# О творчестве Шервуда Андерсона

Сергей Сергеевич Динамов

## С. Динамов


## О творчестве Шервуда Андерсона


1


Шервуд Андерсон -- яркое явление в новейшей американской литературе.

Андерсон родился в 1876 г. в штате Огайо, которому он посвятил впоследствии свою лучшую книгу новелл "Уэйнсбург, Огайо" (1919). Четырнадцати лет он уже стал работать в качестве чернорабочего и т. д. Началась испано-американская война. Молодой Шервуд Андерсон становится солдатом. После демобилизации он становится дельцом, преуспевает, встает во главе одной промышленной компании, и это его благополучие длится до 1910 года.

Но дадим слово самому писателю, подробно рассказавшему историю своей жизни в большой книге "История рассказчика истории" (1924).

"Ряд лет занятие торговлей товарами превратило меня как бы в безумного... Я сделался почти богачом. В свое время я мог бы выстроить огромную фабрику, а затем -- еще большую и еще большую. Подобно настоящему американцу я мыслил количественно... Я видел на улицах женщин, стоявших на углах, смотревших украдкой вперед. Мои мысли концентрировались на проституции. Был ли я проституткой? Проституировал ли я свою жизнь?". Так в художнике рождается мысль: "Повествователь историй не может возиться с покупками и продажами. Поступая так, он разрушает себя". Андерсон бросает жизнь дельца. Делец становится писателем, на всю жизнь оставаясь ненавистником делячества. Будучи сорока лет, он опубликовал свою первую книгу, почти каждый год с тех пор выпуская по произведению.

"Сын Уинди Макферсона" -- так назван был этот первый роман Шервуда Андерсона. Он может быть назван историей разочарования. Для героя романа постепенно спадают все покровы с его жизни и жизни других, его путь -- это путь постепенного отказа от всего, что некогда, в самом начале этого пути, было единственной целью. Деньги -- вот что держит его, вот что движет им, вот что делает его "настоящим человеком".

Он, бросая все, как это сделал и сам Шервуд Андерсон, отправляется "искать правду". Но он не может ее найти ни в чем, и последние, страницы романа как бы начинают новую историю: "Я не могу убежать от жизни. Я должен быть с ней липом к лицу. Я должен приблизиться к пониманию жизни других людей, начать любить их".

Вся буржуазная американская литература была построена именно на возвеличении американского буржуа; деньги, власть в бесчисленных романах изображались как . самое лучшее и святое. И вдруг Шервуд Андерсон нарушает эти "традиции": деньги -- ничто, -- говорит он, -- они не могут дать счастья. Это было смело и мужественно. Искренняя ненависть к капитализму звучит в книге. Но это -- ненависть слепого, палочкой нащупывающего свою дорогу и спрашивающего о ней у случайных прохожих.


2


В следующем 1917 году Андерсон опубликовал новый роман "Марширующие люди", прямую связь с которым имеет роман "По ту сторону желания". Эта вторая книга ознаменовывает поворотный этап в в развитии Андерсона. Он уже не видит только отдельного человека, он стремится осмыслить движение классов. Главное, что его занимает, -- это в чем сила и слабость двух борющихся классов -- буржуазии и пролетариата.

Он видит мрак и животность среди тех. которые обречены на подневольный труд, и он бросает сноп света в этот мрачный мир порабощенных и находит там трогательные человеческие образы. Таков старый шахтер Мак-Грегор -- молчаливый, угрюмый, может быть, не совсем нормальный, но готовый на жертвы ради своих товарищей, нежный и ласковый отец. Жертвенность -- единственная возможность для него раскрыть свою человечность. Другое -- его сын Норман. Андерсон начинает его историю с детства.

Золотой век! Золотая пора! Да, возможно, но не для героев Андерсона, ибо они -- дети рабочих. Андерсон берет детство Нормана я видит, что его окружают мрак, грязь, грубость. Гневные интонации обличителя звучат в его голосе, повествующем о "золотой поре" ребенка из рабочей семьи. Так складывается у Нормана самая звонкая нота его характера -- ненависть. Именно ненависти к людям научило его детство. Его калечит окружающий мир. Ярость его -- вначале слепая, как ярость ветра, бури, морских волн. "Все скоты" -- вот его формула. Это -- ярость одиночки. Индивидуализм-- вот стержень его протеста. Но дальнейшее развитие Нормана показывает. что он ненавидит не людей вообще, но их определенные качества -- дикость, невежество, грубость, нестройность, неорганизованность, сладость. Так рождается в нем самом новое качество: нужно утвердить себя как индивидуальность, чтобы выбраться из грязи окружающего и уничтожить эту грязь.

Но как уничтожить? Этого не знает Норман. Его протест напоминает крик новорожденного, кричащего, оглушенного и как бы задавленного огромным миром. Андерсон с замечательным мастерством показывает, как выдирается Норман Мак-Грегор из своего темного состояния. Он жадно хватается за книгу. Он в науке видит ключ к пониманию себя, других, общества.

Он .как бы прыгает к мысли. Мысль облекается действий, она ему нужна для борьбы, это делает ее упругой, жесткой, активной. Норман не просто копит свои знания, как архивариус бумаги. Но где же оно, это действие? Норман ищет законов борьбы и развития. Так начинает рождаться порядок из хаоса его мыслей. Он находит причину неустроенности мира--это жажда наживы, деньги, дела. Понимая это, Норман понимает уже многое. Он начинает воспитывать в себе чувство ненависти именно к классу, который является воплощением жажды наживы. Он хочет понять силу этого враждебного класса. Он восхищается стройностью этой силы, он видит, как маршируют солдаты и полицейские, наемники буржуазии. Нужно взять у них, у капиталистов, эту силу организованности, -- решает Норман, -- и тогда можно будет победить в борьбе. Так рождается идея марширующих людей. На улицах, скверах, площадях собираются рабочие и мелкие служащие -- и молча, без слова и песни" с непобедимым упорством -- маршируют. Движение растет и ширится, их все больше и больше, этих марширующих людей. Тревога вселяется в сердце буржуазии. Почему они молчат? Чего они хотят? К чему готовятся? А они маршируют, с величайшей радостью чувствуют, что они, как коллектив, сильны и что у них есть сила.


Андерсон с восхищением описывает эти сцены силы пролетариата, он дает понять, что силы революции -- только у рабочего класса. Но он не видит, что его красивая идея о марширующих людях -- утопична, что она несмотря на свою красивость реакционна.

Маршируйте! Но это же не ответ. Это хуже чем не ответ -- это ложное направление энергии рабочего класса. Она опасна, эта прививка иллюзии, что можно победить без борьбы с оружием в руках.


3


Через два года имя Шервуда Андерсона узнал весь мир, не говоря уже об Америке. Сборник новелл "Уайнсбург, Огайо", сделал Андерсона знаменитым. Непередаваемо страшной кажется действительность провинциальной Америки, когда читаешь эти новеллы. Сплошной, густой и тяжкий мрак, не прорезаемый ни единым проблеском света. Мир точно вымер вокруг этих людей, они в нем, как заблудившиеся дети, -не знающие и не понимающие ничего в его страшных очертаниях, блуждающие взад и вперед без цели и смысла. Сборник открывается новеллой "Книга гротесков". Теплое и ласковое начало: писатель, комната, высокие стены, спокойный разговор с плотником переделывающим кровать. И вдруг внезапный поворот в сторону, -- нервная судорога -- и этот теплый рисунок мгновенно истлевает. Весь мир -- это процессия гротесков, он искривлен, растянут или сжат до неузнаваемости, в нем нет истины, они ложны, эти истины, ибо всегда и всюду они неполны и неполноценны. Мир -- это гримаса. Таков смысл этого первого рассказа книги Андерсона. Дальнейшие ее страницы развертывают не менее жуткие образы.

Андерсон берет жизнь в ее напряжении, смертельном для его героев -- маленьких людей, мелких мирков. Они в разрыве со средой, но не могут ей противостоять, у них нет силы и энергии. Они ничтожны и жалки, у них нет ярких мыслей. Но вся трагичность их положения в том, что они и есть наиболее яркие в их среде. Их жизнь -- без событий, их -- события -- без жизни. Главное, что мучит и убивает их, -- одиночество. Они предельно, отчаянно одиноки, они -- точно марсиане на Земле или "земляне" на Марсе.

Страшный мир рисует Шервуд Андерсон. Казалось бы, что это должно было еще сильнее двинуть художника вперед к позициям борьбы, еще решительнее он должен был бы стать в своем отрицании. Но получилось обратное. "Я -- смущенный ребенок в смятенной мире", -- говорит он в книге "История рассказчика истории".


4


После "Уэйнсбург, Огайо" Шервуд Андерсон написал ряд книг. В 1920 году он опубликовал свой третий роман "Бедный белый". Он доводит своего героя до высшей точки богатства, и эта высота оказывается как раз тем местом, откуда всего яснее видно, что деньги -- гибель человека. Типичный торгаш и делец Джо Венсворт может говорить: "Изучайте вашу торговлю, не прислушивайтесь к разговорам. Человек, знающий свое

дело, -- это действительно человек. Он может всякого посылать к чорту". Но Шервуд Андерсон резко выступает против этой "философии". Весь роман построен на отрицании Венсвортов, на их разоблачении. Но характерно: Андерсон в сущности повторяет свою первую книгу. Он как бы уютнее чувствует себя в пределах раз найденной темы, он не идет дальше, он не возвращается на более высоком уровне к линии "Марширующих людей", к схватке труда и капитала.

В 1921 году появляется второй сборник рассказов "Триумф яйца", который, как и более поздний "Кони и люди" (1923), в основном повторяет мотивы "Уэйнсбург, "Огайо".

"Я слышу из Америки страшный потрясающей крик умирающего человека",-- писал Д. К. Честертон. Вот этот крик и слышен в произведениях Андерсона. Он прекрасно передал умирание и распад мелкой буржуазии, теснимой капиталистическим развитием, беспомощной и жалкой перед буржуазной махиной, не способной жить и не желающей умирать, отказывающейся от борьбы и раздавливаемой ходом капиталистического развития.

Шервуда Андерсона самого подавлял капитализм, он сам не знал, что же нужно делать, куда звать, куда вести, под какими знаменами итти.

Это полностью обнаруживают и другие книги этого периода: "Множество браков" (1922), "Темный смех" (1925), "Новый завет" (1927) и другие. Нет выхода, -- говорит художник. -- будем же рассказывать о горе человеческом. Но выход был, и к нему пришел Шервуд Андерсон.

Усиление кризиса капитализма и успехи социалистического строительства в СССР определили то, что движение революционной интеллигенции приняло массовый характер, что от критики капитализма для сохранения его мелкобуржуазная интеллигенция в передовой своей части перешла к борьбе с капитализмом, что она встала на революционные позиции.

Шервуд Андерсон не остался в стороне от этого движения, он был одним из активных его участников, его подпись была под всеми важнейшими документами. Мало этого. Он выступает и самостоятельно. Не остается и следа от его былого созерцательства. Художник становится бойцом (участие в Амстердамском антивоенном конгрессе и т. д.).


5


Роман "По ту сторону желания" (1932) {Роман скоро выйдет в издании ГИХЛ.} -- поворотный в развитии Андерсона и тесно связан с его решительным переходом на сторону рабочего класса, на революционные позиции. Он еще несет на себе груз его прошлого, что, в частности, выражается в обостренном внимании писателя к половой стороне жизни его героев, занимающей в романе несоразмерно большое место. Шервуд Андерсон не в состоянии передать жизнь и работу рабочих-коммунистов, он лишь торопливыми штрихами набрасывает их, оставляя совершенно бесплотными и неясными. Художник чувствует себя как бы связанным.

Но роман обнаруживает и нового Андерсона. Никогда Андерсон не изображал труда и работы, тогда как именно тяжесть капиталистического труда наиболее ярко выражает положение рабочих и при капитализме. Ведь Андерсон больше интересовался вообще людьми и их муками и страданиями. Поэтому это главное звено разоблачения капитализма и ускользало от него. В этом же романе художник с большим знанием дела и ярким мастерством изображает проклятие труда на других, тяжесть и рабство подневольного труда на капиталистической фабрике. Бесконечный рабочий день, страшный, изнуряющий труд, беззащитное положение, отсутствие каких бы то ни было рабочих организаций -- все это находит свое место в романе. Художник внимателен к своим рабочим героям, он с огромным участием и любовью повествует об их жизни, ряд персонажей вводит он в роман, как бы сшивая его из ряда повестей.

Дорис, Грейс и Нейль -- вот первая группа персонажей. Узок их мир, сумеречно их существование, однообразны их дни, суровы их годы, немногочисленны их радости. Без просвета и без надежды они тяжко трудятся, чтобы в награду за это очень плохо и скудно жить. Раньше Андерсон очень смутно показывал виновников такой жизни. Сейчас не может быть двух ответов. Фабрика -- вот что их дарит. Капиталист -- вот кто их так изматывает. Буржуазное общество -- вот что обрекает их на такое существование. Но они -- люди, а не просто рабы. Большой заслугой Андерсона является, что он показал, как среди этих угнетаемых и притесняемых людей цветут настоящие чувства товарищества, любви, взаимной поддержки.

Великолепно сделана фигура Молли, переполненной усталостью, задавленной машинами, но работающей, работающей, работающей до последнего вздоха, до последней капли энергии. Она еще связана с деревней, она свободные дни проводит за работой на ферме, но она уже порвала с идиотизмом деревенского существования в условиях капитализма, она уже не боится (закона), она помогает коммунистам, она -- за стачку, за борьбу, хотя и не знает, что же. такое коммунизм, что такое революция. Но она видит и знает, что такое фабрика, но она не себе чувствует, что такое капиталистический труд. Это для нее главное, это ее воспитывает и переделывавает, это приводит ее к сочувствию коммунизму.

Совсем иной Ред Оливер, напоминающий Нормана Мак-Грегора из "Марширующих людей", но не прошедший его суровой жизненной школы. Он -- человек колебаний и нерешительности. Эго главная черта его характера. Хотя и рабочий по положению, он типичный интеллигент по идеологии, по поведению, по настроению. Он не знает, что ему сделать, чтобы слиться с рабочими. Он -- чужой среди них. Он не знает, что нужно только одно -- действие. Но как раз действовать-то он и не может. Ред Оливер постепенно, однако, освобождается от своего "стороннего" положения, хотя так до конца и не доходит до ясного понимания своего места в мире. Он выступает на стороне рабочих, когда дело доходит до схватки. И гибнет от пули офицера. Всю пустоту и жестокую тупость великолепно подчеркнул Андерсон. Смерть Реда Оливера -- это его шаг для перехода на другую сторону, это его шаг "по ту сторону желания". Желание имеет своей стороной действие -- вот главная мысль романа Андерсона. Роман "По ту сторону желания" является не только документом творческой перестройки Андерсона, но и документом развития революционной литературы в Америке. Шервуд Андерсон -- на верном пути.


"Литературная газета", No 45, 1933