# Вопросы текущей жизни

Николай Иванович Иорданский

Предварительные итоги.- Торжество оппозиции.- Поражение кадетов.- Выступление демократического блока.

## Вопросы текущей жизни.


Предварительные итоги.-- Торжество оппозиціи.-- Пораженіе кадетовъ.-- Выступленіе демократическаго блока *).


*) Статья была уже набрана, когда избраніе выборщиковъ въ Петербургѣ и членовъ Думы -- въ провинціи принесло новыя данныя о ходѣ выборовъ. Эти данныя, однако, только дѣлаютъ еще болѣе яркими и выпуклыми тѣ выводы, которые мы намѣтили въ предварительныхъ итогахъ избирательной кампаніи.


Вторые выборы приходятъ къ концу. Деревни, города, и рабочія предмѣстьи поочередно выступаютъ въ роли грознаго и нелицепріятнаго судьи старой власти и произносятъ неумолимый приговоръ. Второй (разъ въ теченіе одного года правительство вынуждено обратиться въ народному суду, и второй разъ народъ выноситъ одно и то же рѣшеніе.

Въ настоящее время уже нѣтъ никакихъ сомнѣній относительно общихъ результатовъ выборовъ. Правительство разбито на голову. Весь смыслъ пораженія становится особливо яснымъ и глубокимъ, если вспомнить, какъ поставилъ вопросъ о новыхъ выборахъ г. Столыпинъ, открывая походъ противъ русской революціи.

Послѣ разгона первой Думы извѣстная часть правящихъ сферъ, очевидно, стояла за полный и чистый государственный переворотъ. По другая часть, въ руки которой и попала первенствующая роль, повидимому, предвидѣла, что цѣлый рядъ финансовыхъ и политическихъ затрудненій не позволитъ реставрировать полицейское самодержавіе въ его первобытномъ неприкрашенномъ видѣ. Эта часть, выразителемъ взглядовъ которой явился г. Столыпинъ, стремилась прикрыть шипы абсолютизма якобы конституціонными листьями и, оперевшись на крупныхъ землевладѣльцевъ и капиталистовъ, фальсифицировать власть народнаго представительства. Пресловутая правительственная программа 24 августа прекрасно выражаетъ правительственныя желанія выступить въ качествѣ власти, облеченной довѣріемъ народа и его выборныхъ представителей.

Авторъ правительственнаго сообщенія увѣрялъ, что надежды населенія покоятся на правительствѣ. "Революціонныя организаціи,-- писалъ онъ,-- напрягли всѣ усилія къ тому, чтобы воспрепятствовать спокойной работѣ правительства, разстроить его ряды и примѣненіемъ грубаго насилія прекратить всякую работу мысли и всякую возможность созидательной жизни государства. Встревоженныя этимъ населеніе и общественныя группы обращаютъ свои взоры къ правительству и (ждутъ авторитетнаго заявленія" о томъ, что намѣрена предпринять государственная власть, чтобы "возстановить въ странѣ возможность жить и свободно трудиться".

Г. Столыпину казалось, что онъ знаетъ, чѣмъ успокоить встревоженные взоры населенія, "Нѣкоторыя общественныя группы,-- отвѣчалъ онъ съ горделивымъ сознаніемъ своей силы,-- требуютъ пріостановить всѣ преобразованія, пріостановить всю жизнь страны и обратить всю мощь государства на одну борьбу съ крамолою, сосредоточившись на проявленіяхъ зла и не углубляясь въ его существо". Другія группы требуютъ "обратиться исключительно къ проведенію въ жизнь освободительныхъ реформъ, разсчитывая на то, что крамола въ этомъ случаѣ сама собою прекратится, потерявъ всякій свой смыслъ".

Правительство отвергаетъ оба эти исхода, чтобы пойти яснымъ и единственно вѣрнымъ путемъ: "оградить порядокъ и рѣшительными мѣрами охранить населеніе отъ революціонныхъ проявленій и, вмѣстѣ съ тѣмъ, напряженіемъ всей силы государственной итти по пути строительства, чтобы создать вновь устойчивый порядокъ, зиждущійся на законности и разумно понятой истинной свободѣ".

Такимъ образомъ, г. Столыпинъ создалъ для старой власти санкцію народнаго довѣрія и окружилъ самодержавную бюрократію ореоломъ реформаторской миссіи. Первая Дума съ ея революціонными депутатами, по мнѣнію нынѣшняго премьера, легла камнемъ на дорогѣ къ мирному обновленію Россіи. Этотъ камень необходимо было убрать, чтобы народъ, встревоженный революціонной бурей, могъ слиться съ правительствомъ и довѣрчиво вручить въ его опытныя руки свои судьбы.

Семь мѣсяцевъ, по разсчетамъ г. Столыпина, требовалось для того, чтобы разсѣять революціонный туманъ, раздражавшій умы и мѣшавшій народу увидѣть въ истинномъ свѣтѣ свое попечительное правительство. Чрезъ семь мѣсяцевъ г. Столыпинъ находилъ возможнымъ обратиться къ народу, если это окажется неизбѣжнымъ, и надѣялся подвести итогъ своей энергичной дѣятельности въ видѣ покорной Думы.

Семь мѣсяцевъ прошли. Обратиться къ народу пришлось. И старая власть, какъ обвиняемый, который использовалъ всѣ законныя и незаконныя средства защиты, вынуждена теперь ждать приговора, который она сама дерзновенно призывала. Если исходъ первыхъ выборовъ сторонники стараго режима могли объяснять случайными настроеніями массъ, неподготовленностью правительства, неясностью его плановъ, то теперь всѣ эти хитросплетенія разрываются, какъ гнилая ткань. Правительство имѣло планъ; оно употребило всѣ усилія, чтобы провести его въ жизнь. Оно нашло -- правда, немногочисленныхъ -- добровольцевъ, въ родѣ рыцарей печальнаго образа гг. Гучковыхъ, которые отдали свои силы на укрѣпленіе правительственныхъ позицій. Оно терроризировало страну репрессіями, о которыхъ Иванъ Грозный, не имѣвшій въ рукахъ современнаго военнаго аппарата, могъ только мечтать. Оно не остановилось предъ измѣненіемъ избирательнаго закона. Оно окружило избирательныя урны щетиною штыковъ. Оно даю волю черносотеннымъ бандамъ, нападавшимъ на избирателей.

Съ другой стороны оно выбросило на политическій рынокъ всѣ цѣнности, которыми располагало. Аграрныя реформы, рабочее законодательство, законы о свободахъ,-- на все были выданы новые векселя, такъ какъ наличными правительство не оплачиваетъ своихъ обязательствъ. Оно, такимъ образомъ, не только подавляло, но старалось привлекать народныя массы. Въ противоположность старому абсолютизму, правительство вынуждено было признать, что надъ государственной властью существуетъ еще высшая инстанція,-- народъ, которому принадлежитъ право послѣдняго безповоротнаго суда. Признавая же, хотя противъ воли, это право, правительство еще болѣе усиливаетъ политическое значеніе того приговора, который вынесенъ народомъ въ судные дни избирательной борьбы.


II.


Исходъ выборовъ первоначально могъ внушать нѣкоторыя опасенія. Черносотенная опасность, дѣйствительно, казалась серьезной не только потому, что сенатскія разъясненія и министерскіе циркуляры значительно опустошили ряды демократическихъ избирателей, но и потому, что часть полноправнаго населенія отшатнулась отъ революціи, а другая часть испытала разочарованіе послѣ печальной судьбы безвластной Думы перваго созыва, руководимой либеральной буржуазіей кадетской партіи.

Неизбѣжная и необходимая дифференціація оппозиціонныхъ силъ также давала основаніе опасаться умѣреннаго, выражаясь языкомъ оффиціознаго агентства, состава второй Думы. Раздѣленіе оппозиціи, которымъ не преминуло бы воспользоваться правительство, при сосредоточеніи всѣхъ реакціонныхъ элементовъ, ори ихъ организованности и поддержкѣ "всею мощью" государственной власти, легко могло принести къ черносотенной Думѣ, которая бросила бы не мало камней на дорогу даже революціонному народу.

Всѣ эти опасенія имѣли подъ собою достаточную почву. Но съ первыми же предвыборными собраніями стало все болѣе и болѣе выясняться, что черносотенная опасность не такъ велика, какъ можно было ожидать. Настроеніе предвыборныхъ собраній -- по крайней мѣрѣ, въ Петербургѣ -- поражало полной опредѣленностью, несмотря на то, что внѣшнимъ образомъ эти собранія отличались большею холодностью и сдержанностью, чѣмъ въ прошломъ году. Революціонное декламаторство, процвѣтавшее въ періодъ первой избирательной кампаніи, не пользовалось успѣхомъ. Агитаторы невольно должны были переходить къ существу вопросовъ и дѣловито подводить итоги политическому опыту краткой думской сессіи и долгаго междудумья. Даже нападки на "главнаго врага" занимали очень скромное мѣсто въ петербургской предвыборной агитаціи. Чувствовалось, что вопросъ объ отношеніи къ старой власти, въ общемъ и цѣломъ, разрѣшенъ гражданами, что они думаютъ и разсуждаютъ не о томъ, съ кѣмъ бороться, а о томъ, какъ бороться.

Защитниковъ правительственной политики не находилось на петербургскихъ избирательныхъ собраніяхъ. Попытки октябристскихъ и черносотенныхъ собраній и рѣчей кончалась такими блестящими провалами, что вскорѣ всѣ правый партіи сошли съ поля битвы.

Исчезновеніе правыхъ партій съ избирательныхъ собраній и лѣвое настроеніе участниковъ этихъ собраній не слѣдуетъ преувеличивать. Нѣкоторые агитаторы на основаніи ораторскихъ успѣховъ лѣвыхъ партій неоднократно утверждали, что, при такомъ настроеніи, вопросъ о томъ, нужно ли бороться съ нынѣшнимъ правительствомъ, является вопросомъ древней исторіи русской революціи и, слѣдовательно, съ точки зрѣнія сегодняшняго дня, пустымъ и безсодержательнымъ вопросомъ.

Такіе выводы, разумѣется, слишкомъ поспѣшны. Они и опасны, такъ какъ плодятъ иллюзіи; практическое значеніе которыхъ гораздо болѣе вредно, чѣмъ пресловутыхъ "конституціонныхъ иллюзій", распространяемыхъ кадетами. Правыя партіи безъ большого сожалѣнія могли отдать лѣвымъ трибуны избирательныхъ собраній. Во-первыхъ, они пользуются полною свободою агитаціи внѣ этихъ, очень узкихъ, рамокъ. Они распространяютъ милліоны воззваній и газетъ въ такой толщѣ народной массы, куда не проникаетъ прободное слово; они отравляютъ народныя массы реакціонною проповѣдью въ чайныхъ, въ школахъ, въ храмахъ. Во вторыхъ, они не были особенно заинтересованы въ успѣхѣ на предвыборныхъ собраніяхъ и потому, что въ составѣ этихъ собраній..какъ извѣстно, было очень мало избирателей. На собраніяхъ, обыкновенно, сходится наиболѣе активная и сознательная часть городского населенія: интеллигенція и организованные рабочіе, т. е. политическая аристократія, которая, разумѣется, уже рѣшила для себя безповоротно основной вопросъ объ отношеніи къ "главному врагу" и занята только тактическими задачами.

Наконецъ, правыя партіи могли спокойно встрѣчать успѣхи лѣваго краснорѣчія, разсчитывая, что избирательная организація, во всякомъ случаѣ, находится въ ихъ рукахъ и будетъ ими использована въ своихъ интересахъ.

Такимъ образомъ, говорить о томъ, что весь народъ, благодаря борьбѣ въ Думѣ и внѣ Думы, уже излѣчился не только отъ традиціонныхъ абсолютистскихъ, но и переходныхъ "конституціонныхъ" иллюзій, какъ утверждаютъ бывшіе бойкотисты, еще не приходится. И конкретныя данныя о ходѣ выборовъ вполнѣ опровергаютъ такой оптимизмъ. Въ Твери, въ Вологдѣ, въ Тулѣ, въ Архангельскѣ, въ Новгородѣ раздробленіе голосовъ привело къ побѣдѣ октябристовъ, которые въ нынѣшнюю кампанію совсѣмъ почернѣли. Даже въ Москвѣ, въ этомъ новомъ и яркомъ революціонномъ центрѣ, правые -- октябристы и союзъ русскаго народа,-- получили 82 проц. всѣхъ поданныхъ голосовъ.

Тѣмъ не менѣе, предвыборныя собранія служили хотя и неточнымъ, но единственно доступнымъ приборомъ для опредѣленія массовыхъ настроеній и сразу повысили оппозиціонную активность. Оказалось, что, напримѣръ, петербургскія предвыборныя собранія, какъ и многія провинціальныя, ясно говорятъ о томъ, что стрѣлка политическаго барометра подвинулась влѣво. Ораторы кадетской партіи, при всей своей опытности, имѣли настолько скромный успѣхъ, что иногда его приходилось считать явнымъ пораженіемъ. Призывы къ успокоенію и къ мирной политикѣ, на которые такъ щедры были въ этомъ году представители конституціонно демократической партіи, встрѣчались болѣе чѣмъ холодно. Невольно, вспоминался одинъ изъ эпизодовъ, занесенный провинціалъ-нымъ лѣтописцемъ въ хронику прошлогоднихъ выборовъ.

Въ Самарѣ правый партіи расклеивали тогда афиши съ воззваніемъ: "если хотите смуты,-- выбирайте кадетовъ!" Толпа съ яростью срывала эти афиши и кричала: "Хотимъ, чертъ побери, смуты! Хотимъ, прохвосты!" {М. А. Кр--ль. Какъ прошли выборы въ Госуд. Думу. Спб. 1906. стр. 42.}.

И теперь народъ, призванный произнести приговоръ въ великой тяжбѣ старой власти со "смутой", снова высказывается за "смуту", т. е. за рѣшительную и послѣдовательную борьбу съ отжившинъ режимомъ вплоть до удовлетворенія очередныхъ требованій демократіи. Содержаніе этого приговора подтверждается въ настоящее время уже не только настроеніемъ массъ, но и объективными цифрами о побѣдахъ оппозиціонныхъ кандидатовъ на всѣхъ стадіяхъ нашей сложной и запутанной избирательной системы.

Къ 1 февраля, когда мы пишемъ эти строки, уже съ полною опредѣленностью выяснилось, что большинство выборщиковъ принадлежитъ къ оппозиціоннымъ партіямъ.

По подсчету петербургскихъ газетъ, охватывающему почти всѣ 50 губ. Европейской Россіи, выборщики, избранные къ 1 февраля, групировались слѣдующимъ образомъ по политическимъ партіямъ.


Цифры эти далеко не выражаютъ дѣйствительнаго соотношенія политическихъ партій въ коллегіи выборщиковъ. Какъ извѣстно, свѣдѣнія петербургскаго агентства завѣдоно ложны, а свѣдѣнія газетъ отъ собственныхъ корреспондентовъ -- далеко не полны. Кромѣ того, г. Столыпинъ пошелъ дальше г. Дурново въ заботахъ объ обезпеченіи "свободы" выборовъ. Мѣстная администрація систематически охотится за выборщиками, принадлежащими къ лѣвымъ партіямъ. Избиратели вынуждены скрывать "обреченныхъ" на "законодательную" дѣятельность въ укромныхъ мѣстахъ и даже отправлять ихъ за предѣлы досягаемости, чтобы спасти отъ тюрьмы и ссылки.

Поэтому неопредѣленныя категоріи "прогрессистовъ", "безпартійныхъ" и даже "умѣренныхъ", въ особенности въ крестьянской куріи, вѣроятно дадутъ много лѣвыхъ и крайнихъ лѣвыхъ. Но даже эти неполныя и приблизительныя данныя совершенно ясно говорятъ о томъ, что побѣда оппозиціи вполнѣ обезпечена въ 27 губерніяхъ, дающихъ 192 депутатовъ, и болѣе чѣмъ вѣроятно въ 5 губерніяхъ съ 42 депутатами. Такимъ образомъ, уже къ 1 февраля оппозиціи обезпечено 284 мѣста во второй Государственной Думѣ. Правые могутъ разсчитывать на побѣду -- да и то вслѣдствіе случайныхъ причинъ, главнымъ образомъ, вслѣдствіе кадетской боязни соглашеній съ лѣвыми,-- только въ 10 губерніяхъ съ 67 депутатами. Правительство получило отвѣтъ народа на политику военно-полевого либерализма. Дума будетъ въ большинствѣ своемъ оппозиціонной. Она возьметъ въ свои руки дѣло, начатое первыми народными представителями, для того, чтобы дальше вести великую историческую тяжбу между абсолютизмомъ и народовластіемъ. Но этого мало.


III.


Побѣда оппозиціи имѣетъ чрезвычайно важное значеніе, поскольку она означаетъ пораженіе реакціоннаго правительства. Но послѣ первой Думы олна только побѣда оппозиціи представляла бы относительно небольшое утѣшеніе. Если бы вторые выборы были лишь повтореніемъ первыхъ, то это служило бы свидѣтельствомъ ослабленія творческихъ силъ новой Россіи, свидѣтельствомъ остановки революціоннаго процесса на одной точкѣ. Но въ политической борьбѣ тотъ, кто не идетъ впередъ, идетъ назадъ. Недаромъ кадеты, усиленно настаивавшіе на политическомъ воскрешеніи избирателями состава первой Думы, сдѣлали въ настоящее время крутой поворотъ въ сторону контръ-революціи. Возстановленіе кадетской Думы показало бы, по меньшей мѣрѣ, что граждане не учли богатаго опыта прошлаго года и, начиная новую битву, возвратились на старую уже использованную и теперь мало пригодную позицію. При дѣйствительномъ движеніи впередъ революціоннаго потока, каждый дальнѣйшій шагъ долженъ быть ознаменованъ разложеніемъ старыхъ и возникновеніемъ новыхъ политическихъ группировокъ среди аморфной массы большинства населенія.

И, разсматривая данныя о ходѣ выборовъ, мы можемъ констатировать, что вторая избирательная кампанія значительно подвинула впередъ линію политической сознательности гражданъ, въ смыслѣ болѣе яркаго политическаго самоопредѣленія различныхъ общественныхъ классовъ, хотя и до сихъ поръ процессъ самоопредѣленія далеко не достигъ своей конечной точки или, по крайней мѣрѣ, точки устойчиваго равновѣсія. Но, во всякомъ случаѣ, исходъ віорыхъ выборовъ гораздо болѣе опредѣляется политическимъ разсчетомъ, чѣмъ политическимъ настроеніемъ, какъ это было во время первыхъ выборовъ.

Въ краткой формулѣ отличительные особенности текущей избирательной кампаніи могутъ быть охарактеризованы, какъ полное крушеніе "кадетства", въ качествѣ идеологіи національной оппозиціи, выступленіе организованной революціонной буржуазной демократіи и болѣе отчетливое, хотя все еще смутное, противопоставленіе соціалдемократіи, въ качествѣ классовой партіи пролетаріата, всѣмъ, безъ различія, буржуазнымъ партіямъ. Въ тѣхъ предварительныхъ итогахъ избирательной кампаніи, которые мы можемъ намѣтить, пользуясь наличнымъ матеріаломъ о выборахъ, нѣтъ возможности исчерпывающимъ образомъ разсмотрѣть и обосновать указанные выводы. Эта работа -- дѣло завтрашняго дня. Но и теперь общія тенденціи политической эволюціи обрисовываются съ достаточною ясностью.

На прошлыхъ выборахъ, какъ извѣстно, надъ избирательными урнами открыто раздѣвалось только одно оппозиціонное знамя -- знамя партіи "народной свободы". Крайняя лѣвая скрывалась въ дебряхъ бойкота. Это была тактика слабости, которую, по нашему мнѣнію, политическія партіи должны были побрить, но которая, въ значительной степени, объясняется слабостью и буржуазной, и соціальной демократіи. Разгромъ, организованный кабинетомъ Витте-Дурново, разразился не только надъ пролетаріатомъ, но и надъ мелкой буржуазіей городовъ и деревень. Организаціи революціонной мелкой буржуазіи, желѣзнодорожный, крестьянскій и другіе профессіонально политическіе союзы, какъ неокрѣпшія и незакаленныя долговременной конспиративной борьбой коллективности, пострадали даже гораздо сильнѣе, чѣмъ революціонныя партіи, сложившіяся въ тискахъ подполья.

Поэтому, наиболѣе революціонные элементы буржуазной демократіи были наиболѣе энергичными сторонниками и проповѣдниками тактики бойкота. Ихъ усиліями, до извѣстной, конечно, степени, объясняется и успѣхъ бойкота въ нѣкоторыхъ пролетарскихъ центрахъ, что, однако, вовсе не помѣшало мелкобуржуазнымъ {И не только "мелкобуржуазнымъ". "Большевики" въ послѣдній моментъ также призывали избирателей подавать голоса за кадетскій списокъ.} бойкотистамъ въ рѣшительный моментъ голосовать за кадетовъ. Переметчивость свойственна мелкой буржуазіи. Но за кого бы ни голосовали революціонные демократы на прошлыхъ выборахъ, открыто, подъ своимъ знаменемъ, они тогда не выступали, ибо нельзя же считать чѣмъ либо серьезнымъ выступленія съ нѣсколькими рѣчами въ пользу бойкота.

Теперь иное дѣло. Революціонная мелкая буржуазія оправилась отъ разгрома и -- что еще болѣе важно -- она окрѣпла идейно. Съ другой стороны, кадеты пошатнулись и пошли на ущербъ. Слѣва они приблизились къ "народному соціализму" г.г. Пѣшехонова и Мякотина, справа дошли до того, что г. Милюковъ, подражая стилю сѣдлецкаго полковника, бросаетъ презрительный вызовъ "краснымъ тряпкамъ".

Это оживленіе мелкой буржуазіи, неразрывно связанное съ разложеніемъ кадетской партіи, захватывавшей, главнымъ образомъ, мелкобуржуазные элементы населенія, породило въ конкретныхъ условіяхъ россійской дѣйствительности чрезвычайно поучительныя политическія группировки, которымъ предстоитъ сыграть видную роль въ ближайшій періодъ революціонной борьбы. Народное движеніе разлилось по тремъ обширнымъ русламъ: кадетскому, народническо-большевистскому и соціалдемократическому.

Партія "народной свободы" съ мужествомъ отчаянія старается удержать ту же позицію защитницы идеи національнаго освобожденія, которую она болѣе или менѣе случайно завоевала въ прошломъ году. Она безъ серьезныхъ внѣшнихъ потерь перенесла двѣ крупныя аваріи: разгонъ Думы и гельснигфорское отреченіе отъ выборгскаго воззванія. Она выдержала глубокій разрывъ съ революціонными и соціалистическими теченіями народныхъ массъ въ періодъ текущей избирательной борьбы. Она еще достаточно сильна, чтобы одерживать даже такія блестящія побѣды, какъ въ Москвѣ. Она еще долго не сойдетъ съ политической сцены, если ее не смететъ какой либо вихрь, и, можетъ быть, достигнетъ даже на нѣкоторое время власти, но внутренній червь уже точитъ ея сердцевину, и ея гибель неизбѣжна. Она не сумѣла использовать благопріятную политическую конъюнктуру, созданную ея минутною политическою гегемоніей", для того, чтобы связаться съ народными массами. Помѣщичій либерализмъ ея праваго крыла побѣдилъ разночинный демократизмъ ея лѣваго крыла и разорвалъ даже тѣ немногія сети, которыя до сихъ поръ связывало кадетовъ съ народомъ. Разрывъ этотъ еще не вполнѣ ясенъ. Временно скрывъ разрывъ между правымъ и лѣвымъ крыломъ, кадеты скрыло о разрывъ партіи, какъ организаціи, съ массой. Демократическая часть партіи народной свободы, вопреки намѣреніямъ своихъ вождей, не пошла въ сторону контръ-революціи и, такимъ образомъ, спасла кое-гдѣ честь партійнаго знамени. Но не надо закрывать глаза на то, что частныя побѣды кадетовъ въ нѣкоторыхъ избирательныхъ округахъ куплены цѣною протеста отдѣльныхъ мѣстныхъ организацій противъ оффиціальнаго партійнаго курса. Пока протестанты, по большей части, остались еще въ рядахъ партіи, но духовно они уже вышли изъ нея, и за духовнымъ вскорѣ послѣдуетъ и формальный разрывъ. Между кадетами, которые получатъ мандатъ, какъ борцы противъ революціи и соціализма, послѣ отчаянной предвыборной схватки, гдѣ это почтенная партія русской интеллигенціи не стѣснялась прибѣгать къ нововременскимъ пріемамъ, и кадетами, получившими мандаты по договору съ крайними лѣвыми,-- слишкомъ глубокая черта, чтобы ее можно было долго скрывать.

Освобожденіе разночинной демократіи изъ кадетскаго плѣна будетъ облегчено и нарождающейся организаціей демократическихъ силъ, связанныхъ до сихъ поръ чуждыми и тяжкими для нихъ узами пролетарскаго соціализма съ рабочимъ классомъ.

Мы говоримъ о выступленіи на политической аренѣ такъ называемаго "лѣваго" или народническо-большевистскаго блока. Эта своеобразная форма организаціи революціонныхъ элементовъ мелкой буржуазіи и части рабочихъ имѣетъ болѣе чѣмъ преходящее значеніе. Послѣдняя новость нашего политическаго рывка -- лѣвый блокъ -- не можетъ сойти со сцены вмѣстѣ съ окончаніемъ избирательной кампаніи. Онъ можетъ надѣяться на то, что при извѣстныхъ условіяхъ станетъ преемникомъ идеи національнаго освобожденія отъ кадетской партіи. Поэтому, на немъ слѣдуетъ остановиться съ большимъ вниманіемъ.


IV.


Демократическій блокъ, который именуется его авторами "соціалистическимъ", а широкой публикой, выражающей "гласъ народа" -- просто "лѣвымъ", составился изъ партій соціалистовъ-революціонеровъ, народныхъ соціалистовъ, трудовиковъ и большевистской фракціи соціалдемократической рабочей партіи. Меньшевистская фракція отказалась отъ участія въ этомъ союзѣ. Идея "соціалистическаго" блока давно уже носилась въ воздухѣ, но честь ея перваго литературнаго выраженія принадлежитъ "Пролетарію", газетѣ с. д. большевиковъ {"Пролетарій" No 1, Статья "о бойкотѣ". Впослѣдствіи Н. Ленинъ выпустилъ брошюру, гдѣ старался смягчить смыслъ этой статьи. Но теперь жизнь очистила идею автора статьи въ "Пролетаріи" отъ поправокъ Ленина.}. "Большевикамъ" же пришлось быть и дѣйствительными организаторами этого блока, вопреки желанію дѣйствительнаго большинства о. д. партіи. Поучительная исторія всѣхъ внутреннихъ разногласій соціалдемократіи можетъ быть освѣщена, конечно, только въ партійной печати, и мы здѣсь касаемся ея лишь постольку, поскольку она необходима для выясненія поставленнаго нами вопроса о новыхъ политическихъ группировкахъ, созданныхъ вторыми выборами. Для насъ важно указать, что часть русскихъ соціалдемократовъ, несмотря на энергичное противодѣйствіе другой части, несмотря на собственныя неоднократныя заявленія о недопустимости для с. д. соглашеній на первой стадіи съ непролетарскими партіями, стихійно была приведена къ роли вождя разнообразныхъ политическихъ группъ, которыя всею соціалдемократіей, безъ различія, считаются носительницами мелкобуржуазныхъ чаяній.

Возможность такой нѣсколько необычайной ситуаціи намѣчалась уже нѣсколько лѣтъ назадъ, когда болѣе или менѣе рѣзко стали обозначаться разногласія въ средѣ р. с. д. р. партіи. Еще три года тому назадъ П. В. Аксельродъ писалъ, что условія буржуазной революціи, въ которыхъ приходится развиваться рабочему движенію въ Россіи, имѣютъ тенденцію совлечь соціалдемократію съ пути выдержанной классовой политики и спаять ее съ революціонной буржуазіей.

"Мы имѣли бы въ данномъ случаѣ,-- говорилъ П. Б. Аксельродъ,-- революціонную политическую организацію демократической буржуазіи, ведущую за собою, въ качествѣ боевой арміи, рабочія массы Россіи. А для довершенія своей злой ироніи, исторія, пожалуй, поставила бы намъ еще во главѣ этой буржуазно-революціонной организаціи не просто соціалъ-демократа, а самаго что ни на есть "ортодоксальнаго" (по его происхожденію) марксиста {"Искра", За два года. Спб. 1906 г. т. II, стр. 146.}, какъ "легальный марксизмъ" поставилъ литературнаго вождя русскимъ либераламъ". То, что предвидѣлъ П. Б. Аксельродъ, случилось. Демократическая буржуазія получила "вождей" изъ рядовъ соціалдемократіи.

Но давно уже кто-то сказалъ: "Я -- вождь, и поэтому меня ведутъ". Въ данномъ случаѣ, этотъ афоризмъ въ особенности умѣстенъ.

Если, вслѣдствіе отсталости экономическаго развитія, россійская мелкая буржуазія не могла обойтись безъ соціалистической окраски, если вслѣдствіе исключительнаго значенія пролетаріата въ россійской буржуазной революціи, во главѣ демократической буржуазіи должны были появиться выходцы изъ рядовъ соціалдемократіи, то это вовсе не означаетъ, что мелкая буржуазія приняла лозунги, продиктованные соціалдемократіей. Всѣ попытки большевиковъ, имѣвшія курьезную форму (напримѣръ, требованіе объ исключеніи "народныхъ соціалистовъ" изъ "соціалистическаго" блока, куда должны были войти... трудовики!), но вызванныя благими намѣреніями "почистить" ноевъ ковчегъ, гдѣ имъ пришлось совершать предвыборное плаваніе, окончились, какъ извѣстно, самой плачевной неудачей и, на дѣлѣ, поставили авторовъ непримиримыхъ резолюцій въ самое смѣшное положеніе.

Избирательная агитація послѣ заключенія "лѣваго блока" свелась къ тому, что соціалдемократія и свою относительно лучшую организацію, и свои относительно многочисленныя агитаціонныя силы направила на то,-- чтобы содѣйствовать проведенію въ Государственную Думу представителей аморфныхъ группъ мелкобуржуазнаго или, въ лучшемъ случаѣ, утопическаго соціализма. Какъ всегда въ такихъ случаяхъ, при заключеніи "лѣваго блока", произошло равненіе направо. Большевики связали себя по рукамъ и по ногамъ. Они отняли у себя радость борьбы за собственныя убѣжденія и вынуждены были ограничиться убогой и жалкой по содержанію буржуазно-демократической агитаціей. Болѣе того. Они вынуждены были замкнуться въ рамкахъ политическихъ или тактическихъ вопросовъ, такъ какъ, переходя въ область соціально-экономическихъ вопросовъ, они сталкивались съ мелко-буржуазнымъ соціализмомъ своихъ новыхъ союзниковъ, которые усиленно проповѣдывали и уравнительное землепользованіе, и націонализацію, и соціализацію, и минимумъ заработной платы и проч. и проч. Самоограниченіе большевиковъ дошло до того, что въ спискахъ выборщиковъ они не указали даже, къ какой партіи принадлежитъ то или другое лицо. Такимъ образомъ, лѣвый блокъ, дѣйствительно, явился предъ избирателями въ качествѣ "соціалистическаго" блока. Но его соціализмъ былъ народнымъ или мѣщанскимъ соціализмомъ, тѣмъ соціализмомъ противъ котораго съ самаго возникновенія своего боролась русская соціалдемократія, противопоставляя ему научный соціализмъ и организуя самостоятельную партію рабочаго класса. Въ этомъ сочетаніи непримиримыхъ до сихъ поръ силъ и заключается новизна и важность народническо-большевистскаго союза.

Онъ служитъ доказательствомъ, что революціонный процессъ въ своемъ развитіи исправляетъ случайности сложившихся историческихъ группировокъ и создаетъ новое распредѣленіе однородныхъ общественныхъ элементовъ сообразно ихъ внутренней природѣ. Мѣщанскій соціализмъ народническо-большевистскаго блока, подъ знаменемъ котораго собираются -- и справа и слѣва -- демократическіе элементы, является, несомнѣнно, мало привлекательнымъ пріобрѣтеніемъ, поскольку онъ отвлекаетъ часть рабочихъ массъ отъ соціалдемократической партіи, но, очевидно, онъ -- неизбѣжный этапъ, чрезъ который должна пройти революціонная буржуазная демократія въ Россіи, чтобы стать на свои ноги и занять самостоятельную позицію. Какъ первый опытъ освобожденія революціонной демократіи съ одной стороны изъ кадетскаго, а съ другой -- изъ соціалдемократическаго плѣненія, какъ первый опытъ -- ея самостоятельнаго выступленія на политической аренѣ, народническо-большевистскій блокъ соствляетъ отличительную я выгодную черту вторыхъ выборовъ.

Вмѣстѣ съ намѣтившимся разложеніемъ кадетовъ и выступленіемъ революціонной демократія въ видѣ народническо-большевистскаго блока, отличительною особенностью вторыхъ выборовъ является и большая обособленность соціалдемократіи, какъ классовой партіи пролетаріата. Въ прошлой избирательной кампаніи соціалдемократія не выступала за исключеніемъ кавказскихъ округовъ, гдѣ она самостоятельно одержала такую блестящую побѣду. Теперь она выступаетъ повсюду.

Въ большинствѣ случаевъ, мѣстные комитеты партіи строго руководятся рѣшеніями общепартійной конференціи и стараются учесть въ своей тактикѣ и необходимость противопоставить натиску реакціи объединенныя силы оппозиціи и необходимость обезпечить особые классовые интересы пролетаріата. Съ этой точки зрѣніи во всѣхъ городахъ, гдѣ возникаетъ опасеніе относительно возможной побѣды черной сотни, соціалдемократы заключаютъ избирательныя соглашенія или оо всѣми оппозиціонными партіями, или съ тою партіей, которая обладаетъ относительнымъ большинствомъ. Такая тактика имѣетъ то преимущество, что она не связываетъ рукъ по отношенію къ различнымъ буржуазнымъ партіямъ и позволяетъ одинаково энергично бороться и противъ предательства крупной буржуазіи и противъ непослѣдовательности мелкой. Пролетаріатъ, не выдѣляя изъ буржуазіи, ни одной группы, на которую онъ могъ бы вполнѣ полагаться, ясно сознаетъ дѣловой характеръ заключаемыхъ соглашеній и не заблуждается относительно истинной природы своихъ временныхъ союзниковъ. Нужно, однако, отмѣтить, что идея объединенной борьбы съ реакціей встрѣтила энергичное сопротивленіе нѣкоторой части кадетской партіи. Разрывъ между кадетами и лѣвыми въ Петербургѣ послужилъ сигналомъ къ разрыву многихъ провинціальныхъ соглашеній. Вслѣдствіе этого, въ Твери и Кіевѣ, напримѣръ, въ выборщики прошли октябристы и черносотенцы. Русскій либерализмъ, очевидно, намѣренъ итти позорною дорогою своего германскаго собрата. Тѣмъ не менѣе соціалдемократія не только съумѣла въ огромномъ большинствѣ избирательныхъ округовъ парализовать черносотенную опасность, но и обезпечила себѣ относительно многочисленное представительство въ Государственной Думѣ. Если лѣвый блокъ и выступилъ -- кое-гдѣ съ успѣхомъ -- ея конкуррентомъ въ качествѣ носителя идеи національнаго освобожденія, то ни одна партія и ни одинъ союзъ партій не можетъ оспорить у ней право на званіе единственной представительницы борьбы рабочаго класса за полное политическое и экономическое освобожденіе.


V.


При всей важности, которую представляетъ первое организованное выступленіе мелкой буржуазіи, лѣвый блокъ на вторыхъ выборахъ играетъ только второстепенную роль. Онъ и на этотъ разъ не добьется полной побѣды надъ помѣщичьимъ либерализмомъ. Причины его неуспѣха лежатъ отчасти внѣ, отчасти внутри его. Прежде всего, его историческая миссія -- замѣстить кадетовъ на позиціи защитниковъ національной буржуазной революцій. Между іѣмъ, кадеты не достигли еще той степени политическаго разложенія, когда имъ останется только сойти со сцены. Лѣвая часть кадетской партіи, состоящая почти изъ тѣхъ же элементовъ, какъ и лѣвый блокъ, еще борется за демократію въ рядахъ формально единой партіи народной свободы и вспрыскиваетъ живою водою мертвѣющіе члены стараго либерализма. Тамъ, гдѣ лѣвые кадеты количественно и качественно представляютъ значительную силу, лѣвый блокъ не можетъ съ ними бороться, какъ это показали московскіе выборы.

Дѣло объясняется не соціалистическимъ флагомъ лѣваго блока. Этотъ соціализмъ едва-ли пугаетъ, тѣмъ болѣе, что въ избирательной борьбѣ участники блока, отъ трудовиковъ и до большевиковъ, очень мало говорятъ о соціализмѣ. Дѣло въ томъ, что народническо большевистскій микрокосмъ лѣваго блока находится пока въ процессѣ самоопредѣленія. Представляя смѣшеніе самыхъ разнообразныхъ элементовъ, объединенныхъ лишь общимъ революціонно-демократическимъ настроеніемъ, и отчасти проникнутыхъ реакціонными стремленіями къ сохраненію отжившаго соціальнаго строя, лѣвый блокъ лишенъ притягательной силы выработанной и ясной программы, на которую онъ могъ бы опереться въ борьбѣ съ другими партіями и которая могла бы привлечь къ нему колеблющіеся элементы изъ аморфной демократической массы, идущей за кадетами. На избирательныхъ собраніяхъ въ Петербургѣ, напримѣръ, между кадетами и членами блока не только не было программныхъ споровъ, но нѣкоторые ораторы блока, даже изъ числа с.-р-онъ имѣли обыкновеніе начинать свои рѣчи противъ кадетовъ комплиментами кадетской программѣ. Всѣ споры велись исключительно въ области тактики. И здѣсь мы не можемъ признать, чтобы лѣвому блоку удалось прояснить сознаніе избирателей. Тактическіе директивы обладаютъ чрезвычайною растяжимостью и гибкостью. Въ тактикѣ нѣтъ никакихъ неизмѣнныхъ положеній; въ ней все течетъ, все относительно. Поэтому попытки лѣваго блока вырыть принципіальную пропасть между оппозиціонной и революціонной тактикою однихъ и тѣхъ не соціальныхъ элементовъ не привели къ удовлетворительнымъ результатамъ. Отдѣляя тактику отъ программы спорящія стороны обречены были кружиться въ бѣличьемъ колесѣ, нисколько не привлекая на свою сторону избирателей.

Опытъ революціонной борьбы показалъ гражданамъ, что форма и успѣхъ той или иной тактики опредѣляется, прежде всего, реальнымъ соотношеніемъ "илъ. Всего семь мѣсяцевъ назадъ кадеты подписывали выборгское возваніе, а трудовики толковали о мирныхъ преобразованіяхъ сверху. Поэтому, борьба въ плоскости тактическихъ директивъ не могла провести въ сознаніи избирателя рѣзкой черты между кадетами и лѣвымъ блокомъ, въ особенности тамъ, гдѣ противъ блокнотовъ выступало демократическое крыло кадетовъ и гдѣ, слѣдовательно, и по существу не было серьезной разницы между двумя противниками.

Въ этой внутренней близости составныхъ элементовъ партіи народной сво-боды и quasi соціалистическаго блока и заключается разгадка того, что пользуясь, несомнѣнно, большимъ сочувствіемъ избирателей, чѣмъ кадеты, лѣвый блокъ одержалъ только частичныя побѣды и былъ разбитъ въ такихъ важныхъ политическихъ округахъ, какъ Москва. До тѣхъ поръ, пока разложеніе кадетовъ не сдѣлаетъ еще нѣсколько шаговъ впередъ, лѣвому блоку всегда грозитъ та же участь.

Но если на полную побѣду надъ кадетами блокъ имѣетъ право только питать надежды, то частичную побѣду онъ можетъ торжествовать и при настоящемъ положеніи дѣлъ. Выступленіе блока разбило гипнозъ кадетской гегемоніи и лишило кадетовъ возможности утверждать, что народъ высказался за кадетскую платформу, которая на этотъ разъ открыто опредѣляется, какъ платформа ликвидаціи революціи.

Изъ приведенной выше таблицы выборщиковъ видно, что въ отдѣльныхъ куріяхъ выборщики распредѣляются слѣдующимъ образомъ: по рабочей куріи -- всѣ выборщики принадлежатъ лѣвымъ партіямъ; по крестьянской куріи -- лѣвымъ партіямъ принадлежитъ наибольшее число выборщиковъ; по городской куріи -- наибольшее число выборщиковъ принадлежитъ кадетамъ и по куріи крупныхъ землевладѣльцевъ -- правымъ. Но и въ городской куріи, гдѣ кадетамъ принадлежитъ наибольшее число выборщиковъ -- 468, лѣвые имѣютъ все-таки 806. Между тѣмъ, въ крестьянской куріи, гдѣ лѣвые имѣютъ 542 выборщика, число кадетовъ ровняется всего 82. Эти цифры ясно говорятъ, за кого и за что голосуетъ народъ.


-----


Ослабленіе стараго земскаго либерализма, руководящаго кадетами, первое самостоятельное выступленіе революціонной мелкой буржуазіи въ видѣ лѣваго блока, отмежеваніе соціалдемократіи и, наконецъ, побѣда черной сотни въ куріи крупныхъ землевладѣльцевъ,-- всѣ эти черты вторыхъ выборовъ показываютъ, что процессъ наростанія и организаціи общественныхъ силъ неуклонно движется впередъ, захватывая все болѣе и болѣе широко и глубоко народныя массы и революціонизируя ихъ сознаніе.

Волны идутъ; слышенъ шумъ новаго прилива...


Ник. І-- скій.


"Современный Міръ", No 2, 1907