# Рассказы разных лиц

Петр Иванович Бартенев

## Петр Иванович Бартенев


## Рассказы разных лиц. М<осква>. 1853. 30 Окт.


Бодянский <рассказывал> передавал своё студенческое воспоминание. В конце Сентября 1833 года в доме старого Университета (где теперь в библиотеке читальная зала) был на лекции у Давыдова Пушкин (сидел на креслах). По окончании её взошёл в аудиторию Каченовский, и, вероятно, по поводу самой лекции заговорили о Слове о полку Игореве. Тогда Давыдов заставлял студентов разбирать древние памятники. Обращаясь к Каченовскому, Давыдов сказал, что ему подано весьма замечательное исследование, и указал на Бодянского, который, увлечённый Каченовским, доказывал тогда подложность Слова. Услыхавши об этом, Пушкин с живостью обратился к Бодянскому и спросил: "А скажите, пожалуйста, что значит слово харалужный?" Не могу объяснить. Тот же ответ на вопрос о слове "стрикусы". Когда Пушкин спросил его о слове кмет, Бодянский сказал, что, вероятно, слово это малороссийское от кметыти и может значит примета. "То-то же,-- говорил Пушкин,-- никто не может многих слов объяснить, и не скоро ещё объяснят". Через день Пушкин обходил весь Университет вместе с Уваровым и потом скоро уехал[775].

Доселе ещё не разыскано, какие первые стихи написал Пушкин на Русском языке. Перебирая труды Об<щест-ва> Л<юбителей> Р<оссийской> С<ловесности>, я встретил там стихи На смерть Кутузова и под ними подпись Пушкин[776]. Но, по уверению <С. Д.> Полторацкого, они принадлежат Алексею Пушкину, о чём Полторацкий знает, кажется, от самого автора или от его родственников. Полторацкий насчитал до 9 (если не более) Пушкиных-писателей. Про этого Алексея говорит Василий Львович в стихах, напечатанных в "Московском Телеграфе" 1827 г., за ноябрь No 22 (Послание к***):

Бывал и я забав душой

И Пушкин Алексей, товарищ верный мой.

Со мною выходил на сцену:

Бывало, воспевал на лире я Климену;

Стихов моих он не любил,

Но он любил играть комедию со мною;

Он вздором часто нас смешил

И ум соединял с блестящей остротою,

Его уж нет!.. я жив! и пр.

Баратынский сказывал Елагиным (Н. А.), что стихотворение: Не дай мне Бог сойти с ума, напечатано без конца. Было ещё две строфы, где выражалась несвязность мыслей сумасшедшего. Издатели, не поняв этого, искали смысла в этих стихах и, как бессмысленные, откинули[777].

Жуковский в Белёве (1837, 26 июля) рассказывал Елагиным о дуэли и смерти Пушкина и, между прочим, говорил, что из бумаг покойного всё, относившееся до Петра, царь приказал доставить в свой кабинет.

Живя в Михайловском, Пушкин написал письмо к императору Александру и просил его о дозволении отправиться за границу для того-де, что он страдает аневризмом серда, и ему необходимо заграничное лечение. Государь в ответ приказал сказать ему, что от этой болезни можно вылечиться и в России. Дали об этом знать его родителям, жившим тогда в Спб., и они через Жуковского просили Ив<ана> Фил<иповича> Мойера, в то время очень известного профессора Анатомии в Дерптском Университете, съездить в Михайловское для произведения надлежащей операции; прислали ему для того и коляску. Мойер спросил позволение на отъезд у Ливена, который тотчас дал ему оное, готовился в путь, как вдруг получил от своего будущего пациента письмо на французском языке, в котором он его умолял ради самого Бога не ехать к нему, уверяя, что он сам желает смерти и не решается ни на какую операцию. Дело тем и кончилось. Впоследствии, когда Мойер встречался с Пушкиным у Жуковского, он был очень с ним любезен, но об этом не поминал ни слова. Письмо Пушкина Мойер затерял.-- Слышано от самого Ивана Филиповича[778].

(Июля 11. 1854. С. Бунино).

П. В. Киреевский в июне 1835 г. прожил несколько недель в Спб. и через Жуковского познакомился с Пушкиным. Он часто видал его у Жуковского и один раз вместе с последним был у Пушкина. Киреевский хорошо помнит большую комнату, со шкапами по бокам и с длинным столом посередине, заваленным бумагами. Пушкин читал Жуковскому своё письмо к Бенкендорфу, которого просил о позволении выехать из Спб., где ему очень было тяжело жить. Рассказами своими о Петре Пушкин удивлял Жуковского.

В 1835 г. (sic), в Июле или Августе, П. В. Киреевский был в Петербурге, вместе с Жуковским, у Пушкина. Он говорил им, между прочим, о своём сильном желании совсем оставить Петербург и уехать совсем в деревню. Он хлопотал об отпуске и читал Жуковскому просьбу свою о том к Бенкендорфу.-- Пушкин с великою радостью смотрел на труды Киреевского, перебирал с ним его собрание, много читал из собранных им песен и обнаруживал самое близкое знакомство с этим предметом. Ещё прежде, через Соболевского, он доставил Киреевскому тетрадку Псковских песен, записанных с голоса, частью собственною рукою Пушкина, частью другою рукою (около 40 пес.)[779].

Когда Евгений (теперь Ярославский) был архиепископом Псковским и посетил Святогорский монастырь, к нему внезапно явился с ярмарки Пушкин в одежде русского мужика, чем очень удивил преосвященного[780].

Обещая Киреевскому собранные им песни, Пушкин прибавил: "там есть одна моя, угадайте!" Но Киреевский думает, что он сказал это в шутку, ибо ничего поддельного не нашёл в песнях этих[781].

Покойница Екатерина Афанасьевна Протасова (мать Воейковой) рассказывала (как говорил мне Н. А. Елагин), что Пушкину вдруг вздумалось приволокнуться за женой Карамзина. Он даже написал ей любовную записку. Екатерина Андреевна, разумеется, показала её мужу Оба расхохотались и, призвавши Пушкина, стали делать ему серьёзные наставления. Всё это было так смешно и дало Пушкину такой удобный случай ближе узнать Карамзиных, что с тех пор он их полюбил, и они сблизились[782].

Накануне свадьбы Пушкин позвал своих приятелей на мальчишник, приглашал <особыми> записочками. Собралось обедать человек 10, в том числе были Нащокин, Языков, Баратынский, Варламов, кажется, Елагин (Алексей Андреевич) и пасынок его Иван Васильевич Киреевский. По свидетельству последнего, Пушкин был необыкновенно грустен, так что гостям даже было неловко. Он читал свои стихи Прощание с молодостью, которых после Киреевский не видал в печати. Пушкин уехал <перед> вечером к невесте. Но на другой день, на свадьбе, все любовались весёлостью и радостью поэта и его молодой супруги, которая была изумительно хороша[783].

В начале 1827 года Пушкин жил в Москве. Здесь на Масленице встретил его на Итальянском спектакле (в доме Апраксина, что теперь 2-й корпус) Вигель, потом он у него бывал в квартире Соболевского (Собачья площадка). Тогда в Москве читал лекции о Французской поэзии некто Decamp (обожатель В. Гюго и новейшей школы и отвергавший авторитеты Буало, Расина и проч.). Эти лекции читались в зале М. П. Солнцева, дяди Пушкина по Елизавете Львовне. Авдотья Петровна Елагина по знакомству с Декампом взяла билет и ездила слушать. В самую первую лекцию она встретила там Пушкина, который подсел к ней и во всё время чтения смеялся над бедным французом и притом почти вслух. Это совсем уронило лекции. Декамп принужден был не докончить курса, и после долго в этом упрекали Пушкина[784].


## Примечания


Рассказы о Пушкине.-- С. 49--54.

Пушкин посетил Московский университет в сентябре 1832 г., о чём писал жене. "Слово о полку Игореве" очень интересовало поэта. "Слову" посвящена его неоконченная статья.

[776] Автор стих. "На смерть Кутузова" Алексей Михайлович Пушкин. Первое печатное стихотворение Пушкина -- "К другу стихотворцу" (Вестник Европы. 1814. No 13).

[777] Стихотворение написано в 1833 г. Черновой автограф не сохранился.

[778] Известный эпизод с неосуществлённым планом побега Пушкина из Михайловского за границу через Дерпт подробно описан П. В. Анненковым в кн. "А. С. Пушкин в александровскую эпоху".-- Спб., 1874.-- С. 287--289. В записи Бартенева имеется ряд неточностей.

[779] П. В. Киреевский вместе с Жуковским посетил Пушкина на даче на Чёрной речке в июне 1835 г. Читал Пушкин, по-видимому, своё письмо Бенкендорфу от 1 июня 1835 г. Пушкин вместе с С. А. Соболевским в 1828 г. намеревался издать собрание русских песен, но позднее отказался от этого намерения и собранные им в псковской деревне 50 песен передал П. В. Киреевскому, включившему их в своё собрание.

[780] Евгений (Андрей Евфимиевич) Казанцев был псковским архиепископом в 1822--1825 гг. После первого знакомства на ярмарке в Святогорском монастыре 29 мая 1825 г. поэт посетил этого весьма незаурядного, широко образованного священника в его резиденции в Святогорском монастыре под Псковом. См.: Гордин А. М. Пушкин в Михайловском.-- С. 241--245.

[781] Об этом пишет и в "Моих воспоминаниях" академик Ф. И. Буслаев. М., 1897, с. 293.

[782] Эпизод с "любовной запиской" Пушкина Е. А. Карамзиной относится к лицейским годам поэта. О Пушкине и Карамзиной см. комментарий Б. Л. Модзалевского к "Дневнику" Пушкина, с. 31--35. Ср.: Тынянов Ю. Н. Безыменная любовь // Тынянов Ю. Н. Пушкин и его современники.-- М., 1968.-- С. 209--232.

[783] Об этом "мальчишнике" есть записи и других участников.

[784] См.: Вигель Ф. Ф. Записки, с. VII.-- М., 1893.-- С. 133--134.