Ирвинг Вашингтон
Вороны

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   

Вороны.

(Изъ Вашингтона Ирвинга) (*).

   (*) Глава изъ юмористическаго его сочиненія: Замокъ Бресбриджъ. Отрывокъ сей имѣетъ одно неотъемлемое достоинство: удивительную живость описанія и поэтическій взглядъ сочинителя на предметы, по общему понятію, самые прозаическіе.-- По выраженію одного изъ лучшихъ нашихъ Поетовъ, Вашингтонъ Ирвингъ отличный мастеръ разболтаться: она настроиваетъ воображеніе и свое и своихъ читателей до того, что имѣетъ съ нимъ видитъ въ стаѣ вороновъ нѣчто выше птицъ обыкновенныхъ. Переводч.

Люблю я сой, сорокъ и смѣлыхъ ястребовъ,
Воронъ, гнѣздящихся межъ башенныхъ зубцовъ,
Люблю я крикъ совы, подруги мрачной нощи,
Когда она, вытьемъ унылымъ полня рощи,
Неотразимыя судьбы гласить завѣтъ:
Такъ! даже крикъ совы мнѣ сладость въ душу льетъ.
Коуперъ.

   Въ концѣ террассы, въ нижней части сада, есть роща высокихъ дубовъ и буковъ: тамъ стая вороновъ отвела себѣ жилье, и роща сія составляетъ собою одну изъ важнѣйшихъ областей Кавалеровыхъ владѣній. Старый джентлеменъ очень любитъ своихъ вороновъ и не позволяетъ ни одного изъ нихъ убивать; отъ этого они крайне расплодились, и верхушки деревъ облѣплены ихъ гнѣздами. Они даже ворвались и въ большую аллею, и съ незапамятныхъ временъ основали на яворахъ и еляхъ кладбища колонію, которая, какъ и всѣ отдаленный колоніи, скоро свергла съ себя власть коренной своей отчизны.
   Въ глазахъ Кавалера, племя вороновъ отличается стариннымъ и знаменитымъ благородствомъ, преданностію къ законной власти, привязанностію къ странѣ родной и прибѣжностію къ церкви: джентлеменъ доказываетъ сіе очень ясно ихъ обычаемъ -- вишь гнѣзда на самыхъ высокихъ мѣстахъ и предпочтительно въ сосѣдствѣ башенъ и соборныхъ храмовъ, или въ старинныхъ лѣсахъ, окружающихъ помѣщичьи домы и древніе замки. Таковое высокое къ нимъ уваженіе Кавалера заставило и меня поближе узнать сихъ почтенныхъ птицъ; ибо, признаюсь къ стыду моему, прежде а смѣшивалъ ихъ съ ближнею ихъ роднею воронами; и точно съ перваго взгляда въ нихъ замѣтно какое-то родовое сходство. Совсѣмъ тѣмъ, сія грубая ошибка крайне обидна: у вороновъ и воронъ между пернатыми племенами то же, что у Испанцевъ и Португальцевъ между народами,-- сосѣдство и сходство сушь именно тѣ причины, по коимъ они всего болѣе другъ друга ненавидятъ. Вороны суть старинные владѣльцы, дворяне, благородные и возвышенные духомъ, съ древнихъ временъ обитающіе въ родовыхъ своихъ помѣстьяхъ; тогда, какъ презрѣнныя вороны -- племя кочевое праздное и вороватое, безпрестанно бродящее по околотку безъ жилья и пристанища:, безпрестанно въ войнѣ съ прочими жителями міра, которые съ своей стороны осудили ихъ на изгнаніе, и вѣшаютъ вмѣсто пугалища для сбереженія своихъ посѣвовъ. Г. Симонъ увѣрялъ меня, что воронъ, который унизился бы до того, что сжился бы съ вороной, былъ бы непремѣнно лишенъ наслѣдства и даже со стыдомъ прогнанъ своею благородною фамиліей.
   Кавалеръ принимаетъ живѣйшее участіе въ дѣлахъ черныхъ своихъ сосѣдей, и смотритъ на нихъ съ отмѣннымъ доброхотствомъ. Господинъ же Симонъ увѣряетъ, что знаетъ многихъ изъ нихъ съ виду и роздалъ имъ имена; онъ указывалъ мнѣ нѣкоторыхъ изъ нихъ, кои, по словамъ его, старшины въ семействахъ; онъ сравниваетъ ихъ съ честными мѣщанами, кои, на старости, пріобрѣли великое уваженіе отъ своихъ согражданъ, носятъ большую шляпу съ загнутыми полями и широкія серебряныя пряжки на башмакахъ. Они живутъ на земляхъ Кавалера, который удостоиваетъ ихъ самаго благосклоннаго покровительства; не смотринами, они какъ будто бы не признаютъ его власти, и не ведутъ съ нимъ никакихъ дружескихъ сношеній. Воздушныя ихъ усадьбы отстоятъ далѣе, чѣмъ на ружейный выстрѣлъ, и при всей близости своей къ замку, жильцы сихъ усадьбъ наблюдаютъ въ отношеніи къ людямъ недовѣрчивое и холодное отчужденіе.
   Но есть въ году время, которое всѣхъ птицъ равняетъ и даже уменьшаетъ снесъ въ тѣхъ, которыя летаютъ выше другихъ: это время, когда онѣ вьютъ гнѣзда, т. е. въ началѣ весны, когда лѣса снова зазеленѣютъ, когда по концамъ еще сухихъ вѣтвей растутъ и распускаются почки, когда лѣсная земляника и всѣ зѣлья, растущія въ тѣни безмолвныхъ дубровь, выказываютъ свои перья, разноцвѣтные листочки, а маргаритка и подснѣжникъ разцвѣтають подъ защитою заборовъ. Тогда въ пернатомъ царствѣ начинается общее движеніе, такъ какъ и въ царствѣ прозябаемомъ; безпрерывное волненіе въ птицахъ, веселые ихъ перелеты туда и сюда, возвѣщаютъ обновленіе жизни и плодородіе весны.
   Тогда и вороны, переставъ надменно чуждаться другихъ, отбрасываютъ свою гордость. Они не остаются по прежнему въ высокихъ предѣлахъ воздуха, качаясь вѣтеркомъ на верхушкѣ вѣковаго дерева, и бросая на смиренныхъ жителей земли презрительные взгляды; но на время слагаютъ съ себя барское достоинство и снустясь на землю, нисходятъ даже до тяжкаго и многотруднаго званія работниковъ. Врожденная ихъ холодность уступаетъ мѣсто довѣрчивости; они хлопотливо летаютъ съ мѣста на мѣсто, и собираютъ матеріалы, годные для постройки. Часомъ встрѣчаешь на дорогѣ кого-нибудь изъ сихъ старыхъ дворянъ, озабоченнаго и съ трудомъ передвигающаго ноги, какъ будто бы его мучила подагра или мозоли на пальцахъ: онъ бросаетъ вокругъ себя проницательные взгляды, осматриваетъ съ важнымъ вниманіемъ, сперва однимъ глазомъ, послѣ другимъ, каждую попадающуюся ему соломенку, пока не найдетъ какой-либо довольно большой и крѣпкой вѣтки, годной въ основаніе воздушнаго его замка; тогда онъ жадно ее схватываетъ и поспѣшно уноситъ на вершину своего дерева, вѣрно изъ страха, чтобъ у него не отняли такого сокровища.
   Сіи воздушные зодчіе, какъ и всѣ почти строители замковъ, отчасти странны въ выборѣ своихъ матеріяловъ и, кажется, предпочтительно употребляютъ тѣ, которые достаются намъ издалека. По сему-то, хотя окружныя деревья много доставляютъ сухихъ вѣтвей, но вороны и не думаютъ пускать ихъ въ дѣло; они собираютъ строительный свой запасъ въ дальнихъ краяхъ, и слетавъ за тридевять земель, возвращаются домой, причемъ каждый изъ нихъ несетъ во рту драгоцѣнный отломокъ дерева.
   Но я долженъ сказать всю правду, хотя и съ сожалѣніемъ, ибо сіе не много приноситъ чести степеннымъ и благороднымъ птицамъ во время постройки гнѣздъ, у нихъ часто случаются споры; Вороны грабятъ и обижаютъ другъ друга безъ всякаго зазрѣнія совѣсти; случается даже, что при важныхъ сего рода посяганіяхъ, убѣжище вороновъ становится сущимъ вертепомъ мятежа и раздора. Обыкновенно кто нибудь изъ супруговъ остается при гнѣздѣ, чтобы защитить его отъ расхищенія; и часто я видалъ сильныя распри, когда какой-либо лукавый сосѣдъ увивался вокругъ гнѣзда, чтобы стянуть славный отломокъ дерева, который ему приглянулся. Однако же, какъ я не хочу легкомысленно вдаваться въ подозрѣнія, могущія зачернить славу столь почтеннаго народа, то охотно вѣрю, что первостатейныя сословія гласно охуждаютъ такое хищничество, а власти строго наказываютъ за оное. Въ самимъ дѣлѣ, я часто видалъ, что цѣлая стая вороновъ налетала на гнѣздо инаго изъ ихъ сочленовъ, мигомъ его растаскивала по частямъ, дѣлила между собою добычу, иногда даже щипала и била несчастнаго владѣльца. Изъ сего я заключалъ, что то были полицейскіе приставы, наказывавшіе въ примѣръ другимъ какого-либо дерзкаго обидчика; или, можетъ быть, толпа приказныхъ, забиравшихъ у него въ домѣ наличное имущество.

(Окончаніе впредь.)

"Сѣверная Пчела", No 56, 1828

   

Вороны.

(Окончаніе.)

   Во время ихъ построекъ, я забавлялся иногда тѣмъ, что наблюдалъ ихъ подвиги другаго рода. Управитель позволилъ пасти стадо овецъ на лужайкѣ близъ замка, къ досадѣ Кавалера, который думаетъ, что симъ унижается достоинство звѣринца, который должно исключительно предоставить дикимъ звѣрямъ. Недалеко отъ оконъ гостинной стоитъ небольшой холмикъ, покрытый дерномъ, тамъ овцы съ ягнятами собираются подъ вечеръ, пользоваться послѣдними лучами заходящаго солнца. Какъ скоро овцы туда сходились въ ту пору, когда сіи властолюбивыя птицы строили свои гнѣзда, то старый воронъ -- и, по увѣренію Г. Симона, первый сановникъ въ своемъ сословіи,-- слеталъ внизъ и величаво садился на головѣ овцы, которая, чувствуя въ полной мѣрѣ сію честь, переставала щипать траву и стояла въ почтительной недвижности подъ знаменитою своею ношею. Вся стая вороновъ, подражая своему старѣйшинѣ, спускалась тогда, стелясь по воздуху, до тѣхъ поръ, пока у каждой овцы садилось на спинѣ по два и по три ворона, которые вспархивали, били крыльями и каркали. Вознаграждали ль они овецъ за ихъ покорность, собирая именемъ своей республики большія пошлины съ) ихъ волны, въ этомъ я не могу удостовѣришь; но думаю, что они слѣдовали въ томъ обыкновенію сильныхъ покровителей.
   Въ концѣ Мая мѣсяца, когда птицы начинаютъ сходить съ гнѣздъ и качаться на ближнихъ вѣткахъ, бываетъ тяжкая година испытаній для сихъ птицъ. Тогда-то начинается охота за воронятами, страшное избіеніе невинныхъ. Кавалеръ запрещаетъ на своихъ земляхъ всѣ такія потѣхи; но мнѣ сказывали, что въ колоніи вороновъ около старой часовня, ежегодно производится на нихъ жестокое гоненіе. Вся деревня ополчается поголовно противъ сей усердной республики. Каждый шалунъ, которому посчастливилось достать старую винтовку или ржавый дробовикъ, выступаетъ въ поле съ стрѣлками изъ лука, школы Слингби. Напрасно малорослый священникъ возстаетъ прошивъ сего всею своею властью, и изъ своего кабинета, стоящаго окнами къ кладбищу, осиплымъ голосомъ выкрикиваетъ самыя строгія увѣщанія: стрѣльба не перерывается съ утра до вечера. Не каждый выстрѣлъ мѣтко попадаетъ, потому, что стрѣлки сіи небольшіе мастера своего дѣла; однакоже громкіе крики шалуновъ осаждающей арміи, со (временамъ возвѣщаютъ паденіе какого-нибудь жирнаго и (несчастнаго вороненка, который тяжко, какъ пирогъ, начиненный яблоками, стукнулся о землю.
   Другаго еще рода бѣдствія и скорби постигаютъ сію республику. Весьма естественно думать, что въ сословіи аристократическомъ, столь гордомъ, столь надменномъ своею знаменитою породой и стариннымъ дворянствомъ, часто случаются споры за мѣстничество, которые влекутъ за собою кровавые поединки. Примѣры тому нерѣдки: частныя распри производятъ жестокія ссоры на вершинахъ деревъ, и мнѣ не разъ случалось видѣть правильный поединокъ двухъ гордыхъ и храбрыхъ вороновъ. Воздушное пространство всегда служитъ имъ полемъ битвы, и тутъ они показываютъ много искуства и ловкости, иногда кружатся они въ воздухѣ одинъ за другимъ, иногда поднимаются выше и выше, чтобъ выиграть больше поля, часто даже теряются въ облакахъ прежде чѣмъ битва кончится.
   Иногда они должны выдерживать буйные набѣги хищника-сокола; тогда они отражаютъ его отъ своихъ предѣловъ поголовнымъ ополченіемъ (posse comitatus). Надобно сказать, что они весьма крѣпко охраняютъ свои владѣнія, и не позволяютъ никакой чужой птицѣ селишься въ ихъ рощѣ и даже по близости оной. Почтенный и важный филинъ, одинокій старикъ, долгое время жилъ въ одномъ уголку рощи; но вороны храбро на него напали и вытѣснили его оттуда. Наскучивъ свѣтомъ, онъ удалился въ ближній лѣсъ; тамъ живетъ онъ и понынѣ, какъ истинный отшельникъ, и часто повторяетъ ночныя свои жалобы на сей насильственный поступокъ.
   Въ тихіе, прекрасные вечера, когда вороны предаются сну, слышатся вопли сего несчастнаго джентлемена, и часто, прогуливаясь при свѣтѣ луны, я вслушиваюсь въ нихъ съ таинственнымъ наслажденіемъ. Сѣдобородый сей отступникъ свѣта въ большомъ уваженіи у Кавалера; но завыванья его поселяютъ суевѣрные страхи въ служителей замка, и ни за что бы нельзя было уговорить коровницу итти ночью въ тотъ лѣсъ, гдѣ воетъ филинъ.
   Не однѣ частныя ссоры тяготятъ бѣдствіями вороновъ: есть и другія несчастія, ввергающія въ горесть самыя почтенныя семейства.-- Вороны сохранили истинный духъ старинныхъ феодальныхъ Бароновъ, и потому часто отправляются изъ своихъ замковъ грабить или собирать контрибуцію съ пажитей своихъ сосѣдей, поселянъ; случается иногда, что въ набѣгахъ своихъ они выдерживаютъ огонь старой артиллеріи какого-нибудь несговорчиваго арендатора. Иногда же, когда они выходить подышать чистымъ воздухомъ и прогуливаются за предѣлами парка, не ожидая никакой себѣ бѣды, они безразсудно подходятъ на полетъ стрѣлы кого-либо изъ шалуновъ стрѣлковъ школы Слингби, и бываютъ сражены рукою негодяя школьника. Часто раненый едва имѣетъ столько силы, чтобъ долетѣть до своего жилья, и испустивъ духъ посреди вороновыхъ гнѣздъ, остается повисшимъ на вѣтви, какъ воръ на висѣлицѣ.... Ужасный урокъ для его согражданъ, и грустный предметъ сожалѣнія для Кавалера!
   Но вообще, не смотря на сіи печальные случаи, жизнь вороновъ счастлива и спокойна. Когда птенцы ихъ выросли и пустились по пространству воздуха, настоящей ихъ стихіи, тогда родительскія о нихъ заботы прекращаются: старики снова принимаются за привычную свою гордость и аристократическую лѣнь. Смотрю на нихъ, когда съ шумною радостью они забавляются въ высокихъ своихъ рощахъ, то летая подъ облаками, то отдыхая на вершинахъ деревъ, и, съ распущенными крыльями, качаясь на концахъ вѣтокъ, колеблемыхъ вѣтромъ,-- смотрю и завидую иногда тому счастію, коимъ они наслаждаются въ воздушныхъ своихъ жилищахъ. Временемъ они пускаются къ церкви и тамъ дѣлаютъ надъ колокольнею круги по воздуху; временемъ оставляютъ они дома только одинъ гарнизонъ, для содержанія карауловъ и защищенія крѣпости, а вся остальная дружина разсѣвается вдаль для прохлажденія себя на открытомъ воздухѣ. При закатѣ солнца, стража возвѣщаетъ ихъ возвращеніе: сперва чуть слышно отдаленное ихъ карканье, чуть видны они на краю небосклона, какъ черная туча, мало по малу приближающаяся и наконецъ налетающая на возвышенныя ихъ убѣжища. Тогда они плаваютъ надъ садомъ и замкомъ, дѣлая обширные круги по воздуху, потомъ мало по малу спускаются до тѣхъ поръ, пока одни за другими усядутся на деревьяхъ рощи, и, слушая ихъ смѣшанный говоръ, легко можно подумать, что они расказываютъ другъ другу дневныя свои похожденія.
   Люблю прохаживаться въ этотъ часъ по темнымъ рощамъ, кои они избрали для своего поселенія; люблю слушать надъ моею головою разнозвучный говоръ сего воздушнаго народа. По мѣрѣ того, какъ мракъ сгущается, говоръ стихаетъ, и кажется, будто бы они засыпаютъ мало по малу; однако жъ по временамъ все еще слышны разладные, хриплые голоса: можно бы сказать, что это мужъ съ женою спорить за конецъ одѣяла или за край подушки. И уже поздно ничью они совсѣмъ засыпаютъ: тогда-то одинокій пустынникъ, сосѣдъ ихъ старый филинъ, заводитъ въ глуши уединеннаго лѣса заунывныя свои жалобы. Перев. С.

"Сѣверная Пчела", No 57, 1828

   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru