# Полное собрание стихотворений Н. В. Гербеля. Спб. 1882

Николай Васильевич Гербель

Полное собраніе стихотвореній Н. В. Гербеля. Спб. 1882.

Судя по тому, что между оригинальными стихотвореніями г. Гербеля есть одно, относящееся къ 1845 г., онъ годика черезъ два-три можетъ отпраздновать сорокалѣтній юбилей своей поэтической дѣятельности. Если это состоится, то въ числѣ поздравительныхъ депутацій должна явиться (а коли не явится, это будетъ крайне несправедливо) депутація отъ военнаго вѣдомства, въ лицѣ нѣсколькихъ бравыхъ фельдфебелей, и мы предлагаемъ ей произнести юбиляру примѣрно слѣдующую привѣтственную рѣчь: "Здравія желаемъ, ваше высокоблагородіе! Всепокорнѣйше благодаримъ васъ отъ лица всѣхъ солдатъ за тѣ истинно воинскія чувства отваги и молодецкой храбрости, которыя вы всегда изволили выражать въ стихахъ и которыми поддерживали таковыя же чувства во всякомъ истинно-боевомъ человѣкѣ, на славу намъ и на страхъ врагамъ! Дай Богъ вашему высокоблагородію и впредь воодушевлять насъ такимъ образомъ, за что всегда премного вамъ будемъ благодарны, тѣмъ болѣе въ настоящее время, когда многіе злонамѣренные люди говорятъ противъ военной выправки, войны и другихъ таковыхъ же предметовъ. Ура!"

Кто прочтетъ оригинальныя стихотворенія г. Гербеля, тотъ вполнѣ одобритъ нашъ проэктъ депутаціи и рѣчи. Не вдохновительнымъ ли, въ самомъ дѣлѣ, образомъ, должны дѣйствовать на истинно-солдатское сердце тѣ, напримѣръ, куплеты, въ которыхъ поэтъ, обращаясь къ своимъ бывшимъ однополчанамъ, солдатамъ и офицерамъ изюмскаго полка, зоветъ ихъ, въ случаѣеслибы это потребовалось, "вновь помчаться на враговъ" -- и

"... пусть извѣдаютъ безумцы,

Все та же-ль въ насъ играетъ кровь,

Все также-ль гибельны удары,

Какъ прежнихъ рукъ въ былые дни!

И все-ль мы прежніе гусары,

Какими знали насъ они!"

Не такіе ли же Тиртеевы звуки слышатся въ обращеніи его къ другому храброму полку, именно лейбъ-уланскому, который тоже, по его словамъ, при встрѣчѣ съ басурманами, покажетъ "въ добрый часъ, что за народецъ лейбъ-уланы, что значитъ гвардія у насъ!" Не рисуется ли въ самомъ лучшемъ съ военной стороны видѣ нашъ поэтъ, представляя однимъ изъ своихъ идеаловъ своего бывшаго сослуживца, Дорохова, у котораго "всегда съ клинка его стального струя кровавая текла"? Не столько ли же благороднаго одушевленія и ободрительной теплоты чувства въ похвалѣ вышеупомянутому лейбъ-гвардіи уланскому полку за то, что гдѣ бы ни проходили эти молодцы -- "кровью смоченныя раны обозначали ихъ слѣды"? Тутъ и "штатскій" читатель врядъ ли воздержится отъ умиленія и благородной гордости, и если испытаетъ нѣкоторое неудобство, то только потому, что, не будучи спеціально-военнымъ человѣкомъ, не разрѣшитъ себѣ вопроса, кто же храбрѣе: изюмцы или гвардейскіе уланы, такъ какъ и тѣхъ и другихъ поэтъ воспѣваетъ съ одинаковымъ воодушевленіемъ.

Лирическому элементу не уступаетъ въ г. Гербелѣ по силѣ, образности выраженія и широтѣ кругозора элементъ эпическій; прочтите хоть описаніе выступленія тѣхъ же лейбъ-уланъ, напоминающее разсказъ гоголевскаго почтмейстера о томъ, какъ музыка играетъ, штандартъ скачетъ", или прелестную картину "Салютовка", тонкій юморъ которой совершенно недоступенъ намъ, профанамъ, но произведетъ несомнѣнно великій эффектъ во всякой казармѣ...

Все это г. Гербель писалъ, правда, давно, очень давно, когда онъ самъ еще носился на лихомъ скакунѣ и проливая кровь (въ каковомъ видѣ и изобразилъ его г. Мюнстеръ въ своей "Галлереѣ русскихъ дѣятелей"), но, перепечатавъ эти стихи теперь, въ 1882 г., поэтъ ясно показалъ, что не измѣнилъ прежнимъ своимъ идеаламъ. Рядомъ съ этими мощными звуками чѣмъ-то чичиковскимъ, чичиковскимъ плачемъ о плаваніи "утлаго челнока" -- представляются тутъ же помѣщенные и написанные всего черезъ девять лѣтъ послѣ вышеприведенныхъ стихи объ "одинокомъ броженіи" поэта по міру, о томъ, что на жизненномъ морѣ житейскія бури разбили его бѣдный челнокъ", о неосуществленіи желанія "сразиться съ гнетущей судьбой", неосуществленіи, замѣтимъ кстати, о которомъ жалѣть не слѣдуетъ, когда взамѣнъ того можно было сражаться съ врагами отечества въ средѣ двухъ полковъ -- и т. п. За то очень много глубины въ такомъ, напримѣръ, стихотвореніи, какъ "Бокалъ", гдѣ, глядя на недопитый стаканъ шампанскаго, поэтъ представляетъ себѣ "равнины Шампаньи", усматривая на нихъ мысленнымъ взоромъ своимъ "довольство, старанье и -- вмѣстѣ (какой поэтическій слогъ!) -- всю щедрость земли", приходя отъ этого въ восторгъ и "невольно думая про чудный напитокъ, который въ бокалѣ кипѣлъ"...

Рядомъ съ такими оригинальными произведеніями музы г. Гербеля должны показаться блѣдными его переводы изъ Байрона, Шекспира, Шелли, Гёте, Шиллера и множества другихъ поэтовъ, свидѣтельствующіе объ изумительныхъ лингвистическихъ способностяхъ переводчика, такъ какъ здѣсь видимъ языки латинскій, французскій, англійскій, нѣмецкій, малороссійскій, червонорусскій, болгарскій, сербскій, хорутанскій, лужицкій, польскій. Что Гердеръ передъ Гербелемъ! А переводимые поэты дѣйствительно оказываются весьма мизерными, съ одной стороны, по причинѣ сопоставленія съ оригинальными произведеніями переводчика, а съ другой потому, что сей послѣдній, благодаря вѣроятно своему воинскому духу, обращается съ ними слишкомъ храбро, не щадя ихъ точно также, какъ не щадилъ нѣкогда враговъ отечества. Развѣ эти иностранные поэты не тѣже "басурманы", противъ которыхъ въ свои молодые годы г. Гербель звалъ въ бой лейбъ-гвардіи уланскій полкъ? Ну, и смерть басурманамъ!...

Къ сборнику стихотвореній г. Гербеля приложенъ составленный самимъ авторомъ списокъ всѣхъ его сочиненій и изданій.. Видимо, что списокъ этотъ предназначается для "Русской Старины" будущихъ годовъ, ибо въ немъ помѣщены даже такіе труды, какъ некрологъ В. В. Гербеля въ "Голосѣ" и статья "Генералъ-лейтенантъ Гербель" въ "Русскомъ Инвалидѣ". Очевидно, что авторъ находитъ необходимымъ, чтобы ни одинъ изъ его трудовъ не остался потеряннымъ для потомства. И оно совершенно основательно!


"Отечественныя Записки", No 12, 1882