# Из литературных наблюдений

Виктор Александрович Гольцев

## Изъ литературныхъ наблюденіи.


4 января исполнилось сто лѣтъ со дня рожденія творца Горя отъ ума. Многіе и до настоящаго времени продолжаютъ ложно истолковывать безсмертную комедію Грибоѣдова. Либералы-критики упорно твердятъ, что Фамусовъ, Скалозубъ, Молчалинъ -- типы отрицательные. Крѣпко засѣвшая въ ихъ головы антинаціональная доктрина до сихъ поръ не дозволяетъ имъ видѣть всей вздорности терзаній Чацкаго, его безпочвенныхъ исканій и томленій. А дѣйствительность, наша русская дѣйствительность, еслибъ только паши господа либералы къ ней внимательно присматривались, давно научила бы ихъ, что и Фамусовъ, и Скалозубъ, и Молчалинъ -- типы положительно существовавшіе и не менѣе положительно существующіе; Чацкіе же и имъ подобные какъ разъ составляютъ отрицательное явленіе противное подлинному духу нашей самобытности. Фамусовъ говорилъ:

"Ученье -- вотъ чума, ученость -- вотъ причина,

Что нынче пуще, чѣмъ когда,

Безумныхъ развелось и дѣлъ, и лицъ, и мнѣній".

Что же, не правду говорилъ Фамусовъ? Не дѣлаютъ намъ хлопотъ разныя земскія и церковно-приходскія школы? Я подчеркиваю вредоносность и тѣхъ, и другихъ, рѣшительно протестую противъ моднаго теперь увлеченія просвѣтительною дѣятельностью духовенства. Вы не помните, что говорилъ о нашихъ духовныхъ семинаріяхъ, о нашемъ духовенствѣ вообще Фамусовъ нашихъ дней, газета Гражданинъ? Напрасно, эти слова надо бы помнить всѣмъ ревнителямъ просвѣщенія. "Семинаристъ,-- писалось въ этой газетѣ,-- ненавидитъ дворянство въ Россіи. Кровь семинариста удивительно самобытна и не поддается перерожденію при сліяніи съ другою кровью. Она подобна крови негра, цыгана; черезъ нѣсколько поколѣній кровь семинариста сказывается; оттого ненависть семинариста къ дворянству проходитъ иногда отличительною духовною чертой черезъ нѣсколько поколѣній".

Оставимъ, однако, шутки. Мы рѣшительно предпочитаемъ земскую народную школу, но не менѣе рѣшительно возстаемъ противъ той возмутительной оцѣнки, которую даетъ нашему духовному сословію князь Мещерскій. Въ этомъ сословій никогда не изсякала и живая любовь къ народу, и пониманіе его нуждъ, и стремленіе къ народному просвѣщенію. Правда, тяжелы бываютъ нерѣдко условія жизни духовенства, въ особенности сельскаго, и не высокъ въ зависимости отъ этого умственный и нравственный уровень немалаго числа служителей церкви, вслѣдствіе чего нельзя ожидать значительныхъ успѣховъ для народнаго образованія отъ церковноприходской школы. Но лучшіе служители православной церкви,-- а ими не оскудѣла Русская земля,-- всегда дѣлали "благое дѣло", всегда достойно трудились ради торжества правды общественной. Профессоръ Корелинъ изобразилъ намъ, въ япварьской книжкѣ Русской Мысли, одного изъ такихъ истинно-христіанскихъ пастырей, протоіерея Александра Михайловича Иванцова-Платонова. Съ полнымъ правомъ его высокое служеніе церкви и русскому обществу мы можемъ противупоставить нелѣпымъ реакціонерамъ Русскаго Обозрѣнія и Московскихъ Вѣдомостей, которые стараются выставить нашу церковь непримиримымъ врагомъ либеральныхъ идей. Протоіерей А. М. Иванцовъ-Платоновъ "видѣлъ въ великихъ реформахъ Александра II отраженіе путей царствія Божія".

Въ интересной книгѣ г. Григорьева Задачи просвѣтительной дѣятельности современнаго русскаго духовенства и организація этой дѣятельности {Уфа, 1894 г. Книга появлялась первоначально статьями въ Уфимскихъ Епархіальныхъ Вѣдомостяхъ.} мы читаемъ слѣдующее: "Новый порядокъ вещей, начавшійся съ величайшей изъ реформъ прошлаго царствованія -- освобожденія крестьянъ отъ крѣпостной зависимости, долженъ былъ предъявить къ духовенству и новыя, болѣе широкія требованія, такъ какъ народная и общественная жизнь осложнилась, поставила новыя задачи. Освобожденіемъ отъ рабства физическаго, матеріальнаго, дѣло было сдѣлано только на половину, предстояло еще освободить народъ отъ болѣе опаснаго рабства -- умственнаго и нравственнаго". И, конечно, ни одинъ достойный служитель нашей церкви не изъявитъ притязаній монополизировать въ рукахъ духовенства народное образованіе или прямо, или косвенно препятствовать въ этомъ отношеніи общественной самодѣятельности и частному почину. Наоборотъ, просвѣтительная дѣятельность свѣтскихъ людей можетъ заслуживать лишь благословенія пастырей церкви, какъ благословлялъ, напримѣръ, дѣло Новикова митрополитъ Платонъ.

Къ сожалѣнію, частный починъ въ народномъ образованіи развитъ у насъ еще слабо, вслѣдствіе многихъ неблагопріятныхъ условій. Тѣмъ съ большимъ сочувствіемъ и уваженіемъ надо относиться къ энергическимъ усиліямъ этихъ немногихъ дѣятелей. Передо мною лежатъ два поучительные отчета петербургскаго и московскаго комитетовъ грамотности и обзоръ книгъ для народнаго чтенія (и народныхъ картинъ), изданный вторымъ изъ этихъ комитетовъ.

Число членовъ петербургскаго комитета грамотности къ 1 января 1894 года равнялось 644 (возросло въ одинъ годъ на 256). Имъ разослано въ отчетномъ году, безплатно, 51,150 книгъ (въ 446 мѣстъ). Изданій комитета для народнаго чтенія продано на 3,968 р. 76 к. Кромѣ того, комитетъ приступилъ къ сбору пожертвованій на сто народныхъ библіотекъ стоимостью не менѣе 250 рублей каждая. но послѣднимъ извѣстіямъ, сумма пожертвованій для этой цѣли перешла уже за 16,000 р.

Московскій комитетъ грамотности обладаетъ меньшими средствами, чѣмъ его сѣверный собратъ, но развиваетъ свою дѣятельность съ замѣчательною быстротой. Лишь въ 1890 году нѣсколькими членами было внесено въ комитетъ предложеніе приступить къ разсылкѣ безплатныхъ сельскихъ школьныхъ библіотекъ. Для осуществленія этой новой задачи была учреждена библіотечная коммиссія, въ которой теперь числится болѣе семидесяти членовъ. Въ ея составъ входятъ люди разныхъ спеціальностей. Ею издается уже третій годъ, подъ редакціей С. Г. Смирнова, Ежегодникъ, обзоръ книгъ для народнаго чтенія и народныхъ картинъ. Въ Ежегодникѣ за 1893 годъ, недавно вышедшемъ, помѣщены обстоятельное предисловіе, таблицы (цифровыя), обзоръ 762 книгъ и,-- это является впервые,-- обзоръ народныхъ картинъ, продававшихся въ Москвѣ въ 1893 году.

Цѣль Ежегодника двоякая: "съ одной стороны, изученіе народной литературы, съ другой -- практическая помощь при составленіи народныхъ библіотекъ". Понятно, какого труда стоитъ составленіе Ежегодника {Мысли, по цифрѣ Правительств. Вѣстника, количество экземпляровъ третьяго изданія книжки Что такое подати? показано въ 2,000 экз.; на самомъ дѣлѣ она отпечатана въ 20,000 экз.}.

Книгъ для народа московскій комитетъ грамотности издалъ въ 1893 году значительно болѣе, чѣмъ петербургскій: второй 10,000 экз. (одна книжка), первый 51,000 экз. (шесть книжекъ).

Конечно, принимая во вниманіе, что дѣло идетъ о просвѣщеніи стомилліоннаго народа, нельзя не признать приведенныхъ цифръ весьма и весьма скромными; но каждому извѣстно, что въ дѣлѣ частнаго и общественнаго почина цифры необходимо у насъ считать по-севастопольски. Кромѣ того, при ближайшемъ ознакомленіи съ дѣломъ поражаешься его быстрымъ ходомъ, его превосходною организаціей, энергіей и безкорыстнымъ трудомъ его участниковъ. То же самое должно сказать о дѣятельности другихъ нашихъ просвѣтительныхъ учрежденій (харьковскаго, одесскаго). По, все-таки, больно сопоставлять данныя о ходѣ нашего народнаго образованія хотя бы съ свѣдѣніями такого же рода во Франціи.

Русская Мысль давала отъ времени до времени такія свѣдѣнія. Новѣйшія данныя находимъ мы въ январской (за нынѣшній годъ) книжкѣ Вѣстника Воспитанія {Французская лига образованія и ея четырнадцатый конгрессъ. Ив. Г -- скаго}.

Въ августѣ прошлаго года въ Нантѣ происходилъ четырнадцатый

Отмѣтимъ маленькую неточность по отношенію къ одному изъ народныхъ изданій Русской конгрессъ лиги образованія, основанной знаменитымъ Жаномъ Масе. О возникновеніи и развитіи этой лиги Русская Мысль уже говорила. Приведемъ небольшія извлеченія изъ рѣчей Леона Буржуа и Бюиссона, произнесенныхъ при открытіи конгресса (въ переводѣ журнала Вѣстникъ Воспитанія). Это покажетъ намъ, въ какомъ духѣ дѣйствуетъ лига и какъ относится къ ней правительство.

"Въ своемъ медленномъ и тяжеломъ поступательномъ движеніи,-- говоритъ Леонъ Буржуа,-- человѣчество достигаетъ вершины лишь для того, чтобы видѣть передъ собою, какъ возвышаются новыя и болѣе лучезарныя вершины. Гражданское равенство, завоеванное въ 1789 году, было только преддверіемъ къ политическому равенству и ко всеобщему голосованію; всеобщая подача голосовъ требовала всеобщаго обученія; послѣднее же только тогда имѣетъ смыслъ, когда оно восполняется нравственнымъ и гражданскимъ воспитаніемъ. Республика бываетъ въ опасности, если верховная власть, которая принадлежитъ всѣмъ, не находится въ рукахъ людей, достойныхъ и способныхъ нести ея бремя". "Государство,-- продолжалъ Леонъ Буржуа,-- не можетъ взять на себя эту задачу. Это -- дѣло частной иниціативы гражданъ. И лига обращается съ своимъ призывомъ къ гражданамъ, ко всѣмъ людямъ доброй воли; она проситъ ихъ собираться въ группы и столковываться между собою, основывать ассоціаціи, создавать библіотеки, устраивать курсы, конференціи, попечительства. Она не навязываетъ своихъ убѣжденій никому, но обѣщаетъ всѣмъ, кто задумаетъ сдѣлать что-нибудь въ этомъ родѣ, свои совѣты, свою нравственную поддержку и свою матеріальную помощь"...

Въ распоряженіи лиги теперь находятся милліоны франковъ, ея дѣятельность раскинулась по всей Франціи, и представитель министерства народнаго просвѣщенія имѣлъ полное основаніе привѣтствовать это торжество частнаго почина и общественной энергіи. "Конгрессъ,-- сказалъ, между прочимъ, г. Бюиссонъ,-- оказалъ громадную услугу, напомнивъ всѣмъ, чѣмъ должна быть школа свободнаго народа: національнымъ учрежденіемъ по преимуществу, наиболѣе дорогимъ изъ всѣхъ для добромыслящихъ гражданъ. Конгрессъ напомнилъ также, что школа создана не для учителя, а учитель для школы, какъ она, въ свою очередь, создана для страны, для націи".

Бюиссонъ, несмотря на поразительные успѣхи, достигнутые въ дѣлѣ народнаго образованія во Франціи послѣ разгрома второй имперіи, находитъ, что дѣло это только начинается, что впереди много работы. Вѣра въ прогрессъ предохраняетъ и отъ пессимизма, и отъ лѣности, "ибо,-- прибавилъ Бюиссонъ,-- кто не отчаивается, тотъ долженъ дѣйствовать". "Эту вѣру въ будущее Франціи и Республики,-- сказалъ въ заключеніе представитель правительства,-- это усердіе къ дѣлу улучшенія учрежденій, отъ которыхъ зависитъ будущее нашей дорогой молодежи, этотъ духъ уваженія ко всему, что его достойно, къ миру и терпимости, ко всѣмъ сынамъ одной матери, но, въ то же время, этотъ духъ труда, иниціативы и прогресса, это глубокое единеніе между свободными гражданами и должностными лицами въ общемъ усиліи къ общественному благу, это напряженіе и этотъ порывъ, которые свидѣтельствуютъ о жизни великаго народа, этотъ культъ истины и свободы,-- да все это и мы, люди администраціи и представители правительства, обѣщаемъ также не проповѣдывать только концами своихъ губъ, но проявлять на дѣлѣ изъ глубины нашего сердца, мы, находящіеся среди людей такой вѣры и отзывающіеся на вашъ призывъ" {Вѣстникъ Воспитанія, стр. 54 (январь 1895 г.).}.

Конечно, повторяемъ, съ успѣхами французской лиги образованія нельзя, по размѣрамъ, и сравнивать того, что достигнуто частными усиліями у насъ; но образованныхъ людей въ русскомъ обществѣ гораздо меньше и препятствій для ихъ просвѣтительной дѣятельности несравненно больше.

Поучительныя свѣдѣнія о частной иниціативѣ въ дѣлѣ народнаго образованія собраны во второмъ изданіи книги А. С. Пругавина: Запросы народа и обязанности интеллигенціи въ области просвѣщенія и воспитанія {Спб., 1895 г. Изданіе значительно дополнено.}.

Харьковское общество грамотности оказывается самымъ богатымъ изъ подобнаго рода учрежденій въ Россіи. Оно имѣетъ четыре каменныхъ дома, изъ которыхъ въ трехъ помѣщаются его школы, а четвертый, стоющій болѣе 100,000 р., предназначенъ для доставленія обществу постояннаго дохода. Общество имѣетъ отдѣленія въ нѣкоторыхъ уѣздныхъ городахъ Харьковской губерніи.

Нѣсколько лѣтъ тому назадъ въ Тифлисѣ возникъ кружокъ энергичныхъ д'ѣятелей, который потомъ получилъ оффиціальное признаніе подъ именемъ Тифлисскаго общества взаимнаго вспомоществованія учительницъ и воспитательницъ. Общество устроило отличную народную библіотеку, организуетъ весьма удачныя народныя чтенія. Плодотворною дѣятельностью отличается нижегородское общество распространенія народнаго образованія; въ Николаевѣ, въ Екатеринославлѣ, въ Елизаветградѣ, во многихъ другихъ городахъ и глухихъ уголкахъ нашей обширной родины идетъ честная и энергическая борьба съ невѣжествомъ. Разумѣется, въ виду разбросанности этихъ усилій, въ виду трудностей для ихъ приложенія и относительной случайности ихъ возникновенія,-- много времени, труда и средствъ тратится непроизводительно, и это особенно печально въ странѣ, гдѣ немного образованныхъ и стойкихъ работниковъ, гдѣ мало средствъ, гдѣ, наконецъ, и время не терпитъ, потому что очень ужь отстали мы отъ своихъ западныхъ сосѣдей.

"Дѣло не ждетъ,-- говоритъ г. Пругавинъ,-- быстро, съ каждымъ годомъ ростетъ масса грамотнаго люда по нашимъ селамъ и деревнямъ, и въ средѣ этой массы съ каждымъ днемъ все сильнѣе и сильнѣе назрѣваютъ потребности духовной, умственной жизни, которыя, увы, до сихъ поръ остаются безъ отвѣта, безъ отклика, безъ удовлетворенія"...

Г. Пругавинъ мечтаетъ объ учрежденіи такого общества, "которое бы объединило и связало въ одно стройное цѣлое всѣ тѣ разрозненныя силы, всѣ тѣ кружки, комитеты, коммиссіи и проч., которыя работаютъ теперь по разнымъ отраслямъ народнаго просвѣщенія въ разныхъ концахъ Россіи".

Мы думаемъ, что до такого общества намъ еще далеко, но бодрое настроеніе г. Пругавина вполнѣ раздѣляемъ. Онъ приводитъ въ своей книгѣ длинный (и, конечно, не полный) списокъ лицъ, которыя въ послѣднее время внесли крупныя пожертвованія на дѣло народнаго просвѣщенія. Большая часть такихъ пожертвованій шла до сихъ поръ преимущественно на нужды средняго и высшаго образованія. Но земская школа, труды лучшихъ нашихъ педагоговъ, плодотворная дѣятельность обществъ, распространяющихъ просвѣщеніе въ народѣ,-- все это подняло глубокій интересъ къ народной школѣ и читальнѣ и уже направляетъ притокъ новыхъ пожертвованій въ эту сторону. Спѣшу оговориться: было бы роковою ошибкой противупоставлять нужды начальной школы нуждамъ средняго и высшаго образованія. Безусловно необходимо дѣйствовать въ обѣ стороны, и слѣдуетъ только устранить ту односторонность, которая не могла не существовать при торжествѣ сословнаго и крѣпостническаго строя. Для нашего національнаго просвѣщенія университеты сдѣлали неизмѣримо много, и не даромъ старѣйшій изъ нихъ основанъ мужикомъ Ломоносовымъ. Этому университету исполнилось въ нынѣшнемъ году сто сорокъ лѣтъ и не за горами, стало быть, его полуторастовѣковой юбилей. Какъ мы отстали отъ Запада, гдѣ многіе университеты считаютъ за собою по шести, по пяти вѣковъ!

Современная университетская молодежь въ Россіи замѣтно поднялась сравнительно съ недавнимъ еще временемъ. Она больше учится, бодрѣе и сознательнѣе смотритъ на жизнь, на общественныя задачи, которыя придется впослѣдствіи разрѣшать молодому поколѣнію. Причину такого умственнаго и нравственнаго подъема слѣдуетъ искать, мнѣ кажется, въ нѣкоторомъ фактическомъ смягченіи "системы* нашихъ среднихъ учебныхъ заведеній и въ несомнѣнномъ ростѣ всего общества. Въ послѣднее время возникла надежда и на скорое улучшеніе дѣла по существу. При министерствѣ народнаго просвѣщенія образована, по газетнымъ сообщеніямъ, коммиссія, которая будетъ обсуждать проектъ попечителя кавказскаго учебнаго округа, г. Яновскаго. Проектъ этотъ имѣетъ въ виду такія общеобразовательныя школы, въ которыхъ преподаваніе греческаго и латинскаго языковъ начиналось бы лишь съ пятаго класса, да и то не во всѣхъ учебныхъ заведеніяхъ, дающихъ право на поступленіе въ университетъ.

Благодѣтельныя послѣдствія этой реформы были бы неисчислимы. Старая классическая система падаетъ на Западѣ Европы, и какъ разъ въ это время мы перенесли ее къ себѣ. У русскаго народа безконечное множество историческихъ задачъ, одна сложнѣе другой. Мы до сихъ поръ не знаемъ своей страны, не умѣемъ пользоваться природными богатствами. Намъ недостаетъ историческихъ, естественно-научныхъ, экономическихъ и юридическихъ знаній, а въ это время сухое, схоластическое преподаваніе убиваетъ въ подростающихъ поколѣніяхъ любознательность и энергію мысли. Даже родной языкъ, родная словесность отодвинуты въ нашихъ гимназіяхъ на второй и третій планъ. Пора, въ истинныхъ интересахъ нашей самобытности, положить предѣлъ такому ненормальному порядку вещей. Заимствовать слѣдуетъ лишь то, что имѣетъ жизненность у высоко-культурныхъ народовъ, что ростетъ и развивается у нихъ и составляетъ основы культурнаго общества. Къ числу такихъ основъ классическая система отнюдь не принадлежитъ. Мы не будемъ отрицать нѣкоторыхъ ея педагогическихъ достоинствъ, но достоинства эти имѣютъ возможность вполнѣ обнаружиться, если классическимъ языкамъ будутъ обучать въ нашихъ гимназіяхъ года три-четыре.

Такое измѣненіе въ постановкѣ нашихъ гимназій значительно облегчитъ и ускоритъ правильное разрѣшеніе у насъ вопроса о высшемъ женскомъ образованіи. До насъ доходятъ съ разныхъ сторонъ извѣстія объ оживлеленіи въ обществѣ надеждъ и въ этомъ отношеніи. До высоты престола дойдутъ, вѣроятно, горячія желанія образованнаго общества относительно расширенія существующихъ женскихъ курсовъ и возстановленія для женщинъ высшаго медицинскаго образованія. Доказательства пользы и важности этого образованія для семьи, для общества, для государства приводились безчисленное число разъ и, кажется, исчерпаны. Давно уже сообщалось извѣстіе, что министерствомъ народнаго просвѣщенія выработанъ и проектъ женскаго медицинскаго института. Дѣло, разумѣется, не въ названіи, а въ томъ, чтобы женщинамъ-врачамъ давалось полное медицинское образованіе. И въ городѣ, и въ деревнѣ женщина-врачъ, какъ доказалъ уже опытъ и въ нашемъ отечествѣ, приноситъ великую, незамѣнимую пользу. А въ здоровьи мы нуждаемся, и въ физическомъ, и нравственномъ. Образованная женщина всего скорѣе оздоровитъ и облагородитъ нашу семейную и общественную жизнь, спасетъ насъ отъ разнузданности хищныхъ инстинктовъ и отъ грѣховнаго равнодушія и унынія.

Я думаю, что декаденты наши будутъ весьма огорчены, если состоятся преобразованія, о которыхъ здѣсь упомянуто: имъ хорошо именно въ полутьмѣ, въ насыщенной страхами и предразсудками обстановкѣ. Кстати: въ Волжскомъ Вѣстникѣ (No 22, 1895 г.) напечатана любопытная статья: Декаденты Запада и поэзія волжскихъ инородцевъ. Аналогія выходитъ краснорѣчивая. Приведу примѣръ. У Метерлинка въ Душѣ говорится слѣдующее: "Вотъ утренній разсвѣтъ, вторгшійся на праздникъ. Я различаю ягнятъ, а у оконъ госпиталя парусъ. Какъ продолжителенъ путь отъ моего сердца къ душѣ! И всѣ часовые умерли на своихъ постахъ. Однажды былъ скромный праздникъ въ предмѣстьяхъ моей души. Тамъ косили въ воскресное утро болиголовъ, и всѣ монахини смотрѣли на проходившіе по каналу корабли въ солнечный постный день. Между тѣмъ, лебеди страдали подъ ядовитымъ мостомъ", и т. д.

Казанскій вотякъ поетъ въ святочной пѣснѣ: "Камышъ будетъ шумѣть кыштырь, куаштыръ. Съ воды будетъ подниматься паръ, то поднимаясь, то опускаясь: это -- воздухъ, вдыхаемый нами. Никого нѣтъ похожихъ на насъ. Наши мысли о грибахъ. У берега будетъ сидѣть стрижъ".

По-моему, вотяцкая пѣсня даже превосходитъ метерлинковскую Душу, и если на Западѣ въ декадентство, въ символизмъ впадаютъ развинченные люди, пресыщенные многовѣковою культурой,-- но ими завоеванной, -- то у насъ-то съ какой стати подражать вотякамъ? Нѣтъ, нѣтъ, побольше свѣта, и всѣ эти плачевныя нелѣпицы исчезнутъ. Пора за дѣло, за серьезныя общественныя задачи: вѣдь, мы во что бы то ни стало, если не хотимъ рисковать своимъ историческимъ будущимъ, должны сравняться въ образованіи съ передовыми народами Западной Европы.


О. Т. В.


"Русская Мысль", кн.II, 1895