# Иностранное обозрение

Виктор Александрович Гольцев

## ИНОСТРАННОЕ ОБОЗРѢНІЕ.


День международной рабочей манифестаціи, перваго мая новаго стили, прошелъ, сравнительно говоря, благополучно, но въ нѣкоторыхъ мѣстахъ дѣло не обошлось безъ серьезныхъ столкновеній полиціи и войскъ съ рабочими, а во Франціи, въ Фурми, разыгрались даже кровавыя сцены. Нѣсколько рабочихъ, участвовавшихъ въ манифестаціи, и нѣсколько уже ни въ чемъ неповинныхъ лицъ были убиты стрѣлявшими войсками. Само собою разумѣется, что всѣ враги нынѣшняго республиканскаго правительства поспѣшили ухватиться за это прискорбное событіе для нападеній на республику. И въ печати, и въ парламентѣ буланжисты, бонапартисты и орлеанисты выступаютъ горячими защитниками народа, рабочихъ классовъ, чуть-чуть не соціализма. Но если исключить это беззастѣнчивое пользованіе такимъ печальнымъ фактомъ для собственной рекламы и для достиженія своекорыстныхъ цѣлей, то, все-таки, останется важный и тревожный вопросъ: была ли необходимость прибѣгать въ Фурми къ вооруженной силѣ, дѣйствительно ли войска были вынуждены стрѣлять? Министръ внутреннихъ дѣлъ представилъ палатѣ депутатовъ объясненія, оправдывавшія образъ дѣйствія военныхъ и административныхъ властей; но нельзя сказать, чтобы эти объясненія были вполнѣ убѣдительны. По нашему мнѣнію, гг. Фрейсинэ и Констанъ сдѣлали ошибку, отвергнувъ предложеніе радикальной группы республиканцевъ объ амнистіи всѣмъ участникамъ въ манифестаціи перваго мая и о назначеніи слѣдствія по поводу происшедшаго въ Фурми кроваваго столкновенія. Правительство ссылалось на необходимость поддержать авторитетъ власти. Оно полагало, что слѣдствіе или амнистія будутъ сочтены малодушными уступками, дадутъ поводъ предполагать, что правительство растерялось и неувѣрено въ своей силѣ. Напрасно даровитые вождя республиканцевъ, какъ Клемансо и Пельтанъ, убѣждали правительство и палату не поддаваться подобнаго рода соображеніямъ, а дать рабочимъ классамъ доказательство своего сочувствія его нуждамъ, не вырывать пропасти между собою и рабочими. "Послушайте меня,-- горячо говорилъ Клемансо, обращаясь къ министру-президенту,-- заклинаю васъ, взгляните на мирное, трудолюбивое населеніе, которое требуетъ отъ васъ только одного,-- только такихъ условій жизни, которыя позволили бы ему спокойно работать и подготовлять царство справедливости, которое оно провидитъ уже и къ которому идетъ хотя и мирнымъ, но такимъ настойчивымъ образомъ, что задержать это стремленіе нѣтъ возможности. Дайте же ему нравственное удовлетвореніе, котораго оно, какъ и сами вы хорошо знаете, добивается совершенно основательно. Нѣтъ, вы лично не отвѣтственны за случившееся! Нѣтъ, я не хочу взваливать вамъ на плечи такую страшную отвѣтственность! Но разсудите хорошенько. Сегодня вамъ предстоитъ принять рѣшеніе, которое наложитъ на васъ тяжелую отвѣтственность передъ исторіей. Г. министръ-президентъ, разсудите объ этомъ, подумайте, что ваше рѣшеніе будетъ имѣть такое вліяніе на нравственное состояніе страны, измѣнить которое потомъ будетъ уже очень трудно. Умоляю васъ, не осложняйте катастрофы матеріальной еще и катастрофою нравственной... Прошу васъ, какъ республиканецъ, какъ членъ республиканской партіи, которая признаетъ васъ сбоямъ вождемъ въ парламентѣ,-- спасите насъ, насъ, республиканцевъ. Спасите тѣхъ, которые намъ помогали, поддерживали насъ въ тяжелыя минуты, съ которыми мы создавали республику и для кого мы ее создали! По вашему настоянію, парламентъ республики выразилъ желаніе заняться разрѣшеніемъ соціальнаго вопроса. Но первое условіе для такого дѣла это -- забвеніе, успокоеніе, амнистія. Заклинаю васъ еще разъ, отбросьте предразсудки вашего оффиціальнаго положенія, будьте человѣкомъ, спасите нашихъ дѣтей, которымъ мы вовсе не желаемъ оставить въ наслѣдство гражданскую войну. Спасите республику, которая обѣщала справедливость угнетаемымъ и притѣсняемымъ, какъ великая революція обѣщала свободу!" {Русскія Вѣдомости, No 119.}

Рѣчь Клемансо произвела очень сильное впечатлѣніе на палату, и безъ того взволнованную тяжелымъ происшествіемъ, по стремленіе поддержатъ авторитетъ правительства превозмогло: и слѣдствіе, и амнистія были отвергнуты. Большинство образовалось изъ республиканцевъ -- оппортунистовъ, республиканцевъ бывшаго лѣваго центра и изъ большинства монархистовъ. Сторонники Клемансо и Пельтана остались въ меньшинствѣ, хотя и значительномъ.

Нѣтъ сомнѣнія, что и парламентъ, и правительство примутъ мѣры къ тому, чтобы прискорбныя сцены, которыя разыгрались въ Фурми, болѣе не повторялись. Семействамъ убитыхъ въ Фурми будетъ оказано пособіе; администрація, по всей вѣроятности, повліяетъ на фабрикантовъ и заводиковъ, чтобы они сдѣлали нѣкоторыя уступки рабочимъ. Есть время и возможность предупредить исполненіе грознаго предсказанія Клемансо, но Для этого необходимо, между прочимъ, отказаться отъ теоріи поддержанія во что бы то ни стало авторитета власти. Если дѣйствія этой власти нарушаютъ справедливость и гуманность, то не слѣдуетъ ли, прежде всего, позаботиться о поддержаніи авторитета именно этой справедливости и этой гуманности? Какое уваженіе можетъ возбуждать власть, нарушающая основныя нравственныя требованія? А безъ уваженія не можетъ существовать никакого авторитета. Власть, въ дѣйствіяхъ которой попирается справедливость, не можетъ изъявлять притязанія на авторитетъ, внушая только страхъ и ненависть.

Во время преній въ парламентѣ, вызванныхъ происшествіемъ въ Фурми, бросалась въ глаза та чрезвычайная осторожность, съ которой почти всѣ говорили объ армія. Причина этой осторожности понятна: французское общество не отказалось отъ мысли о возвратѣ Эльзаса и Лотарингіи. Въ виду гогенцоллернской имперіи съ ея политическими спутниками, армія является необходимымъ средствомъ охраны національной независимости и государственнаго могущества Франціи. Мы уже много разъ говорили о печальныхъ послѣдствіяхъ для мирной жизни Европы, созданныхъ франко-германскою войной. Патріотическое чувство, основѣ котораго мы не можемъ не сочувствовать, доводитъ, однако, многихъ и многихъ французовъ до странныхъ выводовъ и крайне одностороннихъ стремленій. Въ глазахъ французскихъ шовинистовъ нашему отечеству предназначена роль на вѣки непримиримаго врага германскаго народа. Чтобы укрѣпить Россію въ мысли о подобномъ историческомъ призваніи, не щадится преувеличенныхъ восхваленій и даже отталкивающей лести. Недавно въ Ниццѣ напечатана книга, которая можетъ служить обращикомъ шовинистскихъ вожделѣній, владѣющихъ частью французскаго общества. Мы имѣемъ въ виду книгу Гастона Сальва: Россія и Европа {Gaston Salvat: "La Rassie et l'Europe". 1891.}. Эпиграфомъ къ своему сочиненію Сальва поставилъ слова: "это книга мира". Посвящено сочиненіе "Эльзасъ-Лотарингіи, тѣлу и крови Франціи". Авторъ разсуждаетъ слѣдующимъ образомъ: "Конецъ вѣка просвѣщенія и умственнаго прогресса человѣчества приводитъ къ разбойничеству и воровству. Таково роковое послѣдствіе сатанинскихъ "ловъ министра, который первый сказалъ, что принципы отжили свой вѣкъ и что отнынѣ сила должна замѣнить право". По мнѣнію Сальва, все это столѣтіями поправимое зло произвелъ одинъ человѣкъ. Читатель, конечно, догадывается, что такимъ злымъ геніемъ является князь Бисмаркъ". Сальва, впрочемъ, прибавляетъ, что у бывшаго канцлера Германской имперіи была и союзница или, по крайней мѣрѣ, пособница и попустительница -- Европа. И такъ, двое виновныхъ, создавшихъ для Европы невыносимое положеніе, найдены: это, во-первыхъ, Европа и, во-вторыхъ, князь Бисмаркъ. Но кто же виноватъ въ особенности? Какое изъ государствъ Европы больше всего содѣйствовало возвышенію Пруссіи? Представьте себѣ, что такимъ государствомъ оказывается... Россія. Все величіе Гогенцоллерновъ,-- утверждаетъ Сальва, -- обязано своимъ происхожденіемъ постоянному содѣйствію Россіи {Ibid., 32.}.

Указавши на естественныя богатства Россіи, на громадность ея территоріи, мимоходомъ осудивши нашу общину, Сальва приходитъ къ заключенію, что въ грядущемъ роль Россіи будетъ необыкновенно велика и благодѣтельна. Провиденціальнымъ назначеніемъ нашего отечества, по мнѣнію французскаго публициста, является сближеніе арійской свободной воли съ туранскимъ разумомъ {"Là est sa mission providentielle de rapprocher le libre arbitre Aryen et là raison Touranienne", 176.}...

Слѣдуетъ прибавить, что въ книгѣ Сальва заключается и нѣсколько здравыхъ соображеній. Онъ указываетъ на то, что Франція и Россія являются естественными союзницами въ виду опасности, которая грозитъ имъ обѣимъ отъ тройственнаго союза. Дѣйствительно, русскіе и французскіе интересы во многомъ сходятся, главный же общій интересъ нашего отечества и Французской республики заключается въ сохраненіи европейскаго мира. Въ отношеніяхъ между французскимъ и русскимъ правительствами, начиная съ XVIII вѣка, было много ошибокъ и недоразумѣній, ложныхъ шаговъ. Но истинные интересы обоихъ народовъ требуютъ, разумѣется, чтобы Россія и Франція жили въ мирѣ и согласіи. Между ними происходили войны, которыя смѣнялись союзами, добрыя отношенія портились дипломатическими интригами. Иногда французское и русское правительства смотрѣли другъ на друга какъ на естественныхъ враговъ. Мы читаемъ, напримѣръ, въ инструкціи французскому послу въ Петербургѣ, маркизу Де-Боссе (1765--1767 гг.) слѣдующее: естественные интересы Франціи и ея географическое положеніе по отношенію къ Россіи не допускаютъ общности видовъ и нѣръ между этими двумя государствами. Инструкція находила, что просвѣщенныя націи не могутъ безъ тревоги смотрѣть на расширеніе границъ Русской имперіи, французское правительство считало даже счастіемъ для Европы, что событія во внутренней жизни Россіи лишили ее возможности занять господствующее положеніе въ Европѣ. Инструкція прибавляла, что завоевательныя стремленія не угасли въ Россіи, что они составляютъ основу русской политики, къ которой должны съ недовѣріемъ относиться просвѣщенные дворы {"Il a été heureux pour l'Europe que les événements arrivés dans l'interieur de la Russie depuis deux ans Paient détournée, dans le moment de la pacification, de l'espèce d'arbitrage qu'elle aurait voulu exercer dans les affaires générales, et des vues d'agrandissement qu'elle aurait pu manifester; mais on ne saurait se flatter que cet esprit de conquête soit tout à fait éteint. Il fait le fond de la politique russe, et doit constamment attirer la méfiance et i'attention des cours éclairées" (Recueil des instructions données aux ambassadeurs et ministres de France. Tome second).}.

Превосходный сборникъ, изъ котораго мы привели эту выдержку, заключаетъ въ себѣ много поучительныхъ свѣдѣній объ отношеніяхъ между Россіею и Франціею. Придворныя интриги и дипломатическія ухищренія, нарушающія истинные интересы обоихъ народовъ, занимаютъ значительное мѣсто въ исторіи этихъ отношеній. Большой интересъ представляютъ инструкція и донесенія графа Сегюра (1785--1789) и его преемниковъ (1789--1793) {"Recueil" des instruction, etc. II, 839--546.}. Извѣстно, какое сильное впечатлѣніе произвела на Екатерину II французская революція. Слѣдя за перепискою французскихъ посланниковъ при петербургскомъ дворѣ, нельзя не замѣтить, какъ важный государственныя потребности отступали иной разъ передъ личными счета" власть имѣвшихъ, какъ основныя начала справедливыхъ и мирныхъ международныхъ отношеній нарушались въ интересахъ тщеславія и своекорыстія той или другой стороны.

Со временъ императрицы Екатерины II и Павла I ушло много воды. Общественное самосознаніе во Франціи сдѣлало большіе успѣхи, создается общественное мнѣніе и у насъ. На обязанности публицистики лежатъ разъясненіе тѣхъ вопросовъ, изъ-за которыхъ ведутся международные споры. Печать должна указывать на опасность льстящихъ національному тщеславію завоевательныхъ плановъ, на положительную необходимость мира, нарушеніе котораго неминуемо поведетъ къ одичанію, не говоря уже о пролитой крови, о разореніи... У Гастона Сальва приведены любопытныя цифры, чего стоили войны и приготовленія къ нимъ только съ 1870 г., т.-е. въ двадцать послѣднихъ лѣтъ. Съ этого времени Франція заплатила выкупъ Германіи въ пять милліардовъ восемьсотъ милліоновъ и затратила на вооруженія девятнадцать милліардовъ франковъ. Военныя издержки Германіи равнялись за этотъ же періодъ пятнадцати милліардамъ, Австріи -- одиннадцати, Россіи -- тринадцати, Англіи -- девятнадцати, Италіи -- двѣнадцати. Въ цѣломъ получается подавляющая сумма: 94.800.000,000! Что же предстоитъ въ будущемъ?

Не одни французскіе, но и русскіе публицисты давно указываютъ, что въ такое ужасающее положеніе Европа приведена, главнымъ образомъ, германскимъ милитаризмомъ. Но нѣтъ основанія и нѣтъ даже смысла сваливать въ этомъ отношеніи всю вину на князя Бисмарка. Стремленіе нѣмецкаго народа къ объединенію не было выдумано бывшимъ имперскимъ канцлеромъ, наоборотъ, сила князя Бисмарка именно въ томъ и заключается, что онъ нашелъ пути и средства для осуществленія національной идеи, которую проповѣдывали многіе изъ лучшихъ людей Германіи. Объединеніе совершилось не такъ, какъ хотѣли подобные люди, многія отношенія сложились при этомъ крайне неблагопріятно для правильнаго развитія нѣмецкаго народа; но его мечта, все-таки, осуществлена, нѣмецкія государства слились въ одно великое цѣлое, спаиваются всеобщею подачею голосовъ въ имперскомъ парламентѣ. Совершенно справедливо, что одностороннее развитіе начала національности приводитъ къ печальнымъ и нелѣпымъ послѣдствіямъ; но не менѣе прискорбными результатами сопровождается и идея чистой государственности, передъ которою исчезаютъ достоинство и гражданина, и общества.

Князь Бисмаркъ, удаленіе котораго съ политическаго поприща многими считалось окончательнымъ, вновь появляется на сценѣ, на этотъ разъ депутатомъ въ парламентѣ. По этому поводу въ иностранномъ обозрѣніи Вѣстника Европы высказаны слѣдующія соображенія, въ которыхъ много справедливаго, хотя похвалы князю Бисмарку нѣсколько преувеличены: "Бывшій канцлеръ,-- говоритъ Вѣстникъ Европы,-- былъ часто врагомъ парламентскаго большинства или отдѣльныхъ парламентскихъ партій; но онъ сильнѣе кого бы то ни было способствовалъ развитію парламентаризма въ Германіи, такъ какъ онъ широко смотрѣлъ въ будущее и сознавалъ необходимость народнаго участія въ обсужденіи общенародныхъ дѣлъ. Онъ относился сочувственно къ первымъ попыткамъ организаціи рабочаго движенія при Лассалѣ; онъ не могъ не видѣть, что народныя массы призваны имѣть рѣшающій голосъ въ государствѣ и что привязать къ къ правительству посредствомъ энергической и надежной охраны ихъ интересовъ -- важнѣйшая задача власти. Бисмаркъ никогда не держался того мелкаго и поверхностнаго консерватизма, который ищетъ политическихъ гарантій въ сословныхъ перегородкахъ и привилегіяхъ или въ высокомъ имущественномъ цензѣ; въ самые блестящіе періоды своего господства онъ не придумывалъ ограничительныхъ законовъ противъ свободы печати и общественнаго мнѣнія {А законъ противъ соціалистовъ?}, противъ оппозиціонной критики парламента, противъ принциповъ всеобщаго народнаго голосованія, хотя постоянно долженъ былъ бороться съ многочисленными и вліятельными противниками въ палатахъ и журналистикѣ. Когда его оскорбляли въ печати, онъ неизмѣнно обращался къ суду, на правахъ частнаго лица, и аккуратное возбужденіе подобныхъ процессовъ было краснорѣчивымъ доказательствомъ уваженія къ "началу равноправности всѣхъ предъ закономъ" {Вѣстникъ Европы, май: "Иностранное обозрѣніе".}.


-----


Положеніе вещей на Балканскомъ полуостровѣ продолжаетъ быть ненормальнымъ. Сербское правительство добилось отъ бывшаго короля Милана формальнаго обѣщанія уѣхать изъ Сербіи до совершеннолѣтія короля Александра, т.е. слишкомъ на три года. Стоило это сербскону народу шліонъ франковъ. Труднѣе будетъ уладить дѣло съ королевой Наталіей. Регенты и министерство Пашича, повидимому, дали обѣщаніе получить отъ королевы согласіе на ея выѣздъ изъ Сербія. Нельзя не признать, во всякомъ случаѣ, ошибкой со стороны королевы Наталіи, что она обратилась за помощью къ Гарашанину. Этотъ интриганъ, такъ много содѣйствовавшій бывшему королю Милану въ его себялюбивыхъ и австрофильскихъ стремленіяхъ, теперь разыгрываетъ роль покровителя королевы Наталіи. Нельзя, разумѣется, признать справедливымъ, чтобы мать разлучали съ сыномъ, но нельзя допустить также, чтобы родители короля-ребенка своими личными счетами и домогательствами затрудняли политическое положеніе правительства. Въ то время, какъ мы пишемъ эти строки, телеграфъ принесъ извѣстіе что, королева Наталія была насильственно выслана изъ предѣловъ Сербіи, при чемъ войска стрѣляли въ толпу, хотѣвшую удержать королеву. Можно надѣяться, однако, что внутреннее спокойствіе въ Сербіи небудетъ нарушено и что это государство не потерпитъ вновь отъ интригъ Гарашанина и отъ вмѣшательства въ дѣла государства со стороны Австро-Венгріи.

Положеніе вещей въ Болгаріи не измѣнилось. Въ Румыніи одержала во выборахъ въ парламентѣ побѣду партія консерваторовъ, не желающихъ подчиняться требованіямъ изъ Вѣны и Пешта. Въ Греціи перемѣна министерства не сопровождалась сколько-нибудь серьезными измѣненіями въ иностранной и внутренней политикѣ {О Греціи въ этой книжкѣ нашего журнала напечатаны письма г. Венюкова.}. Любопытнымъ признакомъ времени является возникшій въ Парижѣ органъ Молодой Турціи подъ наименованіемъ Современная Турція {Turquie Contemporaine, organe de la Jeune Turquie.}. Редакція этого изданія настаиваетъ на томъ, что турки должны вступить въ живое общеніе съ христіанскими племенами, населяющими европейскія провинціи Оттоманской имперіи. Въ виду опасностей отъ внутренняго разложенія и отъ завоевательныхъ замысловъ честолюбивыхъ сосѣдей, турки въ соединеніи съ христіанами должны образовать, по мнѣнію Turquie Contemporaine, живую опредѣленную національную индивидуальность. "Почему,-- спрашиваетъ газета,-- не жить (туркамъ, славянамъ, грекамъ и армянамъ) общею и плодотворною національною жизнью подъ эгидою султана, способнаго искренно любить свои народы и посвятить себя процвѣтанію своей имперіи?" Современная Турція утверждаетъ, что въ ея программу не входить радикальное (подчеркнуто въ подлинникѣ) измѣненіе формы правленія въ Турціи. Редакція говоритъ, что Турція не имѣетъ нужды для своего существованія въ конституціонныхъ учрежденіяхъ по образцу французскихъ или англійскихъ {Это не мѣшаетъ газетѣ видѣть главное зло именно въ государственномъ устройствѣ Турціи: "En Turquie où l'Etat c'est un Romme, où la forme du gouvernement représente le despotisme le plus intolérable qui repose sur la force et l'arbitraire avec ses droits sur la vie, sur la fortune et sur les libertés civiques des contribuables, il n'y a que des moutons à tondre impunément pour satisfaire aux exigences d'une Juste civile et à l'entretien d'une nombreuse Cour de faméliques dont rien ne peut assoudir les appétits jamais apaisés" (Turquie Contemporaine, No 1, 20 avril 1891).}. Но необходимо положить предѣлъ абсолютной и безконтрольной власти, сосредоточенной теперь въ Ильдизъ-Біоскѣ въ рукахъ кружка придворныхъ и министровъ, которые систематически обманываютъ султана и, чтобы окончательно овладѣть имъ, развиваютъ въ немъ недовѣріе къ обществу и страхи передъ мнимыми заговорами. Въ дѣйствительности абсолютная власть падишаха является самою необузданною олигархіей и тираніей. Turquie Contemporaine рисуетъ положеніе турецкихъ крестьянъ самыми мрачными красками. Ни правосудія, ни безопасности не существуетъ. Привилегіи и права мѣстнаго самоуправленія, данныя побѣжденному христіанскому населенію султанами-завоевателями, нарушаются и уничтожаются самымъ беззастѣнчивымъ образомъ.. Управленіе казною султана ввѣрено въ настоящее время нѣкоему Агопъ-пашѣ, самому продажному изъ подданныхъ падишаха, по утвержденію Современной Турціи.

Упоминаемая газета выходитъ на французскомъ языкѣ, но слѣдующіе номера редакція будетъ печатать по-французски и по-турецки. Нельзя не пожелать, конечно, успѣха изданію, поставившему себѣ цѣлью борьбу противъ господствующей теперь въ Турціи правительственной системы. Намъ представляются, однако, цѣли Молодой Турціи очень трудно осуществимыми, а программа этой партіи (если такая партія дѣйствительно существуетъ и La Turquie Contemporaine является ея органомъ) весьма неопредѣленною. Отмѣтимъ кстати, что редакторомъ газеты выступаетъ лицо съ греческимъ, если мы не ошибаемся, именемъ {Dem. Georgiades.}.

Весьма поучительно сопоставить съ ужасающимъ паденіемъ Турецкой имперіи во всѣхъ отношеніяхъ (за исключеніемъ военнаго дѣла) удивительные успѣхи, достигнутые на другомъ концѣ Европы, подъ вліяніемъ иного режима, маленькимъ государствомъ Португаліей. Она быстро освобождается отъ экономической зависимости отъ Великобританіи. Внѣшняя торговля Португаліи въ 1876 году равнялась 337.064,000 франковъ, а въ 1889 году 419.216,000. Въ частности, очень поднялась торговля съ Франціей: въ 1884 году ея сумма составляла 49.500,000 франковъ, черезъ пять лѣтъ она поднялась до 75.500,000. Въ 1877 году въ Португалія существовало только 165 почтовыхъ бюро, которыя разсылали ежегодно менѣе десяти съ половиною милліоновъ писемъ. Въ прошломъ году число почтовыхъ бюро достигло 1,942, а число отправленныхъ писемъ 23.207,000. Въ 1850 году въ Португаліи, безъ острововъ и колоній, было 1,210 километровъ шоссейныхъ дорогъ, въ 1873 г. это число утроилось (3,793 километра), оно вновь утроилось къ 1890 году (10,273 кил.). Линіи желѣзныхъ дорогъ увеличились съ 968 клм. въ 1877 году до 2,450 клм. въ 1890 году {Португалія заключаетъ въ себѣ 88,800 квадр. миль.}. Число пассажировъ въ 1877 году было 941,533, а въ 1889 году достигло уже 10.685,719 {Farw, 10 avril, Une nation florissante.}.


В. Г.


****) Послѣднія извѣстія изъ Португаліи свидѣтельствуютъ о финансовыхъ затрудненіяхъ ея нынѣшняго консервативнаго правительства, которое не съ умѣло воспользоваться богатствами страны и можетъ, конечно, временно тормазить правильное развитіе народа.


"Русская Мысль", кн.V, 1895