# Орлиное гнездо

Бьёрнстьерне Бьёрнcон

Текст издания: журнал "Пробуждение", 1908, No 5.

## Орлиное гнездо


Рассказ Бьернстерне-Бьернсона


Эндрегаардене называлась маленькая деревенька, заброшенная среди высоких скал. Над деревней виднелось огромное гнездо. Орлы укрепили его на острой горной вершине. Все видели орлицу, высиживающую яйца, но никто не мог добраться до нее. Орел носился над деревней и часто бросался вниз, хватая то ягненка, то козленка; а однажды он унес даже ребенка. Деревня не могла быть покойна, пока существовало орлиное гнездо. Среди жителей поселка ходило предание, будто в старину жили два брата, которые добрались до гнезда и разрушили его; но в нынешние времена не находилось никого, кто бы был в силах совершить такой подвиг.

Все разговоры деревни вертелись вокруг орлов и их гнезда, -- все глаза постоянно обращались кверху. Каждый знал, когда был последний прилет орлов, когда и где совершали они свои кровавые нападения, и кто был последний из пытавшихся достигнуть вершины. Деревенская молодежь с малых лет упражнялась в лазании по деревьям и скалам, и главным образом в борьбе, чтобы потом, когда-нибудь, подобно двум братьям достигнуть гнезда и разрушить его.

В это время, о котором идет речь, самым ловким парнем в деревне считался Лейф. Волосы у него вились кудрями, глаза были маленькие, он сыпал шутками и любил девушек. С малых лет он хвастался, что в свое время доберется до гнезда; но старики толковали, что об этом не надо бы ему говорить так -- и направо и налево.

Эти речи подзадорили Лейфа и он, еще не достигши полной возмужалости, решил совершить свой подвиг. Был ясный воскресный день. Лето стояло еще в самом начале -- как раз время выводки молодых орлят. Громадная толпа народа собралась около скалы. Старики отговаривали, молодежь подбодряла. Но Лейф слушался только своего собственного желания и поэтому, как только орлица улетела из гнезда, он сделал прыжок и уже повис на дереве далеко от земли. Во впадине скалы росло оно, и по этой впадине вверх стал карабкаться Лейф. Маленькие камешки катились из под его ног, щебень и песок осыпались вниз, а кругом царила глубокая тишина; -- только река позади катила свои волны с глухим, несмолкаемым шумом. Круче и круче становилась каменная стена; подолгу висел он на одной руке, ища ногой твердой опоры. Многие, особенно женщины, отвернулись, говоря: он не решился бы на это, будь у него живы родители. Но вот он нашел таки выступ, потом ищет снова, рукой, ногой -- почва колеблется, он скользит и вот опять повис. Стоявшие внизу глубоко вздохнули. Вдруг поднялась высокая девушка, сидевшая до того в стороне, на камне. Она с детства была обручена с ним, хотя он и не принадлежал к коренному населению деревни. Девушка подняла кверху руки и закричала: "Лейф, Лейф, зачем ты это делаешь?" Весь народ обернулся в ее сторону, отец подошел к ней, но она не узнала его. "Спустись назад, Лейф, -- кричала она, -- я люблю тебя, а там наверху, там ничего нет". И вот видят, он, будто, задумался на несколько мгновений всего, а потом снова начал карабкаться вверх. Руки и ноги его опять прочно держались на камне, и он довольно долго успешно подвигался вперед; но скоро он видимо стал уставать, потому что часто отдыхал. Предвестником покатился из-под его ног маленький камешек, и все невольно следили за ним глазами, пока он не скатился совсем вниз. Некоторые не могли дольше выдержать и ушли прочь. Только девушка стояла выпрямившись на камне и, ломая руки, глядела вверх.

Лейф снова нащупывал вокруг себя рукой, потом, она ясно видела это, вдруг опустил ее, быстро схватился другой, но опустил и эту. "Лейф!" -- вскрикнула она, и ее крик громко повторили скалы вверху и люди внизу. "Он скользит!" -- закричала толпа и руки всех поднялись вверх. Он действительно падал, увлекая за собой песок и камни, падал не останавливаясь все быстрее и быстрее; люди отпрянули назад и отвернулись. И вот позади них на скале раздался какой то треск и вслед за тем, что-то упало тяжелое, будто большая глыба сырой земли.

Когда они, наконец, решились обернуться, то увидели его искалеченного до неузнаваемости. Девушка лежала на камне; отец унес ее.

Молодежь, больше всех подбодрявшая Лейфа на его смелый подвиг, боялась теперь даже протянуть ему руку помощи; никто не решался взглянуть на него. Старикам пришлось взяться за дело. Самый старый из них сказал, подходя: "Глупое дело... хотя,--добавил он, взглянув вверх, -- все же хорошо, что существует нечто, до чего не всякий может добраться"...


--------------------------------------------------------------------------


Текст издания: журнал "Пробуждение", 1908, No 5.