# На станции

Исаак Эммануилович Бабель

(набросок с натуры)

## Исаак Бабель. На станции


(набросок с натуры)


Было это года два тому назад на забытой Богом станции, неподалеку от Пензы.

В уголку вокзала собралась компания. Подошел и я. Оказалось -- провожают солдата на войну.

Кто-то, пьяный, подняв голову к небу, играл на гармонии. Икающий парень -- мастеровой по виду, -- трясясь худым телом, простирал к играющему руки и шептал:

-- Рассусаливай, Вань...

Потом он отходил и, поворачиваясь спиной к людям -- сосредоточенно капал одеколону в грязный стакан с ханжой.

Бутылка с мутной жидкостью ходила по рукам. Все перепились. Отец солдата сидел на полу в сторонке -- бледный и молчаливый. Брата отъезжавшего все время рвало. Он свалился, ткнулся лицом в свою блевотину, и так и заснул.

Подошел поезд. Стали прощаться. Отец солдата все не хотел вставать -- ни глаз раскрыть, ни встать.

-- Вставай, Семеныч, -- сказал мастеровой. -- Благослови сына.

Старик не ответил. Принялись тормошить. Пуговка на меховой шапке болталась. Подошел жандарм.

-- Хамло, -- промолвил он, -- человек мертвый, а они тормошат.

Оказалось -- правда, заснул и помер. Солдат растерянно оглядывался. Гармошка дрожала в его руках и от сотрясения поигрывала.

-- Ишь ты, -- сказал он, -- ишь -- ты... И добавил, протягивая гармонию:

-- Гармонь Петьке. На перрон вышел начальник станции.

-- Гулянки... -- пробормотал он, -- нашли где собираться... Прохор, сукин ты сын, давай второй...

Большим железным ключом от станционной уборной жандарм два раза ударил в колокол (язык колокола давно вырвали).

-- Ты бы с отцом простился, -- сказали солдату, -- стоишь дурак дураком.

Солдат нагнулся, поцеловал отцовскую мертвую руку, перекрестился и тупо пошел к вагону. А брат его -- тот все спал в своей блевотине.

Старика увезли. Народ стал расходиться.

-- Вот те и трезвость, -- сказал стоявший подле меня старичок-купец, -- мрут, как мухи, сукины дети...

-- Ну, брат, трезвость, шалишь... -- твердо выговорил подошедший бородатый мужик. -- Народ наш -- народ пьющий. Глаз надобен ему мутный...

-- Чего? -- недослышал купец.

-- Погляди, -- ответил мужик и рукой указал на поле -- черное и бесконечное.

-- Ну?

-- Ничего -- ну. Муть видишь? Вот и глаз народу надобен -- мутный.


----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


Впервые: Эра (Петроград), 1918, No 6, 13 июля.