# Заговорило ретивое

Петр Иванович Григорьев

Комедия в одном действии, в стихах.

## ТЕАТРЪ. П. И. ГРИГОРЬЕВА.


ТОМЪ II.


ИЗДАНІЕ КНИГОПРОДАВЦА М. Ѳ. ВОЛЬФА,

ТИПОГРАФА ИМПЕРАТОРСКИХЪ С.-ПЕТЕРБУРГСКИХЪ ТЕАТРОВЪ.

С.-ПЕТЕРБУРГЪ МОСКВА

Гостинный Дворъ, No 18, 19 и 20. Кузнецкій мостъ, домъ Рудакова

1870.


## ЗАГОВОРИЛО РЕТИВОЕ.


Комедія въ одномъ дѣйствіи, въ стихахъ.


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:


АНДРЕЙ ИВАНОВИЧЪ СТЕПАНОВЪ, помѣщикъ.

АЛЕКСАНДРИНА, его дочь, 16-ти лѣтъ,

ОЛЬГА МАРКОВНА, его двоюродная сестра, старая дѣва.

ЕФРЕМЪ АНТОНОВИЧЪ КУРДЮКОВЪ, помѣщикъ, старый холостякъ.

АЛЕКСѢЙ МИХАЙЛОВИЧЪ МЕЗЕЦКІЙ, молодой и богатый помѣщикъ, женихъ Александрины.

1, 2, 3 слуги Степанова.


Дѣйствіе происходитъ въ деревнѣ Степанова.


Театръ представляетъ гостиную. Диванъ, кресла и стулья покрыты бѣлыми чахлами. На главной декораціи нѣсколько оконъ съ занавѣсками, на подоконникахъ горшки съ цвѣтами, окна всѣ отворены настежъ. Направо со сцены дверь въ другія комнаты. Налѣво кабинетъ Степанова, и дверь для общаго выхода въ срединѣ. На лѣвой же сторонѣ, на столѣ, графинъ съ водой и два стакана.


(Утро).


ЯВЛЕНІЕ I.


ОЛЬГА МАРКОВНА, (входитъ въ сильномъ негодованіи. За нею идетъ) СТЕПАНОВЪ.


Ольга Марковна.

Нѣтъ, милый братецъ мой! я вамъ всегда въ отвѣтъ

Скажу одно и то же:

Что съ вашей дочкой мнѣ ужиться средства нѣтъ!

Я слабонервна такъ... что мнѣ, избави Боже,

Малѣйшій шумъ, иль слово не впопадъ,

Насмѣшливый, нескромный взглядъ,

Рѣшительно меня все это убиваетъ!

А съумасшедшая племянница моя,

Хоть очень видитъ, понимаетъ,

Какъ мучусь, какъ страдаю я...

И все-таки меня безжалостно терзаетъ!

Степановъ, (смѣясь).

Э! полно, ты блажишь, сестра!

Всѣхъ бѣдъ твоихъ, другая есть причина...

А въ этомъ случаѣ, моя Александрина

Невиновата, нѣтъ!.. она мила, добра,

И если рѣзвится, болтаетъ, и смѣется

Со мной, съ тобой, съ сосѣдями, такъ что жъ?

Пускай ее!.. вотъ, съ женихомъ сойдется,

Тогда ты про нее другое запоешь!

Другая жизнь начнется...

Ольга Марковна.

Ужъ не съ Мезецкимъ ли?.. не нуженъ ей никто!

Она такъ вѣтрена... всѣхъ дерзко критикуетъ,

Достойнѣйшихъ людей не ставитъ ни во что!

Ребячески про всѣхъ и судитъ, и толкуетъ,

И дотого нескромно... что бѣда!

А вѣдь вы знаете, въ деревнѣ ли, въ столицѣ,

Вездѣ, всегда,

Что скромность,-- первое достоинство въ дѣвицѣ!

Дѣвица скромная -- для всякаго мила!

Она бы хоть съ меня примѣръ брала...

Ну, нѣтъ! никакъ!.. женихъ ея Мезецкій,

Хоть ищетъ нравиться, и скроменъ на словахъ,

Она жъ, дурачествомъ, болтливостію дѣтской

Конфузитъ такъ его... что страхъ!

Совѣтами, я ей всегда-бъ помочь готова...

Я такъ воспитана, и такъ себя держу,

Такъ реномэ своимъ высоко дорожу,

Что нравственной слыву во всемъ значеньи слова!

Степановъ, (насмѣшливо).

Такъ... такъ... но, отчего жъ до сей поры

И ваше страстное желанье не сбылося?

У скромной, нравственной, воспитанной сестры

Вѣдь также муженька покуда ненашлося.

Ольга Марковна, (съ досадою).

Что жъ дѣлать!.. жребій ужъ такой!..

(Съ удареніемъ). Несчастіе!.. оно всему причиной!

Быть замужемъ, я рада-бъ всей душой!..

Но не могу сойтись съ порядочнымъ мужчиной!..

Перемѣнился страшно родъ мужской!

Вотъ и теперь: женихъ меня хоть уважаетъ,

Но чувствъ души моей... никакъ не понимаетъ!

Моихъ возвышенныхъ идей,

Мужчины всѣ, постичь не въ-состояньи!

Такъ поневолѣ, я, при всемъ моемъ желаньи,

Живу одна... во цвѣтѣ юныхъ дней!

Степановъ.

Да; скупы жеппхи на нѣжныя-то фразы.

Знать вѣкъ такой, всѣ сдѣлались умны...

Въ хорошенькихъ, слегка бываютъ влюблены,

А ужъ которыя чуть-чуть старообразы,

Бѣда! на тѣхъ и не глядятъ,

И знать ихъ не хотятъ!

Ольга Марковна, (грозно).

Андрей Иванычь!..

Степановъ.

Что-съ?..

Ольга Марковна.

На чей вы счетъ сказали?

Вы оскорбляете мой слухъ!

Ну! ну! на чей?..

Степановъ.

Да я сказалъ... на счетъ старухъ,

Которыя ужъ замужъ опоздали!

Ольга Марковна, (самоувѣренно).

Однако жъ, я могу увѣрить васъ,

Что я еще не опоздала! нѣтъ! я знаю!

И если только пожелаю,

То выйду замужъ хоть сейчасъ!

Степановъ.

Нѣтъ! мудрено, любезная сестрица...

И знаешь отчего? по чувствамъ и словамъ

Ты слишкомъ вычурна, ты странная дѣвица;

Такихъ невѣстъ, какъ ты, не нужно женихамъ!

Ольга Марковна, (разгорячаясь).

Ну, такъ! всегда одно!.. гдѣ только вамъ случится

Судить объ женщинахъ, вы рады осмѣять!..

Что жъ дѣлать? Развѣ я должна переродиться?

Степановъ.

Зачѣмъ! лишь перестань о пустякахъ мечтать

Въ твои лѣта, какъ-скоро посылаетъ

Всевышній жениха, такъ о любви молчи,

А поступай, какъ только онъ желаетъ,

Да выйти замужъ хлопочи!

А то... хоть моему сосѣду Курдюкову,

(Которому теперь пришла жениться страсть)

Ты, право, вовсе не подъ масть!

Ольга Марковна.

Вы думаете?..

Степановъ.

Да.

Ольга Марковна.

Ошиблись!..

Степановъ.

Вѣрь же слову,

Что въ мысляхъ съ нимъ ты не сойдешься вѣкъ!

Онъ ищетъ въ женщинѣ не страсти идеальной,

А какъ простой, какъ русскій человѣкъ,

Невѣсты ищетъ онъ безъ вычуръ, натуральной,

Которая-бъ умѣла быть женой,

Не безтолковой краснобайкой,

А доброю, послушной и простой;

Ну, словомъ, опытной и русскою хозяйкой!

А можешь ли ему ты это обѣщать?..

Нѣтъ! ты къ двѣнадцати едва-лишь можетъ встать,

Часъ кофе пьешь, потомъ гулять желаешь.

Тамъ, часъ-другой о незваномъ мечтаешь!

Потомъ, когда домой придешь,

Романсы скучные и глупые поешь...

Такъ, что тебя едва къ обѣду дозовешься!

И такъ проходитъ время все.

Да еще съ дочерью, не изъ чего грызешься!

Что жъ ты за существо? ей-ей, ни то -- un се!

Ктожъ женится?..

Ольга Марковна, (съ злобою и ужимкою).

Все ваша дочь виною!

Она мѣшаетъ мнѣ! ее нельзя унять!

Лишь только-что женихъ заговоритъ со мною,

Она сейчасъ начнетъ дурачиться, болтать,

Осмѣивать мой умъ, манеры, выраженья,

Ну, словомъ: такъ безумно зашалитъ,

Что жениха расхолодитъ,

И я опять ни съ чѣмъ! въ ней нѣтъ ко мнѣ почтенья!

Да вотъ, теперь: Ефремъ Антонычъ Курдюковъ

Пріѣхалъ для меня, со мной бесѣды ищетъ,

А ваша дочь, безъ дальнихъ словъ,

Схватила, бѣднаго, и съ нимъ по саду рыщетъ!

Зачѣмъ? на что? вѣдь онъ мой гость!

Чему жъ она его тамъ учитъ?

Что это значитъ? а?.. все ненависть, и злость,

Да зависть адская ее грызетъ и мучитъ!..


(Степановъ начинаетъ громко смѣяться.)


Чему жъ смѣетесь вы?.. вы, какъ отецъ

Должны ей запретить въ мои дѣла мѣшаться!

Нето, вѣдь, я умру!.. тогда всему конецъ!..

Вы слышите?.. (Степановъ еще громче). Да

полноте жъ смѣяться!!..


(Съ бѣшенствомъ).


Ужасный человѣкъ!! вы извергъ! а не братъ!

При вашей зависти и злобѣ,

Я вижу, что меня со свѣта сжить хотятъ!

Ну, смѣйтесь! радуйтесь! я скоро буду въ гробѣ..

Я чувствую... ужъ близокъ срокъ!

Я скоро вамъ мѣшать не стану...

И преждевременно увяну,

Какъ бурей сорванный цвѣтокъ!..


(Рыдаетъ).


Измученная пыткою безбожной,

Убитая сердечною тоской,

Забуду я... подъ гробовой доской,

И васъ! и этотъ свѣтъ, коварный и ничтожный!.

Ахъ!.. ахъ!!! (Въ изнеможеніи падаетъ на диванъ и закрываетъ глаза).

Степановъ, (про себя).

Ну, брякнулась!.. коммиссія мнѣ съ ней!

Она состарѣлась, а мы всѣ виноваты!..


(Ей, съ участіемъ).


Сестра! утѣшься!.. ну! вотъ обморокъ проклятый!


(Обращаясь къ средней двери).


Эй! Саша! гдѣ вы тамъ?.. спасайте поскорѣй!

Ефремъ Антонычъ!.. нѣтъ! никто не отвѣчаетъ!..

И въ-самомъ-дѣлѣ: какъ на грѣхъ,

Дочь жениха ея такъ мило занимаетъ,

Что вмѣсто сватовства, здѣсь только шумъ, да смѣхъ!

(Ей). Сестрица!.. Нѣтъ! лежитъ!.. (Снова бѣжитъ къ дверямъ).

Эй! Власъ!.. да кликни Сашу!


(Снова ей махая платкомъ).


Сестрица!.. матушка!.. Опомнись! Богъ съ тобой!..


ЯВЛЕНІЕ II.


ТѢ ЖЕ, и АЛЕКСАНДРИНА, (вбѣгаетъ весело, съ букетомъ цвѣтовъ).


Александрина.

Ай! ай!... что это здѣсь?...

Степановъ.

Вотъ, обморокъ съ сестрой!

Спасай...

Александрина.

Сейчасъ, сейчасъ снесемъ Весталку нашу!...


(Подбѣгая къ столу).


Прекрасно! здѣсь въ графинѣ есть вода...

Папа а вы, скорѣе въ садъ бѣгите!

И сей-же часъ сюда

Ефремъ Антоныча пришлите;

Онъ, наконецъ, открылся ужъ и мнѣ,

Что непремѣнно думаетъ жениться,

Такъ, я хочу, чтобъ съ ней наединѣ

Изволилъ онъ, какъ должно, объясниться,

Степановъ.

Ну, хорошо, бѣгу... (Возвращаясь.) Ахъ! я забылъ сказать:

Оставь дурачества! твой возрастъ ужъ не дѣтскій,

И помни: что сейчасъ пріѣдетъ къ намъ опять

Сосѣдъ мой, твой женихъ, Мезецкій!

Александрина, (Принимая манеры Ольги Марковны).

А! онъ пріѣдетъ?... что жъ, я рада!.. я дамъ балъ,

Или, пускай пожалуетъ къ обѣду...

Мы рады доброму сосѣду!..

По-русски угостимъ его, чѣмъ Богъ послалъ!...

Степановъ, (серьезно).

Послушай!..

Александрина.

Впрочемъ, да... мой возрастъ ужъ не дѣтскій,

Я буду помнить, ожидать,

Что нынче къ намъ опять

Пріѣдетъ мой женихъ Мезёцкій!

Да! отъ дурачества пора ужъ мнѣ отстать!

Степановъ, (невольно смѣется:)

Вѣдь экая шалунья!...


(Уходитъ въ садъ).


ЯВЛЕНІЕ III.


ТѢ ЖЕ, кромѣ СТЕПАНОВА.


Александрина.

Вотъ, охота

Страдать объ женихахъ, какъ тетушка моя!

И замужъ, признаюсь, не хочется мнѣ что-то...

Кого полюбишь здѣсь?... нѣтъ! такъ счастливѣй я!..

(Подходитъ къ теткѣ на цыпочкахъ и, вполголоса поетъ речитативъ изъ оперы "Робертъ").

"Вотъ, вотъ развалины тѣ!

На нихъ... цвѣтное платье!..


ЯВЛЕНІЕ IV.


ТѢ ЖЕ и КУРДЮКОВЪ, (толстая фигура, съ загорѣлымъ лицомъ, въ казакинѣ и въ усахъ).


Курдюковъ, (громко).

Мое почтеніе-съ!..

Александрина, (хватаетъ его за руку и тащитъ къ дивану).

Скорѣй! вотъ вамъ занятье...

Садитесь здѣсь...

Курдюковъ (удивляясь).

Зачѣмъ-съ?!...

Александрина.

Да сядьте! ахъ, какой!

Спасёмте тётеньку... (Взявъ со стола стаканъ води).

Вотъ вамъ стаканъ съ водой...

Курдюковъ.

Зачѣмъ-съ?... я не хочу-съ... что это съ ней случилось?..

Александрина.

Все виноваты вы! извольте жъ помогать...

Она объ васъ мечтая вдругъ забылась,

Такъ надо къ ней вниманье показать...

Когда она изволитъ пробудиться,

Вы предложите ей водицей освѣжиться,

Потомъ, въ знакъ дружбы и любви,

Вотъ этотъ ей букетецъ предложите,

А, тамъ, какъ знаете, о свадьбѣ и начните.

Курдюковъ.

А-га! вотъ какъ-съ у васъ!.. Ну, Богъ благослови!


(Садится передъ Ольгой со стаканомъ и букетомъ, слегка покашливаетъ и ждетъ, потомъ оборачивается къ Александринѣ и говоритъ тихо).


Да это... сонъ? или... припадокъ-съ?..

Александрина.

Понемногу,

Тутъ есть всего, но нѣтъ большой бѣды!


(Наливаетъ и для себя воды стаканъ).


Смѣлѣй!.. (Про себя,) она лежитъ... возьму жъ и я воды!..


(Прячется за диванъ на которомъ сидитъ Ольга).


Курдюковъ, (подождавъ, снова обращается къ Александринѣ),

Да что жъ? проснется ли-съ?..

Александрина, (изъ-за дивана спрыскиваетъ Ольгу и прячется).

Проснулась!..

Курдюковъ, (смотря на Ольгу).

Славу Богу!


(Кланяется ей, держа стаканъ и букетъ).


Ольга Марковна, (протяжнымъ тономъ),

Ахъ!.. что со мной?.. Оставь меня... тиранъ...

Чудо... вище... злодѣй!.. твой смѣхъ... меня терзаетъ!..

Курдюковъ, (оборачиваясь, ищетъ глазами Александрину).

Послушайте-съ!.. она... кого-то-съ... проклинаетъ!

А я.... сижу-съ предъ нею... какъ болванъ!..

Александрина.

Сидите!.. (Убѣгаетъ въ садъ).

Курдюковъ, (также).

Какъ же такъ-съ?..

Ольга Марковна, (громче).

Тебя... я проклинаю!!..

Курдюковъ, (конфузится).

За что-съ?.. помилуйте-съ!.. чѣмъ васъ я огорчаю?..

Ольга Марковна, (очнувшись).

Что? что?.. ахъ! (Увидя Курдюкова, говоритъ тихо).

Это вы... Ефремъ Антонычъ?..

Курдюковъ.

Да-съ!

Сижу-съ съ букетомъ, и стаканомъ,

Единственно для васъ...

А вы, изволите ругать-съ меня тираномъ!..

Ольга Марковна.

Ахъ! это я... не васъ... а брата!

Курдюковъ.

Ихъ здѣсь нѣтъ...

Ольга Марковна, (глубоко вздыхая).

Ахъ! если бъ знали вы, какъ трудно съ нимъ ужиться!


(Съ досадою).


Онъ... извергъ!.. варваръ мой!!..

Курдюковъ, (предлагая стаканъ воды).

Угодно-съ... прохладиться?..

Ольга Марковна, (ударяя на послѣдній слогъ).

Mer... ci!!.. (Пьетъ).

Курдюковъ.

Чего-съ?

Ольга Марковна, (также).

Mer-ci!..

Курдюковъ, (посмотрѣвъ на нее).

Не знаю-съ. Вотъ-съ, букетъ!

Ольга Марковна, (съ чувствомъ).

Букетъ!.. отъ васъ... о! это страхъ любезно!

Цвѣты -- моя отрада!.. мой кумиръ!..

Курдюковъ.

Да-съ; иногда нюхнуть пріятно-съ... и полезно.

Угодно ли-съ?..


(Отдавъ букетъ, самъ нюхаетъ табакъ).


Ольга Марковна

Отъ васъ?.. О! avec granq plaisir!!


(Беретъ отъ него букетъ и присѣдаетъ, бросая на него пламенные: взоры).


Курдюковъ, (не понимая ее).

Чего-съ?..

Ольга Марковна.

Подарокъ вашъ... я сохраню до гроба!..


(Посмотрѣвъ на него еще, говоритъ про себя):


Онъ вовсе не степнякъ... онъ созданъ для любви!!..

Курдюковъ, (про себя).

Она... еще не что-съ... изрядная особа...

Смотри же, братъ, Ефремъ: душою не криви!

И начинай какъ слѣдуетъ... какъ нужно!


(Ей съ участіемъ).


Что, Ольга Марковна-съ? позвольте васъ спросить:

Вы съ, съ братцемъ, кажется-съ, не такъ живете дружно?

Ольга Марковна, (про себя).

Ахъ! милый! началъ самъ!.. (Ему.) Увы! да можно-ль жить?..

Я здѣсь должна страдать! и плакать! и томиться!..

Курдюковъ.

Напрасно-съ! вамъ-съ, легко-бъ иначе пріютиться...

Ольга Марковна, (съ чувствомъ).

Я понимаю васъ!.. но... гдѣ? и у кого?..

Курдюковъ.

Какъ гдѣ-съ? найти бы вамъ... такъ, знаете... того...

Какъ водится-съ...

Ольга Марковна.

О! да!

Курдюковъ.

Лишь было бы-съ желанье;

Какъ слѣдуетъ свою обязанность понять,

Умѣть, оказывать... почтенье-съ, и вниманье,

Знать -- общежитіе-съ, знать во-время смолчать,

Тогда, какъ не найти вамъ друга и, опоры?


(Оглядываясь кругомъ).


Вотъ что-съ: вѣдь мы наединѣ...

Такъ знаете... скажите-съ мнѣ,

Безъ околичностей: вамъ-съ, отъ-роду который?..

Ольга Марковна, (сконфуженная).

Ай!.. что вы это!.. что вы?.. ахъ!..

Не грѣхъ ли спрашивать дѣвицу объ лѣтахъ?

Помилуйте! вѣдь это неучтиво!..

Курдюковъ.

Какой же грѣхъ-съ?.. узнать, развѣдать справедливо

Моя-съ привычка, такъ-сказать...

Ну-съ, поучтивѣе позвольте мнѣ узнать:

Въ которомъ васъ году крестили?..

Ольга Марковна.

Что за вопросы! ахъ! да вы меня сразили!..

Курдюковъ.

И въ мысляхъ не имѣлъ-съ! что я за Громовой?

Я русскій человѣкъ-съ... но, честный и простой!

Не знаю этого... эхъ, какъ, бишь?.. этикета!

Приличеству, жеманству -- не учёнъ,

Въ деревнѣ вѣкъ живу-съ, не знаю вовсе свѣта,

Какъ и меня-съ не знаетъ онъ!

Я-съ, не хитрю ни съ кѣмъ, не мудрствую лукаво.

Ужъ мнѣ, годковъ довольно есть:

Ужъ за полсотенку перевалило; право!

Такъ отчего жъ и вамъ-съ, итогу не подвесть?

И такъ-съ, прошу со мной быть откровенной,

Не куралесить, не хитрить,

Физіогноміи, какъ видно, вы почтенной...

Такъ не угодно-ль вамъ-съ, въ законный бракъ вступить?

Ольга Марковна, (застѣнчиво).

Ахъ! какъ наивно вы... умѣете шутить!

Курдюковъ.

Нѣтъ-тъ! ужъ по-моему, тутъ шутки не у мѣста!

Вашъ братецъ, прямо-съ мнѣ сказалъ, безъ всякихъ штукъ

Что вы-съ, давно уже извѣстны какъ невѣста,

Которую бы онъ весьма желалъ сбыть съ рукъ!

Ольга Марковна, (съ силою).

Ахъ! я сама бѣжать хотѣла бы отъ брата!

Жизнь съ другомъ избраннымъ отрадна! хороша!..

Но, я... у вы!.. я вовсе не богата!

Мое приданое: умъ, сердце, и... душа!!!


(Страстно глядитъ на Курдюкова).


Курдюковъ.

Гмъ... да-съ... приданое... хоша и... не завидно,

Однако жъ, это-съ ничего!

Оно, для сельскаго хозяйства моего

Пользительно быть можетъ, безобидно.

Ну-съ, Ольга Марковна, такъ дайте жъ мнѣ отвѣтъ

Какъ думаете вы, на-счетъ, то-есть?..

Ольга Марковна, (съ чувствомъ).

Я рада,

Отдаться вамъ, души моей предметъ!

Ахъ! твоего живительнаго взгляда

Нельзя мнѣ избѣжать! и я въ твоихъ рукахъ!

Курдюковъ, (удивляясь).

Въ моихъ? какъ-такъ-съ? вы, на словахъ

Я вижу, знатно

Изволите шутить-съ... да впрочемъ все-равно!

Такъ покалякаемъ-съ, но, просто и понятно...

А то, вы, матушка, такъ-что-то... мудрено!

По-проще, матушка! вѣдь я-съ, не изъ таковскихъ

Съ которымъ, говорить-съ легко на счетъ всего...

Нѣтъ-съ, я, вѣдь, окромя газетъ Московскихъ

Не читывалъ-съ лѣтъ тридцать ничего!

Ольга Марковна.

Притворщикъ!

Курдюковъ.

Нѣтъ-съ! да мнѣ и некогда, признаться...

Хоша-было сосѣдъ однажды уломалъ

На журналистику въ складчину подписаться,

Я-съ объявленье прочиталъ,

Въ столицу денежки, и адресъ отослалъ,

И что жъ! годъ цѣлый, мы съ сосѣдомъ книжки ждали...

Не дождались, такъ деньги и пропали!

Съ-тѣхъ-поръ-съ, пусть пишутъ тамъ, но я вамъ побожусь!

Ни на пол-книжки вѣкъ не подпишусь!

Быть-можетъ тамъ и ладно сочиняютъ,

Да аккуратности не знаютъ!

Но это въ сторону!.. извольте жъ продолжать,

Да только такъ, чтобъ васъ я могъ понять..

Ольга Марковна, (съ энергіей).

Не притворяйся! ты постигъ душой высокой

Что я тобой на вѣкъ побѣждена!

Что я судьбой тебѣ обречена!

Пойми же... и меня, жестокой!

Да! да! давно къ тебѣ питаю я любовь!

Давно въ тебѣ -- я вижу идеала...

Который взволновалъ въ груди моей всю кровь!

Съ которымъ быть душа моя алкала!..

Жестокій другъ! чтобы съ тобою быть,

Чтобы внимать тебѣ въ тиши уединенья,

Въ твоихъ объятіяхъ, я рада позабыть

Людей, и свѣтъ, и совѣсти мученья!!

Курдюковъ, (отодвигаясь отъ нея).

Че-го-съ?!.

Ольга Марковна, (прерываетъ его, схвативъ за руку).

Да! да! узнай, жестокій другъ:

Твои глаза, отъ первой нашей встрѣчи,

Твои наивныя, простыя сердца рѣчи,

Подѣйствовали вдругъ на чувства и на слухъ!

И я тогда жъ сама себѣ сказала:

Вотъ онъ! вотъ мой высокій идеалъ!

Вотъ, я кого душой любить желала! -

Меня онъ вѣрно понялъ и узналъ!

Своей возвышенною страстью,

Въ меня онъ чувство нѣжное вдохнетъ,

Усѣетъ розами мой путь къ любви и счастью!

И въ міръ невѣдомый, къ блаженству поведетъ!..

Курдюковъ, (ничего не понимая).

Ку-да-съ?.. объ розахъ я-съ... ей-ей, не разумѣю...

Я-съ, только рожь, овесъ, гречиху сѣю!

А прочаго, что вы изволите желать,

Въ деревнѣ, у меня-съ, никакъ нельзя достать!

Конечно-съ... поваръ мой... хоша и неискусно..

Но, впрочемъ, соусъ вамъ сварганитъ очень вкусно!

Ольга Марковна.

Ахъ! полноте шутить... и думать о земномъ!..

Курдюковъ.

Нѣтъ-съ! вы... позвольте... вы, мнѣ зачали о чемъ?..

Мнѣ, надобно-съ...

Ольга Марковна.

Ахъ! замолчи! я знаю!..

Любовь твоя...

Курдюковъ.

Любовь -- сама собой...

Но, я объ сущности-съ, объ дѣлѣ-то желаю

Условиться съ невѣстой дорогой.

Я-съ, философію свою лишь уважаю!

Такъ видите-съ: ужъ коли я женюсь,

Такъ добровольно, или силой,

Но, ужъ на свой салтыкъ распоряжусь

Дѣлами, и, сожительницей милой;

А то, вѣдь я видалъ-съ: иная въ домъ войдетъ,

И если мужъ слабенекъ, мало-мальски,

Хозяйка новая весь домъ перевернетъ,

Распоряжается, расходится канальски!

Нѣтъ-съ! Это не въ моемъ характерѣ! ни! ни!

Я самъ горячь-съ! мнѣ, Боже сохрани!

Кто мой порядокъ знаетъ,

И держится его...

Я, съ тѣми ласковъ, ничего...

Кто дѣло исполняетъ,

Не трону никого...

Но если чуть.... бѣда-съ! со мной нельзя тягаться

Я-съ добрый человѣкъ-съ, но у себя въ дому

(Простите, глупому обычью моему)

Подъ-часъ, по-своему изволю расправляться!

Ольга Марковна, (съ презрительной улыбкой).

Но... это... до жены... не можетъ вѣдь касаться?..

Курдюковъ.

Гмъ! да-съ... избави Богъ!.. Я вовсе не жестокъ

Я лишь заранѣе, такъ-съ... дѣлаю намекъ,

Чтобъ послѣ, не могло обиднымъ показаться...

Я-съ говорю, что есть... какъ совѣсть мнѣ велитъ,

Нашъ братъ, ужъ хвастать вамъ не станетъ

Иной, пожалуй, вамъ-съ и больше насулитъ,

А тамъ, глядишь, по слабости обманетъ!

А я, ужъ нѣтъ-съ... ужъ ежели скажу,

Такъ тутъ и умерло-съ! уважу-съ! одолжу!

Ольга Марковна, (смотря ему въ глаза).:

Ну, да! ужъ я на васъ надѣюсь... Чтобъ жениться,

Вы обѣщать должны: всѣ жертвы принести!

Дать мнѣ покой, дать волю полѣниться,

Я въ нѣгѣ полной жизнь люблю вести...

Курдюковъ, (не понимая ее).

Въ чемъ-съ?..

Ольга Марковна.

Въ нѣгѣ!..

Курдюковъ.

Какъ-съ?..

Ольга Марковна, (съ досадой).

Ахъ! въ полной нѣгѣ!..

Курдюковъ, (подумавъ).

Не знаю-съ! впрочемъ... я... я радъ все сдѣлать вамъ.."

То-есть, охотно по полямъ

Я васъ начну возить въ моей телѣгѣ!..

Ольга Марковна, (ужасаясь).

Въ телѣгѣ?! что вы! никогда!

Въ ландо!.. въ колясочкѣ!..

Курдюковъ, (перебивая).

Въ телѣжечкѣ-съ,"всегда

Ольга Марковна.

Такъ нѣтъ! не ѣду!..

Курдюковъ.

Ну, тамъ какъ себѣ хотите...

Оставшись, вы должны: за всѣмъ имѣть надзоръ,

На погребъ сбѣгайте, за кухней присмотрите.

А, главное: прошу беречь мой скотный дворъ!

Скотину, долгъ велитъ беречь, и холить...

Хорошій скотъ-съ, для человѣка кладъ!

И долгъ вашъ будетъ...

Ольга Марковна, (встаетъ).

Нѣтъ-съ! прошу меня уволить!

Курдюковъ.

Никакъ нельзя-съ! я отъ скота богатъ!

Въ уѣздѣ, моего нѣтъ лучше домоводства...

Я-съ, собственно женюсь для пользы скотоводства!

Ольга Марковна, (громко).

Ай! ай! какой mauvais!!

Курдюковъ.

Мо-ве-съ?..

А это... что-съ?..

Ольга Марковна, (сама съ собою).

Ахъ! онъ... какой въ немъ интересъ?

Онъ добръ!.. по въ немъ прегрубая природа!..

Курдюковъ, (ей).

Мове... не знаю-съ! чай привозная порода?

Да что объ ней! я вотъ... на васъ гляжу

И вижу-съ... что понять вы не хотите дѣла...

Вы матушка...

Ольга Марковна, (перебивая его).

Ахъ! нѣтъ! молчите! я скажу

Про васъ, все то, что я давно сказать хотѣла:


(Съ выраженіемъ).


Ефремъ Антоновичъ! вы... созданы не такъ!


(Торжественнымъ голосомъ)


Я, васъ пересоздамъ!!..

Курдюковъ, (вскочивъ съ мѣста).

О-го!.. ну, нѣтъ! избавьте-съ!

Знать съ вами пива мнѣ ужъ не сварить никакъ!

Нѣтъ-съ, Олыа Марковна! вы сами поисправьтесь!

Ольга Марковна.

Comment!?..

Курдюковъ.

Да-съ! я хочу-съ по-русски вамъ сказать:

Когда сожительской не признаете власти,

То съ вами нече толковать --

Вы мнѣ, голубушка, не къ масти!

Ольга Марковна.

Что? какъ?

Курдюковъ.

Ну право-съ такъ!

Ольга Марковна.

Вы, забываетесь!..

Курдюковъ.

Нѣтъ-съ! вы совсѣмъ забылись!

Ольга Марковна.

Ефремъ Антонычъ!!.

Курдюковъ.

Нѣтъ-съ! тутъ попадешь въ просакъ!

Вы-съ, въ философію какую-то пустились!

Эхъ! матушка! грѣшно-съ! ей-ей!

Опомнитесь! ужъ вы -- почтенная особа,

А съ философіей своей,

Въ дѣвичествѣ промаетесь до гроба!

Ольга Марковна, (съ горячностью).

Кто? я?.. послушайте: вы дерзки! вы -- злодѣй!

Вы... антиподъ!.. вы въ люди не годитесь!

За дерзость, знаете ль? вы навсегда лишитесь

Всей благосклонности моей!

Курдюковъ, (махнувъ рукой).

Пусть! вашего-съ боюсь я краснобайства!

Вы-съ, черезъ-чуръ затѣйливы для насъ!

Нѣтъ, матушка, мнѣ надобно... не васъ,

Мнѣ бабу надобно-съ, для сельскаго хозяйства.

Прощайте-съ!..

Ольга Марковна.

Какъ!?..


(Къ концу этой сцены, Александрина нѣсколько разъ является въ среднихъ дверяхъ, подслушиваетъ говорящихъ, съ нею вмѣстѣ видны также вдали Степановъ и Мезецкій).


ЯВЛЕНІЕ V.


Тѣ же и АЛЕКСАНДРИНА, (вбѣгаетъ).


Александрина, (ему).

Куда вы?..

Курдюковъ, (Александринѣ).

Да домой!

Я съ, благодаренъ вамъ, за ваши всѣ старанья;

Для вашей тётушки, глупъ съ больно разумъ мой;

Имъ-съ надо поумнѣй... а я-съ, безъ воспитанья,

Степнякъ!..

Александрина.

Нѣтъ! нѣтъ! да я васъ не пущу!

Для счастья тётушки вы созданы!..

Ольга Марковна, (ей тихо).

Какъ! Саша!

Ты, развѣ хочешь?..

Алекандрина, (ей также).

Да-съ! чего же я ищу?

Хочу, чтобъ всѣмъ была завидна участь ваша!

Ольга Марковна, (цалуя ее).

Такъ миръ, ma chère! какъ мнѣ тебя благодарить?..

Александрина, (ей).

За что жъ?.. (Ему тихо). Останьтесь! я хочу васъ помирить!

Курдюковъ.

Нѣтъ-съ!.. да притомъ, я долженъ вамъ признаться:

Онѣ... мнѣ... такъ-сказать... (Ей тихо), не къ масти-съ! негодятся!..

Александрина.

Вы ошибаетесь! она въ такой порѣ,

Что, право, пара вамъ!

Курдюковъ.

Нѣтъ-съ! больно прихотливы!

И не туда глядятъ-съ! (Показывая на Ольгу которая вздыхая глядитъ на потолокъ). Глаза... вонъ какъ!.. горѣ!

Притомъ же страхъ велерѣчивы,!

О розахъ думаютъ-съ, о скотномъ же дворѣ

Такъ отзываются...

Александрина.

Зато она васъ любитъ?

Курдюковъ.

Да это вздоръ-съ!..

Александрина.

И вамъ послушна будетъ вѣкъ!


(Александрина, подражая тону и манерамъ Курдюкова)


Ефремъ Антонычъ-съ! вашъ отказъ ее погубитъ!

Не грѣхъ ли вамъ-съ? вы-съ, добрый человѣкъ!

Помилуйте-съ! вѣдь это-съ, не пригоже!


(Принимая его позу, жметъ ему руку).


Останьтесь!.. Я прошу съ!


(Перебѣгаетъ къ Ольгѣ, спрашиваетъ вполголоса).


Похоже на него?..

Ольга Марковна, (ей тихо).

О! ужасъ какъ похоже!

Насмѣшница!..

Курдюковъ, (Александринѣ).

Для васъ... изволите-съ! остаюсь!

(Тихо). Но, ужъ для нихъ-съ... ни! ни!...

Александрина, (снова жметъ ему руку).

Эхъ! что вы-съ! успокойтесь!..


(Тихо говоритъ Ольгѣ).


Вѣдь онъ богатъ! такъ вы старайтесь угождать,

Онъ кладъ для васъ! сначала вы пристройтесь,

А послѣ можете его пересоздать.

Ольга Марковна, (тихо ей).

Ты права! чтобъ надъ нимъ имѣть мнѣ превосходство,

Такъ будемъ угождать... начни, а я потомъ...

Александрина, (обращаясь къ Курдюкову подражаетъ тону разговора и манерамъ Ольги).

Ефремъ Антонычъ!.. что? у васъ въ большомъ

Я, чай, порядкѣ скотоводство?..

Курдюковъ, (съ гордостью).

Да ужъ могу-съ похвастать-съ!..

Александрина (также).

Да ужъ такъ!

Ольга Марковна, (про себя).

Проказница!..

Александрина.

Ужъ я воображаю!

Ахъ! я бычковъ, овецъ, барашковъ -- обожаю!

Курдюковъ, (съ довольной миной).

Неужли-съ?.. (Показывая на Ольгу). А вотъ имъ... не посердцу!..

Ольга Марковна.

Мнѣ? какъ!

Неправда! вы... меня не поняли...

Александрина.

Такъ точно!

Когда папаша намъ разсказывалъ про васъ,

Хозяйство ваше, много разъ,

Хвалила тётенька заочно!

Вотъ вамъ ея слова, она твердила намъ:


(Опятъ представляетъ Ольгу Марковну).


"Ахъ! я желала бы, всѣмъ сердцемъ, всей душою,

"Быть замужемъ! помѣщицей простою,

"Вставать всѣхъ раньше по утрамъ,

"Помощницей быть мужу, и трудиться,

"За кухнею, за всѣмъ имѣть надзоръ,

"Иль, утромъ, просто выйти въ чемъ случится,

"На свой любимый скотный дворъ!

"Собрать овецъ, коровъ, послать скорѣе въ поле,

"Потомъ, и муженька поднять, да напоить,

"Захочетъ кушать -- накормить,

"И въ этой-то счастливой, райской долѣ,

"Безгрѣшно я хотѣла бъ, вѣкъ прожить!

"Патріархальное; прямое наслажденье!

"Что можетъ быть отраднѣе трудовъ-

"Когда начнешь солить грибы, варить варенье,

"Наливки дѣлать всѣхъ сортовъ,

"Приготовлять, различныя водянки,

"Варить пивцо, бить масло, и, порой,

"Коптить окорока... вотъ долгъ жены прямой,

"Вотъ долгъ помѣщицы, и честной христіанки!"

Курдюковъ, (отъ удовольствія потирая руки).

Да-съ! эдакой жены давненько-съ я ищу!

Ольга Марковна, (тихо ей).

Такъ! такъ! теперь онъ мой!..

Курдюковъ.

Но здѣсь я бьюся даромъ...

Такъ! я-съ, на ярманку отправиться хочу!

Тамъ собираются со всяческимъ товаромъ,

Авось либо, я тамъ?..

Ольга Марковна, (испугавшись, тихо Александритъ).

Ахъ! онъ уѣдетъ!..

Александрина, (своимъ тономъ).

Нѣтъ!


(Ему).


На ярманку?.. нѣтъ! я васъ не пускаю!

Вы, тетушки моей, единственный предметъ!

Я васъ женю на ней!..

Курдюковъ, (вполголоса).

Нѣтъ-съ! трудно! не желаю!

Онѣ... хоша собой-съ... конечно... ничего...

Но, я не вѣрю-съ, нѣтъ-съ! намъ нужно не того.


(Громко).


Благодаримъ-съ покорно за старанье...

Вотъ, вамъ своё-то бы пора-съ

Устроить бракосочетанье;

Вѣдь женишокъ, кажись, отличнѣйшій у васъ?

Александрина, (его голосомъ).

"И я-съ, благодарю-съ, покорно-съ! не желаю!

Хоша, женихъ собой-съ... и ничего...

"Но, я-съ, не вѣрю-съ; да-съ! намъ нужно не того!"

Курдюковъ, (сконфуженный).

Ахъ! виноватъ-съ! простите мнѣ-съ...

Александрина, (снова жметъ ему руку).

Прощаю!

"Да-съ! я сама на ярмарку пущусь,

"И тамъ, съ товарами-съ сожителя найду-съ!


(Своимъ голосомъ).


Однако, шутки въ сторону! скажите;

Такъ вы, на тётушкѣ моей

Рѣшительно жениться не хотите?

Курдюковъ.

Рѣшительно-съ!..

Ольга Марковна, (отчаянно).

Ефремъ Антонычъ!.. вы, злодѣй!!

Курдюковъ.

Ни сколько-съ! (Тихо Александринѣ). Видите-съ: онѣ здоровьемъ слабы;

Не выдержатъ трудовъ, ужъ это-съ вижу я...

Мнѣ надо-съ въ родѣ русской бабы,

Чтобы была хозяюшка моя!

Я самъ тружусь въ деревнѣ дни и ночи,

Вѣздѣ своя-съ рука и глазъ,

И баринъ я-съ, и самъ мужикъ чернорабочій,

Такъ Ольгѣ Марковнѣ не выдержать у насъ!

И такъ-съ, мое вамъ всѣмъ почтенье!..


(Уходитъ въ среднюю дверь).


ЯВЛЕНІЕ VI.


ТѢ ЖЕ, кромѣ КУРДЮКОВА.


Ольга Марковна, (рыдая кричитъ).

Ахъ!! онъ уѣдетъ!!!


(Бросается на диванъ).


Александрина, (рѣшительно).

Нѣтъ!!!

Ольга Марковна, (протяжно).

Мнѣ лучше умереть!!

Александрина, (обрадовавшись новой мысли).

Нѣтъ! лучше на него наложимъ запрещенье!

Велимъ всѣхъ лошадей въ конюшнѣ запереть!..

Ольга Марковна, (вскакиваетъ въ восторгѣ).

Comme c'est charmant!! ah! quelle idée!

Такъ точно! всѣхъ запремъ! бѣгу! бѣгу!!

Онъ будетъ мой!!!


(Убѣгаетъ).


Степановъ и Мезецкій показываются въ боковыхъ дверяхъ, разговаривая между собою).


Александрина.

И я бѣгу! вдвоемъ вѣрнѣе!

Я вамъ охотно помогу!..


(Бѣжитъ за нею и встр123;чается съ отцомъ).


ЯВЛЕНІЕ VII.


СТЕПАНОВЪ и МЕЗЕЦКІЙ входятъ навстрѣчу АЛЕКСАНДРИНѢ.


Степановъ.

Постой! постои! куда? Александрина!..

Александрина, (возвращаясь)

Ахъ, некогда! папа. (Мезецкому). Прошу насъ извинить...

Насъ презрѣлъ, обманулъ прекраснѣйшій мужчина,

Я съ тётенькой спѣшу его остановить...

Степановъ, (удерживая ее).

Мы завтракать хотимъ!...

Александрина, (нетѣрпеливо).

Сейчасъ мы приготовимъ!

Теперь намъ некогда! вѣдь жениха мы ловимъ!


(Голосомъ Курдюкова).


"Такой женихъ-съ, какъ Курдюковъ,

У насъ примѣръ-съ, для всѣхъ-съ, нѣжнѣйшихъ-съ, жениховъ!

Я ихъ-съ, на скотный дворъ-съ отправлю прогуляться,.

Такъ съ нами-съ, можетъ-быть-съ, они и помирятся?--


(Скоро убѣгаетъ).


ЯВЛЕНІЕ VIII.


ТѢ ЖЕ, кромѣ АЛЕКСАНДРИНЫ.


Степановъ.

Ха! ха! проказница!.. (Меззцкому). Ну, видите, сосѣдъ?

Она скорѣй о тётушкѣ хлопочетъ,

А о своей судьбѣ, и мысли видно пѣгъ!

И каждый день вотъ такъ. Играетъ, да хохочетъ,

Что жъ дѣлать? принуждать? вѣдь жалко и грѣшно...

Мезецкій.

О, Боже сохрани! не должно...

Насильно милымъ быть нельзя!.. хоть я давно

Стараются поправиться, чѣмъ можно...

Но, видно, ужъ несчастливъ я!

Какъ вы была бъ моя любовь чистосердечна,

Какъ ни чиста привязанность моя,

Ей все-равно! она рѣзва, безпечна;

Но этимъ самымъ, будто-какъ на зло,

Она любить себя сильнѣе заставляетъ!

Степановъ.

Да! жаль васъ!.. но, какъ быть? знать время не пришло

Да и когда пріидетъ? Богъ знаетъ!

Хоть я, ужъ сколько разъ

Ей объяснилъ: "что ваше предложенье,

"И лестно-то, и выгодно для насъ,

"Что славное у васъ, богатое имѣнье.

"Что вы прекрасный, скромный человѣкъ,

"Что чисто по любви намѣрены жениться;

"Ну, словомъ, что такой женихъ въ нашъ вѣкъ

"Ни передъ кѣмъ, нигдѣ не осрамится!"

Она, прослушаетъ все это, не шутя...

Ну, думаю, дойдемъ до чувства понемногу!

Но вдругъ, смотрю, она какъ рѣзвое дитя

Начнетъ меня жъ дразнить! и какъ смѣшно... ей Богу!

Сначала, я, немножко разсержусь,

А послѣ... съ ней и самъ расхохочусь!

И тутъ ей все готовъ простить невольно.

Мезецкій, (размышляя).

А я... какъ мнѣ ни больно,

Скажу: что если въ ней всѣ чувства спятъ, пока,

Намъ долго ждать! побѣда не легка...

Я даже думаю: едва-ли по напрасно,

Я буду ждать любви взаимной отъ неё?


(Кладетъ на столъ свою шляпу и тросточку).


Степановъ.

Э, вздоръ! вы такъ умны, воспитаны прекрасно,

Старайтесь выказать достоинство свое,

Умѣйте возбудить къ себѣ участье...

Намъ только надо лишь сперва,

Чтобъ получить на бракъ ея согласье,

Тогда ужъ я сейчасъ войду въ свои права!

Тѣмъ-болѣе, что вы уже рѣшились

И перестроить домъ хозяйственной рукой,

Неужли жъ даромъ вы изъянились, трудились?

Нѣтъ, нѣтъ, сосѣдъ мой дорогой!

Я, какъ отецъ, скажу вамъ прямо:

Такого жениха не обѣгаютъ! Да-съ!

Я стану хлопотать, настаивать упрямо,

И кончу тѣмъ, что обвѣнчаю васъ!

Такъ полноте жъ, не унывайте!

Что перестройка какъ?

Мезецкій.

Да ужъ къ концу идетъ

Хотите, завтра вмѣстѣ пріѣзжайте,

Посмотрите на дѣйствіе работъ?..

Степановъ.

О, съ удовольствіемъ!..

Мезецкій.

Но только вмѣстѣ съ нею...

Степановъ.

Ну, да!..

Мезецкій.

Авось она оцѣнитъ, и пойметъ,

Какую цѣль къ постройкѣ я имѣю?..

Какъ-только вы согласіе свое

На нашу свадьбу дали,

Я измѣнилъ вполнѣ все прежнее житье!

Теперь мой домъ и вы узнаете едва-ли?

Степановъ.

Неужто?..

Мезецкій.

Да; могу не хвастая сказать:

Все, что есть лучшаго, изящнаго въ столицѣ,

Что можетъ въ жизни тѣшить, занимать,

Ну, словомъ -- ни въ какой незначущей вещицѣ

Я не хотѣлъ невѣстѣ отказать;

Изъ англійскаго магазина

И серебро, и бронза, и фарфоръ,

Отъ Тура мебель вся...

Мезецкій.

Такъ! такъ!... Александрина

Какъ явится со мной, мы сдѣлаемъ обзоръ,

Всѣмъ вашимъ рѣдкостямъ... и, можетъ-статься,

При этомъ, вы рѣшитесь, посмѣлѣй,

Все съ чувствомъ высказать, что непонятно ей,

А я, съ совѣтами попробую вмѣшаться.

Такъ, что она пойметъ невольно насъ,

Оцѣнитъ ваше нѣжное участье,

Разнѣжится, авось... а тамъ, какъ-разъ

Глядишь, и дастъ свое согласье!

Мезецкій.

Ахъ! если бъ это такъ сбылось!

Степановъ.

Да вѣрно сбудется лишь надо быть смѣлѣе!..


(За дверьми слышенъ голосъ).


Александрина.

Я говорю тебѣ, что это ты все брось!

И подавайте завтракъ поскорѣе!..

Степановъ, (торопливо.)

Ахъ! вотъ она опять!.. ступайте въ кабинетъ,

Я предложу ей: къ вамъ въ помѣстье прогуляться,

А между-прочимъ снова дамъ совѣтъ,

Какъ съ женихомъ своимъ ей должно обращаться.

Не затворяйте дверь, и слушайте... чтобъ знать,

Что послѣ дѣлать вамъ, и что ей отвѣчать?...

Мезецкій.

Иду... хоть, признаюсь, надежды не имѣю!


(Уходитъ.)


Степановъ, (всл23;дъ ему).

Надѣйтеся!.. (Про себя.) Богатъ!.. послушенъ... и влюбленъ...

Предорогой женихъ?


ЯВЛЕНІЕ IX.


СТЕПАНОВЪ и АЛЕКСАНДРИНА, (вбѣгаетъ весело).


Александрина.

Ну! подвигъ совершенъ!

Красавчикъ тётушкинъ подъ властію моею!

Поздравьте насъ папа! Ефремъ Антонычъ... нашъ!

Степановъ.

Что жъ ты съ нимъ сдѣлала?..

Александрина.

Да то, что я хотѣла:

Всѣхъ лошадей его я запереть велѣла,

И допотопный экипажъ!

Напрасно. Если онъ жениться ужъ не хочетъ,

Такъ это средство...

Александрина.

Нѣтъ-съ! по милости моей

Невѣста наша стала ужъ умнѣй,

И уморительно, какъ нравиться хлопочетъ!...

Неужто старыхъ всѣхъ невѣстъ таковъ удѣлъ?

Она забыла ужъ и объ его уродствѣ,

И обо всемъ, лишь бы женихъ не улетѣлъ!

Съ энергіей, ему твердитъ о скотоводствѣ,

Да такъ, что у него -- душа и взоръ,

Все ожило!.. а чтобъ докончить примиренье,

Чтобъ жениха привесть въ восторгъ и упоенье,

Они обозрѣвать пошли нашъ скотный дворъ!

Степановъ.

Такъ съ тёткой ты, ужъ, значитъ, помирилась?..

Александрина.

Рѣшительно!..

Степановъ.

Ну, хорошо, мой другъ...

А о себѣ-то ты подумать потрудилась?

Ты знаешь, что вѣдь здѣсь твой будущій супругъ?

Александрина, (какъ будто вспомнила).

Ахъ! да! еще одинъ остался!

Да! будущій супругъ и у меня, вѣдь, есть!

Совсѣмъ забыла я... куда же онъ дѣвался?

Степановъ.

Онъ... тамъ... въ саду...

Александрина.

Нельзя-ль, чтобъ онъ мнѣ сдѣлалъ честь:

Такъ только, будущимъ всегда и назывался?

Степановъ, (строго).

Послушай, Сашенька! прошу съ нимъ не шутить!

Мы съ нимъ друзья, меня онъ уважаетъ,

Онъ добръ, уменъ, богатъ, и отъ души желаетъ

Скорѣй со мной въ родство вступить.

Но онъ холодностью твоею озадаченъ!

Назначивши его, я думалъ: "дочь умна,

"Она пойметъ..."

Александрина, (подражая его голосу).

И что жъ! а дочка холодна!..


(Своимъ голосомъ).


Да можетъ оттого -- зачѣмъ онъ мнѣ назначенъ?

Послушайте: вы, рѣдкій мой отецъ?

Простить готовы мнѣ вы всякую проказу

Такъ знайте же, что ѣхать подъ вѣнецъ

По назначенью, по приказу,

Не хочется мнѣ, папенька, ей-ей!

Мезецкій, не дуренъ, васъ любитъ, безъ-сомнѣнья,

И страхъ богатъ... но, что жъ, когда въ душѣ моей

Къ нему на столько нѣтъ влеченья!


(Показываетъ на кончитъ ноготка).


Степановъ (съ безпокойствомъ поглядывая на дверь кабинета).

Ай! аи! (Ей). Не можетъ быть!.-

Александрина, (выразительно).

Ну, право нѣтъ!

Не знаю отчего! онъ виноватъ тутъ!.. я-ли?..

Но, право, вы -- и вашъ сосѣдъ,

Напрасно на меня заранѣ разсчитали!

А сверхъ-того я вамъ скажу:

Тихо. Что я въ него и не могу влюбиться!

Степановъ, (про себя, съ досадой).

Ахъ! онъ все слышитъ тамъ!..

Александрина.

Такъ я и нахожу:

Что въ женихи совсѣмъ Мезёцкій не годится!

Степаповъ, (кашляетъ и унимаетъ ее всячески).

(Ей, громко,.) Гмъ!.. гмъ!. ну, полно!.. что за вздоръ!

Прекрасный человѣкъ!..

Александрина.

Да не объ этомъ споръ...

Степановъ.

Объ чемъ же?..

Александрина.

Я другихъ достоинствъ въ немъ убавлю...

Вотъ какъ: я вамъ его всегдашній разговоръ

Со мною, здѣсь представлю...

Степаповъ, (испугавшись).

Не нужно!.. (Про себя.) Ахъ, она совсѣмъ его убьётъ!

Александрина, (перебивая его).

Нѣтъ! нѣтъ! позвольте, милый папа...


(Взглянувъ на столъ).


Ахъ! очень кстати: вотъ,

И тросточка его, и шляпа...


(Беретъ то, и другое, представляетъ, какъ входитъ Мезецкій въ комнату).


Онъ входитъ... такъ., а я сижу вонъ-тамъ...


(Подражая голосу Мезецкаго).


--"Мадмозель!.. простите мнѣ... что къ вамъ...

Не кстати я быть-можетъ?.. (Своимъ голосомъ).

-- Нѣтъ, садитесь...

(Гол. Мезец).-- "Я... ѣхалъ мимо васъ...

"И... признаюсь, не могъ... прошу васъ... не сердитесь..."

-- За что же?.. (Мезец.).-- "Я... быть-можетъ... этотъ часъ?.."

-- Да, въ этотъ часъ я здѣсь, отъ скуки, за работой...

(Мезец).-- "Такъ я... быть можетъ... помѣшалъ?.."

-- Нисколько! васъ принять готова я съ охотой...

(Мезец).-- "Благодарю!.. по... я бы знать желалъ..

"Какъ вы въ своемъ здоровьи?.." -- Слава Богу!

-- А вы?..-- "Merci... я... все хвораю понемногу!.."

-- Какъ-такъ? что съ вами?..-- "Ахъ! не знаю самъ

"Но только я... я ужасъ какъ скучаю!.*

"А отчего? признаться вамъ:

"И самъ не знаю!"

Тутъ, онъ прежалобно вздохнетъ,

И длится полчаса молчанье,

Гдѣ созерцаетъ онъ мое шитье, вязанье...


(Представляетъ: какъ онъ со всѣхъ сторонъ разсматриваетъ ея работу).


-- Вотъ такъ... потомъ опять начнетъ:

-- "Что это шьете вы?..-- Вы видите.-- "Какъ мило!

"Какъ мастерски! какой узоръ!.."

-- Вамъ правится?..-- "Ахъ, очень!.." И уныло

Опуститъ голову, и конченъ разговоръ!

Вотъ, мы молчимъ, молчимъ, ну, такъ-что скучно станетъ!

То шляпу гладитъ онъ, то тросточкой вертитъ,

То посидитъ, то встанетъ,

То на стѣны, то на меня глядитъ...

Я, наконецъ, ужъ выйду изъ терпѣнья,

Начну сама:

-- Что съ за-мы??... онъ въ отвѣтъ: -- "Ахъ? я прошу... прощенья!

"Я... боленъ!.. я, уйду!.. о! я сойду съ ума!!..


(Показываетъ, какъ Мезецкій уходитъ въ отчаяніи)


Постойте! объясните,

-- Что съ вами сдѣлалось?..-- "Ахъ нѣтъ., я такъ убитъ...

"Я... не могу! васъ это огорчитъ..." --

-- Да отчего жъ? постойте!..-- "Нѣтъ!.. простите!.."

И послѣ этихъ словъ,

Женихъ чувствительный и умный, былъ таковъ!


(Почти съ хохотомъ).


Помилуйте! да что же въ немъ такова

Вы для меня нашли?!

Онъ мнѣ пріятнаго сказать не можетъ слова!

И развѣ ужъ года мои прошли,

Что я должна за нимъ гоняться?.

Онъ скученъ, какъ... романъ! и холоденъ -- какъ лёдъ

Пусть онъ богатъ, и добръ, вы можете съ нимъ знаться,

Но ваша дочь отъ скуки съ нимъ умретъ!

Нѣтъ, нѣтъ, папа! хоть вы меня браните,

Но эдакой женихъ не нуженъ, извините!..

Я уважать его готова... вотъ и все!

Пусть лучше тётушку онъ подъ вѣнецъ увозитъ...

Въ немъ жизни нѣтъ! онъ весь... ни-то, ни-сё!

Я жизнь хочу! а онъ... онъ просто заморозитъ!!


(Бросаетъ шляпу и трость опятъ на столъ).


Степановъ, (который все время былъ какъ на иголкахъ и посматривалъ на кабинетъ).

Молчи! безумная! Онъ тамъ? все слышитъ!.

Александрина, (испугавшись).

Какъ?!..


ЯВЛЕНІЕ X.


ТѢ ЖЕ, и МЕЗЕЦКІЙ, (входитъ быстро, въ сильномъ волненіи, и старается казаться веселымъ).


Мезецкій.

Да! да! я здѣсь!.. ха! ха! ха! ха! вообразите --

Андрей Ивановичъ, какой вѣдь я дуракъ!


(Какъ-будто нечаянно видитъ Александрину).


Ахъ! да и вы здѣсь тоже?.. извините...


(Ему весело).


Вообразите: какъ разсѣянъ я... смѣшонъ!..

Я до весны еще былъ дядей приглашенъ

Чтобъ вмѣстѣ ѣхать за границу,

И позабылъ совсѣмъ!.. сейчасъ лечу въ столицу!

Старикъ, чай, ждетъ меня, бранитъ, а я... ха! ха!

Глупѣйшимъ образомъ все время здѣсь теряю...

Да еще роль смѣшнаго жениха

Кчему-то представляю!...

Вѣдь именно смѣшно!.. но, впрочемъ, такъ и быть!

Ошибки дѣлали и глупости творили

Не мы одни!.: я васъ прошу поторопить,

Чтобъ лошадей моихъ спорѣе заложили,

Я поскачу сейчасъ домой,

Тамъ уничтожу всѣ затѣи и работы,

Все брошу! прокляну! и въ Петербургъ!..

Степановъ, (очень сконфуженный):

Другъ мой!

Прійди въ себя!... помилуй! что ты!

Повѣрь, что я...

Мезецкій, (перебивая его).

Я вѣрю: вы вполнѣ

Мнѣ всякаго добра желали,

Какъ истинный отецъ искали счастья мнѣ

Я васъ благодарю!.. однако жъ, вы не знали,

И я забылъ совсѣмъ, что съ дядей старикомъ

Мнѣ надо видѣться. Такъ поскорѣй, нельзя-ли

Мнѣ ѣхать? а не то отправлюсь я пѣшкомъ!..

Пусть догоняетъ кучеръ!


(Ждетъ къ столу, беретъ шляпу и трость).


Степанонъ.

Погодите,

Любезный другъ!..

Мезецкій, (съ досадою).

Нѣтъ! нѣтъ! прошу васъ, не держите!

Мнѣ больно! стыдно такъ... что я свой долгъ забылъ!

Степановъ.

Какъ! и безъ завтраку?.. ну, чѣмъ я васъ обидѣлъ?

Ну, что я тутъ?.. ну, ну, моя-ль вина?...


(Тихо ему, съ чувствомъ).


Забудь, пожалуйста, что слышалъ ты и видѣлъ!

Что дѣлать! такъ глупа, и молода она...

Все это... такъ!..

Мезецкій, (нетерпѣливо).

Мой Богъ! да все забыто!


(Вслухъ, почти съ крикомъ).


Скорѣе лошадей!! вотъ что нужнѣй всего!

Степановъ.

Иду! иду, сейчасъ!.. (Дочери вполголоса). Ну, матушка! а ты-то?

Ты, что? а?.. (Покачавъ головой). Дура ты! и больше ничего!....


(Уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ XI.


МЕЗЕЦКІЙ и АЛЕКСАНДРИНА.


Александрина, (про себя).

Ахъ! неужели онъ слышалъ все? какъ стыдно...

Какъ жаль, что вздумала надъ пилъ я такъ шутить!

Мезецкій, (про себя).

Мнѣ... это... болѣе смѣшно! а не обидно!

Я виноватъ тутъ самъ... какъ мнѣ ее винить?..

Не будь я такъ смѣшонъ, она бъ не стала

Безбожно такъ меня критиковать!..


(Рѣшительно).


Но, ужъ зато, теперь... не буду я молчать!..

Чтобъ впредь она со мной такъ вольно не играла!


(Подходитъ къ ней, стараясь скрыть волненіе).


Простите мнѣ... что я... въ послѣдній разъ,

Осмѣлюсь просьбою обезпокоить васъ...

Александрина, (съ боязнію поглядывая на него).

Какъ, просьбою?.. помилуйте... я рада

Исполнить все, что вамъ угодно... приказать...


(Про себя, съ трепетомъ).


Онъ такъ глядитъ... что отъ такого взгляда,

Я на него не смѣю глазъ поднять!..

Мезецкій, (съ выраженіемъ).

Я, навсегда, быть-можетъ, уѣзжаю,

А между-тѣмъ вашъ батюшка... желалъ

Женить меня, на комъ-то... я не знаю...

Александрина, (обидясь).

На комъ-то?.. какъ!..

Мезецкій.

Да, да, онъ очень хлопоталъ:

Ловилъ меня вездѣ, старался

Чтобы во всемъ повѣрилъ я ему,

И съ кѣмъ-то обвѣнчался...

Но, я вамъ признаюсь -- не вѣрю никому!

И такъ, ему отвѣта дать не смѣю,

И не рѣшусь всего ему сказать...

А потому, прошу васъ, передать:

"Чтобъ эту, навсегда, оставилъ онъ затѣю!

На счетъ женитьбы, я... и всѣхъ невѣстъ, у насъ,

Къ-несчастью, самаго невыгоднаго мнѣнья!

Александрина (удивляясь).

Какъ! вы?.. возможно ли!..

Мезецкій, (перебивая).

Я не скажу про васъ...

Вы еще молоды, и лучше, безъ-сомнѣнья;

Но много есть у насъ, дѣвицъ невѣстъ, такихъ,

Въ которыхъ, признаюсь: я не могу влюбиться!

Такихъ холодныхъ, жалкихъ и пустыхъ,

Что ни одна почти въ невѣсты не годится!

Александрина, (про себя, сильно сконфуженная).

Что это?.. кажется... мои слова?..

Мезецкій.

Да! да! хотя ихъ множество! сперва

Намъ напоказъ выводятъ, и вывозятъ,

Но обо всѣхъ почти одна молва!

Безъ чувствъ! безъ жизни всѣ! до свадьбы заморозятъ

Любаго жениха!

Помилуйте! кчему жъ? какая цѣль жениться?

Притомъ, какъ вѣтренны! иная такъ плоха,

Что, не боясь стыда, не чувствуя грѣха,

Надъ женихомъ еще изволитъ веселиться!

Вы спросите, за что? за то, что онъ

Ведетъ себя и честно и исправно,

Что онъ, почтительно, и искренно влюбленъ,

Иной, все это... кажется забавно!..

Что жъ въ этой дѣвушкѣ? когда почти въ глаза

Она дурачитъ всѣхъ, всю скромность забываетъ,

Безумно прыгаетъ, вертится какъ коза,

И чувства самыя святыя оскорбляетъ?

Что жъ въ будущемъ она мужчинѣ обѣщаетъ?

(Воспламеняясь). Нѣтъ! нѣтъ! я вамъ клянусь

Что ни на комъ отнынѣ не женюсь!!

Хотя, признаться...

Въ безуміи хотѣлъ изъ нихъ, къ одной,

Я всѣми мыслями и чувствомъ привязаться,

Она, казалося, была добра со мной;

Я полюбилъ ее душевно!

Всѣмъ ей пожертвовать желалъ,

Быть вмѣстѣ съ ней -- за благо почиталъ!

Объ ней одной лишь думалъ ежедневно!

Ну, словомъ, ей всю жизнь охотно посвящалъ!..

Она все это видѣла, и знала,

И что же сдѣлала?!.. забывши обо всемъ

Любовь и преданность... безбожно осмѣяла,

Чтобы остаться вѣкъ бездушнымъ существомъ!!..


Александрина при этомъ словѣ невольно приходитъ въ трепетъ и закрываетъ лицо, чтобъ скрытъ навернувшіяся слезы. Мезецкій, продолжаетъ съ большею силою).


Ну, что жъ? Богъ съ ней! пускай она смѣялась!

Ей въ жизни никогда ужъ счастья не видать!

А мнѣ въ удѣлъ одно теперь осталось --

Ее до гроба презирать!!

Александрина, (съ ужасомъ вскрикиваетъ).

Какъ! презирать?!..

Мезецкій, (грозно перебивая ее).

Да! да! всю жизнь! безъ сожалѣнья!

Какъ отъ меня, такъ и отъ всѣхъ людей,

Всю горечь общаго презрѣнья

Вотъ что судьба готовитъ ей!!

А если, къ большему несчастію, случится,

Когда впослѣдствіи, съ увядшей красотой

Она невольно вздумаетъ влюбиться,

То и насмѣшки всѣ услышитъ надъ собой!

А это очень можетъ статься...

Когда жъ она во всемъ увидитъ неуспѣхъ,

И горько будетъ плакаться на всѣхъ...

Тогда и я найду, найду надъ чѣмъ смѣяться!!!


(Уходитъ въ среднюю дверь).


ЯВЛЕНІЕ XII.


АЛЕКСАНДРИНА, (одна въ сильномъ волненіи стоитъ нѣсколько секундъ не говоря ни слова, потомъ произноситъ слова отрывисто; всѣ чувства невольно вырываются изъ груди, она въ одно время и плачетъ, и смѣется).


Какъ?.. что... я слышала?.. ахъ! въ первый разъ...

Мнѣ говорятъ... такъ сильно... дерзко... вольно...

Что это?.. слезы брызнули изъ глазъ!....

Ахъ! что со мной?... какъ сердцу стало больно!..

Меня... какъ будто... кто-то оживилъ!....

Мнѣ вдругъ, и страшно стало!.... и пріятно!....

Ахъ!.. неужели онъ все это говорилъ?....

О! да!.... теперь мнѣ все, все сдѣлалось понятно!...

Все, что теперь я чувствую... да... да...

Все это такъ мнѣ нравится!.. такъ ново!..

И онъ теперь уѣдетъ? онъ далъ слово

Со мной разстаться навсегда?..


(Кричитъ какъ-будто вслѣдъ ему).


Нѣтъ! нѣтъ! простите мнѣ!.. зачѣмъ вамъ разставаться,

Послушайте! вы можете остаться!


(Сильно топнувъ ногою).


Ушелъ!... совсѣмъ ушелъ!... и слѣдъ простылъ!...

Тогда меня оставилъ,

Когда онъ сдѣлался такъ милъ!

Когда вину мою почувствовать заставилъ...

Нѣтъ! нѣтъ! я съ нимъ теперь разстаться не хочу!

Я не пущу его въ дорогу!

Нѣтъ! право не пущу!

Затѣмъ, что я его... (съ сильнымъ чувствомъ) люблю теперь!.. ей-Богу!..

Ахъ! какъ несчастна я!


ЯВЛЕНІЕ XIII.


АЛЕКСАНДРИНА и ОЛЬГА МАРКОВНА, (вбѣгаетъ съ торжествующимъ видомъ).


Ольга Марковна, (громогласно).

Я счастлива! онъ мой!!

Александрина, (подходя къ Ольгѣ).

Ахъ! тетушка!..

Ольга Марковна.

Я торжествую снова!

Александриночка! порадуйся со мной!

Я скоро! скоро буду... Курдюкова!


(Ходитъ по комнатѣ довольная собой).


Александрина, (почти сквозь слезы).

Но я-то!.. я...

Ольга Марковна, (не слушая).

Да! да! къ вѣнцу скорѣй!


(Восторженно).


О! сколько предстоитъ мнѣ въ жизни райскихъ дней!!!

Александрина, (съ нетерпѣніемъ).

Но, тетенька!..

Ольга Марковна.

А? что? завидно? ну, я знала!

Пусть мнѣ завидуетъ весь свѣтъ!

Пусть знаютъ всѣ: что я не даромъ столько лѣтъ

О райскихъ дняхъ супружескихъ мечтала!

Что, Курдюковъ, каковъ бы ни былъ молодецъ,

Но даровалъ моимъ страданіямъ конецъ!

Я счастлива!..

Александрина.

А я въ несчастіе попала!

Ольга Марковна, (не слушая).

Пусть говорятъ: что онъ неловокъ, дикъ, смѣшонъ,

Но я... (кто бъ ни былъ онъ)!

Не говоря худаго слова,

Я скоро буду -- Курдюкова!!


(Звонитъ скоро и долго; входитъ слуга).


Давайте завтракъ поскорѣй!


(Слуга уходитъ).


Александрина.

Но, тётенька!...

Ольга Марковна, (также).

Что мнѣ теперь до всей вселенной!

Ты! ты былъ упоенъ любезностью моей...

Я накормлю тебя, другъ сердца неизмѣнный!

Александрина.

Но, тётенька! вы счастливы! а я...

Я просто мучусь! я страдаю!...

Ольга Марковна.

Какъ! ты страдаешь?.. О! душа моя...

Страдай! страдай какъ я! какъ я страданья знаю!

Тогда меня вполнѣ ты будешь понимать!..

Александрина.

Ахъ, Боже мой! не то! по-моему простѣе:

Я вовсе не хочу страдать,

А лучше выйдти замужъ поскорѣе!

Ольга Марковна.

А! нѣтъ! ты выстрадай полжизни! и потомъ

Когда перекипятъ душевныя тревоги,

Когда съ однимъ, съ другимъ, и съ третьимъ женихомъ.

Разладишь ты; когда прямой дороги

Ты къ счастью долго, долго не найдешь;

Когда утратишь ты надежды, рѣзвость, смѣлость...

И, такъ, какъ я поймешь дѣвическую зрѣлость..-

Тогда ты подъ вѣнецъ блаженствуя пойдешь!!

Александрина.

Ахъ! съ вами мнѣ не сговорить! ей-Богу!

Мезецкій, слышите-ль? Мезецкій мной любимъ!

Но я не знаю, какъ мнѣ помириться съ нимъ?

Онъ отправляется въ дорогу!

Я помогала вамъ, такъ помогите мнѣ!

Иначе -- я умру!!

Ольга Марковна.

Угрозы лишь однѣ!

Я сорокъ лѣтъ сама все умирать сбиралась...

А все-таки жива осталась!

Александрина, (съ большимъ чувствомъ).

Но, тетенька! вѣдь вы не то, что я!

Я чувствую теперь, что ежели Мезецкій

Уѣдетъ, я умру! Когда вина моя,

Проступокъ глупый, дѣтскій,

Не будутъ прощены, забыты навсегда --

Я вамъ клянусь! что я тогда,

Отъ горя и стыда,

Сойду съ ума! или умру навѣрно!

Спасите же меня! и помирите съ намъ!

Онъ созданъ мужемъ быть моимъ

Съ нимъ вмѣстѣ быть, любить его безмѣрно!

Ему -- всѣ чувства посвящать!

Вотъ въ чемъ теперь вся жизнь моя! и счастье

Вы можете его утѣшить, удержать,

Примите же во мнѣ участье!

Я плачу... видите? я плачу, не шутя!..


(Бросается къ ней на шею)


Ольга Марковна, (разчувствовавшись).

Ты плачешь... отъ любви?.. о, бѣдное дитя!

Ахъ! первая любовь и мнѣ была знакома!..

Меня ты тронула!... не плачь, я помогу,

Какъ ты мнѣ давича... онъ не уйдетъ изъ дома!

Сейчасъ же я бѣгу,

Его людей, и лошадей, заставлю

Припрятать, запереть въ сараѣ экипажъ,

И такъ какъ Курдюковъ, Мезецкій будетъ нашъ!

Александрина, (съ признательностью).

Ахъ тетенька!..

Ольга Марковна.

Да! да! я вашъ союзъ составлю!

Александрина.

Но онъ хотѣлъ уйти пѣшкомъ,

Когда...

Ольга Марковна.

Ужъ не уйдетъ! не смѣетъ!!

Я то ему скажу... что онъ со всѣмъ умомъ,

Сконфузится, и покраснѣетъ

А ты похлопочи, чтобъ завтракъ былъ готовъ,

Чтобъ все, все подали не говоря ни слова!

Поймаемъ, угостимъ безцѣнныхъ жениховъ!

И я... о, счастіе! я буду -- Курдюкова!!


(Убѣгаетъ).


ЯВЛЕНІЕ XIV.


АЛЕКСАНДРИНА одна, потомъ трое СЛУГЪ.


Александрина.

Ахъ! я бы и сама хотѣла съ ней бѣжать,

Чтобъ удержать Мезецкаго... да стыдно!

Что я скажу? и чѣмъ себя мнѣ оправдать?

Объ немъ судила я... такъ глупо и обидно,

Что мудрено меня простить!....

Но чувство нѣжное въ немъ вѣрно не погасло...

Онъ, кажется, не можетъ не побить!..


(Къ концу втораго стиха трое слугъ вносятъ закуски, приборы, и торопятся собратъ завтракъ. Александрина, осмотрѣвъ столъ, говоритъ строго).


А гдѣ жъ икра? балыкъ? и сливочное масло?


(Слуги б123;гутъ стремглавъ и приносятъ требуемое).


Ахъ! право, я не знаю... что со мной?..

Я такъ всего боюсь... какъ маленькій ребенокъ!..


(Снова кричитъ на слугъ).


Но развѣ все тутъ? Ахъ, какой!

Гдѣ жъ рыба? окорокъ? холодный поросенокъ?..

Трое слугъ, (разными голосами).

Ахти! сейчасъ! сейчасъ!


(Убѣгаютъ и приносятъ три блюда).


Александрина, (подбѣгая къ окну).

Ахъ! вотъ онъ!.. бѣдненькій! какъ" опустилъ головку...

Папашѣ руку жметъ... уже ль въ послѣдній разъ?..


(Опятъ слугамъ торопливо).


Скорѣй подайте все! рябиновку вишневку,

Малиновку, водянку, медъ и квасъ!


(Снова подбѣгаетъ къ окну, потомъ хочетъ нѣсколько разъ уйти изъ комнаты, но не знаетъ на что рѣшиться. Слуги дѣлаютъ свое).


Онъ тутъ еще... рѣшусь!.. (Бѣжитъ). Нѣтъ страшно!.. отчего же?

Ужь такъ и быть!.. (Бѣжитъ). Нѣтъ!.. нѣтъ!.. да! да!.. нѣтъ! я боюсь!..

О, что за вздоръ! бѣгу... нѣтъ! стыдно!.. о, мой Боже!

Да помогите жъ мнѣ! я, право, съ ногъ собьюсь!


(Въ отчаяніи).


Хоть кто-нибудь пришелъ бы на помогу!!.


ЯВЛЕНІЕ XV.


АЛЕКСАНДРИНА и КУРДЮКОВЪ.


Курдюковъ, (громко).

Ну! лучше эдакой скотины есть не много!

Александрина, (обрадовавшись).

Ахъ! это вы?.. ну, что?..

Курдюковъ, (занятый своими мыслями).

Порядокъ-съ! чистота!

И изобиліе-съ различнаго скота!

Александрина.

Я не о томъ! что тамъ? онъ сердятся? бранится?

Вѣдь вы, чай -- слышали? я васъ прошу сказать...

Курдюковъ.

Нѣтъ! не слыхалъ-съ! по вы должны гордиться:--

Скотина добрая-съ! Вамъ надо честь отдать!..

Александрина, (досадуя).

Ахъ! онъ о скотоводствѣ бредитъ!

(Ему). Мезецкій...

Курдюковъ, (перебивая ее).

Да нельзя-съ! вѣдь рѣдкій! крупный скотъ!

А главное-съ: у васъ я вижу всѣхъ породъ...

Александрина.

Пусть такъ! да что Мезецкій-то? уѣдетъ?

Курдюковъ.

Не знаю-съ! вашъ отецъ скрывалъ до-этихъ поръ,

Но Ольга Марковна меня-съ разодолжила!

Какъ отвела на скотный дворъ,

Такъ я вамъ доложу-съ... такъ душу усладила,

Что я былъ самъ не свой!

Порядокъ-съ! чистота! большое производство...

Да-съ! тотъ и человѣкъ, и семьянинъ прямой,

Кто любитъ въ жизни скотоводство!

Александрина.

Ахъ! онъ съ ума сведетъ! (Тащитъ его къ окну).

Да вотъ я про кого

Толкую вамъ!.. что онъ?..

Курдюковъ, (посмотрѣвъ).

Не вижу-съ... ничего!

Александрина, (съ крикомъ).

Ахъ! онъ уѣхалъ!!!..

Курдюковъ.

Кто-съ?..

Александрина.

Его не удержали!!..

Курдюковъ.

Кого-съ?..

Александрина.

Его! его!..

Курдюковъ.

Его-съ?.. онъ-съ, вѣрно сытъ!

Но Ольга Марковна зато меня-съ послали

Позакусить-съ... у насъ всегда есть аппетитъ!

Александрина, (бросаясь на диванъ въ отчаяніи).

Все кончено!!.

Курдюковъ.

Какъ такъ-съ? что вы сказали?

А! понимаю-съ! къ вамъ охотникъ-съ пріѣзжалъ?

У батюшки, я чай скотину торговали?

Но чѣмъ окончили-съ? не знаю-съ! не слыхалъ!


(Осматривая накрытый столъ).


Вотъ тутъ-то, мнѣ съ чего начать бы?

Крѣпчайшаго сперва-съ я думаю хватить?

Тамъ-съ, нектарцу сладчайшаго вкусить...

Да гдѣ жъ хозяинъ-то-съ?..


(Продолжая осматривать).


Александрина, (сквозь слезы).

И такъ... не будетъ свадьбы?..

Ахъ! я себѣ до гроба не прощу!!..


ЯВЛЕНІЕ XIV.


ТѢ ЖЕ, СТЕПАНОВЪ и МЕЗЕЦКІЙ.


Степановъ, (тащитъ его силою).

Нѣтъ! ужъ безъ завтраку, какъ хочешь, не пущу!...

Курдюковъ.

А! вотъ и вы-съ! мы ждемъ...

Александрина, (въ восторгѣ вскакиваетъ и про себя говоритъ).

Онъ здѣсь! ахъ! слава Богу!!..

Степановъ, (Мезецкому).

Нѣтъ! ужъ отъ хлѣба-соли братъ,

Отказываться грѣхъ!.. кто жъ больше виноватъ?

Такъ вотъ поѣвши, мы разсудимъ понемногу...

Александрина, (подбѣжавъ къ отцу).

Ахъ! виновата я! да! я одна!

Я чувствую, что я безумно поступала!


(Мезецкому).


Не ваша тутъ -- моя! моя вина!

Простите мнѣ! я васъ... не понимала/

Дурачилась, болтала обо всёмъ.

На васъ, на всѣхъ взводила небылицу...

Браните всѣ меня!.. (Мезецкому). Прошу лишь объ одномъ:

Не уѣзжайте за границу!

Степановъ, (обрадовавшись).

Ну! вотъ, любезный другъ, вотъ вамъ

Ея раскаянье и просьба!

Мезецкій (не смѣя вѣрить).

Что такое?

Какъ! неужели, вы?..

Степановъ.

Да! видно по глазамъ:

Заговорило ретивое!

(Ей). Что? что? теперь и вѣтрепность прошла?

Что, матушка? что? видно просмѣялась?..

Александрина, (нѣжно смотря на Мезецкаго).

Ахъ! да! лишь-только бы прощенія дождалась,

Тогда бъ вполнѣ я счастлива была!..

Мезецкій, (цѣлуетъ ея руку).

Александрина!..

Степановъ, (соединяя ихъ руки).

Эхъ! что тутъ за разговоры!

Мезецкій.

О! если такъ, то я... не ѣду! остаюсь!

Степановъ.

А я пословицы держусь:

"Худой миръ, лучше доброй ссоры!"

Курдюковъ, (громогласно).

Святая истина-съ! причемъ, имѣю честь...

Хватить крѣпчайшаго! за общее согласье...

Степановъ, (подходя къ Курдюкову).

Спасибо, братъ, Ефремъ!..

Мезецкій, (Александринѣ).

Клянусь! за ваше счастье,

Отнынѣ я готовъ на жертву все принесть!

Я самъ былъ виноватъ предъ вами...

Въ горячности я все приличіе забылъ,

И васъ невольно оскорбилъ

Безумными и дерзкими словами!

Александрина.

Нѣтъ, лучше, что вы все рѣшились мнѣ сказать;

Теперь себя и васъ я стала понимать.

Степановъ, (вздохнувъ).

Да и отцовскому-то сердцу, легче стало!..


(Беретъ рюмку).


Дай Богъ совѣтъ вамъ, да любовь!..


(Пьетъ).


Курдюковъ, (набивая ротъ).

И я... желаю съ!..

Степановъ.

Эхъ! да кстати-бъ, не мѣшало

Ефремъ Антонычу съ сестрой поладить вновь?

Курдюковъ, (продолжая ѣсть).

Нѣтъ-съ!.. мудрено-съ!..

Всѣ.

Какъ-такъ?

Александрина.

А какъ бы благодарна

Была она...

Курдюковъ.

Все такъ-съ... но... я... скажу-съ въ отвѣтъ

Она-съ... не къ масти мнѣ-съ! зело высокопарна..

Хозяйство у меня разстроитъ-съ!..

Александрина.

О, нѣтъ! нѣтъ!..

Курдюковъ.

Я-съ не лѣнивую ищу здѣсь пустозвонку,

А работящую, и русскую бабенку!

Степановъ.

Помилуй! да она хозяйка на заказъ:

Варитъ, нечетъ, коптитъ, и жаритъ все у насъ!

Курдюковъ.

Неужто- съ?..

Александрина.

Да-съ!

Степановъ.

А чуть не такъ... ну, скажешь,

Коли найдешь

Ошибки въ чемъ, поправишь, да прикажешь,

И, право, такъ-то съ ней подъ старость заживешь,

Что чудо!

Александрина.

Да, да, да, и я вамъ отвѣчаю...

Степановъ.

И я!

Мезецкій.

И я!

Курдюковъ.

Я-съ.. благодаренъ всѣмъ,

Но...


ЯВЛЕНІЕ XVII и ПОСЛѢДНЕЕ.


ТѢ ЖЕ, и ОЛЬГА, (подбѣгая къ Александринѣ, тихо ей).


Ольга.

Онъ останется!

Александрина.

Да, да, я знаю!..

Ольга, (подбѣгаетъ къ Курдюкову и подкуетъ его).

Что жъ вы?.. покушайте, мой другъ!..

Курдюковъ, (едва можетъ выговоритъ).

Ѣмъ-съ! ѣмъ...

Ольга.

Не церемоньтеся.

Курдюковъ.

Помилуйте-съ... зачѣмъ?..

Степановъ, (тихо Мезецкому).

Постой, пойдетъ на ладъ! (Курдюкову). Лишь было бы охоты...

Сестра ужъ угоститъ! на это рождена...

Вѣдь тутъ, братъ, это все, ея работы!

Курдюковъ, (удивляясь).

Э!.. что ты?!..

Степановъ.

Ей-ей! про ветчину что скажешь?

Курдюковъ, (съ удовольствіемъ).

Гммм!.. вкусна!..

Степановъ.

Вотъ, то то же! ('Тихо ему). Она сама коптила!

Курдюковъ.

Неужто-съ?!

Степановъ.

Да; ей-ей!

(Тихо ему). А давича она съ тобой вѣдь пошутила...

Съ замужествомъ эта блажь, повѣрь, пройдетъ у ней.

-- Что? рыба какова?..

Курдюковъ, (съ чувствомъ одобренія).

Ужъ рыба!..

Что въ ротъ-съ, то полное спасибо!

Степановъ, (показавъ на Ольгу).

Ея стряпни!..

Курдюковъ.

О-го!..

Александрина, (намазавъ на булки масла, Курдюкову).

А масло, каково?..

Попробуйте...

Курдюковъ, (ѣстъ, потомъ говоритъ съ видомъ знатока).

Гмм! да-съ!.. вкуснѣе моего!..

То-есть, не масло, просто сливки!..

Ольга, (присѣдая).

Я это все... готовила для васъ!..

Курдюковъ, (ей кланяясь).

По гробъ обязанъ-съ!..

Степановъ, (пересматривая бутылки).

Нѣтъ, попробуй-ка у насъ,

Какъ Ольга Марковна, работаетъ наливки!

Курдюковъ, (съ большимъ удивленіемъ).

Какъ-съ! (Eй). Вы... и это-съ?..

Ольга, (также).

Да-съ!..


(Наливаетъ ему рюмку и подноситъ).


Курдюковъ, (принимаетъ).

Не ожидалъ-съ!.. оно... полезно-съ? и пріятно!..

Степановъ.

Не правда ли, вкусна?

Курдюковъ, (прихлебывая).

Да-съ! крѣпко-съ! ароматно!


(Ей, съ нѣжностью).


Такъ, знаете... за сердце и беретъ!

Мезецкій.

Позвольте ужъ и мнѣ, на радости!..

Курдюковъ.

Вкусите --


(Показывая на Александрину).


Когда хотите...

Да ужъ отъ той-съ, кто вамъ сердечко отдаетъ...

Такъ вамъ вся сласть, вся суть понятна-съ будетъ!..

Степановъ.

А что? и впрямь!

Налейге-ка своимъ любезнымъ женишкамъ,

Оно и слѣдуетъ...


(Александрина наливаетъ и подаетъ Мезецкому).


Ольга, (подаетъ Курдюкову).

Вкусите...

Курдюковъ.

Да ужъ будетъ!..

Ольга.

Малиновка! попробуйте...

Курдюковъ, (Мезецкому).

Что-съ? вкусно?..

Мезецкій.

Чудный вкусъ!

Александрина, (съ намѣреніемъ).

У тётушки во всемъ всегда-былъ вкусъ прекрасный!..

Ольга, (съ чувствомъ Курдюкову).

Ефремъ Антонычъ!..

Курдюковъ, (про себя).

Охъ! какой искусъ!

Да и сама-то... у! глядитъ-съ, какъ соколъ ясный!..

Гмъ!.. ну, возьмемъ-съ.


(Беретъ отъ нея рюмку).


Ольга, (ему).

Да Богъ, чтобъ съ нынѣшняго дня

Меня вполнѣ вы оцѣпили...

И такъ какъ любятъ васъ... любили бъ вы меня!

Курдюковъ, (выпивъ, произноситъ громогласно)

Ну, Ольга Марковна-съ! меня вы... подкузмили!!

Позвольте-съ... ручку!..

Ольга, (въ восторгѣ протягивая ему руку, произноситъ торжественно).

Вотъ она!!!


(Обращаясь ко всѣмъ).


Ахъ! наконецъ, друзья, я имъ побѣждена!

Степановъ.

Ну, вотъ! давно бы такъ!.. (Тихо Ольгѣ). Смотри жъ, сестра, старайся

Похожей быть на всѣхъ порядочныхъ невѣстъ;

Хозяйничай, терпи, молчи, не завирайся,

А иначе, бѣда! онъ съѣстъ!

Александрина и Мезецкій. (имъ обоимъ).

Душевно поздравляемъ!

Степановъ.

Чудесно! значитъ, мы двѣ свадебки съиграемъ!

Мезецкій.

Да! да! но я прошу нельзя ли поскорѣй?..

Александрина

И я!..

Ольга.

И я!...

Степановъ.

Ужъ надо постараться...

Курдюковъ, (публикѣ, вполголоса).

А я... къ вамъ съ просьбою-съ: какъ я женюсь на ней.

Покорнѣйше прошу-съ... надъ нами не смѣяться!!


(Всѣ откланиваются).