# Вульфила

Федор Александрович Браун

Вульфила (Wulfila, Ulfila, Ulfïlas) -- первый епископ готов; родился около 311 г. По свидетельству Филосторгия (начала V века), он не был чистокровным готом, а происходил от пленных христиан, вывезенных дунайскими готами около 267 г. во время одного из набегов на Малую Азию из местечка Садоголтины, в Каппадокии. Не подлежит, однако, сомнению, что его семья вполне сжилась с новой средой, так что сам В., родившийся и воспитавшийся в стране готов, может считаться членом готской народности. На это указывает и его чисто-готское имя (Wúlfila, уменьшительное от Wulfs, волк; ср. нынешние немецкие фамилии Wolfel, Wölflein; формы Ulfila и т. д. возникли под влиянием греческой орфографии). По словам его ученика Авксентия, епископа доростольского (т. е. Силистрии), В. до тридцатилетнего возраста был лектором при одной из немногочисленных христианских церквей в земле вестготов. Около 341 г. он участвовал в посольстве, посланном его соотечественниками к императору Констанцию. Во время пребывания в Константинополе он был выбран епископом готов и рукоположен Евсевием никомедийским не позже весны 341 г., времени смерти Евсевия. Вернувшись на родину, он деятельно взялся за проповедь христианства. Когда около 348 г. в стране вестготов начались преследования христиан со стороны Атанариха, могущественнейшего из вестготских князей, то В., став во главе своих единоверцев, вывел последних через Дунай в Мезию. Император Констанций принял переселенцев очень ласково и отвел им земли около Никополя, где они основали общину с патриархальным устройством, во главе которой стоял сам В. и, по его смерти, его преемники (см. Готы мезийские). В 360 г. он принимал, вероятно, участие в арианском синоде в Константинополе. Когда православие стало вновь брать верх над арианской ересью, то В., державшийся последней, по собственным его словам в завещании, всю свою жизнь тщетно старался побудить императора Феодосия к созыву собора для решения спора между православием и арианством. В 381 году был издан закон, по которому арианам запрещались диспуты по вопросам веры. Тем не менее, в 383 г. Феодосий сделал последнюю попытку примирить еретиков с православием, созвав синод в Константинополе, -- к которому был приглашен и В. Явившись в Константинополь, последний умер здесь, вероятно, летом 383 года. По другому, менее вероятному мнению, его смерть последовала уже в 381 году.

В. играет выдающуюся роль в истории своего народа. Его, апостола готов, не даром называли и "Моисеем готов". Блестящие дарования и обширная ученость (он писал и проповедовал на трех языках: готском, греческом и латинском) соединялись в нем с замечательной энергией. Не ограничиваясь пастырскою деятельностью, он играл и видную политическую роль. Но наиболее важным его делом, доставившим ему бессмертие, был его перевод Священного Писания на готский язык. Имея Священное Писание, а стало быть, и богослужение на родном языке, готы могли испытывать облагораживающее культурное влияние христианского учения. Перевод В. получил широкое распространение и перешел ко всем другим отраслям готского народа. Дошедшие до нас отрывки его относятся к началу VI века и написаны в Италии, в эпоху высшего процветания остготской власти на полуострове (см. Готы, язык). Когда именно В. взялся за перевод Священного Писания, мы не знаем. Тот факт, что он из лекторов -- низшей церковной должности -- был назначен непосредственно епископом, минуя степени дьякона и пресвитера, указывает, по-видимому, на то, что он уже до этого (341 г.) обратил на себя внимание высших сановников церкви каким-либо выдающимся делом: может быть, это был именно предпринятый им перевод Священного Писания. Мы не знаем также, перевел ли он сам всю Библию. До нас дошли значительные отрывки всех четырех Евангелий (Евангелие от Марка целиком) и Посланий (II Послание к Коринфянам -- целиком), но лишь очень незначительные остатки перевода Ветхого Завета (книги Ездры и Неемии). Некоторые факты, однако, указывают на существование перевода Пятикнижия Моисея, пророка Иезекииля и книги Маккавеев. По преданию, В. перевел все Священное Писание, за исключением книг Царств, так как он не хотел возбуждать еще больше уже без того воинственный дух своего народа. Сохранившиеся отрывки Нового Завета во всех своих частях являют одинаковое искусство перевода и полное тождество в употреблении слов, постройке периодов и т. д.; они, несомненно, принадлежат одному и тому же переводчику, т. е. именно В., который, конечно, должен был начать работу с Нового Завета, как наиболее важной для его цели части Священного Писания. С другой стороны, дошедшие до нас отрывки Ветхого Завета так сильно отступают в фразеологии и т. д. от Евангелий и Посланий, что нельзя не узнать в них руку другого переводчика. Конечно, возможно также, что отклонения внесены в этот текст позднейшей обработкой. Несомненно только, что Вульфиле принадлежит почин в переводе Библии на готский язык и что он лично перевел, по крайней мере, Евангелие и часть Посланий. Едва ли он довел начатое дело до конца; вероятно, он воспитал себе учеников и помощников, которые продолжали работу, предпринятую им. Еще около 390 г. два готских священника (Sunnia и Frexela) обращаются к св. Иерониму с просьбой объяснить им некоторые вопросы касательно текста и перевода Псалтири; над переводом последней, очевидно, еще трудились в то время, т. е. уже после смерти Вульфилы. Предпринятая последним работа была не легкая. Нужно было прежде всего создать азбуку, которая могла бы передавать все звуки готского языка и собственных имен, встречающихся в Священном Писании. Готы имели, правда, уже рунические письмена (см. Руны), но их, с одной стороны, было недостаточно, а с другой -- их связь с обрядами языческого культа делала применение их при переводе Библии нежелательным. Вследствие этого В. создал собственную азбуку, в основе которой лежат греческие письмена его времени, дополненные некоторыми знаками латинского и рунического алфавитов. Не зная еврейского языка, В. перевел Ветхий Завет с греческого перевода (Septuaginta), а Новый -- с греческого оригинала, причем, однако, замечается и некоторое влияние латинского перевода. Судя по дошедшим до нас отрывкам его перевода, В. мастерски справился с своей трудной задачей и поборол все препятствия, состоявшие главным образом, с одной стороны, в необработанности готского языка, с другой -- в образности и философской глубине библейской речи. Его перевод очень близок к оригиналу, хотя не подчиняется ему слепо. Ошибки и ложные толкования встречаются лишь очень редко. В. сумел воспользоваться для своего труда всем богатством и разнообразием форм готского языка и создал, таким образом, образцовую германскую прозу, легшую в основу дальнейшего развития готской письменности (см. Готы, язык).

Ср. Беликов, "Христианство у готов" (Казань, 1887); G. Waitz, "Ueber das Leben und die Lehre des Ulfila" (Ганновер, 1840); W. Krafft, "Die Kirchengeschichte der germanischen Völker" (ч. I, 1, Берлин, 1854); W. Bessell, "Uber das Leben des Ulfilas und die Bekehrung der Gothen zum Christenthum" (Геттинген, 1860); Scott, "Ulfilas, Apostle of the Goths" (Кембридж, 1855).


Ф. Браун.


Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, т. VII (1892): Волапюк -- Выговские, с. 453--455