# Зареида и Ростислав, или Разделенная Россия

Михаил Матвеевич Херасков

Трагедия в 5-ти действиях, в стихах.

Херасков Михаил Матвеевич.


## Зареида и Ростислав, или Разделённая Россия.


Трагедия в 5-ти действиях, в стихах.


Действующие лица:

Изяслав -- князь Черниговский.

Ростислав -- князь Смоленский.

Зареида -- княжна Киевская.

Таона -- наперсница Зареиды.

Велисан -- вельможа киевский.

Вельзор -- сын Велисана.

Редим -- военачальник.

Военачальники, воины Изяславовы и киевские.


Действие происходит в Киеве.


## Действие 1.


Княжеский терем.


## Явление 1.


Зареида и Таона.


Таона

О Зареида, ты рассей свою печаль,

Или тебе друзей и подданных не жаль?

Взирая на тебя, весь град и двор крушится,

Но вскоре, может быть, судьба твоя решится:

Уже наполнились все площади молвой,

Что с воинством идёт к Днепру любовник твой.

Зареида

Не знаю, что мой дух тревожит и смущает,

Не знаю, что мне быть спокойной запрещает,

На подданных мой взор, на град ли возведу,

Всё предвещает мне тоску, напасть, беду.

Таона

Безмерная любовь подвержена сомненью,

Она тревожится нередко самой тенью.

Зареида

Не тень меня страшит! Таона, не забудь,

Где молния сверкнёт, там может вновь сверкнуть,

Или ты гордого не помнишь Изяслава?

Сей князь Черниговский, сей князь свирепа нрава,

Явился в Киеве и, руша мой покой,

Мне сердце предлагал и свой венец с рукой:

Но сердце отдано моё другому было,

Оно владетеля Смоленского любило,

Отказом Изяслав моим ожесточён

Из Киева пошёл, задумчив, огорчён,

За мнимую отмстить обиду в гневе клялся.

Меж тем родитель мой в руках моих скончался.

Вельможа Велисан в его права вступил,

А верный Ростислав к опоре наших сил

Свои привесть полки к Смоленску удалился,

Но гордый Изяслав на нас вооружился.

Таона

Весь род твой вступится за наше сиротство.

Зареида

Исчезли в наши дни союзы и родство,

Враждебны времена в отечестве настали,

И многие уже князей престолы пали.

Ах! Вскоре, может быть, и я венца лишусь!

Всё мрачно для меня, всего, всего страшусь,

Наводят ужас мне ночные привидения,

Над бездной я стою и жду в неё падения.


## Явление 2.


Те же и Велисан.


Велисан

Погибло всё, княжна! Жестокий Изяслав

Против всех воинских, народных даже прав,

В засаде притаясь, напал на Ростислава,

Разбил! И рухнула князей Смоленских слава,

Один оставшийся от разобщённых сил

Ужасну весть сию нам воин возвестил.

Зареида

Но жив ли Ростислав?

Велисан

О том ещё не знают,

Его или в плену, или мёртвым почитают.

Зареида

Свершилось смутное предвестие моё!

Что делать, Велисан?

Велисан

Спасать Отечество своё.

Тоске, унынию и скорбям предаваться -

Есть побеждёнными врагам своим казаться.

Всю силу собери, княжна, своей души

И твёрдость гражданам своим в сердца внуши, -

Когда державою твою овладеет

Твой враг, как ветреник, он против нас возвееет

Тебе за твой отказ в супружестве отмстить

И скипетром народ железным отягчить,

Всю славу прежнюю отцов твоих потушит,

В оковы ввергнет нас, наш город в прах разрушит.

Зареида

Ах, больше для меня Отечества уж нет!

Развалинами мне пространный зрится свет,

Но не достанусь я врагам моим живою!

Какая над моей летает тень главою?

О верная душа, живуща в небесах!

Ты в чувствах у меня, ты в мыслях, ты в очах,

Любезный Ростислав, не жди моей измены,

Гробницей будут мне, не царством, здешни стены!

Полсердца моего погребено с твоим,

Полсердца твоего соединено с моим!

Коль в свете нет тебя, мне свет не нужен боле,

Когда в неволе ты, и я тогда в неволе.

Таона

Не для неволи ты, для царства рождена.

Велисан

И защищать своё Отечество должна.

Зареида

Могу ли защищать? Могу ли защищаться?

Не княжеством велит мне сердце заниматься,

Корону я сложу, мой будет сан сокрыт,

Пойду я с посохом туда, где князь лежит,

Слезами горькими омою кажду рану,

Его я обниму, вздохну и жить престану!

Восплачет сам тогда губитель мой по мне -

Будь ты защитником и князем сей стране.

Ты был сотрудником и другом Вячеславу,

Ты с ним при старости делил во бранях славу,

С народом днесь моим злосчастие дели,

Их в небе царь! Будь ты отцом им на земли!

Велисан

Венца я твоего и царства не приемлю,

Не к трону путь лежит, мой путь лежит мне в землю:

Но Зареиде мне утешнее служить,

Чем в рабстве зреть тебя, а самому княжить.

В младенчестве тебя мои носили руки,

Но не предчувствовал тогда я смертной муки,

Что жалостно ношу у сердца сироту.

Я наши времена злодейским веком чту!

Увы! Коль бедственно России разделенье!

При старости к сынам Владимир в ослепленье

Отечество своё на части раздробил,

Он искру зависти в сердца князей вложил,

Та искра тлела всё и вдруг воспламенилась,

Россия вся теперь в пожар преобразилась,

Погасла в буре сей взаимная любовь,

Все царствовать хотят, стремится кровь на кровь,

Нет дружбы и родства, забыты честь и вера,

И преисполнилась несчастий наших мера,

Какой не избери к служенью в бранях путь,

Везде Отечеству кинжал вонзаешь в грудь,

Везде покажется России неприятель --

Иль племени князей, или друзьям предатель...

Но слышишь ли, княжна, родительский ты глас?

Се молит он, что б ты не покидала нас,

Что б мужеством свою державу подкрепила,

Не покидала трон, коль на него вступила,

Что б ты осталась здесь, Отечество любя...

(Становится на колени).

Всё просит княжество в моём лице тебя.

Зареида

Останусь!


Владисан поднимается.


Но на что? На горесть, на мученье?

Нет больше сил в душе, однако есть терпенье,

А ты прими и шлем, и Вячеславов меч!

Старайся от врагов меня и град сберечь,

Ещё мой ум незрел, в мои цветущи лета

Ты подданным давай и мне самой советы.

Велисан

При бурном сонмище вкруг нас слиянных бед

Не может действовать единый мой совет,

Ужасен княжий меч и кажется волшебен,

Но действовать мечом искусный муж потребен,

На поприще побед я в младости летал...

Орлу подобен был, теперь летать устал,

И возвестила мне спокойный век седина,

Я немощен и слаб, но я имею сына,

Питая с ним к царям сердечную любовь,

Готовы за тебя мы лить до капли кровь.

Зареида

Когда любезного нет в мире Ростислава,

Пускай венчает вас с Вельзором в бранях слава.

Увы! Где Ростислав? Мои все мысли там,

С ним, с ним я странствую по дебрям, по лесам, --

В оковах, в нищете, в степях, в темнице мрачной

Мне будет царский трон, алтарь с ним будет брачный.

Велисан

Княжна, молю тебя, отнюдь не унывай,

И в горести своей на Бога уповай.

Сей милосердный Бог, всех наших благ содетель,

Конечно, защитит невинную добродетель,

И может Ростислав предстать твоим очам,

Жди слухов сбытия, не верь одним речам.


## Явление 3.


Те же и Вельзор, сопровождаемый двумя воинами, несущими Ростиславов щит.


Вельзор

Смоленски ратники, которых в страх приводят

Чернигова полки, толпами к нам приходят,

Велишь ли их, княжна, велишь ли в град пускать?

Зареида

Где ж им осталось вдруг убежища искать,

Когда погибла их отца и князя слава?

Во мне они найдут и мать, и Ростислава,

Сама я, сирота, сирот во град приму

И тем хотя б на час печаль мою уйму.

Но есть ли слух о нём?

Вельзор

Слух прежний подтвердился,

Что князь или в плену, иль жизни уж лишился,

Что он...

Зареида

Нет! Жив мой князь! Надежды светлый луч

Проник мне в томну грудь из самых мрачных туч,

И нечто, кажется, в душе моей вещает,

Что взор его луна, как солнце, освещает.

Велисан

Дай, Небо, что бы князь безвреден был и жив!

Вельзор

О смерти княжей слух, мне мнится, справедлив,

Вот щит его, одним из ратников найденный,

Который Ростислав оставил убиенный,

Здесь имя на щите его начертано.

Зареида

(приступив к щиту)

Ах! Кровью княжеской оно орошено!..

И кровью уж моей, конечно, окропится,

Доколь жива, сей щит со мной не разлучится,

Он мне к врагам моим покажет в брани путь,

И стрелы их верней в мою направит грудь.

Пусть кончу век мой с ним! Оставлю я державу

Моим защитникам, но ах! Не Изяславу,

Убийца он князей!

Вельзор

Нужды нет повторять,

Что воинство своё потребно нам собрать,

Которое могло б врагам сопротивляться,

С охотой в брань идти, без робости сражаться,

Хотя при воинстве служу я без наград,

Но жизнью жертвую за наш престольный град.

Зареида

О Ростиславе слух доколь не подтвердится,

Дотоле не могу я ни на что решиться.

Нельзя мне в горести награды раздавать,

Иду в отчаянье ток слёзный проливать,

А вам над Киевом власть полную вручаю.

О грозный рок! За что терзаюсь и страдаю?

(Уходит с Таоной).


## Явление 4.


Велисан и Вельзор.


Велисан

Какие ты слова княжне произносил?

Мне мнится, ты наград и почестей просил?

Вельзор

Я сын твой, государь, и не последний воин,

Так кажется, что я наград её достоин.

Велисан

Ты недостоин их, когда о них просил;

Лишь любочестие чрез то княжне явил.

Великая душа корыстями не льстится,

К великим подвигам не для наград стремится,

Царя, Отечество по Боге первых чтит,

Для них она ни кровь, ни жизни не щадит.

От чистой совести награды ожидает

И в чести лишь одной всю славу полагает.

Наёмник низкий тот, кто служит для наград,

Он недостоин быть в числе российских чад,

Те служат их царям из подвигов душевных

И из любви несут ярём трудов вседневных,

А добрые цари услуги все их зрят,

Достойно каждому возмездие творят,

Тебе ль... Поди, сбирай полки под их знамены:

Устрой их, возведи на городские стены.

О пользе Киева всем сердцем порадей,

Мне действенно служи, усердие имей,

Будь с совестью и чист, правдив, нелицемерен,

Коль будешь таковым, в наградах будь уверен.

Для благ Отечества, для сирой сей княжны

Сражаться, умирать без страха мы должны.

(Уходит).


## Явление 5.


Вельзор один.


Вельзор

Ласкайтесь, слабые, напрасным ожиданьем,

Ласкайся ты, княжна, с возлюбленным свиданьем,

Ты киевский ему готовишь в мыслях трон,

Но, в здешний град вступив, во ад низойдет он!

Мне скипетр, не ему, моя доставит слава,

Иль вся российская разрушится держава!

Когда мне лестница ко счастию видна,

Должна меня возвесть на высоту она.

Так буду обладать стрелами громовыми,

Венцом твоим, княжна, и прелестями твоими.

Тебе при старости, почтенный мой отец,

Единый нужен гроб, мне - княжеский венец,

На первую ступень ты, став, остановился,

Я дале шествовать, не рабствовать родился,

Мне, кроме скипетра, другой награды нет.


## Явление 6.


Вельзор и Редим.


Редим

Узнав, что князь на нас черниговский идет,

Народ тревожится, и жители готовы

С имуществом бежать за берега Днепровы.

Велишь ли им врата к побегу отворить?

Вельзор

Вели врата, Редим, народу заключить.

Правление над ним мне вверено княжною,

Граждане победят, или умрут со мною.

Редим

Под знаменем твоим, конечно, победят,

Одни твои слова сердца их ободрят,

При стремени твоём меня ты видеть будешь

И, думаю, моих заслуг не позабудешь.

Вельзор

Во граде, при полках, в народе и в войне

Ты будешь числиться вторым лицом по мне.

Теперь мне важную яви, Редим, услугу,

Вверяю тайну я тебе, как верну другу:

О Ростиславе слух не вовсе справедлив,

Он, может быть, убит, а, может быть, и жив,

Стреги у градских врат, стреги ты Ростислава,

Пришедшего схвати, и к нам придёт держава.

Княжна поднесь к нему исполнена любви,

Ты Ростислава скрой иль тайно умертви,

Я сам употреблю к сим подвигам старанье,

Тебе верховный сан доставлю в воздаянье.

Редим

Не если с частью войск ко граду он придет?

Вельзор

У сверженных князей дружин и войска нет.

Редим

Нам, может, смерть его Зареидой отмстится...

Вельзор

Не воин тот, кто слаб, и смерти кто боится.

Редим

Но близко Изяслав.

Вельзор

Его мы победим,

И тучи войск его рассеются, как дым,

А если Изяслав победами успеет, -

Вельзор змеиный вид и львиный брать умеет,

Где будет надобно, я агнцем притворюсь,

Где будет надобно, восстав, я львом явлюсь.

Редим

Мою судьбу, Вельзор, и жизнь тебе вручаю.

Вельзор

Иль скипетр обрету, иль жизнь свою скончаю!


Оба уходят.


## Действие 2.


Там же. Гридница.


## Явление 1.


Велисан один.


Велисан

Каким превратностям подвержен здешний свет!

В нём счастья верного, спокойной жизни нет!

Светило дневное, ты мир весь освещаешь

И нашу хладную державу посещаешь,

Ты ныне зришь с небес наш город в тишине,

Но утром нас найдёшь в смятенье и войне.

Во всём сиянии на высоте явишься,

Померкнет радость здесь, а ты не помрачишься,

И в путь свой, наконец, беспечно потечёшь,

На добрых и на злых сияние прольёшь.

И се - вина тому, что здесь неразличенны

От добродетельных сердца ожесточенны.

Светило дневное, затмись для тех, затмись,

Которые игре пороков предались...

Нет, нет, свети для всех, мы все несовершенны!

Но чем же в жизни мы толико обольщены?

Что было, то прошло! Что есть, пройдёт и то,

Что будет, протечёт, всё тлен, тщета, ничто!

Но тлен сей и тщета толико нам прелестны,

Что видим и для них злодейства повсеместны,

Разрыв родства, грабёж, вражда между друзей,

Вот повесть многих царств и многих жизнь людей.

Ни гласу совести, ни Божьему не внемлют,

Где должно бодрствовать, там в праздной жизни дремлют,

Ни веры не хотят, ни Бога уважать -

Как промыслу таких злодейств не поражать!


## Явление 2.


Велисан и Вельзор.


Велисан

Ужели ты полки к сражению устроил?

Вельзор

Полки я учредил и город успокоил,

Отмщением сердца у граждан всех горят,

Против черниговцев к сражению летят,

К сопротивлению и жёны вооружены,

Ко брани, кажется, земля и Днепр вожены.

Кто ж будет вождь? Не я ль?

Велисан

Кому велит княжна.

Я зрю, душа твоя надменности полна,

Но помни: выше всех кто ищет воздыматься,

Тот может низко пасть и в прахе пресмыкаться.

Хотя и славился ты прежде на войне,

Но сею славою обязан паче мне,

Я в подвигах давал тебе все наставленья,

Ты мною побеждал, мной приобрёл сраженья.

Не можешь быть ещё ты опытным вождём,

Тяжёл для сил твоих начальственный ярём,

Ты храбр, отважен, быстр, но для вождя то мало,

Знай, прозорливости в тебе недоставало.

Коль ищешь славы ты другим повелевать,

Учись сперва себя в страстях одолевать.

Вельзор

Одною страстью я сильнее всех пылаю,

Прославиться собой чрез мужество желаю.

Ты сыну своему героя душу дал,

К великим подвигам Вельзора воспитал:

В числе простых людей я не могу жить доле,

Не менее других прославлюсь в ратном поле.

Не менее других я свету покажу,

Что храбростью венцы лавровы заслужу:

Не посрамлю твоей, родитель мой, породы,

Для славы я готов во Ад, в огонь и в воды,

И, может, наживу я громку почесть ту,

Что титло княжеско себе приобрету.

Велисан

(с жаром до конца явления)

Мечтаешь, буйствуешь: иль вовсе ты забыл,

Что рок тебя в число всех подданных включил?

Хотя б ты до небес геройством возносился,

Не князем, но слугой Отечества родился.

Как божиих судеб не можно нам понять,

Так подданным с царем нельзя себя равнять.

Монархи на земле венчаные владыки

Быть должны чтимы так, как божеские лики;

Как телу без главы нельзя существовать,

Народам так без них не можно пребывать.

Чрез них нам божество всё счастие дарует,

Чрез их труды народ в блаженстве ликовствует,

Чрез них мы от врагов всегда защищены,

Услуги наши все чрез них награждены,

Когда бы нас цари в порядке не держали,

Давно бы связи все общественны упали.

Мы были б меж собой лютее всех зверей,

Коль не давал бы Бог правдивых нам царей.

Служащу до седин, мне в мысли не мечталось,

Что бы моё чело короной увенчалось,

А ты мнишь князем быть. Как мысль твоя дерзка!

Надменность мне твоя противна и мерзка!

И ты родителя во мне иметь не будешь,

Доколе правил, столь мятежных, не забудешь.

Вельзор

(про себя)

Скреплюсь и притворюсь...

(Вслух).

Приемлю твой совет.

Велисан

Бери с меня пример, вот мой тебе завет.

Всю важность моего исполни разговора,

Коль нет, не сын ты мне, я прокляну Вельзора.


## Явление 3.


Те же и Зареида.


Царедворцы выносят княжеский меч, шлем и щит Ростиславов.


Зареида

Вручаю вам и меч, и Вячеславов шлем.

Начальствуйте, как я, в Отечестве моем:

Вину всегдашних слёз из рук моих примите,

Народ мой, честь мою и трон мой защитите.

Вельзор

(схватив княжеский меч)

Мне меч принадлежит.

Велисан

(удержав его)

Постой! Остаток сил

Во мне преклонный век ещё не погасил,

Я пользе общества и княжьей воле внемлю,

Над войском в смутны дни начальство сам приемлю.

Дозволишь ли, княжна, в права твои вступить?

Клянусь я кровью здесь престол твой искупить.

Зареида

Поди и долг отца и друга долг исполни.

Велисан

(выходя)

Останься здесь, Вельзор, и что вещал я, помни.


## Явление 4.


Те же, кроме Велисана.


Вельзор

Итак, уничижён я стал отцом моим,

И воином теперь останусь я простым.

Зареида

Не могу от отца быть дети отделены,

Родитель чем почтён, сыны их тем почтенны.

Вельзор

Родительская власть есть власть - но не моя,

Отец мой, будь почтён, но то почтен не я,

Похитил он мой сан в свои преклонны леты,

Возможет ли подать он мудрые советы?

Нам буря бранная извне, княжна, грозит,

Чернигов острый меч на киевлян острит,

Внутри Отечества настало неустройство,

Все связи прерваны, разрушилось спокойство,

Везде торжественный пороки кажут вид,

Не почитаются развраты в грех иль в стыд.

Исчезло к твоему престолу уваженье,

Приметно к святости самой пренебреженье,

По прихотям своим всяк в обществе живет,

Все равны чают быть, повиновенья нет.

Смятенье общее когда не укротится,

В разбойничий вертеп наш город превратится:

К искоренению толиких явных зол

Героя возведи с собою на престол,

К сим трудным подвигам способен и достоин

Отличный храбростью и знатный родом воин.

Так судит город весь, так мыслит мой отец,

Вельможи, я сказать дерзаю наконец:

"Не титла княжески потребны для супруга,

Ты князем избери державы нашей друга,

Могущего носить корону, не стыдясь,

Делами был бы кто, не родом только князь,

Который бы умел кормилом царства править,

При бурях тишину всеобщую восставить,

По Вячеславе нам осталась ты одна

И род свой, славный род восстановить должна".

Зареида

Лишённой мне отца, любовника лишённой,

Гонимой, страждущей, несчастной, сокрушённой,

О браке ль мыслить мне, супруга ли желать?

Ах, только к Небу стон осталось воссылать!

Взирая на меня, Отечество крушится,

Мне самый ясный день претёмной ночью зрится.

Стенанье пища мне, а слёзы питиё,

Печали, бедность - вот приданное моё.

Довольно я рвалась, довольно я крушилась,

Не в брак вступать, я жизнь пресечь мою решилась.

Сей Ростиславов щит, рыдая, обниму,

Грудь томную к нему, грудь бедную прижму,

В последний раз вздохну и дни мои скончаю!

О князь! Узреть тебя уж более не чаю!

Противен без тебя мне сей превратный свет.

На что мне доле жить, когда тебя в нём нет?!

О Ростислав! Где ты...


## Явление 5.


Те же, Ростислав и Велисан, поспешно выходящий при последнем стихе.


Ростислав

(на коленях)

У ног твоих несчастный,

Гонимы, страждущий, но всё любовник страстный!

Зареида

Что зрю?!..

Ростислав

Твой Ростислав перед тобой, княжна!

Зареида

(в радостном трепете)

О, радость! Жизнь моя опять возвращена!

Тебя ли вижу, князь? Твоим речам ли внемлю?

С тобой ли говорю? Тебя ли я объемлю?

Тебя лишённая, во гробе я была,

Без чувств лежала в нём, а ныне ожила.

Но где ты странствовал? Где ты страдал? Где крылся?

О смерти здесь твоей печальный слух носился.

Ростислав

Что с воинством разбит, моей в том нет вины:

Мной встречен Изяслав при устье от Десны,

Он вдруг против меня, как буря, ополчился,

Вскричал, притёк, напал, я смело с ним сразился.

Союзник мой, Олег, моей подпорой был,

В жару сражения Олег мне изменил,

Нарушив чести долг, не внемля дружбы праву,

Подкуплен будучи, прешёл ко Изяславу.

Оставлен ближними, я с малым войск числом

В отчаянье бросал напротив грома гром,

Мой жребий гневными решился небесами!

Победу потеряв, скрывался я лесами,

Три дня я странствовал, терпел и зной, и глад,

Но жизнь мне воротил, Зареида, твой взгляд!

Велисан

Когда б у градских врат сейчас я не явился,

Свободы Ростислав иль жизни бы лишился.

Его лазутчиком стрегущие почли,

Схватили, с яростью в темницу повели.

Та наглость родилась от стражи, может статься,

Что Ростислав, таясь, отрёкся им признаться.

Зареида

Прибежищем сирот да будет сирота!

Смолянам отверзать велите в град врата.

Вельзор

Лазутчиков во град приход я чту возможным.

В опасности такой быть должно осторожным.

Ростислав

Для войск моих теперь Отечество весь свет,

И кроме их друзей, прибежища им нет,

Жестокий Изяслав измене в награжденье

Олегу поручил смоленское княженье,

Уже неверный князь на тот престол воссел,

Который я тебе, княжна, вручить хотел

И тот венец, моё чело чем украшалось.

Но ныне в дар тебе что принести осталось?

Лишь сердце верное, и больше ничего.

Зареида

Тебя любила, князь, тебя я одного,

Ни титла княжески, ни почести наружны,

Ни троны, ни венцы Зареиде не нужны;

Не страшны мне с тобой ни степи, ни леса,

Нам будет одр земля, покровом небеса,

Те самы небеса, которы злых карают,

Но на сирот всегда с щедротою взирают.

Всю мира здешнего отвергнув суету,

В пустыне счастливой себя с тобой почту.

Но ныне в прежние мои права вступаю,

Тебе, мой князь, и трон, и сердце я вручаю.

Велисан

(вручая княжеский меч Ростиславу)

Итак, сей меч тебе, мой князь, принадлежит.

Вельзор

Да тучу грозную от нас он отвратит,

И душу Ростислав явит в войне геройску,

Мне должно возвестить о сём явленье войску.

(Уходит).


## Явление 6.


Те же, кроме Вельзора.


Ростислав

И щит утратил я!

Зареида

(взяв щит и вручив Ростиславу)

Твой щит в руках твоих,

Зри, зри на нём, мой князь, потоки слёз моих!

От рыцарей твоих сей щит я получила,

Им горести мои хоть мало облегчила,

Ах, с ним готовилась лечь в гробе мрачном я,

Вздремала бы на нём спокойно тень моя,

Но смутное моё исчезло воображенье,

Когда со мною ты на киевском княженье.

Ростислав

Равно мне - князем ли, иль быть рабом твоим,

Лишь только бы я был, княжна, тобой любим.

Живу ли в нищете, престолом ли владею,

Ты будешь завсегда владычицей моею,

Но если с сердцем мне твой град и трон вручён,

Он должен так, как жизнь, быть мною защищён.

На Киев Изяслав течёт, как бурно море,

Приблизившись к стенам, начнёт осаду вскоре,

Для беззаконных прав на твой престол, княжна,

Ты хищнику сему, не для любви нужна.

Мы должны сильному врагу сопротивляться.

Зареида

Мой меч в твоих руках, чего мне опасаться?

Ростислав

Приятно за тебя лить кровь во бранях мне.

Но счастье, о княжна, неверно на войне,

И я несчастен был!

Зареида

На брань не ради славы

Идёшь ты - защищать мой трон, народа право,

Невинность, честь мою, свободу, сиротство

И руку помощи подаст нам Божество!

Препоной будет Днепр, оградой - здешни стены,

Народ мой предан мне, страшиться льзя ль измены?

Велисан

Я верность киевлян беру на свой ответ,

Под властью, князь, твоей опасности нам нет.


## Явление 7.


Те же и Редим.


Редим

Являются вдали Чернигова знамена,

Как туча, движется наш враг под здешни стены,

Нам топот от коней, нам слышен трубный глас,

Приблизятся к Днепру черниговцы сейчас.

Зареида

(подавая шлем Ростиславу)

Взложи сей шлем, взложи в знак киевской короны,

Он будет верным нам залогом обороны,

Храни, любезный князь, в сражении себя.

Ростислав

Мне жизнь моя нужна лишь только для тебя,

Или с собой меня увидишь на престоле,

Иль падшего с мечом оплачешь в ратном поле.

Зареида

О князь, не подавай мне страшной мысли сей!

Ростислав

Уж время от твоих сокрыться мне очей.

Велисан

Ступай к знамёнам, князь, тебя народ наш любит,

Воззрение твоё их бодрость усугубит,

С тобою, как орлы, к сраженью полетят,

Ступай и защищай княжну твою и град.

Ростислав

(целуя руку Зареиде)

Прости!.. Достойным быть любви твоей потщусь.

(Отходит с прочими).


Входит Таона.


## Явление 8.


Зареида и Таона.


Зареида

В каких терзаниях я паки остаюсь!

Знать, мучить небесам несчастную не жаль:

Что час, то новая для сердца мне печаль.

Коль князь умрёт, и я прерву цветущу младость,

Смерть счастливым страшна, без князя она в радость.


Занавес.


## Действие 3.


Палаты княжеские.


## Явление 1.


Зареида.


Зареида

(одна)

Чем кончится?.. Увы! Чем кончится сей день?

Ах, может быть, ещё не узрим ночи тень,

Не узрим! И впаду с народом я в оковы!

Здесь будет новый князь, законы будут новы, -

И жизнь, о Ростислав, в опасность твоя!..

Когда престанешь гнать меня, судьба моя?

Не все несчастными на свете дни бывают,

Спят бури, море спит, и громы умолкают,

Меня лишь лютый рок терзать не престает,

Всем отдых есть в бедах, мне отдыха лишь нет.

А дней моих заря как тихо рассветала!

Небесный свод был чист, внезапно тьма настала,

При утре дней моих простёрлась мрачна ночь!

Знать, Вячеславова в злой час родилась дочь!

О Небо! Оправдай невинность с князем нашу,

Не дай несчастий нам до капли выпить чашу!

Но слёзы потекли неволей из очей!

Я слышу граждан вопль! Звук копий, лязг мечей!..

Трясутся здания! Ах! Кончилось сраженье,

И царства моего приблизилось паденье!

Таона во слезах, встревожена, идет.


## Явление 2.


Зареида и Таона, прибегающая с трепетом.


Зареида

Что сделалось? Увы! Иль Ростислава нет?!

Таона

Измена!..

Зареида

От кого?..

Таона

Враги во град вступили...

Предатели врата им, слышно, отворили.

Зареида

Так, верно, нет тебя, любезный Ростислав!

Пойдём! Но встретится везде мне Изяслав.


## Явление 3.


Те же и Велисан, который вбегает поспешно.


Велисан

Куда, Зареида, ты хочешь удалиться?

Везде сверкает меч, по стогнам кровь дымится.

Зареида

Но где же Ростислав?

Велисан

Средь гибельных тревог

Нигде найти его во граде я не мог.

Зареида

О, сколь же жребий наш, о Ростислав, ужасен!

Велисан

Но выход твой отсель, Зареида, опасен,

Черниговцами вкруг наполнились врата,

По улицам грабёж, убийство, теснота,

Днепр кровью горожан своих теперь струится,

А Киев стонущий развалинами зрится,

Враги в свирепости всё губят и разят,

И пола, ни детей, ни старцев не щадят.

И хищник Изяслав, одной возжаждав славы,

Днесь Киевских князей себе присвоил право.

Зареида

Всего лишилась я! Осталась смерть лишь мне.

Могу ли пленницей я быть в своей стране?

И Ростислава нет!

Велисан

Мне страшным князь казался,

Когда с черниговским от воинством сражался,

Как Бог, он молнии из рук своих кидал,

Два раза Изяслав от града отступал:

Твой князь кровавому конец содеял бою,

Но Изяславу дан из града знак трубою,

Враг воинство на нас обратно устремил,

Большая часть к нему прешла из наших сил,

Невольно мы ему победу уступили,

Предатели врата черниговцам открыли.

Престол твой пал, увы! И мы все пали с ним.

Мне подозрителен в измене сей Редим.

Поступки в службе он всегда являл суровы.

Редим и Изяслав влекут мещан в оковы.

Зареида

Могу ль спокойно я на хищника воззреть,

Быть пленницей его, презрение терпеть?

О, горесть лютая! О, бедственна судьбина!

В Тебе, о Боже мой, надежда мне едина!

Где мне помощника, кроме Тебя, найти:

Молю Тебя, Творец, несчастну защити!

Велисан

Мужайся! Надлежит судьбе повиноваться,

Не может капля вод морям сопротивляться.

Зареида

Какой там виден блеск и копий, и мечей?

Приходит Изяслав! Лютейшй мой злодей!


## Явление 4.


Те же и Изяслав в сопровождении черниговских воинов с их военачальником, за ними видно несколько киевлян в оковах.


Изяслав

К ногам твоим, княжна, три царства повергаю,

Чернигов и Смоленск с собой тебе вручаю.

Над Киевом владей, как над моей душой,

Будь славой, красотой и честью мне собой.

Но что я зрю, княжна?! Вздыхаешь ты, трепещешь

И взоры на меня, как на злодея, мещещь?

Я не врага пришёл очам твоим явить,

Но дружеский союз с тобой восстановить.

Зареида

Не слыханно нигде о таковых союзах.

Я пленница твоя, все киевляне в узах...

Могу ль спокойной быть?

Изяслав

В такие смутны дни,

Княжна, ты не меня за жребий свой вини,

Уже насытила меня в победах слава,

Вини мятежного за бедства Ростислава.

Я с мирной ветвью лишь в твою державу шел,

Повергнуть скипетр мой к стопам твоим хотел,

Приблизясь к Киеву, я встречен был войною,

Сей город устрашён, а не наказан мною,

Мой враг, разбитый мной, меня предупредил

И подлой клеветой народ твой возмутил.

Я происки его препоной слабой ставлю,

С тобой из двух венцов один венец составлю.

И нам препятствия от Ростислава нет.

Но где сей робкий князь? Простыл его ли след?

От смерти сей беглец нигде не может скрыться.

Зареида

Коль он умрёт, тогда и мой век прекратится.

Изяслав

Стыдись бессмысленным девицам подражать,

Ты честь свою должна и сан свой уважать,

Владетельной княжне быть должен тот любезен,

Кто благу общему, кто ей самой полезен, -

Пожары мятежей удобен погасить,

Бунтующих князей унять и согласить...

Но плачешь ты, княжна...

Зареида

Могу ли веселиться?

Зря подданных в цепях, могу ли не крушиться?

Изяслав

Не должно возмущать, княжна, очей твоих.

(Военачальнику).

Мне чуждо варварство, сними оковы с них.

Всем пленным объяви дарованную свободу

И возвращённые права всему народу,

А ты, княжна, венец из рук моих прими

И мной повелевай, как всеми здесь людьми.

Зареида

Несчастной изъявлять такое уваженье

Не почесть для меня, но есть пренебреженье,

Рождена для венца, рождена обладать,

Могу ли свой венец из рук чужих принять?

Изяслав

Чего уста твои, княжна, не досказали,

Глаза твои, глаза мне явно доказали, -

Противен я тебе!

Зареида

Чего желаешь ты

От пленницы своей, от бедной сироты?

Всё сердце у меня измученно страданьем,

Тоской, отчаяньем, наполнено стенаньем.

Престол свой потеряв, без града, без венца,

Оплакать не успев любезного отца,

Могу ли, Изяслав, спокойною казаться?

Увы! Я не княжной, рабой могу назваться!

Не можно мне ни чьей любовницею быть,

А став твоей женой, могу ль тебя любить?

Ни жалобам моим, ни горести не внемлешь,

Что сердцу дорого, у сердца ты отъемлешь.

Изяслав

Единый твой ответ, един лишь нужен взгляд,

Что б трон твой был твоим, и успокоен град.

Зареида

Родительский принять мне было б трон приятно,

Но свержена с него, я не взойду обратно, -

Он твой!

Изяслав

А Ростислав, когда б не изгнан был,

С тобою на престол спокойно бы вступил?

Зареида

Само собой, взошла б на трон, ему вручённый,

Из рук бы приняла мой скипетр не дарённый,

Из рук любезного.

Изяслав

Во звании высоком,

Не посрамляй себя слепой любви пороком.

Зареида

Любовь не есть порок! Но стыд и грех она,

Когда обманчива, коварна, неверна.

Изяслав

Сопернику твоё в любви днесь предпочтенье

Моё против него воспламеняет мщенье.

Терпенье рухнуло! Мой гнев уже кипит.

Зареида

Твой гнев умножит страсть, а ввек не истребит.


## Явление 5.


Те же и 2-ой военачальник Изяслава.


2-ой военачальник

(Изяславу)

В покорности тебе граждане ненадежны,

Ещё волнуются, ещё поднесь мятежны.

Я главного из них схватил и удержал,

Который киевлян к смятенью подстрекал,

Лишён свободы мной, он мне не отвечает,

Под шлемом утаить свой сан и образ чает,

Но явно будучи изобличён в вине,

Под стражей приведён.

Изяслав

Представь его ты мне.


2-ой военачальник уходит.


Зареида

Конечно, кто-нибудь из пленников несчастных,

Из подданных моих, теперь тебе подвластных,

Хотел меня спасти.


## Явление 6.


Те же, Вельзор и пленник в закрытом шлеме, сопровождаемый 2-ым военачальником и стражей.


Изяслав

(пленнику)

Моих не помня благ,

Как смел ты бунтовать? Скажи, кто ты?..

Пленник

Твой враг!

Тобою всех блаженств на свете сём лишённый

И к вящей горести тобой порабощённый...

Пусть вскроется теперь весь ад передо мной,

Скажу всегда, что ты не князь и не герой.

Зареида

Чей слышу голос я?

Изяслав

Вещая без боязни,

Ты знаешь ли, какой себя подвергнешь казни?

Пленник

Твоя мне казнь ничто, коль пред тобой я прав.

Изяслав

Открой свой шлем, скажи, кто ты?

Ростислав

(сняв шлем)

Я Ростислав.


Слово сие поражает всех.


Зареида

(в руках Таоны)

Едва дышать могу... Таона! Цепенею.

Изяслав

(про себя)

О торжество! В руках соперника имею!

Сия победа мне превыше всех побед!

Ростислав

Тиран невинности, творец всеобщих бед!

Ты веселишься тем, что я в твоей неволе,

Ликуешь, зря меня в такой постыдной доле.

Но гнусным, варварским успехом не гордись

И более своих злых действий устыдись,

Всё отнял у меня ты чрез своё коварство,

Покой, богатство, трон, наследственное царство,

Всё отнял... Но при мне моя осталась честь,

А при тебе одна бесчеловечна месть.

Вещай, мечом ли ты, иль храбростью во поле

Сим градом овладел и сел здесь на престоле?

Нет, нет, изменою меня ты победил:

Но не меня чрез то, себя лишь постыдил.

Хоть роком злым в твоём плененье нахожусь,

Но мал ты предо мной... И зреть тебя стыжусь.

Изяслав

За дерзости твои казнь всякая мала.

Ростислав

Не казнь бесчестит нас, бесчестят нас дела.

Изяслав

Страшись, над жизнью я твоей всю власть имею.

Ростислав

При самой смерти я презреть тебя посмею.

Изяслав

Всё бытие твоё я истребить могу.

Ростислав

Я, князь, душой живу... Так всё превозмогу.

Изяслав

В минуту казнь твоя на площади свершится.

Ростислав

Невинность никогда тиранства не страшится.

Изяслав

Не буйствуй: милостей скорей проси себе.

Ростислав

Пожри меня хоть, ад, не покорюсь тебе.


## Явление 7.


Те же и 3-тий военачальник.


3-тий военачальник

Тех граждан, что тебе, владыка, изменили,

Дары, какие Ростислав дал, ослепили.

Он в них воспламенил мятежные огни,

Но в преступлении раскаялись они,

И просят, государь, вины их отпущенья.

Изяслав

Да будет день сей днём преступников прощенья.

Тебе лишь, дерзкий враг, измены не прощу,

Ты должен умереть!

Ростислав

Я смерти и ищу!

Зареида

Отверзни с ним и мне, отверзни двери гроба!

Ростислав

Без страха кончить жизнь мы с ней готовы оба!

Изяслав

Взаимной страсти сей я видеть не могу,

Не будет тяжела смерть моему врагу,

Мучительнее казнь найти ему ласкаюсь...

(Зареиде).

Он будет жив, а я с тобою сочетаюсь.

Зареида

Мучительную казнь ты мне самой сулишь,

Когда неволей в брак вступить с собой велишь.

Изяслав

В порфире скорбь твоя на радость пременится,

А видя нас в венцах, пускай мой враг крушится

И пресмыкается, как червь, в своей пыли.

Ростислав

Надменный гордостью жестокий враг, внемли,

Взгляни на ратные поля, на здешни стены,

Увидишь ты везде следы своей измены.

Изменой при Десне я побеждён тобой,

Изменьичьей в сей град ты призван был трубой,

Коль чувствуешь в себе князей российских свойство,

Коль княжеской души хранишь в себе геройство,

Вели отдать мне меч, на торжище пойдём,

Черниговцев твоих и киевлян сберём,

Покажем в битве им, кто побеждать умеет

И кто из нас княжной достойно овладеет.

Прольём без робости взаимно нашу кровь.

Храня к Зареиде чистейшую любовь,

Коль от чудовища избавлю Киев пленный,

Угодность тем явлю и Богу, и Вселенной.

Изяслав

Когда бы, дерзкий князь, ты не преступник был,

Во ратоборство бы сейчас с тобой вступил,

Но подло для меня с невольником сражаться, -

Умей на площади, при казни храбр казаться.

Зареида

При казни? Будто гром, твою внимаю речь!

Нет, я не допущу невинну жизнь пресечь,

Пусть прежде вспыхнет Днепр и Солнце пусть затмится,

Чем кровью здесь его песчинка обагрится.

Изяслав

Не будешь видеть ты мучителя во мне,

Во всём покорствовать намерен я княжне,

На Ростислава мой клинок из рук не грянет,

Когда упорствовать сей дерзкий князь престанет,

Приобретены с ним корысти разделю,

Во граде чтить его, как сродника, велю.

Кто мне покорствует, я к тем великодушен,

Но к тем жесток и строг, кто будет непослушен.

Ростислав

Опричь моей любви послушен я во всём.

Зареида

Не царства я прошу, прошу тебя о нём,

Дай мне свободу с ним - пусти нас в мир скитаться

И всяким бедствиям на свете предаваться,

Но не в неволе жить.

Изяслав

В любовной слепоте

Не хочешь предпочесть престола нищете,

Рождена обладать, рождённая в порфире,

Скитаться хочешь ты со Ростиславом в мире!

Зареида

Ты отнял мой венец, престол мой сокрушил,

Ты всех богатств меня, наследия лишил,

Похитил, что дано мне было Вячеславом,

И разлучить меня намерен в Ростиславом.

Мой город, мой народ присвоил ты себе,

В такой вот крайности, в печали, в злой судьбе

Мне только нищета наследием осталась,

Но не крушилась бы, коль с ним бы не рассталась!

Изяслав

Упрёки таковы, княжна, несносны мне,

Пойди и нас оставь, оставь наедине.

Зареида

Когда ты причинишь ему какое бедство,

Знай, смерть легко найти, и к ней найду я средство.


## Явление 8.


Те же, кроме Зареиды и Таоны.


Изяслав

Какие виды ты, воюя, князь, имел?

Ростислав

Из рук твоих княжну исторгнуть я хотел.

Почто ты от меня всечасно удалялся?

Почто ты никогда со мною не сражался?

Увидел бы тогда, кто князь прямой из двух,

И кто действительно имеет княжий дух.

Изяслав

О! Князь, ты мужествен, ты храбр, я в том согласен,

Опасен всякому, но ты мне не опасен.

Я тщетно не хочу во бранях тратить сил,

Не побеждённый храбр, но тот, кто победил.

Тот князь прямой любви к народу не имеет,

Коль жизни подданных бесценной не жалеет.

Владимирскую кровь в тебе я познаю,

Князей российских дух, а паче кровь мою,

Которая препон и ужасов не знает,

Без робости на все опасности дерзает,

Не будет пролита во граде сём она,

Но никогда твоей не будет и княжна,

Вы оба у меня с Зареидой во власти,

Я вашей положу преграду вредной страсти.

Ростислав

Напрасно злость твоя нам лютостью грозит,

Любви лишь из сердец у нас не истребит.

Изяслав

Увидим, кто из нас кого преодолеет:

Иль тот, кто пленник мой, иль тот, кто здесь владеет.

Могу, когда хочу, твой жребий облегчить,

Могу в единый миг его же отягчить.

Скажи мне: хочешь ли моим остаться другом?

Ростислав

Хочу, коль буду я Зареиде супругом.

Изяслав

Престань её любить.

Ростислав

Не может быть сего,

Скорее бытия лишусь я своего.

Отец Зареиды был наших клятв свидетель,

Навек нас сопрягли любовь и добродетель.

А ты желаешь, что б княжну я позабыл!

Злодею лютому подобен бы я был.

Изяслав

Всю честь воздам тебе, как князю и герою,

В богатстве, в счастье я сравню тебя с собою.

Ростислав

Пусть совесть завсегда тех извергов грызёт,

Кто честь, любовь и суд за злато продаёт.

Изяслав

Ты гром мой на себя воздвигнешь за упорство,

Щади себя, яви тотчас своё покорство.

Ростислав

Нет, нет!

Изяслав

Внемли, иль казнь, иль милость избирай.

Ростислав

Казнь.

Изяслав

Требуешь того? Иди же, умирай.

(Страже).

Под стражу, воины, сейчас его возьмите,

До утра пленника в чертогах стерегите.

Ростислав

Презренный мой тиран! Как хочешь, будь ты строг,

Невинности моей заступник будет Бог,

Он руку помощи к гонимым простирает,

Страшись, таких, как ты, злодеев Он карает.

(Уходит под стражей черниговцев).


Военачальники удаляются.


## Явление 9.


Изяслав и Велисан.


Велисан

Позволь мне, государь, с ним горесть разделить

И о судьбе его ток слёз моих пролить.

Коль князь, или княжна страдают в сокрушенье,

Совет мой служит им нередко в утешенье.

Изяслав

Останься, нужен мне теперь ты, Велисан,

Я старость чту твою и чту твой важный стан.

Усердие к княжне в твоём почтенно чине.

Велисан

Княжну её отец мне вверил при кончине.

Изяслав

Победа город ваш вручила ныне мне,

Здесь нет других князей, я в здешней князь стране,

Ты, древен будучи и справедлив, и честен,

О склонностях княжны Зареиды известен,

Скажи мне искренне, надеяться ли мне

Сыскать успех в любви к суровой сей княжне?

Велисан

Ты слышал, государь, и сам её ответы.

Изяслав

Иди и ей подай родительски советы,

Что б безрассудную искореняла страсть,

Что б узам предпочла венец и царску власть,

Высоким правилам когда княжну научишь,

Награды от меня и почести получишь,

Тебя я сёлами и златом награжу,

Ступени первые тебе разгорожу

И роду твоему ко славе путь открою,

Вельзору честь воздам, приличную герою.

Велисан

Я мёртв для почестей! Во гробе уж стою,

Могу ль для бренности бесчестить жизнь мою?

Прешёл я поприще в мой век чинов высоких,

Могу ль польститься чем при бреге лет глубоких?

Могу ль при старости невинность обольщать,

Словами ложными отраву услащать?

Нет, нет, нельзя сего коварства мне исполнить,

Что Вячеслав велел, о том я должен помнить.

Изяслав

Страшись, упрямый раб, упорным князю быть,

Могу я милости на ярость пременить!

Велисан

Завесу предо мной подъемлющая вечность

Во мне произвела к земных вещам беспечность.

Из мира здешнего при старости гоня,

Ты несколько лишь дней отнимешь у меня,

В жизнь вечную прейти душа моя готова.

Для правды не боюсь тиранства никакого!

Изяслав

Я без тебя моей судьбой расположу,

Что князя раздражать опасно, докажу,

Познаешь моего ты вскоре строгость нрава,

Смирю вас всех: княжну, тебя и Ростислава.

Велисан

Невинен Ростислав.

Изяслав

Он винен предо мной,

Когда он друг тебе, когда любим княжной,

Дерзал против меня с народом вооружаться

И, пленник будучи, хотел со мной сражаться.

Врага искореню!

Велисан

Закон наш не отмщать

Велит врагам, велит любить их и прощать.

Иль хочешь поступить ко раздраженью Неба,

Как лютый Святополк, убив Бориса, Глеба?

Невинных братьев кровь доныне вопиёт

И царству нашему покою не даёт.

Увы! Предвестиe моё да не свершится!

Чужому племени наш край поработится;

Уж громы против нас недалеко гремят,

Восплачет каждый дом, восплачет каждый град;

Россия примет вид рыдающей вдовицы,

Падут в позорный плен и жены, и девицы;

Иноплеменники венцы сорвут с князей.

Там все в опасности, где в царстве нить друзей!

Вот пагубны плоды России разделённой:

Она гнездом слывёт раздоров во Вселенной,

Отечества у нас и прав народных нет;

Кто превозмог кого, так тот и верх берет.

Потомки Рюрика, в России став князьями,

Нам дайте правило быть верными друзьями.

Братоубийцами, князья, страшитесь быть;

Учите нас родство и ближнего любить;

Цветущи отрасли Владимировой крови,

Являйте нам пример взаимной той любови.

Изяслав

С терпеньем слушал я предерзость слов твоих...

Ты дерзок, Велисан! Пойди от глаз моих.


Велисан уходит.


## Явление 10.


Изяслав и Вельзор, который, стоя за кулисами, подслушивал, а иногда несколько и показывался.


Изяслав

Вельзор!..

Вельзор

Я видел всё, что здесь происходило,

Твоё терпенье, князь, весьма меня дивило.

Как смели пленники против тебя роптать!

Заставил бы я всех при казни трепетать.

Тогда б Зареида престала быть упорна

И воле бы твоей содеялась покорна.

Ты слишком, государь, и добр, и милосерд,

Для победителя и кроток, и нетверд.

Почто от пленников желать себе приязни?

Им нужен страх и гром, им нужны только казни.

Изяслав

Исполню твой совет, пойди, мой друг Вельзор,

На Киев распростри недремлющий твой взор.

Княжение моё ещё здесь ненадежно,

За князем, за княжной всё примечай прилежно,

Всё здешне воинство в виду своём имей,

Сокровищ и казны моей ты не жалей,

Для удержания мне киевского царства

Употребляй, Вельзор, и хитрость, и коварства.

Гражданам милости иль гнев мой обещай,

Грози и подкупай, проси и обольщай.

Вполне коль чрез тебя страной сей овладею,

Узришь, как награждать заслуги разумею.

Вельзор

Надёжен будь, о князь, ты в верности моей.

(Про себя).

Не трона Киева, но смерти жду своей.

(Уходит).


## Явление 11.


Изяслав один.


Изяслав

Подкупленный сей раб на предприятья дерзок,

Хоть нужен мне теперь, но для меня он мерзок.

О, как душа его злодействами полна!

Но не изменник мне, измена лишь нужна.

Всё пало предо мной! Но ставит лишь в досаду

Моим намереньям Зареида преграду.

Нет, нет! Не слепо я Зареиду люблю,

Но Ростиславу сей княжны не уступлю.

Меня к престолу прав их страсть с княжной лишает,

Лишила уж, и мне счастливым быть мешает.

Не так, как Велисан, о царстве я сужу.

Я жизни для венца ничьей не пощажу!..

Но совесть вопиет моя мне велегласно:

"Смирись, злодей! Твоё намеренье ужасно.

Невинных ты людей стремишься кровь пролить,

Не победителем, тираном хочешь слыть!

Тираном!.. Страшное царю именованье!

Под скипетром его стон, ропот и страданье,

Телохранители, стрегущие его,

Опасны кажутся и страшны для него.

Тиран ни день, ни ночь покоя не имеет,

Его страшатся все, пред всеми он робеет.

О гордый Изяслав! Во нравах ты нетверд.

Не будь мучителем, будь кроток, милосерд,

И сердце, может быть, Зареиды смягчится"...

Как? Мне пред нею пасть? Мне, мне рабов страшиться?..

Но Бог карает сам, его кто раздражит,

Перуном гряну я! Пусть полночь вся дрожит!

(Уходит).


Занавес.


## Действие 4.


В театре ночь.


## Явление 1.


Входят Зареида, Ростислав и Велисан, покрытые плащами и держа в руках по фонарю.


Велисан

Под защищением, Зареида, небесным

Отправимся отсель путём, лишь мне известным,

Я предводителя от стражи удалил

И князя твоего уже освободил,

К лукавству совесть бы меня не допустила,

Коль вечная бы вам разлука не грозила.

Уже давно взошла на небеса Луна,

Со стражей Изяслав покрыт крылами сна,

Изыдем мы отсель за град путём подземным,

Который кончится в долине лесом темным.

Но в ночь сию за Днепр нам должно поспешать.

Зареида

О, как свободно здесь с любезным мне дышать!

Когда тебя, мой князь, в моих очах имею,

Мне мнится, я в венце и Киевом владею.

Велисан

Мою покорность вам и верность докажу,

Когда князей моих за град препровожу,

Где многие ещё селения имею,

Примите мой совет, подать который смею.

Доколе грозные минуют времена,

Скрывайте там свои высоки имена;

Но для меня везде вы будете князьями,

Клянусь я вам служить, как раб между рабами.

Зареида

Твоя известна мне великая душа,

Нам друга Бог послал, престолов нас лиша.

Но тамо не князья, твои мы дети будем

И признавать отцом вовеки не забудем.

Ростислав

Нет, я за Днепр с тобо, Заеида, нейду,

Пусть лучше под мечом на торжище паду,

Но бегством никогда себя не обесславлю,

Бесчестья по себе в потомстве не оставлю.

Зареида

Что слышу, Ростислав? Иль клятвы ты забыл,

Иль искренне меня ты прежде не любил?

Но что ты кончишь жизнь, тебе сие известно.

Ростислав

Жизнь лучше кончить мне, чем в свете жить бесчестно.

В последний раз с тобой, Зареида, прощусь

И ждать моей судьбы под стражу возвращусь.

Велисан

Насильной смерти кто не хочет удалится,

Тот явным сам себе убийцей становится.

Зареида

Жестокий! В суетном упрямстве ты не зришь,

Что рвусь, что стражду я, что ты меня мертвишь.

Все бедства я терплю к тебе от жаркой страсти,

От ней позор, тоску, от ней сношу напасти.

Ты сам, когда в плену мучителю предстал,

Свободы нашей ведь искал, просил, желал,

Почто же выход наш тобой теперь оставлен?

Ростислав

Я вышел бы тогда отсель, не обесславлен.

Зареида

(вынув кинжал)

Послушай, князь! Когда нейдёшь со мною в путь,

Кинжал перед тобой в мою вонзится грудь,

Жизнь кончу с верною к тебе моей любовью,

Пусть обагрится дом отцом моею кровью.

Ростислав

(после некоторой борьбы)

Иду с тобой!


Хотят идти, но Велисан, который во время последней реплики, Зареидой произносимой, обнаружив, что все двери снаружи заперты и стражей обставлены, вдруг восклицает громко.


Велисан

О, страх! Мы здесь заключены!

Все двери стражею вокруг обложены!

Зареида

(осматривая театр)

Повсюду за дверьми огни... Мечи сверкают...

Знать, беды новые нам судьбы посылают!

Велисан

Я слышу топот ног, бряцание цепей...

Ростислав

Я за княжну пойду на тысячу смертей.


## Явление 2.


Те же, Изяслав, военачальник и черниговские воины, появляющиеся поспешно из всех театральных дверей, держащие в правой руке обнажённые мечи, а в левой - факелы и цепи. Вся сия сцена происходит с жаром.


Изяслав

Постойте, беглецы!

Ростислав

(вынув меч)

Я здесь, тиран, сражайся!

Зареида

(Ростиславу)

Престань...

Ростислав

Мой меч при мне: мучитель, защищайся.

Изяслав

(вынув меч)

Умри, злодей! Умри!


Хотят сражаться, но Зареида становится межу ними и запрещает им то исполнить.


Зареида

Умерьте злость свою,

Иль прежде в лютости разите грудь мою.

Ростислав

(указывая на Зареиду)

Благодари её: для ней я жизнь тебе оставил,

Что б ты раскаялся, что б ты себя исправил.

Изяслав

(военачальнику)

Обезоружь его.

Ростислав

(отдавая меч)

Возьми мой меч, злодей!

Знай, сердце храброе надёжней ста мечей.

Изяслав

Враги самих себя! Изменники коварны!

Владыке своему рабы неблагодарны.

Из милости одной вас жизнью я дарил,

В награду что же в вас?.. Крамолы лишь открыл:

Из Киева бежать все трое вы хотели.

Ростислав

Так! Что б твоих тиранств мы более не зрели!

Желали со княжной соединить сердца...

Зареида

По воле моего любезного отца.

Желали лучше жить в лесах, в пустыне дальней,

Чем властвовать с тобой в столице сей печальной.

Велисан

Я их к побегу, князь, я, я увещевал,

В моих селеньях им убежище давал,

И если то вина - под меч твою преклоняю

За них главу мою.

Изяслав

Тебя я презираю,

Ты раб во граде мой, ты раб мой и в селе.

Зареида

(Ростиславу)

Нам гроб убежищем остался на земле!

(Изяславу).

Князь, ведай, что ни стон, ни просьба чья, ни сила -

Моя любовь одна бежать нас убедила,

Всему причина я, меня вели казнить,

Но Ростислава ты не должен в том винить.

Изяслав

Коль будет Ростислав покорен мне, послушен,

Желаю быть и я к нему великодушен.

С охотой облегчу заслуженный им рок

И для тебя к нему быть не хочу жесток.

Спеши, пока ты жив, вкушать плоды свободы,

Оставь сей дом, сей град, прейди Днепровы воды,

Спаси от варварства меня, от бед себя,

И помни милости, творимы для тебя.

Ростислав

Великодушием себя ты хочешь славить!

Ты мнишь изгнать меня, с собой княжну оставить.

Без Зареиды я свободы не хочу.

Я лучше жизнь отдам окончить палачу.

Зареида

Не мни, что б жить могла и я без Ростислава,

С ним в счастье быть, страдать и умирать мне слава.

Изяслав

Как стрелы, в грудь мою летят твои слова,

Но Ростиславова в моих руках глава.

Когда из града он сейчас не удалится,

Свободы вмиг своей и жизни с ней лишится.

Зареида

Когда ты жизнь его невинну прекратишь,

В миг тот же и меня, несчастну, умертвишь.

Изяслав

И не стыдишься ты своей презренной страсти?

Но знай, что ты сей град оставить не во власти.

Когда не престаёшь преступника любить,

Мне истина сама велит его губить.

(Страже).

Прощенья нет ему: черниговцы, вступите,

В темнице дерзкого до утра удержите.

Ростислав

Иду, но в горести утешусь мыслью сей,

Что я любим княжной, а ты противен ей.

(Вздыхая).

Прости, княжна!


Ростислав и Зареида хотят друг друга обнять, но Изяслав даёт знак, что бы военачальники не допускали.


Зареида

(в слезах)

Прощай! Как горестна разлука!

Докуда дожила? О, нестерпима мука!

(Падает в кресла).


Велисан её поддерживает.


Ростислав

(Изяславу)

И ты спокойно зришь на горести ея?

Страшится, мню, весь ад от злости твоея.

О, сколь ты гнусен мне!

(Уходит под стражей).


Явление 3.


Те же, кроме Ростислава.


Зареида

(становится на колени)

Все бедства забываю,

К щедротам, государь, твоим я прибегаю.

Ты хочешь мстить ему за нашу с ним любовь,

Но вспомни ты, что в нём владимирская кровь,

Что были в княжестве на равных вы ступенях,

Прошу тебя о нём здесь, стоя на коленях,

На умертвляй его! А если умертвишь,

Кинжалов тысячу ты в грудь мою вонзишь.

Спаси обоих нас...

Изяслав

Ты сан свой унижаешь,

Почтенье низостью к себе уничтожаешь,

И уничтожила, решась с врагом бежать.

Прилично ли княжне рабыне подражать?

Зареида

Решилась убежать?! Я царство покидала,

Но кроясь от тех бед, я внутренне страдала,

Самой природою что было мне дано,

Тобою у меня похищено давно!

Мне княжество моё в развалинах казалось,

В слезах, во узах мне, в крови оно мечталось!

И самый воздух мне здесь ужас наводил,

Сей страх переносить моих не стало сил.

Изяслав

Забудь сей тщетный страх, забудь о Ростиславе,

И ты Отечество увидишь в прежней славе.

Готовься ты в сей день моей супругой быть,

Иль город твой и трон решу я истребить.

Зареида

Коль с Ростиславом я навеки разлучена,

Исчезли для меня сей град и вся Вселенна!

А ты, в жестокости не слыша слов моих,

Не уважающий в сём граде мест святых,

Зажжённый зверскою к Зареиде любовью,

Весь Киев обагряй невинных граждан кровью,

Жги храмы, веси жги, рассей по сёлам страх,

Престол мой преврати и всю державу в прах,

Любви к Отечеству тебе дороже слава.

Рви! Мучь меня! Мертви! Щади лишь Ростислава!

Должна ли я о том стократно подтверждать,

Что не могу тебе руки моей отдать?

Бери мой трон, венец, сокровища, столицу,

Пусти меня страдать с любовником в темницу.

Милее тамо мне с ним горесть разделять,

Чем киевской страной с тобою управлять.

Изяслав

Но знай, жестокая, неволей иль по воле

Должна ты царствовать со мною на престоле.

Зареида

Не льстись ты тем вовек: ни грусти утолить,

Ни сердца моего нельзя с тобой делить.

Лишилась я всего, чем в жизни ни ласкалась,

Лишь верность мне одна сокровищем осталась.

Без Ростислава всё считаю за мечту,

С тобою пленом трон, с ним троном плен почту.

Изяслав

Словами, кои мне, жестокая, вещаешь,

Ты в ненависть мою любовь преобращаешь.

Готов я погасить любовь мою к тебе.

Зареида

То будет свыше знак всех благ в моей судьбе!

Изяслав

Коль быть мне для тебя не можно Ростиславом,

Явлюсь твоим очам жестоким Изяславом.

Не можешь на побег вторично ты дерзнуть,

Иди в чертог к себе и там под стражей будь.

Зареида

Иду! Но призову на помощь там я Бога.

Везде для плачущих к нему ведёт дорога.

Мучитель двух сердец! Виновник общих бед!

Готовься небесам за нас ты дать ответ.

(Уходит).


Явление 4.


Изяслав и Велисан.


Велисан

(плачет)

О Боже! До каких мы дожили дней гневных!

И князя, и княжну зрю в бедствиях плачевных!

Я чаял в граде сём их брак благословлять,

Но должен узы их слезами омывать!


В то время как Велисан произносит эти стихи, появляется Вельзор, шепчет Изяславу и, получив от него приказание, уходит.


Изяслав

Власами белыми покрыт подобно снегу,

Ты вдруг способствовал Зареиды побегу.

Велисан

Да, я, как подданный и неизменный друг,

Здесь всё употребил для верных ей услуг.

Вина ли в том моя, что я нелицемерен?

Кому я присягал, тому останусь верен.

Изяслав

Венцы нам небеса даруют на войне,

Я Киев победил, не ей будь верен, мне.

Велисан

Уж поздно пременять мне чувства в век преклонный,

Привык усердствовать княжне моей законной,

И совесть ей моя, и кровь принадлежит,

Не изменяет тот, кто честью дорожит.

Изяслав

Нет здесь иных князей, я князь и повелитель.

Велисан

Не князь ещё ты нам, но только победитель.

Изяслав

Что я владею здесь, сейчас то докажу,

Ты превратишься в прах, лишь слово я скажу.

Велисан

Коль в узах Ростислав, княжна всех прав лишена,

Не смертью мысль моя, но жизнью устрашена.

Изяслав

Я первую вину изменнику простил.

Темницею за бунт ему, не смертью мстил,

Ещё прощу его, коль мне он покорится.

Велисан

Так Ростиславов плен вовек не прекратится.

Изяслав

В победах, в браке он препоны ставит мне.

Велисан

Соперничество то нельзя причесть к вине.

Изяслав

Обыкновенные не свойственны мне нравы,

Где славы я ищу, там жажду полной славы,

Народным мнениям не стану подражать,

Всяк может доблестью себе хвалу стяжать.

Венчает многих честь, но не венчает слава.

Другие правила в уме у Изяслава.

Когда ко браку я княжну не соглашу,

Все к выгодам моим преграды сокрушу,

Тогда на всех врагов простру отмщенья меру.

Велисан

Небесный царь, - забыл святую нашу веру? -

Пороки все велит из сердца истреблять

И ближних не велит губить и оскорблять.

Ты князю и княжне даёшь смертельны раны,

Жесточе их казнишь, как не казнят тираны.

Не мне, что для тебя уже законов нет.

Судья тебе есть Бог, потомство и весь свет,

Твои обиды нам безмерны и несчетны,

Но знай, не могут быть пред Богом безответны.

(Становится на колени).

Преодолей, молю, свою любовну страсть

И прекрати княжне мучительну напасть,

Великодушием одним себя прославишь

И князю и княжне блаженный век доставишь.

Победой над собой яви, что ты герой,

Что истинный ты князь и человек прямой.

(Поднимается).

Изяслав

(произнося следующие стихи с расстановкой и через выражения, при которых Велисан впадает поминутно то в ужас, то досаду и удивление и, наконец, трепеща, падает в кресла)

Молчи иль тотчас смерть, такое рассужденье

Есть старости твоей одно предубежденье.

Усердия твой сын мне больше доказал,

Он был моим врагом, а ныне другом стал.

Велисан

Какое новое он сделал преступленье?

Изяслав

Он здешних войск пресёк и града истребленье,

Хотя бы без того я Киев покорил,

Но градские врата мне сын твой отворил,

О сдаче воинства мне подал знак трубою

И, мне отдав ключи, конец содеял бою.

Велисан

О, ужас! О, напасть! Как? Сын мой - тот злодей,

Который нас сгубил изменою своей?

О враг Отечества, предатель, столь бесчестный,

Пусть бытие твоё разрушит гнев небесный,

Коль наше счастье ты днесь в горесть обратил.

Изяслав

О бегстве вашем мне Вельзор же возвестил...

И наградить его за верность я умею,

С ним славу разделю.

Велисан

В нём сына не имею!

Когда причина он несчастью наших стран,

Не сын мой - изверг он, изменник и тиран.

Изяслав

Познай теперь, познай, как те сердца крушатся,

Коль должно им того, что мило им, лишаться,

И Ростислава я, и жребий мой кляну.

Вообрази меня, вообрази княжну.

Велисан

Бесчестия тебе любовь их не приносит.

Изяслав

Кто мне противится, тот честь мою поносит,

Но я ругаться мной не попущу врагам.


Явление 5.


Те же и Редим, прорывающийся сквозь охрану князя.


Редим

Пустите княжеским явиться мне очам.

(Став на колени).

Внемли мне, государь, покорствуя Вельзору,

Народ я возжигал к смятению, к раздору,

Я умысл варварский против тебя имел,

Тебе злодеем быть, тебя злословить смел

И не щедрот твоих, но казни ожидаю.

Изяслав

Которы каются, я тех врагов прощаю.

Велисан

Свершилось то, что я о сыне предвещал!

Изяслав

Скажи мне, подлинно ль Вельзор народ смущал?

Ты, может быть, вражду против него имеешь

И верного раба злоречить князю смеешь?

Редим

Вот грудь злодейская, измена где жила,

С ней совесть спорила, и совесть верх взяла,

В народе киевском произведя волненье,

С Вельзором на твоё дерзал я умерщвленье.

Се меч, который мне теперь Вельзор вручил,

Что б Ростилава я в темнице умертвил

И что б отца убил!.. И что вещал мне боле:

С Зареидой воссесть он хочет на престоле.

Велисан

И мною страшный сей злодей на свет рождён!

В стыде от всех людей я крыться принуждён.

Казни, о государь, преступника Вельзора,

Спаси от зла себя и старца от позора.

Кто клятв законному монарху не хранит,

Кто Богу, совести и царству изменит,

Тот пусть в злодействах и с бесчестьем погибает.

Коль беды нам нанёс, так пусть и сам страдает.

Изяслав

Измена подлых душ героя не страшит,

Ограда - воинство мне, мужество - мой щит.

А ты, заслуг твоих, Редим, в вознагражденье

Получишь от меня и честь, и прославленье,

Но искры мятежа в начале потушить

С военачальником старайся поспешить,

И под личиною участников раздора

Мятежников схвати, под стражу взяв Вельзора.

(Военачальнику).

Сейчас полки мои сбери на площади

И там приказа моего наутро жди.


Поднявшийся Редим и военачальник уходят.


Явление 6.


Изяслав и Велисан.


Изяслав

Готовься, Велисан, не в тёмный лес сокрыться,

Готовься на заре Зареиде явиться.

Пади к её ногам, рвись, слёзы проливай,

Моей супругой быть княжну увещевай,

Скажи ей, что моё разрушилось терпенье,

Что я несклонную отправлю в заточенье,

Что снисхождение в жестокость пременю

И с Ростиславом вас на площади казню,

Успехов утром жду от твоего совета.

Страшись же от княжны сурового ответа!

(Уходит).


## Явление 7.


Велисан один.


Велисан

О Боже! Мой услышь дрожащий старца глас

И тучу отврати, грядущую на нас,

Души две чистые к Себе зовёшь Ты ныне,

О них молю Тебя, но не молю о сыне,

Злодействами Тебя сей изверг раздражил.

Сирот, сирот спаси! А я довольно жил.

(Уходит).


Занавес.


## Действие 5 и последнее.


Там же, где и в 1-ом действии.


## Явление 1.


Зареида и Таона.


Зареида

Мы стражей, как стеной, Таона, окружены!

Таона

По улицам полки стоят, вооружены,

У всех уныние, у всех на лицах страх,

Едва дышать нам льзя свободно в сих стенах.

Зареида

Известна ли вина всеобщей сей боязни?

Таона

О казни некоей идёт молва...

Зареида

О казни!

Иль кровью киевлян ещё наш враг не сыт?

Земля вся стонет здесь, от страха Днепр дрожит,

Я стала в собственной невольницей державе,

Не знаю ничего о верном Ростиславе.

Меч, может быть, готов отсечь его главу!

А я на свет гляжу, а я ещё живу!

Таона

К законам и к тебе имея уваженье,

Дерзнёт ли Изяслав князей на пораженье?

Зареида

Мне тень любезного в сию явилась ночь,

Я к ней приблизилась, она летела прочь,

Мы огненной рекой со князем разделились,

Стенали, плакали и вдруг соединились,

Мы тернами поля усыпаны прошли,

И дни для нас потом златые потекли,

Цветами шествовать нам было с ним приятно.

Таона

Сны должно толковать, Зареида, превратно,

Приемлет ныне всё чудесный в мире ход.

Подобна наша жизнь непостоянству вод,

Давно ли в радостях мы время провождали,

Но бури взвеяли и век наш взволновали.

Зареида

Бог будет мстителем тебе за нас, тиран!

Кто? Кто сюда идёт? Мой верный Велисан!


## Явление 2.


Те ж и Велисан.


Зареида

(Велисану)

Почто глаза твои наполнены слезами?

Велисан

Громовыми, княжна, я поражён стрелами,

Мой сын причиною всех наших горьких зол,

И чрез него упал наш град и твой престол.

Зареида

Возможно ль?.. Не стенай о сыне, столь презренном.

Велисан

Стону лишь о тебе, о Ростиславе пленном.

Зареида

Скажи мне, видел ли ты князя моего?

Велисан

В темнице посещал несчастного сего.

Зареида

Великодушно ли он свой жребий переносит?

Не унывает ли? О чём он Небо просит?

Ах! Для чего не с ним и я заключена,

Когда у нас любовь, когда вина равна?!

Велисан

Он твёрд и мужествен, как будто перед войском.

Великий виден дух в его лице геройском,

Но во груди его спирался тяжкий стон,

Который с трудностью удерживает он.

В оковах, как в венце, но, кажется, жалеет,

Что видеться с тобой свободы не имеет.

Зареида

Ах! Если бы сама свободна я была,

Сию минуту бы в темницу потека,

На томну грудь его главу бы преклонила,

Взрыдала бы и дух спокойно испустила,

По смерти пламенной любви не потушив,

Его душа б слилась с комком моей души.

Таона

Кого б не тронули такие чувства нежны!

Велисан

От рока лютого вы с князем неизбежны,

Готовься страшну весть принять из уст моих.

О смерть, почто давно не заградила их?!..

Кинжал тебе прислал гонитель твой со мною,

Велит, что б ты была сей день его женою!

Зареида

Мне с лютым варваром ко браку приступить,

Ценой моей любви престол свой искупить,

Содеяться рабой мучительного нрава,

Убить позорною изменой Ростислава,

В державе собственной себя в неволе зреть?

Нет!.. Лучше захочу стократно умереть.

Велисан

Внемли, княжна, твоих несчастий в заключенье

Тиран грозит тебя отправить в заточенье,

Когда откажешься соединиться с ним;

Нам с Ростиславом казнь назначил обоим.

Сейчас он чрез меня ждёт твоего ответа,

Коль скажешь "нет", и князь, и я лишимся света.

Немедленно, княжна, услышишь трубный глас,

Он граду возвестит, что князь убит тотчас.

Зареида

Какому ужасу мой слух сегодня внемлет!

Слова твои, твой взор власы мои подъемлют!

Пойду и сквозь полки себе отверзу путь,

За князя моего под меч поставлю грудь!

(Хочет идти).


Вдруг слышен звук трубы, Зареида упадает в кресла.


Зареида

(кричит)

Казнён!.. Свершилось всё!..

(Рыдая).

Прости, мой князь любезный!

И я с ним казнена!.. Прерву ж век бесполезный...

Как мир стал пуст!.. Почто в нём Ростислава нет?..

Зрю тень его... Она к себе меня зовет.


## Явление 3.


Те ж и Изяслав с воинами.


Изяслав

Княжна! Доколь моей пренебрегать любовью?!

Зареида

Прочь... Ростиславовой ты обагрён весь кровью!

Изяслав

Не он погиб.

Зареида

Не он?

Изяслав

Орудие измен,

Вельзор, мой враг и твой на площади казнен.

Велисан

(со слезами радости на лице)

Казнён! Мой сын казнён! Прочь горесть и мученье!

Благословлю твой суд, святое Провиденье!

Я плачу не о том, что смерть Вельзор принял,

О том лишь в сердце скорбь, как низко он упал.

Изяслав

Я к добрым милосерд, преступникам ужасен.

(Зареиде).

На наш с тобою брак, княжна, весь град согласен,

И знай, что тот, что был тобою столь любим,

Сей недостоин князь супругом быть твоим.

Когда мне должно быть тобой отриновенну,

Сейчас получишь казнь, врагам определену,

Удара смертного на площади он ждет,

Его судьбу решит последний твой ответ.

Вот мой указ, читай...

(Показывает ей указ).

Зареида

Коль средством таковым

Намерен завладеть наследием моим,

Принудить рабствовать наследницу державы,

Не княжеские то, а варварские нравы,

Как смеешь кровь князей российских проливать?

Смягчись! Клянусь тебя всем сердцем почитать.

Изяслав

Почтенье - малая душу моей отрада,

Я требую руки, и вот моя награда:

Коль хочешь быть моей, спасён любовник твой.

Но меч уж занесён у князя над главой.

Ты в робость привести меня упрёком чаешь?

Чего я требую, на то не отвечаешь...

Зареида

К чему прибегнуть мне? О жалость! О, любовь!

Здесь брак, ужасный брак! А там - невинна кровь.

Ах! Лучше я была во гробе заключённой!

Изяслав

Судьбу его считать я буду уж решённой.

(Военачальнику, отдавая указ).

Исполни сей указ!

Зареида

Указ его казнить?..

Нет! Должно приговор жестокий отменить.

(Вырвав у Изяслава указ и разорвав).

Смотри!

Изяслав

Ты жизнию его не можешь льститься.

Зареида

(про себя)

О горесть и судьба! На что должна решиться?..

(Вслух).

Князь, руку дам! Тебе пред женихом моим...

Дозволь в последний раз увидеться мне с ним.

Изяслав

Дозволю, воины, на торжище спешите

И Ростислава к нам под стражей приведите.


Воины уходят.


## Явление 4.


Прежние, без воинов.


Изяслав

При мне торжественно ты князю объяви,

Что ты уже к нему не чувствуешь любви,

Что страсть свою к нему рассудком победила,

Мне сердце отдала и свой престол вручила.

Будь равнодушною и хладнокровной с ним,

Или глава его падёт к ногам твоим.

Зареида

Нет, нет, я не могу пред князем лицемерить,

И Ростислав моим словам не станет верить,

Хоть взоры отвращу, язык хоть замолчит,

Меня молчание пред ним изобличит,

Свидетели любви, а днесь моей измены,

Мной клятвы данные ему напомнят стены,

И воздух, коим здесь дышали вместе с ним,

Напомнит, как он мной и был, и есть любим.

Притворством растравлю лишь пуще в сердце рану,

Восплачу вновь и ввек терзаться не престану.

Велисан

Не могут вдруг простыть пылающи сердца,

Дай время ей забыть любовь, завет отца.

Изяслав

Советом, Велисан, ты мне успел напомнить,

Что мне мой долг велит немедленно исполнить,

Позорну принял казнь, тобою кто рождён,

А ты на вечное изгнанье осуждён.

Велисан

Изгнанье мне сие отверзнет дверь к покою.

Зареида

(про себя)

Одна здесь остаюсь, о Боже, сиротою,

В слезах, в отчаянье, лишённой всех отрад!

Без Ростислава свет мне будет лютый ад!

Но вот и князь идёт! Увы, мой дух смутился!

Изяслав

Любовный огнь в тебе ещё не потушился!

Не обличай себя, скрепись!


## Явление 5 и последнее.


Те ж и Ростислав, провожаемый воинами.


Изяслав

Приблизься, князь, ко мне

И Киевской воздай почтение княжне,

Пади пред ней, её держава мне вручена,

Зареида моей невестой наречена,

И ты для ней прощён.

Ростислав

И я прощён для ней?

Увы! Готовишь ты мне тысячу смертей!

Мертви меня, злодей, но не ругайся мною.

Зареида

Мой брак назначен был главы твоей ценою.

(Указав на разорванный указ).

Взгляни на сей указ.

Ростислав

Хоть век погас бы твой,

Но я не отдал бы руки моей другой,

Нам вечность бы с тобой служила ко спряженью.

Зареида

Свершилось всё, о князь?! Предай меня забвенью!

Изяслав

И град оставь.

Ростислав

(Изяславу)

Вели на казнь меня вести.

(Княжне).

Жить больше не хочу, неверная, прости!

Пусть льётся кровь моя, пусть век мой прекратится,

Но ты, мне изменив, не можешь счастьем льститься.

Моя со стонами являться будет тень

Со Изяславом вам во всяку ночь и день,

Изобличать тебя твоей изменой станет,

Доколе жизнь твоя от горести увянет.

Изяслав

Не поселяй ей в мысль безумные мечты,

Забудь ей, когда забыт княжною ты.

Ростислав

Как? Я забыт княжной? Могу ль тому поверить?

Нет, варвар, ты её заставил лицемерить,

Я ею всё любим! Она, страшась тебя

И споря с верностью, мертвит сама себя.

Смотри, тиран, как в ней смятенно сердце бьётся,

Смотри, как горьких слёз поток из глаз всё льётся!

Но ты без жалости на муку бедных зришь

И веселишься тем, коль злобно их мертвишь.

Всё трачу с ней!

Изяслав

Утрат твоих в вознагражденье

Смоленское тебе я возвращу княженье

И, златом одарив, из града отпущу.

Ростислав

Княжну мне дай иль смерть, другого не ищу.

Изяслав

Не стоящий моих щедрот, ни обороны,

Так не получишь ввек смоленской ты короны,

Иди, упорный враг, сейчас из града вон,

Пускай по воздуху бесплодный плач и стон.

А мы представить всем супруга и супругу

Пойдём во храм, княжна, и присягнём друг другу.

Ростислав

(гневно, Изяславу)

Дай меч мне, а потом спрягись, коль смеешь, с ней!

Изяслав

Ещё успею я смирить тебя, злодей.

(Зареиде, таща её за руку).

Пойдём!..

Зареида

(идёт медленно, тихо и при каждом шаге как бы спотыкается)

Меня туман повсюду окружает!..

И мнится, каждый шаг ко смерти приближает...

Гроб вижу, не алтарь!.. Где ты, любезный мой?

Ах, сжалься, Изяслав, над ним и надо мной!

(Повергается на колена, а в следующем стихе при слове "кончина", падает с трепетом на пол).

Подайте помощь! Ах!.. Пришла моя кончина.


Таона, Ростислав и Велисан подбегают к ней, поднимают, сажают на кресла и составляют на правой стороне театра группу. Таона поддерживает у княжны голову, Велисан над нею рыдает. Ростислав поднятием руки и гневными на Изяслава взорами изъявляет своё отчаяние.


Ростислав и Велисан

(кричат вместе)

Княжна!..

Таона

Она без чувств!

Изяслав

(с левой стороны сцены, удивлением поражённый)

И я сему причина?

Зареида

(в беспамятстве)

О смерть!.. Ты не страшна... К блаженству нас ведёшь.

Мой Ростислав!.. Почто за мной ты не идёшь?!..

Изяслав

(про себя)

Какой вдруг новый свет мой разум озаряет!

Глас страшный в сердце мне стократно повторяет:

"Туши любовь, туши, престань, мучитель злой,

Невинных утеснять! Будь муж! Владей собой"!

Ростислав

Взгляни, взгляни теперь свирепств своих на жертву,

Влеки ко алтарю невесту полумертву,

Насыть взор, веселись страданием княжны.

Зареида

(опомнившись)

Где я?

Изяслав

(про себя, с размышлением)

Стыдись, тиран, стыдись своей вины...

Так: Богу самому владетель тот подобен,

Кто кроток, справедлив, кто милостив, незлобен.

О Боже! Помощь дай, что б был таким и я...

(Смотря на княжну, в некотором колебании).

Спрягитесь, царствуйте и будьте мне друзья,

Смоленском, Киевом со славой обладайте,

Своё и подданных блаженство созидайте.

Зареида

(бросаясь к Изяславу в радости)

Ты дал мне ангельский сладчайший слышать глас!

Ростислав

(объемля Изяслава)

Ты жизнь небесную восстановил для нас!

Велисан

Теперь в тебе, князь, зрю средь райска восхищенья

Героя и царя, достойного поклоненья.

(Становится на колени).

Изяслав

Я каюсь и винюсь, что вас напрасно гнал:

Чрез мудрый ваш пример я, наконец, узнал,

Что добрые цари суть миру утешенье,

А добродетель им верховно украшенье.


Занавес.


Конец трагедии.


1804 г.

Зареида, Киевская княжна, оставшаяся сиротою по смерти своих родителей, любила страстно жениха своего, князя Смоленского Ростислава. У сего последнего был соперник Изяслав, князь Черниговский, который решился получить оружием сердце, руку и престол своей возлюбленной. Изменническим образом напал он на Ростислава, шедшего на помощь с войском к Зареиде, разбил его и спешил осадить Киев. Зареида приходит в отчаяние, услышав о победе Изяслава, и оно усугубляется при ложном известии, что Ростислав убит в сражении. Известие сие казалось вероятным, потому что ей представили окровавленный щит Ростислава, найденный на поле битвы. Престарелый Велисан, первый киевский вельможа, истинный гражданин и усердный княжий слуга, утешает княжну и уговаривает её принять должные меры к защите Отечества. Вельзор, сын его, молодой и храбрый воин, но гнусный честолюбец, мечтающий о княжеском престоле, говорит Зареиде с дерзостью о своих заслугах и домогается звания военачальника. Велисан укоряет его, грозит ему проклятием и хочет принять сам начальство над ратниками, как вдруг нечаянно является Ростислав, и Велисан с согласия Зареиды вручает ему княжеский меч, знак военачалия. Ростислав вышел навстречу черниговцам с киевскими ратниками, явил чудеса храбрости и военного искусства, но изменою Вельзора градские врата отворились Изяславу, и сей последний вторично торжествует над Ростиславом. Разъярённый победитель и любовник в сопровождении заключённых в узы пленников является перед несчастной Киевской княжной и предлагает ей три венца: киевский, смоленский и черниговский. Зареида отвергает оные и раздражает его своею любовью к Ростиславу. В самое сие время представляют ему, как пленника, Смоленского князя. Изяслав ругается над ним, угрожая ему смертью, наконец, обещает возвратить ему его владения, разделить с ним воинские корысти, если тот отречётся от Зареиды, но Зареида и Ростислав пребывают тверды в любви своей. Велисан подкупает стражей темницы, в которую заключён был Ростислав, и намеревается тайно бежать с ним и с Зареидою, но предприятие его не удаётся. Между тем, открывается измена Вельзора и заговор его против самого Изяслава, который предаёт его достойной казни. Изяслав грозит Зареиде, если она не согласится на брак с ним, казнить так же и Ростислава. Для спасения его принуждена она дать своё согласие, Изяслав влечёт её к алтарю, отчаянная княжна лишается чувств, тиран пришёл в жалость, уступил Зареиду Ростиславу, вернув обоим завоёванные им княжества, и все сделались друзьями.

Мельпомена не всегда бывает благосклонна к любимцам Каллиопы и Полигимнии. Бессмертный творец "Россиады" не написал ни одной трагедии, которая могла бы увеличить его славу. "Зареида и Ростислав" не лучше прочих его драматических произведений. Бесспорно, есть в сей трагедии изрядные стихи, есть даже и прекрасные, но сколько зато есть и слабых! Вообще, план пьесы, как всякий заметить может, не очень хорош. Характеры выведены без цели, или не выдержаны. Рассмотрим главных действующих лиц.

Ростислав и Зареида представлены страстными любовниками, они думают только о любви, говорят о ней, готовы жертвовать ей всем: и саном своим, и подданными, следовательно, и счастьем последних. Черта сия не очень похвальна в государях. Государи должны жертвовать своими склонностями, когда идёт дело о спасении или благе их подданных.

Изяслав есть отвратительный тиран, и всего страннее, что тиран сей, употреблявший всегда для достижения своих намерений насилие, коварство и измену, в то самое время, когда достигал уже гнусными средствами исполнения своих желаний, вдруг делается великодушнейшим человеком и уступает возлюбленную свою сопернику, врагу, которого за несколько минут пред сим, невзирая на высокий его сан, решился казнить позорною смертью.

Один только есть благородный характер в сей трагедии, характер Велисана. Это почтенный старец, преданный совершенно своему Отечеству и законному своему государю. С какою кротостью принуждает он разъярённого тирана почитать себя и пробуждает в нём усыплённую совесть! С каким благородным негодованием укоряет он в честолюбии недостойного своего сына!

Вероятно, что сочинитель имел намерение представить Вельзора хитрым и опасным честолюбцем, но едва ли изо всех бывших на свете и будущих заговорщиков был, или будет тот, кто так безумен, как Вельзор. Известны ему строгие правила добродетельного его родителя, и он осмеливается говорить ему о покушении своём на княжеский престол. Будучи угрожаем его проклятием, решился он притворяться и через минуту потом, когда по приказанию Зареиды вынесли княжеский меч для вручения его военачальнику, он схватил нагло сей знак почести при отце своём и при своей государыне. После того, когда Зареида сделала начальником над войском Велисана, Вельзор дерзает укорять ей в сём поступке, поносить пред ней своего родителя и предлагать ей себя в женихи, забыв, что он её подданный и что она оплакивала в то время смерть своего любовника.

Должно согласиться, что трагедия "Зареида и Ростислав" не может быть украшением нашего театра, но должно помнить, что сочинитель её есть творец "Россиады", "Владимира", "Чесменского боя", "Кадма и Гармонии". Какой писатель может похвалиться всеми своими сочинениями? И сам великий Вольтер написал несколько слабых трагедий, несмотря на то, что Мельпомена более всех увенчала его славою и что он победил П. Корнеля и Ж. Расина.

"Цветник", No 8, 1809 г. С. 279 -- 288.

Приложение к запискам заседаний Российской академии за 1805 г., собрание 18 ноября 1805 г. Л. 333 об. -- л. 334 об. Замечания на трагедию "Зареида" подписаны всеми рассматривавшими её членами Российской академии: М. Н. Муравьёвым, А. С. Хвостовым, П. М. Карабановым, С. Я. Румовским, А. С. Шишковым, Т. С. Мальгиным, П. И. Соколовым и И. А. Дмитриевским.

Особенно тревожила М. М. Хераскова судьба его последнего детища -- трагедии Зареида, которую он написал на закате дней своих по вызову Академии -- на предложенную ею задачу. Представляя трагедию свою на суд академии, Херасков не объявил имени автора, и с большим нетерпением и беспокойством ожидал академического приговора. Переписка Хераскова о "Зареиде" была окружена некоторого рода таинственностью. В письмах той и другой стороны есть несколько черт, рисующих понятия и нравы тогдашнего литературного мира. В письме к президенту российской академии А. А. Нартову Херасков говорить: "Что надлежит до трагедии "Зареида", то писатель её, будучи только ученик в драматическом искусстве, с благодарностью примет замечания и мнения, на его сочинение написанные, и стараться будет недостатки и погрешности поправить, обнаруженные его учителями". По досмотру "Зареиды" Нартов писал Хераскову:

"Милостивый государь мой Михаил Матвеевич!

С удовольствием препровождаю при сём к вашему высокопревосходительству похвальное слово Михаилу Васильевичу Ломоносову, читанное членом Академии Российской господином Севергиным в торжественном её собрании ноября 25 дня, в который праздновала она день своего учреждения. О трагедии "Зареида", о которой вы в письмах ваших ко мне упоминаете, имею честь уведомить вас, с тем, однако же, чтобы сие осталось известным только между нами, что сия трагедия, равно как и все другие на заданные предметы присланные сочинения, Академиею уже рассмотрены, и жребий их решён. При семь рассмотрении найдено, что трагедия "Зареида" нисана стихами чистыми, плавными и во многих местах сильными, но в шествии и расположении её есть некоторые недостатки, кои воспрепятствовали Академии одобрить оную во всех её частях. Один из членов Академии, в драматических творениях и в театральном искусстве многоопытный и весьма сведущий, сделал подробное сей трагедии рассмотрение и сообщил Академии свои замечания и мысли на все те места, которые, по мнению его, переменить нужно к большему сочинения сего совершенству. Замечания сии, ежели только вам угодно будет, доставить к вам почту себе за удовольствие. Ежели сочинитель сей трагедии, показывающей в нём отменные дарования к сему роду творения, воспользовавшись помянутыми замечаниями и мыслями и соединив их с своим остроумием, заблагорассудит в новом её виде вторично представить Академии под сокрытым именем, то вероятно, что она будет увенчана назначенною наградою. Пребываю с истинным почтением и прочим. Декабря 7 дня 1805 г".

Член Академии, "многоопытный в драматических творениях и в театральном искусстве", быль не кто другой как знаменитый актёр своего времени Иван Афанасьевич Дмитриевский. С покорностью принимая все его замечания, Херасков ожидает от него новых, заранее обещая воспользоваться ими с признательностью:

"Милостивый государь мой Андрей Андреевич!

Вот известная уже вашему превосходительству трагедия "Зареида". Автор, по совету Российской Академии, всю её переправил и, думаю, достиг предположенной своими наставниками цели. Но как Академия не подтвердила в газетах прежней трагедии задачи и совсем о том умолкла, то, кажется, и сия уже поздно посылается, следственно для Академии не нужна. В таком случае прошу вас приложенный экземпляр возвратить ко мне, показав наперёд Ивану Афанасьевичу Дмитриевскому, не присоветует ли он ещё чего поправить: автор с благодарностью всё примет и может прислать потом трагедию для представления на петербургском театре. С моим истинным почтением есть вашего превосходительства, милостивого государя моего, всепокорный слуга Михаила Херасков".

С одним только замечанием Дмитриевского Херасков никак не мог согласиться: переменить черниговского князя на половецкого казалось ему трудностью непреодолимою. Он пишет Нартову:

"Милостивый государь мой Андрей Андреевич!

Автор "Зареиды", исправив свою трагедию по замечаниям Ивана Афанасьевича Дмитриевского, через меня оную возвращает к вашему превосходительству; он все старание употребил сообразиться с мнениями своего благоразумного рассмотрителя. Что надлежать до предложения, то, без сомнения, по совету Ивана Афанасьевича трагедия наилучший успех получить могла бы; но автор "Зареиды" отступил бы тогда от своей цели: он хотел изобразить пагубные следствия, от раздробления государств, а особливо Российского, проистекающие; переменить черниговского князя на половецкого стоит труда не малого и совсем может переиначить намерение сочинителя. Словом, легче будет сочинить новую, нежели переправить старую; но, может быть, со временем автор отважится сочинить в сём роде особую пьесу. Препоручая все сие вашему благорассмотрению, с моим истинным почтением есть вашего превосходительства, милостивого государя моего, покорнейший слуга Михаила Херасков".

Вскоре после этого письма и незадолго до смерти автора трагедия его была наконец одобрена Академиею. Членами "комитета", выбранного для окончательного рассмотрения "Зареиды", были: Г. Р. Державин, Шишков, Дмитриевский, А. С. Хвостов, Карабанов и П. И. Соколов. Комитет нашел, что "в сей трагедии слог чист и исправен; свойства введённых в оную лиц выдержаны хорошо и прилично; правила, таковому роду сочинения свойственные, соблюдены с довольною точностью, и вообще, трагедия сия есть наилучшая из всех, по сие время в Российскую Академию доставленных трагедий". Херасков не дожил до напечатания своей трагедии. Вдова Хераскова известила, что воля её покойного мужа была, чтобы награду, присужденную ему за "Зареиду", предоставить в распоряжение Российской Академии. Академия постановила обратить эту награду на пользу русской словесности, пригласив к сочинению трагедии в пяти действиях, заимствованной из отечественной истории, и комедии, содержание которой должно быть взято из национальных нравов и обычаев. При выпуске в свете трагедии "Зареида" явилось недоразумение по поводу некоторых стихов, возбуждавших различные толки. В 3 д., явл. 9 на угрозу князя Изяслава "врага искоренить" Велисан, вельможа киевский отвечает своеобразным монологом.

Стихи эти президент Нартов предлагал академическому собранию на обсуждение, нужно ли их переменить или исправить. Все члены, присутствовавшие в собрании "единогласно ответствовали, чтобы помянутые стихи оставить без всякой перемены, потому что они не содержать в себе ничего противного историческим происшествиям того времени, к которому сие театральное действие относится".

Из приведённого письма Нартова к Хераскову видно, что Дмитриевскому преимущественно, если не исключительно, принадлежать следующие замечания на трагедию Хераскова "Разделенная Россия, или Зареида":

"Сия трагедия написана стихами, чистыми, плавными, сладкогласными и во многих местах сильными без надутливости; но в шествии и расположении её находятся весьма ощутительные недостатки, из коих заметим здесь только главнейшие:

1-ое. Искусство требует, чтобы каждое явление вмещало в себе особенное действование, соответствующее целости трагедии; чтобы каждое лицо, а особливо главное, входило и выходило на театр с ясными и несомнительными для зрителей причинами, а в конце 3-тьего явления 1-ого действия Зареида и Велисан отходят -- куда и зачем, неизвестно. По крайней мере, надлежало бы сказать, что отходят для советов, и кончить явление горячее, или чем-нибудь, соучастие возбуждающим, а не простым словом "пойдем", могущим произвести разные эпиграммы.

2-ое. Мельпомена почитает великим пороком уведомлять зрителей о том, что вперед будет. Она непременно требует, чтоб деяния её родились в неожидаемой нечаянности и в поражениях театральных, именуемых coups de theatre, а не в том, чтобы говорить в жарких явлениях о селах, пещерах, диких плодах и ключевых водах. Не смотря на то, что все сие изображено весьма хорошими стихами; но они здесь некстати, ибо производят вместо пылкости ежели не пустоту, то, по крайней мере, холодность и слабость. Следственно, сочинитель сей трагедии погрешает против сего правила, заставив, в 4-вертом явлении 3-тьего действия Зареиду, Ростислава и Велисана говорит о побеге и предуведомлять наперед и весьма многословно о таком происшествии, которое в 4-вертом действии должно случиться.

3-тье. Как в конце 3-тьего, так и в 4-вертом явлениях 3-тьего действия, Ростислав, прячущийся напоследок в комнаты княжны по совету Велисанову, кажется нам заочно только героем, а здесь на самом деле трусом, малодушным. Оттого-то он во всей трагедии мало к себе и жалости возбуждает, что нигде не выставлен с великостью княжеской души.

4-вёртое. Просьба Велисанова о позволении удалиться от света, равномерно и черное одеяние, в котором он является на театр пред Зареидою -- для чего? Чтобы поцеловать её руку и с нею проститься? ... Никак не могут быть помещены в трагедии. Эпизод сей покажется зрителям весьма странен.

5-ое. Наконец, необиновенно сказать можно, что трагедия сия по своей катастрофе едва ли достойна быть представленною на театре, яко на таком месте, которое должно быть во всей строгости училищем добродетели и страшилищем порокам. Ибо в трагедии сей злодейство и наглость торжествуют, а невинность убита. Изяслав, желая удовлетворить буйную страсть свою к Зареиде, умерщвляет своею рукою несчастного Ростислава и бедной княжне подает причину прекратить жизнь свою из отчаяния. Мучитель их нимало не раскаивается в своем злодеянии. Не есть ли сие во всей силе верх увенчания беззакония? И что понесут в сердцах своих домой честные и добродетель любящие люди, увидев такое бесчеловечное окончание трагедии? Не почтут ли они ненаказанное и торжествующее мучительство больше научением мучительствовать, нежели наставлением удаляться от лютостей?

Итак, ежели бы все расположение и шествие трагедии соответствовало гладкости и красоте стихов, какими она писана, то сочинение сие могло бы по справедливости увенчано быть назначенною от Академии наградою; но как вышеописанные недостатки препятствуют одобрить оное во всех частях, ради того Академия удерживается от увенчания его почестями. Однако ж, признавая стихосложение сей трагедии прекрасным, она отдает должную справедливость сочинителю оной и, предвидя в нем способность к сему высокому роду творения, надеется, что некогда со всею строгою истиною будет она иметь удовольствие видеть труды его увенчанными".

"Сборник отделения русского языка и словесности Императорской Академии наук". Т. 37. СПб, 1885 г., Сухомлинов М. И., "История Российской Академии наук", в. 7. С. 33 -- 38, 245 -- 247, 483, 485, 599.

Источник текста: Херасков М. М, "Зареида и Ростислав", СПб., "Морская типография", 1809 г. 90 стр.