# Дух масонства

Уильям Хатчинсон

(The Spirit of Masonry, in Moral and Elucidatory Lectures).

Нравоучительныя и изтолковательныя речи Вильгельма Гучинсона.

Перевод с немецкого.

РѢЧЬ I. Предметъ сего сочинен╕я

РѢЧЬ II. О обыкновен╕яхъ, обрядахъ и учрежден╕яхъ Древнихъ

РѢЧЬ III. О обыкновен╕яхъ, обрядахъ и учрежден╕яхъ Древнихъ

РѢЧЬ IV. Существо Ложи

РѢЧЬ V. Украшен╕я Ложи

РѢЧЬ VI. Украшен╕я и клейноды Каменщиковъ

РѢЧЬ VII. Храмъ ╤ерусалимск╕й

РѢЧЬ VIII. О Геометр╕и

РѢЧЬ IX. О Каменщическомъ степенѣ Мастера

РѢЧЬ X. Таинство Каменщиковъ

РѢЧЬ XI. О Щедрости

РѢЧЬ XII. О Любви Братской

РѢЧЬ XIII. О упражнен╕яхъ Каменщиковъ

РѢЧЬ XIV. Заключен╕е.

## ДУХЪ МАСОНСТВА.


Нравоучительныя и истолковательныя

РѢЧИ

Вильгельма Гучинсона.


СОДЕРЖАНІЕ.


РѢЧЬ I. Предметъ сего сочиненія

РѢЧЬ II. О обыкновеніяхъ, обрядахъ и учрежденіяхъ Древнихъ

РѢЧЬ III. О обыкновеніяхъ, обрядахъ и учрежденіяхъ Древнихъ

РѢЧЬ IV. Существо Ложи

РѢЧЬ V. Украшенія Ложи

РѢЧЬ VI. Украшенія и клейноды Каменщиковъ

РѢЧЬ VII. Храмъ Іерусалимскій

РѢЧЬ VIII. О Геометріи

РѢЧЬ IX. О Каменщическомъ степенѣ Мастера

РѢЧЬ X. Таинство Каменщиковъ

РѢЧЬ XI. О Щедрости

РѢЧЬ XII. О Любви Братской

РѢЧЬ XIII. О упражненіяхъ Каменщиковъ

РѢЧЬ XIV. Заключеніе

Прибавленіе


## ДУХЪ КАМЕНЩИЧЕСТВА.


## РѢЧЬ I. ПРЕДМЕТЪ СЕГО СОЧИНЕНІЯ.


Намѣреніе мое есть то, чтобы въ слѣдующихъ рѣчахъ добираться и изслѣдовать Степени Свободнаго Каменщичества и раздѣлить на разныя главы примѣчанія мои о существѣ сего Общества.

При принятіи моемъ обряды возбудили мое вниманіе; скоро примѣтилъ я, что подъ ними скрывалось болѣе, нежели обыкновенному оку представляется, Обративъ вниманіе мое на нихъ, нашелъ я, что первая моя мысль справедлива. Я размышлялъ и изъискивалъ означеніе ихъ, и думаю, что касательно произхожденія каменщичества, причинъ различныхъ учрежденіи онаго, означенія символовъ его, ихъ важности, и купно успѣха сего ученія, приобрѣлъ я нѣкоторый степень знанія.

Извѣстно свѣту, а еще болѣе Братіямъ моимъ, что въ Каменщичествѣ суть три степени: ученики, Товарищи и Мастеры, Принятіе и дальнее повышеніе Учениковъ въ Орденѣ заставятъ меня раздѣлитъ мои примѣчанія на три различныя пути,

Какимъ образомъ открываются различныя таинства Каменщиковъ, имъ однимъ сіе извѣстно. Братство сохранило вѣрность свою чрезъ многія столѣтія съ таковою твердостію, что не взирая на испорченные нравы и пороки рода человѣческаго, и по сіе время пребыло она таинствомъ для свѣта,

Чтобы уразумѣть систему нашу, надлежитъ намъ обратиться въ отдаленнѣйшую древность, и тамъ собратъ различныя части, при учрежденіи Ордена нашего въ едино составленныя, Во первыхъ должно разсмотрѣть сотвореніе человѣка и состояніе прародителей нашихъ въ садѣ Едемскомъ {Моисей, кн. I. гл. I. ст. 26: "И рече Богъ: сотворимъ человѣка по образу нашему и по подобію." Ст. 27. "И сотвори Богъ человѣка: по образу Божію сотвори его." Ст. 31: "И видѣ Богъ вся, едина сотвори, и се добра зѣло." Гл. 2. ст, 7. и созда Богъ человѣка, персть [вземь] отъ земли, и вдуну въ лице его [въ Нѣмецкомъ переводѣ; и вдуну въ ноздри его] дыханіе жизни: и бысть человѣкѣ въ душу живу."}.

Когда Адамъ, сіе подобіе БОГА, отъ Него же безпосредственно произшелъ онъ, изшелъ изъ рукъ Творца своего; тогда безъ сомнѣнія былъ онъ совершенъ въ стройности и красотѣ; созданъ въ высочайшемъ совершенствѣ, къ коему токмо природа человѣческая на землѣ способна; устроенъ для селеніи блаженства и рая, гдѣ грѣхъ и горесть были, не знаемы; толико совершенъ тѣломъ и душою, что могъ сноситъ присудствіе Божіе и бесѣдовать лицемъ къ лицу со Всемогущимъ {Моисей, кн. I. гл. 2. сь. 16, 17, 19. гл. 3. ст. 9, 10; II, 12, 17.}; -- толико-то превосходилъ онъ избранныхъ во Израилѣ. Разумомъ одаренъ былъ онъ соразмѣрно состоянію своему, какъ такой, человѣкъ, коего Всемогущій удостоивалъ своими посѣщеніями; сердце его имѣло всѣ добродѣтели, ни чемъ не помраченныя; небесныя дарованія! Время его протекало исполненію Премудрости, веселія и восхищенія; книга Природы отверзта была понятію его, и всѣ таинства оной разуму его были открыты; онъ зналъ откуда и что онъ. Но и сіе было токмо низкая степень его способностей: ибо, сколъ чуднымъ то ни представляется намъ; однакожъ истина есть неоспоримая, что онъ имѣлъ достаточное познаніе о Всемогущемъ и страшномъ Творцѣ міра сего, видѣлъ Его естественными очами, слышалъ гласъ, и разумѣлъ законы Его; величество Божіе представлялось ему ясно.

Къ сему-то източнику совершенства и премудрости человѣческой должно обратиться намъ, когда размышляемъ о наукахъ и знаніяхъ, ощастливлявшихъ первый возрастъ міра сего, Для такого-то высокаго блаженства и веселія сотворенъ; въ такія-то селенія міра, гдѣ Ангели служили и Божество хождало, помѣщенъ былъ Отецъ рода человѣческаго.

Но ахъ онъ палъ. Неповиновеніе изтребило всю славу сію и блаженство. Сколь ужасно, что и посредѣ такого высокаго состоянія сатана побѣдитъ могъ!

Естьли хотимъ разсуждать о премѣнѣ, претерпѣнной Адамомъ при изгнаніи его изъ рая по безобразію разпространившемуся на поверхности земли всея; то должно принятъ, что изгнанный сей, когда не въ образѣ тѣла своего, то по крайней мѣрѣ въ разумѣ своемъ помрачился; что довѣренность к твердая вѣрность уступили мѣсто свое недовѣрчивости, ревности и невѣрію, которое и самыя свидѣтельства отвергало; что заключенія не основывались на опредѣленіяхъ, но между внѣсредоточными положеніями колебались; что заблужденіе овладѣло престоломъ Премудрости, а прелести престоломъ разсудка; что терніе и волчцы прозябли на мѣсто изящныхъ цвѣтовъ познанія, во Едемѣ цвѣтшихъ; и что мрачность облаками своими затмила свѣтъ понятія.

Нѣтъ ни единаго изъ преданныхъ намъ свидѣтельствъ, по которому бы я точно опредѣлитъ могъ, въ какомъ степени неповиновеніе и грѣхъ разумъ Адама непосредственно ограничили; но довольно мы увѣрены, что великія и страшныя слѣдствія весьма скоро въ Адамовомъ потомствѣ явились. Чаятелѣно, что Праотецъ нашъ сохранилъ память свою во всей ея силѣ: страшная частъ наказанія за не послушаніе его! Память сія представляла ему совершенныя изображенія и неизгладимыя чувствованія потеряннаго имъ; а чрезъ самое то усугублялась горечь имъ приобрѣтеннаго. Вспомоществуемъ памятію Адамъ училъ семѣйство свое наукамъ, которымъ изучался онъ въ Едемѣ, и познанію о Природѣ и о Богѣ оной, тамъ же имъ приобрѣтенному. Естественно, что нѣкоторые изъ нихъ сохранили таковое ученіе Премудрости и предали вѣрно потомкамъ своимъ. Чада Каина (печать проклятія на челѣ своемъ носящія) безъ сомнѣнія оставлены были въ невѣжествѣ {Моисей кн. I. гл. 4. ст. 16: И изыде Каинъ отъ лица Божія.}.

Не сомнительно, что преданіе сохранило съ крайнею вѣрностію ученіе первыхъ Праопщевъ нашихъ; ибо прежде потопа человѣки наслаждались жизнію долговременною, въ чемъ и книги Моисеевы насъ увѣряютъ. Но по чрезвычайному размноженію чсловѣковъ на землѣ и разсѣянію ихъ по разнымъ мѣстамъ шара земнаго, неоцѣненныя ученія о познаніи. Истины, отъ перваго человѣка полуденныя пришли въ замѣшательство и поврежденіе: немногіе только сохранили ихъ чисты и совершенны. Къ великому утѣшенію нашему, немногіе сіи предали ихъ слѣдующимъ столѣтіямъ; они-то сохранили и всеобщій языкъ тотъ не поврежденной при смѣшеніи въ долинѣ Синеарской, и такимъ образомъ сберегли чхъ для потомства.

Вотъ какъ должно взирать на перваго Праотца нашего, яко на первоначальнаго познателя ПОЧИТАНІЯ ИСТИННАГО БОГА, которому религія и таинства Природы первому открыты были и отъ коего вся премудрость свѣта имѣетъ свое начало.--

Во времена, въ которыя произошли нынѣшнія правила и основательныя положенія системы Свободнаго Каменщичества умъ человѣческій прилѣпленъ былъ къ иносказаніямъ, изображеніямъ и мистическимъ знакамъ, подъ которыми скрывались у многихъ народовъ науки ихъ, обыкновенія, учрежденія и поученія. Изобрѣтеніе сіе было древнѣйшихъ времянъ. Египетскіе жрецы сокрыли отъ народа таинства религіи своея Символами и Іероглифами, вразумительными сущимъ только въ Орденѣ ихъ. Жрецы римскіе и Греческіе, чтобъ сокрытъ науку предсказанія употребляли другія средства; прорицанія ихъ разумѣли только братія ихъ, а сіи народу оныя уже толковали.

Чтобы скрыть таинства Каменщичества, то подражали благоразумно примѣрамъ симъ. Таинства Братства, подобно листамъ Сивиллы, представляются свѣту, яко не ясныя и раздранныя отрывки; но Каменщики находятъ въ нихъ согласную и благосоставленную систему.

При учрежденіи общества сего, которое есть купно духовное и свѣтское, предпочтительно всему употребили вниманіе свое къ познанію БОГА Природы и благоугодному служенію Ему.

Се первая степень, на которой Мастера наши за благо разсудили утвердить Каменщичество; они знали опытомъ, что всѣ гражданскіе союзы и обязательства держались религіею, что изъ оной изтекаютъ всѣ обязанности, которыя человѣческій родъ къ общественнымъ дѣяніямъ согласить могутъ; и для того-то краеугольный камень зданія своего положили въ нѣдрахъ религіи {Религія составляешь все. Зри, Богиня низходитъ съ облаковъ къ бѣдному человѣку: въ лѣвой рукѣ несетъ она ему сей міръ, а въ правой будущій. Религія! единое орудіе, дѣлающее человѣка человѣкомъ. Она есть единая подпора, возвышающая человѣка выше его самаго, которая даже и въ сей нощи слабости, перемѣны и смерти даруетъ душѣ его душу, дѣйствующую яко БОГЪ. Религія! Провиденіе! будущность! Здѣсь можно съ надеждою ступати, Се земля твердая! Она можетъ насъ держати; все прочее есть море; зыблется подъ нами, обуреваетъ насъ, а наконецъ и совсѣмъ поглощаетъ. Праведный мужъ хватаетъ рукою своею за Небо; оставляешь спокойно навсегда вертящуюся землю и суетныхъ вихрей оной ни мало не чувствуетъ. "См. Нощныя Размышленія Д. Ед. Юнга, Ночь 4.}.

Въ первыя времена, послѣ потопа, у всѣхъ народовъ, намъ извѣстныхъ, служеніе истинному БОГУ сокрыто было подъ изображеніями, и идолослуженіемъ осквернялось. Люди, которые въ ученіи истины не были наставлены отъ сохранившихъ Премудрость прежде потопа бывшую, но остались преданы дѣйствіямъ собственнаго разума ихъ, усмотрѣли, что должна быть великая причина согласія между Природою и чудесами исполненною цѣпію ея твореній. По невѣжеству своему представляли они Творца твореній сихъ чрезъ такія вещи, кои сильнымъ вліяніемъ въ видимый міръ все вниманіе ихъ на себя привлекали; и для того солнце и луна были у нихъ символами Божества {Потомство Хама отринуло ученіе Предковъ своихъ, и вмѣсто Божества, которое почитать онъ училъ ихъ, приняло изображеніе, и на мѣсто ИСТОЧНИКА ВСЯЧЕСКИХЪ обожало солнце, которое въ первые вѣки послѣ потопа почиталось емблемою Божества. Хусовы потомки, называемые Хуситы, были тѣ странствующіе, которые обряды свои, вѣру и нравы во всѣхъ частяхъ свѣта разсѣяли; они были первые отпадшіе отъ истины, но при томъ весьма знающи въ мудрости свѣтской. Во время странствованій своихъ соединились они съ другими народами, особливо съ побочными поколѣніями, рода своего, какъ-то Мисраимы, Кафторимы и Хананиты. Всѣ сіи произходили отъ Хама бывшаго въ великомъ почтеніи у потомковъ своихъ. Они называли его Аммонъ. По прошествіи многихъ лѣтъ возвысили его въ божеское достоинство, покланялись ему яко солнцу и отъ сего получили названіе Аммонитовъ.

"Божество, ими чтимое, было солнце; ко вскорѣ начали прилагать имя сіе нѣкоторымъ изъ предковъ своихъ; а отъ сего произошла религія смѣшанная. Предпочтительно всѣмъ обожали они великаго Патріарха своего, бывшаго главою рода ихъ. Они чтили его, яко источника свѣта, а солнце принимали за изображеніе вліянія могущества его". Изъ Бріантова Изслѣдованія о богослуженіи древнихъ.}.

Моисей изученъ былъ всей мудрости Египетской и допущенъ къ знаніямъ Мудрецовъ народа сего, чрезъ которыя, ученость древняго свѣта свято сохраняема была; ибо предъ очами безбожниковъ и народа была она покрыта покровомъ Символовъ и Іероглифовъ, а сообщалась только мужамъ ихъ Ордена, и то съ раченіемъ, тайностію и осторожностію. Не должно удивляться тайности сей, сстѣли разсудимъ какое гоненіе претерпѣлобъ таковое исповѣданіе вѣры, которое въ невѣжествѣ и суевѣріи погруженному народу не нравилось. Сіи Мудрецы имѣли также безцѣнное знаніе о силахъ Природы, о свойствѣ вещества, о качествахъ вещей что было весьма опасно сообщатъ злосердымъ и невѣждамъ, которыхъ злые нравы угрожали наистрашнѣйшими злодѣйствами. Сіе заключитъ можно по дѣяніямъ оныхъ безбожниковъ и непросвѣщенныхъ, которые противоборствовали Моисею, {Моисей книга 4. гл. 7. ст. 11, 12, 22; гл. 3. ст. 7, 18.} въ такихъ чудесахъ, которые непосредственные знаки и вліяніе Божества являли.

Моисей обнажилъ служеніе Божеству, снявъ съ него покровъ таинствъ и изображенія; онъ училъ Іудеевъ познанію БОГА вселенной, не оскверняя знанія сего заблужденіями народовъ земли сея, не повреждая его вымыслами и игрушками народовъ восточныхъ, отъ коихъ получилъ онъ первыя понятія и первое о Божествѣ познаніе {Сочинитель Разсужденія о древнихъ языческихъ таинствахъ, который защищаетъ положенія Доктора Варбуртона противу Доктора Леланда, говоритъ такъ: "Язычники имѣли неединое токмо явное и всеобщее Богослуженіе; но было у нихъ также и сокровенное: къ сему не допускали никого, кромѣ избранныхъ чрезъ предуготовленные обряды, называемые Инаціями, или посвященіями. Сіе сокровенное Богослуженіе называлось Мистеріями или таинствами. И сего послѣдняго Богослуженія было также два рода: великія таинства и малыя. По мнѣнію Глочестерскаго Епископа, въ малыхъ таинствахъ, посредствомъ нѣкоторыхъ таинственныхъ обрядовъ и изображеній, учили о произвожденіи общества человѣческаго и познанію будущей жизни. Онѣ были токмо приуготовленіемъ къ величайшимъ таинствамъ, и всѣмъ посвященнымъ безъ изъяьія и опасенія сообщались".

"Таинство величайшихъ мистерій состояло въ ученіи о ЕДИНСТВѢ и въ открытіи заблужденій во всеобщемъ МНОГОБОЖІИ. Сіи сообщались не всѣмъ желающимъ безъ изъятія, но токмо весьма малому числу избранныхъ, которыхъ для таинства сего почитали способными".

"Посвященные обязывались ТОРЖЕСТВЕННѢЙШИМИ КЛЯТВАМИ начинать вести жизнь свою, въ наистрожайшемъ благочестіи и добродѣтели; къ сему намѣренію подавали имъ всевозможную помощь и поощреніе. Въ сіи времена язычники преданы были величайшимъ порокамъ и разпутности: къ сему побуждали ихъ примѣры Боговъ. Ego homuncio hoc non facerem? [Мнѣ ли слабому человѣку сего несдѣлать?] было обыкновенное оправданіе ихъ, когда хотѣлось кому снять узду съ пороковъ своихъ. Мистеріи или таинства противоборствовали злу сему, и въ самомъ корнѣ его изторгали; и для того-то просвѣщеннымъ, коихъ почитали способными, открывали весь обманѣ сей. Мистагогъ, или Таиноначальникъ, научалъ ихъ, что Юпитеръ, Меркурій, Бахусъ, Венера, Марсъ и все сонмище распутныхъ боговъ, сушь токмо умершіе люди, кои во время жизни преданы были тѣмъ же порокамъ и слабостямъ, какъ и сами они; но съ другой стороны были благодѣтели рода человѣческаго; а для того-то благодарное потомство помѣстило ихъ въ число боговъ; но отъ неосторожности съ добродѣтелями купно и пороки ихъ освятило".

"Послѣ таковаго опроверженія боговъ баснословныхъ, естественнымъ порядкомъ слѣдовало, что Высочайшій Творсцъ всяческихъ заступалъ ихъ мѣсто. По ученію ихъ почитали они Его, яко Творца всея вселенной, проницающаго всемогуществомъ своимъ, и провидѣніемъ все управляющаго. Но должно примѣтить, что высочайшій Творецъ сей представлялся имъ такимъ образомъ, что понятія о особенныхъ богахъ покровительствующихъ навсегда при нихъ оставались. Они принимали ихъ яко существа превосходящія человѣковъ, но повинующіяся Богу и распредѣленныя имъ въ различныя части творенія Его, Сіе было всеобщее изъ древности принятое мнѣніе, въ коемъ Христіанинъ никогда не сомнѣвался. Таинствамъ Мистерій противоборствовали общее многобожіе и обожаніе умершихъ человѣковъ".

"Безъ сомнѣнія мудрые Мужи оные сохраняли сіе въ Мистеріяхъ, яко таинство. Ибо по мнѣнію ихъ не токмо изтребленіе ложныхъ боговъ сихъ, но и низложеніе оныхъ произвело бы великое "замѣшательство въ системѣ общаго многобожія и еще болѣе бы его разстроило".

Сіе можетъ побудить насъ утверждать, что таинства Египетской Миѳологіи открыты были Моисею отъ учителей его, то есть познаніе единаго Бога, обнаженное отъ всѣхъ символовъ и чувствованій, простой народѣ связующихъ.}.

На семъ періодѣ основывается вторая степень Свободнаго Каменщичества: ХРАМЪ ВО ІЕРУСАЛИМѢ показуетъ принятіе Товарищей.

Помощію откровеніи и вдохновенія Божія Моисей имѣлъ высочайшія знанія, нежели Египетскіе учители его: онъ зналъ означеніе и разумѣлъ развязывать Іероглифическія писмена, употребляемыя народомъ симъ въ своихъ лѣтописяхъ. Безъ сомнѣнія сіе было частъ первоначальнаго познанія, чтобы посредствомъ буквъ изобразитъ ясно глазамъ нашимъ мысли и чувствованія душевныя. Въ послѣдующая времена затьмилосъ знаніе сіе и было обезображено символами и Іероглифами. Однакожъ не посредственнымъ соизволеніемъ Небесъ Моисей, приобрѣлъ знаніе первоначальныхъ буквъ сихъ, и чрезъ то пришелъ въ состояніе данныя ему на горѣ ЗАПОВѢДИ БОЖІИ открытъ Народу своему и начертавъ на дскахъ каменныхъ предать потомству. {Моисей, кн. II. гл. 31. ст. 18. "И даде Богъ Моисею, егда преста глаголя ему на горѣ Синайстѣй, двѣ скрижали свидѣнія, скрижали каменныя, написанны перстомъ Божіимъ". гл. 34. ст. 1. "и рече Господь къ Моисею: истѣши себѣ двѣ скрижали каменныя, якоже и первыя, и взыди ко мнѣ на гору: и напишу на скрижадѣхъ словеса, яже бяху на скрижадѣхъ первыхъ, иже сокрушидъ еси." ст 27. "И рече Господь къ Моисею: напиши себѣ словеса сія; въ словесѣхъ бо сихъ положилъ тебѣ завѣтъ и Израилю.}

Естественно, что Израильтяне изъучены были дѣяніямъ, чрезъ которыя сообщалась имъ воля Божества. Сіе побудило ихъ написать ученія Предводителя своего его толкованіе Законовъ, дабы предать ихъ чадамъ своимъ. Естѣли мы повѣримъ примѣчаніямъ и догадкамъ ученыхъ путешественниковъ, то еще и до сего дня начертанія на горахъ суть памятники странствовавшихъ Евреовъ.

Но обратимся ко произшествію системы нашея. Не должно мыслить, что мы составляемъ такую секту, которая приемлетъ положенія закона, противныя Откровенію Сына Божія, яко то, будто мы чтимъ Божество подъ имянемъ Бога Природы, и отвергаемъ посредство, которое изъ милосердія всѣмъ вѣрно вѣрующимъ предлагается. Въ нынѣшнія времена Члены Общества нашего въ третіемъ степени Каменщичества признаютъ себя Христіанами. ЗАВѢСА XРAMA РАЗДРАНА, АРХИТЕКТОРЪ УБІЕНЪ, И МЫ ВОЗСТАЛИ ОТЪ ГРОБА ПРЕСЛУШАНІЯ.

Слѣдуя слабому мнѣнію моему, неможно принять, что имя Каменщикъ въ Обществѣ семъ доказываетъ, будто рожденіе и произхожденіе онаго относится къ единымъ строителямъ, архитекторамъ, или художникамъ. Въ то время, когда Моисей повелѣлъ созидать Скинію свидѣнія, и когда Саломонъ вознамѣрился строить Храмъ Іерусалимской {Моисей, кн. II. гл. 31. ст. 2--7. Се нарекохъ именемъ Веселіила, сына Уріи, сына Орова; отъ племени Іудина, и наполнилъ его Духомъ Божіимъ Премудрости, и смышленія, и вѣденія во всякомъ дѣлѣ разумѣти, и архитектонствовати, дѣлати злато и сребро и мѣдь, и синяту и багряницу, и червленицу прядену, и виссонъ сканый, и каменное дѣло, и различныя древодѣльства дѣлати во всѣхъ дѣлахъ. И азъ дахъ его Іедіава, сына Ахіасмахова, отъ племене Данова: и всякому смысленному сердцемъ дахъ смыслѣ; и потрудятся и сотворяшъ вся, едина заповѣдахъ тебѣ: скинію свидѣнія, и пр.-- гл. 36. ст. 1. 2. И сотвори Веселіилъ и Еліавъ, и всякъ мудрый умомъ, емуже дана есть Премудрость и хитрость въ нихъ разумѣти вся дѣда, яже ко святыни надлежащая, по всѣмъ, едина заповѣда Господь. И призва Моисей Веселіила и Іеліава, и вся имущія Премудрость, имъ-же даде Богъ разумъ въ сердцы, и вся волею хотящія приходный къ дѣламъ, еже совершитися.}, выбрали они отъ Народа своего Мужей просвѣщенныхъ истинною вѣрою, исполненныхъ Премудрости и кроткаго усердія, довольно искусныхъ къ совершенію сихъ твореніи богобоязненности. При семъ случаѣ Предки наши явились предъ свѣтомъ яко строители; они совокупились въ едино Общество и сдѣлали полезные законы для управленія употребляемыми при сихъ великихъ твореніяхъ. Отъ сего времени всѣ тѣ, кои въ строеніи упражняются приняли имя Каменщикъ, яко названіе почтительное отъ прочихъ Художниковъ ихъ отличающее. Я думаю, что имя Масонъ {Слова Mason и Masonry, кажется, произходятъ изъ Греческаго; ибо Греческій языкѣ былъ ими принятъ, что разными примѣрами въ продолженіи сочиненія сего доказано будетъ. Когда Друиды что нибудь писали, то употребляли писмена Греческія. Я осмѣливаюсь утверждать, что совершеннѣйшіе остатки обрядовъ и обыкновеній Друидскихъ, которые еще между человѣками находятся, сохранены въ обрядахъ Каменщиковъ. Братія мои въ состояніи съ точностію наслѣдовать сіе; но я не могу изъяснить сего предъ Публикою. Вѣроятно, что первоначальныя имена Mason и Masonry происходятъ, или суть испорченныя μυςυριον, [таинство], μηςης [посвященный.]} (Англійское слово, зназначащее Каменщика) имѣетъ начальное произхожденіе изъ такого языка, въ которомъ оно заключаетъ въ себѣ сильное выраженіе означенія и свойствъ существа сего Общества, но никакого отношенія къ строителю не имѣетъ. Французское слово Maison означаетъ семейство, или особливое поколѣніе народа, кажется, слово сіе составлено было изъ Μαω σωαν т. е., ИЩУ СПАСЕННАГО, или сохраненнаго; а названіе Masonry (Каменщичество) есть испорченное Μεσγρανεω, Я ПОСРЕДѢ НЕБА, или Μαζγςοον, ЗНАКЪ НЕБЕСНЫЙ. Іовъ. гл. 38. ст. 32. Догадка сія возвышается изображеніями нашими.

Я весьма склоненъ утверждать, что имя МАСОНЪ значитъ членъ особой религіи, исповѣдующій и почитающій Божество посредѣ неба пребываніе свое имѣющее.

Доказательство, что разныя положенія сіи въ Каменщичествѣ справедливы, и доводы о важности Ордена для самихъ Каменщиковъ, будутъ содержаніемъ рѣчей моихъ.

Строго предписываются намъ правила Нравоученія; а человѣколюбіе и любовь братская суть необходимыя наши должности. Какимъ образомъ онѣ предписываются намъ, и какъ въ дѣйство производить ихъ можно, о семъ также въ слѣдующихъ листахъ моихъ разсуждать буду.

Первое намѣреніе въ рѣчахъ моихъ было не только то, чтобъ изъяснить Братіямъ моимъ существо ихъ исповѣданія; но и показать свѣту, что таинства наши весьма важны, и опровергнуть нарѣканія, коими укоряютъ насъ, въ разсужденіи пороковъ невѣжества и безпорядка нѣкоторыхъ неистовцевъ, между Каменщиками находящихся. Естьлибъ преступленія нѣкоторыхъ только помрачали цѣлое Общество; то нѣтъ на всей землѣ Общества, ни духовнаго, ни гражданскаго, котороебъ отъ нарѣканія свободно пребыло.


## РѢЧЬ II. О ОБЫКНОВЕНІЯХЪ, ОБРЯДАХЪ И УЧРЕЖДЕНІЯХЪ ДРЕВНИХЪ.


Нѣтъ сомнѣнія, что обряды наши таинства приняты изъ обыкновеній, обрядовъ и учрежденій древнихъ, а нѣкоторыя между ими изъ самыхъ отдаленнѣйшихъ столѣтій. Нравоученіе наше произошло изъ правилѣ Греческихъ философовъ (любомудрцевъ) и чрезъ Христіанское Откровеніе учинилось совершеннѣйшимъ.

Основатели Союза сего устремляли вниманіе свое на успѣхѣ религіи, и какъ въ первыхъ, такъ и въ прочихъ степеняхъ изобразили оное Символами.-- Познаніе Бога Природы составляетъ первое основаніе Системы нашей; во второй степени представляется Богослуженіе, по законамъ Іудейскимъ; Христіанское же домоправленіе въ третіей и высочайшей степени изобразуется.

Чрезвычайно трудно изслѣдовать съ нѣкоторою точностію дѣйствительное происхожденіе Символовъ нашихъ и откуда обряды и таинства наши извлекаются.-- Я предложу нѣкоторыя древнія учрежденія, изъ коихъ могутъ они производимы быть.

Ассидеи [секта между Іудеями, раздѣляющаяся на Праведныхъ и Милосердыхъ] Праотцы и Предки фарисеевъ и Ессеянъ, возвысили преданія свои о начертанномъ словѣ, и наблюдали такую строгость и святость, которыя и самый, законъ превозходили. Наконецъ впали они въ заблужденіе Саддукеевъ; ибо начали отвергать возстаніе, наказаніе и награжденіе послѣ жизни сея.

Ессеяне {Происхожденіе слова Esiaei или Esseni есть различно; предпочитаемое мною есть отъ Сирскаго слова Аза, означающаго Θεραπεὺειν , врачевать болѣзни. Ибо хотя и прилѣжали они отмѣнно къ Библіи; однакожь о Врачебной наукѣ старались.

Начало секты сея, кѣмъ и когда она учредилась, назначить весьма трудно. Нѣкоторые почищаютъ ее толикоже древнею, какъ Рехабитовъ, утверждая, что различіе между сими и Кенитами, о которыхъ упоминается въ кн. 1 Судей, ст. 16., состоитъ токмо въ нѣкоторыхъ прибавленныхъ правилахъ и законахъ; и слѣдственъ по древность Ессеянъ равняется съ исходомъ Израильтянъ изъ Египта, ибо Іеѳрай Моисеевъ тесть, былъ Кенитъ, какъ то явствуетъ изъ Священнаго Писанія. Однакожь кажется, что ни единое изъ сихъ доказано быть не можетъ; ибо о Кенишахъ. не упоминается въ Священномъ Писаніи, яко о особенномъ обществѣ, или сектѣ, но яко объ отдѣленномъ семействѣ, родѣ, или поколеніи. Моисей Кн. Числ. гл, 24. ст. 2. Второе: Рехабиты не строили домовъ, но жили въ шатрахъ; въ домоводствѣ не упражнялись; не сѣяли и не садили, не разводили виноградовъ, да и совсѣмъ ихъ не имѣли. Іерем. Гл. 55. см 7, Напротивъ того Ессеяне не жили въ шатрахъ, но въ домахъ и предпочтительно въ домоводствѣ упражнялись. Одинъ изъ Іудейскихъ учителей говоритъ, что Ессеяне были Назиреи; но сіе невозможно, ибо законъ повелѣвалъ, чтобъ Назиреи во время обѣта своего находились предъ вратами Скиніи, или храма, Моисей Кн. Чиселъ, гл. 6. Но Ессеянамъ запрещенъ былъ входъ во Храмъ. И такъ когда и кѣмъ учреждена секта сія, томъ не извѣстно. Первый, котораго нахожу я, упоминаемаго подъ названіемъ Ессеянина [въ Іосифѣ, гл. 13. Ст. 19] есть нѣкто Іуда, жившій во времена Аристовула, сына Іоанна Гиркана, почти за 100 лѣтъ предъ рождествомъ Спасителя нашего. Однакожь секта сія гораздо сего старѣе; ибо всѣ три секты: Фарисеи, Саддукеи и Ессеяне были еще во времена Іонаѳана, брата Іуды Маккавея, за 50 лѣтъ прежде Аристовула. Нѣтъ сомнѣнія, что секта сія продолжалась до временъ Спасителя нашего и еще послѣ. Филонъ и Іосифъ говорятъ о ней, яко о существующей еще во времена ихъ. Какаяжь была тому причина, что въ Новомъ Завѣтѣ ничего о нихъ не упоминается? На сіе отвѣчю: Первое, во времена Филона и Іосифа число ихъ, кажется, было не велико, не болѣе 4000; разсѣяніе ихъ по многимъ городамъ, ослабило секту сію; а можетъ быть во времена Спасителя нашего въ Іерусалимѣ было ихъ весьма мало, или и совсѣмъ никого. Второе: Историки описываютъ ихъ міролюбивыми и тихими, ни съ кѣмъ не спорившими, и слѣдственно не подверженными такимъ распрямъ, какъ фарисеи и Саддукеи, которые хотя одни другимъ и противоборствовали, но обое соединились противъ Христа. Третіе: для чегожъ и о нихъ не пропустить въ Новомъ Завѣтѣ, [особливо когда они такъ спокойно и безъ всякихъ распрей пребывали между собою,] какъ въ Вѣтхомъ Завѣтѣ о Рехабитахъ, о коихъ упоминается только единожды, да и то мимоходомъ, хотя Орденъ сей стоялъ уже 300 лѣтъ прежде, какъ то Пророкъ Іеремія свидѣтельствуетъ о немъ? Ибо Хронологи примѣчаютъ, что между Іоанномъ, современникомъ Іонадава, и Седекіею прошло довольное число годовъ. Наконецъ естьли въ Священномъ Писаніи и не находится имени Ессеянъ, то находимъ въ Посланіяхъ Павла опроверженіе многихъ вещей, коимъ въ школѣ Ессеянъ научали. Такого рода совѣтъ его Тимоѳею, въ I. Посл. гл. 5. ст. 23. Къ тому не пій воды, но мало вина приемли. Еще въ гл. 4. ст. 3. Возбранять женитися, и удаляться брашенъ, есть ученіе бесовское. Особливо во второй главѣ Посланія къ Колоссаемъ, кажется, что Апостолъ прямо на нихъ показуетъ: Да никтоже васъ осуждаетъ о яденіи, или о питіи (сіи. 16). Никтоже васъ да прельщаетъ, изволеннымъ ему смиренномудріемъ и службою Ангеловъ (ст. 18) το δογματζεσϑε почто позволяете себя обманывать положеніями? Апосгаолъ употребляетъ слово δογματα, значащее у Ессеянъ положенія ихъ, Афоризмы или установленія. Въ слѣдующемъ стихѣ даетъ онъ примѣръ точнѣйшихъ обстоятельствъ: Не коснися, ниже вкуси, ниже осяжи, (ст. 21.) Юнѣйшіе изъ Ессеянъ не дерзали касаться старѣйшимъ; пища ихъ ограничена была на хлѣбъ, воду, соль и иссопъ. Симъ правиламъ подвергли они себя διὰ ποϑον σοϕιας, какъ говоритъ Филонъ, изъ любви къ Премудрости; но Апостолъ говоритъ наконецъ, что все сіе имѣло только видъ Премудрости, λογον σοϕιας. Филонъ называетъ вѣру Ессеянъ Θεραπεια священное почитаніе; но Апостолъ въ томъ же стихѣ имянуетъ ее ἐϑελεϑρησκειαν, самовольная духовность, Тамъ, гдѣ Филонъ называетъ ученіе ихъ πατριαν ϕηλοσοϕιαν, отъ Праотцевъ чрезъ преданія полученною философіею; тамъ Павелъ повелѣваетъ блюстися отъ философіи сея (ст. 8.) "Гедуинъ, Моисей и Ааронъ.} были изъ самой отдаленнѣйшей древности: нѣкоторые Богословы утверждаютъ, что древность ихъ равняется съ исходомъ сыновъ Израильскихъ изъ Египта. Можетъ бытъ произошли они изъ разсѣянія народа ихъ, случившагося послѣ плѣненія Вавилонскаго. Главныя свойства секты сея были слѣдующія: они предпочитали уединеніе, были умѣренны, трудились, все между ими было общее, изъявляли высочайшее почтеніе къ нравственнымъ правиламъ законовъ, учрежденій, о обрядахъ не наблюдали, исключая касающихся до чистоты тѣла, наблюденія Саббата и принесенія ежегодныхъ даровъ во Храмъ Іерусалимской. Женъ не имѣли; даже не впускали ихъ въ уединенное, свое жилище. Хотя всѣ вообще не склонны къ божбѣ были; однакожъ всѣхъ принимаемыхъ къ нимъ обязывали Святѣйшими Клятвами къ наблюденію смиренія, справедливости, вѣрности, благоповеденія, сокровенія таинствъ братства, сохраненія книгъ учителей своихъ, и рачительнаго наименованія Ангеловъ. Они утверждали, 1) что Богъ окруженъ Существами духовными, кои суть Его посредственники, и для того должны бытъ почитаемы; 2) что душа оскверняется тѣломъ и что всѣ тѣлесныя увеселенія оскорбляютъ душу, которую почитали они безсмертною, не взирая, что возстаніе тѣлесъ отрицали, говоря, что тѣло душу паки во грѣхѣ бы погрузило;) что въ числахъ находится великое Таинство, а особливо въ седми; и для того къ седмому дню, или къ Саббату прилагали естественную святость, и наблюдали оную гораздо строже, нежели прочіе Іудеи. Большую часть времени провождали они въ размышленіяхъ, воздерживаясь отъ всякихъ удовольствій чувственныхъ. Ессеяне ввели правила свои въ церковь Христіанскую, ученые. доказываютъ, что Павелъ въ Посланіяхъ своихъ къ Ефессеямъ и Колоссаемъ особенно положенія секты сея охуждаетъ.

Два рода Ессеянъ находились: одни были Теоретики, упражняющіеся въ однихъ размышленіяхъ; другісжъ Практики мудролюбивые и рачительные въ ежедневныхъ упражненіяхъ Художествъ, или рукодѣлій, въ коихъ они были гораздо искуснѣе. О послѣднихъ сихъ повѣствуетъ Филонъ въ книгѣ своей, называемой: Quod omnis vir probus; c первыхъ же въ слѣдующей книгѣ, именуемой: de vita contemplativa. "См. Годуина, Моисей и Ааронъ.

Ессеянамъ запрещено было ходить во Храмъ.

Какъ Практики, такъ и Теоретики въ Афоризмахъ, или положеніяхъ были согласны; однакоже въ нѣкоторыхъ обстоятельствахъ различались.

1. Практики жили въ городахъ; Теоретики убѣгали оныхъ, обитали въ садахъ и деревняхъ уединенныхъ.

2. Практики провождали весь день въ рукодѣліи, скотоводствѣ, смотрѣніи надъ пчелами, земледѣліи, и прочемъ: ени были Художники. Теоретики проводили его въ размышленіяхъ и молитвахъ; сего ради филонъ предпочтительна называетъ ихъ молящимися.

3. Практики имѣли право обѣдать и ужинать; а Теоретики только ужинали.

Практикамъ поставлялось обыкновенно хлѣбъ и блюдо съ похлѣбкою; Теоретикамъ же одинъ хлѣбѣ и соль. Естьли кто изъ нихъ былъ слабъ, тому позволялось ѣсть Ѵссопѣ; питіе же для обоихъ была простая вода.

Нѣкоторые думаютъ; что Теоретики сіи были Христіянскіе Монахи; но противное сему явствуетъ изъ слѣдующаго:

1. Во всей книгѣ Филоновой о Теоретикахъ, нѣтъ ни единаго слова ни о Христѣ, ни о Христіанахъ, ниже о Евангелистахъ и Апостолахъ

2. Въ сей Филоновой книгѣ не говорится о Теоретикахъ, яко о новой сектѣ, недавно родившейся, каковыми Христіане были въ сіе время. Сіе видно весьма ясно изъ собственныхъ словѣ Филона, когда ученіе Ессеянъ называетъ онъ πατριαν ϕηλοσοϕιαν, чрезъ преданіе отъ Праотцевъ ихъ дошедшею философіею.

Въ Греческой Древности находимъ мы праздникъ въ честь Цереры {Изъ всѣхъ торжествъ въ Греціи славнѣйшее и таинственнѣйшее, и для того предпочтительно всѣмъ часто называютъ его Таинства. Они хранили святые обряды сіи съ такимъ суевѣрнымъ раченіемъ, что естьли кто открывалъ о нихъ хотя малѣйшее что, о таковомъ думали, что онъ навлекъ Судъ Божій на главу свою, и уже казалось имъ опасно находиться съ нимъ въ одномъ домѣ; въ слѣдствіе сего поступали съ нимъ, яко съ явнымъ преступникомъ, и умерщвляли его. Даже такъ велика было таинство обрядовъ сихъ, что ежели не надлежащимъ образомъ посвященный присутствовалъ при оныхъ, нечаяннымъ ли случаемъ, по незнанію ли, или изъ заблужденія; иго былъ онъ убиваемъ. Упущеніе посвятить себя почиталось гнуснѣйшимъ преступленіемъ, такъ, что сіе составляло часть обвиненія Сократа и приговора его къ смерти. Обличенные въ чародѣйствѣ, или другомъ гнусномъ порокѣ, и тѣ, которые хотя и не самопроизвольно учинили убійство изключались отъ таинствъ сихъ. Въ позднѣйшія времена сдѣланы были учрежденія, которыя назывались малыя таинства и употреблялись, дно приуготовленія къ большимъ Мистеріямъ, ибо никто не принимался въ большія таинства, кромѣ очистившихъ себя въ малыхъ. Имѣющіе допущены быть къ большимъ Таинствамъ приносили жертву свою по прошествіи одного года послѣ очищенія, и тогда тайные обряды сего очищенія (изключая не многіе однимъ только Священникамъ извѣстные) изъяснялись имъ явно. Образъ принятія былъ слѣдующій: Кандидаты [Требующіе] увѣнчаны были миртами; въ нощное время впускали ихъ въ мѣсто, называемое μυςικος σηκος, Таинственный храмъ, толь великое и толь пространное зданіе, что и самый величайшій театръ едва ли превосходилъ оное. При входѣ очищали себя, омывая руки свои святою водою; въ сіе время увѣщавали ихъ предстать съ чистымъ и не оскверненнымъ сердцемъ, безъ коего внѣшняя чистота тѣла ихъ никакимъ образомъ принята не будетъ. По томъ читали имъ Святыя Таинства изъ книги, называемой πετρωμα. Слово сіе произходитъ отъ πετρα, камень; ибо книга сія была ничто иное, какъ два камня, обдѣланные въ едино. По семъ посвящающій Священникъ, именуемый Іерофантъ, Предлагалъ нѣкоторые вопросы на которые отвѣтствовали по предписанному образцу, какъ то видѣть можно изъ Мерзіусова трактата о празднествѣ семъ. Послѣ сего представлялись имъ чудные и удивленіе возбуждающіе предметы; иногда казалось имъ, что мѣсто, на коемъ они были, колебалось; иногда было оно ясно и исполненно сіянія чрезъ свѣтъ и огонь блистающій, то паки черною мрачностію и ужасомъ покрывалось; зрители приводились въ трепетъ, то молніею и громомъ, то страшнымъ шумомъ и ревомъ, то ужасными явленіями. Одежда, въ которой они принимались, почиталась святою, и толикоже дѣйствительною къ отвращенію вреда; какъ чарованія и заклинанія.

Главная особа, имѣющая должность при принятіи называлась Ἱεροϕαντης , то есть открывающій святости. Іерофантъ имѣлъ трехъ помощниковъ: первый назывался по чину своему Δαδοχος, то есть свѣщеносецъ; второй Κυρυξ , или Провозвѣстникъ; третій служилъ при алтарѣ; и для того назывался Οὑπι Βωμω. Говорятъ, что, Іерофантъ служилъ изображеніемъ Великаго Творца всяческихъ, Δαδοχος Солнца, Κυρυξ Меркурія, Οὑπι Βωμω Луны.}, торжествуемый въ Елевзисѣ, одномъ Amтическомъ городѣ, во время коего Аѳиняне исполняли мистическіе обряды съ великою пышностію и со многими церемоніями. Историки повѣствуютъ намъ, что обряды сіи были таинствъ преисполненное изображеніе того, что Митологи учили о богинѣ сей. Существо оныхъ было толь свято, что откровеніе ихъ ни чѣмъ менѣе, какъ смертію не наказывалось.

Былъ другой великой праздникъ, торжествуемый Греками въ Платеѣ въ честь Юпитера Елевферія, Собраніе состояло изъ Посланниковъ почти всѣхъ городовъ Греческихъ; обряды, учрежденные въ честь Юпитера, яко защитника вольности, исполнялись съ крайнимъ великолѣпіемъ и величайшею пышностію.

Въ Бальзарѣ и вдоль береговъ Іордана извѣстна одна секта Христіанъ, называющихся Христіанами Святаго Іоанна; но какъ исповѣданіе ихъ изключаетъ союзѣ третіей Ѵпостаси въ Троицѣ, то и думаю, что ни одной части въ систему нашу отъ нихъ не занято/ Обряды ихъ и таинства основываются на преданіяхъ; каноническія книги ими не пріемлются.

При учрежденіи рыцарскихъ Орденовъ учредители оныхъ устремили взорѣ свой на разные священные обряды, приличные общимъ нравамъ временъ древнихъ. Рыцари Молитвеннаго Ордена должны были обрѣзывать волосы свои и обривать бороды; предъ принятіемъ ихъ заключались на всю ночь въ церковь, дабы торжественное время сіе проводить въ постѣ, размышленіи и молитвахѣ; они посвящали мечь свой алтарю, яко посвятившіеся для службы небесной; Tres in uno, [Три во единомъ.] былъ девизъ, ихъ обѣтѣ изобразующій. Сіе относилось къ соединенію трехъ добродѣтелей богословскихъ. Многихъ Орденовъ рыцари носятъ крестѣ на япанчахѣ своихъ. Христовъ Орденъ, учрежденный въ Лифландіи въ 1203 году, носилъ знакъ сей и назывался именемъ Братій Моча. Орденъ Святаго Духа носитъ Златой крестѣ.

Одно древнее писаніе, съ великимъ почтеніемъ между Каменщиковъ сохраняемое, привлекаетъ на себя вниманіе мое; ибо показуетъ основаніе исповѣданія древнихъ Каменщиковъ. [Смотри Прибавленіе].

Говорятъ, что сочиненіе сіе писано Королемъ Гейнрихомъ VI., который началъ царствовать въ 1422 году. Оно сочинено вопросами обѣ открытіи существа Каменщичества.

Древнее сіе. сочиненіе сказуетъ намъ, что Каменщическое таинство есть познаніе Природы и дѣйствѣ ея." (См. Приб.)

Что "наука сія произошла на Востокѣ {Іезекіиль, гл. 43. см 2: "И се слава Бога Израилева грядяше отъ Востока, и шумдяше, яко великая вода шумитъ, и земля свѣтяшеся, яко свѣтъ отъ славы его окрестъ. " гл. 44, ст. 2, 3. "Врата отъ Востока заключенна будутъ, и не отверзутся; и никтоже пройдетъ ими, яко Господь Богъ Израилевъ внидетъ ими; и будутъ заключенна. Однакожъ изключая Князя; зане сей сядетъ въ нихъ, ясти хлѣбъ предъ Господемъ.}." Извѣстно, что съ Востока распространилися науки первоначально въ Югѣ, а потомъ прешли въ Европу. Востокъ было выраженіе, употребляемое древними для означенія Христа. Въ семъ смыслѣ находимъ мы слово Ἀνατολη употребляемое. Пророками.

Что первоначально ввели науку сію Феникійцы {Многіе изъ великихъ испытателей суть такого мнѣнія, что Друиды обитали въ Британіи, прежде, нежели получили они мѣсто въ Галліи. Стараясь приводить нѣкоторыя мѣста въ доказательство учинилъ бы я сочиненіе мое весьма пространнымъ, Что бы показать, сколь рано сообщены были ученіе и положенія Восточныхъ народовъ въ землю сію, надлежитъ мнѣ предложить примѣчанія нѣкоторымъ ученыхъ.

Артуръ Агардъ, намѣстный Казнохранитель (Deputy Chamberlain of the Exchequer 1570. (См. Bibl. Cotton. Fauftina, E. V. описывая измѣреніе земель народа сего, говоритъ: "Нашъ отъ Троянъ прризшедшій народъ принесъ оттуда порядокъ, каковый тамъ наблюдаемъ былъ. Земли наши раздѣлены были на Гиды (кожи), слово имѣющее произхожденія свое отъ поступка Дидоны, Виргиліемъ повѣствуемаго.; ибо слово hyda, ни въ какомъ другомъ языкѣ, кромѣ нашего не находится.

Ученый Докторъ Стукеней думаетъ, что безъ всякаго сомнѣнія первые Британскіе предки наши были отъ поколѣнія Авраамова, отъ колена Агары и Кетурага, то есть отъ Измаилтянъ и Мидіанитянъ, пришедшихъ сюда съ Тирскимъ Геркулесомъ для сысканія олова. По многимъ доказательствамъ и ссылкамъ для подкрѣпленія мнѣнія сего присовокупляетъ онъ: "Сіи вещи взаимно одна другую доказываютъ, какъ то, что они пришли сюда моремъ отъ бреговъ Феникійскихъ, такъ и то, что вышепомянутыя Художества привезли съ собою съ Востока. "

Естьли примемъ мнѣніе сіе хотя только правдоподобнымъ, то слѣдуетъ, что Друиды приняли оттуда богословскія правила свои и обряды вѣры ихъ. Святые лѣса, не обрубленные Алтари, каменные столпы, священные круги, изображенія вѣчности, заимствованны отъ обычаевъ Еврейскихъ и Восточныхъ Народовъ.}; что Пиѳагоръ путешествовалъ по Египту и Сиріи, и привезъ таинство сіе въ Грецію.

Всѣ ученые знаютъ, что Пиѳагоръ ѣздилъ въ Египетъ и тамъ принятъ былъ въ различные Ордены жрецовъ, которые въ сіи времена сохраняли ученіе свое jтъ народа тайно. Изъ всякой Геометрической Теоремы сдѣлалъ онъ таинство; къ познанію оныхъ допускалъ онъ единыхъ тѣхъ, кои выдержали пятилѣтнее молчаніе. Онъ почитается изобрѣтателемъ 47 го положенія Евклидова {Сорокъ седмое положеніе Евклидово, приписуемое Пиѳагору, находится въ первой книгѣ и есть слѣдующее:


Теорема.


Dъ каждомъ прямоугольномъ триугольникѣ, квадратъ, стоящій на линіи [гипотенуза], находящейся противъ прямаго угла равенъ обоимъ квадратамъ, стоящимъ на линіяхъ (катеты) составляющихъ прямой уголъ.


Доказательство.


Въ геометрическихъ рѣшеніяхъ и доказательствахъ о величинахъ сіе положеніе имѣетъ отмѣнную пользу. Мы сохраняемъ примѣрѣ сей, яко памятникъ Пиѳагору.}. Говорятъ, что сердечно радуяся откровенію сему принесъ онъ въ жертву сто быковъ. Онъ зналъ истинную систему міра, Коперникомъ паки возобновленную.

Сочиненіе сіе [см. Приб.] Повѣдаетъ также, что Пифагорѣ учредилъ, въ Греціи въ городѣ Кротонѣ, великую Ложу и многихъ сдѣлалъ Каменщиками. Нѣкоторые изъ нихъ поѣхали во Францію, и тамъ въ Каменщики принимали; а оттуда спустя нѣсколько времени искуство сіе перешло въ Англію.-- Изъ сего явствуетъ, что ученики сего философа въ наукахъ и познаніи Природы [и то и другое во время путешествій его имъ приобрѣтенное] въ Кротонской школѣ посвященные, разсѣялись по всему свѣту и ученіе Мастера своего повсюду разврастраняли {Отсюда покажется, что наши Друиды начало свое имѣютъ въ Галліи; но новѣйшихъ временъ Испытателя Древностей были такого мнѣнія, что они произошли въ Британіи.}.

Тоже сочиненіе [Прибавленіе] говоритъ, что Каменщики научили родъ человѣческой Земледѣлію, Архитектурѣ, Астрономіи, искуству Измѣренія [Геометріи], Счисленію []Ариѳметикѣ], Музикѣ, Стихотворству, Химіи, наукѣ Правленія и религіи.

Я покажу, сколь сіе отдѣлѣпіе сочиненія онаго съ ученіемъ Пиѳагора согласуется.

Пиѳагоровъ Тетрактисъ былъ: пунктѣ, линія, поверхность [плоскость], тѣло. Система философа сего состояла въ томъ, что онъ утверждалъ, что солнце стоитъ неподвижно въ средоточіи планетной системы нашей, и что земля ежегодно вокругъ его обращается; и слѣдственно система его есть таже самая, что и Коперникова.

Кажется, что система сія принята была Каменщиками въ противоположеніе, и яко различительный знакъ отъ тѣхъ, кои слѣдовали системѣ Моисея.

Между Іудеями было общество, называемое Мазореты. Въ Годуиновой книгѣ Мойсей и Ааронъ, находится слѣдующее о нихъ описаніе: Имя ихъ произошло отъ Мазоръ tradere, предать, и Мазаръ, преданіе, которое дошло отъ одного къ другому безъ всякаго писанія, какъ то Пиѳагорейцы и Друиды обыкновенно дѣлали.

Пиѳагоръ жилъ въ Самосѣ во время царствованія Тарквинія, послѣдняго Царя римскаго, въ 220 году отъ созданія Рима, или, слѣдуя Ливію, во время царствованія Сервія Туллія въ 3472 году отъ сотворенія міра. Чрезмѣрная охота къ ученію побудила его путешествовать, дабы разумъ свой обогатитъ ученостію различныхъ земель имъ посвѣщенныхъ. Онъ былъ первый, который принялъ имя философа, то есть любителя Премудрости. Сіе показываетъ, что онъ приписывалъ себѣ единое желаніе къ приобрѣтенію Премудрости, а не то, чтобы онъ точно имѣлъ оную {Въ Годуиновой книгѣ Моисей и Ааронъ, въ томъ мѣстѣ гдѣ пишетъ онъ о Ессеянахъ, имѣемъ мы слѣдующія сравненія правилъ ихъ съ ученіемъ Пиѳагора. "Догматы ихъ, положенія и учрежденія въ нѣкоторыхъ случаяхъ были согласны съ Пиѳагоровыми. И для того упомяну вопервыхъ о Пиѳагоровыхъ, а потомъ предложу правила Ессеянъ.

1. Пиѳагорейцы наблюдали общественность имѣнія. Тоже и Ессеяне: у нихъ была общественная казна; никто изъ нихъ. не былъ богатѣе другаго, или бѣднѣе. Изъ сего общественнаго сокровища каждый бралъ на свои нужды и помогалъ другимъ, не испрашивая позволенія; не могли только ссужать сродниковъ своихъ не испросивъ на то позволенія у Надзирателей. Между собою не было у нихъ продажи, ни купли; а каждый недостаткамъ другаго помогалъ дружестве инымъ промѣномъ; даже и безъ мѣны позволялось всякому брать у другаго, что ему было нужно. Должности Службы исправляли они поперемѣнно; ибо при общественномъ имѣніи не можетъ быть ни рабства, ни господства. Во время путешествія ничего другаго съ собою не брали, кромѣ оборонительнаго оружія; по тому, что вошедъ въ городъ или деревню приходили они въ братство Ессеянъ, и принимаемы были, яко сочлены. Читая съ прилѣжаніемъ Іосифа находимъ, что каждаго города Ессеяне соединялись еще въ большее братство, или общество. Каждое общество имѣло два рода должностей; Казнохранителей, наблюдавшихъ общую казну, старавшихся о доставленіи нужнаго къ пропитанію, и каждому дневную работу его и другія общественныя надобности разпредѣлявшихъ; а другихъ имѣвшихъ попеченіе о чужестранныхъ.

2. Пиѳагорейцы убѣгали забавъ чувственныхъ. Тоже самое и Ессеяне: къ сему принадлежитъ ненависть ихъ къ маслу; естьли кто нечаянно прикасался оному, тотъ же часъ его обтирали.

3. Одежда Пиѳагорейцовъ была бѣлая; также и у Ессеянъ бѣлая, опрятная, однакожь не богатая. Надѣвъ одинъ разъ платье свое, носили его безпрестанно, доколѣ совсѣмъ уже не издерется,

4. Пиѳагорейцы запрещали клясться, и Ессеяне то же. Кому не можно вѣрить безъ клятвы того почитали они за обнародованнаго лгуна.

5. Пиѳагорейцы почитали отмѣнно старѣйшихъ своихъ. То же самое и Ессеяне. Соединеніе, или цѣлое общество ихъ, раздѣлялось на четыре состоянія, или класса, по мѣрѣ лѣтъ ихъ; и естьли кто изъ высшаго отдѣленія прикасался нечаянно къ другому изъ низшаго состоянія, тотъ почиталъ себя оскверненнымъ, равно Какъ бы онъ прикоснулся къ язычнику.

6. Пиѳагорейцы пили воду. Также и Ессеяне пили одну воду, совершенно. воздерживаясь отъ вина.

7. Пиѳагорейцы употребляли въ жертву вещи бездушныя; равнымъ образомъ и Ессеяне: они посылали во Храмъ дары, а не жертвовали, предпочитая сему употребленіе святой воды своей; и для сего прочіе Іудеи запретили имъ входъ во Храмъ.

Пиѳагорейцы приписывали все судьбѣ опредѣленія; тоже и Ессеяне. Въ семъ случаѣ всѣ три секты Іудейскія были различны между собою: фарисеи приписывали иное судьбѣ, а иное свободной волѣ человѣка Ессеяне относили все къ судьбѣ; а Саддукеи совсѣмъ судьбу отвергали, приписывая все свободной волѣ человѣческой.

9. Пиѳагорейцы въ первые пять лѣтъ не могли говорить въ училищѣ; но per quinquennale filentium, (т. е. чрезъ пятилѣтнее молчаніе) были посвящаемы, и тогда уже токмо могли быть въ присутствіи, или предъ лицемъ, Пиѳагора. Съ симъ сравнить можно молчаніе Ессеянъ при трапезѣ ихъ, которое наблюдалось весьма строго, такъ, что decern fimul fedentibus, nemo loquitur, invitis novem. Другой изъясняетъ сіе слѣдующимъ образомъ: Естьли сидѣло ихъ десять, то никто не смѣлъ говорить безъ Позволенія прочихъ девяти. Естьли кто зачиналъ говорить безъ позволенія, то было у нихъ обыкновеніе прерывать его не словами, но киваніемъ головы, миганіемъ, поднятіемъ пальца, потрясеніемъ головы, или другими сему подобными безмолвными знаками и тѣлодвиженіями изъявляли они сомнѣніе свое, неудовольствіе, или согласіе на предлагаемое имъ. По времени пятилѣтняго молчанія у Пиѳагорейцовъ можно щитать посвященіе Ессеянъ; ибо безъ строгаго изслѣдованія и четырехлѣтняго искуса никто въ общество ихъ не принимался. Въ первый годъ получали они dolabellum, Perifcmia [пару исподняго платья, употребляемаго въ баняхъ] и veilem albam [бѣлую одежду, знакъ секты.] Въ сіе время получали они пищу свою; но только внѣ, а не внутри трапезы общественной. Во второй годъ допускали ихъ участвовать въ святыхъ вещахъ и наставляли ихъ въ оныхъ. Два года спустя послѣ сего бывали они совершенно принимаемы, и по учиненіи клятвы наблюдать вѣрно Правила, учрежденія Ессеянъ, дѣлаемы сочленами общества. Естьли преступалъ кто клятву свою, тотъ извергаемъ былъ собраніемъ ста мужей; за изверженіемъ симъ слѣдовала обыкновенно въ скоромъ времени смерть. Ибо никто изъ бывшихъ одинъ разъ въ Орденѣ не могъ принимать отъ другихъ ни подаянія, ни пищи; сами же они питали таковаго однѣми отвратительными травами, вредящими тѣлу его и наконецъ его умерщвляющими. Иногда видя таковаго къ смерти уже приближающагося, паки къ себѣ его принимали; но обыкновенно симъ образомъ предавали его смерти.

10. Ессеяне молились на восходящее солнце.

11. Ессеяне обязывались въ клятвѣ своей сохранять имена Ангеловъ. Выраженіе сіе значитъ родъ почтенія онымъ.

12. Всѣхъ прочихъ въ наблюденіи Саббата были они строжѣ: въ сіе время не приуготовляли никакой пищи, не возжигали огня, не передвигали ни единаго сосуда съ мѣста его, и самыя естественныя нужды не исполняли. Всякую седмую недѣлю праздновали они торжественную пятидесятницу, седмь пятидесятницъ Въ году.

По великому сходству между правилами Пиѳагорейцовъ и Ессеянъ кажется, что они одного происхожденія; ибо въ немногихъ обстоятельствахъ по свойству человѣковъ различествовали. Вѣроятнѣе всего, что первоначально произошли они отъ Правилъ и ученій Египетскихъ.}.

Правила нравоученія его достойны были, удивленія: онъ желалъ, чтобъ ученіе философіи, клонилось единственно къ возвышенію человѣка до подобія Богу. Основаніемъ всѣхъ вещей положилъ онъ Единство, и думалъ, что между Богомъ и человѣкомъ находятся многія степени Существъ духовныхъ, исполняющихъ волю Вышняго. Онъ запретилъ всякія изображенія Божества, и повелѣлъ отдаетъ Ему почтеніе какъ можно съ малѣйшими обрядами. Ученики его дѣлали имѣніе имѣніе свое общимъ, презирали чувственныя увеселенія, воздерживались отъ клятвы, не ѣли никакого животнаго и вѣровали ученію Метемпсихозы, или преселенію душъ.

Нѣкоторые изъ именитыхъ Писателей отрицаютъ то, что Пиѳагоръ училъ прехожденію душъ человѣческихъ въ скотовъ безсмысленныхъ. Особливо Фейхлинъ отвергаетъ мнѣніе сіе, утверждая, что Пиѳагорова Метемисихоза показуетъ ничто иное, какъ равенство нравовъ и желаній, кои были нѣкогда въ усопшихъ особахъ, а нынѣ въ другихъ живущихъ паки оживотворялись.

Сказываютъ, что Пиѳагоръ понятіе о преселеніи душъ заимствовалъ отъ Египтянъ; другіе же увѣряютъ, что онъ получилъ его отъ Брахмановъ.


## РѢЧЬ III. О ОБЫКНОВЕНІЯХЪ, ОБРЯДАХЪ И УЧРЕЖДЕНІЯХЪ ДРЕВНИХЪ.


Пиѳагоровы ученики раздѣлялись на два отдѣленія: въ первомъ были просто слушающіе, а во второмъ тѣ, которые смѣли предлагать сомнѣнія свои и научались основательнымъ причинамъ того, чему ихъ учили. Символической. образъ, каковымъ преподавалъ Пиѳагоръ ученіе свое, заимствованъ былъ отъ Евреовъ, Египтянъ и другихъ Восточныхъ Народовъ.

Естьли изслѣдуемъ, какимъ образомъ опредѣляется нравоученіе или философія Нравственная, то найдемъ, что она есть согласованіе съ оными непремѣнными обязанностями, произходящими изъ естества бытія нашего и необходимыхъ отношеній жизни, или къ Богу, яко Творцу нашему, или къ человѣкамъ, яко сотварямъ нашимъ; -- либо оно есть наука добродѣтели, имѣющая своею цѣлію достиженіе величайшаго блаженства.

Пиѳагоръ показалъ путъ Сократу, хотя примѣры его и очень были несовершенны; ибо правила нравоученія своего выводилъ онъ изъ наблюденій Природы; èen степень знанія приобрѣлъ онъ обращаясь съ Египетскими Священниками. Главная цѣль нравоученія Пиѳагорова была очищеніе духа отъ нечистоты тѣлесной ц, о.то мрачныхъ облаковъ воображенія. Въ нравоученіи его казалось менѣе точности, нежели въ другихъ системахъ, но тѣмъ болѣе чистоты и смиренномудрія; ибо его правила ко провожденію жизни были простое токмо изъясненіе Богослуженія, природнаго праводушія, благонравія, честности, любви. къ отечеству, и прочихъ всеобщихъ должностей жизни.

Сократъ, исправилъ ученіе Пиѳагора, и его правила ко провожденію жизни привелъ въ твердыя и основательныя положенія.

Платонъ вычистилъ ученіе обоихъ философовъ сихъ, и каждую добродѣтель вознесъ до крайней высоты и совершенства оной: во всю систему сію вмѣщалъ онъ собственныя свои понятія всеобщемъ основательномъ положеніи Философіи.

Древнее оное Каменщическое писаніе [см. Приб.] говоритъ: что Каменщики знаютъ путь къ достиженію уразумѣнія Аврака. Всѣ изтолкователи Каменщичества [которыхъ читалъ я] признаютъ свое недоумѣніе о словѣ семъ.

Авракъ, или Авракаръ, есть имя, которое Василидъ, духовная особа, жившая во второмъ столѣтіи, прилагалъ Богу, который, по его мнѣнію, былъ Творецъ 365.

Говорятъ, что основатель суевѣрія сего жилъ во время Адріяна. Имя сіе сдѣлано изъ Авразанъ, или Авраксасъ, названіе прилагаемое Василидомъ Богу. Онъ называлъ Его, Высочайшій Богъ, и приписывалъ Ему седмь силъ или Ангеловъ подчиненныхъ, которые управляли небомъ, главнымъ образомъ по числу дней въ году полагалъ онъ 365 силъ, могуществъ, или существъ, яко Божескія истеченія существующихъ. Буквы, составляющія слово сіе, по древнимъ Греческимъ числамъ дѣлаютъ 365.


У Испытателей Древности Авраксасъ значитъ Іемму, или рѣзной камень, со словомъ Авракса, на немъ находящимся. Есть множество родовъ камней сихъ рзъныхъ фигуръ и видовъ, по большей части изъ третіяго столѣтія.


Рисунокъ, здѣсь приложенный, списанъ съ Іеммы, находящейся въ Британской Музеѣ. Онъ почти въ двое болѣе подлинника, и вырѣзанъ на овальномъ Бериллѣ. Голова есть выпуклая сторона [Камео]; а задняя сторона плоская [Таліо]. Говорятъ, что голова представляетъ Творца, подъ именемъ Юпитера Аммона {Юпитеръ Аммонъ; имя сіе давали Божеству, и почитали его подъ символомъ солнца. Онъ изображаемъ былъ съ рогами; ибо, слѣдуя Астрономамъ, знакъ Овна въ Зодіакѣ, есть начало года; солнце вступая въ знакъ сей начинаетъ годовое свое теченіе. Жаръ, по Еврейски ГАММАСЪ [у Пророка Ісаіи ГАММАНИМЪ] данъ былъ именемъ изображеніямъ симъ. Заблужденіе, писать его съ рогами, произошло отъдвоякаго смысла Еврейскаго слова, означающаго купно жаръ, сіяніе, блескъ и рога.

Поколѣніе Іуды также обожало солнце подъ именемъ Тамуца; ибо Іеронимъ говоритъ, что Тамуцъ былъ Адонисъ, а Адониса изъясняютъ обыкновенно чрезъ солнце, отъ Еврейскаго слова Адонъ, значащаго Dominus, Господинъ, какъ прежде сего Ваалъ и Модохъ князя и Господа Планетъ означали. Мѣсяцъ, именуемый нами Іюнь, назывался у Евреовъ Тамуцъ; а вступленіе солнца въ знакъ Рака у Іудейскихъ Астрономовъ называлось Теку фа Тамуцъ, т. е. Поворотъ Тамуца. Во времена Спасителя нашего почиталось у Жидовъ преступленіемъ выговаривать существенное имя Бога Іеговаг; вмѣсто онаго читали они Адонаи; дабы чрезъ сіе воспрепятствовать язычникамъ ругаться свяпіымъ онымъ онымъ именемъ. Отъ сего произошло, что имя Юпитера и сему подобныя прилагались идоламъ.-- Въ Адонисѣ, коего нѣкоторые Писатели называютъ Озирисъ, двѣ вещи достойны примѣчанія: Αϕανισμος , смерть, или потеряніе Адониса, и Ευησις , обрѣтеніе онаго. Сколь великъ былъ плачь при потеряніи его, столь же велика была и радость при обрѣтеніи. Чрезъ смерть, или потеряніе Адониса, разумѣть должно сокрытіе солнца, а чрезъ обрѣтеніе возвращеніе свѣтила сего. Сокрывается оно два раза въ году: одинъ разъ въ поворотѣ рака въ высочайшемъ Сѣверномъ градусѣ, по томъ въ оборотѣ Козерога въ отдаленнѣйшемъ Южномъ градусѣ. Изъ сего примѣчаемъ, что Египтяне праздновали Адоніи свои въ Ноябрѣ, когда солнце далѣе къ Югу находится; а Жиды въ іюнѣ, когда Оно гораздо подается къ Сѣверу; однако же обои по одной причинѣ, нѣкоторые Писатели повѣствуютъ, что плачь сей произходилъ въ нощное время надъ нѣкіимъ изображеніемъ: а когда довольно уже плакали, то приносили во храмину свѣщу. Ѳбрядъ сей означалъ таинственнымъ образомъ возвращеніе солнца: въ сіе время произносилъ Священникъ слѣдующія слова весьма тихимъ голосомъ: уповайте на Бога, ибо изъ страданія произошло избавленіе намъ. Годуинова книга: Моисей и Ааронъ.}; солнце и луна на другой сторонѣ Озириса и Изису Египетскихъ, и употреблены они въ Іероглифическомъ смыслѣ для означенія Всемогущества, вездѣсущности и вѣчности Божіей. Кажется, что звѣзда {Вопервыхъ наслѣдуемъ какой идолъ подъ названіемъ Хіунъ и Ремфанъ [въ старыхъ спискахъ называютъ его Рефамъ] разумѣется. Подъ именемъ Хіунъ должно разумѣть Геркулеса, по Египетски называемаго Хонъ; подъ Рефамъ того же Геркулеса, ибо Рефаимъ значитъ на священномъ языкѣ Исполинъ. Самъ же Геркулесъ значитъ солнце. Нѣкоторые Етимологисты имя Геркулеса производятъ отъ Еврейскаго Гіерколь [все освѣтилъ онъ]; Греческое произхожденіе η'ρας κλεος [слава воздуха] согласуется съ Еврейскимъ: обое означаетъ всеобщій свѣтъ, натекающій изъ солнца, яко вода изъ източника. Порфирій утверждаетъ, что двѣнатцать трудовъ Геркулесовыхъ, толико часто Стихотворцами упоминаемые, сушь двѣнатцать знаковъ Зодіака, чрезъ которые солнце проходитъ ежегодно. Но можно спросить: имя Геркулеса было ль знаемо когда Іудсами? Вѣроятно, что оно было знаемо, ибо Геркулесъ былъ богъ Тирянъ, отъ коихъ Іудеи, яко отъ ближнихъ сосѣдовъ, научились многому въ Идолопоклонствѣ. Видно, что во времена Маккавеовъ имя сіе было всѣмъ извѣстно; ибо Первосвященникъ Іасонъ послалъ 300 драхмъ сребра въ жертву Геркулесу. Втор. Кн. Маккав. гл. 4. см 19. Звѣзда Ремфанъ почиталась за звѣзду находившуюся на челѣ Молоха: Язычники не рѣдко изображали идоловъ своихъ съ таковыми символическими украшеніями. Годуинова книга. Моисей и Ааронъ.

Египетскій Аписъ долженъ былъ имѣть такой знакъ.} употреблена тутъ, какъ пунктъ; но она есть символѣ благоразумія, третіяго истеченія Божества, Василидомѣ исповѣдуемаго. Скорпіонѣ {Я самъ признаюсь въ недоумѣніи моемъ объ означеніи сихъ Іероглифовъ; а склоненъ ко мнѣнію, что все сіе означаетъ теоремы Египетской философіи: Скорпіонъ значитъ Египетъ, яко господствующій знакъ ихъ въ Зодіакѣ, а змій значитъ положеніе въ религіи, ученый господинъ Бріантъ доказываетъ, что у древнихъ змій почитался святѣйшимъ и спасительнѣйшимъ символомъ, и содѣлался главнымъ предметомъ обожанія ихъ. Почтеніе сіе такъ усилилось, что многія мѣста и Народы названіе свое отъ него получили.} означаетъ въ Іероглифахъ злость; а змій {"Египетская философія, ко Христіанству приложенная произвела заблужденія сіи: они думали, что Богъ Іудеовъ есть Деміургосъ; чтобы разрушить и опровергнуть власть Деміургоса сего, низпослало Всевысшее Существо Іисуса, одного изъ небесныхъ Эоновъ, въ образѣ голубя, дабы вшелъ онъ въ тѣло человѣка Христа; что Христосъ чудесами своими и страданіемъ разрушилъ Царство Деміургоса; но при страданіи его Эонъ Іисусъ вознесъ съ собою душу Христову, оставя на крестѣ единое тѣло его и духъ животный; что змій, прельстившій Евву, долженъ быть почитаемъ, ибо онъ старался освободить человѣка отъ рабства Деміургосу." Книга, называемая Ключъ къ Новому Завѣту.} еретика. Означеніе сего, кажется мнѣ, есть слѣдующее: Еретичество, хитрость и пороки невѣрныхъ и собесѣдниковъ сатанинскихъ изтребляются познаніемъ истиннаго Бога. Признаюсь, что надпись изтолковать я не въ состояніи; ибо буквы не совершенны, или худо списаны {На надпись, находящуюся на Авраксѣ, получилъ я два изтолкованія. Одно изъ нихъ есть слѣдующее: ''Восхвалитъ земля тебя. 1305. ''Означеніе времени когда сіе вырѣзано. Лѣта сіи не могутъ относиться къ лѣтоизчисленію Христіанскому: Василидѣ жидъ въ первыя времена Христіанства; а знаки, вырѣзанные на камнѣ семъ, имѣютъ очевидное отношеніе къ философіи Египетской. Симъ дѣлается вѣроятно то, что Антикъ сей работанъ въ отдаленнѣйшихъ столѣтіяхъ -- Второе изтолкованіе безъ означенія чиселъ есть слѣдующее, "Земля вѣщаетъ хвалу твою и славу." -- Сочинители обоихъ толкованій сихъ говорятъ, что буквы весьма грубы и несовершенны.

Касательно чиселъ, естьли щитать ихъ отъ потопа, то означаютъ онѣ самое то достойное примѣчанія время, когда Давидѣ завоевалъ Іерусалимѣ и утвери утвердилъ въ немъ Царство свое и Престолъ Царскій Вѣроятно, что потомки Хамовы начинали свое изчисленіе времени отъ Изхода сыновъ Ноевыхъ изъ Ковчега.}.

У Богослововъ луна есть Іероглифъ Христіанской церкви: они сравниваютъ Іисуса Христа съ солнцемъ, а церковь съ луною, яко всю красоту свою и сіяніе отъ Него заемлющую.

Въ Церковной Исторіи. Авраксъ извѣстенъ, яко выраженіе Мистическое вмѣсто Высочайшаго Бога, подъ правленіемъ котораго [слѣдуя Василиду] находится 365 божествъ, отъ него зависящихъ. Сіе было положеніе Гностической Іерархіи, изъ котораго происходило множество Эоновъ ихъ. Отъ Леракса изходилъ ПЕРВОРОЖДЕННЫЙ ДУХЪ; отъ Перворожденнаго Духа ЛОГОСЪ, или СЛОВО; отъ Логоса ФРОНЕЗИСЪ, или БЛАГОРЛЗУМІЕ, отъ Фронезисъ СОФІЯ и ДИНАМИСЪ, или ПРЕМУДРОСТЬ и СИЛА; отъ обоихъ сихъ ВЛАДЫЧЕСТВА, СИЛЫ и АНГЕЛЫ, а отъ сихъ другіе Ангелы, числомъ числомъ 365, которые должны управлять толикимъ же числомъ круговъ небесныхъ, попеченію ихъ ввѣренныхъ. Гностики {Между всѣми язычниками, обратившимися въ Христіанство, самые опаснѣйшіе и вреднѣйшіе были зараженные Египетскою философіею, совершенно химерическою и глупою Системою, каковой учили тогда. Сего ради Христіане называли себя Гностиками; слово Греческаго произхожденія, означающее знаніе превосходящее знанія прочихъ человѣковъ. Въ Новомъ Завѣтѣ не употреблено слово сіе; но Николаиты, о коихъ упоминается въ Откровеніи Съ Іоанна, кажутся быть Гностики сіи, и большая чаешь заблужденій, утверждаемыхъ Керинѳомъ и опровергаемыхъ въ Евангеліи Іоанновомъ произходитъ по видимому изъ того же източника. Когда мы говоримъ, что обращенные изъ язычниковъ отмѣнно подвержены были Гностический заразѣ; то не надлежитъ думать, что изъ сего изключаемъ мы тѣхъ, кои были изъ поколѣнія Іудейскаго. Многіе и изъ сихъ послѣднихъ заражены тѣмъ были; но кажется, что они получили то отъ Ессеянъ" Послѣдователи Египетской философіи думали, что Всевысочайшее Существо; безконечно совершенное и блаженное, не есть Творецъ вселенной, ниже единое независимое Существо; ибо по ихъ мнѣнію и вещество также было вѣчно. Всевысочайшее Существо, обитающее въ неограниченности пространства, Плерома или Исполненіе ими называемаго, произвело само собою другія безсмертныя и духовныя натуры, которыя называли они Зонами; а сіи другими себѣ Подобными существами жилище Божества наполнили. Нѣкоторыя изъ существъ сихъ помѣщены были въ высшія, а другія въ низшія селенія. Находящіяся въ селеніяхъ низшихъ граничили ближе всѣхъ къ мѣсту вещества, которое первоначально было безобразная и тяжелая глыба: доколѣ единъ изъ нихъ, безъ соизволенія Божія, но единственно для оказанія своего искуства, не привелъ ее въ порядокъ и стройность и не оживилъ нѣкоторыхъ частей ея духомъ животнымъ. Существо, все сіе учинившее, назвали они Деміургосъ: работникъ, художникѣ, или рукодѣлецъ. Но превратность вещества столь была велика, что какъ скоро въ порядокъ оно приведено было, то и сдѣлалось източникомъ всего зла. Сего ради всевысшее Существо никогда не хотѣло дашь ему образа; но какъ уже учинено сіе было, то для всевозможнаго предупрежденія замѣшательства, присоединило оно къ животному духу многихъ оживленныхъ частей силы разумныя. Части, получившія силы сіи, были первоначальные Праотцы рода человѣческаго; другія же оживленныя части были твари безсмысленныя. Но по нещастію таковое посредничество Всевышняго Существа было безполезно; ибо Деміургосъ былъ столь дерзокъ, что человѣка отвелъ отъ повиновенія Существу Всевышнему и къ себѣ привлекъ почитаніе его." Книга называемая Ключь къ Новому Завѣту.} были секта Христіанская, имѣвшая въ вѣрѣ особыя положенія. Они приняли имя сіе, дабы изобразитъ Новыя знанія и чрезвычайный свѣтъ, присвояемыя ими себѣ. Слово Гностикъ значитъ человѣка великихъ познаній.

Предложенная здѣсь Гностическая Іерархія представляетъ намъ степени еѳирныхъ существъ, или изтеченій Божества. Сіе приводитъ меня къ разсмотрѣнію Іерархіи церкви Христіанской въ величайшей древности оной. Въ древнѣйшія времена состояла она изъ различныхъ отдѣленій человѣковъ, а имянно: изъ Предводителей, Вѣрныхъ и Оглашенныхъ, Предводители были Епископы, Священники и Діаконы; вѣрные совершенные Христіане, а несовершенные назывались Оглашенными.

Оглашенные были Кандидаты Крещенія. Въ состояніе Оглашенныхъ поставлялись они чрезъ рукоположеніе и знакъ Креста. Принятіе ихъ ко крещенію имѣло слѣдующую отмѣнность: за нѣсколько дней до допущенія ихъ, ходили они подъ покровомъ ", обыкновеніе было прикасаться глазамъ ихъ со словомъ: ОТКРОЙТЕСЬ; также мазали глаза ихъ бреніемъ, То и другое было подражаніе поступку Спасителя нашего и долженствовало показать Кандидатамъ невѣжество и слѣпоту ихъ предъ посвященіемъ. Они пребывали въ состояніи Оглашенныхъ, доколѣ не оказывали успѣховъ въ катехстическихъ упражненіяхъ своихъ; по семъ вступали они во вторый степень, яко Вѣрные.

Понеже въ Галліи и Британніи Друиды {Тацитъ пишетъ: "Въ обрядахъ и суевѣрныхъ воображеніяхъ Британцовъ явное находится сходство съ Галлами." Оба Народа сіи имѣли Друидовъ своихъ, какъ доказываютъ сіе Іюлій Цесарь и Тацитъ. Цесарь повѣствуетъ о нихъ слѣдующее: "Друиды присутствуютъ при всякомъ богослуженіи, пекутся о общественныхъ и частныхъ жертвахъ, изъясняютъ все, касающееся до религіи; множество молодыхъ людей собирается къ нимъ для наученія; они находятся въ великомъ почтеніе, ибо почти во всѣхъ общественныхъ и частныхъ спорахъ требуютъ они предъ судъ свой. Сдѣланоль великое преступленіе, учиненоль убійство, произшелъ ли споръ о рубежахъ или наслѣдствѣ; то рѣшатъ они такія дѣла. Они опредѣляютъ награжденія и наказанія. Естьли кто изъ людей частныхъ, или изъ государственныхъ особъ не повинуется рѣшеніямъ ихъ, то отрѣшаютъ таковаго отъ дѣяній богослуженія, жесточайшее у нихъ наказаніе. Тацой отрѣшенный почитается безбожникомъ и злодѣемъ; всякой устраняется отъ него и убѣгаетъ разговоровъ и обращенія съ нимъ, дабы не заразиться отъ него и не потерпѣть нѣкоего вреда; не пользуется уже онъ благодѣяніями законовъ, и ни въ почестяхъ, ни въ должностяхъ не участвуетъ. Надъ всѣми Друидами есть главный Начальникъ, находящійся въ величайшемъ у нихъ почтеніи. По смерти его бываетъ наслѣдникомъ ему превосходящій всѣхъ прочихъ достоинствомъ; естьли же будутъ многіе достоинствомъ равны, въ такомъ случаѣ избираетъ голосъ Друидовъ: часто доходитъ до сраженія за высшее мѣсто. Въ извѣстное время года располагаютъ они станъ на одномъ освященномъ мѣстѣ, смѣжномъ съ Кармитцами [во Франціи близъ Шартра]. Туда стекаются со всѣхъ сторонъ имѣющіе какія нибудь распри, и подвергаютъ себя суду ихъ и рѣшенію. Говорятъ, что ученіе ихъ изобрѣтено въ Британніи, а оттуда перенесено уже въ Галлію; да и по сіе время желающіе приобрѣсти глубочайшія познанія ѣздятъ для наученія по большей части въ Британнію. Друиды всегда удалялись отъ войны; податей купно съ прочими не платятъ; въ воины ихъ не берутъ, и во всемъ наслаждаются они вольностію. Привлекаемы толь великими награжденіями многіе приходятъ къ нимъ для ученія. Таковымъ надлежитъ выучивать наизусть великое множество стиховъ. Отъ сего происходитъ, что нѣкоторые лѣтъ по дватцати у нихъ учатся; ибо между ими не позволено списывать ученія сіи, хотя впрочемъ въ Государственныхъ и частныхъ дѣлахъ употребляютъ они Греческія письмена. Я думаю, что учредили они сіе по двумъ причинамъ: вопервыхъ, не хотя, чтобъ ученіе ихъ разсѣялось между народомъ; а во вторыхъ, чтобъ учащіеся не лѣнились изощрять память свою, полагаясь на книги. Предпочтительно всему твердятъ они слѣдующее положеніе: Души не умираютъ, но по смерти переходятъ отъ одного къ другому. Они почитаютъ сіе величайшимъ побужденіемъ ко храбрости; ибо посредствомъ положенія сего презираемъ ужасъ смерти. Впрочемъ упражняются они въ изслѣдованіи звѣздъ, движенія ихъ, величины неба и земли, натуры вещей, могущества и дѣйствій вѣчныхъ боговъ; также и юношество сему научаютъ".

Плиній повѣствуетъ: "Друиды [такъ называютъ они духовныхъ особъ и мудрецовъ своихъ] ничто такъ свято не почитаютъ, какъ Омелу и дерево на которомъ ростетъ она, естьли оно есть дубъ, а не другое. Да и безъ сего ищутъ они всегда лѣсовъ дубовыхъ; ничто священное не дѣлается у нихъ безъ дубовыхъ вѣтвей, и для сего-то, кажется, названы они, съ Греческаго Друидами. Естьли находятъ еще что нибудь приростшее къ дереву сему; то думаютъ, что оное происходитъ съ небесъ и есть знакъ того, что древо сіе самимъ Богомъ избранно. Весьма трудно находить Омелу; а нашедши ее, собираютъ съ великимъ благоговеніемъ и многими церемоніями. Отмѣнно почитается, естьли случится сіе точно въ шестый день по рожденіи мѣсяца; ибо отъ сего дня начинаются мѣсяцы ихъ, годы и самое изчисленіе времени, возобновляющееся чрезъ каждыя 30 лѣтъ. Сію Омелу называютъ они всеизцѣляющею. Подъ онымъ деревомъ приготовляютъ надлежащимъ образомъ жертву и трапезу; приводятъ туда двухъ бѣлыхъ быковъ, которыхъ рога въ сіе время еще въ первый разъ связуются; священникъ въ бѣломъ одѣяніи возходитъ на дерево и срѣзываетъ Омелу златымъ серпомъ, а стоящіе въ низу пріемлютъ ее на бѣлое полотно. Тогда убиваютъ воловъ для жертвы и возсылаютъ слѣдующую молитву: Боже, благослови даръ сей въ пользу тѣмъ, коимъ онъ данъ!} составляли особенную секту, то не неприлично будетъ разсмотрѣть обряды, ими употребляемые. Древность ихъ и особенное состояніе дѣлаютъ вѣроятнымъ то, что нѣкоторые обряды ихъ и установленія приняты были при. учрежденіи Общества нашего, Въ самыя новѣйшія времена, а имянно въ 1140 году, составили они во Франціи порядочное Духовное Собраніе и въ Орлеанѣ построили Коллегію. Прежде сего соединяли они во Франціи оба сіи состоянія: имъ поручено было стараніе о жертвахъ, предписаніе правилъ при Богослуженіи, и рѣшеніе споровъ о правѣ и собственности,

Въ древнѣйшія времена въ Галліи и Британніи избирались они изъ лучшихъ фамилій, и ради знатности породы ихъ и сана находились въ величайшемъ почтеніи. ученіе ихъ состояло въ Астрономіи, Геометріи, Натуральной Исторіи, Политикѣ и Географіи. Они были хранители всѣхъ священныхъ вещей, толкователи религіи и судіи надъ всѣми дѣлами безъ изъятія. Въ каждой землѣ имѣли они Начальника, или Архидруида. Они были наставники юношества, научали оное нѣкоторымъ стихотвореніямъ, кои надлежало выучивать наизусть безъ всякой помощи писанія. Симъ образомъ наставляли они въ таинствахъ религіи, наукахъ и политикѣ. По окончаніи каждаго года имѣли они всеобщее празднество и собраніе, во время коего приносили моленіе свое и дары Богу Натуры; при семъ случаѣ носили они Омелу {Омела, по Латински Viscum, по Французски le Gui, по Нѣмецки Riester, по Англійски Misltetoe, Misletoe, деревцо не само собою на землѣ, но на другихъ деревахъ, какъ то: на кленѣ, липѣ, орѣшникѣ, березѣ, а особливо на дубѣ, ростущее сучками и кустиками; листы имѣетъ всегда зеленѣющіеся; ягоды алыя, прозрачныя, наполненныя весьма клейкимъ сокомъ, изо котораго птичій клей дѣлается; прозябаетъ, или родится изъ своего сѣмени, укореняющагося въ разщепленной корѣ котораго нибудь изъ вышеупомянутыхъ деревѣ.} и вѣтви дубовыя, и въ стихахъ Мистическихъ просили грядущей весны и возобновленія года. При жертвоприношеніяхъ {Я не могу оставииь матерію о Богослуженіи Друидовъ, не упомянувъ о попрекѣ, который дѣлаюшь имъ Солинъ и Діо Кассій тѣмъ, что приносили они человѣческія жертвы или мясомъ человѣческимъ жертвовали. Разсматривая безпристрастно обвиненіе сіе, не найдемъ въ немъ толь великаго преступленія противъ Бога Природы и человѣчества, какъ то сначала кажется. Они были судіи въ дѣлахъ гражданскихъ и духовныхъ; они были исполнители законовъ, и яко служителямъ Бога, порученію имъ было отправленіе правосудія. Я соглашаюсь, что они употребляли жертвы человѣческія; но приносимые въ жертву были преступники, оскорбители общества, вредные свѣту грѣхами своими, и за срамныя злодѣянія на казнь смертную осужденные. Великое свойство Бога, коему оказывали они святѣйшее почитаніе, было Правовосудіе; и такъ Богу правосудія приносили они оскорбителей, преступившихъ законы его. Впрочемъ смертная казнь весьма старовременна и никогда еще не поставляема была въ стыдъ Государствамъ, въ которыхъ ее употребляли. Таковыя у Друидовъ казни долженствовали быть наказаніями купно и примѣрами. Высочайшіе обряды, яко предуготовленія, предшествовали страшнымъ позорищамъ симъ, дабы впечатлѣть въ души зрителей; а величайшій ужасъ страданія и величайшее отвращеніе отъ преступленій, за кои оныя были претерпѣваемы, долженствовали, поученію Друидовъ, вливаться въ сердца при томъ присутствующихъ. Преступники заключались въ статую чрезвычайной величины, сплетенную изъ дозъ, и во внутренности ея съ мученіемъ окончивали огнемъ жизнь свою" Статуя сія представляла Тирскаго Геркулеса, коего имя Ремфанъ на Еврейскомъ языкѣ значитъ Исполина" Съ нимъ приѣхали феникійцы въ землю нашу, и отъ него научились Друиды обрядамъ Аммонскимъ и обычаемъ Еврейскимъ. Подъ его именемъ также обожаемъ былъ Богъ Природы, представляемый во образѣ солнца. Въ честь и память его предаваемы были преступники изображенію его, яко бы Богу Правосудія.}, и обрядахъ священныхъ носили они платье бѣлое, да и животныя, приносимыя въ жертву, были также бѣлые волы. Въ каждомъ году одинъ разъ имѣли они публичное присутствіе, въ которомъ всѣ дѣла были слушаемы и рѣшимы. Они почитали единаго, высочайшаго, неизмѣримаго и безконечнаго Бога; но богослуженіе свое не ограничивали въ храмѣ, сотворенномъ руками человѣческими: всю вселенную называли они Храмомъ Божіимъ, и всякой другой храмъ почитали противорѣчащимъ свойствамъ Его. Всѣ законы ихъ и религія предлагаемы были въ стихахъ. Нѣкоторые Друиды употребляли лѣтъ по дватцати на изъученіе сихъ духовныхъ и пауки составляющихъ двустишій, кои писать было запрещено: симъ средствомъ сохраняли они ихъ отъ Народа. Отвращеніе и ненависть Римлянъ къ Друидамъ были столь велики, что [какъ повѣствуетъ Светоніи] Августѣ запретилъ обряды ихъ, а Императоръ Клавдій и совсѣмъ ихъ отрѣшилъ.

Многія и вѣроятныя догадки были о томъ, что Феникіицы {Говоря о Феникіанахъ, надлежитъ намъ различать съ точностію временъ. "Сей народъ обладалъ сперва великою полосою земли, называемой землею Ханаанскою. Чрезъ завоеванія Израильтянъ, подъ предводительствомъ Іисуса Навина, потеряли они большую чаешь оной. Земли, доставшіяся по раздѣлу колену Ассурову, простирались до Сидона; однакожь сей городъ завоеванъ не былъ. Хотя побѣды Іисуса Навина и лишили Феникіанъ большей части области ихъ; но слѣдствія сего произшествія наградили ихъ изобильно. Въ самомъ дѣлѣ большая часть древнихъ жителей Палестины, видя себя угрожаемыхъ совершенною погибелью, искала помощи и спасенія въ бѣгствѣ, Сидонъ предложилъ пристанище бѣглецамъ симъ. Чрезъ сіе нападеніе Евреовъ Сидоняне приведены были въ состояніе разсыпать поселенцовъ во всѣ мѣста, куда имъ угодно было. Сидонъ ссужалъ ихъ своими кораблями, и употреблялъ новыхъ жителей для распространенія торговли и поселеній. По сей причинѣ вышло тогда изъ Феникіи множество поселенцовъ, разсѣявшихся по всѣмъ землямъ Африки и Европы." Произшествіе сіе можно полагать въ 2353 году отъ сотворенія міра, а до Рождества Христова въ 1451.

Не одна только Испанія была за Геркулесовыми столпами, куда дошли Феникіане: узнавъ кораблеплаваніе по Окіану, ѣздили они и въ правую и въ лѣвую сторону залива Гибралтарскаго. Страбонъ увѣряетъ, что не за долго предъ Троянскою войною овладѣли они частію Южныхъ береговъ Африки.

Посредствомъ нѣкоего разсужденія, открывающагося намъ изъ чтенія древнихъ Писателей, можемъ мы нѣсколько опредѣлить пріездъ ихъ въ Англію. Сіи Писатели утверждаютъ, что все олово, употребляемое въ извѣстномъ свѣтѣ, доставляемо было съ острововъ Касситорскихъ, и безсомнѣнія острова сіи были Сорлингенскіе и часть Коринвалла. Мы видимъ изъ Моисеевыхъ книгъ, что во времена его олово было знаемо въ Палестинѣ. Гомеръ научаетъ насъ, что въ Героическомъ вѣкѣ употреблялся металлъ сей. Изъ сего слѣдуетъ, что Феникіане еще въ самой отдалѣннѣйшей древности имѣли торгъ съ Англіею." Гогуетъ о произхожденіи Наукъ и Художествъ.} посѣщали землю сію [Англію] въ весьма отдаленныя столѣтія. Иные хотѣли доказывать сіе изъ сходства одежды и жезла западныхъ Британцовъ. Сей жезлъ у Друидовъ былъ въ обыкновеніи и назывался Жезломъ Діогеновымъ. Въ описаніи госп. Зельдена о нѣкоторыхъ Друидскихъ статуяхъ, вырытыхъ изъ земли въ Вихтельбергѣ, въ Германіи, преимущественно упоминается о немъ. Вѣроятно, что Феникіане сообщили учителямъ симъ законы и обряды, извѣстные у Евреовъ и описанные въ книгѣ Левитъ. Алтари, или Храмы Друидовъ, обелиски ихъ, или монументы примѣчанія достойныхъ произшествіи, коихъ нѣкоторые остатки и поднесь еще видны, имѣютъ великое сходство съ описанными въ Ветхомъ Завѣтѣ. Моис. Кн. Бытія, гл. 28. ст. 16, 17, 18, 22. "И воста Іаковъ отъ сна своего, и рече: яко есть Господь на мѣстѣ семъ, азъ же не вѣдѣхъ. И убояся, и рене: яко страшно мѣсто сіе: нѣсть сіе, но домъ Божій, и сія врата небесная. И воста Іаковъ заутра, и взя камень, сгоже положи тамо въ возглавіе себѣ, и постави его въ столпъ, и возлія слей верху его.-- И камень сей, егоже поставихъ въ столпъ, будетъ мы домъ Божій. Моис. Кн. Исход. гл. 20, ст, 25. Аще же олтарь отъ каменіи сотворити ми, да не устроити ихъ тесаныхъ: сѣчиво бо твое аще возложити на нихъ, то осквернятся." Гл. 24. ст. 4. 5. И написа Моисея вся словеса Господня: объутревъ же Монсея заутра созда олтарь подъ горою, я дванадесять каменія въ дванадесять племенъ Израилевыхъ; я посла юношы сыновъ Израилевыхъ, и принесоша всесожженія, и пожроша жертву спасенія Господу Богу тѣльцы." Книга Второзаконія, гл. 27. ст. 2, 4, 5, 6, И будетъ въ онъ же день прейдете Іорданъ на землю, юже Господь Богъ твой даетъ тебѣ во жребій, и поставити себѣ каменіе велико -- И будетъ егда прейдете Іорданъ, да поставите каменіе сіе, яже азъ повелѣваю вамъ днесь, въ горѣ Гевалъ; -- И да созиждеши тамо олтарь Господу Богу твоему, олтарь отъ каменія: да не возложити на нихъ желѣза. Каменемъ всецѣлымъ да созиждеши олтарь Господеви Богу твоему." -- Таковыя мѣста назывались обыкновенно домомъ Божіимъ. Кн. I. Паралипоменонѣ, гл. 22. ст. 1. Се есть домъ Господа Бога, и сей олтарь на всесожженіе Израилю"" -- Сіе говорится объ алтарѣ, воздвигнутомъ Давидомъ, гдѣ послѣ послѣ того во Храмѣ Соломоновомъ стоялъ алтарь мѣдный.

Дубъ почитался Друидами за свято {Діодоръ Сицилійской называетъ жрецовъ Галльскихъ Σαρονιδας , что значитъ: дубъ. Бріантъ въ Анализѣ своемъ, повѣствуя о послѣдователяхъ Аммонскихъ обрядовъ, говоритъ; "Касательно именъ, которыя народъ сей въ теченіе времени прилагалъ божествамъ, имъ почитаемымъ, или городамъ, которые онъ созидалъ, находимъ, что онѣ произходятъ отъ именъ особъ сихъ, или отъ титловъ, коими послѣ того почтены они были. "По сему раздѣляетъ онъ ихъ по классамъ и доходитъ до коренныхъ словъ [такъ онъ именуетъ ихъ], между коими полагаетъ и односложное Σαρ . "Подъ словомъ Саръ [говоритъ онъ] научаютъ насъ, что какъ дубы назывались Сарониды, то и древніе Друиды, почитавшіе дубы святыми, также именовались. Вотъ титло, приписуемое Галльскимъ священникамъ, какъ то явстэуетъ изъ Діодора Сицилійскаго, и купно служитъ оно доказательствомъ того, сколь далеко простиралась религія Аммонская, и сколь мало мы извѣстны о богослуженіи Друидовъ, какъ въ разсужденіи существа его, такъ и произхожденія." Бріантъ въ Анализѣ древней Митологіи.

Максимъ Тирій говоритъ: "Целты, или Галлы, почитали Юпитера, коего символъ, или знакъ, былъ: высочайшій дубъ."

Саксонцы называли Мудрецовъ своихъ Dry, отъ слова Друиды.}: подъ вѣтвями его собирались они, и отправляли торжественные обряды свои. Также у Евреовъ и другихъ древнихъ Народовъ дубъ и дубовые лѣса были въ великомъ почтеніи: сіе видно изъ Книги Второзаконія, гл, 12. ст. 23. Кн. Судей, гл. 6: ст. 19.; Кн. Третіей Царствъ, гл. 18. ст. 17. IV. Кн. Царствъ, гл. 21. ст, 37.; II. Кн. Паралипоменонъ, гл. 15. ст. 16. 17. Кн. Второзаконія, гл. 7. ст. 5. гл. 16. ст. 21.; Кн. Исход. гл. 34, ст. 13. Кн. Судей, гл. 3. ст. 7. {"Мойсей, Кн. V гл. 12. ст. 23. Пагубою погубите вся мѣста, въ нихже служиша тамо языцы богомъ своимъ, яже вы пріимише на горахъ высокихъ, и холмѣхъ, и подъ древомъ сѣновнымъ. И да разкопаете требища ихъ, и сокрушите столпы ихъ, и дубравы ихъ ссѣчете, и ваяніе боговъ ихъ сожжете огнемъ, и погубите имя ихъ отъ мѣста того. Кн. Судей, гл. 6. ст. 19. Мяса вложи въ кошницу и юху влія въ горнецъ, и изнесе къ нему подъ дубъ, и поклонися."

"Кн. III, Царствъ, гл. 18. сіи. 19. Пророковъ дубравныхъ четыреста."

"Кн. IV. Царствъ гл. 12. ст. 3. И обратися, и созда высокая, яже разори отецъ его Езекія, и воздвиже жертвенники Ваалу, и сотвори дубравы, якоже сотвори Ахаавъ Царь Израилевъ, и поклонися всей силѣ небеснѣй, и поработа имъ. "Ст. 7. И постави изваяное дубравы въ храмѣ, и пр."

"Кн. II Паралипоменонъ. Гл. 15. см 16. И Мааху, матерь свою отлучи, да не служитъ Астарту, и сокруши идола и сожже въ потоцѣ Кедрстѣмъ. Ст. 17. Токмо высокихъ не остави, еще бо бяху во Израилѣ."

"Кн. Второзаконія. Гл. 7. ст. 5. Требища ихъ разсыплете, и столпы ихъ да сокрушите, и дубравы ихъ да посѣчете, и ваянія боговъ ихъ дл сожжете огнемъ.-- Гл. 16. см 21. Да ненасадиши себѣ дубравы всякаго древа, близь олтаря Господа Бога твоего."

"Мойс. Кн. Изходъ, гл. 34. ст. 13. Капища ихъ разорите, и Кумиры ихъ сокрушите и дубравы ихъ посѣцыте."

Кн. Судей гл. 3, ст. 7. Сынове Израилевы послужити Ваалу и дубравамъ.} -- Исаіи гл. 1. ст. 29: и постыдятся о дубахъ своихъ, ихже возжелѣша.-- Галльскіе Маги имѣли Δρῦς, или дубы въ великомъ почтеніи {Плиній въ Натуральной Исторіи.}; Целты чтили дубъ, яко представленіе или символъ Юпитера {Максимъ Тирій.}.

Я занимался столько сею матеріею для того, что она подтверждаетъ догадку, что Друиды получили правила свои и ученія отъ Феникіанъ, какъ то явствуетъ изъ приведенныхъ мною главныхъ сходствѣ {Въ долинѣ Торморѣ, на островѣ Арранѣ, находятся остатки четырехъ круговъ. По числу круговъ и отдѣленному положенію ихъ кажется, что мѣсто сіе было освященное. Круги сіи сдѣланы были для Богослужительнаго употребленія. Бетій повѣствуетъ, что Маинъ, сынъ Фергуса I возстановитель и распространитель религіи по образу Египетскому [такъ называетъ онъ ее]., учредилъ многія новыя торжественныя церемоніи, и велѣлъ поставить въ кругъ большія камни. Величайшіе изъ нихъ лежали къ Югу, и во время жертвъ, безсмертнымъ богамъ приносимыхъ, служили вмѣсто алтарей. Boetius, Lib. II. cap. I 5.-- Бетій говоритъ отчасти справедливо: Предметъ Богослуженія былъ солнце; сіе утверждаетъ и самое положеніе алтаря, воздвигаемаго противъ свѣтила сего въ полуденномъ онаго сіяніи. Пеннантово Путешествіе къ Гебридамъ.}. Изъ сего можно заключитъ, что отъ нихъ же получили они и ученіе Моисея и первоначальныя правила Премудрости и Истины, такъ, какъ оныя въ первые годы по созданіи міра преподаваемы были.

Въ Іероглифическомъ смыслѣ дубъ значитъ силу, добродѣтель, крѣпость, а иногда и долговременную жизнь: можетъ бытъ и Друидами подъ сими же символическими знаками былъ онъ почитаемъ. Омела, въ чрезвычайномъ почтеніи у нихъ бывшая, имѣетъ изящныя врачебныя свойства, которыя въ тѣ времена невѣденія составляли можетъ быть главную вещь въ матеріи Медицинской [Materia Mcdica]: она есть лѣкарства отъ падучей болѣзни и отъ всѣхъ болѣзней въ нервахъ, которымъ Британцы во времена сіи можетъ статься особенно подвержены были ради великихъ лѣсовъ въ землѣ ихъ, ради вредныхъ паровъ, произходящихъ отъ оныхъ, ради сырости воздуха отъ малаго населенія и ради приморскаго положенія земли сея.

Изъ всѣхъ сихъ учрежденій Богослуженія, обрядовъ, обыкновеній и церемоній, имѣющихъ во многомъ великое сходство съ обрядами Общества, можемъ естественно догадываться, что учредители нынѣшнихъ правилѣ нашихъ устремляли вниманіе свое какъ на древнѣйшее поколѣніе Христіанѣ, такъ и на первыхъ почитателей и Исповѣдниковѣ Бога Природы. Древнее Писаніе наше, о коемъ я упоминалъ, подаетъ намъ утвердительное доказательство того, что ученія Пиѳагоровы и положенія Василидовы были основательныя положенія духовныхъ и нравственныхъ предписаній нашихъ.-- Слѣдующія рѣчи объяснятъ утвержденія сіи, и какъ я надѣюсь, приведу тѣ часѣ въ состояніе показать первоначальныя правила наши съ немалымъ степенемъ несомнѣнности.


## РѢЧЬ IV. СУЩЕСТВО ЛОЖИ.


Теперь пріемлю на себя доказательство перваго положенія моего, и постараюсь показать, что первыя степень Каменщика изображаетъ первыя степень почитанія истиннаго Бога,

Ложа, открываемая вступающему въ нее Каменщику показуетъ ИЗОБРАЖЕНІЕ МІРА {Всякая часть Богослужительныхъ учрежденій, сдѣланныхъ Моисеемъ доказывала подражаніе и изображеніе системы міра. Когда Скинію Свидѣнія тритцати локтей величиною раздѣлилъ онъ на три части и двѣ изъ оныхъ оставилъ всѣмъ священникамъ, яко общественное и для входа имъ позволенное мѣсто: то чрезъ сіе означилъ онъ море и землю, ибо онѣ всѣмъ невозбранны. Но третію часть назначилъ онъ для единаго Бога; ибо небеса неприступны для человѣковъ. Положа двѣнатцать хлѣбовъ на столѣ, ознаменовалъ годъ, на толикоже мѣсяцевъ раздѣленный. Сдѣлавъ свѣтильникъ со седмьюдесятью вѣтвями, относилъ ихъ скрытнымъ образомъ къ Деканамъ (δεκαμοιριαι) или седмидесяти раздѣленіямъ планетъ. Седмь лампадъ на свѣтильникѣ относились къ теченію планетъ, въ толикомъ же числѣ состоящихъ. Ковры, изъ четырехъ веществъ сдѣланные, означали четыре стихіи. Тонкое полотно представляло землю, ибо ленъ произрастаетъ изъ земли; пурпуръ море, ибо краска сія дѣлается изъ крови морскаго животнаго; синета воздухъ, а кармазинъ весьма естественно огонь изображали. Льняныя ризы Первосвященника означали землю, синій цвѣтъ небо, гранатовыя яблоки молнію, а шумъ звонцовъ громъ, верхняя риза означала, что Богъ сотворилъ Природу вещей всѣхъ изъ четырехъ стихій: по мнѣнію моему, вотканное въ ней злато относилось ко свѣту, все осіявающему. Щипецъ посрединѣ верхней ризы уподоблялся землѣ, занимающей среднее мѣсто; а поясъ означалъ окіанъ, все объемлющій. Два сардоникса, которые яко пуговицы на раменахъ ризы прикрѣплены были, означали солнце и луну. Двѣнатцашь камней можно принять изображеніемъ двѣнатцати мѣсяцовъ, или толикаго же числа звѣздъ въ кругѣ, называемомъ Греками Зодіакъ: въ обоихъ изъясненіяхъ сихъ не обманемся. Клобукъ, изъ темносиняго сдѣланный, по видимому означалъ небо; а безъ сего не написано бы на немъ было имя Божіе. А что онъ украшенъ былъ вѣнцемъ, да еще и златымъ, сіе учинено было ради сіянія, которое Божеству всего пріятнѣе." Іосифъ въ Древ. Іуд. К. III. Гл. 7. въ концѣ, Въ другомъ мѣстѣ Іосифъ говоритъ, что свѣтильникъ былъ символъ седми дней творенія и успокоенія.

Скинія Свидѣнія, въ пустынѣ Израильтянами поставленная, можетъ подать нѣкоторое понятіе о тогдашнемъ строеніи Египетскихъ храмовъ. Я въ самомъ дѣлѣ думаю, что во вкусахъ, въ коихъ строены были зданія сіи и Скинія Свидѣнія находилось нѣкоторое сходство. Хотя Скинія Свидѣнія была не иное что, какъ только большой шатеръ; однакожь "на походила много на зданіе" Намъ надлежитъ почитать ее изображеніемъ храмовъ и чертоговъ Восточныхъ. Приведемъ себѣ здѣсь на память вышесказанное о образѣ правленія Евреовъ. Высочайшее Существо было у нихъ какъ Богъ, такъ и Царь. Скинія Свидѣнія сдѣлана была съ такимъ намѣреніемъ, чтобъ соотвѣтствовать обоимъ названіямъ симъ. Израильтяне приходили въ нее иногда для поклоненія Всемогущему, а иногда для пріятія повелѣнія отъ Царя своего, Присутствовавшаго чувственнымъ образомъ между своимъ Народомъ. И такъ я думаю, что Скинію Свидѣнія должно почитать за такое зданіе, которое, слѣдуя намѣреніямъ Божіимъ, въ разсужденіи образа строенія сходствовало со зданіями Восточными, для служенія богамъ и обитанія царей ихъ назначенными. Сверхъ сего все расположеніе Скиніи Свидѣнія представляло образецъ правильнаго и съ великимъ искуствомъ расположеннаго зданія. Кажется, что мѣра и всѣ отношенія рачительно наблюдены и въ совершенствѣ употреблены были. См. Гогуетъ: о произхожденіи Законовъ, Наукъ и Художествъ.} въ которомъ чудеса Природы ведутъ насъ къ размышленію о великомъ ея Началѣ и къ почитанію Онаго ради великихъ Его твореній; чрезъ сіе склоняемся мы также къ исполненію нравственныхъ и общественныхъ добродѣтелей, приличествующихъ роду человѣческому, яко служителямъ великаго Строителя міра, по образу Коего сотворены мы были.

Творецъ желая благословитъ состояніе человѣка на землѣ, отверзъ руку Божественнаго милосердія Своего благими дарами: Онъ разпростеръ надъ міромъ освѣщенный сводъ небесный. Кровъ Скиніи Свидѣнія и завѣса храма Іерусалимскаго изображали небесный полушаръ и были сдѣланы изъ синяго, пурпуроваго и кармазиннаго {Кн. II Паралипоменонъ, гл. 3. ст. 14; "Сотвори же завѣсу отъ желтаго, и багряницы и червляницы, и виссона, и сошка на ней Херувимы." См. также Іосифа.

Сіе мѣсто, взятое въ Нѣмецкомъ изъ Лутерова перевода, хотя и не доказываетъ утверждаемаго сочинителемъ; однакожь во первыхъ въ Англійскомъ переводѣ Библіи находятся точныя слова въ текстѣ приведенныя; Іосифъ согласенъ съ оными; а наконецъ и Михаелисъ, въ сравненіяхъ II книги Моисея, 36 и слѣдующихъ главъ, во всѣхъ мѣстахъ, гдѣ у Лутера написано "желтой шелкъ, багряница, червленица и сученой бѣлой шелкъ "употребляетъ: "темносиній,-- пурпуровый, кошенилль и шестиниточное сучиное полотно." Примѣчаніе Нѣмецкаго Переводчика.}; такимъ же образомъ и кровъ Ложи. Яко символомъ могущества и благости Божіей, вездѣсущности Его и вѣчности Ложа наша украшена солнцемъ {Кромѣ упомянутаго уже о Аммонскихъ обрядахъ и почитаніи солнца, было слѣдующее ученіе у Маговъ: "Первой" чадный духъ [intelligentia], который есть первое основаніе вещей всѣхъ, открывается духу токмо и разуму: но въ мірѣ видимомъ представилъ онъ солнце, яко образъ свои; а лучи сіяющаго свѣтила сего суть только слабый отблескъ сіянія въ высшихъ небесахъ видимаго. "Прилѣжащему къ изслѣдованію Натуры представляется, что во всемъ мірѣ солнце есть вѣроятнѣйшее мѣсто для престола Божія; ибо изъ него изливается на всѣ творенія и свѣтѣ и теплота, тонкое, неизчерпаемое и само стоящее Существо; а сіе управляетъ дѣйствующими духами, иди и само есть они, представляющіе Божія творенія полемъ Природы. Псал. 103. ст. 1-4. "Благослови душе моя Господа: Господи Боже мой, возвеличился еси зѣло: во исповѣданіе и въ велелѣпоту облеклся еси. Одѣяйся свѣтомъ, яко ризою, простираяй небо, яко кожу. Покрывали водами превыспренняя своя, полагаяй облака на восхожденіе свое, ходяй на крилу вѣтреню, шворяй Ангелы своя духи, и слуги своя пламень огненный." Тотъ же Псаломъ слѣдуя Нѣмецкому переводу: "Хвали душа моя Господа! Господи Боже мой, колико ты славенъ! колико прекрасенъ и велелѣпно изукрашенъ! Свѣтъ есть одежда, въ которую облеченъ Ты. Ты шествуешь на облакахъ, яко на колесницѣ, и ходишь на крилахъ вѣтра. Ты, творящій вѣтрами Ангеловъ Твоихъ, и служителей Твоихъ пламями огненными.}, которому повелѣлъ Онъ являться на Востокѣ и открывать день, и чрезъ которое воззывалъ Онъ Народы земли сея къ почитанію добродѣтели и шествованію по путямъ ея.

Великій Творецъ всяческихъ опредѣлилъ луну для управленія нощію, весьма удобнымъ временемъ для торжественныхъ размышленій. По окончаніи дневныхъ трудовъ, когда мысли человѣческія попеченіемъ житейскимъ уже болѣе не отвлекаются, ощущаютъ сладость души наши, изходя съ духомъ размышленія на чтеніе великихъ твореній Всемогущаго въ усѣянной звѣздами небесной тверди и въ безчисленныхъ мірахъ, и на разсужденіе по сему о всемогуществѣ Его {О величественная нощь, великая Природы предшественница! рожденная прежде дня, и опредѣленная къ прежитію тлѣннаго солнца! смертными и безсмертными со страхомъ почитаемая. Изъ звѣздъ составленный вѣнецъ украшаетъ мрачное чело твое, а сафирный поясъ твое тѣло; облака различныхъ видовъ и тѣней сотканные божественнымъ искуствомъ въ легкое одѣяніе, образуютъ далеко развѣвающуюся ризу швею, которой возкрайя по всему небу простираются. Мрачное велелѣпіе твое [сей величественнѣйшій и паче всего духъ возбуждающій видъ Природы] требуетъ пѣсни благодарственной. Яко черная златомъ изпещренная завѣса, на всѣ прежніе труды мои пущенная, заключаетъ оно явленіе сіе." Юнг. нощ. IX.}. Обратятся ль мысли наши отъ сего сіянія исполненнаго позорища на насъ самихъ; то усматриваемъ тогда малость человѣка и по естественному заключенію признаемъ благость Бога, Который насъ -- толико малыя солнечныя пылинки!-- посредѣ великихъ твореній Своихъ уважаетъ, и Коего всеобщая Любовь такъ Божественно изъясняется: Ни едина птица [ворабей] не падетъ на землю безъ Отца вашего: вамъ же и власи главніи еси изочтенни суть.

Когда міръ находился еще въ рукахъ великаго Строителя своего, тогда былъ Онъ мраченъ и безобразенъ; но онъ изрекъ Божественное: ДА БУДЕТЪ, и се быстъ свѣтѣ {Умолкните ярящіяся волны! успокойся глубина кипящая! рекло Слово всесотворшее: Да престанетъ между вами бѣснующійся раздоръ.-- Не медлитъ онъ болѣе; подъемлешся на криліяхъ Херувимовъ, и облеченъ сіяніемъ Отца Своего, грядетъ во глубину Хаоса, во глубину міра, еще не рожденнаго: внялъ бо Хаосъ гласъ Его. Сопровождаетъ Его воинство Ангельское во строѣ лучезарномъ. По семъ повелѣваетъ Онъ остановиться горящимъ колесамъ; приемлетъ въ десницу здатый циркуль, въ Божественной оружейницѣ изготовленный, дабы очертить міръ, небеса и все Имъ сотворенное; поставляетъ единую ногу онаго во средину; а другою вокругъ мрачной глубины обводитъ. Се предѣлы твои, о міръ! [тако изрекъ Онъ] доселѣ ты пойдеши; се окружность, Мною тебѣ назначенная.--

И рече Богъ: Да будетъ свѣтъ!-- воспрядаетъ въ едино мгновеніе изъ нѣдръ нощи свѣтъ ееирный; первый, чистѣйшій вещей всѣхъ; приемлетъ чрезъ мрачный воздухъ величественное теченіе свое; отъ мѣста рожденія своего, отъ Востока, начинаетъ Онъ его. Еще покрытъ онъ былъ флеромъ облака сіяющаго, и солнце во время сіе еще не существовало; а свѣтъ во храминѣ облаковъ имѣлъ пребываніе свое. Изъ утра и вечера бысть первый день сей. Небесные хоры, взирая на свѣтъ, съ велелѣпіемъ въ день рожденія неба и земли изъ нѣдръ мрачности подобно парамъ изходящій, не оставили Его не восхваленна, не воспѣта, не торжествуема, и клики радости раздаются по пустому своду зданія всемірнаго; въ восторгъ приемлютъ они лиры, и превозносятъ въ пѣсняхъ своихъ Его, Творца міра, въ первый вечеръ и утро." См. Милтонов. Поему Потерянной Рай, пѣснь VIII. Нѣм. перев. г. Захарія.}. Твореніе освободилось отъ мрачности и солнце мгновенные лучи на поверхность земли изліяло. Сіе великое свѣтило сочеталъ Онъ съ Природою, и сила растенія произошла отъ объятій ихъ. Воздѣйствовала луна втеченіемъ своимъ надъ водами и силою притяженія приливѣ и отливѣ произвелися.

Въ воспоминовеніе чудесъ сихъ при началѣ міра, и желая, чтобъ небеса съ благоволеніемѣ воззрѣли на добродѣтельныя дѣянія наши приемлемѣ мы изображенія солнца и луны, яко емблемы великаго Свѣта истины, открытаго первому человѣку; купно означаемъ мы чрезъ сіе и то, что мы, яко истинные Каменщики, освободясь отъ мрачности, учинились чадами свѣта и въ системѣ нашей признаемъ обожаніе Давшаго свѣтѣ твореніямъ Своимъ. Покажемъ же исполненіемъ и дѣлами въ жизни нашей, что мы достойно приемлемъ Символы наши, и что мы, яко чада свѣта отвратились отъ твореній мрачности, т. е. невоздержанія, піянства, ненависти, сатанинскаго злосердія и владычества его, предпочитая имъ соболѣзнованіе, благоволеніе, правосудіе умѣренность цѣломудріе и любовь братскую, яко благоугодную службу, на которую великій Господь всяческихъ съ удовольствіемъ со престола блаженства Своего взираетъ.

Та же Божественная рука, толико изящными дарами обилующая и зрѣлищемъ славныхъ твореній ея на небесахъ насъ ощастливившая, и землю прекраснымъ ковромъ покрыла. Онъ соткалъ коверъ сей многоцвѣтнымъ: плоды и цвѣты, поля и луга, златыя бразды со жнивомъ и сѣнистыя лощины, горы приманчивыми лѣсами облеченныя и долины млекомъ и медомъ текущія; Онъ сдѣлалъ его, такъ сказать, Мозаическою работою и доставилъ чрезъ то оку человѣческому пріятную многоразличность. Изліялъ Онъ на насъ дары Свои со изобиліемъ; не единыя необходимыя для жизни потребности, но и вино для увеселенія сердца человѣческаго, и елей для содѣланія прекраснымъ образа его даровалъ Онъ. Дабы учинить еще прекраснѣйшимъ то зрѣлище жизни, на которое насъ -- благоугоднѣйшихъ тварей Своихъ -- помѣстилъ Онъ, обнесъ Онъ землю нашу Окіаномъ, яко оплотомъ. Премудрый Творецъ сотворилъ человѣка по образу Своему -- не тѣломъ, но духомъ Себѣ подобнымъ. Онъ вдунулъ дыханіе жизни въ ноздри его, а купно съ онымъ и подобіе Божества, то есть духъ разумный. Онъ окружилъ землю Окіаномъ, не для здравія токмо, долженствующаго произходить отъ движенія его; но и для того, чтобъ духу человѣческому открыть путь сообщенія во всѣ концы Вселенной, и дабы чрезъ взаимное обращеніе ко взаимнымъ благимъ дѣйствіямъ человѣки соединились и былибъ всѣ яко члены единаго общества.-- Всѣ предметы сіи изображены на коврѣ Ложи нашея.

Міръ есть Храмъ Божества, которому мы служимъ. Премудрость, Сила и Красота стоятъ вокругъ престола Его, яко столпы Его творенія; Премудрость бо Его безконечна, Сила Его есть всемогущество, а Красота въ размѣрѣ и порядкѣ по всему творенію Его сіяетъ. Онѣ разпростерѣ небо, яко сводѣ; а землю, яко подножіе ногѣ своихъ, поставилъ. Храмъ свой увѣнчеваетъ Онъ Звѣздами, яко діадимою; а въ рукѣ Своей постираетъ могущество и славу. Солнце и Луна суть провозвѣстники воли Его, а весь законѣ Его Согласіе {Весьма искусное и тонкое отношеніе къ Сочинителевой Ложѣ, называемой Concordia, или Согласіе. Прим. Нѣм. Переводч.} -- Столпы, подкрѣпляющіе ложу нашу, изображаютъ божественныя свойства сіи.

Ложа, гдѣ собираются совершенные Каменщики представляетъ оныя творенія Божества.

Ложу духовную полагаемъ мы въ долинѣ Іосафатовой. Чрезъ сіе наказуемъ, что правила Каменщичества произведены изъ познанія Бога, и основаны на Судѣ Господнѣ; ибо буквенный переводѣ слова Іосафатъ съ языка Еврейскаго не иное что означаетъ, какъ упомянутыя слова. Высочайшіе холмы {Дабы украсить священные холмы сіи, мѣста идолослуженія, обсаживали ихъ со временемъ деревами; и отъ сего произходитъ святость лѣсовъ и рощей, отъ которыхъ и сами идолы ихъ часто имена свои получали. Наконецъ начали освящать только нѣкоторыя избранныя древа. Галлскіе Маги, называемые Дріаде, почитали дубъ, по Гречески Δρυς, и отъ сего названіе свое имѣли. Етрурцы почитали самый крѣпчайшій дубъ; а у Цельтовъ гибкое дубовое дерево была идолъ, или изображеніе Юпитера."

"У Израильтянъ идолопоклонство началось во время Судей Гофоніила и Аода. См. Кн. Судей, гл. 3. см 7. И наконецъ оно сдѣлалось у нихъ толико всеобщимъ, что уже имѣли особенныхъ священниковъ, которыхъ называли лѣсными пророками. Ш кн. Царствъ. гл. 18. ст. 19. и лѣсныхъ идоловъ, то есть особенныхъ идоловъ, коимъ были посвящены лѣса. [IV кн. Царствъ. гл. 21. ст. 7.-- II. кн. Паралипом. гл. 15. ст. 16.]} и нижайшія долины съ самыхъ древнѣйшихъ временъ почитались свято; ибо думали, что Духъ Божій, преимущественно въ сихъ мѣстахъ обитаетъ. Іезекіиль, гл. 43. ст. 12. "На верху горы, вся предѣлы его окрестъ, святая святыхъ суть". Въ Вѣтхомъ Завѣтѣ повѣствуется, что Духъ Божій, погребъ Моисея въ долинѣ, въ землѣ Моавской, дабы означить, что Божіимъ вліяніемъ погребенъ онъ былъ въ такомъ священномъ уединеніи. При возхищеніи, Иліи на небо чада Пророка говорили Елисею: "Се пятьдесятъ мужей сильныхъ между рабами твоими: повели имъ изъити искати Господина твоего. Можетъ быть, что взятъ онъ Духомъ Господнимъ, и верженъ на нѣкую гору, или въ долину." Отсюда произтекаетъ почтеніе, въ древнія времена такимъ мѣстамъ оказуемое; отсюда же произходитъ и святость рощь у жителей Восточныхъ и Друидовъ. Они избирали такія мѣста для Богослуженія публичнаго, въ томъ мнѣніи, что онѣ освятятся присутствіемъ Божіимъ; въ нихъ воздвигали они алтари свои и рощами ихъ осѣняли дабы и сами они, какъ Адамъ, слышали гласъ Господа Бога, въ саду ходящаго.

Въ слѣдующія времена разврата и невѣжества святыя мѣста сіи осквернялись безбожіемъ {Простой Народъ потерялъ знаніе означеній символическихъ, которыя съ трудомъ и только Стихотворцами и философами разумѣемы были; а почиталъ самыя изображенія сіи, яко божества дѣйствительныя. Камни, воздвигнутые въ память усопшихъ, учинились мѣстами, въ коихъ потомки оказывали усопшимъ почтеніе свое.-- Сіе становилось отчасу болѣе исключительнымъ, а на конецъ учинилось предметомъ обожанія. " Лорда Камеса Опытъ о человѣкѣ.}. Непросвѣщенный разумъ принималъ ложно образѣ за существо, и не могъ свѣтъ съ мрачностію различити. Святые лѣса и холмы сдѣлались предметами ентузіастической набожности и суевѣрія; молящіеся преклоняли колена свои предъ дубовымъ чурбаномъ и начертаннымъ образомъ солнца, какъ будто бы оныя были божественныя. Нѣкоторыя и въ самыя испорченныя времена сіи пребыли невредимы. Сихъ-то мудрыхъ и избранныхъ мужей, коимъ ввѣренъ былъ свѣтъ истины и разума, и кои сохранили его чиста отъ грѣховъ міра сего, находимъ мы подъ слѣдующими именами: у Персовъ назывались они Маги, у Халдеевѣ Мудрецы, Гадатели и Звѣздочеты, у Грековъ и Римлянѣ Философы, у Индіянъ Брамины, у Британцовъ Друиды и Барды; а у избраннаго народа Божія Саломонъ просіявалъ въ совершенствѣ премудрости человѣческой.

Каждой Ложи Мастеру правленіе свое основывать должно на всеобщемъ согласіи и любви. Ибо яко великій Строитель управляетъ перстомъ систему міровъ и прикасается гармонически сферамъ, чтобъ утреннія звѣзды воспѣвали пѣсни благодарственныя, а воды при непремѣнныхъ красотахъ порядка шумомъ своимъ ихъ сопровождали; такъ и намъ, исполненнымъ радости, должно пребывать въ одной гармонія и въ одномъ законѣ, въ согласіи, любви и благосклонности, быть управляемымъ по одной не премѣнной системѣ, одушевленнымъ однѣмъ правиломъ и сохранять, правоту нравовъ.

Каменщикъ, засѣдающій въ Ложѣ яко Сочленъ, и присвояющій символы сіи, яко знаки состоянія своего, долженъ въ минуту сію мыслями своими возноситься къ оному важному позорчщу, которому тамъ подражаютъ: ему должно напоминать себѣ, что онъ присутствуетъ тамъ, яко исповѣдающей Сочленъ Великаго Храма Міра, дабы повиноваться законамъ Всемогущаго Господа всяческихъ, предъ лицемъ Коего старается онъ получить одобреніе.

Древнее Писаніе, прежде сего мною упоминаемое, изъясняется слѣдующимъ образомъ: первые Каменщики получили знаніе свое отъ Бога, и чрезъ то приобрѣли даръ разпространять ученія свои единымъ истиннымъ способомъ и съ надлежащимъ вразумѣніемъ того, что Ему благоугодно.

Малое число оставшихся невредимыми отъ грѣховъ всенародныхъ, и служащихъ Истинному Единому Богу, презирало басни и глупости идольскія. Другіе же изторгнули себя изъ невѣжества и слѣпоты, коими поглощенны были; разсматривали чудеса, на поверхности Природы явно предлежащія, и слѣдовали за Божествомъ по стезямъ могущества Его и великихъ дѣяній, размышленіе предстало въ первый разѣ, удивляясь, но не понимая, откуда, все сіе произходило. размышленіе предстало вторично, пылая уже увѣреніемъ что Великій Творсцъ, безконечно могущій, безконечно премудрый, и безпредѣльно благій, есть Господь всяческихъ. Они зрятъ Онаго въ дѣлахъ Его, читаютъ въ небесахъ Его величіе, и во глубинѣ чудеса Его усматриваютъ; каждое Произрастеніе, дающее цвѣтѣ лицу Натуры, и каждая вещь, имѣющая дыханіе, являли присутствіе Его и могущество.-- Сіи люди учинились потомъ извѣстными просвѣщеннымъ, и въ совершенствѣ Истины соединились съ ними {"Такимъ образомъ (какъ говоритъ благородный Сочинитель нашъ) человѣкъ, проходя, по долгимъ лавиринѳамъ, достигъ Истинной Религіи. Наконецъ позналъ онъ единое Существо, высочайшее въ могуществѣ, разумѣ И благости; сотворшее всѣ прочія существа; Коему всѣ прочія существа подчинены суть, и Которое всякое произшествіе къ достиженію самолучшей цѣли управляетъ." Лордъ Камесъ въ Опытѣ о человѣкѣ.}.

Предки наши, яко служители Единаго Бога, учили, что Храмъ, въ коемъ служеніе Божеству было угодно не есть твореніе рукъ человѣческихъ. Въ семъ и Друиды имъ послѣдовали. Они признавали, что вся вселенная исполненна присутствіемъ Его; что отъ самыхъ отдаленнѣйшихъ концовъ творенія Онъ не скрытъ. Возводятъ очи свои на небо, яко ко престолу Его, и повсюду подъ солнцемъ, гдѣ Его обожаютъ, взираютъ на себя, яко на сущихъ въ жилищѣ Божества, очамъ Котораго все откровенно. Древніе не токмо удерживались отъ строенія Храмовъ, но и совершенно неправеднымъ сіе почитали; ибо не находили ни единаго Храма, толико пространнаго, что бы могъ онѣ въ себѣ вмѣстить солнце, яко великій символѣ Божества. Вся Вселенная есть Храмѣ солнца (Mundus univerfus ей templum Dei): сіе было положеніе ихъ; полагать предѣлы Безконечному, почиталось у нихъ прегрѣшеніемъ. Когдажъ въ послѣ дующія времена строили они Храмы, то оставляли отверзтіе на небо и кровель не дѣлали.

Истинно вѣрующіе, чтобы устраниться и отличить себя отъ прочихъ человѣковъ, а особливо отъ идолопоклонниковъ ихъ окружающихъ, приняли изображенія и мистическія знаки, съ нѣкоторыми отличающими. Теоремами, по которымъ признавали другъ Друга, и кои ими изъявляли, что они суть служители Бога, въ рукахъ Коего все твореніе находится. Симъ способомъ сохранили они себя отъ гоненіq, а вѣру свою отъ кощунства невѣрнаго народа. Того ради при исповѣданіи положеній вѣры своея говорили они: что они служители Храма, коего предѣлы суть отдаленнѣйшіе концы Вселенной; высота онаго ограничена единымъ небомъ; глубина же его основана на оси, на которой премѣны звѣздами изпещреннаго Зодіака происходятъ.

Египтяне суть первый Народѣ, намъ извѣстный, который въ первые вѣки міра по потопѣ достигъ нѣкоторой важности въ познаніяхъ Астрономіи, Художествъ и Наукъ. Сіе послужило имъ средствомъ къ откровенію бытія Божія. Они чтили Творца великихъ твореній, ими разсматриваемыхъ. Но по свойственнымъ Народу ихъ предразсужденіямъ скоро начали они представлять свойства Божіи символами; а понеже видимыя дѣйствія всемогущества Его отмѣнно въ силахъ солнца и луны показываются, и они вліяніе обоихъ сихъ на всю область Натуры усматривали; то и представляли Божество чрезъ небесныя тѣла сіи, а современенъ и самаго Бога Натуры подъ именемъ Озириса и Изисы обожали {Докторъ Овенъ все идолопоклонническое богослуженіе раздѣляетъ на Сабаизмъ и Гедленизмъ: первое состоитъ въ почитаніи солнца, луны, звѣздъ и силъ небесныхъ (что одно только къ теперешнему намѣренію моему служитъ.) Вѣроятно, что началось оно въ первые вѣки послѣ потопа. Докторъ Придо говоритъ: "Истинная религія, Ноемъ потомству его преподаваемая, была та же, которой Авраамъ придержался, то есть, почитаніе единаго Бога, высочайшаго Правителя всяческихъ, чрезъ Посредника или Ходатая. Человѣки не могли еще опредѣлить, какое существо получило силу ходатайства; ибо въ то время не было еще яснаго откровенія о назначенномъ отъ Бога Ходатаѣ, и такимъ образомъ, понеже Онъ не былъ еще откровенъ свѣту, пришло имъ на мысль возсылать моленія свои къ Богу чрезъ ходатаевъ, избранныхъ ими самими. Имѣя такое понятіе о солнцѣ, лунѣ и звѣздахъ, что онѣ суть тѣла, въ коихъ жишельствуютъ духи оживляющіе ихъ, яко душа оживляетъ тѣло человѣческое, и причиняющіе движеніе ихъ, и что духи сіи были средняго рода между Богомъ и ими; почитали ихъ способнѣйшими для посредничества между Богомъ и человѣками. А какъ планеты суть ближайшія всѣхъ тѣлъ небесныхъ и почитались имѣющими величайшее вліяніе въ міръ сей, то и выбрали ихъ первоначально ходатаями у Боговъ своихъ, старающихся за нихъ у всевышняго Бога, и доставляющихъ благодѣянія и дары, коихъ они просили." Геродотъ говоритъ, что Озирисъ и Изисъ были два великія Божества у Египтянъ, и что вся почти Миѳологія древняго Народа сего состоитъ въ томъ, что священники ихъ о обоихъ сихъ баснословили. Плутархъ думаетъ, что подъ Озирисомъ разумѣли солнце. Макробій утверждаешь то же, съ прибавленіемъ, что Озирисъ значитъ многоочитый, а Изисъ древняя, или луна. По мнѣнію Господина Баніе, Озирисъ есть тоже, что Мисраимъ, сынъ Хамовъ, населившій Египетъ спустя нѣсколько времени послѣ Потопа. Докторъ Кумберландъ, Епископъ петерборугскій, говоритъ: Мисраимъ, сынъ Хамовъ и внукъ Ноевъ, былъ первый Царь Египетскій и основатель Монархіи ихъ; Озирисъ было принятое наименованіе, означающее Государя, а изисъ есть Иша, его супруга. Діодоръ Сицилійской, предавшій намъ съ толикимъ раченіемъ древнѣйшіе разгласы Египтянъ, утверждаетъ, что Государь сей и Менесъ, первый Царь Египетскій" есть одна особа. Можетъ быть, что при обоготвореніи его, [какъ то нѣкоторые историки повѣствуютъ] имя его перемѣнено было въ Изирисъ. Понеже изображенія Озириса были весьма сіяющи, дабы представить лучи солнечныя; то и превозносили его въ похвальныхъ пѣсняхъ своихъ., яко въ нѣдрахъ солнца покоящагося.

Изъ Баніе и другихъ именитыхъ Историковъ научаемся, что Боги Египетскіе приняты были отъ Феникіянъ, что богословіе ихъ разпространено было Феникіянами на Востокѣ и Западѣ, и что слѣды онаго почти на каждомъ островѣ Средиземнаго моря обрѣтаются.

Въ Сиріи находимъ мы тоже богословіе: солнце подъ именемъ Адониса, а луну подъ именемъ Астарота. Празднество Адонису упоминается у Варуха, Гл. VI. ст. 30. 31. "Священники сидятъ во храмахъ своихъ въ широкихъ ризахъ, брѣютъ бороду, и носятъ дщицы; сидятъ съ не покровенными главами, ревутъ и вопятъ предъ идолами своими, какъ то бываетъ при погребеніи усопшихъ. "Пророкъ жалуется, что Саломонъ послѣдовалъ Астароту и Мелкому, заблужденіямъ Аммонишскимъ.

Халдеи и Вавилоняне обожали огонь и Сабайское богослуженіе имѣли.

Персы чтили солнце и огонь.

Святый Киріилъ говоритъ о положеніяхъ Пиѳагоровыхъ: Мы видимъ ясно, что Пиѳагоръ утверждалъ бытіе единаго Бога, Творца и основателя всяческихъ, все освѣщающаго, все оживляющаго, отъ Коего все произходитъ, Который единъ всему далъ бытіе, и что Онъ есть източникъ всякаго движенія.

Пиѳагоръ описываетъ божество слѣдующимъ образомъ: '' Богъ не есть ни предметъ чувствъ, ниже страстямъ подверженъ; онъ есть невидимъ, совершенно духовенъ и высочайшій Духъ. Тѣломъ подобенъ свѣту, а душею истинѣ. Онъ есть всеобщее дуновеніе, проницающее всю Природу и изливающееся на оную. Всѣ существа отъ Него жизнь получаютъ. Онъ есть единый токмо Богъ, не сверхъ міра внѣ круга Вселенной пребывающій [какъ то нѣкоторые себѣ представляютъ]; но въ Немъ все пребываетъ, и Онъ зритъ всѣ существа, въ неизмѣримости Его обитающія. Онъ есть единое Начало, Свѣтъ небесный, Отецъ всего; Онъ все производитъ, управляетъ всемъ и все разпоряжаетъ; Онъ есть основаніе. Жизнь и движеніе всѣхъ существъ."

Плутархъ говоритъ: "Озирисъ есть не солнце, не вода, не земля и небо; но все, что въ Природѣ благоучрежденно и благоразпоряженно, все сіе есть образъ Озириса."

Сенека, Стоикъ, говоритъ: мало въ томъ нужды, какое ты имя даетъ первому Существу и Божественному Началу, царствующему надъ міромъ и всѣ части онаго наполняющему: оно всегда тотъ же самый Богъ пребудетъ. Его называютъ Юпитеръ Статоръ [остановитель], не для того, что по увѣдомленію Историковъ остановилъ онъ бѣгущее воинство Римское, но для того, что Онъ всегдашній Хранитель всего. Онъ называется Судьбою; ибо онъ есть первая причина, отъ которой зависятъ всѣ прочія. Мы Стоики называемъ его иногда Отцомъ Бахусомъ; ибо онъ есть всеобщая жизнь, одушевляющая Природу; Геркулесомъ, ибо могущество его безконечно; Меркуріемъ, понеже онъ есть вѣчный разумъ, порядокъ и премудрость. Прилагай ему столько именъ, сколько хочешь; пріемли токмо Единое Начало, вездѣсуществующее.}.

Нѣкоторыя изъ таинствѣ и нравственныхъ положеній нашихъ приняли мы изъ ученій Пиѳагора, всю ученость свою съ Египтѣ приобрѣтшаго, а другія заимствовали у Феникіянъ получившихъ весьма рано Египетское Богословіе. И такъ неудивительно, что для представленія или выраженія свойствъ Божіихъ приняли мы символы Египетскіе.

Равнымъ образомъ и Пиѳагорова система философіи показываетъ причину для чего солнце принято въ Ложу нашу; ибо оно было и средоточіе планетной Системы, которой училъ онъ и емблемма Божества, которому онъ служилъ. великое μεσγρανε'ω былъ символъ, изобразующій первое и величайшее правило ученій Его. Оно было такожде изображеніе Авракса, управляющаго изпещреннымъ звѣздами міромъ и дневными временами.

Въ сочиненіяхъ Гермеса Трисмегиста, который былъ Египтянинъ и современникъ Авраамова дѣда, находится примѣчанія достойное мѣсто, гдѣ разсуждая о Божествѣ, говоритъ онъ: "Но естьли желаешь видѣть его, то воззри на солнце, и примѣчай; разсмотри теченіе луны, и внемли порядку Звѣздъ.-- О Неизглаголанный! неудобь Именуемый! въ молчаніи Восхваляемый!--"

Сіе ведетъ насъ естественнымъ образомъ къ усмотрѣнію первоначальнаго произхожденія символовъ Египетскихъ и причины, по которой приняли они предметы сіи изображеніями могущества, славы и вездѣсущности Божіей {Ученый Докторъ Стукелей, говоря о Стонегенгѣ, повѣствуетъ: что онъ измѣрялъ Монументъ сей Еврейскими, Феникійскими и Египетскими локтями, содержащими въ себѣ 20 и три четверти Англійскихъ вершковъ. Онъ полагаетъ сооруженіе столпа сего послѣ нашествія Камбизова на Египетъ и до построенія втораго Храма Іерусалимскаго, въ которое время торговля Феникіанъ наиболѣе процвѣтала. Онъ думаетъ, что священники, бѣжавшіе изъ Египта ради жестокости разорителя онаго, разсѣялись по отдаленнѣйшимъ частямъ свѣта, и ученіе свое, искуства и религію введи между Друидовъ въ Британніи.}.

Потомство, на память мудрыхъ ученій и положеніи вѣры первыхъ исповѣдателей истиннаго Богослуженія, приняло вещи, здѣсь описанныя въ Ложу, въ которой они собирались; сохраняетъ положенія вѣры, природою и благодарностію къ управляющему нами внушенныя; и работаетъ въ истинномъ сложеніи радующемуся о праведныхъ.

Когда таково состояніе Свободнаго Каменщика -- такова Ложа Каменщиковъ -- таковы правила Общества сего -- и таково первоначальное учрежденіе союза нашего;-- то пусть смѣются невѣжды, а злые кощунствуютъ!-- Что сіе символовъ нашихъ изъясненіе есть истинно, о семъ я твердо увѣренъ; теперь же съ униженною преданностію на разсужденіе прочимъ братіямъ моимъ предаю.


## РѢЧЬ V. УКРАШЕНІЯ ЛОЖИ.


Удовольствіемъ продолжаю я исполнять должность мою, самимъ мною на себя возложенную, предлагать рѣшеніе таинствѣ Свободнаго Каменщичества. Безъ сего человѣку не примѣчающему дѣйствительнаго знаменованія предлежащихъ ему предметовъ, таинства сіи моглибѣ быть закрыты, и исповѣдникѣ Каменщичсства проходилъ бы ихъ, не почувствовавъ истинно на себя возложеннаго достоинства.

Я описалъ, что должно бытъ представляемо чрезѣ Ложу, также произхожденіе и существо оной; теперь предлежитъ мнѣ открыть вамъ знаменованіе укращеній Ложи.

Подобно, какъ Саломонѣ въ Іерусалимѣ повелѣлъ принести во Храмѣ Іудейскій всѣ сосуды и орудія, которыя для служенія Іеговѣ нужны были; такъ и мы, Каменщики, яко работники въ должностяхъ нравственныхъ и яко служители великаго Строителя міра, сами представили очамъ нашимъ символы, долженствующіе безпрестанно напоминать намъ, что мы есмы и что отъ насъ требуется.

Третіе изліяніе Авракса въ Гностической Іерархіи было Фронезисъ, символъ Благоразумія; се первый и важнѣйшій предметѣ въ Ложѣ, требующій вниманія нашего. Онъ поставленъ въ средоточіи, чтобъ находился безпрестанно въ глазахъ Каменщика, дабы сердце его внимательно было къ. ученіямъ и твердо въ законахъ онаго. Ибо Благоразуміе есть правило всѣхъ добродѣтелей; Благоразуміе есть путь, ведущій къ каждому степеню собственности; Благоразуміе есть каналъ, въ коемъ собственное одобреніе всегда протекаетъ; оно ведетъ насъ къ достойнымъ дѣяніямъ, и подобно Звѣздѣ Блистающей на печальныхъ и мрачныхъ стезяхъ жизни сея насъ освѣщаетъ.

Нравоучители опредѣляютъ добродѣтель постояннымъ намѣреніемъ и твердою волею исполнять то, что повелѣваетъ Природа, яко лучшее и полезнѣйшее; способностію души, творящею человѣка сильнымъ дѣлать то, что честно и благо, а зла убѣгать. Однимъ словомъ добродѣтель состоитъ во нравственной честности и благихъ правилахъ.

Между добродѣтелями, коихъ правило есть Благоразуміе, три называются главными, кои Камеищикъ преимущественно имѣть долженъ: Мужество, Воздержаніе и Правосудіе: безъ сихъ имя: Каменщикъ, есть пустое титло, пестрый пузырь.

Что Мужество должно быть характсрическою чертою Каменщика, сего доказывать нужды не имѣю. Чрезъ него бываетъ онъ всегда въ состояніи и посредѣ золѣ, его угнѣтающихъ, дѣлать соотвѣтственное вдохновеніямъ праваго разума.

Воздержаніе должно быть также однимъ изъ правилѣ его. Оно состоитъ въ умѣреніи и укрощеніи склонностей и страстей нашихъ, а особливо въ Трезвости и Цѣломудріи. Мы полагаемъ воздержаніе подъ разными опредѣленіями нравоучителей, яко основаніе честности, Благоповеденія и стыдливости, и яко дѣйствіе кротости, благости и скромности.

Мы придержимся Правосудія, которое учитъ насъ оказывать всѣмъ справедливость и каждаго при своемъ оставлять.

Главныя добродѣтели: Благоразуміе, Мужество, Воздержаніе, и Правосудіе, имѣютъ сопутниками своими нижайшія Силы міра, Согласія, Спокойствія, Вольности, Безопасности, Чести, Щастія, Благочестія Человѣколюбія со многими другими, кои были обожаемы древними въ то время, когда они Миѳологію смѣшали съ Богослуженіемъ. Всѣ онѣ заключаются въ наполненномъ звѣздами поясѣ благоразумія.

Символѣ сей. можемъ мы обратить къ знаменованію гораздо къ религіи ближайшему: можно сказать, что представляетъ онъ Звѣзду въ Виѳлеемѣ Волхвамъ путеводительствовавшую, которая тамъ возвѣстила человѣкамъ рождество Сына Божія, а здѣсь духовное наше шествіе ко Творцу изкупленія провождаетъ.

Понеже шествіе человѣковѣ въ различныхъ и неизвѣстныхъ случаяхъ жизни произходитѣ; понеже жизнь наша со странными противорѣчіями приключеніи смѣшана, и прохожденіе наше чрезъ бытіе сіе иногда щастливыми обстоятельствами провождается, но часто множествомъ золѣ удерживаемо бываетъ: то для того и Ложа украшена Поломъ Мозаическимъ, дабы напоминать намъ о безъизвѣстности состоянія нашего на землѣ. Сего дня шествуютъ ноги наши въ щастіи, заутра колеблются на неравныхъ стезяхъ слабости, искушенія и противности. Символѣ еси, намъ предлежащій, учитъ насъ: ни чѣмъ не хвастать, о сущихѣ въ нещастіи соболѣзновать и помогать имъ, и провождать жизнь нашу въ справедливости и униженіи -- Ибо нѣтъ мѣста въ бытіи семъ, по которому бы гордость безопасно ступать могла: при рожденіи и во гробѣ всѣ человѣки равны бываютъ. Ступая по Мозаической работѣ сей, должно обращать мысли наши къ подлиннику, ими изобразуемому. Каждый Каменщикѣ долженъ поступать такъ, какъ ученіе разума ему повелѣваетъ, т. е. жить въ любви Братской.

Яко непосредственныхъ водителей для Свободнаго Каменщика имѣетъ Ложа твердыя правила, по коимъ долженъ онъ располагать поведеніе свое: -- Книга Законовъ его лежитѣ предъ нимъ, дабы не могъ онъ сказать, что заблуждается отъ невѣденія. Все, что Великій Строитель міра повелѣлъ когда нибудь, какъ то образѣ служенія Ему, и путь, по коему должно шествовать для полученія одобренія отъ Его; заповѣди имъ данныя, и законы, открытые отъ Него мудрымъ Мужамъ временъ древнихъ; все сіе съ точностію въ Книгѣ Законовъ Каменщическихѣ содержится. Книга сія, никогда въ Ложѣ не закрываемая, показуетъ должности требуемыя отъ часѣ Великимѣ Мастеромъ, каждаго очамъ явно, каждаго разуму понятно; ибо кто изъ насъ скажетъ, что онѣ истиннаго служенія не знаетъ?

Но понеже тлѣнность природы человѣческой противоборствуетъ истиннѣ, и слабости человѣка возстаютъ противъ добродѣтелей его; то Мастеръ для вспомоществованія каждому Каменщику въ шествіи его, держитъ Циркуль, означая имъ удаленіе, успѣхи и обширность работѣ его. Онѣ учреждаетъ образѣ и существо, дастъ наставленіе для плановѣ, начертаваетъ каждую часть работы, и каждому кругѣ дѣйствія его и состоянія опредѣляетъ. Мастерство его таково, что каждая часть, зримая въ особенности, представляется безпорядочною и безобразною; но всѣ части, Будучи составлены во едино, такую имѣютъ связь, какъ зданіе Храма Іерусалимскаго, и образуются въ истинной размѣрности, красотѣ и порядкѣ.

Нравственное знаменованіе сего есть слѣдующее: Мастерѣ, сидя въ Ложѣ своей, для порядка оной повелѣваетъ полезные Законы, внушенные ему Благоразуміемъ его; опредѣляетъ особенный кругѣ каждому Брату; ограничиваетъ пылкость нѣкоторыхъ; удерживаетъ неосторожность другихъ; изгоняетъ невоздержность, піянство, раздорѣ, злость, зависть и ссоры, и способствуетъ любви братской, благонравію, соболѣзнованію, благодѣянію, чистосердечію и невинной радости, дабы собраніе Братій пребывало въ порядкѣ, любви и согласіи.

Для изслѣдованія работы каждаго Каменщика изображенъ Отвѣсъ, яко изпытаніе жизни: онъ долженъ показывать, порядочны ль и единообразны ль нравы его. Ибо Каменщики должны имѣть единое правило и единый чинъ, безъ всякихъ различій гордости и пышности, въ знакъ того, что мысли Каменщиковъ, отъ самаго высшаго до низшаго, долженствуютъ быть склонны къ добрымъ дѣламъ, надъ коими ни единъ человѣкъ щастіемъ своимъ не превышается.

Но преимущественно Ложа украшена Тремя Свѣтильниками {Не удивительно будетъ отмѣнное почтеніе древнихъ къ огню, когда размыслимъ, что Богъ, низходя къ открытію Себя чувствамъ человѣковъ всегда въ образѣ сея стихіи имъ являлся.

Кн. II. Моисея, гл. 3. ст, 2-4,; въ пламени огненнѣ изъ купины: и видишъ, яко купина горитъ огнемъ, купина же не сгараше. Воззва его Господь изъ купины, глаголя: Моисее, Моисее, и пр." Гл. 13. ст.21. "Богъ же вождаше ихъ, въ день убо столпомъ облачнымъ, показати имъ путь; нощію же столпомъ огненнымъ свѣтити имъ, да шествуютъ днемъ и нощію. " Гл. 19, ст. 16-18. И быша громъ и молнія и облакъ мраченъ на горѣ. Гора же Синайская дымяшеся вся схожденія ради Божія на ню въ огни." Гл. 24. ст. 17. "Обличіе же славы Господни, яко огнь пдаменуя на вереѣ горы, предъ сыны Израилевы." Гл. 29. ст. 43. "И завѣщаю тамо сыномъ Израилевымъ, и освѣщуся во славѣ моей." -- Книга Числъ, Гл. 9. ст. 16. "Тако бываше всегда: обдакъ покрываніе ю въ день, и видъ огненнъ нощію."-- Кн. Второзак. Гл. 5. ст. 4. 5. 22. 23. 24. 26. "Лицемъ къ лицу глагола Господь къ намъ на горѣ изъ среды огня. Яко убоястеся отъ лица огня и не взыдосте на гору. Сія словеса глагола Господь ко всему сонму вашему на горѣ изъ среды огня. И гора горяше огнемъ, и гласъ Его слышахомъ изъ среды огня. Кая бо плоть, яже слыша гласъ Бога жива, глаголюща изъ среды огня, яко же мы, и жива будетъ? " -- Къ сему можно присовокупить Шехину во храмѣ.

По нѣкоторому сходству въ обстоятельствахъ естественно слѣдовать будетъ, что и самое солнце почитали человѣки престоломъ Божества, откуда духи, Ему служащіе во всѣхъ концахъ вселенной волю Его исполняли. Огнь былъ всеобщій символъ Божества у Восточныхъ народовъ. У Халдеевъ и Персовъ былъ онъ весьма почитаемъ. Персы употребляли Священный Огнь, яко символъ Всевышняго Существа, Коему ни храмовъ строить, ниже Божество въ предѣлы заключить не хотѣли. Огнь Еѳирный во Храмѣ Іудеевъ и въ Скиніи Свидѣнія сохраняемъ былъ съ великимъ почтеніемъ. Друидскіе священники при богослуженіи своемъ смотрѣли на солнце. Они удержали многіе изъ обрядовъ Аммонскихъ. Говорятъ, что предъ приступленіемъ къ жертвоприношенію надлежало имъ вокругъ Священнаго Огня чинить мистическія хожденія, подобныя хожденію солнца.}. Подобно, какъ какъ златый Свѣтильникъ въ Скиніи Моисеевой представлялъ въ символическомъ смыслѣ Духѣ Божій, Коимъ освѣщался избранный народѣ Его, а въ пророческомъ смыслѣ церковь; или другимъ образомъ, какъ повѣствуетъ Іосифъ, изображалъ онъ планеты, и всемогущія Слова Божіи; такъ и наши Три Свѣтильника показуютъ три великія степени Каменщичества: познаніе и почитаніе Бога въ чистотѣ Едемской.-- Служеніе подъ законами Моисеевыми, освобожденное отъ идолопоклонства -- и Христіанское Откровеніе; или въ другомъ смыслѣ Свѣтильники наши суть символы Святой Троицы.

Вотъ украшенія Ложи; вотъ правила, которыя намъ, яко Каменщикамъ преподаются. Возрадуемся, исполняя преимущества, возвышающія насъ надъ степенемъ другихъ человѣковъ и доказующія, что мы изъ мрачности приведены ко Свѣту. Покажемъ міру добрыя дѣла наши, да освѣщающимъ свѣтомъ нашимъ возхвалитъ они Великаго Мастера Вселенной, и слѣдственно да творятъ правду, да возлюбятъ соболѣзнованіе, и жизнь свою въ смиреніи предъ Богомъ да провождаютъ.


## РѢЧЬ VI. УКРАШЕНІЯ И КЛЕЙНОДЫ КАМЕНЩИКОВЪ.


По одному изъ первыхъ правилѣ своихъ Каменщики исповѣдуютъ Невинность, и ради сего носятъ они бѣлое одѣяніе, яко символѣ свойства сего, означающій чистоту, невинность и безвредность душевную.

Въ Церковной Біографіи находимъ мы слѣдующее мѣсто: "У древнихъ было обыкновеніе давать бѣлую одѣжду крещающемуся, означая чрезѣ сіе, что онѣ оставилъ похоти плотскія, очистился отъ прежнихъ грѣховъ своихъ, и обязался въ неоскверненной Невинности жизнь свою провождати. И для того то Апостолы и Греческіе церковные Отцы крещенныхъ называютъ часто: Φωτιζομενοι, т. е. Просвѣщенные, ибо они признали себя чадами Свѣта и обязались никогда дѣяніямѣ мрачности не обращаться {Прор. Исаіи гл. 9. ст. 2: "Людіе, ходящій во тмѣ, видѣша свѣтъ велій: живущій во странѣ и сѣни смертнѣй, свѣтъ возсіяетъ на вы.}. Сія бѣлая одѣжда давалась имъ съ торжественнымъ увѣщаніемъ: Пріимиme бѣлое и чистое одѣяніе сіе, и представьте его неоскверненно предъ судилище Господа нашего Іисуса Христа, да. получите чрезъ то жизнь вѣчную. Аминь. Обыкновенно носили они сіи бѣлыя ризы одну недѣлю послѣ Крещенія; по томъ снимали оныя, и отдавали для сохраненія въ церковь, дабы въ случаѣ преступленія ихъ противъ Крещенія могли употреблены быть для свидѣтельства.

Естьли Запонъ, которымъ мы одѣты, означаетъ склонность къ невинности, и сердце носящаго оный не обличаетъ его во лжи; то пусть невѣжда смѣется и презираетъ. Превыше кощунства и злости, безбожниковъ, покрываемся мы одѣждою добродѣтели нашей, и увѣрены внутреннимъ одобреніемъ совѣсти нашей, непоколебимы въ гоненіяхъ нещастія пребываемъ.

Одѣяніе, поистинѣ означающее Невинность сердечную, есть почтеннѣйшее украшеніе, нежели какое когда нибудь Царями вымышлено бывало. Римскій Орелъ и всѣ Рыцарскіе Ордены суть гораздо его ниже; по своенравію Государей послѣдніе могутъ осквернены бытъ людьми недостойными; но Невинность есть врожденна, и никогда притворствомъ принята быть не можетъ.

Быть истиннымъ Каменщикомъ называется сохранять основательное правило сіе; а безъ того украшеніе, имъ носимое, будетъ отпадшему постыдное пятно, представляющее его обнаженнаго ко стыду и презрѣнію.

Что невинность есть основаніе исповѣданія Каменщика, сіе не возбуждаетъ никакого удивленія, когда помыслимъ, что откровеніе Божества ведетъ насъ къ познанію правилъ жизни, по которымъ ему угодить можно. Единая уже простая мысль о Богѣ производитъ увѣреніе, что никакого зла одобрятъ онъ не можетъ. И такъ Предки наши, признавая себя служителями Строителя міра, обязывались къ сохраненію Невинности, яко къ должности необходимой, и возлагали на себя бѣлую одѣжду, яко символѣ и знакѣ увѣренія ихъ и преданія себя въ волю Его.-- Друиды при жертвоприношеніяхъ и дѣяніяхъ торжественныхъ одѣты бывали въ бѣлое платье.-- Египетскіе жрецы Озириса носили бумажное одѣяніе, бѣлизною подобное снѣгу.-- Мы не находимъ, чтобы священники другихъ древностію славныхъ Народовъ имѣли что нибудь отмѣнное въ одеждѣ своей, изключая, что при служеніи Церерѣ [чрезъ которую символическимъ образомъ представлялись дары Провидѣнія, состоящіе въ зсмныхъ плодахъ] Греческіе Священники одѣты бывали въ бѣлое платье,

Каждый степень прегрѣшенія дѣйствуетъ на разумную душу человѣческую нѣкоторыми чувствованіями внутренняго отвращенія. Имѣя таковыя чувствованія, кто можетъ призывать или требовать присутствіе Божества, которое въ однихъ только добрыхъ дѣлахъ открывается? А по сему весьма естественнымъ образомъ приходитъ намъ на мысль, что Божеству сему однѣ правыя дѣянія благоугодны бываютъ. Такимъ то образомъ служители перваго чрезъ Откровеніе познаннаго Бога, стремясь получить одобреніе небесъ, обязывались къ ученію чистоты, и добродѣтели. А мы, какъ Каменщики, наблюдая основательныя положенія сихъ первыхъ почитателей истиннаго Бога, подражаемъ ихъ одѣянію и носимъ знакѣ Невинности,

Драгоцѣнности наши, или украшенія, знаменуютъ, что мы испытуемъ склонности наши на справедливости, а дѣянія наши на истиннѣ, подобно, какъ работа художника испытуется отвѣсомъ -- и что мы смертное состояніе наше, почтенно ли оно титлами, или нѣтъ, богато ли оно, или бѣдно, почитаемъ въ началѣ одинаковаго существа, и одинаковаго степени при концѣ. Въ чувствованіяхъ, страстяхъ, удовольствіяхъ, слабостяхъ, болѣзняхъ и нуждахъ всѣ человѣки суть равны. Природа не дала намъ ни какого превосходства; Премудростію токмо и Добродѣтелію оно дается. По симъ положеніямъ цѣнимъ мы Брата нашего, когда противные ему случаи требуютъ совѣта нашего, или помощи; дѣянія любви происходятъ отъ чувствованій симпатическихъ, а. благодѣтельность дѣйствуетъ по правилу.-- Емблема мыслей сихъ есть вторая драгоцѣнность Общества нашего.

Провождать праведно жизнь свою предъ Богомъ и предъ человѣками, не уклоняясь ни въ право ни въ лѣво, есть должность Каменщика. Не бываетъ онъ пустосвятомъ, или гонителемъ въ религіи, ниже къ новостямъ и невѣрствію склоненъ; въ гражданскомъ обществѣ: твердъ въ повиновеніи, однакожъ постояненъ въ законахъ, вольностяхъ и учрежденіяхъ; въ домашней жизни: изтребляя всякое корыстолюбіе, не склоняется онъ ни къ скупости, ни къ неправосудію, ни къ злости, ни ко мщенію, ни къ зависти, ни къ презрѣнію Другихъ человѣковъ; но какъ строитель поставляетъ столпы свои по ватерпасу и по отвѣсу, такъ и Каменщикъ предъ свѣтомъ являть себя долженъ.

Учреждать склонности наши по правосудію, а дѣянія по истинѣ, называется носитъ такую драгоцѣнность, которая и величайшаго Властелина земнаго грудь украшала бы. Природа человѣческая получаетѣ отъ желаніи возбужденія, которыя часто бываютъ весьма безпорядочны; любовь ослѣпляетъ предразсужденіями, ненависть пылаетъ горячкою; презрѣніе дѣлаетъ невѣрными, а жадность къ богатству всякое благородное и человѣческое чувствованіе изтрсбляетъ, управлять ладіею жизни на морѣ страстей, не теряя прямаго пути, есть высочайшее совершенство, коего природа человѣческая, вспомоществуемая всѣми силами философіи и религіи, достигнутъ можетъ.

Однакожъ -- поступать токмо истинно и справедливо, не составляетъ еще всего, къ чему человѣкѣ стремиться долженъ. И самое совершенство сіе бываетъ корыстолюбіемъ: должность сія не имѣетъ отношенія къ другимъ; а токмо къ себѣ единому; она касается до свойствѣ нашихъ; ибо правосудіе есть необходимая должность каждаго особеннаго человѣка. Но мы не рождены для самихъ токмо себя, чтобы теченіе въ жизни управлять путями спокойствія и стремиться къ единому тому, что собственную совѣсть нашу успокоиваетѣ; нѣтъ! человѣки сотворены для взаимной Другъ другу помощи. Ни единъ изъ насъ, сколько бы богатъ онѣ ни былъ, не може тѣ пребыть безъ помощи ближняго: потребности природы весьма многочисленны, а руки наши не многими удовольствованіями нуждѣ исполнены; нагота требуетъ одѣянія; гладъ насыщенія, а болѣзни наши присмотра. Гдѣ работать будетъ гордый для содержанія своего, естьли не получитъ помощи отъ ближняго? устремивши взорѣ нашъ на различныя явленія жизни, увидимъ сотварей нашихъ угнѣтаемыхъ безчисленными трудностями, и естьли бъ не было въ насъ соболѣзнованія, то безъ сомнѣнія недоставало бы намъ тончайшаго чувствованія сердца человѣческаго. Любитъ и одобрять суть движенія въ душѣ человѣческой, доставляющія удовольствіе; но соболѣзновать есть чувствованіе небесное, а. услаждать горесть другихъ есть Божественно. Такъ произходитъ человѣколюбіе; начало его раждастся отъ внутренняго познанія равенства нашего въ Природѣ; по сему начертанію въ началѣ человѣчество сотворено было; продолженіе его состоитъ въ симпатическихъ чувствованіяхъ склонностей сердца., которое дышетъ любовію ко брату и соединяется ощущеніемъ первоначальнаго почтенія; а сіе доказываетъ, что весь родъ нашъ суть братія единаго бытія. Заключеніе ихъ чинится разсуждающимъ сравненіемъ; мы измѣряемъ нужду страждущаго собрата по врожденной справедливости нашей, по соболѣзнованію, по симпатіи, и по собственнымъ способностямъ нашимъ, и удѣляемъ дары наши по мѣрѣ нашихъ склонностей. Состраданіе и болѣзнь суть братія по симпатіи.

Быть праводѣтельнымъ человѣкомъ придаетъ свойству Каменщика еще величайшее сіяніе. Исполнять Правосудіе и быть человѣколюбиву суть изящные шаги въ жизни человѣческой; но праводѣтельно поступать придаетъ высочайшій степень изящности. На семъ мѣстѣ бываемъ мы образцами богопочитательнаго, гражданскаго и нравственнаго поведенія. Не довольно того, что мы не пустосвяты,, не гонители въ религіи, ниже къ новостямъ и невѣрствію склонны; не довольно, что мы страждущи -- намъ надлежитъ быть и дѣйствующими: въ Богослужительныхъ должностяхъ надлежитъ намъ быть ревностными исполнителями, наблюдателями и постоянно прилѣпленными; въ отношеніи гражданскомъ не токмо покоряться законамъ земли нашей, но исполнятъ ихъ дѣломъ, повиноваться всѣмъ предписаніямъ, исполнятъ всѣ повелѣнія, бытъ вѣрными Учрежденіямъ Государственнымъ и Государю нашему, вѣрными воинами для защищенія вольности нашей, а его короны и чести; въ нравственномъ отношеніи: не только убѣгать обиды, измѣны, или обмана, но и дѣлать добро по всей возможности въ томѣ мѣстѣ жизни, въ которомъ милосердое Провидѣніе насъ поставило.

По симъ то правиламъ долженъ испытываемъ быть Каменщикъ и показать, что символическія драгоцѣнности его суть токмо знаки внутренняго человѣка: тогда получитъ онъ одобреніе отъ небссъ и человѣковъ, приобрѣтетъ честь исповѣданію своему, а исповѣдующему щастіе.


## РѢЧЬ VII. ХРАМЪ ІЕРУСАЛИМСКІЙ.


Первые почитатели Бога Природы на Востокѣ представляли Божество подъ образомъ солнца и луны ,ради вліянія небесныхъ тѣлъ сихъ на землю; они учили, что Вселенная есть храмъ, въ коемъ Божество во всякое время и на всякомъ мѣстѣ присутствуетъ.

Сіи и другія символы приняли они, яко осторожное средство для сохраненія Божескаго познанія и для изъясненія онаго. Но мы видѣли, какая произошла отъ того опасность для религіи; око невѣжды, суевѣра, фанатика устремлялось на предметы сіи безъ помощи свѣта разсудка; и такимъ образомъ ввелось идолослуженіе; а наконецъ идолы Озирисъ и Изисъ учинились богами Египтянъ, не возбуждая въ почитателяхъ своихъ ни. малѣйшей, мысли о великомъ первоначальномъ образѣ ихъ. Другіе Народы [которые свойства Божества изображали внѣшними предметами, или ввели въ святыхъ мѣстахъ изображенія, отчасти для украшенія, отчасти же и предпочтительно для вспомоществованія памяти, для возбужденія богоговѣйнаго примѣчанія и для разгоряченія чувствованій] впали въ ту же погрѣшность; и такъ идолы размножились на поверхности шара земнаго.

Между древними идолы во всемъ свѣтѣ потеряли совершенно напоминовеніе о первоначальномъ образѣ, коего свойства сначала изображенія ихъ символически представляли; и вторая мрачность въ религіи была гораздо страшнѣе первой, ибо укрѣплялась она предразсужденіями, привычкою, набожностію и суевѣріемъ.

Моисей приобрѣлъ знаніе Египтянъ и вывелъ ученія истины изъ справедливыхъ теоремъ Восточныхъ Народовъ; онъ одаренъ былъ также вдохновеніемъ, и чрезъ то понималъ не ложно чистый Свѣтъ изъ мрачности. Такимъ образомъ училъ онъ Народѣ Израильскій служенію истинному Богу, безъ загадокъ и примѣса языческихъ Народовъ, которыми Израильтяне окружаемы были.

Вотъ вторая епоха почитанія Бога Натуры; -- а изъ оной происходитъ вторая степень Каменщичества.

Предводитель Іудеовъ видѣлъ, сколь склонны умы незнающихъ человѣковъ прельщаться видомъ и обрядами; ибо когда зрѣніе плѣнится великолѣпіемъ и торжественностію, то безъ сомнѣнія и разумъ будетъ превратенъ, а сердце заблудится. Онъ увѣренъ былъ, что великолѣпныя торжества, ходы, жертвы и обряды Народовъ языческихъ производятъ въ человѣкахъ величайшій степень почтенія и Ентузіастической набожности, и для того почелъ онъ полезнымъ служенію Бога. Израилева учредить жертвы и другія Священнодѣйствія, хотя съ большимъ смиреніемъ и не столь тщеславно. Онъ Зналъ совершенно, что служеніе и почитаніе Бога, одѣянное въ простообразіе и смиренныя молитвы должно основано быть на разсужденіи и увѣрсніи сердца человѣческаго; но невѣжество всегда ему противоборствуетъ.

По прошествіи нѣсколькихъ столѣтій Саломонъ воздвигнулъ Храмѣ для службы Божіей, и повелѣлъ, чтобы торжества и обряды онаго производились съ такою пышностію, которыя бъ чрезвычайному великолѣпію Идолопоклонниковъ уподоблялась.

Понеже храмѣ сей {Прор. Іезек. Гл. 44. ст. 2. 3. и 4: "Врата (отъ Востока) заключенна будутъ, и не отверзутся, и никтоже пройдетъ ими: яко Господь Богъ Израилевъ внидетъ ими, и будутъ заключенна." Однакожь изключая Старѣйшину: "зане сей сядетъ въ нихъ ѣсти хлѣбъ предъ Господомъ".-- И введе мя по пути вратъ, яже къ сѣверу прямо храму.} принималъ вторый родѣ служителей истиннаго Бога, и истинные Товарищи въ работахъ своихъ испытывались въ ономъ; то прошу я приложить вниманіе ваше къ обстоятельствамъ строенія его, которыя должно собрать изъ Священнаго Писанія и Историковъ: онѣ служатъ къ изъясненію тѣхъ таинствѣ въ Каменщичествѣ, которыя, не не бывъ доказаны симъ образомъ представятся Братіямъ моимъ темными, или и ничего не значащими.

Въ третіей Книгѣ Царствъ читаемъ мы, что Хирамъ, Царь Тирскій, отправилъ рабовъ своихъ къ Саломону; а Саломонъ отправилъ своихъ къ Хираму, повелѣвъ ему сказать: Виждъ, я вознамѣрился создать домъ имени Господа Бога моего.-- И положилъ Саломонъ дань на весь Израиль. Данъ сія состояла изъ тритцати тысячъ мужей, изъ которыхъ посылалъ онъ въ Ливанъ на каждый мѣсяцъ по десяти тысячъ, такъ, что бы мѣсяцъ были они въ Ливанѣ, а два мѣсяца въ домѣ своемъ. Адонирамъ поставленъ былъ Начальникомъ надъ сими мужами, у Саломона было седмьдесятъ тысячъ носящихъ бремена и осмѣдесятъ тысячъ сѣкущихъ древа на горѣ, кромѣ Старѣйшинѣ, приставленныхъ надъ работою, то есть трехъ тысячъ трехъ сотъ управляющихъ Народомъ, употребленнымъ къ строенію сему. И повелѣлъ Царь, чтобъ они выламывали камни великіе и честные, то есть обтесанные, на основаніе дома, работники Саломоновы и работники Хирамовы, и каменосѣчцы Гевальстіи изготовляли древа и каменіе.-- Въ четвертый годъ положено было основаніе дому Господню, а въ одиннатцатый годъ изготовленъ былъ домъ, какъ ему быть надлежало.-- И послалъ Царь Саломонъ въ Тиръ, приказавъ привезти оттуда Хирама сына вдовицы отъ колѣна Неффалимля: отецъ его былъ Тирянинъ, мастеръ мѣдныхъ дѣлѣ. Онъ сдѣлалъ два столпа мѣдные, съ возложеніями на глазахъ, подобными розамъ.-- И поставилъ столпы сіи во Еламѣ [т. е. Притворѣ] Храма; поставленный на правой сторонѣ назвалъ онъ Іахунъ, [Іакан] на лѣвой Воосъ [Боаз]." Во второй книгѣ Паралипоменонъ читаемъ, что Саломонъ собралъ седмьдесятъ тысячъ мужей носящихъ бремя и осмѣдссятъ тысячъ дровосѣковъ на горахъ, приставленныхъ же надъ ними три тысячи шесть сотъ. И послалъ Саломонъ къ Хираму, Царю Тирскому, повелѣвъ сказать ему: Пришли мнѣ мужа мудра, знающаго работать во златѣ, сребрѣ, мѣди, желѣзѣ, порфирѣ, червлени и синетѣ {Здѣсь и въ слѣдующемъ мѣстѣ у Лутера находится: Багряница, червленица и желтый шелкъ; у Англійскаго же Переводчика: purpur, crimson and blue. Іосифъ пишетъ то же; и Михаелисъ въ сравненіяхъ II книги Моисеевой согласенъ съ тѣмъ, что я поставилъ въ текстѣ. См. прим. на рѣчь IV. Прочія малыя разности оставилъ я безъ примѣчанія, ибо онѣ не важны; а держался Лутерова перевода. Прим. Нѣмецк. Переводчика.}, и который умѣетъ ваяти.-- Хирамѣ прислалъ ему Мужа мудра, имѣющаго разумѣ: имя ему Хирамѣ Абифъ.-- Сей сдѣлалъ завѣсу отъ синеты, багряницы, червленицы и виссона.-- Предъ домомъ сотворилъ онѣ два Столпа, назвавъ ихъ: стоящій одесную Іахунъ [Іакин], а ошуйю Боосъ [Боаз] {Строеніе Столповъ и Обелисковъ было въ обыкновеніи у Народовъ Восточныхъ, а особливо у Египтянъ. Повѣствуютъ, что они служили къ означенію разпространенія царства и колѣнъ подданныхъ Египетскому Государству Народовъ, и т. п., или къ сохраненію примѣчанія достойныхъ произшествій. Діодоръ говоритъ: что Сезострисъ означилъ правленіе свое построеніемъ двухъ Обелисковъ. Знаки, на оныхъ вырѣзанные имѣли предметомъ своимъ увѣдомленіе потомства, о разпространеніи могущества его и о числѣ Народовъ имъ побѣжденныхъ. По увѣдомленію Плиніеву, Августъ повелѣлъ привезти въ Римъ одинъ изъ Обелисковъ сихъ и тамъ на Марсовомъ полѣ его поставить. Плиній же говоритъ, что Египтяне были первые изобрѣтатели сихъ монументовъ, и что первый Монументъ воздвигнутъ былъ Мезресомъ, Царемъ Геліопольскимъ. Марсгамъ и другіе, приписываютъ изобрѣтеніе сіе Сезострису. Обелискъ Рамнессесовъ восходилъ всѣ прежнія. Константинъ и сынъ его Констансъ, повелѣли привезти его въ Римъ, гдѣ онъ и доднесь, яко драгоцѣннѣйшій остатокъ Древностей Египетскихъ, находится. Саломонъ послѣдовалъ обыкновенію сему, поставя Столпы свои во Еламѣ Храма. По намѣренію его долженствовали они Іудеямъ, входящимъ въ святое мѣсто сіе, быть памятникомъ, возбуждающимъ въ сердцахъ ихъ довѣренность и вѣру чрезъ воспоминаніе обѣтовъ Господнихъ Давиду, отцу его, и самому ему въ видѣніи повторенныхъ, когда гласъ Божій вѣщалъ ему: "''И поставлю престолъ Царствія твоего во Израили во вѣки." III. кн. Царствъ, гл. 9. ст. 5.}.

По окончаніи великолѣпнаго зданія сего Саломонъ сталъ предъ Алтаремъ Господнимъ, при собраніи всего Израиля, разпростеръ руки свои, и рекъ: Господи Боже Израилевъ, нѣсть подобенъ Тебѣ Богъ на небеси и на земли -- Господи Боже мой! услыши молитвы моя и моленіе рабъ Твоихъ, имже рабъ Твой молится предъ Тобою.-- Господи Боже, не отврати лица Твоего отъ помазаннаго Твоего.

Въ продолженіи великаго зданія сего надлежитъ намъ удивляться остроумію благочестиваго его строителя. Онъ позналъ, колико нужно различнымъ частямъ Народа своего опредѣлитъ особливыя работы, которыя надлежало имъ исполнятъ; онъ далъ имъ различныя примѣты и знаки {Сіи знаки долженствовали служить къ лучшему произведенію строенія, и были совершенно отличны отъ положеній составляющихъ основаніе системы нашей. Онѣ были мгновенныя доказательства тѣхъ частей работы, къ которымъ каждый опредѣленъ былъ Въ своемъ мѣстѣ. Свѣтъ, объявшій душу, и бывшій первымъ основательнымъ положеніемъ, ни коимъ образомъ не долженствовалъ быть означенъ, открытъ, изъясненъ, или сообщенъ чрезъ примѣты и знаки сіи.}, коими отличалось всякое состояніе, дабы цѣлое надлежащимъ образомъ и безъ замѣшательства производилось. Имѣющихъ просвѣщеннѣйшій умъ и разумъ пространнѣйшій, богоболзливыхъ и смиренною ревностію къ добрымъ дѣламъ наполненныхъ избралъ онъ надзирающими мастерами надъ работниками. Мужей искусныхъ въ Геометріи и ученіи о соразмѣрностяхъ и посвященныхъ въ мистической учености. древнихъ Мудрсцовъ, опредѣлилъ онъ Надзирателями надъ работою. Все производилось въ такомъ степени святаго почтенія, что даже ни малѣйшимъ стукомъ какого нибудь орудія не дерзали нарушить святую тишину на Моріѣ, понеже присутствіе Всемогущаго и чудесныя дѣянія Его освящали гору сію. И такъ видя сей степень богобоязненнаго вниманія не подлежитъ ли разсудку сдѣлать заключеніе, что зданіе сіе могло быть воздвигаемо единственно Мужами имѣющими чистыя руки и святыя сердца, посвятившими себя служенію истиннаго Бога, и собиравшимися подъ знамя истинной религіи и добродѣтели! Подобно, какъ единые сыны Аарона къ дѣйствованію во Храмѣ и жертвоприношенію допускаемы были, такъ и здѣсь единые токмо истинно набожные къ работѣ сей допускались, -- Въ сей степени видимъ мы исповѣдователей религіи, которые получили истину и свѣтъ разума первыхъ человѣковъ, соединившихся яко художниковъ, и при святомъ зданіи семъ яко строителей совокупленныхъ. Сіе строеніе и зданіе Скиніи Свидѣнія при Моцссѣ суть первые случаи, въ которыхъ Предки наши предстали свѣту яко строители. Не можетъ быть никакого сомнѣнія въ томъ, что Мудрецы между Евреями, Египтянами, Персами, Халдеями, Греками, римлянами, Браминами, Друидами и Бардами разумѣли Геометрію и ученіе о размѣрности и числахъ. Однакожъ мы не имѣемъ никакого доказательства, чтобы они были настоящіе исполнители плановъ Архитектуры, хотя и не оспоримо, что они во всякія времена и у всѣхъ Народовъ были изобрѣтатели и надзиратели таковыхъ работѣ.

Безъ учрежденій, какія сдѣлалъ Саломонъ для присмотра надъ Народомъ своимъ, безъ таковыхъ Художниковъ, и Безъ высшей Премудрости, всемъ управляющей, было бы весьма трудно изъяснятъ намъ, какимъ образомъ сіе великое зданіе могло бытъ начато, продолжаемо и кончано въ седмь лѣтъ съ половиною, когда оба послѣдніе Храма, которые были гораздо сего меньше, требовали должайшаго времени; и когда, по увѣдомленію достовѣрныхъ Писателей, на построеніе Храма Діаны во Ефесѣ, употреблено было двѣсти дватцать лѣтъ, хотя зданіе сіе съ Храмомъ Іерусалимскимъ ни коимъ образомъ сравнятъ не возможно.

Но понеже строеніе производилось Братствомъ соединеннымъ религіею, то и весьма естественно представить себѣ можно, что работники сіи въ набожности и благочестивомъ жарѣ и въ соревнованіи одинъ Другому находили безпрестанныя побужденія къ поощренію прилѣжности и къ сохраненію согласія и порядка; ибо работа ихъ была изпытаніе, дѣлавшее ихъ способными къ Полученію величайшихъ правъ, высочайшихъ познаній, а наконецъ и къ достиженію почтеннаго преимущества Мастера святаго строенія сего.

Самъ Саломонъ былъ чрезвычайный человѣкѣ: премудрость его и великолѣпіе при обрѣли ему удивленіе и вниманіе собѣдственныхъ Народовъ. Однакожъ сіе блестящее зданіе, чудо свѣта, построенное Мужами благочестивыми, которые работали въ почитаніи и служеніи Богу Израилеву, долженствовало неотмѣнно распространить славу его и привлечь на него удивленіе отдаленнѣйшихъ частей свѣта. Имя его и Художники должны были сдѣлаться чудомъ человѣковъ, а зданіе его образцомъ и предметомъ подражанія. По сему Каменщики Саломоновы долженствовали разсѣяться по различнымъ областямъ, дабы имѣть надзираніе надъ строеніями другихъ Государей: они должны были обращать тамъ невѣрныхъ, принимать братій въ Таинства свои, и распространять Орденъ свой въ различныхъ частяхъ знаемаго міра.

Мы находимъ, что при возстановленіи Храма въ царствованіе Кира сохранялось тоже самое различіе, и что зданіе сіе производимо было духовенствомъ Израильскимъ у а не обыкновенными работниками. Ибо они не хотѣли, чтобы Самаритяне участвовали въ работахъ ихъ; хотя оные и просили сего подъ именемъ служителей того же Бога, но имъ было отказано, яко недостойнымъ дѣяній благо, честія и не угоднымъ Богу Израиля; ибо хотя и назывались они служителями истиннаго Бога, но служеніе свое помрачали идолопоклонствомъ.

Іосифъ въ Исторіи Древностей Іудейскихъ, говоря о намѣреніи Саломоновомъ построитъ Храмъ Іерусалимской, предлагаетъ намъ списки писемъ, писанныхъ при семъ случаѣ Саломономъ и Хирамомъ Тирскимъ, которыя, какъ онъ утверждаетъ, во времена его сохранялись еще въ книгахъ ихъ, равно какъ и у Тирянъ {У Евсевія, Praep. Evang. IX. 33. 34. находятся письма сіи, но весьма обезображенныя Евполемеемъ, у котораго онъ ихъ списалъ,

Сіи письма находятся у Іосиф. Древн. Іуд. Кн. VIII. гл. 2, а слѣдующее мѣсто въ той же кн. гл. 5.-- При семъ случаѣ осмѣливается сказать Переводчикъ, что онъ многія ссылки исправилъ, и сдѣлалъ ихъ гораздо вѣрнѣе, а многія мѣста перевелъ не съ Англійскаго, но съ Греческихъ и Латинскихъ подлинниковъ; наприм. изъ Іосифа, Плинія и Цесаря. Примѣч. Нѣмецк. Переводчика.}. Письма сіи суть слѣдующія:


САЛОМОНЪ КЪ ЦАРЮ ХИРАМУ.


"Извѣстно тебѣ да будетъ, что о еще родитель мой имѣлъ желаніе подставить Храмъ Богу; но война и безпрестанные походы до того его не допустили, Ибо не прежде пересталъ о онъ поражать непріятелей своихъ, какъ уже сдѣлавъ ихъ всѣхъ данниками своими. И напротивъ того долженъ благодаритъ Бога за нынѣшній миръ, и понеже имѣю свободное время, о то вознамѣрился построить Домъ Богу, Онъ и Самъ предсказалъ отцу моему, о что мною Храмъ сей воздвигнутъ будетъ. И для того, прошу тебя послать нѣсколькихъ твоихъ людей, купно съ моими, для рубленія лѣса на горѣ Ливанѣ; ибо Сидоняне въ рубленіи лѣса гораздо искуснѣе нашихъ. Какую назначишь дровосѣкамъ, платить я буду.


ЦАРЬ ХИРАМЪ КЪ ЦАРЮ САЛОМОНУ.


"Хвала Богу, что Онъ тебѣ мудрому и всякими добродѣтелями одаренному Мужу, вручилъ правленіе родительское. Радуюсь, о семъ, и въ намѣреніяхъ твоихъ помогать тебѣ буду. Повелю срубитъ множество великихъ древъ Кедровыхъ и Псуговыхъ (Кипарисныхъ), и пошлю ихъ моремъ съ людьми моими; они сдѣлаютъ изъ нихъ плоты, и въ какое мѣсто земли твоея тебѣ угодно, водою ихъ доставятъ. По семъ люди твои могутъ привезти древа сіи въ Іерусалимъ. Напротивъ сего постарайся доставить намъ хлѣба, въ которомъ мы, яко жители островскіе, имѣемъ нужду.

"Іосифъ повѣствуя о продолженіи строенія, говоритъ: Саломонъ призвалъ изъ Тира Художника, именемъ Хирама, со стороны матери его Неффалимлянина, ибо она была отъ колѣна сего. -- Сей разумѣлъ всякую работу; особливожь искусенъ былъ въ золотомъ, серебряномъ и мѣдяномъ дѣлѣ. Онъ сдѣлалъ два Столпа, изъ которыхъ одинъ поставилъ на правой сторонѣ въ притворѣ Храма, наименовавъ его Іахунъ, а другой на лѣвой сторонѣ, назвавъ его Воосъ."

Саломонъ былъ премудръ во всей учености древнихъ, онъ имѣлъ всѣ мистическія знанія Восточныхъ Народовъ, а для усовершенія оныхъ просвѣщенъ былъ даромъ Небеснымъ. Также во времена, въ которыя строился Храмъ Іерусалимскій было обыкновеніе употреблять въ публичныхъ зданіяхъ емблематическія и символическія украшенія. Обыкновеніе сіе произходило отъ Іероглифическихъ монументовъ Египтянъ и отъ таинственнаго образа, коимъ Мудрецы ихъ скрывали ученость и мудрость свою отъ Народа, сообщая ученіе свое только тѣмъ, которые были въ Орденѣ ихъ.

Столпы, воздвигнутые въ Притворѣ Храма, служили не единымъ токмо украшеніемъ: они имѣли также и символическое означеніе въ именахъ своихъ. Воосъ, по буквенному переводу, значитъ: Въ тебѣ крѣпость; а Іахунъ: Постоитъ. По преложенію весьма естественному, выходитъ: о Господи! Ты Всемогущъ; могущество Твое постоитъ во вѣки вѣковъ. Или также могли они означатъ [понеже Воосъ былъ отецъ Давидовъ]: Домъ Давидовъ постоитъ во вѣки, Въ семъ послѣднемъ изтолкованіи оправдываютъ меня слова Пророка Нафана, который, вдохновенъ явленіемъ Господнимъ, говоритъ Давиду: 2 кн. Цар. VII. 12. 13. 16." Егда исполнятся дніе твои, и уснешь со Отцы твоими, возставлю сѣмя твое по тебѣ, иже будетъ отъ чрева твоего, и уготовлю Царство Его, Той созиждетъ домъ имени Моему. И вѣренъ будетъ домъ Его, и Царство его до вѣка предо Мною, и престолъ Его будетъ исправленъ во вѣкъ.

Въ память сего обѣщанія вѣрнымъ украшаемъ мы входъ въ Ложи наши сими символическими столпами ибо мы знаемъ, что святое изреченіе сіе пришествіемъ Изкупителя нашего уже исполнилось.


## РѢЧЬ VIII. О ГЕОМЕТРІИ.


Теперь предлежитъ мнѣ показать вамъ великое значеніе буквы G, которою Ложи и медали Каменщиковъ украшены.

Относя значеніе ея только къ имени Божію, лишали бы мы ее нѣкоторой части Каменщическаго ея содержанія; хотя и показалъ уже я, что употребляемые въ Ложахъ Символы должны выражать то, что Богъ, яко Строитель міра, есть великій предметъ Каменщичества.

Сія исполненная знаменованія буква означаетъ Геометрію. Художники изчисляютъ и образуютъ всѣ работы свои по сей Наукѣ; а для Каменщиковъ содержитъ она опредѣленіе, изъясненіе и доказательство порядка, красоты и чудесной премудрости Божіяго Могущества при твореніи Его.

Геометрія сначала значила ничто иное, какъ искуство измѣрять землю, либо какое нибудь разстояніе на оной. Но нынѣ значитъ она Науку о величинахъ вообще и заключаетъ въ себѣ ученіе и отношенія всего того, что къ умноженію или уменшенію способно. И такъ къ Геометріи можетъ причислено быть учрежденіе не только линій, плоскостей и тѣлъ, но также времени, скорости, числа, тяжести, и многихъ другихъ вещей.

Сія Наука долженствовала получитъ происхожденіе, или по крайней мѣрѣ нынѣшнія ея правила, отъ Египтянъ, принужденныхъ Натурою упражняться въ ней для Предупрежденія; всеобщаго замѣшательства, причиняемаго въ ихъ земляхъ наводненіемъ Нила; ибо сія рѣка Смывала ежегодно порубежные камни, и изтребляла раздѣленія ихъ владѣній. По сему названа сія Наука Геометріею, или землемѣрнымъ искуствомъ; ибо сперва состояла она только въ способахъ и путяхъ измѣрятъ земли, дабы всякъ могъ паки получитъ свою собственность. Вѣроятно, что чертежи и планы, которые Египтянамъ ежегодно дѣлать надлежало, вспомоществовали открытію многихъ изрядныхъ свойствѣ сихъ фигурѣ, а въ послѣдствіи открытіе сіе при случаяхъ всегда болѣе умножаемо было умозрѣніемѣ.

Изъ Египта перешла Геометрія въ Грецію, гдѣ получила еще новыя прибавленія отъ Ѳалеса, Пиѳагора, Архимеда, Евклида, и другихъ. Геометрическія положенія Евклидовы показываютъ намъ великое совершенство, до коего доведена была Наука сія у древнихъ, хотя онѣ и весьма еще далеко отстоятъ отъ новѣйшей Геометріи. Предѣлы ея весьма распространены изобрѣтеніемъ флуксій и открытіемъ безчисленныхъ родовъ кривыхъ линій.

Польза Геометріи простирается почти на всякую Науку и на всякое Искуство. Крезѣ нее пользуются Астрономы своими наблюденіями, опредѣляютъ продолженіе временъ, частей года, годовъ, Цикловъ и Эпохъ, измѣряютъ разстояніе, движенія и величину тѣлъ небесныхъ. Чрезъ сіи Науки опредѣляютъ Географы видѣ и величину всея земли, и означаютъ пространство и положеніе Королевствѣ, провинціи, морей, гаваней и всякаго мѣста на земномъ шарѣ. Она служитъ всякому отдѣлу художниковъ; а строители производятъ отъ нее, какъ я уже сказалъ, свои мѣры, изчисленія и отношенія.

Сіе натурально приводитъ меня къ размышленію о причинѣ того, что Наугольникъ почитается однимъ изъ свѣтильниковъ въ Каменщичествѣ и частію украшеній Ложи. Для изъясненія мыслей моихъ повторю я только слова одного славнаго Сочинителя, писавшаго о произхожденіи и успѣхѣ Наукъ. Онъ говоритъ: "У древнихъ Писателей не находимъ мы ничего, что могло бы точно показать намъ, въ какомъ порядкѣ открыты были положенія измѣренія плоскостей. Вѣроятно, что начали съ плоскостей, оканчивающихся прямыми линіями, и съ самыхъ простыхъ. Въ самомъ дѣлѣ трудно опредѣлитъ, которыя суть простѣйшія изъ плоскостей, въ маломъ числѣ прямыхъ линій заключающихся. Судя по числу сторонъ, безспорно имѣетъ преимущество триугольникъ. Но я лучше повѣрю, что фигура четвероугольника {"Четвероугольникъ и наугольникъ называются по Англійски одинакимъ именемъ: Square." Прим. нѣмец. Переводчика.} привлекла на себя прежде всѣхъ вниманіе Землсмѣровѣ. Спустя уже нѣсколько времени, начали они изслѣдовать равносторонные триугольники, которые правильнѣе всѣхъ триугольныхъ фигуръ. Чаятельно узнали они сперва сію прямолинѣйную фигуру, и по томъ сравнивали съ нею содержаніе плоскостей другихъ многоугольниковъ, такъ, какъ ихъ открывали. Крезѣ то учинился квадратѣ общею мѣрою всѣхъ плоскостей; ибо во всѣ времена и у всѣхъ Народовъ, о которыхъ имѣемъ мы нѣкоторое познаніе, квадратѣ тоже былъ въ Планиметріи, что единица въ Ариѳметикѣ. Хотя при измѣреніи прямолинѣйныхѣ фигурѣ и должны мы раздѣлять ихъ на триугольники; однако содержаніе плоскостей сихъ фигурѣ всегда означается въ квадратѣ." Сіе приводитъ меня къ заключенію, что четвероугольникъ былъ первая и начальная фигура въ Геометріи, и по тому введенъ въ Ложи наши.

Квадратъ былъ та фигура, въ которой Израильтяне разставляли станѣ свой въ пустыняхъ, и въ которой укрѣпляли и защищали они Скинію Свидѣнія, непосредственнымъ присутствіемъ Божіимъ освящаемую.

Выше сего изъяснился я, что, по мнѣнію моему, Общество сіе никогда, не соединялося въ отдѣлѣ работающихъ Строителей или Каменщиковъ, и никогда, не состояло изъ оныхъ; но было Богослужитель по е, дружественное и щедрое соединеніе, коего Члены никогда не совокуплялись и не показывались свѣту, яко Строители, кромѣ какъ при Моисеѣ и при строеніи Храма Іерусалимскаго, когда они святыми руками созидали сіи зданія благочестія, такъ, какъ и Праотцы ихъ въ честь Божеству воздвигали жертвенники для жертвоприношеній и Богослужительныхъ дѣйствій {Бытія, IV, 3, 4. VIII, 20 XXII, 9. XXVIII, 18. XXXIII, 20. XXXV, 7. Исходъ XX. 24. XXVII, 1. XXX. I. Кн. Іис. Нав. XXII, 10. 11.}. Также увѣренъ я, что принятіе Каменщиками Геометріи, или какого либо символа изъ сея Науки, не иное что значитъ, какъ почтеніе къ такимъ изобрѣтеніямъ человѣческаго разума, которыя открываютъ премудрость Всемогущаго въ твореніяхъ Его, и чрезъ которыя означаются силы Авракса и опредѣляется система перемѣнъ звѣздѣ на небѣ.

Естьли хотимъ мы землю съ ея произведеніями, окіанъ съ его приливомъ и отливомъ, пришествіе и продолженіе дня, изпещренный звѣздами сводѣ небесный, времена года и ихъ премѣны, жизнь и смерть человѣковъ -- почитать едиными случайностями въ рукѣ Натуры; то надлежитъ намъ запереть всю силу разсужденія и предаться мрачнѣйшей глупости и невѣжеству. Великолѣпное зрѣлище системы планетной, день и нощь, годовыя времена въ своихъ послѣдствіяхъ, составѣ животныхъ, растенія, все подаетъ намъ причину къ удивленію, большія вещи суть величественны для всего инаго, кромѣ руки Божества, ихъ сотворшаго; а меньшія чудесны для всего, кромѣ премудрости Бога ихъ.

И такъ колъ высоко должны мы почитать ту Науку, силою которой дано человѣку открывать порядокъ тѣлъ Небесныхъ, ихъ премѣны и мѣста, дабы чрезъ то привести дѣла Божества въ непремѣнную систему, доказывать славу Его творенія и премудрость совѣтовъ Его!

По сему не удивительно, что первые Основатели сего Общества, взиравшіе на откровеніе Божества съ первыхъ временъ міра даже до того дня, въ который оно совершенно учинилось подъ служеніемъ Сына Божія, что они, говорю я, святили между собою ту Науку, чрезъ которую человѣки толикое получили просвѣщеніе въ открытіи великой Премудрости Творца, при твореніи являющейся.


## РѢЧЬ IX. O KАМЕНЩИЧЕСКОМЪ СТЕПЕНѢ МАСТЕРА.


Въ исполненіе намѣренія моего изслѣдовать три степени Каменщиковъ: учениковъ, Товарищей и Мастеровъ, чрезъ описаніе и изъясненіе различныхъ обстоятельствъ, находившихся у почитателей Истиннаго Бога показалъ я въ прежнихъ рѣчахъ моихъ, что степень учениковъ означаетъ первое познаніе Бога Природы въ самыхъ раннихъ временахъ. Въ степень Товарищей показалъ я посланіе Моисея и Храмъ Іудеевъ въ Іерусалимѣ купно со свѣтомъ, который изъ откровенія Божественной Премудрости посредствомъ Геометрическихъ рѣшеній человѣки получили. Теперь приступаю къ третіему степеню, священнѣйшему и торжественнѣйшему между Каменщиками, къ степеню Каменщическаго Мастера.

Подъ закономъ Іудейскимъ богослуженіе покрылось облаками и затмилось обрядами и обыкновеніями, которыя ежедневно изъ подражанія сосѣдственнымъ язычникамъ вкрадывались. Какъ изпорчены были нравы Народа Іудейскаго, то и гражданское правленіе его колебалось на престолѣ своемъ. Новости подрывали святыя предписанія, а за симъ послѣдовало безначальство [анархія]. Коль же скоро расторгнулась связь сія, то и сила Іудеевъ прекратилась, и язычники восторжествовали въ Іерусалимѣ.

Преблагій Богъ видѣлъ пагубу, потопляющую родъ человѣческій, и побужденъ былъ милостію Своею ко спасенію нашему. Онъ видѣлъ, что откровеніе о Божествѣ, могуществѣ, величествѣ и премудрости Его, которое по милосердію Своему сообщилъ Онъ колѣнамъ Іудейскимъ, было недостаточно къ удержанію ихъ въ должностяхъ. Слабость человѣческую возложилъ Онъ на вѣсы, держимые Правосудіемъ Его, и Милосердіемъ Своимъ погрѣшности ихъ замѣнилъ. Египтяне употребили во зло ученость мудрость; Евреи запятнали Божескія учрежденія и законы, и грѣхъ утвердилъ владычество свое во градахъ земли сея.

Благочестіе воздвигнувшее Храмъ Іерусалимскій было изгнано; должный страхъ и почтеніе Богу погребены въ тинѣ и развалинахъ міра; малое число твердыми въ повиновеніи пребывшихъ разсѣяно гоненіемъ, и имя Истиннаго Бога было почти совсѣмъ потеряно и забыто между человѣками. Вѣра сидѣла во Израилѣ печальна и облеченна въ рубище, посыпавъ пепломъ главу свою; а благонравіе яко четырьмя вѣтрами по воздуху развѣяно было.

При сихъ обстоятельствахъ можно было сказать: "указатель пути къ небу потерянъ, а Мастеръ, дѣяній правосудія убіенъ." Народы предались грубѣйшему идолопоклонству; Саломонъ палъ, и служеніе Истинному Богу изтребилось изъ памяти поддавшихся владычеству грѣховъ.

Чтобы избавитъ человѣковъ плачевнаго состоянія мрачности и пагубы, и понеже древній законъ былъ уже мертвъ и преданъ тлѣнію; то потребно было новое ученіе и новыя, предписанія, дабы приобрѣсть ключъ ко спасенію; языкомъ ихъ надлежало тронутъ слухѣ оскорбленнаго Божества и получитъ надежду къ вѣчности. Истинная религія сокрыласъ. Тѣ, которые искали ее въ мудрости древнихъ, не въ силахъ были ее возставитъ; она сокрывылась отъ исканія ихъ, и тщетно нечистыя ихъ руки къ возстановленію ея простирались. Тѣ, которые искали ее посредствомъ древняго закона, видѣли себя обманутыхъ; ибо смерть вступила между ими, и развратъ объятія ихъ обезобразилъ. Мѣсто ея занялъ грѣхѣ; а се поглотили пороки міра.

Великій Отецъ всяческихъ, сжалясь надъ бѣдствіемъ міра, послалъ Единороднаго Сына Своего, Который былъ самая Невинность, проповѣдати ученіе Спасенія. Чрезъ сіе возвысился человѣкъ отъ смерти грѣховной къ жизни правды, отъ гроба тлѣнія къ храминамъ надежды, а отъ мрачности отчаянія къ небеснымъ лучамъ Вѣры. Не токможъ произвелъ Онъ единое изкупленіе сіе, но положилъ съ нами Завѣтъ вторичнаго рожденія, чрезъ который учинились мы чадами Божіими и наслѣдниками царствія Небеснаго.

Мы Каменщики описываемъ плачевное состояніе религіи подъ Закономъ Іудейскимъ, иносказательными выраженіями: "Она лежала погребенна подъ каменіемъ и нечистотою, выброшенными изъ Храма, и вѣтвь Акаціи была на ея бугрѣ." Ακακια слово Греческое означающее невинность, или удаленіе отъ грѣховъ; оно показываетъ, что грѣхи и развратѣ древняго закона и служителей при Алтарѣ Іудейскомъ сокрывали религію отъ искавшихъ ее, и что она тамъ токмо, гдѣ сохраняется невинность, и подъ знаменемъ Агнца Божія обрѣтена бытъ можетъ.-- А въ насъ исповѣданіе сіе производитъ то, что мы чрезъ Акацію нашу, яко истинные Акаціяне, въ святой Вѣрѣ нашей и ея положеніяхъ отличаться долженствуемъ {Акація -- Акакіа, въ древнія времена былъ синшокъ, или кошелекъ на монетахъ Греческихъ и Римскихъ Императоровъ, Нѣкоторые принимаютъ ее за платокъ употребляемой ими для сигналовъ; иные за книги, или свитокъ извѣстій и челобитенъ; другіежь утверждаютъ, что это былъ пурпуровый кошелекъ, наполненный землею для напоминовенія Государямъ о смертности ихъ. Акаціяне [Accaciane] въ Церковной Исторіи есть имя одной секты исповѣданія Христіанскаго, въ коей нѣкоторые утверждали, что Сынъ подобнаго, но не единаго существа съ Отцемъ; а другіе, что Онъ не только различнаго существа, но и не равнаго.-- Іонсонъ въ Словарѣ своемъ переводить Асасу по-Гречески ακακια, т. е. невинность, или свободность отъ грѣховъ.}.

Приобрѣтеніе ученія о изкупленіи въ Типическихъ писменахъ выражается Huramen [Ηὑραμεν, мы нашли,]; а прилагая къ Каменщикамъ имя сіе, означается, что мы открыли познаніе Бога и спасенія Его и получили искупленіе отъ смерти грѣха и отъ гроба оскверненія и не правды {Каменщикъ, вступающій въ степень сію изрекаетъ приговоръ свой, яко признаніе несовершенства второй степени и яко доказательство высокой степени, къ которой онъ стремится, произнося Греческое слово Τυμβοχοεω, Struo tumulum. ''Приготовляю собственное погребеніе мое; я дѣлаю гробъ мой въ нечистотахъ земли; я подъ тѣнію смерти." Сіе слово испортилось между нами обыкновеннымъ употребленіемъ, и вмѣсто его вошло выраженіе, едва и по голосу съ нимъ сходное, безъ всякой связи съ Каменщичествомъ, и само по себѣ безъ всякаго знаменованія.}.

Такимъ образомъ Каменщической Мастеръ представляетъ человѣка состоящаго подъ Христіанскимъ Закономъ, избавленнаго отъ гроба неправды и къ Вѣрѣ спасенія возвышеннаго.

Для великаго свидѣтельства, что мы возстали отъ погибели, носимъ мы Емблему Святой Троицы, яко знакѣ обѣта нашего и первоначальнаго происхожденія степеня Мастерскаго. Емблема сія преподается Геометрами, яко доказательство Троицы во Единствѣ.


При полученіи знѣкъ сего Каменщикѣ объявляетъ исповѣданіе свое краткимъ изрѣченіемъ на Греческомъ языкѣ: по правиламъ Ордена нашего не смѣю я написать его. Буквенный смыслѣ онаго есть слѣдующій: Vehementer cupio vitam,-- жадно желаю жизни, то есть вѣчной жизни изкупленія и возрожденія. Исповѣданіе сіе заключаетъ! въ себѣ священное означеніе, которое отъ чистой вѣры происходить долженствуетъ. Обряды сопровождающіе сей степень Ордена нашего суть торжественны и страшны, во время оныхъ объемлетъ священный ужасѣ умы наши, душа исполняется высокопочитанія, и всѣ силы духа нашего къ почтенію и обожанію влекутся.

Сей степень нашъ есть совершенное противорѣчіе слѣпотѣ и невѣрію Іудеевъ: онъ доказываетъ вѣру нашу, о возстаніи тѣлесъ.

Знаменіе Божіе, положенное на Символѣ Мастерскаго степеня, изъясняемый онымъ, есть основательное положеніе, чрезъ которое поднятѣ онѣ отъ мрачности, равнымъ образомъ есть оно символъ нравственныхъ должностей которыя возлагаетъ на себя Каменщикъ, и которыя въ прежнія времена свято исполняемы были. Сіи положенія такожде изтекаютъ непосредственно изъ ученія Христіанскаго.

Каменщической Мастеръ возлагаетъ на себя должность исполненную нравственной добродѣтели и любви Христіанской; онъ поставляетъ себѣ правиломъ любовь Братскую, которую каждый распространять долженъ на ближняго своего.

1. Чтобъ мы, когда нещастія Брата нашего призываютъ насъ на помощь, не отнимали руку нашу, долженствующую удержатъ его отъ паденія, но оказывали бы ему услуги, которыя безъ отягощенія семейства, или обстоятельствъ нашихъ и не вредя имъ, человѣколюбіе и религія ко спасенію сотварей нашихъ исполнятъ намъ повелѣваютъ.

2. Отъ намѣренія сего не должна лѣность остановлять стопы наши, ниже гнѣвъ въ другую сторону ихъ отвращать Мы должны забытъ всѣ обиды и чувствованія корыстолюбія; воспоминать, что человѣкъ рожденъ на помощь роду своему, и не для своего только Удовольствія, но и для того, чтобъ дѣлать справедливое. Также должны мы бытъ скоры къ соболѣзнованію, ко избавленію, ко укрѣпленію и къ исполненію благодѣяній.

3. Понеже блага жизни сея даруются почастно, и нѣкоторые живутъ въ; изобиліи, другіежъ терпятъ недостатокъ; то положенія сіи повелѣваютъ Каменщику, сколь бы онъ бѣденъ ни былъ, показывать благоволеніе Брату своему. Не единое богатство подаетъ средства къ дѣланію добра; добродѣтель и благотворительность не ограничиваются путями единаго изобилія; богатый, слѣдуя положеніямъ добродѣтели, долженъ по множеству талантовъ своихъ и дѣла свои разпространять; но и бѣдность не можетъ служитъ извиненіемъ неисполненію сего. Какъ вопль невинности возходитъ на небеса, какъ гласъ малолѣтныхъ и младенцевъ достигаетъ престола Божія, и какъ вздохи сердца сокрушеннаго въ селеніяхъ Славы слышимы бываютъ; то и отъ Каменщика требуются молитвы, кои благоденствію Брата своего посвящать онъ долженъ.

4. Четвертое положеніе есть: не оскорблять никогда довѣренность Брата своего открытіемъ его таинства. Можетъ бытъ чрезъ сіе лишится онъ покрова, прикрывавшаго имущество, либо и самую жизнь его. Языкъ Каменщика да будетъ чистъ отъ обиды и невиненъ; Да говоритъ онъ правду съ размышленіемъ, и да пребываетъ въ предѣлахъ разсудка. Сохрани сердце твое чисто отъ немилосердія, запечатлѣвай тайности и сообщайся въ любви и склонности.

5. Люби. Отъ Каменщика требуется столько дарованій, сколько Провидѣніе опредѣлило ему оныхъ. Любовь начинается сама въ себѣ; любовь подобна плодоносному масличному древу, насажденному при източникъ: вѣтви его висятъ выше стѣнъ; оно простираетъ вокругъ отрасли свои отъ силы и богатства мѣста своего, и даетъ сѣнь свою на успокоеніе и прохлажденіе собирающимся подъ его вѣтвями. Любовь употребляемая съ неразуміемъ не есть уже добродѣтель; но естьли произтекаетъ она отъ изобилія, то бываетъ толика же великолѣпна, какъ лучи утреннія, въ красотѣ которыхъ тысячи находятъ радость свою. Естьли подаяніе исторгнутое соболѣзнованіемъ вредитъ семейству нашему, то въ такомъ случаѣ бываетъ оно жертва приносимая суевѣрію, и толико же небесамъ не пріятно, яко кажденіе предъ идолами.

Какъ Моисей при горѣ Хоривъ долженствовалъ скинутъ сапоги съ ногъ своихъ, понеже земля, на которой стоялъ онъ, присутствіемъ Божіимъ освяшилась; такъ и Каменщикъ, желающій приуготовиться къ третіему степеню сему, долженъ шествовать по обнаженнымъ стезямъ истинны, откинутъ всякую гордость и яко истинный Акаціянинъ, приближиться стопами невинности, смиренія и добродѣтели, для изтребованія Знака такого степеня, котораго учрежденія утверждаются на торжественнѣйшихъ и святѣйшихъ положеніяхъ религіи.


## РѢЧЬ X. ТАИНСТВО КАМЕНЩИКОВЪ


Въ сіе время, въ которое все важное приемлется съ осмѣяніемъ все касающееся до религіи съ презрѣніемъ, и все благонравное отъ дверей, нынѣшняго свѣта прочь отсылается -- не должна удивляться, ежели намѣреніе мое доказать, что Общество сіе, по учрежденію своему, есть какъ духовное, такъ и свѣтское, осмѣяно и обругано будетъ неоспоримо, что еще прежде епохи Христіянской многія Собранія Каменщиковъ бывали. Первый степень Каменщичества начался въ самыхъ раннихъ временахъ, произшелъ еще въ духѣ Адамовомъ, сохранился чистъ во всѣ времена предъ потопомъ, былъ преподаваемъ Хамомъ, и во время разврата человѣковъ, не оскверненнъ и не поврежденнъ идолопоклонствомъ, протекъ отъ него до самыхъ временъ нашихъ чрезъ каналъ не многихъ СЫНОВЪ ИСТИНЫ, которые не оскверненны грѣхами Народовъ пребыли и сохранилъ намъ чистыя и ясныя основательныя положенія, купно съ первоначальными символами. Сіи Древніе, Будучи просвѣщены первоначальною истинною, разсѣялись по многимъ областямъ; они призваны были къ Іудеямъ, и многіе изъ нихъ съ Народомъ симъ соединились. Мудрецы служили при созданіи Моисеевой. Скиніи Свидѣнія, соединились при строеніи Храма Іерусалимскаго, и вѣроятно, что оттуда путешествовали въ отдаленныя земли, дабы надъ другими священными работами имѣть тамъ надзираніе. Нынѣ знаемые Каменщиками Обряды доказываютъ, что знаки и примѣты Мастерскаго степеня по нынѣшнему учрежденію Каменщичества приняты были уже во времена Христіанскія; ни у какого Народа и ни на какомъ языкѣ нѣтъ ни единаго извѣстія, изъ коего бы явствовало, что они принадлежатъ къ какой нибудь другой системѣ, или что они старѣе сихъ временъ.

Нѣтъ сомнѣнія, что въ нашей землѣ [т. е. въ Великобританніи] первыя основанія исповѣданія нашего преподаваемы и исполняемы были между Друидами. Но скоро ли вторыя степень и обряды онаго послѣ созданія Храма Іерусалимскаго извѣстными учинились, о семъ мы никакого свидѣтельства не имѣемъ. Третій и святѣйшій степень безъ сомнѣнія принятъ былъ при обращеніи отъ Друидскаго богослуженія. Они исповѣдывали и почитали Единое Высочайшее Существо; и такъ легко приняли ученіе Ходатая, сію систему религіи, которая привела Древнихъ Мудрецовъ въ безчисленныя заблужденія, а наконецъ запутала и въ идолопоклонство.

Въ нынѣшнемъ исповѣданіи нашемъ Каменщичества утверждаемъ мы, что нравоученіе наше первоначально произходитъ изъ училища Пифагорова, и что Василидова система религіи снабдила насъ нѣкоторыми положеніями и Іероглифами. Но сіи, купно съ Египетскими символами и монументами Іудейскими, собраны токмо яко текущая связь обстоятельствѣ, которыя почитатели Божества въ различныхъ и отдаленныхъ временахъ свѣта исповѣдывали; всѣ они разрѣшаются въ нынѣшней системѣ Каменщичества, которую ученіе Христіанское сдѣлалъ совершенною. Отъ сихъ соединенныхъ частей получаетъ она единое доказательство древности своея, означающее, что мы произходимъ отъ первыхъ Божества почитателей.

Что въ самыхъ первыхъ временахъ Были строители городовъ, башенъ, храмовъ и крѣпостей, сіе не оспоримо. Но что бы художники сіи собирались въ общества, управляемыя собственными законами и знающія мистеріи и таинства, отъ прочаго свѣта сокрытыя, о семъ весьма я сомнѣваюсь. Механическая Архитектура такъ ясна, легка и вразумительна, что всякому уму понятна и не требуетъ быть сокрыта въ правила Мистическія, да и повода не было, чтобы, художники сіи странствовали, яко Волхвы, дающіе знать о себѣ, что они имѣютъ Науку отъ всего свѣта сокрытую.

Человѣки ежедневно долженствовали учиться строенію отъ звѣрей, въ глазахъ цхъ находящихся. Лисица, кроликъ, и многія другія твари дѣлаютъ себѣ норы; бобрѣ искусенъ въ строеніи деревянномъ, онъ созидаетъ конуры и кровли; птицы во время размноженія віютъ гнѣзда для птенцовъ своихъ; пчела работаетъ надъ строеніемъ градовъ и запасныхъ домовъ; муравіи заключаютъ себя въ малую свою горку и прорываютъ оную на подобіе лавиринѳа, въ которомъ пища ихъ и яйца сохраняются въ безопасности. Всѣ сіи должны научатъ человѣковъ строенію. И такимъ образомъ, когда родъ нашъ по мрачности, которою покрывался онъ во время непослушанія своего, начальныя основанія Знаній своихъ извлекалъ изъ Книги Натуры, то не могло пребыть сіе таинствомъ.

Естьли же хотимъ выдавать себя послѣдователями Механиковъ, и яко таковые великій успѣхъ свой производить отъ строенія Храма Іерусалимскаго; то находимъ, что Хирамъ, присланный изъ Тира на помощь при строеніи семъ, не только въ Архитектурѣ, но и въ плавленіи Металловъ и въ крашеніи былъ искусенъ. Въ книгахъ Паралипоменонъ повѣствуется, что онъ умѣлъ работать въ золотѣ, серебрѣ, мѣди, желѣзѣ, камняхъ, деревѣ, багряницѣ, синетѣ, висконѣ и червленицѣ, также и въ рѣзбѣ былъ искусенъ. Онъ былъ подданный такого Государства, въ которомъ введено было идолопоклонство; а сія религія весьма ободряла свободныя Художества и споспѣшествовала имъ, по тому, что для нее нужны были Ваятели и рѣщики. Саломонъ украсилъ Храмъ свои Херувимами, пальмовыми древами, плодами и цвѣтами. Изъ сего заключаю я, что знаніе Хирама простиралось на работы Ваятеля и живописца; ибо онъ вырѣзывалъ фигуры изъ камня и дерева, также и изъ металловъ выливалъ ихъ. Въ книгахъ Царствъ упоминается только, что Хирамъ исполненъ былъ художества, разума и вѣдѣнія, еже дѣлати всякое дѣло мѣдяное.-- Саломонъ предпріялъ сіе великое дѣло благочестія по повелѣнію небесъ и по обѣту, учиненному отцу его Давиду; онъ производилъ строеніе сіе по плану свыше ему откровенному, созвалъ Мудрыхъ и благочестивыхъ изъ Народа своего ко произведенію работы сея, разпорядилъ ихъ по степенямъ исповѣданія вѣрыихъ, такъ, какъ Священники Храма во введенныхъ святыхъ обрядахъ и церемоніяхъ ихъ получили мѣста свои, (раздѣленіе сіе сохранялось почти во всѣхъ священныхъ обществахъ, а особливо у первыхъ Христіанъ.) Избранные Царя Саломона производили работу сію, яко благочестивую и святую должность. Естьли въ разсужденіи должности сея будемъ ихъ почитать настоящими Строителями, то сіе касаться будетъ также и до Авеля, Ноя, Авраама, Іакова, Моисеі и Давида въ разсужденіи строенія Алтарей ихъ, которые были единственно дѣянія благочестія и богослуженія.-- По симъ обстоятельствамъ осмѣливаюсь я утверждать, что естьли древность Каменщичества ищемъ мы въ практическихъ положеніяхъ, а положенія сіи производимъ отъ строенія Храма Саломонова, то и мы можемъ также имѣть требованіе на всѣ тѣ упражненія, въ которыхъ Хирамъ отмѣнное имѣлъ искуство. Но я оставляю изслѣдованіе сего, и приступаю къ такимъ вещамъ, которыя къ намѣренію моему болѣе принадлежатъ.

Нѣкоторые Строители довели работы. свои до отмѣнной точности, соразмѣрности и порядка, какъ-то въ Египтѣ, Греціи, Італіи и во многихъ другихъ Областяхъ Европейскихъ; но превосходство свое приобрѣтали они отъ свойственнаго имъ ума и вкуса, какъ живописцы и Музиканты. Сіе было отмѣнный даръ, не имѣющій нужды ни въ какихъ таинствахъ для сохраненія его втайнѣ; ибо умы человѣческіе толико же различны, какъ образованія лицъ; и по тому преимущество сіе въ Архитектурѣ столь безопасно было отъ присвоенія, яко бы сокрыто будучи въ глубочайшей Магіи.

Я увѣренъ, что не было повода къ учрежденію таковыхъ тайныхъ правилѣ для соединенія работающихъ Каменщиковъ, Саломонъ поступилъ премудро у державѣ духовные Ордены, для управленія толикаго числа людей; онѣ употребилъ таинства, принятія ихъ для приведенія въ порядокъ Народа своего работающаго при созданіи Храма, Безъ сомнѣнія таинства намъ открытыя служили совсѣмъ къ другой цѣли, нежели къ обработыванію кучъ камней. Общество наше на нынѣшнему свойству своему основывается на священныхъ и благодѣтельныхъ положеніяхъ, которыхъ происхожденіе и твердость утверждаются на познаніи о Богѣ и Откровеніи Христіанскомъ,

Вскорѣ послѣ того, какъ Христіанская религія введена была въ сію землю, исповѣдатели оной начали учреждать священные домы и строить мѣста для публичнаго Богослуженія, При всякомъ исправленіи религіи примѣчается, что первые исповѣдатели оной имѣютъ склонность къ Ентузіазму, Сіе было и въ Великобританіи при распространеніи религіи Христіанской. Жадность къ чрезвычайнымъ дарованіямъ заразила разумы обращенныхъ; въ извѣстные дни, подъ именемъ Haly-verk-days (дни для работъ священныхъ) назначены были для упражненія въ священныхъ работахъ и зданіяхъ: въ сіи дни никто не изключался отъ должности сея, какогобъ званія, чина и состоянія онъ ни былъ. Сверхъ сего было собраніе людей называвшихся Haly-verk-folk (люди священныхъ работъ {De hermirorio Finchalenfis Ranulphus Dei gratia Dunelmensis Episcopus omnibus hominibus luis Francis et Angiis de Haly-Werkfolk Salutem et.

Много и другихъ подобныхъ Привиллегій находится у меня.-- Ралфъ Фламбердъ посвященъ въ дургамскіе Епископы въ 1099 году.} которымъ назначены были нѣкоторыя земли, дабы старались они въ оныхъ о исправленіи, защищеніи и созиданіи церквей и надгробныхъ монументовъ; за благочестивыя работы сіи освобождали ихъ отъ всѣхъ гражданскихъ и военныхъ службъ. Люди сіи были каменосѣчцы и строители, и можетъ быть принадлежали къ исповѣданію нашему; вѣроятно, что они изъ таковыхъ выбираемы были, ибо они не были совсѣмъ одни съ другими несогласны. Область Дургамская {Hist. Duncim. apud Wartoni Aug-Sax.} содержала особливое Общество сихъ Наlу-verk-folk, охранявшихъ землю и священный гробъ Св. Кутберта. Люди сіи между всякаго рода строителями, о которыхъ я какое нибудь свѣденіе имѣю, суть ближайшее къ сходству съ Каменщиками Саломоновыми и къ названію: Вольные и принятые Каменщики; но былоль принятіе ихъ сопровождаемо особенными обрядами, и на какихъ законахъ они основывались, сего открыть никогда я не могъ. Сожалительно, что въ Исторіи церкви Дургамской не находится ни малѣйшихъ Осташковѣ отъ документовъ, касающихся до сихъ людей и до учрежденія ихъ Общества. Вознамѣрившись писать о семъ предметѣ, надлежало мнѣ бытъ весьма къ нимъ жадну; ибо такое учрежденіе, или такой документѣ утвердилъ бы всякое условное положеніе, которое для изъясненія емблемъ и таинствѣ нашихъ предложить я осмѣлился.

Символы, употребляемые людьми сими, весьма походили на символы общества нашего; нѣкоторые знаки сего найдены недавно при разкапываніи старыхъ развалинъ. Весьма желательно, чтобъ дворяне и прочіе, на чьихъ земляхъ находятся древнія Аббатства, при всякомъ случаѣ, когда починиваютъ, или ломаютъ, приказывали работникамъ своимъ, чтобъ они древніе знаки, начертанія и емблемы старались сохранять въ цѣлости: бываютъ двойныя стѣны, или пустые столпы, въ которыхъ положены вещи сіи. Не многіе люди въ состояніи находятся разрывать до основанія такія зданія, гдѣ на основательномъ, или такъ называемомъ краеугольномъ, камнѣ нашли бы важные знаки и надписи, достойныя примѣчанія. Обыкновеніе сіе было издревле: невѣрные Іудеи обвиняли Спасителя нашего, что онъ похитилъ мистическія слова, ТЕТРАГРАММАТОНЪ, или УРИМЪ И ТУММИМЪ изъ основанія Храма Іерусалимскаго, носилъ ихъ всегда при себѣ скрытно, и чрезъ нихъ могъ производить чудеса свои.

Вскорѣ послѣ разпространенія Христіанства въ землѣ сей вся Европа возпламенилась отъ крика и бѣшенства одного изступленнаго монаха, всѣхъ ревнителей въ религіи ко святой войнѣ призывающаго. Чтобъ отнятъ паки изъ рукъ невѣрныхъ святый градъ и Іудею, вооружились тмами Легіоны святыхъ, набожныхъ и изступленныхъ; стремились изъ всѣхъ земель Европы на разточеніе крови и имѣнія Своего для такого намѣренія, которое было столь же тщетно и безполезно, какъ и противно политикѣ.

Въ сіе время почитали нужнымъ, чтобы поднявшіе знаменіе Креста при предпріятіи семъ соединились въ одно Общество, дабы чрезъ то быть безопасными отъ соглядатаевъ и измѣнъ, и чтобы каждый могъ узнать товарищей и сотрудниковъ своихъ и днемъ и ночью. Подобно какъ въ воинствѣ Іефеаевомъ у преходовъ Іорданскихъ , такъ и въ сихъ походахъ опредѣлено было имѣть извѣстные между собою знаки, сигналы, пароля и проходныя слова.; ибо воинства состояли изъ различныхъ Народовъ и различныхъ языковъ. Въ книгѣ Судей Израилевыхъ читаемъ мы [гл. 12. ст 5, 6.] "И засяде Галаадъ проходы у Іордана Ефремовы. И бысть егда рѣша уцѣлевшіи отъ Ефрема: прейдемъ; и рѣкоша имъ мужи Галаадстіи: сдали отъ Ефрема вы; и рѣша: нѣсмы. И рѣша имъ: рцыте [класъ] Шиболетъ; они же рѣкоша: Сиболетъ, и не управиша рѣщи тако, и и маху ихъ, и закалаху у преходовъ Іорданскихъ." {Употребленіе слова Сиболетъ между Каменщиками есть доказательство, что они не преступаютъ первоначальный обѣтъ свой и первый союзѣ свой съ Братствомъ не нарушимо наблюдаютъ. Дабы слова сіи сдѣлать темными и сокрытыми рѣченіями, то выбрали они нарочно такія, которыя употреблены будучи въ Библіи, или гдѣ нибудь индѣ двоякимъ смысломъ своимъ незнающихъ людей приводятъ въ замѣшательство. Такимъ образомъ Сибодетъ, естьлибъ приняли мы таинства Елевзинскія; было бы исповѣданіе системы нашея; ибо значитъ оно колосъ. Но Етимологія, или произведеніе его, такъ, какъ оно принято Каменщиками, происходишь отъ составленія слѣдующихъ Греческихъ словъ: Εβεο, colo, Λιϑος lapis, и такъ Εςβο-λιοϑον [себбодитонъ, сиббодитонъ, colo lapidem] означаетъ, что они обѣщанія свои сохраняютъ ненарушимо; понеже luramentum per lovcm lapidem [клятва камнемъ Юлитеровымъ] была самая важнѣйшая клятва у Язычниковъ. Имя Лаписѣ, или, какъ другіе пишутъ, Лапидеусѣ, прилагаемо было Римлянами Юпитеру, почитавшими клятву Юпитеромъ Лаписомъ за самую обязательнѣйшую. Она производитъ или отъ камня, принесеннаго Сатурну женою его Опсъ, сказавшею, что ето былъ Юпитеръ; и въ семъ смыслѣ, говоритъ Евсевій; " Лаписъ царствуетъ въ Критѣ; или отъ кремня, который при всякомъ условіи заклинающійся держалъ въ рукѣ своей, говоря слѣдующее: "Ежели я обману съ намѣреніемъ, то Диспитеръ, сохраняющій градѣ сей и Капитолію, да отброситъ меня отъ всего, что есть благо, такъ, какъ я бросаю камень сей." По томъ бросалъ онѣ сей камень.}

Никакой проектѣ, или намѣреніе не могло лучше Крестовымѣ рыцарямъ приличествовать, какъ Каменщичество. Правила и обряды, сопровождающіе Мастерской Орденѣ, утверждены были предварительно и для походовѣ сихъ были неотмѣнно нужны. Ибо какъ Магометане равнымъ образомъ почитали Божество, и понеже странствующіе сіи искали землю, въ которой, во времена Саломоновы Каменщики собраны были въ единое Общество, и въ которой безъ сомнѣнія нѣкоторые слѣды таинствѣ и мудрости древнихъ и предковѣ нашихѣ находиться долженствовали, то степени Каменщичества, относящіеся единственно ко исповѣданію быть служителями Бога Природы, былибъ Недостаточны для различенія ихъ отъ тѣхъ, которыхъ они найдутъ тамъ, когдабѣ не приняли они симболовъ вѣры Христіанской.

Въ сіи времена въ Европѣ, такъ же, какъ и въ древности, всею ученостію владѣло духовенство. Они приобрѣли мудрость древнихъ и первоначальное знаніе, которое въ началѣ было и теперь; еще есть Истина. Нѣкоторые изъ нихъ посвящены были въ таинства Каменщиковъ, и они-то подали мысль къ предпріятію сему. И какъ Саломонѣ, для споспѣшествованія работамъ при строеніи Храма, ввелъ степени и порядокъ, которыми премудрость его обогащена была отъ учености древнихъ, дабы не произошло какое нибудь замѣшательство во время работы, и дабы чинъ и должность каждаго работника были отличены и предохранены отъ возможности обмана; -- такимъ же образомъ и Священники, сдѣлавшіе планъ походовъ сихъ, и которые имѣли таинства Каменщичества, познанія Древнихъ и всеобщій ньыкъ, оставшійся послѣ смѣшенія въ Синсарѣ; они возобновили степени и порядокъ Саломона, и принимали въ нихъ легіоны, послѣдовавшіе за ними во святую землю. Отъ сего произходила тайность бывшая между Крестоносцами.

Между прочими доказательствами оправдающими мнѣніе мое, что Каменщики ходили на святую войну, есть ученіе степени Каменщиковъ, называемаго Вышнимъ степенемъ. Я склоненъ думать, что раздѣленіе сіе произходитъ отъ Шоттландцовъ; разные Народы могли различать себя разными степенями и разными знаками. но какъ бы то нибыло, однакожъ оно совершенно мнѣ доказываетъ, что Каменщикч были въ Крестовыхъ походахъ.

Намѣреніе мое въ рѣчи сей. не только то, чтобы предложитъ примѣчанія о древнемъ таинствѣ между Каменщиками, но также и о таинствѣ Каменщиковъ въ нынѣшнія времена. И такъ обращаю разсужденіе мое къ нынѣшней важности таинства нашего, когда не подлежитъ Каменщикамъ ни воздвигать святыхъ зданій, ни вести святыя войны, а токмо питать человѣколюбіе и братскую любовь.

Сіе учрежденіе, первоначально на таинствахъ религіи основывающееся, какъ я выше сего показалъ уже вамъ, утверждается нынѣ на правилахъ подавать взаимно Другъ Другу помощь и утѣшеніе. Но почему могли бы мы познавать Братій семейства сего, какъ не по такимъ знакамъ, которые отъ прочихъ Людей ихъ отличаютъ? Языкѣ учинился каждой землѣ собственнымъ; а нарѣчія различныхъ Народовъ были бы не вразумительны незнающимъ и неученымъ. Для того нужно было употреблять такое выраженіе, которое бы всякаго Народа люди могли разумѣть. Сіе находится у Каменщиковъ: они имѣютъ всеобщее выраженіе сіе и такіе остатки первоначальнаго языка, что каждому Брату на земномъ шарѣ, приключенія, потребности и прозбы свои сообщать могутъ. Чрезъ то безсомнѣнія тысячи людей, будучи въ чужихъ земляхъ, сохранили жизнь свою; когда обуревало ихъ кораблекрушеніе и бѣдствіе, когда ограблены они были разбойниками, когда болѣзнь, недостатокъ и бѣдность на край гроба ихъ приводили; тогда открытіе Каменщичества спасло ихъ; открытіе Братству удерживало свирѣпую руку завоевателя, поднятую въ сраженіи на убіеніе плѣннаго, удерживало мечь убійствомъ и кровію напоенный, и надменность. побѣды покориться Искуству принуждало.

Таинство наше имѣетъ то знаменованіе, что мы не можемъ обмануться при раздѣленіи даровъ щедрости нашей, что нѣжность благоволенія нашего насъ не прельститъ, и другіе не получатъ отъ насъ неправедно часть для собственной нашей фамиліи опредѣленную.

Открыть слово Ложи, долженствующее непріятеля удерживать отъ стѣнѣ крѣпости нашей, такъ, чтобъ окопы наши разбойникамъ и обманщикамъ отверзты были, есть столь же великое преступленіе, какъ и то, чтобъ показать. разбойнику слабости и тайности въ домахъ сосѣдовъ нашихъ, дабы онѣ разграбилъ ихъ имѣніе; да оно и сего еще болѣе: оно есть то же, что помогать грабителю церквей въ опустошеніи святыхъ мѣстѣ и въ похищеніи святыхъ сосудовъ, торжественнѣйшимъ обрядамъ религіи посвященныхъ; оно есть то же, что изторгнуть изъ щедрой руки Божіей балсамъ, держимый ею для изцѣленія недуговъ чадѣ своихъ, услаждающій Сердце сосудъ утѣшенія, подаемый ею устамъ печали, и подкрѣпленіе, которое томящіяся чада отъ нѣдрѣ небесной Любви ея получатъ долженствуютъ.

Когда таково Таиство наше, то можетъ ли удивляться свѣтѣ, что самый дерзновеннѣйшій языкѣ, который когда либо токмо говаривалъ, никогда еще не открывалъ его? Такая шутка толъ отвратительна, что и самый величайшій безбожникъ не можетъ найти въ ней удовольствія; ибо одно легкомысліе можетъ привести къ откровенію онаго, по тому, что отъ сего никакая выгода произойти и никакое корыстолюбцѣ все намѣреніе насыщено бытъ не можетъ. Святыя уста назвали сіе преступленіемъ не существующимъ въ Природѣ: -- Кто есть отъ васъ человѣкъ, его же аще возпроситъ сынъ его хлѣба, еда камень подаритъ ему; или аще рыбы проситъ, еда змію подастъ ему?"-- Можетъ ли кто между Каменщиками толико не справедливъ бытъ, чтобъ привесть вора къ больному Брату своему для похищенія лѣкарства, которое возвратило бы ему здравіе его, балсама, который затворилъ бы раны его, одежды, долженствующей прикрывать дрожащія члены его отъ жестокости зимы, питія, которое промочило бы запекшіяся его уста, я хлѣба, содержащаго жизнь его?

Вотъ знаменованіе таинства нашего. Естѣлибъ не было никакихъ другихъ узъ на склонностяхъ нашихъ и совѣсти, кромѣ единаго чувствованія несправедливости, которую учинили бы мы бѣднымъ и нещастнымъ чрезъ преступленіе правила сего; то я увѣренъ, что уже и сего единаго было бы довольно для запечатанія устъ каждаго человѣка, Каменщикомъ себя исповѣдающаго.


## РѢЧЬ XI. О ЩЕДРОСТИ.


Въ сей рѣчи намѣренъ я говоритъ о главномъ свойствѣ характера Каменщика, то есть о Щедрости (charity).

Я не хочу упоминать о нынѣшнемъ заблужденіи, слѣдуя которому подаютъ милостыню всѣмъ просящимъ безъ разбора, не разсуждая о дѣйствительныхъ потребностяхъ, или о дѣйствительныхъ достоинствахъ ихъ. Такимъ образомъ лицемѣры и мошенники снѣдаютъ часто тотъ хлѣбъ, который бы долженъ былъ питать добродѣтель, въ нещастіи находящуюся. Сей есть ложный характерѣ Щедрости, и весьма часто симъ образомъ во зло она употребляется. Хотя добродѣянія благости и соболѣзнованія раздаются съ желаніемъ искреннимъ, однако надлежитъ распоряжатъ ихъ и съ размышленіемъ.

У Древнихъ было обыкновеніе добродѣтель Щедрости изображать въ видѣ Богини, сѣдящей на стулѣ, изъ слоновой кости сдѣланномъ, имѣющей на глал въ златое убранство, украшенное драгими камнями; одежда ея цвѣтомъ подобная свѣту небесному, изъявляла всеобщее благоволеніе; престолъ ея не былъ оскверненъ страстями и предразсудками, а камни въ діадимѣ ея означали неоцѣнимыя благословенія, которыя въ толикомъ множествѣ отъ благости ея произыскали.

Харитъ, или Грацій представляли они въ трехъ лицахъ: одна изъ нихъ изображаема была отвратившеюся онъ насъ, какъ будто бы прочь отъ насъ уходила; а другія двѣ съ лицемъ къ намъ обращеннымъ, для показанія, что за сдѣланное благодѣяніе получимъ сугубую благодарность; ихъ изображали нагими, дабы означить, что услуги должны быть оказываемы безъ притворства и лицемѣрія; молодыми, въ знакъ того, что воспоминаніе благодѣяній никогда состарѣться не должно; смѣющимися, для наставленія, чтобъ мы дѣлали добро съ радостію и охотою, а держащими другъ друга за руки для напоминовенія, что благодѣяніе требуетъ другого благодѣянія, и что узелъ и союзѣ любви суть неразрушимы. Стихотворцы, повѣствуютъ намъ, что Граціи имѣли обыкновеніе мыться въ источникѣ Ацидалійскомъ, ибо благодѣянія, дары и услуги должны быть чисты и ясны, а не грязны, низки и обезображенны.

Въ писаніяхѣ Нравоучителей Щедрость опредѣляется любовію Братій нашихъ, или нѣкоторымъ родомъ взаимной склонности братской другѣ къ Другу. Правило и мѣра, по коимъ способность сія между Христіанами долженствуетъ быть изслѣдуема и утверждаема, есть любовь, которую имѣемъ мы сами къ себѣ, или которую имѣлъ къ намъ Ходатаи пашѣ; то есть, она должна быть безпритворна, постоянна и изъ единаго намѣренія способствовать щастію ближняго.

Вотъ всеобщее мнѣніе, которое Древніе имѣли о добродѣтели сей, и какъ новѣйшіе Нравоучители и Христіане временъ нашихъ ее опредѣляютъ.

Показать, въ какомъ смыслѣ Щедрость должна быть принимаема между Каменщиками, есть теперешняя Цѣлъ моя, моя, поелику она собственному обществу нашему назначена {Правила, которыя однѣ каждаго Кандидата при принятіи его въ Общество наше сопровождать долженствуютъ, представлены въ слѣдующемъ Псалмѣ съ великимъ чувствованіемъ: Псал. 14. "Господи, кто обитаетъ въ жилищи Твоемъ? или кто вселится во святую гору Твою?-- Ходяй непороченъ, и дѣлали правду, глаголяй истину въ сердцѣ своемъ. Иже не ульсти языкомъ своимъ, и не сотвори искреннему своему зла, и поношенія не пріятъ на ближнія своя униженъ есть предъ нимъ лукавнуяй, боящыяжеся Господа славитъ: кленыйся искреннему своему, и не отметался: сребра своего не даде въ лихву, и мзды на неповинныхъ не пріятъ. Творяй сія не подвижится во вѣкъ.}.

Понеже такъ она назначена, то идучи каналомъ симъ и не подвергаемся мы опасности обмануться ложными требованіями и увѣрены въ надлежащемъ и достойномъ управленія ею. И такъ мы можемъ надѣяться, что она находятся у насъ безъ притворства и лицемѣрія, и живетъ въ искренности и истинѣ; что полученныя благодѣянія внушаютъ въ души Каменщиковъ чувствительный степень благодарности и склонности, по тому, что благодѣянія сіи сообщаются съ радостію, не зная хладной руки принужденія. Благодѣтельность Общества нашего долженствуетъ бытъ столь взаимная и Оратская, что каждый долженъ стараться о томъ, чтобъ оказывать услуги свои столь же охотно, какъ онъ принимать ихъ желаетъ {Злоупотреблять благодѣяніе хуже нежели не получать ни какого: послѣднее есть погрѣшность другова, а первое моя собственная. Заблужденіе дателя извиняешь часто неблагодарность пріемлющаго; ибо худо употребленное милосердіе скорѣе назваться можетъ расточеніемъ, нежели благодѣяніемъ. Услуга безъ размышленія есть поноснѣйшая потеря. Человѣкъ мною избираемый долженъ быть честенъ, искрененъ, признателенъ, благодаренъ, умѣреннъ, добросердеченъ, не жаденъ и не подломыслятъ. Обязавъ себѣ такого человѣка, хотя бы онъ и не былъ въ состояніи когда нибудь возвратить данное ему, достигъ уже я намѣренія моего. Естьли мы даемъ единственно для того, чтобъ получать, то теряемъ самолучшіе предметы для щедрости нашей; мы не даемъ навсегда отсутствующему, безъ надежды болящему, или въ то время, когда сами недостатокъ имѣемъ.-- Вотъ правило; надлежитъ давать такимъ образомъ, какъ бы намъ получать хотѣлось, то есть съ радостію, скоро и безъ усомнѣнія. Нѣтъ услуги при такомъ благодѣяніи, которое съ затрудненіемъ оказывается. Благодѣяніе долженствуетъ всячески дѣлаемо быть пріятнымъ, дабы получающій оное никогда не забывалъ его и съ удовольствіемъ содержалъ въ памяти своей. Не цѣну подарка, но благодѣтельность духа должны мы уважать; даяніе съ гордостію и хвастовствомъ есть паче славолюбіе, нежели благость." Сенека о благодѣяніяхъ.}.

Дабы исполнять добродѣтель сію въ лицѣ Каменщика и въ общежитіи такъ, какъ какъ согласуется то съ сими правилами, надлежитъ забывать всякую обязанность, кромѣ склонности; а безъ того Щедрость смѣшана будетъ съ должностію. Сердечныя чувствованія должны управлять рукою Щедрости, И такъ всякую мысль О преимуществѣ своемъ должно отбросишь, причитая себя къ тойже степени и къ тому же роду человѣческому. Въ такомъ положеніи души нашей бываемъ Способны къ принятію тѣхъ чувствованіи, чрезъ которыя Щедрость дѣлается пріятною, то есть къ ощущенію болѣзни и бѣдствія ближняго съ дѣйствительною и истинною душевною Симпатіею. Соболѣзнованіе по происхожденію своему есть небесное, первая черта характера человѣчества; оно свойственно будучи роду нашему, отъ всѣхъ прочихъ тварей насъ отличаетъ {Къ Коринѳяномъ первое посланіе, гл. 13. "Аще языки человѣческими глаголю и Ангельскими, любве же не имамъ, быхъ (яко) мѣдь звѣнящи, и кѵмвалъ звяцаяй: и аще имамъ пророчество и вѣмъ тайны вся и весь разумъ, и аще имамъ всю вѣру, яко и горы преставляти, любве же не имамъ, ничто же семь. И аще раздамъ вся имѣнія моя, и аще предамъ тѣло мое во еже сжещи е, любве же не имамъ, никая польза мы есть, Любы долготерпитъ, милосердствуетъ: любы не завидитъ, не превозносится, не гордится, ни безчинствуетъ, не ищетъ своихъ си, не раздражается, не мыслитъ зла, не радуется о неправдѣ, радуется же о истиннѣ, вся любитъ, всему вѣру емлетъ, вся уповаетъ, вся терпитъ. Любы николиже отпадаетъ. Аще же пророчествія упразднятся: аще ли языцы умолкнутъ: аще разумѣ испразднится. Отъ части бо разумѣваемъ и отъ части пророчествуемъ. Егда же прійдетъ совершенное, тогда, еже отъ части упразднится. Егда бѣхъ младенецъ, яко младенецъ глаголахъ, яко младенецъ мудрствовахъ, яко младенецъ смышляхъ: егда же быхъ мужъ, отвергохъ младенческая. Видимъ убо нынѣ, яко зерцаломъ въ гаданіи, тогда же лицемъ къ лицу: нынѣ разумѣю отъ части; тогда же познаю, якоже и познанъ быхъ. Нынѣ же пребываютъ вѣра, надежда, любы, три сія: болшы же сихъ любы."}.

Чья грудь затворена соболѣзнованію, тотъ есть варваръ, нравы его должны быть грубы, духъ омраченъ и строптивъ, а страсти, яко звѣри лѣсные.

Какой долженъ быть тотъ человѣкъ, который въ изобиліи будучи и богатство въ рукахъ своихъ имѣя, можетъ видѣть страждущую добродѣтель и достоинство въ бѣдствіи? Взираетъ безъ слезѣ на оставленное и безутѣшное состояніе вдовицы, воспитанной въ объятіяхъ нѣжной матери, не зная трудовъ, не чувствуя никакой нужды и не бывъ въ младости своей къ нещастію приуготовленною; которой душа толъ чиста, какъ самая невинность и исполнена чести; которой разумъ образованъ подъ присмотромъ рачительнаго родителя; которой юность, не воспитанная въ училищѣ Страданія, ласкалася надеждою Исполненныхъ щастія и изобилія дней; -- а нынѣ лютымъ нещастіемъ отъ вѣтра и волнѣ съ умирающимъ супругомъ своимъ теряетъ все и въ нищету ввергается; лишенна спокойствія и радости; ложе покоя ея премѣнилось жребіемъ на сырую навозную кучу, на которой ищетъ она отдохновенія въ усталости своей и болѣзняхъ; изсушенна нуждою и немощна отъ страданія; на грудяхъ ея лежитъ голодный младенецъ ея, изсушающій для сохраненія своего послѣдніе жизненные соки своея родительницы, подаемые ему матернею любовію, -- она губитѣ бытіе свое для услажденія сего младенца. Жестокосердая скупость, и ты гордое честолюбіе! Можете ли вы взирать на позорище сіе глазами не слезящимися? Можетъ ли корыстолюбіе стремиться къ деньгамъ, которыя пропитали бы толикую добродѣтель? Можетъ ли знатное состояніе взирать презрительно на такія явленія въ жизни человѣческой, на такое бѣдствіе соте арію претерпѣваемое? Слышите ли вы гласъ нещастныхъ и бѣдныхъ вдовицъ, жалобы произносящихъ, когда утомленное терпѣніе и уступчивая преданность выжимаютъ воздыханія, а скромность чтитъ прошенія ихъ? Скажите, богатые, уже ли воздыханіе сіе, уже ли такое стенаніе не жалостнѣе сердцу вашему, нежели ласкательное исканіе изгибающагося мошенника, который трогаетъ тщеславіе ваше и глупостямъ вашимъ угождаетъ, и симъ образомъ изторгаетъ у слабости вашей гнусную частъ щедрости? Можетъ быть близокъ уже часъ судьбы, въ который нещастный требуетъ утѣшенія для окончанія послѣднихъ мгновеній жизни. Можетъ ли человѣкъ утопающій въ радостяхъ поспѣшатъ стремленіемъ колесѣ колесницы своея мимо таковаго позорища горести не чувствуя соболѣзнованія?-- взирать безъ чувствительности на послѣднія содроганія и оцѣпенелыя очи, чрезъ которыя бѣдность въ чертахѣ умирающаго святаго изображается? Естьли Ангелы плачутъ на небесахъ, то плачутъ они о таковыхъ; естьли знаемо ими презрѣніе, то чувствуютъ они его къ богачамъ не удѣляющимъ отъ изобилія своего и не отѣемлющимъ у пороковъ своихъ того, чѣмъ бы могли утѣшитъ души, въ бѣдствіе земныхъ злоключеніи погруженныя. Но на исполненіе такой благодѣтельности, которая составляетъ свойство добраго Самарянина, очи Херувимовъ взираютъ съ удовольствіемъ; Святые играютъ на златыхъ арфахъ своихъ, дабы въ странахъ блаженства воспѣтъ прекрасную повѣетъ о человѣчествѣ; благоволеніе сіяетъ въ божественномъ Лицѣ Вездѣсущности, когда человѣкѣ является въ исполненіи сея добродѣтели.

Какъ же назвать того Злодѣя, который съ нарочнымъ свирѣпствомъ и корыстолюбіемъ вымышлястъ нещастіе для ближняго своего, будучи увѣренъ въ сердцѣ своемъ о его честности; видя сколь онъ рачительно каждый день работаетъ въ потѣ лица своего и съ утомленными членами, и съ радостію надъ приобрѣтеніемъ хлѣба своего трудится; -- отъ работы его должны получать пропитаніе любви исполненная и добродѣтельная жена и здравыя дѣти, съ босыми ногами вокругъ малочисленнаго стада его сидящія; -- видя, что онъ болѣе, нежели съ человѣческою честностію беретъ токмо то, что принадлежитъ ему по совѣсти его и никому ради глада и бѣдности своея никакой несправедливости не дѣлаетъ; что онъ въ утомленіи продолжаетъ работу прилѣжанія своего отъ утра до вечера, не умаляя жара своего; работая претъ, дабы обманутъ болѣзнь свою, и горести исполненныя заботы свои укрощаетъ надеждою, что усталость его награждена будетъ радостію, изъявляемою сердцемъ жены и улыбкою ядущихъ малыхъ дѣтей его; -- какой, долженъ бытъ человѣкъ тотъ, который, видя мужа сего огнемъ, или водою, всего пропитанія лишенна, жилище дѣтей его раззоренно, и его ничего болѣе не имѣюща, кромѣ слезъ и наготы -- который видя сіе, говорю я, не подастъ страждущему никакой помощи? Безъ сомнѣнія не много въ Природѣ таковыхъ злодѣевъ! но естьли есть таковые, то безъ всякой суетной дерзости воскликнуть можно: се суть подобные проклятому Каину, имѣющіе знаки на челѣ своемъ, что лишены они милости Божіей и оставлены на землѣ, дабы провождать жизнь наказанія.

Предметы истинной Щедрости суть достоинства и добродѣтель въ нещастіи находящіяся; люди, не могущіе избавиться нещастія своего, въ старости имъ приключившагося; трудолюбивые люди неизбѣжимыми приключеніями и путями Провидѣнія въ погибель вверженные; вдовы, прожившія мужей своихъ, которыхъ работою онѣ питались; сироты въ нѣжной юности нагими въ свѣтѣ оставшіяся.

Требованія таковыхъ можно ли сравнять съ требованіями безбожниковъ, двери каждаго дома нагло осаждающихъ, злодѣевъ, скитающихся изъ жилища своего, показывая преломленные члены свои и язвы для возбужденія жалости; которые по злопріобрѣтеніи сего подаянія, въ сообществѣ. воровъ и разбойниковъ провождаютъ въ непотребствѣ нощные часы, сокрывающіе безбожіе ихъ и пороки.

Щедрость, худо употребляемая, теряетъ званіе свое, и вмѣсто того, что бы украшаться убранствомъ добродѣтели, приемлетъ колокольчики и перья глупости,


## РѢЧЬ XII. О ЛЮБВИ БРАТСКОЙ.


Въ сей рѣчи буду я говорить о любви Братской въ видѣ, приличествующемъ единымъ Каменщикамъ,

Должность исполненія Братскихъ чувствованій между Каменщиками лена каждому. Миръ, порядокъ и благопристойность; всѣ же пылкія чувствованія и всякое воспоминовеніе обидъ должны быть забыты. Оное усердіе, производящее радость и веселіе, долженствуетъ пылать между нами. Истинные почитатели Божества, обладатели истинныхъ понятій обѣ основательныхъ положеніяхъ Природы во времена Варварскаго невѣжества не дерзали исповѣдовать публично первое, а вторыхъ не смѣли объявить. На мы -- благо намъ въ семъ просвѣщенномъ столѣтіи и въ сей Странѣ свободы!-- мы исповѣдуемъ чувствованія наши безъ удержанія и страха; мы исполняемъ основательныя положенія религіи нашей въ совершенномъ терпѣніи, и яко существа дружественныя, собираемся въ Ложѣ, дабы вкушать радости дружества и дыханіе чистаго благоволенія безъ всякаго примѣса.

По совершеніи работѣ въ Ложѣ соединяемся мы для изліянія веселія сердецъ нашихъ безъ притворства, Нѣтъ между нами громкихъ льстецовъ, критиковъ и. клевѣтниковъ: Ложа наша посвящена тишинѣ. По сему можемъ мы иносказательно говорить: "Она лежитъ въ Мѣстахъ тайныхъ, гдѣ пѣтелъ не возъ глашаетъ; куда не достигаетъ гласъ раздора; гдѣ крикъ и необузданный гнѣвъ женщинъ слышимъ быть не можетъ.

Не изъявляя въ нашихъ словахъ подозрѣнія бытъ застиженными въ откровенности поведенія нашего является веселіе наше безпритворно, благоразуміемъ оно управляемо, любовію умѣряемо, а облеченно въ благодѣтельность: -- тако стоитъ оно безпорочно! Никакой бездѣльникѣ не извращаетъ между нами невинныя выраженія безбожными толкованіями, или безнамѣреннымъ шуткамъ не даетъ вида огорченія и сатиры, Всякое чувствованіе теистѣ исполненно благоволенія, Также и слухъ каждаго, въ гармоническомъ единогласіи, направленъ къ тону цѣлаго и вкущаетъ радость толъ чистыхъ забавъ, что на другой день размышленіе наше сноситъ ихъ безъ раскаянія.

Миръ, порядокъ и благопристойность, названныя мною необходимыми должностями, не отъ принужденія или власти происходятъ, но суть добровольная служба, отъ всякаго Ложѣ приносимая.

Бываютъ времена, въ которыя и власть должна быть исполняема: человѣкъ слабъ; и самый благоразумнѣйшій иногда погрѣшать можетъ; древній философѣ сказалъ: "Погрѣшать сродно человѣку". Того ради надлежитъ быть въ Ложѣ всегдашнему правителю, удерживающему неблагопристойности, могущія вкрасться чрезъ какого либо Брата, который до вступленія въ оную отяготитъ себя какимъ нибудь напиткомъ.

Вторый степень Братской любви здѣсь являться долженствующей, есть то, чтобъ внимать прозьбамъ всякаго Сочлена Общества сего съ нѣжностію и уваженіемъ. Когда Братъ Общества нашего сдѣлается боленъ, или нещастливъ, то злоключеніе его предлагается однимъ изъ Братій, который насъ не обманетъ и не скроетъ нѣкоторой части его достоинствъ. Ложа должна оказывать все надлежащее къ тому вниманіе, приемля прозьбу сію терпѣливо и помогая по заслугамъ.

Существенная часть сея Братской любви, долженствующей пребывать между Каменщиками, есть та, чтобы хорошо говорить одинъ о другомъ предъ свѣтомъ. Преимущественно требуется отъ каждаго Члена Братства сего, чтобъ не злословитъ своего Брата. Злословія и клевета суть гнуснѣйшія преступленія противу Общества" Ничто столъ не подло, какъ ругать кого нибудь заочно. Сіе подобно мошенническому поступку тайноубійцы, который не имѣетъ довольно храбрости, дабы позволить непріятелю своему средство къ защищенію себя, но стережетъ его въ темнотѣ, и поражаетъ тогда, когда онъ безоруженъ и ни о какомъ непріятелѣ не помышляетъ.

Шаксеперъ, сей толико удивительный Стихотворецъ, дѣлаетъ справедливое описаніе преступленія сего:

"Человѣкъ укравшій мои деньги укралъ малость; онѣ были мои, теперь стали его, и еще многимъ служить будутъ. Но лишающій меня добраго имени моего, похищаетъ у меня то, чѣмъ самъ онъ не обогащается, а меня въ самомъ дѣлѣ дѣлаетъ весьма бѣднымъ."

Оклеветаніе имѣетъ то страшное слѣдствіе, что не только мгновенное производитъ дѣйствіе, но и на отдаленнѣйшія времена простирается. Свѣтъ такъ испорченъ, что съ жадностію злословіе слушаетъ; естьли гласъ клеветѣ единожды испустилъ ядъ свой, то зараза его прилипаетъ подобно моровой язвѣ; онъ распространяетъ ревность въ семействахъ, вражду и ссору между друзьями, возмущаетъ родителей противъ дѣтей, и брата противу брата. Естьли единожды изшелъ вредный разгласъ, то уже возвратить его невозможно; и самое раскаяніе преступника не въ состояніи поправить сего: ибо худыя слѣдствія могутъ спящи храниться въ нѣдръ будущаго и воздѣйствовать не прежде, какъ въ третіемъ или четвертомъ коленѣ обиженнаго.-- Какая злость должна обитать въ душѣ способной оклеветать безвиннаго. Нѣтъ такого преступленія, котораго бы злодѣй сей учинить не возмогъ. Противу такого подлеца нѣтъ никакой обороны; онъ нападаетъ на обнаженнаго, свободнаго отъ подозрѣній, и подобно заразѣ ужасной болѣзни, заражаетъ онъ въ то время, когда жертва его покоится. Правосудіе не имѣетъ ни какого оружія противу сего преступника, ибо скрытность есть его защита и единое токмо Око Небесное видитъ злодѣяніе его.

Отъ Каменщиковъ требуется не только то, чтобъ по совѣсти въ сердцѣ своемъ, воздерживались они отъ злословія, но и то, чтобъ другъ о другѣ доброе говорили.

Прилагать справедливый и истинный характеръ человѣку есть должность толико легкая, что душѣ благоволящей невозможно преступить ее. Она есть степень простаго правосудія, къ которому одна честность уже побуждаетъ. Не довольно намъ воздерживаться отъ клеветанія; мы должны говорить съ любовію и склонностію и ничего не упускать, что съ истиною къ похвалѣ и къ споспѣшествованію доброму имени Брата своего сказать можно. Какая радость для сердца къ благоволенію не безчувственнаго отдавать надлежащую похвалу! Мы сами находимъ собственное удовольствіе въ томъ, чтобъ говорить о другихъ доброе; ибо сіе сопровождаемо внутреннимъ одобреніемъ. Человѣкъ, отдающій ближнему своему надлежащую похвалу, чувствуетъ, что грудь его облегчается; онѣ ощущаетъ всѣ тончайшія чувствованія любви, приводя другихъ къ тому же предмету почтенія своего.

Не приемлющій участія бываетъ хладнокровенъ и воздерженъ; онѣ не говоритъ ни добра, ни зла. Но человѣкѣ, имущій братскую любовь въ сердцѣ своемъ, пылаетъ желаніемъ хвалить. Сіе есть легкое и малостоящее средство быть благодѣтельнымъ и дѣлать добро. Справедливою похвалою прилѣжанію отдаемою, одобряютъ прилѣжнаго человѣка тѣмъ, которымъ бы безъ сего пребылъ онъ незнаемъ, и такимъ образомъ умножаютъ его кредитъ и торговлю. Чрезъ справедливое одобреніе достоинствъ открываютъ путь къ повышенію чрезъ тѣхъ людей, къ которымъ, по могуществу ихъ, имѣющій сіи достоинства и приступить не осмѣлился бы. Чрезъ истинную похвалу ума и искусства возбуждаютъ вниманіе покровителей, коимъ бы самыя величайшія достоинства безъ сего пребыли таинствомъ. Каждый можетъ требовать отъ Брата своего того степеня правосудія, чтобъ добрыя свойства его не были сокрыты.

Сокрывать несовершенства друга нашего и давать покровъ слабостямъ его, есть дѣло Христіанское и человѣческое, слѣдственно и Каменщическое. И самую истину не всегда выговаривать должно. Гдѣ не можно одобрять, тамъ должны мы сожалѣть съ молчаніемъ. Какая радость, или какая пользу открывать таинства Брата нашего? Увѣщеватъ его есть добродѣтельно, порочить безчеловѣчно, а сдѣлать предметомъ посмѣянія дѣло діавольское.

Слѣдовательно должность добраго человѣка есть; творить дѣла благоволенія; сердце его плаваетъ въ удовольствіи, когда исполняетъ онъ должность сію.

И такъ пребудемъ тверды и неколебимы въ обязательствахъ нашихъ, дабы находили насъ людьми, благоглаголющими.


## РѢЧЬ XIII. О УПРАЖНЕНІЯХЪ КАМЕНЩИКОВЪ


Въ прежнихъ рѣчахъ моихъ изъяснилъ я мнѣніе мое, что Каменщики, по нынѣшнему состоянію Каменщичества, не составляли никогда Общества строителей. Въ книгѣ уставовъ, напечатанной съ публичнымъ позволѣніемъ, не находимъ мы никакого великаго формальнаго соединенія, кромѣ, какъ въ самыхъ новѣйшихъ временахъ; также нѣтъ въ ней никакого доказательства противъ положеній мною утверждаемыхъ. Порядокъ слѣдствій, описуемыхъ въ книгѣ сей, не можно принимать въ смыслѣ буквенномъ, но яко поколѣнную роспись, или Хронологическую Таблицу служителей Божества, работавшихъ въ должностяхъ праводѣтельности.

Мнѣніе мое о существѣ нашей системы основываю я на обрядахъ нашихъ, и я увѣренъ, что они не имѣютъ никакого отношенія къ Архитектурѣ, суть Символическіе и означаютъ только нравственныя, духовныя и къ религіи принадлежащія положенія.-- Мнѣ кажется ни мало не сомнительнымъ, что Ложа и разныя части оной суть подражаніе Скиніи Свидѣнія и Храма, и что снѣ изображаютъ Вселенную, для означенія, что Вселенная есть Храмъ, въ которомъ Божество вездѣ присутствуетъ. Образъ, какимъ научаемся мы положеніямъ исповѣданія нашего, произходитъ отъ Друидовъ; правила Нравоученія отъ Пиѳагора, знатнѣйшіе символы первоначально Отъ Египтянъ, у Василида заняли мы науку Авракса. и знаки изліяній Божества, которые мы приняли, и которые для твердости нравственнаго Общества толико нужны.-- Я думаю съ основаніемъ, что при началѣ Крестовыхъ походовъ распространеніе нынѣшнихъ обыкновеній нашихъ учинилось всеобщѣе и что тогда болѣе принято было Кандидатовъ, нежели въ какое нибудь Другое время, или при какомъ нибудь Яномъ извѣстномъ случаѣ.

Англійскіе Историки повѣствуютъ единогласно, что въ царствованіе Генриха II, въ 1188 при свиданіи Короля Англійскаго съ Королемъ Французскимъ, при которомъ случаѣ Духовенство и Дворянство обѣихъ Націй сихъ собрано было, Архіепископъ Тирской сдѣлалъ толь жалостное описаніе о предпріятіи Саладина въ Святой Землѣ, и о бѣдности Христіянъ въ странахъ сихъ пребывающихъ, что всѣ слушатели весьма тронуты были. Оба Короли согласились обратить все вниманіе свое на подкрѣпленіе страннаго намѣренія сего. Они приняли Крестъ изъ рукъ Архіепископа, и рѣшились самолично итти въ походъ сей. Филиппъ, Графѣ Фландрійской, и многіе изъ собравшагося туда высокаго Духовенства, и Дворянства послѣдовали примѣру ихъ. Именемъ Папы, обѣщано было совершенное отпущеніе грѣховъ всякому, кто искренно признается въ оныхъ и вознамѣрится бытъ участникомъ въ Крестовомъ походѣ. Разные Народы приняли Кресты разнаго цвѣта; утверждены были законы и учреждены Ордены, для отвращенія наглости, разпутства и безпорядковъ

Сіи были главныя правила для учрежденія Крестовыхъ походовъ. Чаятельно, что послѣ святыхъ походовъ сихъ мужи, принятые въ таинства Каменщичества и къ правиламъ жизни и Ордена, при сей святой войнѣ между различными Народами опредѣленнымъ, обязавшіеся, должны были собираться въ Ложи, и по возвращеніи въ свои домы продолжать собранія свои для напоминовенія странныхъ приключеній и взаимныхъ услугъ, оказанныхъ въ Палестинѣ, также и для разпространенія знанія, въ которомъ они посвящены были.

Еще одно доказательство того, что Архитекторы не суть первоначальныя Сочлены Общества нашего. Каменщики города Лондона получили утвержденіе и привиллегіи свои въ царствованіе Короля Гейнриха V, около 1419 года, и тогда приняли они незваніе Свободные Каменщики. По учрежденію ихъ долженствовали они управляемы быть однимъ Мастеромъ и двумя Надзирателями съ дватцатью пятью помощниками. Симъ цеховымъ учрежденіемъ дана привиллегія шестидесяти пяти Обществамъ въ Лондонѣ. Никогда не утверждали, чтобы Общество Свободныхъ и Принятыхъ Каменщиковъ имѣло какую нибудь связь съ каменщиками въ собственномъ смыслѣ, или когда нибудь. вступало въ оную; напротивъ mого они старались всегда, бытъ отъ нихъ отдѣленными.

Утверждаютъ, что въ царствованіе Гейнриха VI. былъ изданъ древній законъ, содержащій въ себѣ. "Что чрезъ ежедневныя собранія и соединенія Каменщиковъ при всеобщихъ сходбищахъ ихъ очевидно нарушается разпространеніе и дѣйствіе ремесленническихъ установленій, и для того продолженіе ихъ Капитулей и собраній почитаемо будетъ преступленіемъ противъ Государства (Felony).

Не возможно, чтобы законъ сей касался до другихъ, кромѣ цеха работающихъ каменщиковъ, которые подъ изключительною привиллегіею тайными согласіями возвышали цѣну работѣ своихъ, и другимъ ремесленникамъ сего промысла, не имѣющимъ привиллегіи, препятствовали работать въ предѣлахъ города Лондона. Сіе могло побудитъ къ жалобамъ, по которымъ Парламентѣ долженъ былъ удовольствовать. Но какимъ образомъ ремесленническія установленія могли согласоваться съ соединеніями Братства нашего, сего усмотрѣть я не въ состояніи. Лѣтописи наши не повѣствуютъ. намъ ни объ одномъ такомъ собраніи въ помянутое время.

Въ привиллегіи Каменщиковъ приняли они титулъ Свободныхъ Каменщиковъ, для того, что получили вольности и права города Лондона.

"Для чего титулъ: Свободной, и сей Другой: Принятой, прилагаются Обществу нашему? Я осмѣливаюсь думать., что сіе происходитъ отъ Крестовыхѣ походовъ. Вступающіе добровольно въ службу сію долженствовали быть люди свободные, свободнорожденные, не крѣпостные и не вазаллы; ибо по прошествіи уже многихъ лѣтѣ послѣ Крестовыхъ походовъ отрѣшено было вазаллство и крѣпостное подданничество,

Они могли писаться Принятые по причинѣ совершеннаго отпущенія, объявленнао Папою всѣмъ тѣмъ, которые покаялись во грѣхахъ своихъ и вступили въ святую войну сію. Чрезъ сіе приняты они были въ нѣдра отца церкви. Нѣкоторые Писатели утверждаютъ, что подлинное намѣреніе Христіанскихъ Государей при походахъ ихъ въ Обѣтованную землю было то, чтобы возстановить Храмъ Іерусалимской; Но я не нахожу никакого достовѣрнаго свидѣтельства сему утвержденію. Причина, по которой въ Свободномъ Каменщичествѣ утверждается, что Ложи наши посвящены Св. Іоанну есть, та, что Каменщики, соединившіеся для населенія Обѣтованной земли, избрали святаго сего своимъ покровителемъ. Не охотно бы во утвержденіе сея причины привелъ я Балзорскую секту Христіянъ Св. Іоанна. Ложи посвящаются Св. Іоанну для того, что онъ былъ Благовѣститель Блаженства, отъ пришествія Христова ожидаемаго, и понеже мы, яко правовѣрное Собраніе духовныхъ, благовѣстіе Крестителство повторяемъ, Подъ именемъ Св. Евангелиста Іоанна познаемъ мы свидѣтельства, имъ данныя, и Божіе, (слово), имъ откровенное.-- Но обратимся къ походамъ Крестовымъ.

Вѣроятно, что тотъ же духъ наступленія, побудившій человѣковъ ко Крестовымъ походамъ, не взирая на чрезвычайныя иждивенія и опасности, которыя описываетъ намъ Исторія, тотъ же самый духъ, говорю я, побуждалъ ихъ къ безпредѣльной глупости при созиданіи духовныхъ домовъ. Во время царствованія Гейнриха II, когда въ первый еще разъ вступили Англичане въ Святую войну, въ Государствѣ семъ учреждено было не менѣе ста одиннатцати Игуменствъ, дѣвичьихъ монастырей и духовныхъ домовъ; во время Рихарда I осмьнатцать, а въ царствованіе Гейнриха III сорокъ. Сіе показываетъ духовное безуміе, которое во время Правителей сихъ совершенно умами Народа обладало. Безъ Сомнѣнія въ подражаніе Саломоновымъ зданіямъ духовныя особы были мастерами строеній сихъ, и надсматривали и предводительствовали надъ работами не столько знатной секты Гали-варкъ-фолкъ, дабы сіи благочестивыя Зданія воздвигнуты были руками богоугодными, и чтобы невѣжи и нечестивцы, подобно Самаритянамъ, удалены отъ нихъ были. Сіи приняли почтенный титулъ Каменщиковъ, который, по простому значенію своему естественнымъ образомъ смѣшалъ ихъ съ обыкновенными работниками.

Въ Англо-Норманнскихъ Древностяхъ упоминается о Свободныхъ Каменщикахъ, что они суть собраніе духовенства, обязавшееся къ учрежденію и созиданію церквей и духовныхъ домовъ въ Палестинѣ, Я упоминалъ уже о духовномъ Обществѣ Гали-варк-фолкъ дѣйствительныхъ художниковъ и строителей церквей съ немалымъ уваженіемъ. Общество ихъ было прежде Крестовыхъ походовъ, церковь, при которой они находились, содержала ихъ для строенія и починки зданій церковныхъ и для охраненія святыхъ гробницъ. При нуждѣ Святыхъ работъ и Святой войны и при желаніи овладѣть Обѣтованною землею, коимъ вся Европа горѣла, весьма легко статися могло, что и Общество таковыхъ людей вступило въ предпріятіе сіе и перешло въ тѣ мѣста, дабы для лучшаго основанія и разпространенія вѣры Христіянской строить церкви, или дабы охранять святый Гробѣ. Охотно соглашаюсь я, что выходцы сіи при принятіи своемъ имѣли особенныя свои правила и обыкновенія, такъ же, какъ бремяноносцы во время Саломона къ строенію допускаемы были въ Іерусалимѣ, и что они особенныя правила свои и положенія сохраняли втайнѣ; равнымъ образомъ, что въ честь сего состоянія и ремесла своего могли они хвалиться отдалѣннѣйшею древностію, по крайней, мѣрѣ со временъ Саломонова Храма; наконецъ, что они суть нѣчто болѣе, нежели побочная отрасль Свободныхъ и Принятыхъ Каменщиковъ, подобно, какъ Ессеяне раздѣлялись на Теорещиковъ и Практиковъ. Однакожъ изъ сочиненій Писателя Англо-Норманскихъ Древностей увѣренъ я, что самъ онѣ не былъ Вольной и Принятой Каменщикъ. Тайность Общества сего обратила на себя взоры многихъ, которые по мѣрѣ любопытства своего отваживались на догадки о имени Каменщиковъ, дабы открыть произхожденіе и положенія ихъ, или согласитъ съ тѣмъ собственныя свои мнѣнія. Такимъ образомъ и сіи люди должны были учиниться. весьма примѣтными Историку; скитающіеся въ Обѣтованной землѣ Гали-варк-фолкъ пригодились къ его догадкамѣ,

Естьлибъ требованія наши простирались. только на имя Художниковъ, то могли бы мы избрать многія другія, толико же древнія и еще почтеннѣйшія вѣтви Художествѣ и Наукѣ, опредѣлили бы Геометрію для достойнѣйшаго упражненія, и могли бы почитать Творца нашего въ такомъ ремеслѣ, которое еще болѣе выражало бы чувствованія наши о могуществѣ Его и достоинствѣ.

Начало наше въ Землѣ сей [то есть въ Великобританіи] должно произходитъ тѣ Феникіанъ, которые, пришедши съ Тирскимъ Геркулесомъ, ввели ученіе Хама, Аммонскіе обряды и Еврейскія обыкновенія; по томъ отъ изгнанныхъ изъ Палестины, научившихъ насъ правиламъ, установленнымъ Саломономъ при Храмѣ Іерусалимскомъ; и наконецъ отъ распространителей Вѣры Христіанской, которые принесли съ собою основательныя положенія Мастерскаго степеня, и научали обращенныхъ священнымъ таинствамъ, составляющимъ Христіянство и показующимъ надежду о возстаніи тѣлесъ и о жизни возрожденія. Но я страшусь, помышляя, что немногіе согласуются съ симъ принятымъ нами характеромъ. Въ нынѣшнія времена Ложи наши не посвящаются Богослуженію и обрядамъ религіи; мы собираемся яко соединенное Общество, склонное къ дѣламъ благодѣянія, а святѣйшія должности наши оставляемъ безъ исполненія. Приносятъ ли намъ честь такое упущеніе, о Семъ говорить здѣсь я не намѣренъ. Довольно, что въ нынѣшнемъ состояніи нашемъ, когда мы выдаемъ себя Свободными и Принятыми Каменщиками, находимся мы совсѣмъ отъ Архитекторовъ отдѣленны, и сдѣлались Обществомъ работающимъ въ должностяхъ Щедрости, Дружескихъ услугъ и Любви братской; по религіи нашей, Христіяне; Дѣти вольности и вѣрные подданные. Мы приняли правила, законы Ордена, символы и изрѣченія, обязующія насъ провождать жизнь въ нравственномъ благѣ. Мы снабдили Ложи наши возбуждающими вниманіе предметами, которые должны впечатлѣвать въ насъ могущество и премудрость Божію, и купно непостоянство вещей Земныхъ и премѣны жизни человѣческой; мы предпоставили себѣ учителей нравственныхъ дѣяній, и для укрѣпленія вѣры нашей освѣтили Ложу нашу символомъ Святой Троицы.

Мы знаемъ, что едва ли найдется одна область въ Европѣ, въ которой бы Братство наше не составляло Общества. Мудрость Древнихъ распространилась во многихъ земляхъ; помощники благочестивыхъ работъ въ Іерусалимѣ, подобно Пиѳагору, учили Наукамъ и Таинствамъ, которымъ они себя посвятили, и сообщали ту систему, въ которую сами приняты были. Богобоязненные мужи сохранили съ почтеніемъ ученія и таинства сіи, и съ осторожностію преподавали ихъ паки другимъ, которыхъ они для принятія того находили достойными. Такимъ образомъ первоначальное знаніе перешло во многія земли. Но сія повсемѣстность Общества не можетъ изъясняема бытъ по положеніямъ Архитектуры работающаго каменщичества. Жадность къ строенію церквей заражала только Англію, а не всю Европу, равнымъ образомъ не можно доказать изъ Архитектуры и ремесла каменщическихѣ мастеровъ, для чего во всѣхъ Государствахъ и на всѣхъ языкахѣ обряды при принятіи въ Каменщики одинаковы быть долженствуютъ. Естьлибѣ честь Архитектуры была главною вещію въ Обществѣ нашемъ, то бы Сочлены его у различныхъ Народовъ приняли большее число знаковъ для изображенія оной. Архитектура, такъ, какъ она нынѣ есть, перешла изъ Египта и Греціи; и такъ нѣкоторые Народы избрали бы знаки и изображенія свойственныя симъ Націямъ; или имѣли бы мы въ обрядахъ и работахъ нашихъ нѣкоторыя положенія для руководства въ красотѣ, порядкѣ, правильности и размѣрности во всѣхъ, или только въ нѣкоторыхъ правилахъ, родахъ, или классахъ Архитектуры, либо изъ долины Синеарской, Египта, Іерусалима, Тадмора, либо изъ Греціи. Мы имѣлибъ нѣкоторыя Геометрическія Проблеммы, на которыхъ основываются всеобщія правила, пропорціи въ Архитектурѣ. Но вмѣсто всего сего извѣстно намъ, что ничто такое намъ не открыто. Напротивъ того таинства наши отдѣлены отъ всѣхъ Художническихъ правилъ; онѣ относятся къ религіи и добродѣтели, и ведутъ насъ къ добрымъ дѣламъ; они не имѣютъ никакихъ иныхъ изображеній, символовъ, или характеровъ, кромѣ тѣхъ, которыя означаютъ служителей и посвященныхъ великаго Μεςδρανεω.

Нѣтъ примѣра, чтобъ Европейскія Государства когда либо такъ соединялись на какое нибудь предпріятіе, какъ на Святую войну. Естественнымъ образомъ отсюда выводитъ должно нынѣшнее множество Каменщиковъ"і по всей Европѣ разсѣянное" Аммонскіе обряды почти уже совсѣмъ пропали; благочестивое свирѣпство обмочило въ крови мечъ свой; и Европа воздыхала подъ гоненіями. Римляне изтребили Друидовъ; Христіане осквернили лютыя руки свои убійствомъ; суевѣріе и пустосвятство владычествовали во всякое время кровопролитіемъ. Крестовыми походами весьма умножилось число Общества нашего; самъ случай возвысилъ правила Каменщичества: ибо онѣ весьма, приличествовали сему намѣренію и купно приняли Христіянство, изъ котораго произшелъ духъ предпріятій сихъ. По прекращеніи Крестовыхъ походовъ находились Общества не всѣхъ тѣхъ земляхъ, въ которыхъ набираемы были воины. И какъ Мастерской Орденъ, по нынѣшнимъ его положеніямъ, со всякою Христіанскою Сектою согласуется; то симъ Общество наше сохранилось во всѣхъ Государствахъ и посредѣ гоненіи отъ ревнителей. Орденъ сей учредился въ первыя времена Христіянства, въ честь и для исповѣданія Христіанской вѣры, прежде еще, нежели раскольники распространили ядъ свой въ церквѣ.

Къ Древнимѣ, отъ Саломона производимымъ, законамъ присоединились во время Крестовыхъ походовѣ другія правила, законы и учрежденія, для воспрепятствованія расточенію, неумѣренности и безпорядку, и для сохраненія подчиненности, нужной при управленіи такими войсками. Многія изъ сихъ правилѣ имѣемъ мы еще и нынѣ въ управленіи Ложъ нашихъ, и никакъ не можно выводить ихъ изъ инаго источника.


## РѢЧЬ XIV. ЗАКЛЮЧЕНІЕ.


При заключеніи Рѣчей моихъ собираю я въ одинъ пунктъ всѣ тѣ положенія, которыя во всемъ Сочиненіи семъ Отмѣнное мое вниманіе на себя привлекали. Я думаю, что чрезъ то подамъ ясное понятіе о Таинствахъ Каменщичества, о разпространеніи и духѣ учрежденія сего, о произхожденіи онаго и о нынѣшнемъ его состояніи.

Можетъ бытъ осуждаютъ то, что я писалъ пространно и повторялъ употребленныя мною доказательства, или предложенія. Но тамъ, гдѣ повидимому имѣетъ мѣсто осужденіе сіе, было весьма то нужно для утвержденія такого положенія, которое опровергало всеобще принятое заблужденіе, или предразсудокъ.

Изъ описанныхъ мною древнихъ обрядовъ сами вы можете выводитъ теперь источникъ нашихъ обрядовъ и открытъ основаніе, на которомъ утверждается общество наше. Весьма ясно, что послѣ потопа произошли они въ свѣтѣ семъ отъ Хама. Я принужденъ употреблять иногда искуственныя слова, которыя для другихъ кажутся темны и не ясны; но для Братій моихъ слова сіи суть коренныя дѣйствующія соединенною силою искуственныхъ словѣ, Символовъ, и Іероглифовъ. Говоря о Каменщикахъ подъ именемъ Общества разумѣю я Каменщиковъ соединенныхъ въ Ложи, каковыя нынѣ находятся. Древность наша состоитъ въ нашихъ основательныхъ положеніяхъ, правилахъ, языкѣ, учености и религіи; все сіе производимъ мы изъ рая, отъ Патріарховъ и Мудрецовъ Восточныхъ; и все сіе Христіянскимъ руководствомъ учинилось совершеннымъ, Свѣтѣ нашъ и ученія произходятъ отъ начала времени; и дошли до насъ чрезъ толикое множество лѣтѣ не поврежденны; но наши обычаи и обряды изтекаютѣ изъ различныхъ временъ рая, строенія Храма въ Іерусалимѣ и Христіанскаго откровенія.

Я уже сказалъ вамъ, что образъ строенія Ложи нашей, есть изображеніе Вселенной, и что первое вшествіе Каменщика въ оную покаЗуетъ первое почитаніе истиннаго Бога. Мы удержали Египетскіе символы солнца и луны, дабы изобразить всемогущество, вѣчность, вездѣсущность и всемилосердіе Божіе. Чрезъ сіе наказуемъ, что мы чада Свѣта, и что первое основаніе системы нашей есть познаніе и обожаніе Всемогущаго, Μεσδρανεω, сѣдящаго на престолѣ посредѣ небесъ. Отъ Друидовъ производимъ мы многіе Аммонскіе обряды; я утверждаю что между нами находится Друидскихъ обрядовъ и ученій болѣе, нежели во всемъ свѣтѣ. Множество ихъ богослужительныхъ обрядовъ, которыя преданы были бы вѣчному сну, избавлены нами отъ забвенія при принятіи въ первый степень Каменщичества. Мнѣ кажется, что мы смѣшали ихъ и умѣрили положеніями Ессеянъ, такой секты, которая толико же древна, какъ изходъ сыновъ Израилевыхъ изъ Египта, философія Египтянъ, и обряды, ученія, обычаи Евреевъ введены въ Англію Феникіянами, и составляютъ часть системы нашей, поелику они къ чистому и отъ идолопоклонства свободному почитанію великаго Творца Природы приличествуютъ.

Великое празднество наше отправляемъ мы посредѣ лѣта, въ домъ Святаго Іоанна. Мы празднуемъ такое время года, когда солнце на самой высотѣ и въ средоточіи животворной и производящей силы своея находится; солнце, сей великій символъ всемогущества Божія,

Славный изслѣдователь законовъ Лордъ Коокъ, въ сочиненіи своемъ о введеніи Литлетоновомъ, говоритъ такъ: "Мудрая Древность имѣла обыкновеніе для вящшей торжественности и для лучшаго напоминовенія и наблюденія повелѣннаго изображать обрядами дѣйствительныя вещи".

Я вамъ показалъ, что украшенія Ложи суть символы возбуждающіе къ добродѣтели и къ доброму поведенію. Благоразуміе сіяетъ въ средоточіи; или. когда вы желаете относитъ образъ сей къ положеніямъ гораздо святѣйшимъ, то означаетъ онъ Блистающую Звѣзду, приведшую Волхвовъ въ Вифлеемъ и возвѣстившую о присутствіи Сына Божія. Она стоитъ предъ глазами вашими, дабы напоминать вамъ о исполненіи дѣяній блаженства, которое близко находится. А чтобы въ дѣяніяхъ, приличествующихъ строжайшей должности, поступать съ бодростію, научаетъ васъ Мозаической полъ познавать разноцвѣтную различность и непостоянство вещей человѣческихъ. Ибо не надлежитъ вамъ прилѣплять сердца ваши къ вещамъ міра сего, но. стараться собирать сокровища свои тамъ, гдѣ ржа затмитъ сіяніе ихъ, или моль източить брачное одѣяніе не можетъ,

Чтобы защититъ и подкрѣпитъ насъ въ естественныхъ слабостяхъ нашихъ и привести на стезю должности лежитъ въ Ложѣ книга Истиннаго Познанія, Мастерѣ ограничиваетъ васъ, якобы очертаніемъ Циркуля; а по отвѣсу должны вы измѣрять праводѣтельность и согласіе поведенія вашего.

Въ слѣдующей рѣчи доказалъ я вамъ, что вы, желая бытъ истинными служителями во Храмѣ Божіемъ долженствуете облещись въ Невинность, дабы служеніе ваше было богоугодно и вы на небесахъ оправданы были. Драгоцѣнности наши суть символы, добраго поведенія при добродѣтельномъ сердцѣ, которое жизнь человѣческую украшаетъ: Вѣрность, Щедрость и Праводѣтельность.

По томъ склонялъ я васъ къ примѣчанію различія втораго рода почитателей Бога; оный былъ подъ закономъ Моисея, когда истину обнажилась отъ заблужденій идолопоклонства. Сей степень соотвѣтствуетъ второму степеню въ Каменщичествѣ.

Я показалъ, сколь пристойно Геометрія принята въ Общество наше; она есть такая Наука, которою великія силы Божіи открываются и доказываются роду человѣческому.

Далѣе разсматривалъ я состояніе Богопочитателей въ развратѣ дома Израилева и въ недостаткахъ древняго закона. Въ семъ собраніи Христіянъ нѣтъ никакой нужды въ доказательствѣ, сколъ для человѣковъ на землѣ необходимъ былъ Посредникъ, или Примиритель. Въ развалинахъ, суевѣріи, обрядномъ законѣ и нечистотѣ Іудейскаго Храма лежало погребенно и сокрыто истинное Богослуженіе, и единая невинность была украшеніемъ его монумента... По Божество воззрѣвъ съ милосердіемъ на жалостное состояніе человѣка, въ Благодати и Любви своей низпослало намъ Путеводителя и Посредника, преподавшаго намъ ученіе о Возрожденіи и поднявшаго насъ изъ гроба грѣховъ, въ который повергнулся родъ человѣческій. Онъ научилъ насъ Богоугодному служенію, чрезъ которое можемъ мы учиниться благопріятными Отцу Его; Онъ совершилъ жертву примиренія, былъ первенецъ отъ почившихъ, и показалъ человѣкомъ возстаніе тѣлесъ и жизнь вѣчную. Все ученіе сіе изображено въ Мастерскомъ степенѣ, и жизнь Христіанская представляется намъ символами.

Мы Каменщики приняли три главуныя свойства: таинство, щедрость и любовь братскую. Я изъяснилъ мнѣніе мое о сихъ трехъ великихъ должностяхъ, и что означаютъ онѣ особенно для Каменщиковъ, или для мужей отдѣлившихся отъ прочихъ человѣковъ и признающихъ себя служителями того, кто посредѣ неба имѣетъ свой престолѣ.

Наконецъ старался я изслѣдовать произхожденіе Общества нашего; а часто не имѣя никакихъ извѣстій принужденъ былъ послѣдовать вѣроятности и догадкамъ, гдѣ нынѣшнее время кажется мнѣ не весьма важнымъ обстоятельствомъ, знать, кто были основатели и предки наши, естьли мы будемъ упражняться въ истинномъ Духѣ Каменщичества, въ божественномъ Духѣ, одушевлявшемъ Праотцевъ нашихъ, когда они созидали Алтари Господу; естьли пребудемъ вѣрными подданными Государю нашему, постоянны и вѣрны въ законныхъ вольностяхъ нашихъ, исповѣданіемъ и дѣлами Христіане, а между собою и противъ прочихъ человѣковъ дружелюбны и чистосердечны.

Были ль Каменщики первоначальна Архитекторы, или духовныя особы, сіе знать въ наши времена не имѣемъ нужды. Естьли сравнить дѣла, сіи съ праводѣтельностію, къ которой я увѣщалъ васъ, то честь древности потеряется въ добродѣтеляхъ исполненія и въ сіяніи свѣта богоугодности, вѣщающихъ міру, что мы есмы служители истиннаго Бога, спасшаго жизнь душъ нашихъ.

Естьли обряды наши не означаютъ изъясненнаго мною, естьли не содержатъ они въ себѣ добродѣтели и религіи, съ которыхъ снялъ я покровъ; то вопрошаю васъ Каменьщики, что жъ они въ себѣ содержатъ, что они означаютъ и до чего касаются?

Можно ли уповать, чтобы толикое множество мужей ученыхъ и честныхъ въ послѣдствіи многихъ столѣтій были твердыми Сочленами Братства сего, естьлибъ Таинства были не важны и обряды невразумительны? Конечно нѣтъ! Отъими отъ нихъ духъ ихъ, и тогда будутъ они смѣшны.

Можно ли, чтобъ чрезъ многіе вѣки былъ предметъ гнусной шутки заманивать мужей въ глупыя сѣти, гдѣ предводитель, будучи самъ приведенъ въ посмѣяніе, старается другихъ осмѣивать? Таковыя глупости не имѣютъ ни малаго вѣроятія. Но естьлибъ и было сіе такъ, то бъ сѣти сіи можно было сдѣлать и украситъ гораздо простѣе; не было бы нужды въ шутку сію вмѣшивать вещи святыя. Сіе дѣлаетъ оную догадку толико нелѣпою, что уже дальнѣйшаго примѣчанія она не заслуживаетъ.

Мы Каменщики признаемъ, что мы есмы странствующіе отъ Востока.

Богъ насадилъ Вертоградъ на Востокѣ, и помѣстилъ въ него совершенство Природы человѣческой, перваго человѣка, исполненнаго невинности и богопознанія, исполненнаго чести, и даже подобіемъ Божіммъ украшеннаго.

Ученость послѣ потопа произошла начально отъ Востока. Египтяне первые изобразили Зодіакъ, открыли премудрость Великаго Строителя міра въ обращеніи небесъ, и первые учили Наукѣ Геометріи.

Ученіе Изкупителя нашего и Христіанское Откровеніе произошло отъ Востока.

Звѣзда возвѣстившая рождество Сына Божія, явилась на Востокѣ.

Слово "Востокъ" употребляли Пророки для означенія Изкупителя.

Слѣдственно мы правильно сказать можемъ, что странствуемъ отъ Востока. Чрезъ сіе даемъ мы знать, что мы семы Каменщики, то есть Общество Божества, совѣчнаго Отцу Своему и въ средоточіи небесъ обитающаго.

Но естьли мы не признаемъ сего; то для чего бы не принятъ намъ путешествія шествія нашего отъ Сѣвера, или изъ странѣ Хаоса и мрачности..

Теперь, Любезные Брр., заключаю я примѣчанія мои. Я оканчиваю работы года моего съ искреннимъ увѣщаніемъ: да продолжаете вы поступать въ обществѣ семъ яко праводѣтельные и богобоязненные мужи; да упражняетесь въ разпространеніи чести Союза сего, вопреки злобному клеветанію безбожниковъ и невѣждѣ, пребывая тверды въ должностяхъ вашихъ, яко Каменщики и яко Братія; да являете благоволеніе ваше съ честностію, а щедрость съ усердіемъ, не яко лицемѣры; да употребляете все раченіе ваше къ достиженію высочайшаго познанія въ системѣ вашей, коея цѣль, какъ я вамъ ясно возвѣщаю есть: исполнять дѣянія праводѣтельности.


ПРИБАВЛЕНІЕ.

НѢКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ И ОТВѢТЫ

О

МАСОНСКОМЪ ТАИНСТВѢ,

писанныя

самимъ ГЕЙНРИХОМЪ ШЕСТЫМЪ,

и мною ІОГАННОМЪ ЛЕЙЛАНДОМЪ

Антикваріусомъ,

вѣрно списанные

по повелѣнію Его Высочества (*).


(*) То есть, Короля Гейнриха VIII; ибо тогда Англійскіе Короли не имѣли титла: Величества, а назывались только К. Высочества.


-----


Что онъ такое?


Оно есть Наука о Натурѣ познаніе силы ея и различныхъ дѣйствій; особенномъ оно есть Наука о числѣ, вѣсѣ и мѣрѣ, и настоящій способѣ дѣлать все, что служитъ къ человѣческой, потребѣ, особливожъ домы и всякія зданія, и всѣ другія вещи, полезныя человѣку.


Гдѣ оно началось?


Оно началось съ первыми людьми на Востокѣ, бывшими тамъ прежде перваго человѣка на Западѣ; оно перешло на Западѣ, и дикимъ и безутѣшнымъ принесло съ собою всякую радость.


Гдѣжь оно началось на Западѣ?


Феникіяне, которые были великіе купцы, первые съ Востока перешли въ Феникію, для способности сея земли къ Торговлѣ на Востокѣ и Западѣ по Чермному и Средиземному Морю.


Какъ перешло оно въ Англію?


Грекъ Пиѳагоръ для снисканія познаній путешествовалъ въ Египетъ, Сирію и въ тѣ землнь гдѣ Феникіане основали Масонство. Онъ снискалъ себѣ входъ во всѣ Масонскія Аожй; научася многому, по возвращеніи своемъ жилъ въ Великой Греціи, сдѣлался сильнымъ Мудрецомъ и весьма прославился. Въ сей странѣ основалъ онъ великую Аожу въ Кротонѣ, и сдѣлалъ многихъ Масонами. Нѣкоторые изъ сихъ Масоновъ путешествовали во Францію и дѣлали тамъ многихъ Масонами, отъ которыхъ современемъ Искусство перешло въ Англію.


Открываютъ ли Масоны другимъ свои Искусства?


Пиѳагоръ, когда онъ странствовалъ для пріобрѣтенія Науки, былъ сперва принятъ, а по томъ училъ другихъ; такъ же надлежалобы по справедливости поступать и всѣмъ другимъ. Однакожъ Масоны отъ времени до времени сообщали людямъ тѣ изъ своихъ таинствъ, которыя вообще могли быть полезны; а скрывали только такія изъ нихъ, которыя могли бы вредны быть, естьлибъ онѣ досталися злымъ; или которыя безъ присовокупляемаго къ нимъ въ Ложахъ ученія былибъ совсѣмъ безполезны; или которыя Братство связуютъ крѣпче пользою и выгодами, отъ нихъ происходящими.


Какимъ Искуствамъ научили другихъ людей Масоны?


Слѣдующимъ: Земледѣлію, Архитектурѣ, Астрономіи, Геометріи Ариѳметикѣ, Музикѣ, Стихотворству, Химіи , Искусству Правленія и религіи.


По чему Масоны больше научать могутъ,нежели другіе люди?


Они только одни знаютъ Искусство изобрѣтать новыя Искусства, которое первые Масоны получили отъ Бога. Помощію сего Искусства изобрѣтаютъ они всякое Искусство, какое захотятъ и подлинный способъ обучатъ оному. Всѣ жъ изобрѣтенія прочихъ людей случайны, по чему, какъ я думаю, онѣ маловажны.


Что скрываютъ и таятъ Масоны?


Они скрываютъ Искусство находить новыя Искусства; и сіе бываетъ для собственной ихъ пользы и славы. Они скрываю тѣ Искусство хранитъ Таинства, дабы свѣтъ ничего отъ нихъ скрытъ не могъ. Они скрываютъ Искусствъ дѣлать чудеса и Предсказывать будущее дабы оно безбожниками не употреблено было къ произведенію злыхъ Намѣреній. Они скрываютъ также Искусство превращеній; способъ уразумѣть Авраксъ; Искусство сдѣлаться добрымъ и совершеннымъ безъ страха и надежды и общій Масонской языкъ.


Хотите ли вы меня учить симъ Искусствамъ?


Ты будешь наставленъ, естьли ты того достоинъ и научиться можешь.


Всѣ ли Масоны знаютъ больше другихъ людей?


Нѣтъ; они только имѣютъ больше права и случая къ познаніямъ, нежели другіе люди; но многимъ изъ нихъ недостаетъ способности, а еще большимъ прилѣжанія, весьма нужнаго къ пріобрѣтенію всякаго познанія.


Лучше ли Масоны другихъ людей?


Нѣкоторые Масоны не столь добродѣтельны, какъ другіе люди; однакожъ въ цѣломъ они лучше, нежели каковымибъ они были не сдѣлавшись Масонами.


Столь ли сильно Масоны другъ друга любятъ, какъ говорятъ о нихъ?


Безъ сомнѣнія; да и быть тому не льзя иначе. Ибо добрые и праводѣтельные люди, которые другъ друга признаютъ таковыми, одинъ другаго взаимно любятъ тѣмъ больше, чѣмъ они лучше


---------------------------------------------------------------------------------------


Текст издания: Хатчинсон, Уильям (1732-1814). Дух масонства. = Дух каменщичества / Нравоучительныя изтолковательныя речи Вильгельма Гучинсона. [Пер. с нем.]. -- [Москва]: [Тайная масон. тип.], [1783]. -- [3], 276 с., 1 л. ил. : 8о.