъ и я, по рожденію былъ генуэзецъ, но командовалъ на португальскихъ судахъ и перешелъ въ португальское подданство. Имя его, какъ мореходца, быть-можетъ, и вамъ извѣстно: донъ Бартоломео Мунницъ-Перестрелло.
   -- Да не тотъ ли это Перестрелло, что открылъ первый португальскій островъ на Атлантикѣ, Порто Санто?
   -- Онъ самый. Отъ него же я унаслѣдовалъ его морскіе дневники и карты, мореходные инструменты...
   -- А также и страсть къ мореплаванью?
   -- Нѣтъ, страсть эта пробудилась во мнѣ еще въ ранней молодости.
   -- И собственный твой родитель былъ, вѣрно, тоже морякъ?
   -- По ремеслу онъ былъ шерстобитъ и ткачъ; но потомъ онъ открылъ посаду для матросовъ. Отъ нихъ-то я наслышался всякихъ былей и небылицъ о дальнихъ морскихъ странствіяхъ и похожденіяхъ. А одна дама, жена профессора-географа, которой я приносилъ рыбу (мальчикомъ я былъ большой рыболовъ), позволяла мнѣ брать для чтенія книги изъ библіотеки ея мужа. Такъ я еще въ дѣтствѣ начитался путешествій Марко Поло вглубь Азіи {Марко Поло (1254--1323) -- знаменитый венеціанскій путешественникъ.} и рѣшилъ сдѣлаться морякомъ. Дѣла отца шли плохо, и онъ радъ былъ сбыть меня изъ дому. Съ тѣхъ поръ я странствую по морямъ; побывалъ я на югѣ -- въ Эѳіопіи и Гвинеѣ, и на сѣверѣ -- въ Англіи. Но одна мечта не даетъ мнѣ покою -- объѣздить землю моремъ.
   -- Дерзновенная мечта!
   -- Но не безумная. Еще десять лѣтъ назадъ по этому поводу я входилъ въ переписку съ великимъ ученымъ Тосканелли; онъ вполнѣ одобрилъ мой замыселъ и прислалъ мнѣ нарочно морскую карту, которую составилъ по просьбѣ одного придворнаго португальскаго короля {Флорентинскій астрономъ Паоло Тосканелли (1396--1482) въ 1474 г. писалъ Колумбу: "Я говорилъ уже тебѣ про морской путь, который доведетъ тебя до страны пряностей значительно скорѣе, чѣмъ предпринятый португальцами. Хотя и знаю, что онъ зависитъ отъ шарообразнаго вида земли, тѣмъ не менѣе, для наглядности и для облегченія предпріятія я рѣшился пояснить его морскою картой. Это путешествіе слѣдовало бы предпринять прямо на западъ".
   На картѣ Тосканелли океаны Атлантическій и Тихій сливаются въ одинъ общій океанъ, и разстояніе отъ Лиссабона до города Квинсай (Пекинъ), столицы царства Катай (Китай), показано всего лишь въ 130 градусовъ къ западу отъ Лиссабона; при чемъ, однако, противъ восточнаго берега Китая совершенно правильно обозначено островное государство Чипанго (Японія).}. Наша генуэзская республика, за недостаткомъ средствъ, отказала мнѣ въ денежной поддержкѣ для моего предпріятія. Я отправился въ Лиссабонъ, гдѣ у меня были нѣкоторыя связи при дворѣ. Мнѣ доставили аудіенцію у короля Хуана II. Онъ выслушалъ меня съ большимъ вниманіемъ и передалъ мой планъ на разсмотрѣніе лиссабонской хунты (государственный совѣтъ)...
   Колумбъ глубоко вздохнулъ.
   -- Ну, и что же?
   -- Мудрецы тѣ нашли, что я -- "un italiano burlada" (итальянскій скоморохъ). Когда я написалъ объ этомъ моему другу, патеру Педро, онъ далъ мнѣ совѣтъ обратиться къ вашей королевѣ. Имя Изабеллы Католической пользуется общимъ уваженіемъ не только у ея подданныхъ, но и далеко за предѣлами Испаніи. Доступъ же къ ней, полагалъ онъ, мнѣ легче всего было бы получить черезъ васъ, святой отецъ, духовника ея величества...

0x01 graphic

   -- Бившаго духовника... Объ этомъ мы побесѣдуемъ еще съ братомъ Антоніо. Братъ Антоніо де Маркена -- моя правая рука и мужъ ученый, многосвѣдущій въ географіи и въ чудесахъ звѣзднаго неба. Что-то онъ скажетъ? Однако, малышъ твой никакъ уже заснулъ.
   Отъ внезапнаго перехода съ мороза къ теплу близъ пылающаго камина и отъ голода къ пресыщенію мальчикъ, дѣйствительно, разомлѣлъ, и голова его безсознательно повисла на грудь.
   -- Пока для тебя отведутъ келью, онъ можетъ полежать здѣсь,-- сказалъ о. Хуанъ, указывая на свою собственную постель.
   Діего спалъ уже такъ крѣпко, что отецъ, какъ малютку, разулъ его, уложилъ на кровать.. Тѣмъ временемъ послушникъ убралъ со стола и пошелъ за братомъ Антоніо де Маркена.
   

III.

   Въ скромномъ и невзрачномъ францисканцѣ, "братѣ" Антоніо, на первый взглядъ никто не заподозрилъ бы ученаго географа и астролога. Молча выслушалъ онъ до конца краснорѣчивыя объясненія Колумба, не прерывая его ни однимъ словомъ. Когда тотъ умолкъ, онъ все еще сохранялъ свой задумчивый видъ, какъ-будто прислушиваясь.
   Первымъ прервалъ молчаніе старецъ-пріоръ:
   -- Ну, что же, братъ Антоніо, что скажешь?
   Въ глазахъ ученаго засвѣтилась искра того же огня, что и въ глазахъ родственнаго ему по духу мечтателя Колумба, рѣчь его вдохновенно полилась:
   -- Само Провидѣніе, мнится мнѣ, избрало сеньора Колона для великой цѣли! Индія, сія баснословная страна, о богатствѣ коей мы знаемъ только по наслышкѣ, еще за триста лѣтъ до христіанской эры влекла къ себѣ алчные взоры европейцевъ. Александръ Великій, царь Македонскій...въ своемъ побѣдоносномъ шествіи черезъ Персію на Востокъ, перешелъ и Индъ. Съ тѣхъ поръ, завязалась караванная торговля съ Индіей и съ центральной азіатской имперіей, Китаемъ. Но китайцы оградили себя неприступной каменной стѣной, и потокъ предпріимчивыхъ грековъ устремился въ Индію. Къ римскимъ императорамъ оттуда неоднократно потомъ прибывали еще посольства съ роскошными дарами. Но съ VIII вѣка, арабскіе, калифы завладѣли ключами Азіи, непосредственныя сношенія европейцевъ съ Индіей задолго до нашихъ дней -- прекратились. Въ теченіе четырехъ столѣтій индійскіе товары доходили еще до насъ чрезъ посредство арабскихъ купцовъ. Въ XII же вѣкѣ монголы вытѣснили оттуда и арабовъ, и такъ-то послѣ смѣлаго венеціанца Марко Поло Индія для насъ, европейцевъ,-- таинственная книга о семи печатяхъ.
   -- Да тебѣ, любезный братъ, быть бы профессоромъ всемірной исторіи въ Саламанкѣ!.-- воскликнулъ о. Хуанъ.
   -- Во всякомъ случаѣ, не подлежитъ сомнѣнію,-- съ возрастающимъ жаромъ продолжалъ братъ Антоніо,-- что Индія -- одна изъ богатѣйшихъ, если не самая Рогатая страна земного шара. Но насъ, испанцевъ, отъ нея отдѣляютъ цѣлыя государства и враждебныя націи; попасть туда сухимъ путемъ немыслимо. Остается, стало-быть, только круговой путь моремъ.
   -- Такъ и по твоему мнѣнію, братъ Антоніо, земля шарообразна?-- подхватилъ Колумбъ.
   -- Мнѣніе это не мое, а величайшихъ философовъ и ученыхъ; Аристотеля, Страбона, Сенеки, Плинія, не говоря уже о поэтахъ -- Виргиніи и Овидіи. Каждый вечеръ вѣдь солнце закатывается на западѣ, каждое утро восходитъ на востокѣ; ясно, значитъ, что оно вращается вокругъ земли, а земля наша паритъ въ пространствѣ {Геніальному астроному Копернику (1473--1543) въ описываемое время было всего лишь 11 лѣтъ, и только много лѣтъ спустя онъ разработалъ и опубликовалъ свою знаменитую систему движенія небесныхъ свѣтилъ, которою неопровержимо доказано вращеніе, всѣхъ;, планетъ, въ томъ числѣ и нашей земли, какъ вокругъ своей собственной оси, такъ и вокругъ солнца.}.
   -- Та-жъ,.-- протянулъ пріоръ, которому, видимо, трудно было сразу отрѣшиться отъ своихъ устарѣлыхъ понятій объ устройствѣ вселенной.-- Но вѣдь сколько высокихъ горъ на нашей землѣ! Такъ какъ же ей быть шарообразной?
   -- Да что всѣ наши высочайшія горы въ сравненіи съ необъятною поверхностью земли? Песчинки, ничтожныя пылинки! И давно ли мы съ тобой, clarissime, наблюдали лунное затменіе? Отчего, по твоему, затмевалась луна?
   -- Оттого, понятно, что земля была между луной и солнцемъ.
   -- И тѣнь земли падала на луну? А какой формы была эта тѣнь, помнишь?
   -- По формѣ-то она была круглая.
   -- Такъ какихъ же тебѣ еще доказательствъ?
   -- Есть и еще одно доказательство, которое я имѣлъ случай тысячи разъ наблюдать въ открытомъ морѣ,-- вмѣшался тутъ Колумбъ въ споръ двухъ францисканцевъ.-- Когда на Горизонтѣ показывается корабль, то первымъ изъ воды появляется вымпелъ на гротъ-мачтѣ; потомъ -- верхніе паруса; за ними -- нижніе, и подъ самый уже конецъ -- корпусъ судна. Тоже самое наблюдается и при удаленіи корабля; сначала скрывается его корпусъ, затѣмъ нижніе паруса, за ними -- верхніе, и послѣ всего -- верхушки мачтъ и вымпелъ на гротъ-мачтѣ. Въ какую бы сторону ни направлялся корабль: на сѣверъ или югъ, на востокъ или западъ, явленіе всегда одно и то же. Значитъ, море обтекаетъ землю вездѣ одинаково...
   -- И земля наша шарообразна,-- досказалъ монастырскій астрономъ.-- А коли такъ, такъ почему бы и не объѣхать ее моремъ? почему бы и не достичь Индіи съ запада, какъ скандинавцы еще пятьсотъ лѣтъ назадъ добрались до Гренландіи?
   -- По человѣческому разуму, какъ-будто бы и такъ,-- промолвилъ о. Хуанъ, все еще не проникшійся новыми воззрѣніями своихъ собесѣдниковъ.-- А кто поручится, что суда за горизонтомъ не проваливаются въ пространство? Сколько вѣдь судовъ, ушедшихъ слишкомъ далеко въ море, никогда уже не возвращалось!
   -- Потому что были застигнуты бурей и погибли,-- отстаивалъ свое мнѣніе Колумбъ.-- Я самъ изъѣздилъ сколько вѣдь морей, а не провалился же въ пространство! Есть, стало-быть, нѣкая сила, притягивающая насъ къ земному шару {Законъ паденія тѣлъ научно установленъ спустя цѣлое столѣтіе пизанскимъ математикомъ и астрономомъ Галилеемъ (1564--1642).}. Мы здѣсь, въ Испаніи, живемъ вѣдь тоже, какъ бы на откосѣ... Всего нагляднѣе это видно на глобусѣ...
   -- А я сейчасъ принесу глобусъ,-- сказалъ монахъ-географъ и, пройдя къ себѣ, вернулся вскорѣ съ глобусомъ и двумя фоліантами.

0x01 graphic

   -- Вотъ наша Испанія, -- говорилъ онъ, водя по глобусу пальцемъ.-- Казалось бы, какъ не соскользнуть внизъ? А ходимъ мы по землѣ такъ же увѣренно, какъ жители полярныхъ странъ. А вотъ, на противоположной сторонѣ: Чипанго, Китай и Индія...
   -- А это что за островъ посреди Атлантики? спросилъ пріоръ.
   -- Это Атлантида, о коей говоритъ еще Платонъ, въ своемъ "Тимеосѣ". Я нарочно захватилъ сюда его книгу. Сеньоръ Колонъ знаетъ по-гречески?
   -- Зналъ въ молодости, но перезабылъ, признаться,-- отвѣчалъ Колумбъ.
   -- Такъ я переведу по-испански. Вотъ что тутъ сказано: "По ту сторону, морского пролива, называемаго вами столбами Геркулеса {Гибралтарскій проливъ.}, былъ островъ больше Либіи {Извѣстная уже древнимъ сѣверная часть Африки.} и Азіи. Отъ этого острова было легко добраться до другихъ, а отъ тѣхъ -- и до материка, который весь окруженъ средиземнымъ моремъ, ибо море это, лежащее по сю сторону пролива, о коемъ я вамъ говорю, есть какъ бы гавань съ узкимъ входомъ... На островѣ Атлантидѣ царствовали могущественные короли, имѣвшіе подъ своею властью весь островъ, а также разные меньшіе острова и нѣкоторыя мѣстности материка... Потомъ великія землетрясенія и наводненія уничтожили въ одинъ день и въ одну роковую ночь всѣхъ воиновъ Греціи; островъ Атлантида погрузился въ море, И такимъ образомъ съ тѣхъ самыхъ поръ тѣ воды стали недоступны изъ-за массы ила, оставшагося на мѣстѣ потонувшаго острова"...
   -- Помнится мнѣ, -- замѣтилъ Колумбъ,-- что о томъ же говорится и у Страбона...
   -- Во второй части его географіи, -- подтвердилъ братъ Антоніо, раскрывая второй фоліантъ.-- Вотъ его подлинныя слова: "...Одобряю я и то, что сообщаетъ Платонъ про Атлантиду... Египетскіе гіерофанты (старшіе жрецы) увѣряли Солона, что въ старыя времена существовалъ островъ этого названія, который исчезъ, хотя протяженіемъ онъ былъ Съ материкъ".
   -- Все это, можетъ быть, и правда, -- сказалъ о. Хуанъ.-- Землетрясенія и наводненія повторяются и въ наши дни; а о внезапной гибели Содома и Гоморры и о всемірномъ потопѣ повѣствуетъ самъ Ветхій Завѣтъ. Но если въ незапамятныя времена и существовала та сказочная Атлантида, то теперь-то ея вѣрно уже нѣтъ.
   -- Почемъ знать?-- возразилъ Колумбъ,-- Платонъ говоритъ вѣдь и о меньшихъ островахъ, ближайшихъ къ материку Африки и Европы. Эти острова -- Азорскіе, Канарскіе, Мадера -- и донынѣ сохранились. Болѣе отдаленные опустились въ море,-и мореплаватели опасаются плыть далѣе на западъ, гдѣ была Атлантида. А что, если Атлантида была не что иное, какъ часть Индіи? Что Индія до сихъ поръ еще существуетъ -- во всякомъ случаѣ, не подлежитъ сомнѣнію.
   -- Но моремъ до нея Богъ-вѣсть какъ далеко!
   -- Для настоящаго мореплавателя нѣтъ слова "далеко"! А что туда не такъ уже далеко -- доказываютъ тѣ тропическія растенія, которыя прибиваетъ западными вѣтрами къ берегамъ Европы {Въ дѣйствительности, причиной этого замѣчательнаго явленія служитъ не столько вѣтеръ, сколько особыя океанскія теченія, о которыхъ до открытія Америки европейцы не могли, конечно, имѣть еще и понятія.}: бамбукъ, кокосовые орѣхи...
   -- А также отдѣланные брусья съ искусною рѣзьбой,-- подхватилъ братъ Антоніо.-- Изъ чего явствуетъ, что и тамъ, за моремъ, живутъ люди.
   -- Но не христіане,-- досказалъ пріоръ, задумчиво слушавшій объясненія обоихъ.-- А что вѣдь, если и въ самомъ дѣлѣ Провидѣніемъ предопредѣлено намъ обратить тѣхъ язычниковъ въ лоно церкви Христовой?...
   -- Такъ вы, святой отецъ, не откажете уже мнѣ въ вашей поддержкѣ?-- спросилъ Колумбъ.
   -- Грѣхъ было бы отказать,-- отвѣчалъ за своего настоятеля монастырскій географъ.-- Стараго духовника ея королевскаго величества, навѣрное, помнятъ еще всѣ наши гранды.
   -- Иные, уповаю, не совсѣмъ еще меня забыли,-- сказалъ о. Хуанъ.-- Но сыночка ты не возьмешь вѣдь въ свое дальнее странствіе?
   -- Ужъ не знаю, какъ быть съ нимъ,-- отвѣчалъ Колумбъ.-- Придется на время отдать его дядѣ въ Гуэльвѣ.
   -- Оставь-ка его лучше у насъ: мы сбережемъ его тебѣ отъ всякихъ бурь -- морскихъ и житейскихъ; самъ же отправляйся хоть завтра въ Севилью, гдѣ пребываетъ нынѣ высочайшій Дворъ. Я снабжу тебя письмомъ къ герцогу Медина-Цели, старшему воспитателю наслѣдника престола, принца Хуана...
   Такъ на другое же утро Колумбъ былъ уже по пути въ Севилью.
   

IV.

   Въ декабрѣ 1491 г., въ монастырѣ Рабида, въ той самой кельѣ, гдѣ семь лѣтъ назадъ онъ ночевалъ со своимъ сыномъ Діего, Колумбъ проводилъ опять не одинъ день, не одну ночь, и волновали его все тѣ же думы.
   Чего, въ самомъ дѣлѣ, добился онъ за все это долгое время? Благодаря рекомендаціи пріора Хуана Переса, передъ нимъ раскрылись, правда, двери герцога Медина-Цели.
   -- Вашъ планъ очень заманчивъ; но повергать его теперь же на воззрѣніе ихъ королевскихъ величествъ было бы безполезно, -- говорилъ герцогъ: -- государственная казна въ конецъ истощена войной съ маврами...