# Иванов-Разумник

Р В Иванов-Разумник

Очерк М. Добрынина из Литературной энциклопедии (1930).

Источник: Добрынин М. Иванов-Разумник // Литературная энциклопедия: В 11 т. -- [М.], 1929--1939. Т. 4. -- [М.]: Изд-во Ком. Акад., 1930. -- Стб. 410--413.

Оригинал здесь: Фундаментальная электронная библиотека.


ИВАНОВ-РАЗУМНИК (псевдоним Разумника Васильевича Иванова) [1878--] -- литературовед и социолог. Р. в Тифлисе, в дворянской семье. Учился в I петербургской гимназии, а затем на математическом факультете СПБ. университета. За участие в студенческой демонстрации в 1901 был арестован, в 1902 -- выслан из Петербурга. Печататься начал в 1904 в "Русской мысли" (статья о Н. К. Михайловском), затем писал в "Русском богатстве", "Русских ведомостях" и др. органах. Двухтомная "История русской общественной мысли" И.-Р. [1906] пользовалась в свое время большой популярностью. После революции 1917 И.-Р. вместе с Белым и С. Мстиславским редактирует сборники "Скифы" [1918], помещая в них статьи в духе левоэсеровского народничества. В них И.-Р. воздает восторженную хвалу "первым подлинно народным поэтам нашим -- Есенину, Орешину и особенно Клюеву, равно избегшим опасностей военного шовинизма и революционного азарта". Только их голос громко прозвучал в "грохоте громов" великой революции, к-рую так усердно стараются сделать малой все "мещане от обывательщины и от социализма". Уже в первой своей книге И.-Р. полностью раскрывает свое философское credo и свой критический метод. Собственную философскую систему И.-Р. называет имманентным субъективизмом, под углом зрения к-рого он и рассматривает историю русской общественной мысли. В 20--30-х гг., по его мнению, доминирует мистическая теория прогресса, в 40-х -- позитивная теория прогресса, в 50-х -- имманентный субъективизм (Герцен), в 60-х -- вульгаризация имманентного субъективизма, утилитаризм и вырождение в нигилизме, в 70-х -- наблюдается возврат к имманентному субъективизму (Лавров и Михайловский), затем -- возрождение позитивной теории прогресса, достигающей апогея в русском марксизме 90-х гг., в 900-х гг. -- мистическая теория прогресса -- и в следующие годы XX в. -- новый возврат к имманентному субъективизму. В основе своей последний сводится к отрицанию объективной целесообразности, объективного смысла жизни, к утверждению субъективной целесообразности, к признанию, что субъективной целью, а значит и самоцелью, является человек. Цель жизни -- в настоящем, в осуществлении полноты бытия, в большем включении в свою жизнь таких ценностей, как правда-ощущение, правда-красота, правда-справедливость и правда-истина. Из желания полноты бытия вытекает активное отношение к жизни. Возражая против неправильного толкования термина "субъективный метод", И.-Р. заявляет: "Субъективизм -- не метод и не прием, а доктрина, вполне определенное социологическое воззрение, и не только социологическое, но и гносеологическое, и психологическое, и этическое; субъективизм есть этико-социологический индивидуализм" ("История русской общественной мысли"). А в другом месте: "Мировоззрение имманентного субъективизма является бодрым, активным, жизненным, субъективно-осмысливающим жизнь человека и жизнь человечества" (О смысле жизни, СПБ., 1910).

Теория имманентного субъективизма не нуждается в опровержении с марксистской точки зрения, т. к. марксизм подверг достаточно разрушительной критике ее философское основание. Как признает и сам И.-Р., "в основе имманентного субъективизма должна лежать теория познания имманентной философии, какой является трансцендентальный идеализм Канта и эмпириокритицизм Авенариуса и в узком смысле "имманентная школа" Шуппе, Шуберт-Зольдерна и др." (О смысле жизни, стр. 283). В области социологии И.-Р. утверждает категории справедливости, возможности, телеологизма. Возражая "объективистам" и, в особенности, марксистам, И.-Р. не может понять сути спора, сводящейся не к отрицанию субъективной деятельности, а к тому, как относятся субъективные стремления данного социолога к объективному ходу общественного развития. Он не может понять, что для марксиста этого отрицания нет, т. к. субъективные устремления обусловливаются объективными.

Свои философские и социологические воззрения И.-Р. переносит и в историю русской лит-ры и в критику. История русской общественной мысли есть история интеллигенции. "Философия истории русской интеллигенции есть в то же время отчасти и философия русской лит-ры". Содержанием философии русской лит-ры является борьба интеллигенции с мещанством. Что такое мещанство? "Определяя возможно широко сущность этического мещанства, мы скажем, что мещанство -- это узость, плоскость и безличность, узость формы, плоскость содержания и безличность духа; иначе говоря, не имея определенного содержания, мещанство характеризуется своим вполне определенным отношением к какому бы то ни было содержанию: самое глубокое оно делает самым плоским, самое широкое -- самым узким, резко-индивидуальное и яркое -- безличным и тусклым... Мещанство -- это трафаретность, символ веры мещанства и его заветнейшее стремление -- это "быть, как все"; мещанство как группа есть поэтому та "сплоченная посредственность", к-рая всюду и всегда составляла толпу, доминирующую в жизни..." (История русской общественной мысли, т. I, стр. 15--16). Мещанство -- это сила, противоположная интеллигенции, это та среда, в борьбе с которой проходил процесс развития русской интеллигенции. "Интеллигенция есть этически -- антимещанская, социологически -- внесословная, внеклассовая, преемственная группа, характеризуемая творчеством новых форм и идеалов и активным проведением их в жизнь в направлении к физическому и умственному, общественному и личному освобождению личности" (там же, т. I, стр. 10). Борьба этих внесословных и внеклассовых групп во имя этического индивидуализма, отличающегося и от ультраиндивидуализма и от антииндивидуализма, составляет содержание русской общественной мысли, русской лит-ры, русской интеллигенции.

Недостаточная четкость термина "интеллигенция", непонимание неизменно классового генезиса этой общественной прослойки, игнорирование ее классовой многосоставности лишило И.-Р. возможности правильно понять историю русской общественности. Она предстала в изображении И.-Р. не как результат идеологической борьбы определенных социальных группировок, а как следствие философской эволюции замкнутой в себе группы интеллигентов. Более того, рассматривая историю русской общественной мысли, смешивая ее с историей русской лит-ры, И.-Р. утверждает отрыв истории идей от истории людей, мыслей от их реальных носителей -- классов и классовых групп, совершает процесс "идеологизации истории". Само понятие интеллигенции и мещанства как групп внесословных и внеклассовых ненаучно и не имеет никаких оснований в действительной истории, оно есть результат идеологизирующего историка, оперирующего мыслями как самостоятельными сущностями, имеющего своей исходной философской позицией субъективный идеализм.

Пользуясь широкой популярностью среди мелкобуржуазных слоев, настроенных оппозиционно в предреволюционное время, примыкая к партии левых эсеров, заявляя о том, что он всегда находился в оппозиции, но оппозиции слева, он после революции остался тем же субъективным идеалистом, со своей теорией внеклассовой и внесословной русской интеллигенции (Русская литература, Берлин, 1923, стр. 401), остался идеологом мелкой буржуазии, идеологом мещанства.

И.-Р. принадлежит ряд статей и книг по истории русской лит-ры; он писал о Герцене, Белинском, Л. Толстом, Пушкине, Белом, Блоке и др. Научную ценность этих историко-литературных работ И.-Р. нельзя признать значительной. Несмотря на ряд остроумных догадок (статья о композиции "Евгения Онегина") и правильных диагнозов ("Калиф на час" -- статья о Куприне), литературоведческая продукция И.-Р. обесценена отсутствием метода. Широковещательная патетика не в силах скрыть от читателя эклектического существа его оценок. Для И.-Р. главная задача критики -- в определении "пафоса" философии (чаще всего бессознательной) художника. Критика неотделима от того произведения, к-рому посвящена, она созвучна с ним. Всякая критика есть творчество, и критик пользуется поэтому теми же привилегиями, что и художник. Само собой разумеется, что этот путь имманентного субъективизма пресекал И.-Р. возможность пользоваться объективным методом научной критики.


## Библиография:


## I.


История русской общественной мысли, 2 тт., СПБ., 1907; То же, вып. VIII, изд. "Колос", П., 1918 (изд. не закончено);

То же, изд. 6-е, Берлин, 1923; Русская литература XX в., изд. "Колос", П., 1920;

О смысле жизни. Ф. Сологуб, Л. Андреев, Л. Шестов, СПБ., 1908 (изд. 2-е, 1910);

Что такое "махаевщина"? К вопросу об интеллигенции, СПБ., 1908 (изд. 2-е, "Об интеллигенции", СПБ., 1910);

Великие искания, изд. "Прометей", СПБ., 1911;

Литература и общественность, изд. 2-е, "Прометей", СПБ., 1911 (изд. 1-е, 1910);

Творчество и критика, изд. "Прометей", СПБ., 1912; То же, изд. "Колос", П., 1922;

Лев Толстой, изд. "Прометей", СПБ., 1913;

Пушкин и Белинский, изд. "Прометей", П., 1916; Перед грозой, Статьи 1916--1917, изд. "Колос", П., 1923;

Год революции, Статьи 1917--1918, П., 1918;

Александр Блок, Андрей Белый, Сб. статей, изд. "Алконост", П., 1919;

А. И. Герцен, Сб. статей, изд. "Колос", П., 1920;

Заветное, Статьи о культурной традиции: Черная Россия, Статьи 1912--1913;

Вечные пути, Статьи 1913--1914, изд. "Эпоха", 1922;

Скифское, Статьи о духовном максимализме: Иго войны, Статьи 1914--1917; Две России, Статьи 1917--1918, изд. "Эпоха", 1922;

Салтыков-Щедрин, "Фед.", М., 1930.

Под ред. и с комментариями И.-Р. выходили: Избр. сочин. Белинского, 3 тт., СПБ., 1909 (изд. 2-е, 1913; изд. 3-е, 1918--1919); Серия "Историко-литературная биб-ка", изд. Стасюлевича (Державин, Жуковский, Пушкин и др.);

Сочин. Салтыкова-Щедрина, Гиз, 1926--1928;

Вершины (А. Блок и А. Белый), изд. "Колос", П., 1923;

Книга о Белинском, изд. "Мысль", П., 1923.


## II.


Плеханов Г. В., Идеология мещанина нашего времени, Собр. сочин., т. XIV, Гиз, М., 1925 (по поводу "Истории русск. обществ. мысли"; ответ И.-Р. см. в сб. "Лит-ра и общественность);

Волжский, Новая книга о русской интеллигенции, "Русская мысль", 1907, VI;

Луначарский А. В., Мещанство и индивидуализм, сб. "Очерки философии коллективизма", СПБ., 1909;

Исаков Е., Новое мировоззрение (по поводу книги "О смысле жизни"), "Русская мысль", 1909, VI;

Ефимов Н., Своеобразие русской литературы, Одесса 1919;

Троцкий Л. Д., Освобождение слова, в сб. "Лит-ра и революция", Гиз, М., 1923 (изд. 2-е, М. 1924).


## III.


Владиславлев И. В., Русские писатели, изд. 4-е, Гиз, Л., 1924.


М. Добрынин