# Личность покойного императора Японии Мутсухито

Аноним Японская_литература

Заграничная хроника.


1. Общественная жизнь.


## Личность покойного императора Японии Мутсухито


Скончавшийся в июле месяце японский император Мутсухито принадлежал к числу выдающихся деятелей новейшего времени. Его царствование совпало с знаменательной эпохой в жизни его родины -- периодом возрождения и расцвета Японии и выступления ее на арену мировой истории. Живо интересуясь всем, что касается страны Восходящего Солнца, возвысившейся в такой поразительно короткий срок до степени великой державы, Европа всегда отдавала дань удивления монарху, имя которого неотделимо от блестящих страниц в летописях его народа. С тех пор, как появились первые известия об опасном положении микадо, европейская пресса внимательно следила за ходом его болезни; смерть императора вызвала повсеместно ряд статей, посвященных памяти умершего. Для нас, русских, эта историческая личность представляет тем больший интерес, что волею судеб России пришлось столкнуться с Японией на пути ее поступательного шествия, руководимого покойным микадо, и пережить в результате этого столкновения памятные всем великие потрясения.

За сорок девять лет царствования императора Мутсухито в Японии совершился такой прогресс во всех сторонах ее жизни и такие разительные перемены, которые являются едва ли не беспримерными в истории человечества. И можно утверждать, что личности умершего микадо принадлежала очень крупная роль в этом изумительном процессе расцвета его страны. Когда в 1867 году пятнадцатилетним юношей Мутсухито внесли на изукрашенных золотым лаком носилках во дворец его предков в качестве нового государя Японии, то он всем своим существом являлся еще истинным сыном Востока, похожим на любого из восточных деспотов, застывших среди тяжелого блеска окружающей их роскоши. Однако, из этого юноши суждено было выработаться впоследствии спокойному, самоуверенному человеку, который решительно отбросил от себя все предрассудки племени и расы, обратился -- и не только по костюму -- в настоящего европейца и смело повел свой народ по пути успехов и славы.

Для японца император Мутсухито был высоким мужчиной -- ростом 5 футов и 6 дюймов. В его обращении не было той манерной, {подчас приторной вежливости, которую так чаcто приходится наблюдать у многих из его подданных; напротив того, микадо казался скорее неповоротливым, тяжеловатым человеком, но производил при том импонирующее впечатление на тех, кому приходилось иметь с ним дело. Живой ум светился в его миндалевидных черных, как уголь, глазах; в его взоре молено было прочесть в каком-то непонятном сочетании и энергию, и мечтательность, незаурядную душевную силу и в то же время нежность.

Искусство в совершенстве владеть собою сделалось наиболее характерным свойством императора. Благодаря непоколебимой твердости воли ему всегда удавалось увлекать за собою других и побуждать их смело бросаться вперед. Он начал, впрочем, свое заветное дело с подражания. Западноевропейская культура стала для него путеводною звездой -- целью, к которой он стремился так упорно и последовательно, что скоро из простого подражателя обратился в самостоятельного работника этой культуры. Микадо до такой степени проникся духом европейской цивилизации, так приобщился к нему своим внутренним существом, что руководствоваться началами этой цивилизации в жизни сделалось естественным требованием его собственной природы. В ежедневном времяпрепровождении японского императора не осталось и следов обычной, вошедшей в пословицу неподвижности и праздности восточных монархов. Каждый день поднимался он уже с шести часов утра и торопился выехать на верховую прогулку, твердо веруя, что езда верхом должна быть излюбленным спортом и главнейшим развлечением в часы досуга для всякого государя. После целых столетий японской истории Мутсухито явился первым императором Японии, который стал заниматься физическими упражнениями. Раньше на подобные занятия смотрели, как на унизительные для достоинства государя; физическое воспитание для последнего признавалось совершенно ненужным. Если, при этом, иметь в виду, что император и ходить-то научился, как следует, только когда ему было около шестнадцати лет, ибо в прежние времена наследнику престола воспрещалось передвигаться иначе, как на носилках, то в этой любви микадо к верховой езде и физическому спорту нельзя не видеть яркого доказательства чисто-современного склада его ума.

Дворец, в котором жил японский император, занимает большее пространство, чем Ватикан с его садами и все помещения Пекинского дворца вместе взятые -- между тем, эти царственные резиденции считаются одними из наиболее обширных в свете. В конюшнях микадо стояло более трех тысяч лошадей, лично покойный всего более предпочитал коней австралийского происхождения. Богатства микадо -- неистощимы: помимо получаемых по цивильному листу 3.000.000 рублей, император Японии владеет несметными капиталами и драгоценностями и получает громадные доходы от принадлежащей ему флотилии. Однако, в повседневном быту микадо Мутсухито ничто не говорило о пышном великолепии и роскоши, которые обычно царят при восточных дворах. Его личные привычки и вкусы были чрезвычайно просты. Жизнь императора протекала крайне однообразно и размеренно; главнейшее место в ней занимали постоянные занятия и совещания с министрами, с которыми он всегда находился в теснейшем общении.

Свое свободное время умерший микадо посвящал чтению книг и журналов. Он был знатоком и большим поклонником старо-китайской литературы и классической поэзии своей родной страны. И лично сам император не был чужд занятиям поэзией, соперничая в стяжании мирных ее лавров с своей супругою, которая, с своей стороны, с увлечением отдавалась любимой национальной страсти японцев -- писанию стихов. Его воинские наклонности, его горячая любовь к военному делу отражались в частной жизни микадо в коллекционировании древних мечей и сабель -- замечательных образцов старо-японского оружейного искусства, по сравнению с произведениями которого, по словам поэта, толедская сталь является не более, как хрупким стеклом.

Покойный император мог умереть с уверенностью, что труд его жизни не останется бесплодным, и что обновленная Япония и на будущее время твердо пойдет по намеченному им пути прогресса и цивилизации.


("Berliner Zeitung", 22 июля 1912 г.).


------------------------------------------------------------------------------


Источник текста: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 8.