# Встреча после долгой разлуки или Вся беда oт летней жары

Александр Петрович Ерошкин

Фарс в одном действии.

## ВСТРѢЧА ПОСЛѢ ДОЛГОЙ РАЗЛУКИ. или. ВСЯ БѢДА OТЪ ЛѢТНЕЙ ЖАРЫ,


ФАРСЪ ВЪ ОДНОМЪ ДѢЙСТВІИ.


А. П. ЕРОШКИНА.


Изданіе редакціи газеты "Театральный Мірокъ". (Александра Плещеева).


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типографія Департамента Удѣловъ. Моховая, No 36.

1885.


Дѣйствующія лица:


Николай Ивановичъ Турскій.

Татьяна Алексѣевна, жена его.

Анна Павловна Волина, молодая вдовушка подруга Турской.

Семенъ Семеновичъ Соколовъ, молодой человѣкъ другъ Турскаго.

Иванъ, дворникъ на дачѣ.


Дѣйствіе происходитъ у Турскихъ, на дачѣ, въ Павловскѣ.


Дозволено цензурою. С.-Петербургъ, 23-го мая 1885 г.


Театръ представляетъ прилично меблированную комнату.


## Явленіе I.


Турскій (одинъ). (Онъ стоитъ передъ зеркаломъ и осматриваетъ свой костюмъ). Отлично! Отлично! Эта часть приготовленій можетъ считаться поконченною... (Отходитъ отъ зеркала и смотритъ на часы). Половина четвертаго! Цѣлыхъ полчаса свободнаго времени! Цѣлыхъ полчаса мучительныхъ ожиданій. Заняться чѣмъ нибудь, что ли? Да нѣтъ! не въ силахъ! Палецъ о палецъ ударить не могу. Скверно, очень скверно! Что можетъ быть хуже этихъ тревожныхъ минутъ ожиданія, особливо, если приходится ждать пріятнаго rendez-vous съ хорошенькой женщиной! Это и холостому человѣку тяжело, а каково ждать мнѣ, человѣку женатому? Холостаго хоть совѣсть не тревожитъ, и то слава Богу! А для женатаго эти минуты ожиданія сущая мука адская! И безъ того вѣдь человѣкъ встревоженъ, взволнованъ, а тутъ еще совѣсть начинаетъ подъ самое ушко напѣвать свою докучливую пѣсню: "Безумецъ! Опомнись! что ты дѣлаешь? вѣдь у тебя есть жена, которая тебя любитъ, а ты? Брръ! весьма непріятное положеніе!" (молчаніе). Впрочемъ, чтожъ? собственно говоря, если строго судить, такъ оно, пожалуй, выйдетъ, что я совсѣмъ даже и не виноватъ, а виновата она одна, моя милѣйшая супруга! (Рѣшительно). Да, да, это совершенно справедливо! Во первыхъ; моя Таня вотъ уже мѣсяцъ, какъ уѣхала въ Москву навѣстить свою бабушку. Говорилъ я ей: "не ѣзди, Таня; лучше зимой поѣдешь, а лѣто проведемъ вмѣстѣ." Такъ нѣтъ, не послушалась, поѣхала. Ну, чѣмъ же я тутъ виноватъ? Посудите сами: развѣ можно женѣ оставлять своего мужа одного на цѣлый мѣсяцъ, да еще лѣтомъ, во время тропической жары... Развѣ это разумно? Во вторыхъ: если я женатъ, то развѣ я не имѣю права увлекаться всѣмъ прекраснымъ, будь это прелестный ландшафтъ или восхитительная женская ручка... Нѣтъ, я имѣю на это полное право; больше, я долженъ вѣчно стремиться къ прекрасному. Это даже въ природѣ человѣка! Однимъ словомъ, что тамъ ни говори, а я совершенно не виноватъ. Я отлично чувствую это и увѣренъ, что вы всѣ сказали бы тоже самое, если бы увидѣли мою прелестную вдовушку; вы всѣ не устояли-бы предъ ея красотой! (Помолчавъ). И какихъ усилій стоило мнѣ добиться этого свиданія! Она была непреклонна, а я былъ непоколебимъ въ своихъ стремаеніяхъ и твердо шелъ къ своей цѣли. И вотъ моя прелестная вдовушка, наконецъ, уступила моимъ двухнедѣльнымъ моленіямъ и обѣщала быть сегодня въ пять часовъ пополудни въ паркѣ у развалинъ храма Аполлона! Жена пишетъ мнѣ, что вернется не раньше, какъ черезъ недѣлю, и, такимъ образомъ, эти семь дней мнѣ никто не можетъ помѣшать быть счастливымъ близъ моей очаровательной вдовушки и предаться всѣмъ чарамъ самой страстной, тропической любви! Да! Право, иногда не мѣшаетъ тряхнуть стариной. Глупъ же былъ мудрецъ, сказавшій, что бракъ -- могила любви. Да вотъ хоть-бы меня взять: я, человѣкъ женатый, а чувствую, что могу любить нисколько не хуже любаго гимназиста; даже теперь, при одномъ только ожиданіи пріятнаго rendez-vous, я же способенъ заговорить стихами, а что будетъ со мною тогда, когда я упаду къ ногамъ моей Психеи, поднесу вотъ этотъ букетъ (показываетъ на букетъ, стоящій на столѣ), запечатлѣю самый жгучій поцѣлуй на ея гомеопатической, пухленькой ручкѣ и продекламирую:

Ваши ручки -- это прелесть,

Ваши глазки -- чудеса,

Отъ ихъ взгляда, я, ей Богу,

Вознесусь на небеса.

Въ ваши ручки я вручаю

Якорь сердца моего,

И къ тебѣ, моя Психея...


(Останавливается, увидя вошедшую Турскую, въ сторону): Вотъ тебѣ и разъ! Жена...


## Явленіе 2 е.


Турскій Турская.


Турская (подбѣгаетъ и цѣлуетъ его). Ахъ, здравствуй, мой милый! Здравствуй, Коля! Я испугала тебя? Да? Ты меня не ждалъ?

Турскій. Здравствуй, Таня! но какъ-же ты писала.".

Турская. Что пріѣду не раньше, какъ чрезъ недѣлю... Это я нарочно хотѣла сдѣлать тебѣ сюрпризъ. Ты очень радъ, что я пріѣхала? Да?

Турскій. Конечно! конечно! (въ сторону) и дернуло ее пріѣхать не во время, гостила бы себѣ у бабушки.

Турская. Ну, что ты дѣлалъ тутъ безъ меня? Разсказывай, Поди скучалъ?

Турскій. Да, Таня, очень скучалъ... очень.

Турская. Охъ, бѣдненькій, поди сюда, я поцѣлую тебя. (Турскій подходитъ, она цѣлуетъ его). Ахъ, да, я и забыла, поклоновъ цѣлый коробъ тебѣ привезла: бабушка тебѣ кланяется, Анюта, Варя, Вася, Миша... Очень рады были моему пріѣзду. Какъ весело у нихъ! (Увидя букетъ). Это у тебя откуда?

Турскій. Что, Таня?

Турская. Да букетъ.

Турскій. Это такъ... Просто такъ..

Typская. Ахъ! Понимаю, это ты для меня приготовилъ! Мерси. Но развѣ ты узналъ, что я сегодня пріѣду...

Турскій. Я предчувствовалъ, Таня... Я предчувствовалъ (въ сторону). Однако мнѣ пора идти, не то опоздаю на rendez-vous.

Турская. А знаешь что, Коля? Мнѣ ужасно ѣсть хочется! Гдѣ же Настя?

Турскій. Я ее сегодня отпустилъ со двора. (въ сторону). Нарочно, чтобы избѣжать лишнихъ подозрѣній. (Женѣ) Ты бы, Танюша, пошла въ столовую: тамъ есть икра, сыръ... А мнѣ нужно тутъ по дѣлу кой-куда сходить... Я мигомъ, чрезъ полчаса буду дома.

Турская. Какъ же это? Я только что пріѣхала, а ты уходишь... это несносно...

Турскій. Нельзя никакъ, моя милая! Спѣшныя бумаги есть, надо передать Петру Ивановичу.

Турская Ну, ступай, дѣлать нечего! Только, пожалуйста, поскорѣй возвращайся.

Турскій. На крыльяхъ слетаю. (Въ сторону) Ну, слава Богу, вырвался! Теперь нужно летѣть стремглавъ, вдовушка ужъ навѣрно меня поджидаетъ. (Женѣ) До свиданія, мой другъ! (Цѣлуетъ ее).

Турская. Прощай, мой милый! (Турскій убѣгаетъ).


## Явленіе 3-е.


Турская (одна). (Подходитъ къ окну). Коля! Коля! Привези кстати потомъ арбузъ! Смотри я буду тебя дожидаться, а то одной и ѣсть даже не хочется (Отходитъ отъ окна). Бѣдный Коля! Вѣчно занятъ, никогда отдыху не знаетъ, все бумаги, дѣла... Жаль мнѣ его! Вѣдь какъ онъ обрадовался моему пріѣзду! и вдругъ опять какія то бумаги подвернулись! Проклятая служба! мнѣ даже стыдно передъ нимъ: я такъ весело провела время у бабушки, а онъ все сидѣлъ здѣсь, да работалъ безъ отдыху. (Задумывается. Входитъ Волина).


## Явленіе 4-е.


Турская и Волина.


Волина. Извините сударыня. Позвольте узнать, могу я видѣть Татьяну Алексѣевну Турскую.

Турская. Что вамъ угодно? это я.

Волина. Ты? Таня? это ты? Ты не узнаешь меня?

Турская. Анюта! милая моя! какими судьба-мы? Здравствуй! (Цѣлуются). Совсѣмъ было тебя не узнала

Волина. Еще-бы узнать! Вѣдь ровно пять лѣтъ мы съ тобой не видались.

Турская. Ну, садись скорѣй, разсказывай, какъ ты поживаешь? Да вотъ: какъ, ты узнала мой адресъ?

Волина. Вчера я была въ Петербургѣ...

Турская. Да позволь: гдѣ-же ты живешь.

Волина. Здѣсь, въ Павловскѣ. Вотъ уже три недѣли прошло, какъ я пріѣхала изъ Твери и живу здѣсь на дачѣ. Вчера я была въ Петербургѣ и встрѣтилась въ гостинномъ дворѣ съ Зиночкой Ермилиной; она то мнѣ и сказала, что ты замужемъ, и теперь живешь на дачѣ въ Павловскѣ. Она къ тебѣ тоже собирается. Ну, скажи мнѣ, Танюша? Ты счастлива?

Турская. О, благодарю тебя, очень счастлива. А ты замужемъ?

Волина. Да, была.

Typская. Ты овдовѣла? бѣдняжка! давно-ли?

Волина. Скоро полтора года...

Турская. О, конечно, ты долго вдовой не останешься. Я думаю, у тебя отбою нѣтъ отъ жениховъ. Ты такая интересная вдовушка, что...

Волина. Да, я думаю выйти замужъ, и даже можно сказать, что это уже рѣшенное дѣло.

Турская. Когда же твоя свадьба?

Волина. Въ сентябрѣ. Я нарочно для этого и переѣхала въ Петербургъ изъ Твери. Мой женихъ переведенъ сюда на службу и тоже не сегодня-завтра долженъ пріѣхать въ Петербургъ.

Турская. А я только что сейчасъ пріѣхала изъ Москвы, гдѣ гостила у бабушки.

Волина. Вотъ какъ? Ну, что твоя бабушка, не спрашивала обо мнѣ: вѣдь прежде я была ея любимицей. Помнишь, какъ мы ѣздили къ ней изъ пансіона на каникулы.

Турская. Какже? А знаешь, Анюта, какое со мной приключеніе случилось на возвратномъ пути?

Волина. Что такое! разскажи, интересно...

Турская. Всю дорогу отъ Москвы до Петербурга въ одномъ вагонѣ со мною ѣхалъ какой-то молодой человѣкъ, который вздумалъ ухаживать за мной и подъ конецъ дороги даже признался въ любви, просилъ свиданія и пр. и пр.

Волина. И ты?

Турская. Я! Меня это очень забавляло... Я пококетничала съ нимъ, сказала ему имя и фамилію, конечно не свою, а первую попавшуюся на языкъ. А онъ то, сердечный, такъ и разсыпался въ комплиментахъ... Мнѣ было очень смѣшно, и я весело провела всю дорогу. Впрочемъ онъ былъ мнѣ даже полезенъ, такъ какъ по пріѣздѣ въ Петербургъ онъ хлопоталъ съ моимъ багажемъ, отыскалъ мнѣ извощика. Я очень благодарна ему за это.

Волина. Представь себѣ, Таня, и со мной здѣсь приключилась точь въ точь такая-же исторія: тоже одинъ молодой человѣкъ вотъ уже двѣ недѣли не даетъ мнѣ покою своими ухаживаніями; даже вотъ сейчасъ я должна быть на свиданіи съ нимъ, у храма Аполлона, и когда я шла къ тебѣ, то видѣла какъ онъ пролетѣлъ на извощикѣ, торопясь на свиданіе. Къ счастью, онъ меня не замѣтилъ. Я думаю, онъ еще и теперь сидитъ тамъ и называетъ меня злою, коварной обманщицей, жестокимъ тираномъ его сердца.

Турская. И пусть себѣ сидитъ, да ждетъ у моря погоды! по дѣломъ! Такъ и слѣдуетъ учить этихъ гадкихъ мужчинъ за ихъ дерзость.

Волина. А гдѣ же твой мужъ?

Турская. Онъ сейчасъ поѣхалъ съ бумагами къ своему начальнику. Онъ скоро будетъ. Пойдемъ въ мою комнату; я покажу тебѣ, какихъ обновокъ я привезла себѣ изъ Москвы.

Волина. Пойдемъ. (Встаютъ съ дивана и потихоньку идутъ къ дверямъ). Ахъ, чтобы не забыть! помнишь ты Лизочку Мышкову?

Турская. Какая это Мышкова?

Волина. Ну вотъ та, которую мы кубышкой прозвали: такая низенькая, толстенькая; еще носъ у нея такой астрономическій, вздернутъ кверху, какъ будто звѣзды считаетъ.

Турская. А, помню, помню; это та, что въ учителя математики была влюблена.

Волина. Ну да, она самая.

Турская. Что же такое съ ней?

Волина. Она, знаешь, (шепчетъ ей что-то на ухо). Понимаешь?

Турская. Неужели. Ха, ха, ха! Какъ это случилось, разскажи пожайлуста.

Волина. Презабавная исторія.

Турская. Пойдемъ, пойдемъ, разскажи пожалуйста скорѣе (Уходятъ. Пауза. Входитъ Соколовъ).


## Явленіе 5-е.


Соколовъ. (одинъ, входитъ и осматриваетъ комнату), И здѣсь никого нѣтъ! Странно. Должно быть прислуга куда нибудь вышла. Нечего дѣлать, подождемъ здѣсь! (Садится). Наконецъ то, послѣ пятилѣтней разлуки я увижусь вновь съ другомъ моего дѣтства! А ты, Николай Иванычъ, поди, и позабылъ меня совсѣмъ?! Впрочемъ, гдѣ-же тутъ помнить о прежнихъ друзьяхъ, коли возлѣ тебя находится хорошенькая, молоденькая женушка! Пожалуй, онъ ужъ и прыгунчиками обзавелся. Его теперь, я думаю, и не узнаешь; должно быть, совсѣмъ перемѣнился: брюшко эдакъ для солидности отростилъ, басить началъ... Да что же я здѣсь усѣлся? Можетъ быть онъ гдѣ нибудь въ кабинетѣ спать улегся послѣ обѣда? Пойду бродить по комнатамъ; авось гдѣ нибудь и встрѣчу живую душу... (Уходитъ въ дверь на право. Входитъ Турская).


## Явленіе 6-е.


Турская. Потомъ Соколовъ.

Турская. Что это Коля такъ долго не возвращается? (подходитъ къ столу и беретъ съ него портретъ). Покуда хоть покажу его портретъ Анютѣ.

Соколовъ, (входя). И тамъ его нѣтъ! (Увидя Турскую ветерану) Батюшки? Кого я вижу?! Та самая незнакомка, съ которою я любезничалъ въ вагонѣ...

Турская. (Замѣтивъ его). Боже! Это онъ!

Соколовъ. Извините меня, сударыня...

Турская. Зачѣмъ вы сюда явились, милостивый государь? Я честная женщина. Понимаете? Какъ вы смѣли... Кто вамъ сказалъ мой адресъ?

Соколовъ. Извините меня... здѣсь ошибка... я и не думалъ...

Турская. Вы мнѣ гадки, я ненавижу васъ, понимаете? У меня есть мужъ...

Соколовъ, (всторону). Это вотъ ужъ совсѣмъ скверно...

Турская. Да что вы тутъ стоите? Убирайтесь вонъ!

Соколовъ. Я, ей-Богу, не виноватъ, я не къ вамъ, у меня даже и намѣренія не было.

Турская, (кричитъ). Анюта, Анюта! Спаси меня, я погибаю (садится въ кресло).

Соколовъ. Куда это я попалъ, ужь не ошибся ли я въ номерѣ дома? (Входитъ Волина и подбѣгаетъ къ Турской, не замѣчая Соколова).


## Явленіе 7-е.


Тѣ-же и Волина


Волина. Что съ тобой, Таня? что случилось?

Соколовъ, (всторону). Моя невѣста! И она здѣсь. Куда это я попалъ?

Турская. Ахъ, Анюта, бѣда! Сейчасъ пріѣдетъ мужъ... я погибла!

Волина. Что такое? Успокойся, ради Бога, Таня! Какая бѣда?

Турская. Ахъ, Анюта, спаси меня! Вѣдь онъ здѣсь. Понимаешь? Онъ!

Волина. Кто онъ?

Турская. Да тотъ самый молодой человѣкъ, который ухаживалъ за мною въ вагонѣ.

Волина. Гдѣ здѣсь? (Оборачивается и видитъ Соколова). Ахъ! Семенъ Семеновичъ!

Соколовъ. Это я, Анна Павловна! (всторону). Ну бѣда! Теперь все пропало! Нѣтъ, куда я только забрался? Эдакая проклятая разсѣянность!

Турская. Какъ, А нюта? Ты знаешь этого человѣка?

Волина. Еще бы не знать! Это мой женихъ.

Турская. Какъ женихъ? Неужели?

Волина. То есть, онъ былъ женихомъ до сихъ поръ, но теперь... о, теперь я понимаю, что онъ за птица?!

Соколовъ. Анна Павловна!

Волина. Что? Молчите, я все знаю. Убирайтесь сейчасъ же вонъ отсюда и не извольте показываться мнѣ на глаза, если только хотите, чтобы они у васъ были цѣлы. Слышите, вонъ отсюда!

Соколовъ. Анна Павловна!

Волина, (схвативъ зонтикъ, грозитъ). Вонъ отсюда! Вонъ! (входитъ Турскій).


## Явленіе 8-е.


Тѣ-же и Турскій.


Соколовъ (при входѣ Турскаго кидается въ его объятія). Другъ! Николай Иванычъ: Коля! Наконецъ-то ты явился: Тебя то мнѣ и надо.

Турскій. Ахъ, Сеня! Тебя ли я вижу! Здорово, здорово! (Цѣлуются).

Волина. (всторону) Вотъ тебѣ разъ! и мой обожатель сюда явился!

Турская. Боже! мой мужъ и онъ знаетъ этого господина.

Турскій. (всторону) Батюшки! и моя вдовушка здѣсь? Что же это такое?

Волина. (Турской) Такъ это твой мужъ?

Турская. (Волиной). Да (Турскому). Вотъ, Коля, рекомендую моя подруга Анна Павловна Волина.

Турскій. (Пораженный) Твоя подруга! (всторону) Вотъ попался-то! (Храбрясь, Волиной). Очень пріятно, очень пріятно!...

Волина. Напрасно ты, Таня, меня представляешь своему мужу: мы съ нимъ уже давно знакомы.

Турская. Неужели? Гдѣ-же, Коля, вы познакомились?

Турскій, (теряясь) Да, да... это случайно случилось... недоразумѣніе...

Волина. Вотъ какъ? Значитъ вы по недоразумѣнію просили у меня свиданія на сегодня?...

Турскій. То есть какъ вамъ сказать?... да, да.... это случайность...

Турская. Какое свиданіе? Объясни мнѣ, Коля?

Турскій. Это, Таня, не свиданіе, а случайность... Я самъ не знаю, какъ это случилось, должно быть, отъ жары это...

Турская. Что отъ жары?

Волина. Ахъ, Таня, что ты мучишь своего мужа! Очень понятно: ты уѣхала, ему было жарко и скучно, вотъ онъ и вздумалъ ухаживать за мною.

Соколовъ. (Въ сторону) Те, те... те!.. Еще новое недоразумѣніе! А я на него надѣялся какъ на каменную стѣну, а онъ и самъ въ просакъ попалъ.

Турская, (мужу) Такъ вотъ вы чѣмъ занимались въ мое отсутствіе, вотъ какія бумаги вы отвозите къ начальнику!...

Typскій. Таничка, другъ мой, успокойся!

Турская. Мнѣ успокоиться! Когда меня такъ нагло обманываютъ? О, нѣтъ, никогда!..

Турскій. Таничка, ну прости меня! Это отъ жары, ей-ей, отъ жары (хочетъ взятъ ее за руку).

Турская. Прочь, прочь отъ меня! Я васъ и видѣть даже не хочу!

Соколовъ. Анна Павловна, выслушайте меня!

Волина. Вы опять? Я вамъ уже сказала, чтобы вы меня оставили въ покоѣ.

Турская. Анюта! Я не могу болѣе здѣсь оставаться, я не въ состояніи вынести этого позора!

Волина. Что-же, если не хочешь, пойдемъ ко мнѣ; у меня хватитъ мѣста.

Турская. Да, да, я къ тебѣ. Только вотъ соберу кое что изъ бѣлья.

Волина. Пойдемъ, я помогу.

Турскій. Танюша, куда же ты? какъ-же такъ?

Соколовъ. Анна Павловна, выслушайте меня, умоляю васъ!

Волина (подойдя близко къ Соколову) Вы негодяй, милостивый государь!

Турская, (подойдя близко къ мужу). Вы клятвопреступникъ! Слышите? Клятвопреступникъ! (Обѣ быстро уходятъ).


## Явленіе 9 е.


Турскій и Соколовъ.


(Они долго стоятъ на одномъ, и томъ же мѣстѣ).


Турскій. Что же все это значитъ?

Соколовъ. Что значитъ? Ты не понимаешь? Это значитъ, что ты остался безъ жены, а я безъ невѣсты. Вотъ что?

Турскій. Какъ? Развѣ эта вдовушка твоя невѣста? За чтожъ она на тебя такъ взъѣлась?

Соколовъ. Ну, братъ, это длинная исторія. Много будешь знать скоро, говорятъ, состаришься.

Турскій. Какъ-же намъ быть теперь? Нельзя-ли это уладить какъ нибудь?

Соколовъ. А вотъ сейчасъ попробую. (Въ сторону) Геніальная мысль. У меня, кажется, револьверъ съ собой есть! Отлично!..

Турскій. Какъ? Ты уже придумалъ?

Соколовъ. Да, мой другъ, и сейчасъ начинаю дѣйствовать. Прежде всего объявляю тебѣ: вы милостивый государь, безчестный человѣкъ.

Typскій. Что?

Соколовъ. Вы безчестный человѣкъ слышите-ли?...

Турскій. Да съ чего ты вдругъ браниться то вздумалъ?

Соколовъ. Вы позволяете себѣ дѣлать подлости и васъ бы слѣдовало угостить вотъ этимъ. (дѣлаетъ жестъ пощечины).

Турскій. Послушай, другъ, это ужъ черезчуръ! Шутить, шути, да оглядывайся!

Соколовъ. Я вовсе и не намѣренъ шутить съ вами. Я говорю серьезно. Вы оскорбили женщину, которую я люблю, и я требую отъ васъ удовлетворенія.

Турскій. Да что ты, братецъ, рехнулся, что-ли?

Соколовъ. Безъ дерзостей, милостивый государь, или я научу васъ вѣжливости. (Угрожаетъ ему).

Турскій. (Въ сторону), А онъ и въ самомъ дѣлѣ осерчалъ. Ну, что мнѣ теперь дѣлать? Какой-же я дуэлистъ, когда отъ роду никакого оружія и въ рукахъ даже не держалъ. Вѣдь онъ убьетъ меня, какъ собаку!

Соколовъ. Вамъ принадлежитъ право выбора оружія.

Typскій. Покорно благодарю за вниманіе! Не все ли мнѣ равно быть застрѣленнымъ или зарѣзаннымъ!

Соколовъ. Желаете вы драться на шпагахъ?

Турскій. О, нѣтъ, ни за что на свѣтѣ!

Соколовъ. На сабляхъ?

Турскій. Нѣтъ!

Соколовъ. На рапирахъ?

Турскій. Нѣтъ!

Соколовъ. А? Понимаю! Вамъ холодное оружіе не по вкусу! Хорошо-же! Въ такомъ случаѣ на пистолетахъ?

Турскій. Нѣтъ, нѣтъ!

Соколовъ На револьверахъ?

Турскій. Нѣтъ, нѣтъ, нѣтъ!

Соколовъ. На чемъ-же, чортъ побери? На ружьяхъ, что-ли?

Турскій. Вотъ именно.

Соколовъ. Отлично! Мнѣ все равно. Разстояніе?

Турскій. На разстояніи одной версты.

Соколовъ. Что? На разстояніи версты? Какъ-же такъ? Вѣдь мы не будемъ видѣть другъ друга.

Турскій. Это ничего не значитъ. Истинная храбрость не стѣсняется разстояніемъ.

Соколовъ. Милостивый государь, прошу не шутить со мною!

Турскій. Я и не думаю шутить. Мы будемъ стрѣлять изъ дальнобойныхъ штуцеровъ.

Соколовъ. А? Вы продолжаете издѣваться надо мною! Вы не желаете дать мнѣ законнаго удовлетворенія! Хорошо-же, чортъ васъ возьми! Въ такомъ случаѣ, я убью васъ сейчасъ-же, какъ подлаго труса (Вынимаетъ изъ кармана револьверъ и прицѣливается въ Турскаго).

Турскій. (Падаетъ въ кресло). Ай, батюшки! Караулъ! Убили! Зарѣзали! (Соколовъ стрѣляетъ на воздухъ и тоже падаетъ въ кресло. Вбѣгаютъ Турская и Волина).


## Явленіе 10-е.


Тѣ-же, Турская и Волина.


Турская. Ай, Боже мой! Коля, что съ тобой?


Волина. Сеня, милый Сеня! Ты живъ?

Турскій. Ахъ, Танюша! помоги! Онъ убилъ меня.

Соколовъ. И я также раненъ.

Турская и Волина (вмѣстѣ). Доктора, доктора скорѣй!

Турскій. Прощай, Таня! Прости меня въ моихъ согрѣшеніяхъ. Ты меня прощаешь, Таня? Да?

Турская. Что съ тобой, Коля? Полно! Ты меня прости. Боже, какъ я несчастна!

Соколовъ. Прости меня, Анюта! Поцѣлуй меня на прощанье! (Волина цѣлуетъ Соколова, Турская мужа).

Волина. Сеня? Сенюшка? Неужели ты умираешь?

Соколовъ. Нѣтъ, Анюта нѣтъ! Слава Богу мнѣ стало лучше; это былъ только испугъ! я не раненъ! Благодарю, Анюта! А что съ Колей? ((Кричитъ) Коля?

Турскій. (Закрывая глаза руками). Что, ты опять будешь стрѣлять?

Соколовъ. Нѣтъ, зачѣмъ-же. Дуэль наша уже состоялась и кончилась весьма благополучно.

Волина. Ахъ, какой ужасъ! У васъ была дуэль?

Соколовъ. Да, какже! вѣдь онъ меня вызвалъ.

Турская. (съ упрекомъ мужу) Безумный! Обо мнѣ то ты и не подумалъ!

Турскій. Позвольте, позвольте, что ты врешь, когда я тебя вызыв...?

Соколовъ. (Тихо ему) Да замолчи ты, Бога ради! (Вслухъ) Ну да, конечно, сперва ты меня вызвалъ, а потомъ я тебя! Да впрочемъ, что я о старомъ то вспоминаю!? Будемъ, лучше, по прежнему друзьями.

Турскій. А теперь я понялъ. Да, да, это точно: не стоитъ объ этомъ говорить. (Жметъ ему руку). Благодарю, другъ! (За сценой слышенъ шумъ, раздаются нѣсколько голосовъ: ай, батюшки! выстрѣлъ? кого убили? кого застрѣлили)?


## Явленіе 11-е.


Тѣ же и дворникъ.


Дворникъ, (вбѣгая испуганный) Что здѣсь случилось? Кого убили?

Турскій. Тебѣ еще что нужно?

Дворникъ. Кто здѣсь стрѣлялъ? Развѣ можно въ фатерѣ стрѣлять? Всѣхъ дачниковъ нашихъ перепугали!.. Такъ нельзя... Можно вѣдь отвѣтить за нарушеніе общественной тишины... Вонъ внизу-то, съ барыней, обморокъ изъ-за вашего выстрѣла...

Турскій. Ну, ладно, Иванъ вотъ тебѣ, братецъ, на чай... (даетъ ему деньги) поди и успокой дачниковъ... Скажи, что это имъ послышалось...

Дворникъ. Какое тамъ послышалось!..

Турскій. Ну, хорошо... скажи имъ, что выстрѣлъ былъ.. скажи, что зарядъ былъ холостой... понимаешь?-- холостой... ну, и значитъ, самъ собою выстрѣлилъ... отъ жары... Ну, живо... ступай!.. говори, что знаешь... Вотъ я тебѣ еще прибавлю (даетъ ему еще денегъ).

Дворникъ. Покорно благодарствуйте... Будьте безъ сумлѣнія.... всѣхъ успокоимъ... (Кланяется и уходитъ).


## Явленіе 12-е.


Тѣ же, кромѣ дворника.


Турскій, (запыхавшись) Тьфу! усталъ даже отъ этой суматохи! Изъ чего, спрашивается, вся эта кутерьма у насъ вышла?

Соколовъ. Да, чудесная,-- нечего сказать -- встрѣча послѣ долгой разлуки...

Турская. Ахъ, Господа, какая здѣсь у насъ духота...

Волина. И какъ сильно порохомъ пахнетъ, просто дышать невозможно...

Турская. Пойдемте-ка, господа, на террасу. Право, намъ всѣмъ не мѣшаетъ немножко освѣжиться.

Волина. Ну, вотъ вамъ и виновникъ всей этой кутерьмы найденъ: это жара во всемъ виновата. Развѣ отъ такой жары нельзя взбѣситься?

Турскій. Вотъ это вѣрно, и я давеча также говорилъ: виновата во всемъ жара и никто больше!.. (Всѣ направляются къ выходу на террасу).


Занавѣсъ.