# Покаяние

Николай Иванович Барсов

Покаяние -- одно из семи христианских таинств, установленное самим И. Христом (Иоан. XX, 21--23: Мф. XVI, 19; XVlII, 17--18). В нем, по православному учению, исповедующий изустно грехи свои перед священником при видимом изъявлении от него прощения невидимо разрешается от всех грехов самим И. Христом, так что снова делается невинным и освященным, как после крещения. Для действенности таинства необходимы искреннее сердечное раскаяние и твердое намерение исправить свою жизнь, вера в И. Христа и надежда на его милосердие, устное изложение грехов пред священником и разрешение священника, также устное, по известной формуле ("Чин" исповеди печатается в "Требнике", а также отдельно). В Ветхом Завете П. сначала состояло во внешних очистительных обрядах, посте и т. п.; позже пророки возвысили понятие о П. и требовали, кроме внешних очищений и жертв, сердца Богу сокрушенного и смиренного (Псал. LI, 19) и перемены жизни к лучшему (Исаия I, 16--17; Иезекииль XXXIII, 14--15). Евангелие понимает П. не просто как раскаяние, но и как возрождение, полное изменение (μετανοία) существа. Во времена апостольские обозначаются два вида П.: тайного, перед священником, и открытого, публичного, перед всем обществом церковным (Деян. XIX, 58; Иак. V, 16). Во II и III вв. о существовании публичного П. говорят Ириней, Тертуллиан, Климент Александрийский, Ориген, Киприан. В III в. П. было подробно регламентировано для так называемых падших (lapsi), т. е. отрекшихся от Христа во время гонений, но после снова возвращавшихся в церковь. Для них определено было четыре степени П. (по мнению некоторых ученых -- три или пять): плачущих (προσκλαίωντες), слушающих (άκροώμενοι), припадающих (προσπιπτοντες, ύποπίπτοντες) и предстоящих, или вместе стоящих (συνισταμενοι). "Плачущие", стоя на коленях во внешнем притворе церкви, просили входящих в храм помолиться о них и ходатайствовать о скорейшем принятии в церковь; "слушающие" стояли во внутреннем притворе храма, впереди оглашенных, и вместе с ними удалялись из храма; "припадающие" стояли в самом храме, при входе, перед вдовицами и старцами; по выходе "слушающих" они "припадали" ниц, исповедовали грех свой и затем удалялись из храма; "предстоящие" занимали в церкви место слева впереди и отличались от верных только тем, что не могли ни делать приношений в церковь, ни причащаться св. таин. Публичному П. в древней церкви подвергались не только lapsi, но также впавшие в ересь и в особенно тяжкие грехи. Срок публичного П. был иногда очень продолжителен: П. падших продолжалось по правилам Петра Александрийского 4 года, по правилам Анкирского собора -- 6 лет, по правилам Первого Вселенского собора -- 20 лет. По просьбам и настояниям гражданских властей срок публичного П. иногда сокращался; иногда такое сокращение делалось и по усмотрению самой церкви. Были случаи добровольного публичного П., как особый вид подвижничества благочестивых, по смирению, а не по действительной виновности. Грехи, от которых очищались публичным П. по суду церкви, были: святотатство, убийство, блуд, кровосмешение, оскорбление величества и делание фальшивой монеты. Так как исповедь перед всеми представляла некоторые неудобства, то с половины III в. в церквах был учрежден особый чин священника-духовника (πρεσβιτερος επί της μετανοίας, poenitentiarius), который наедине выслушивал исповедь подлежавшего публичному покаянию; но это учреждение скоро было отменено, а вслед за тем перестало существовать на Востоке и публичное П. (около 400 г.). На Западе оно прекратилось не ранее VII века. Место его занимают усиленные молитвы, особые дела благотворительности и другие подвиги благочестия, совершаемые под надзором и руководством пресвитера, и в крайнем случае -- отлучение от причащения на тот или другой срок (см. "Исповедание веры Восточной церкви" Митрофана Критопула и "Ответ патриарха Иеремии лютеранам" по поводу аугсбургского исповедания). IV-й Латеранский собор определил, чтобы к таинству П. однажды в год непременно приступали все пришедшие "в разумный возраст", под угрозою отлучения от церкви и лишения христианского погребения. Это определение подтвердил собор Триентский, предписавший то же самое и священникам. В XII в. на Западе устная исповедь с перечнем грехов не всеми считалась необходимою для получения прощения; некоторые признавали достаточным одно внутреннее раскаяние. Ричард Сен-Викторский учил, что священник может освободить от наказания за грех, но не от виновности; Фома Аквинат -- что священник не может освободить от грехов, но может освободить от виновности и наказания. Кафары и вальденцы отвергали устную исповедь. С XII в. прежняя формула разрешения: "misereatur tui omnipotens Deus et dimitiat tibi omnia peccata tua, et perducet te in vitam aeternam" заменена словами священника: "ego absolvo te". Лютер сначала удержал П. в числе таинств, сохранив и устную исповедь (хотя и не считал необходимым полный перечень грехов исповедующимся), и разрешение пастора для готовившихся к причащению (Аугсбургск. исповед. II, 12, 25), но потом признал разрешение пастора не необходимым, усмотрев сущность П. в истинном раскаянии и скорби о грехе. С течением времени изустное исповедание грехов вышло из обычая у лютеран; позднейшие усилия восстановить его были безуспешны. В настоящее время в ортодоксальном лютеранстве существует лишь общее публичное П. и общее же разрешение, преподаваемое пастором. В церкви реформатской устной исповеди не существует вовсе; по ее учению, нужно исповедоваться лишь одному Богу, все равно, общею ли исповедью или единолично, в храме. Позволяется также исповедоваться кому-либо из своих близких или пастору, чтобы выслушать от них наставление или утешение (Confessio Helvet., 1,14); ныне, однако, такая исповедь не практикуется. В православной церкви существует правило, по которому каждый православный должен приступать к таинству П. не менее одного раза в год (обыкновенно -- в Великом посту, а также в другие три поста-- Рождественский, Успенский и Петров). Священник обязан хранить исповедь в тайне -- за огласку исповеданных ему грехов он подвергается по духовному регламенту лишению сана. Если бы, однако, кто-либо на исповеди объявил о своем злом умысле против государя и общественного порядка и при этом не выразил бы раскаяния и решимости оставить свое намерение или тайно, но умышленно произвел в народе соблазн, могущий иметь вредные последствия для церкви и общества (напр. вымышленное чудо) и, исповедуясь, не изъявил намерения уничтожить соблазн публичным раскаянием в обмане, священник должен немедленно обо всем донести архиерею; подробности исповеданного, однако, он сообщает не ранее, как на формальном суде. Священник не имеет права исповедовать несколько человек разом, даже малолетних. Священнику запрещается пользоваться исповедью как средством для каких-либо вымогательств и личных просьб. Плата священнику за исповедь запрещена и государственными, и церковными постановлениями. Из монашествующих исповедовать могут только имеющие сан не ниже иеромонаха, и не иначе, как с разрешения архиерея. Ср. Исповедные книги (росписи). См. В. И. Долицкий, "Об исповеди" ("Христианское чтение", 1842); "Покаяние" (там же, 1825); "Церковное запрещение и разрешение" ("Православный собеседник", 1860); А. Шостьин, "Превосходство исповеди православной пред католической" ("Вера и разум", 1887, 1); Алмазов, "Тайная исповедь" (1894).


Н. Б--в.


Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона