# Мнение по поводу статей в No 11 за 1863 г. журнала "Современник" в рубрике "Наша общественная жизнь"

Иван Александрович Гончаров

И. А. Гончаров. Полное собрание сочинений и писем в двадцати томах

Том десятый. Материалы цензорской деятельности

СПб, "НАУКА" 2013


## Мнение по поводу статей в No 11 за 1863 г. журнала "Современник" в рубрике "Наша общественная жизнь"


20 января 1864 г.


"Современник", ноябрь, No XI. "Наша общественная жизнь". Статья.

В моем отчете о рассмотренных журналах за последние шесть месяцев я упомянул о статье "Наша общественная жизнь" как замечательной по запутанности, темноте, очевидно проистекающей из желания автора сказать больше, чем дозволяет цензура. Имея даже отчасти ключ к этой и другим статьям под тем же заглавием, я должен сознаться, что, благодаря обилию намеков, иносказаний и обходов, я многого в ней не понимаю. Ключ этот вот какой: еще в начале прошлого года, до учреждения Совета по делам книгопечатания, когда "Современник" выражался гораздо откровеннее, в одной из его книжек (если не ошибаюсь, в первой), в подобной же статье, автор враждебно высказался к старым поколениям и с сочувствием к новым, сославшись на то, что некогда булгаринская партия преследовала новых деятелей за тогдашние опасные мечты, которые между тем разрешались в реформах. Такой же исход автор предсказывал и нынешней борьбе двух направлений, отживающего и возникающего.

С тех пор во всех статьях под заглавием "Общественная жизнь" автор развивает ту же тему. Он перебирает явления общественной жизни желчно, местами злобно, всегда оригинальным языком и вообще с замечательным талантом. На литераторов, журналистов, на их старые идеи, особенно на вражду к новому, он нападает открыто, также на предрассудки, застой, порчу общества и т. п. Там же, где он проводит свой взгляд вообще на современный порядок вещей, свои идеи, он впадает в темноту, о которой я говорил, и делается иногда совершенно непонятен.

Так, например, в ноябрьской книжке, говоря об известной картине Ге "Тайная вечеря" и выразив сочувствие к ней, он по поводу ее запутывается в лабиринте отвлеченностей, неясных мыслей, сравнений, вдруг переходит к какому-то геройству и ставит читателя в тупик, особенно на стр<аницах> 143 и 144, на которые я покорнейше прошу обратить внимание как на образец темноты, которая должна ставить в большое затруднение ценсора.

Далее он переходит к редактору газеты "День" и сначала как будто упрекает его в том, что он не находит честных деятелей в русском обществе, а вслед затем сам задает обществу вопрос: "Что же в вас есть, мои милые?" (стр<аница> 151) -- и здесь уже довольно ясно высказывает, какое именно общество страдает недостатком честности: общество старое, общество скопцов, ничего и никого в своей долговременной жизни не обсеменившее (стр<аница> 156), что в этом обществе царствует пустота и мыслебоязнь и т. д. и т. д. (стр<аницы> 154 и 155). Затем речь обрывается и следуют точки: ясно, что тут автора остановила цензура.

"Такое общество, -- заключает автор, -- не в состоянии выставить и одного честного человека". Потом следует неясный намек.

Кончает автор статью нападением на старую науку, давая понять, что она отжила и мало сделала пользы, и сатирическим очерком старого генерала, который старается доказать молодому человеку, что прогресс должен идти постепенно, и беспрестанно повторяет: "Ну, нет, прыгать я не согласен".

Таково содержание и тон почти всех этих статей или сатирических импровизаций, исполненных желчи, придирок и чудовищных преувеличений и карикатур.

Относительно цензурных мер можно пожелать, чтобы места, где автор, как на стр<аницах> 154, 155 и 156, открыто, слишком резко, с преувеличением и, следовательно, несправедливо преследует всё старое общество, поголовно обвиняя его в дряблости, корысти, нечестности, -- словом, негодности, пропускаемы в печать не были; этому же следовало бы подвергать и те прозрачные намеки и иносказания, в которых можно прочесть противный цензурным правилам смысл.

Впрочем, судя по тому, что "Современник" был прежде и что он стал в последние шесть месяцев, трудно упрекнуть цензуру в слабости, несмотря даже на некоторые недосмотры (как в настоящей статье, например, так и в повести "Смелый шаг"): она с замечательным успехом умела обуздать ярость обличительного и отрицательного направлений в журнале, не давая прорываться в печать крайностям. Задача нелегка, и заслуга цензуры немаловажна


Член Совета по делам книгопечатания

И. Гончаров.


20 января 1864 г<ода>.


## ПРИМЕЧАНИЯ


Автограф: РГИА, ф. 774, оп. 1, No 15, л. 1-2. Впервые опубликовано: Евгеньев 1916 СЗ. С. 131--132, с неточностями.

В собрание сочинений включается впервые.

Печатается по автографу.

Документ относится к характеристике периодического издания, порученного наблюдению Гончарова.

Предметом рассмотрения является очередная статья обозрения M. E. Салтыкова-Щедрина "Наша общественная жизнь" (см. документ 65 и примеч. к нему -- наст. том, с. 80, 526).

С. 82. ...в одной из его книжек ~ в подобной же статье... -- Речь идет о первой статье обозрения M. E. Салтыкова-Щедрина, напечатанной в "Современнике" (1863. No 1--2). Статья рассматривалась цензорами Ф. Ф. Веселаго, С. И. Лебедевым и К. С. Обертом. Цензор Стефан Исидорович (Сидорович) Лебедев (1817--1882), профессор русской словесности Петербургского университета, тогда вполне верно понял "ключ" статьи и написал в своем отзыве: "В большей части статьи под заглавием "Наша общественная жизнь", назначенной для "Современника", пытаются объяснить: что такое у нас благонамеренные, нигилисты и мальчишки. Под первыми разумеются консерваторы, под последними крайние, неверующие, самые красные. Вся эта речь, большею частию зигзагами, ведена к тому, чтобы указать, что нигилисты и мальчишки приобретают значение в обществе, потому что на них, как на вырастающую силу, начинают обращать внимание" (ЛН. М., 1934. Т. 13--14. С. 134; здесь вторым инициалом Лебедева значится "С", что связано с двумя вариантами его отчества). Несмотря на мнение Лебедева, председатель Петербургского цензурного комитета В. А. Цеэ в своей записке министру внутренних дел П. А. Валуеву предложил дозволить статью к печати с некоторыми изъятиями. Вместе с тем, по выходе журнала, член Совета министра внутренних дел по делам книгопечатания О. А. Пржецлавский обратил свой бдительный взгляд на статью и не без простодушного удивления отметил: "С этого как бы вступления вся статья принимает уже насмешливый тон и предметом этой насмешки и всякого рода острот избирается (кто бы мог подумать) -- благонамеренный и хороший образ мыслей" (Там же. С. 13). В полной мере понимая "предмет" и характер щедринской речи, ценя "оригинальный язык и вообще замечательный талант" автора, Гончаров в служебных отзывах отчасти "прикрывал" настоящий смысл и общественно-литературный эффект его выступлений ссылкой на "темноту" и "непонятность".

С. 82. ...говоря об известной картине Те "Тайная вечеря"... -- В первой части этой статьи M. E. Салтыков-Щедрин указывал на общественные и моральные вопросы, связанные с сюжетом картины, один из них -- вопрос о "геройстве", которое должно преемствовать подвигу Спасителя и которое необходимо, чтобы вывести современное общество из ненормального состояния. Картина Н. Н. Ге "Тайная вечеря" (1861--1863) была показана на годичной выставке Академии художеств, открывшейся 13 сентября 1863 г.

С. 83. ...к редактору газеты "День"... -- Т. е. к И. С. Аксакову.

С. 83. ...упрекает его в том, что он не находит честных деятелей в русском обществе... -- См. документ 63 и примеч. к нему (наст. том, с. 72-73, 520).

С. 83. ...и в повести "Смелый шаг"... -- См. документ 65 и примеч. к нему, а также документ 67 (наст. том, с. 80, 525, 84--86).