# Собрание стихотворений Виктора Гюго в переводах русских писателей, под редакцией И. Ф. Тхоржевского. Выпуск I. Тифлис, 1895 г

Виктор Гюго

Собраніе стихотвореній Виктора Гюго въ переводахъ русскихъ писателей, подъ редакціей И. Ф. Тхоржевскаго. Выпускъ I. Тифлисъ, 1895 г. Цѣна каждаго выпуска 20 коп. Недавно окончено г. Тхоржевскимъ изданіе Полнаго собранія пѣсенъ Беранже, о которомъ мы въ свое время сообщили наше мнѣніе читателямъ. Теперь, приступая къ печатанію стихотвореній Виктора Гюго, почтенный издатель уже не обѣщаетъ дать полнаго собранія стихотвореній славнаго французскаго поэта, значеніе котораго во французской и во всемірной литературѣ неизмѣримо больше, чѣмъ значеніе чисто-національнаго пѣвца Беранже. И первое пожеланіе наше будетъ, конечно, чтобъ издатель познакомилъ русскую публику съ возможно большимъ числомъ произведеній главы романтической школы, имѣющаго несомнѣнное право считаться не только поэтомъ національнымъ, но и міровымъ. Правда, при передачѣ на русскомъ языкѣ стихотвореній Виктора Гюго переводчикамъ приходится преодолѣвать несравненно большія трудности, чѣмъ при переводахъ живыхъ и, по большей части, веселыхъ пѣсенъ Беранже. Въ предисловіи къ изданію своихъ произведеній въ 1880 г. Викторъ Гюго говоритъ: "Человѣкъ, который пишетъ, пишетъ книгу, эта книга -- онъ самъ... (цитируемъ по переводу издателя). Изъ каждаго произведенія, какъ бы оно ни было ничтожно или значительно, вырисовывается личность -- личность писателя. Въ этомъ его наказаніе, если онъ мелокъ; въ этомъ его награда, если онъ великъ. Эта истина открывается намъ только въ концѣ длинной жизни, полной труда и полной грозъ, отданной всецѣло мысли и дѣятельности. Выступаетъ на видъ отвѣтственность, неразлучная спутница свободы. Человѣкъ, пишущій эти строки, понимаетъ это. Онъ спокоенъ. Какъ онъ ни незамѣтенъ передъ Безконечнымъ, онъ не чувствуетъ себя смущеннымъ. На всѣ вопросы, какіе могутъ исходить отъ Неизвѣстнаго, у него только одинъ отвѣтъ: я -- совѣсть"... Эти значительныя строки налагаютъ огромную отвѣтственность на всякаго, кто берется переводить произведенія человѣка, считавшаго себя вправѣ сказать въ концѣ долгой трудовой и бурной жизни: "я -- совѣсть",-- человѣка, надъ гробомъ котораго современники сказали: "Ты великій поэтъ и гражданинъ!" Въ этомъ была "его награда", и будетъ дѣяніемъ преступнымъ, если не такою же представится личность писателя дли тѣхъ, кто судить о немъ будетъ только по переводамъ. Въ данное время, имѣя въ рукахъ лишь нѣсколько страницъ Переводовъ, мы не беремся рѣшить, какъ будетъ выполнена трудная задача, за которую взялся г. Тхоржевскій. Изъ десяти Онъ, вошедшихъ въ первый выпускъ, одна подписана именевъ В. Костомарова, одна -- именемъ В. Буренина, двѣ -- именемъ О. Михайловой, подъ одной поставлены двѣ звѣздочки и пять подписаны псевдонимомъ Йванъ-да-Марья,-- послѣднія шесть появляются въ переводахъ, нигдѣ до сихъ поръ ненапечатанныхъ. Наименѣе удачнымъ мы находимъ безъименный переводъ оды Возстановленіе статуи Генриха IV. По поводу этого стихотворенія и нѣкоторыхъ другихъ въ томъ же родѣ мы считаемъ нужнымъ привести выдержку изъ Предисловія (автора) къ Одамъ и балладамъ, изданнымъ въ 1853 г., когда Викторъ Гюго жилъ въ изгнаніи, послѣ государственнаго переворота 1852 г. и захвата верховной власти Наполеономъ III. "Ихъ темное происхожденіе (Мюрата и Нея) считается какъ бы лишнимъ правомъ на уваженіе и усиливаетъ блескъ достигнутаго ими положенія. Но изъ всѣхъ лѣстницъ, ведущихъ изъ мрака къ свѣту, самая достойная и самая трудная для восхожденія, конечно, слѣдующая: родиться аристократомъ и ройялистомъ и стать демократомъ. Подняться изъ лавочки во дворецъ,-- это рѣдко и прекрасно, если хотите; подняться отъ заблужденія къ истинѣ, это еще рѣже и еще прекраснѣе. Въ первомъ изъ этихъ восхожденій человѣкъ съ каждымъ сдѣланнымъ шагомъ что-нибудь выигрываетъ и увеличиваетъ свое благосостояніе, свое могущество, свое богатство; при второмъ восхожденіи -- наоборотъ"... Ему "на каждой пройденной ступени приходится платиться матеріальною жертвой за нравственное пріобрѣтеніе, приходится оставлять какую-нибудь выгоду, отказываться отъ благъ и почестей свѣта, рисковать своимъ состояніемъ, своимъ очагомъ, своею жизнью. За то, совершивъ этотъ подвигъ, позволительно имъ гордиться".. И Викторъ Гюго, выпуская въ свѣтъ свои Оды и баллады, считаетъ своимъ законнымъ правомъ "съ гордостью и удовлетворенною совѣстью показать свои дѣтскія и юношескія оды рядомъ съ демократическими произведеніями, написанными въ зрѣломъ возрастѣ. Это,-- заканчиваетъ поэтъ,-- я думаю, позволительная гордость, особенно, когда, совершивъ восхожденіе, найдешь на вершинѣ изгнаніе и можешь помѣтить это предисловіе мѣстомъ своей ссылки". Предисловіе помѣчено: "Джерсей, іюль 1853 года". Въ заключеніе считаемъ нужнымъ замѣтить, что, по нашему мнѣнію, г. Тхоржевскій выбралъ очень неудобную форму для своего изданія, давая его листовыми выпусками, причемъ на обложки и оглавленія пропадаетъ напрасно по четыре страницы въ выпускѣ, и самые выпуски легко теряются и, по меньшей мѣрѣ, утрачиваютъ свою свѣжесть.


"Русская Мысль", кн.X, 1895