# Англия тронулась

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015.


## АНГЛИЯ ТРОНУЛАСЬ

...Один из коммонеров заявил Бонар Лоу: "Довожу до сведения достопочтенного джентльмена, что большинство членов палаты намерено объявить забастовку в том случае, если правительство будет упорствовать в отказе увеличить оклады депутатам".


Из газет


К сожалению, газеты не приводят ответа Бонар Лоу на это заявление.

По частным же сведениям (одна версия), он ответил, что заявление члена палаты имеет отношение к русскому вопросу, который еще не разбирался; по другой версии, в дело вмешался Ллойд Джордж, который, водя в последнее время компанию с большевистскими агентами, на заявление члена Палаты ответил не свойственным ему раньше веселым тоном на чистейшем русском языке:

-- Наплевать!

И, игриво подмигнув интерпелянту, вышел из палаты, насвистывая "яблочко".

Из последующего можно с большим основанием вывести, что вторая версия была ближе к истине, потому что не прошло и трех недель, как коммонеры, возмущенные ответом Ллойд Джорджа, действительно забастовали.

Правда, они по своей неопытности не знали, с чего начать, но тут на выручку появились вечно вертевшиеся в палате и ко всему принюхивающиеся "дипломаты" Красин и Каменев.

Под их руководством дело закипело: быстро смастерили из жилета главного швейцара красный флаг, напечатали прокламации, озаглавленные "Долой всемирных угнетателей!", и один из забастовщиков, взойдя на трибуну, решительно заявил спикеру:

-- Довольно вы попили нашей кровушки!.. Будя.

В знак того, что заседание продолжается, спикер снял шляпу, но это не помогло; все встали, топая ногами, и член палаты Асквит крикнул:

-- Долой десять министров-капиталистов!! Да здравствует Четвертый Интернационал!!

-- Третий! -- крикнул сверху Красин.

-- Только третий? -- удивился добродушный Асквит. -- Медленно же вы это делаете.

И он доверчиво обернулся к Красину:

-- Теперь же дальше что?

-- Хорошо бы спикера вывезти на тачке.

-- У нас тачек нет.

-- Непростительная небрежность.

-- Да и кто бы его вывозил?

-- Вы же.

-- Простите, сэр, -- с достоинством возразил Асквит, -- но члены Британской Палаты Общин никогда не были лошадьми.

-- Гм, -- растерялся Красин. -- Это совершенно новая точка зрения. Ну, тогда просто высыпайте на улицы и стройте баррикады.

Сэр Асквит озабоченно оглядел свои руки и спросил:

-- Строить? А нельзя ли их того... сдать в подряд?

-- Да что это вам, беговой павильон, что ли? Должны сами строить.

-- Но мы еще не знаем, где городская земельная комиссия отведет нам участок для постройки...

-- Плюньте вы на комиссию! Стройте поперек Пикадилли!

-- А, может быть, вдоль? Чтобы не мешать движению экипажей, а?

-- Тьфу!! Пойдем, там видно будет.

По дороге к забастовавшим коммонерам присоединились булочники. Вообще, замечено: где бы, когда бы и кто бы ни забастовал -- обязательно за компанию бастуют булочники. Ни одна булочная душа не может вынести равнодушно зрелища чужой забастовки.

Когда пришли на Пикадилли, Красин, хлопотавший и суетившийся больше всех, подобно распорядителю от бюро на похоронах, сказал:

-- Теперь стройте баррикады!

-- Из чего же их строить? -- спросил обстоятельный представитель Хиккей-Хаса.

-- Из чего попало! Пустые ящики, телеграфные столбы, доски, бревна...

-- В таком случае мы должны прежде всего открыть кредиты, сделать ассигновку и послать представителя на лесной двор для закупки необходимого матер...

-- Ах, чтоб ты провалился! Вот не сваришь каши с этими людьми. Булочники! Вас угнетают, из вас пьют кровь -- чего ж вы стоите так?! Ломайте решетки, выворачивайте телеграфные столбы, опрокидывайте трамваи, опутывайте все проволокой... "Это будет последний, решительный день!". Ну, живо!

К вечеру булочная баррикада была готова. Была она довольно жидковата, довольно низковата, "не выпечена" -- как заметил один строитель, и для постоянного жилья не годилась, но временно, по уверению Красина и Каменева, на ней можно было продержаться...

Красин сбегал куда-то и притащил целую охапку револьверов, ружей и ручных бомб.

Разобрали. Залегли.

Ждали всю ночь. Ждали все утро.

-- Чего мы ждем? -- спросил, позевывая, представитель графства Сюррей.

-- А вот сейчас правительственные войска подъедут, стрелять будут.

-- All right! А зачем?

-- Что зачем? Зачем будут стрелять? Чтобы нас разогнать.

-- Этим и кончится?

-- Зачем этим? Мы должны бороться до последнего патрона.

-- Чего ж они не едут?

-- Сейчас, вероятно, подъедут.

Прошло еще часа три томительного ожидания.

Представитель Йоркшира, встревоженный, спросил:

-- А, может быть, правительство не знает о нашей баррикаде?

-- И верно. Чего мы будем сидеть как дураки. Надо бы сообщить правительству.

-- Действительно, безобразие!! Бездействие власти! Пишите им записку с нашим адресом!!

Асквит написал:

"Известно ли правительству, что мы забастовали и сидим на баррикаде (адрес -- Пикадилли, около дома No 47), известно ли, что мы ждем нападения правительственных войск, а если известно, то почему правительство не нападает на нас?!.. N. bene. Запрос признать спешным".

Записку послали с булочником. Ждали еще 3 часа. Ждали еще 6 часов.

Потом накинулись на Каменева и на Красина:

-- Почему вы нас поставили в дурацкое положение?! Почему никто не нападает?!

-- Мы ж тут при чем, сэры? Мы хотели как лучше... А, может быть, мы уговорим булочников прекратить забастовку, обойти баррикаду с другой стороны и напасть на нас? Все-таки драка будет.

-- Спасибо вам. Я не знаю, как кто, а я ухожу домой.

-- А я в палату.

-- И я. И я. Предъявим правительству официальный запрос.

Баррикада опустела.


* * *


...Спикер снял шляпу. Заседание палаты открылось.

Палата сейчас же внесла правительству запрос.

Палата: Известно ли правительству, что члены палаты построили на Пикадилли баррикаду? А если известно, то почему правительственные войска не напали на нас?

Правительство: Известно ли палате, что члены ее неприкосновенны? А если известно, чего ж она пристает к нам с запросами? Как мы могли прикоснуться к неприкосновенным?

Палата: Но мы забастовали! Раз мы не работаем, какая там неприкосновенность?

Правительство: Забастовка -- временное состояние Члена Палаты. Только официальное сложение своих полномочий делает его прикосновенным.

Палата: Так мы слагаем свои полномочия и бастуем!

Правительство: Тогда вы можете и не бастовать. Тогда вы вообще свободны!

Палата: Фу, черт!.. Вот запутались. Считаем инцидент исчерпанным.

Правительство: Давно бы так. Правительство тоже считает инцидент исчерпанным и переходит к очередным делам.

Все довольны.

Кроме Каменева.

Кроме Красина.

Красин утешает Каменева:

-- Ничего, Володя (партийная кличка). Мы надавим на булочников. Так как они имеют отношение к кулинарии, то, может быть, с помощью их мы и заварим в Лондоне кашу!..


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Юг России, 1920, 1 (14) августа, No 104 (297). Печатается впервые по тексту газеты.