# К вопросу о положении учащих в народной школе

Виктор Александрович Гольцев

## Къ вопросу о положеніи учащихъ въ народной школѣ *).


*) Докладъ въ московскомъ Обществѣ грамотности.


Въ теченіе нынѣшняго года коммиссія для изученія вопроса о положеніи учащихъ въ народныхъ школахъ бывшаго комитета, нынѣ Общества грамотности, разрабатывала отвѣты учителей и учительницъ на разосланные ею вопросные пункты. До настоящаго времени, въ разныхъ изданіяхъ, напечатаны коммиссіею систематизированныя свѣдѣнія объ учащихъ въ слѣдующихъ губерніяхъ: 1) Тамбовской (въ Педагогическомъ Листкѣ при Дѣтскомъ Чтеніи, 1897 г. кн. первая); 2) Владимірской (Образованіе, 1897 г. апрѣль); 3) Самарской; 4) Пензенской; 5) Тверской (въ Русской Мысли, 1897 г. іюнь). H. В. Тулуповъ обработалъ данныя по Казанской губерніи. Кромѣ того готова работа по Костромской, Олонецкой, Орловской и Нижегородской губерніямъ. Всего въ десяти губерніяхъ. Свѣдѣнія объ одиннадцатой Московской, губерніи, использовалъ въ своемъ прекрасномъ трудѣ г. Петровъ.

Нашею работой уже пользуются въ статьяхъ, посвященныхъ вопросу о русскихъ учителяхъ и учительницахъ въ начальной школѣ. Укажу, напримѣръ, на Новое Слово (сентяорь 1897 г., статья бывшаго учителя: Къ вопросу объ экономическомъ положеніи учащихъ въ народныхъ школахъ), Сынъ Отечества, статья Я. Абрамова No 183), Нижегородскій Листокъ (No 123), на книгу г. Петрова Ѣопросы народнаго образованія въ Московской губерніи (изданіе московскаго губернскаго земства).

Полученныхъ коммиссіею отвѣтовъ (около 5,000) недостаточно для того, чтобы дать полную картину положенія учителей и учительницъ въ народныхъ школахъ. Кромѣ того, многіе изъ этихъ отвѣтовъ необстоятельны и неточны. Тѣмъ не менѣе, можно утвердительно сказать, что, въ общемъ и главномъ, свѣдѣнія, полученныя коммиссіею, рисуютъ положеніе учащихъ въ типическихъ чертахъ. Всѣ достовѣрные другіе источники убѣждаютъ насъ въ этомъ.

Въ общемъ положеніе учащихъ нельзя не признать весьма неудовлетворительнымъ. Жалованье недостаточно, помѣщеніе, плохое, учебныхъ пособій и книгъ для собственнаго чтенія очень мало,-- такъ звучать отвѣты въ большинствѣ случаевъ. Еще болѣе печальна та необезпеченность, которая грозитъ учителю подъ старость или въ случаѣ продолжительной болѣзни. На вопросъ о томъ, по какой причинѣ предшественникъ учителя покинулъ службу, часто отвѣчаютъ, что онъ умеръ, оставивъ семью на произволъ судьбы, безъ всякихъ средствъ. Въ Олонецкой губерніи одинъ учитель оставилъ мѣсто по болѣзни, а по выздоровленіи ему пришлось поступитъ въ урядники.

Многіе изъ учителей и учительницъ живутъ съ семьями или помогаютъ роднымъ. Помощь эта иногда бываетъ весьма значительна: нѣкоторыя учительницы отдаютъ до половины своего жалованья. И при этомъ среди учительницъ замѣчается большее довольство своимъ положеніемъ, онѣ рѣже, чѣмъ учителя, стремятся перемѣнить родъ занятій. Конечно, это объясняется отчасти тѣмъ, что для женщины меньше выбора, чѣмъ для мужчины. Но, принимая во вниманіе это обстоятельство, придется только подчеркнуть преимущества женскаго труда въ области начальнаго народнаго образованія и воспитанія.

На разныхъ курсахъ бывали относительно немногіе изъ приславшихъ отвѣты, но всѣ признаютъ ихъ большую пользу и желаютъ побывать на нихъ. Часто выражаютъ сожалѣніе, что нѣтъ курсовъ плодоводства и пчеловодства. Желаніе имѣть садикъ, огородъ или пчельникъ мы не рѣдко встрѣчаемъ въ отвѣтахъ.

Отношенія съ населеніемъ въ огромномъ большинствѣ случаевъ хорошія. Жалобы на враждебныя или непріязненныя отношенія раздаются рѣдко, гораздо чаще говорится о близкихъ, теплыхъ, дружественныхъ. Тамъ, гдѣ учителя преподаютъ пѣніе, это очень сближаетъ съ ними населеніе. Крестьяне сами просятъ, чтобы дѣтей учили пѣнію, и про хоръ одного учителя (въ Орловской губерніи) говорятъ въ восторженныхъ выраженіяхъ: "поютъ, якъ ангели на небеси".

Вечернія занятія и чтенія съ фонаремъ устраиваются рѣдко, отчасти по скудости средствъ, отчасти по массѣ формальныхъ препятствій. Эти препятствія и юридическая необезпеченность учителя, котораго могутъ произвольно переводить и увольнять, являются сильнымъ препятствіемъ правильному развитію у насъ учебно-воспитательнаго дѣла. Вопросъ объ юридическомъ положеніи учителя былъ поднятъ мною на второмъ съѣздѣ дѣятелей по техническому и профессіональному образованію {Докладъ напечатанъ въ Педагогическомъ Листкѣ Д. И. Тихомирова.}. Желательно, чтобы онъ получилъ дальнѣйшую разработку и движеніе.

Образовательный цензъ учителей и учительницъ весьма разнообразенъ, но сильно преобладаютъ кончившіе курсъ въ мужскихъ и женскихъ учительскихъ семинаріяхъ. Затѣмъ идутъ духовныя семинаріи, женскія епархіальныя училища, женскія гимназіи и т. д. Учителей и учительницъ съ высшимъ образованіемъ мало. Въ восьми губерніяхъ (Тамбовской, Владимірской, Самарской, Пензенской, Тверской, Орловской, Олонецкой и Костромской) изъ 794 учителей и учительницъ въ учительскихъ семинаріяхъ было 303 (въ томъ числѣ 68 женщинъ). То же самое отмѣчаетъ г. Петровъ въ Московской губерніи (здѣсь процентъ еще значительнѣе).

Покойный К. Д. Кавелинъ писалъ въ 1881 году: "Теперешнее культурное состояніе нашихъ крестьянъ составляетъ самую существенную, самую непобѣдимую помѣху не только для улучшенія ихъ быта, но и вообще для всего нашего развитія" {Крестьянскій вопросъ, стр. 142.}. Кавелинъ жаловался, что въ сужденіяхъ о народномъ образованіи у насъ господствуетъ разноголосица и нельзя добиться никакихъ сколько-нибудь опредѣлительныхъ указаній, каковы въ этомъ отношеніи взгляды самихъ крестьянъ {Ibid., стр. 155.}. Теперь это измѣнилось къ лучшему. Изъ доклада С. Г. Смирнова видно, какъ относятся крестьяне къ открытію библіотекъ; данныя коммиссіи о положеніи учащихъ свидѣтельствуютъ, что учитель становится другомъ и руководителемъ народа. Естественно поэтому, что надо прійти на помощь учителю, облегчить ему честное исполненіе трудныхъ и отвѣтственныхъ задачъ.

Той разноголосицы мнѣній о народномъ образованіи, о которой говорилъ Кавелинъ, теперь не существуетъ. Мнѣнія эти опредѣлились съ достаточною точностью: одни стоятъ за земскую народную школу съ улучшенною общеобразовательною программой, другіе являются противниками такой школы. Правда, у насъ обнаружилось довольно сильное теченіе, которое угрожало народной школѣ съ иной стороны: теорія экономическаго или діалектическаго матеріализма понималась многими въ фаталистическомъ смыслѣ, причемъ распространеніе у насъ образованія обусловливалось бы лишь предварительнымъ благопріятнымъ измѣненіемъ производственныхъ отношеній. Но, къ счастью, въ теорію вносится въ настоящее время весьма существенная поправка какъ разъ по интересующему насъ вопросу. Въ упомянутой мною статьѣ Новаго Слова говорится слѣдующее: Необезпеченность положенія учащихъ зависитъ отъ всего государственнаго строя, отъ общихъ спеціально-экономическихъ условій "и въ особенности отъ степени развитія въ обществѣ сознанія полезности и необходимости учительскаго труда, какъ прогрессивно-цивилизующаго фактора". И дѣйствительно, развѣ сознаніе -- продуктъ производственныхъ отношеній? Развѣ при одинаковыхъ производственныхъ отношеніяхъ не могутъ быть разныя степени сознанія?

Изъ глубины провинціи до насъ доносится вопль этого "прогрессивно-цивилизующаго фактора". Мы не возбуждаемъ духовныхъ потребностей учителя: у насъ нѣтъ средствъ для удовлетворенія уже давно пробудившихся и неотложныхъ его потребностей, умственныхъ, нравственныхъ, матеріальныхъ. Въ мѣру силъ содѣйствовать развитію и укрѣпленію общественнаго вниманія въ положенію учителей и учительницъ и въ скромной,-- къ сожалѣнію, въ очень скромной,-- долѣ помогать учителю книгой или учебнымъ пособіемъ -- такова цѣль нашей коммиссіи, таково значеніе и предпринятой ею разработки полученныхъ отъ народныхъ учителей отвѣтовъ.


В. Гольцевъ.


"Русская Мысль", кн.XII, 1897