Головнин Василий Михайлович
Путешествие шлюпа "Диана" из Кронштадта в Камчатку...

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Несокращенная редакция

   

СОЧИНЕНІЯ И ПЕРЕВОДЫ
ВАСИЛІЯ МИХАЙЛОВИЧА
ГОЛОВНИНА

ТОМЪ I

САНКТПЕТЕРБУРГЪ
ВЪ ТИПОГРАФІИ МОРСКАГО МИНИСТЕРСТВА
1864

ПУТЕШЕСТВІЕ ШЛЮПА "ДІАНА" ВЪ КАМЧАТКУ въ 1807, 1808 и 1809 годахъ.

СОДЕРЖАНІЕ

ЧАСТЬ I.

   Глава I. Предметъ экспедиціи, выборъ корабля, вооруженіе и приготовленія его
   Глава II. На пути изъ Кронштадта до Англіи и въ Англіи
   Глава III. На пути изъ Англіи до Бразиліи
   Глава IV. Пребываніе въ гавани острова св. Екатерины въ Бразиліи, и описаніе сей гавани
   Глава V. На пути отъ Бразиліи къ мысу Горну, и оттуда въ мысу Доброй Надежды
   Глава VI. Пребываніе на мысѣ Доброй Надежды
   

ЧАСТЬ II.

   
   Глава I. Состояніе колоніи мыса Доброй Надежды; описаніе водъ, его окружающихъ, и метеорологическія замѣчанія
   Глава II. На пути отъ мыса Доброй Надежды до острова Таны, одного изъ Новогебридскихъ
   Глава III. Пребываніе на островѣ Таны и нѣкоторыя замѣчанія объ ономъ
   Глава IV. На пути отъ острова Таны до Камчатки
   

ЧАСТЬ I.

  

ГЛАВА I.

Предметъ экспедиціи, выборъ корабля, вооруженіе и пріуготовленіе онаго.

   
   Въ 1806 году скоро по возвращеніи въ Кронштадтъ двухъ судовъ, Россійской Американской компаніи: "Надежда" и "Нева", счастливо совершившихъ путешествіе кругомъ свѣта, оная компанія рѣшилась послать вторично судно "Нева" въ такую же экспедицію. Тогда Его Императорскому Величеству благоугодно было повелѣть отправить съ нимъ вмѣстѣ военное судно, которое могло бы на пути служить ему обороною; главный же предметъ сей экспедиціи былъ: открытія неизвѣстныхъ и опись мало извѣстныхъ земель, лежащихъ на восточномъ океанѣ и сопредѣльныхъ Россійскимъ владѣніямъ въ восточномъ краѣ Азіи, и на сѣверо-западномъ берегу Америки; а Государственная Адмиралтействъ-Коллегія, пользуясь симъ случаемъ, заблагоразсудила вмѣсто балласта помѣстить въ назначенное для сего путешествія судно разные морскіе снаряды, нужные для Охотскаго порта, которые прежде были туда доставляемы сухимъ путемъ, съ большимъ трудомъ и иждивеніемъ, а нѣкоторыхъ нельзя было и доставить, по причинѣ ихъ тяжести.
   Въ выборѣ удобнаго для сего похода судна, представилось немалое затрудненіе; ибо въ Императорскомъ флотѣ не было ни одного судна, способнаго, по образу своего строенія, помѣстить нужное количество провіантовъ и прѣсной воды, сверхъ груза, назначеннаго къ отправленію въ Охотскій портъ; купить же такое судно въ русскихъ портахъ также было невозможно. Наконецъ сіе затрудненіе уничтожилось прибытіемъ въ Петербургъ транспортныхъ судовъ, построенныхъ на рѣкѣ Свирѣ. По приказанію Морскаго Министра, управляющій Исполнительною Экспедиціею контръ-адмиралъ Мясоѣдовъ и корабельные мастера Мелеховъ и Курепановъ свидѣтельствовали сіи суда и нашли, что съ большими поправками онѣ могутъ быть приведены въ состояніе предпринять предназначенное путешествіе; выборъ палъ на транспортъ "Діана". Судно сie длиною по гондеку 91 футъ, по килю 80; ширина его 25, а глубина трюма 12 футъ. Строено оно для перевоза лѣсовъ, и для того ширина въ кормѣ очень мало уменьшается, отъ чего кормовая часть слишкомъ полна, слѣдовательно нельзя было въ немъ ожидать хорошаго хода; впрочемъ во многихъ другихъ отношеніяхъ касательно образа его строенія казалось, что оно довольно было способно для предмета экспедиціи. Что же принадлежитъ до крѣпости судна, то надобно сказать, что она не соотвѣтствовала столь дальнему и трудному плаванію: судно построено изъ сосноваго лѣса и крѣплено желѣзными болтами; въ строеніи его были сдѣланы великія упущенія, которыя могли только произойти отъ двухъ соединенныхъ причинъ: отъ незнанія и нерадѣнія мастера, и отъ неискуства употребленныхъ къ строенію мастеровыхъ. Корабельные мастера Мелеховъ и Курепановъ донесли министру, что судно требуетъ большихъ исправленій, на окончаніе коихъ потребно времени около мѣсяца; выборъ и представленіе ихъ министръ утвердилъ, и 23 числа Августа 1806 года я имѣлъ честь былъ назначенъ командиромъ судна "Діана", которое велѣно было включить въ число военныхъ судовъ императорскаго флота и именовать шлюпомъ. Чрезъ сіе оно получило право носить военный флагъ; офицеровъ и нижнихъ чиновъ предоставлено было мнѣ самому выбрать. Для исправленія шлюпъ "Діана" ввели въ небольшую рѣчку на лѣвомъ берегу Невы, недалеко въ западу отъ новаго адмиралтейства, которая вмѣстѣ съ Фонтанкою окружаетъ небольшой островокъ; на немъ есть киленбалки и краны, тамъ же хранятся казенные лѣса и такелажъ. Исправленіе исполнительная Экспедиція возложила на корабельнаго мастера Мелехова, который тотчасъ приступилъ къ дѣлу съ великимъ усердіемъ, назначилъ самыхъ лучшихъ комендоровъ и плотниковъ, и самъ при исправленіи былъ почти неотлучно. Но, не смотря на всѣ мѣры и средства, предпринятыя имъ съ великимъ искуствомъ, и приведенныя въ исполненіе со всевозможною поспѣшностію, шлюпъ не прежде былъ готовъ въ отправленію въ Кронштадтъ, какъ 8 числа Октября. Онъ былъ въ грузу безъ всякаго балласта около 10-ти футъ, слѣдовательно проводить его чрезъ мели устья Невы надлежало въ самую большую воду, которая обыкновенно бываетъ съ крѣпкими западными вѣтрами, и потому нѣсколько дней было потребно на переходъ изъ Петербурга въ Кронштадтъ, а по невозможности имѣть въ немъ балласта при переходѣ черезъ баръ, нельзя было и вооружить его совсѣмъ: слѣдственно оставалось въ Кронштадтѣ довершить оснастку, нагрузить судно, принять и размѣстить провіанты; налить бочки прѣсною водою и уставить трюмъ, и сдѣлать все это на совершенно новомъ суднѣ, гдѣ невозможно было поступать по прежнимъ примѣрамъ, а надлежало все устроить и принаровить вновь. На такое дѣло нужно было по крайней мѣрѣ двѣ недѣли хорошихъ дней, а не такихъ, какіе у насъ бываютъ въ Октябрѣ; краткость дней мало даетъ времени для работы; а почти безпрестанные дожди не позволяютъ многихъ вещей, особливо сухихъ провизій, принимать изъ магазиновъ и грузить въ судно. И такъ, полагая, что если бы шлюпъ 8 Октября, когда кончена на немъ работа по кораблестроитальной части, вмѣсто Невы былъ въ Кронштадтской гавани, то и тогда невѣроятно чтобы онъ успѣлъ отправиться въ путь вмѣстѣ съ судномъ "Нева". Министръ предвидѣлъ это и отдалилъ экспедицію до слѣдующей весны, а шлюпу приказалъ для зимованья остаться въ Петербургѣ, гдѣ онъ и находился до вскрытія рѣки. Здѣсь я долгомъ поставляю упомянуть, что на исправленіе шлюпа болѣе употреблено времени, нежели корабельные мастера полагали при свидѣтельствѣ онаго, не отъ ихъ ошибки: шлюпъ имѣлъ въ своемъ построеніи много важныхъ и опасныхъ упущеній, которыя открылись, когда его повалили на бокъ и коихъ прежде примѣтить было невозможно. Исправленія судна были столь важны, что приличнѣе считать оное строенія корабельнаго мастера Мелехова, нежели первоначальнаго его строителя, который связалъ члены онаго такъ только, чтобы можно ихъ было въ видѣ судна довести Невою до Петербурга. Доколѣ исправленіе судна продолжалось, начальствующіе Экспедиціями: Исполнительною г. контръ-адмиралъ Мясоѣдовъ, Хозяйственною г. генералъ-лейтенантъ Пущинъ и Артиллерійскою г. генералъ-лейтенантъ Герингъ прилагали всевозможное попеченіе, всякій по своей части, приготовить для путешествія самые лучшіе снаряды и провизіи. Сіи послѣднія были приготовлены чрезъ тѣхъ же самихъ людей, которые заготовляли провіантъ прежде сего для судовъ Американской компаніи: "Надежда" и "Нева", и до окончанія ихъ путешествія сохранились въ самомъ лучшемъ состояніи. Нѣкоторыми провіантами намъ предоставлено было запастись въ чужихъ портахъ. Всѣ вещи, провизіи и снаряды для шлюпа заготовляемы и отпускаемы были по моему представленію и выбору. Такую ко мнѣ довѣренность господъ начальствовавшихъ надъ помянутыми тремя экспедиціями я вмѣняю себѣ въ величайшую честь. Господинъ министръ предписалъ комиссіонеру Грейгу въ Лондонѣ заготовить нужные математическіе и астрономическіе инструменты, а морскія карты и книги Государственная Адмиралтействъ-Коллигія предписала купить мнѣ самому въ чужихъ портахъ. Шлюпъ "Діана" 15 Мая отправился изъ Петербурга, а 21 числа прибылъ въ Кронштадтъ. Проводъ его баромъ былъ сопряженъ съ великимъ трудомъ; для облегченія шлюпа я велѣлъ изъ него все вынуть, даже камбузъ и мачты, но онъ былъ въ грузу не менѣе 9 футъ; камелей для такого судна въ портѣ не было, а надлежало приподнять его на четырехъ большихъ палубныхъ ботахъ вагами, посредствомъ грунтововъ, и такъ вести мелями. При сей продолжительной и трудной работѣ, петербургскій такелажмейстеръ Гришинъ былъ безотлучно, и своимъ неусыпнымъ стараніемъ и дѣятельностію много споспѣшествовалъ въ успѣхѣ сего дѣла. Способъ сей приподнять судно принятъ также по его предложенію. Въ Кронштадтѣ нужно было сдѣлать нѣкоторыя поправки въ разныхъ наружныхъ частяхъ судна, а особливо въ столярной работѣ, которая отъ жестокихъ зимнихъ морозовъ и потомъ отъ наступившихъ по веснѣ жаровъ много попортилась. По назначенію корабельнаго мастера Амосова, подмастерье Зенковъ надсматривалъ надъ окончательнымъ исправленіемъ шлюпа, и оба они съ большимъ тщаніемъ старались, чтобы все нужное было сдѣлано хорошо и съ такою поспѣшностію, съ какою время и обстоятельства, по случаю тогда бившихъ въ портѣ большихъ приготовленій и работъ, позволяли. Въ Кронштадтѣ сдѣлали намъ также новыя мачты, бушпритъ, марсы и почти весь настоящій и запасной рангоутъ. Въ исходѣ Мая шлюпъ былъ готовъ къ принятію груза, и 31 числа того мѣсяца положено въ него первое желѣзо. Размѣстить порядочно такой разнообразный грузъ, какъ желѣзо, якоря, пушки, ядра, порохъ, канаты, такелажъ, парусину, флагдукъ, блоки, мелкое оружіе и проч. въ маломъ суднѣ, и притомъ для столь дальняго путешествія, было дѣло не весьма легкое. Сверхъ того, при размѣщенія онаго не довольно было пещись только о томъ, чтобы трюмъ былъ полонъ и не оставалось въ немъ пустаго мѣста; но надобно было стараться дать каждой вещи мѣсто, гдѣ бы менѣе она была подвержена, по свойству своему, порчѣ отъ мокроты или стѣсненнаго воздуха, и не могла бы одна вещь испортить другую въ такомъ продолжительномъ переходѣ; и чтобы расположеніе тяжестей не причинило какого неудобства въ морскихъ качествахъ судна и не подвергло бы его опасности, или отъ излишней остойчивости, или отъ чрезвычайной валкости. Кромѣ того, нужно также было имѣть великое вниманіе при укладкѣ такого большаго количества морскихъ провизій всякаго рода, которыми мы необходимо должны были запастись: положить ихъ надлежало такъ, чтобы сухіе провіанты лежали въ мѣстахъ, менѣе подверженныхъ влажности и мокротѣ; чтобы мокрыя провизіи, а особливо солонина и капуста, когда начнутъ портиться въ норѣ, гдѣ невозможно всѣ ихъ выгрузить и бросить въ море, не могли причинить вреда здоровью служителей, и всѣ провизіи вообще надлежало такъ помѣстить, чтобы одинъ сортъ не былъ закладенъ другимъ, и чтобы всѣ ихъ можно было легко доставать во всякое время и во всякую погоду. Постановленіе бочекъ съ прѣсною водою, укладка дровъ и уголья требовали такихъ же предосторожностей, и я смѣло могу сказать, что при нагрузкѣ "Діаны" всѣ сіи предосторожности были соблюдены съ крайнею точностію; въ продолженіи путешествія опытъ мнѣ показалъ, что при укладкѣ груза и расположеніи провіантовъ, воды и уголья, по моему мнѣнію, никакой ошибки не сдѣлано.
   Шлюпъ "Діана" вышелъ изъ гавани въ настоящей готовности по словесному приказанію морскаго министра 7 іюля, и съ сего числа началась его первая кампанія; а на другой день Государь Императоръ, посѣщая Кронштадтъ и нѣкоторыя изъ стоявшихъ на рейдѣ военныя суда, изволилъ удостоить и "Діану" Высочайшаго своего посѣщенія, и при отбытіи, Его Величеству благоугодно было изъявить свое Монаршее благоволеніе офицерамъ и нижнимъ чинамъ за исправность шлюпа, съ котораго по отъѣздѣ Государя сдѣланъ былъ Императорскій салютъ командою, поставленною по реямъ, и выстрѣлами изъ всѣхъ орудій. 20-го числа іюля главный кронштадтскаго порта командиръ сдѣлалъ у насъ обыкновеннымъ порядкомъ депутатской смотръ; и скоро послѣ того я получилъ повелѣніе отправиться въ путь при первомъ благополучномъ вѣтрѣ, который насталъ въ 4 часа пополудни 25-го числа, а въ 5 часовъ "Діана" была подъ парусами, и сдѣлавъ съ крѣпостью взаимный салютъ, пустилась въ путь при свѣжемъ порывистомъ вѣтрѣ отъ NO.
   Оставляя свое отечество, не знали мы и даже не воображали, чтобы въ отсутствіе наше столь нечаянно могли случиться такія важныя перемѣны въ политическихъ дѣлахъ Европы, которыя въ послѣдствіи перемѣнили и едва было совсѣмъ не уничтожили начальную цѣль экспедиціи. Путешествіе сіе было необыкновенное въ исторіи россійскаго мореплаванія, какъ по предмету своему, такъ и по чрезвычайно дальнему плаванію; оно было первое въ Императорскомъ флотѣ, и если смѣю сказать, то по моему мнѣнію и первое съ самаго начала Русскаго мореплаванія. Правда, что два судна Американской компаніи совершили благополучно путешествіе кругомъ свѣта прежде "Діаны" управлялись онѣ офицерами и нижними чинами Императорской морской службы; но сіи суда были куплены въ Англіи, въ построеніи же "Діаны" рука иностранца не участвовала, а потому, говоря прямо, "Діана" есть первое настоящее Русское судно, совершившее такое многотрудное и дальнее плаваніе.
   

Величина, внутреннее расположеніе и вооруженіе.

   
   Величина "Діаны" около 300 англійскихъ тоновъ; построена она съ двумя деками: въ нижнемъ для пушекъ 16 портовъ, изъ коихъ два передніе, по моему желанію, задѣланы для шкиперскихъ и тиммерманскихъ каютъ. На томъ же декѣ была командирская каюта, и подлѣ оной каютъ-компанія съ пятью каютами для офицеровъ; между переборкою каютъ-компаніи и шхиперскими каютами въ банкахъ помѣщались нижніе чины; кухня стояла между фокъ-мачтою и форъ-люкомъ на нижней палубѣ, а на верхней было только между гротъ и бизань мачтами четыре порта для каронадъ. На сей же палубѣ были брашпиль и шпиль. Ростры укладывались на ней же, и между ними ставился барказъ. Трюмъ раздѣленъ былъ на пять отдѣленій четырьмя переборками: въ сихъ отдѣленіяхъ размѣщены были по удобности съѣстные припасы, прѣсная вода, дрова, уголья, порохъ и военные снаряды, а также весь грузъ, назначенный для Охотскаго порта.
   "Діана" была вооружена четырнадцатью мѣдными пушками шестифунтоваго калибра {Мѣдныя пушки намъ даны съ Императорскаго фрегата "Эммануилъ"; онѣ очень легки по своему калибру: вѣсъ каждой изъ нихъ не болѣе 31 пуда, слѣдовательно 15-ю пудами легче чугунныхъ пушекъ того же калибра, и потому весьма удобны для такого малаго судна въ дальнемъ плаваніи.}, четырьмя осьмифунтовыми каронадами, и такимъ же числомъ трехъ-фунтовыхъ фалконетовъ; сверхъ сего имѣли мы осьми-фунтовую каронаду и 4 мѣдные фалконета, одного фунта, для барказа; мелкимъ оружіемъ, какъ огнестрѣльнымъ, такъ и холоднымъ, Артиллерійская Экспедиція вооружила насъ весьма хорошо, и все было въ самомъ лучшемъ состояніи.
   Пороху было отпущено двойной комплектъ противъ штатнаго положенія.
   Рангоутъ нашъ былъ того же размѣренія, какое ему опредѣлилъ корабельный мастеръ Курепановъ, давшій чертежъ судну, по коему оно строено.
   При вооруженіи я не сдѣлалъ въ сихъ размѣреніяхъ никакой перемѣны, хотя многіе и совѣтовали кое-что перемѣнить: но, знавши, сколь трудно на новомъ, никогда небывшемъ въ морѣ, суднѣ, безъ опыта и по одной догадкѣ опредѣлить настоящую мѣру рангоута, я предпочелъ лучше оставить его какъ строитель судна призналъ за удобное, нежели дѣлать перемѣны безъ всякой другой причины, кромѣ той, что командиръ судна долженъ сдѣлать то или другое по своему, и чрезъ то показать, что и онъ много знаетъ. Впослѣдствіи опытъ мнѣ доказалъ, что главные члены рангоута, мачты, бушпритъ и стеньги вообще были соразмѣрны образу строенія и величинѣ судна. Реи и брамъ-стеньги, по мнѣнію моему, не мѣшало бы имѣть немного подлиннѣе; чрезъ сіе увеличилась бы площадь парусовъ, слѣдовательно и ходъ судна; впрочемъ, въ равновѣсіи между рангоутомъ и нагрузкою отъ сего никакой чувствительной перемѣны произойти не могло. Мнѣ кажется, что на всѣхъ судахъ, приготовляемыхъ для дальнихъ путешествій {Я не разумѣю здѣсь переходы изъ Кронштадта въ Архангельскъ, къ берегамъ Англіи, или въ Средиземное море, которые нерѣдко у насъ величаются дальними путешествіями; а понимаю подъ симъ названіемъ путешествіе, въ продолженіи котораго годъ, два года, или и болѣе, судно должно плавать по морямъ, въ коихъ нѣтъ портовъ съ морскими арсеналами, гдѣ бы можно было исправить судно, въ случаѣ, если оно потерпитъ поврежденіе въ корпусѣ, снастяхъ, парусахъ и пр. и гдѣ бы былъ способъ вознаградить потерю и недостатки въ морскихъ припасахъ; тогда необходимо ему надлежитъ искать пособія въ запасныхъ своихъ матеріалахъ и въ произведеніяхъ природы тѣхъ земель, куда случится ему зайти, и исправиться собственными своими людьми, безъ всякой посторонней помощи.}, полезно было бы мачты и стеньги дѣлать футомъ или двумя короче обыкновенныхъ размѣреній, а сей недостатокъ вознаграждать длиною брамъ-стеньгъ и реевъ. Отъ сей перемѣны судно въ ходу ничего не потеряетъ, если же и потеряетъ, что однакожъ не всегда случиться можетъ, то весьма мало, а пріобрѣтетъ слѣдующія весьма важныя выгоды для судовъ, плавающихъ по отдаленнымъ и несовершенно извѣстнымъ морямъ: 1) мачты и стеньги будутъ менѣе подвержены силѣ вѣтра во время шкваловъ и бурь, и не такъ скоро повредятся въ жестокую качку, а особливо, когда брамъ-стеньги спущены совсѣмъ на низъ, что весьма удобно дѣлать во всякую погоду на военныхъ судахъ, имѣющихъ по большей части достаточное число людей. Притомъ, если, будучи долго въ морѣ, судно облегчится и нужно будетъ, въ крѣпкій вѣтръ и волненіе, уменьшить балансъ на верху: то марса-реи можно опустить нанизъ безъ всякаго затрудненія, что я много разъ дѣлалъ съ великою пользою въ семъ путешествіи; напротивъ того, стеньги спускать весьма трудно, а часто и невозможно на большомъ волненіи, да и вообще, никто изъ мореплавателей никогда этого и не дѣлаетъ. 2) Стоя на якорѣ въ открытыхъ мѣстахъ, когда нужно уменьшить, сколько возможно, силу вѣтра, дѣйствующую на канаты, а притомъ нельзя спустить стенегъ, потому, чтобы быть въ безпрестанной готовности пуститься въ море, если якоря держать не будутъ, или порвутся канаты,-- то въ такомъ случаѣ, спустивъ брамъ-стеньги совсѣмъ нанизъ, и обрасопивъ реи круто къ вѣтру, уменьшишь весьма много дѣйствіе и упоръ вѣтра на рангоутъ, не спуская стенегъ {Желая сдѣлать журналъ мой, сколько возможно, полезнымъ для мореплавателей, я надѣюсь, простительно мнѣ помѣстить здѣсь слѣдующее примѣчаніе: обыкновеніе спускать стеньги и реи въ крѣпкіе вѣтры, стоя на якорѣ, давно было въ употребленіи; цѣль была та, чтобы уменьшить дѣйствіе вѣтра на рангоутъ, и чрезъ то доставить облегченіе канатамъ: понынѣ въ Англійскомъ флотѣ, который безъ всякаго сомнѣнія есть первый флотъ въ свѣтѣ, какъ силою, такъ и искуствомъ своихъ офицеровъ и матрозовъ, начинаютъ оставлять сіе обыкновеніе, и не безъ причины. Реи, сколько можно обрасопленныя ноками къ вѣтру, представляютъ менѣе поверхности его усилію, понуждающему корабль клониться назадъ, нежели когда онѣ спущены нанизъ и стоятъ почти прямо, ибо тогда невозможно ихъ обрасопить круто. Что принадлежитъ до стенегъ, то правда, что спущеніемъ ихъ уничтожается продолженіе мачтъ, на кои вѣтръ дѣйствуетъ; но за тѣмъ тогда такелажъ подъ салингами, къ топамъ мачтъ привязанный, представляетъ несравненно болѣе площади усилію вѣтра, нежели въ настоящемъ его видѣ, будучи вытянутъ; и въ такомъ положенія останавливая стремленіе вѣтра, дѣлаетъ упоръ его на канаты не съ меньшимъ усиліемъ. Это есть мнѣніе многихъ искусныхъ Англійскихъ морскихъ офицеровъ, съ коими я съ моей стороны совершенно согласенъ.}. 3) Напослѣдокъ, если будетъ повреждена мачта, или стеньга: то, чѣмъ она короче, тѣмъ удобнѣе и легче сыскать дерево въ замѣну, скорѣе обдѣлать и поставить. Въ необитаемыхъ мѣстахъ, или и обитаемыхъ, но дикими, непросвѣщенными народами, должно все дѣлать своими людьми, и чѣмъ какое дѣло представляетъ менѣе трудности въ приведеніи онаго къ концу, тѣмъ лучше; въ дальнихъ путешествіяхъ сихъ преимуществъ не должно терять изъ виду.
   Канаты, кабельтовы, перлини, буйрепы и весь стоячій такелажъ для насъ дѣлали нарочно на Кронштадтскомъ казенномъ заводѣ. Мы имѣли три комплекта нижнихъ парусовъ, марселей и штормовыхъ стакселей, а всѣхъ прочихъ два; сверхъ того, въ запасъ отпущено было достаточное количество парусины. Исполнительная Экспедиція снабдила шлюпъ кузницею, запасными помпами и многими другими вещами, необходимо нужными въ дальнихъ плаваніяхъ.
   Гребныхъ судовъ у насъ было четыре: десятивесельный барказъ, шестивесельная шлюпка и двухвесельный ялъ.
   Якорей мы имѣли четыре, вѣсомъ по 45 пудъ, и къ нимъ шесть канатовъ въ 12 дюймовъ. Верповъ надъ дали три. Нѣкоторые изъ знакомыхъ мнѣ офицеровъ меня увѣряли, что якоря наши маловѣсны, судя по величинѣ шлюпа, и приводили въ доказательство, что транспорты, бомбардирскія суда и бриги, которые не болѣе "Діаны", а ихъ часто на Кронштадтскомъ рейдѣ съ такихъ же якорей дрейфуетъ; однакожъ я былъ другаго мнѣнія. Мнѣ извѣстно, что наши малыя военныя суда, даже и не въ крѣпкій вѣтеръ, нерѣдко дрейфуетъ и наноситъ или на гавань, или одно на другое, только не отъ малаго вѣсу якорей, а совсѣмъ отъ другой посторонней причины, а именно: отъ стариннаго, нынѣ одними купеческими судами наблюдаемаго обыкновенія, стоять на одномъ якорѣ. Извѣстно, что на Кронштадтскомъ рейдѣ лишь одни линейные корабли и фрегаты становятся на два якоря, а всѣ прочія суда, и особливо стоящія въ О отъ Кроншлота, почти всегда на одномъ. Въ такомъ случаѣ, смѣло можно полагать, что изъ десяти судовъ, простоявшихъ въ лѣтнее время,-- когда вѣтры часто перемѣняются и теченія отъ О бываютъ довольно быстры,-- двадцать четыре часа на одномъ якорѣ, у девяти канаты перепутаются съ якорями и буйрепами, слѣдовательно при первомъ порывѣ вѣтра они и дрейфуютъ. Якорь тогда держитъ, когда онъ чисто положенъ и не запутанъ канатомъ; впрочемъ онъ безполезенъ и ничего болѣе, какъ ложная обманчивая надежда, готовая всегда измѣнить. Грунтъ и глубина Кронштадтскаго рейда таковы, что крѣпкій осенній вѣтръ можетъ корабль, или другое какое судно, сорвать съ старыхъ гнилыхъ канатовъ: но подрейфовать, или сдернуть якоря, никогда не можетъ; и я не знаю примѣра, чтобы когда нибудь корабль, или фрегатъ нашъ дрейфовало на Кронштадтскомъ рейдѣ, когда якоря его были чисты, не взирая на чудный манеръ ложиться фертоингъ, которому и до сего времени многіе еще обыкновенно слѣдуютъ {Сіе замѣчаніе само собою требуетъ отъ меня изъясненія. Въ лучшихъ иностранныхъ военныхъ флотахъ слѣдуютъ одному общему правилу ложиться фертоингъ. Если рейдъ имѣетъ приливъ и отливъ, или теченіе отъ рѣки и наклонности водъ, то якоря кладутъ по направленію теченія; а гдѣ нѣтъ теченія, тамъ кладутся они въ направленіи господствующихъ вѣтровъ. Выдаютъ для обоихъ якорей по цѣлому почти канату; при положеніи якорей наблюдаютъ, чтобы канаты были чисты (то есть не было бы креста), при тѣхъ вѣтрахъ, которые съ большою силою дуютъ. Буде же на рейдѣ теченія нѣтъ и не примѣчено особенно владычествующихъ вѣтровъ, то кладутъ якоря или вдоль рейда, или такъ, чтобы при вѣтрахъ, которые обыкновенно крѣпко дуютъ, корабль не былъ, такъ сказать, растянутъ своими канатами, а стоялъ бы на одномъ изъ нихъ. Долговременный опытъ утвердилъ преимущество и выгоды сихъ правилъ. Выгоды очевидны, однакожъ у насъ на Кронштадтскомъ рейдѣ рѣдко имъ слѣдуютъ: якоря кладутъ поперекъ теченія, отъ чего почти всегда крыжи дѣлаются; а такъ какъ фарватеръ узокъ и нельзя выдать болѣе полуканата на якорь, то развести крыжъ у насъ есть дѣло многихъ часовъ; а имѣя по канату въ водѣ, получаса было бы довольно.}. Впрочемъ, какъ бы то ни было, въ теченіи нашего путешествія по необходимости я принужденъ былъ стоять на якорѣ нѣсколько разъ почти въ открытыхъ мѣстахъ, подверженныхъ жестокимъ вѣтрамъ и дурно защищаемыхъ отъ океанскаго волненія, гдѣ имѣлъ хорошій случай увѣриться въ добротѣ своихъ якорей и канатовъ, и по моему мнѣнію, нельзя желать ни якорей, ни канатовъ лучшей доброты; и еслибы мнѣ случилось опять идти на такомъ же суднѣ въ подобный вояжъ, то я взялъ бы три якоря и пять канатовъ точно такой же величины, какіе и въ семъ путешествіи у меня были; а четвертый десятью пудами тяжелѣе, и для него два каната въ 12 1/2 или 13 дюймовъ, и употреблялъ бы его только въ послѣдней крайности. Я примѣтилъ, что у всѣхъ гористыхъ береговъ, подверженныхъ крѣпкимъ вѣтрамъ, какъ напримѣръ въ заливахъ Мыса Доброй Надежды, они дуютъ не ровно, а жестокими порывами, которые находятъ чрезъ 5 и 10 минутъ одинъ послѣ другаго, и почти всегда хотя изъ одной четверти компаса, но отъ разныхъ румбовъ, и часто перемѣняютъ направленіе румба на три и болѣе. И какъ они иногда дуютъ съ такою силою, что нужно бываетъ привести судно на оба якоря, то въ такомъ случаѣ, отъ перемѣны въ направленіи порывовъ, невозможно уравнять канатовъ, и усиліе всегда почти должно быть на одномъ изъ нихъ; тогда большой якорь съ его канатами могъ бы лучше и вѣрнѣе держать. Безопаснѣе было бы его также употреблять въ незакрытыхъ отъ океанскаго волненія мѣстахъ, какъ напримѣръ въ Столовой губѣ, которая, будучи къ NW совсѣмъ открыта, подвержена въ крѣпкіе вѣтры жестокому волненію. Тутъ двухъ канатовъ уравнять никакъ нѣтъ способа, слѣдовательно можно лучше надѣяться на одинъ толстый канатъ и большой якорь, нежели на два обыкновенной величины. Но какъ такіе случаи встрѣчаются весьма рѣдко, то одного большаго якоря и двухъ толстыхъ канатовъ довольно для всякаго судна.
   

Имена офицеровъ и нижнихъ чиновъ, служившихъ на шлюпѣ.

   
   Лейтенанты: Василій Головнинъ, командиръ шлюпа.
   Мичманы: Петръ Рикордъ. Федоръ Муръ. Илья Рудаковъ.
   Лѣкарь: Богданъ Брандъ.
   Штурманскій помощникъ 14 го класса Андрей Хлѣбниковъ.
   
   Морскаго Кадетскаго Корпуса унтеръ-офицеръ: Дмитрій Картавцевъ.
   Морскаго Кадетскаго Корпуса гардемарины: Всеволодъ Якушкинъ. Никандръ Филатовъ.
   
   Помощники унт.-офиц. чина -- штурманскій: Василій Новицкой.
   Помощники унт.-офиц. чина -- шхиперскій: Егоръ Ильинъ.
   содержатели по своимъ должностямъ.
   
   Ученики: штурманскій: Василій Средній.
   Ученики: экономическій: Елизаръ Начапинской
   Ученики: лѣкарскій: Владиміръ Скородумовъ.
   содер. провіанта.
   
   Писарь Степанъ Савельевъ.
   Квартирмейстеры: Егоръ Савельевъ. Иванъ Большаковъ. Данило Лабутинъ.
   
   Матросы 1-й статьи: Матвѣй Черемухинъ.-- Венедиктъ Филатовъ. -- Алексѣй Ульяновъ.-- Севастьянъ Зенинъ.-- Спиридонъ Макаровъ. -- Федоръ Рожинъ.-- Петръ Андреевъ. Семенъ Короткой.-- Семенъ Кутыревъ.-- Михайло Шнаевъ.-- Герасимъ Фоминъ.-- Иванъ Симіоновъ.-- Тарасъ Васильевъ.-- Фадей Евсевьевъ.-- Андрей Седуновъ.-- Федоръ Харахардинъ.-- Петръ Ивановъ.-- Ларіонъ Тимофѣевъ.-- Илья Ступинъ.-- Дмитрій Симановъ. -- Елисей Бурцовъ. -- Иванъ Дуловъ.
   
   Матросы 2-й статьи: Степанъ Мартемьяновъ.-- Сергѣй Савельевъ. -- Филипъ Романовъ.-- Филипъ Тимофѣевъ.-- Никита Федоровъ.-- Григорій Васильевъ.-- Перфилъ Кириловъ.-- Игнатій Александровъ.
   Морской Артиллеріи: унтеръ-офицеръ Федотъ Папыринъ.
   Бомбардиръ Иванъ Федоровъ.
   Канониры: Кондратій Ботовъ. Никифоръ Глѣбовъ. Тихонъ Терентье