# Стихотворения

Константин Дмитриевич Бальмонт

Вопросы

Нет любви

Затон

"День за днем ускользает несмело..."

"Я не слыхал пастушеской свирели..."

## К. Д. БАЛЬМОНТЪ.


## ВОПРОСЫ.


Неужели весь міръ бездыханенъ и пустъ,

И уста не найдутъ отвѣчающихъ устъ?

Для кого эти звѣзды блистаютъ въ ночи,

Для кого зажигаютъ во мракѣ лучи?

И зачѣмъ такъ хорошъ ихъ живой хороводъ,

И зачѣмъ такъ глубокъ голубой небосводъ?

Какъ извѣдать, волна говоритъ ли съ волной,

Или бьется безъ мысли въ прохладѣ ночной?

И восторгъ ли горитъ въ облакахъ, на зарѣ,

Въ этихъ краскахъ нѣмыхъ, въ янтарѣ, въ серебрѣ?

Есть ли души безсмертныя въ нашихъ тѣлахъ?

Есть ли Богъ гдѣ-нибудь -- далеко -- въ небесахъ?

Такъ я горько мечталъ у подножья скалы,

Подъ покровомъ ночнымъ голубой полумглы.

И пока вопрошалъ, угасали лучи,

И шумѣла волна: "Замолчи! Замолчи!.."


## НѢТЪ ЛЮБВИ.


О, еслибъ знала ты, какъ мнѣ глубоко жаль,

Что, будучи любимъ, я пресыщенъ любовью.

Съ тобой -- въ полночный часъ -- прильнувши къ изголовью,

Я былъ душой одинъ,-- со мной была печаль.

Поймешь ли ты меня, я ждалъ, искалъ обмана,

Я жаждалъ всей душой забыться сладкимъ сномъ.

Но нѣтъ любви въ любви, я убѣдился въ томъ,

Глаза безсонные прозрѣли слишкомъ рано.

Пойми мои слова, пойми, что это такъ:

Любовь -- миражъ судьбы, дающій намъ мученье,

Она отъ лучшихъ чувствъ нѣмое отреченье,

Любовь -- минутный другъ и долголѣтній врагъ.

Молю, не мучь меня своимъ страданьемъ скрытымъ,

Забудь, и научись -- не плакать, не любить.

О, вѣрь, отраднѣй быть обманутымъ, забытымъ,

Чѣмъ, не любя, любимымъ быть!


## ЗАТОНЪ.


Когда ты заглянешь въ прозрачныя воды затона,

Подъ блѣдною ивой, при свѣтѣ вечерней звѣзды,

Невнятный намекъ на призывъ колокольнаго звона

Къ тебѣ донесется изъ замка хрустальной воды.

И ты, наклонившись, увидишь прекрасныя лица,

Испуганнымъ взоромъ замѣтишь межъ ними себя.

И въ сердцѣ твоемъ за страницею вспыхнетъ страница,

Ты будешь читать ихъ, какъ духъ, не скорбя, не любя.

И будутъ расти это дна до поверхности влаги

Узоры упрямо и тѣсно сплетенныхъ вѣтвей.

И будутъ расти и мѣняться,-- какъ призраки саги

Растутъ, измѣняясь въ значеньѣ и въ силѣ своей.

И все, что въ молчаніи ночи волнуетъ и ранитъ,

Что тайною чарой нисходитъ съ далекихъ планетъ,

Тебя въ сочетанья свои завлечетъ, и обманетъ,

И сердце забудетъ, что съ ними сліянія нѣтъ.

Ты руку невольно протянешь надъ соннымъ затономъ,

И вмигъ все безслѣдно исчезнетъ,-- и только вдали,

Съ чуть слышной мольбою, съ какимъ-то заоблачнымъ звономъ.

Незримо порвется струна отъ небесъ до земли.


Пушкинскій сборникъ. (Въ память столѣтія дня рожденія поэта) С.-Петербургъ, 1899


## * * *


День за днемъ ускользаетъ несмѣло,

Ночи стелютъ свой черный покровъ.

Снова полночь нѣмая приспѣла,

Слышенъ бой колокольныхъ часовъ.

Гулкій звукъ разростается, стонетъ,

Заунывнымъ призывомъ звучитъ,

И въ застывшемъ безмолвіи тонетъ,--

И пустынная полночь молчитъ.

Мѣдный говоръ такъ долго тянулся,

Что, казалось, не будетъ конца,--

И какъ будто вдали улыбнулся

Милый очеркъ родного лица.

И забылся весь ужасъ изгнанья,

Засвѣтился родимый очагъ,

Но мгновенно настало молчанье,

Неоглядный раскинулся мракъ.

Дверь открылась -- и снова замкнулась,

Лучъ блеснулъ -- и его не видать.

И безсильно въ груди шевельнулось

То, чему не бывать, не бывать.

К. Бальмонтъ.


"Міръ Божій", No 1, 1896


## * * *


Я не слыхалъ пастушеской свирѣли,

Я не мечталъ на утрѣ юныхъ дней;

Мнѣ снился стонъ бунтующей метели

И пламя мстительныхъ огней.

Ни ландышей, ни пестрыхъ маргаритокъ

Я не сбиралъ, привѣтствуя разсвѣтъ;

Отъ дѣтскихъ дней читалъ я жизни свитокъ,

Я былъ рожденъ для думъ и бѣдъ.

Во всѣхъ путяхъ, какъ прежде, такъ и нынѣ,

Меня, какъ тѣнь, преслѣдуетъ печаль;

Я ключъ живой хочу найти въ пустынѣ,

И не себя, -- другихъ мнѣ жаль.

Роняя свѣтъ въ холодный мракъ ненастья,

Я сиротамъ несу любовь отца;

И знаю я, что нѣтъ завиднѣй счастья,

Какъ быть несчастнымъ безъ конца.

К. Бальмонтъ.


"Русская Мысль", кн.V, 1894