# Экономические последствия государственных долгов

Карл Каутский

Перевод Т. Р..

## Экономическія послѣдствія государственныхъ долговъ.


## К. Каутскаго.


## I. Ростъ государственныхъ долговъ.


Современное государство въ своей налоговой политикѣ предпочитаетъ покрывать свои дефициты и чрезвычайные расходы не новыми налогами, а займами: естественно, что война является для нихъ главнымъ поводомъ. Всякая война неизбѣжно связана для каждой изъ воюющихъ сторонъ съ тяжелымъ бременемъ государственныхъ долговъ.

Объ англійскомъ государственномъ долгѣ Кольбъ въ своей статистикѣ говоритъ слѣдующее:

"Долги возникли и росли только по одной причинѣ: изъ-за войны". Американская война за независимость, длившаяся 10 лѣтъ (1771--1784), повлекла за собой увеличеніе англійскаго государственнаго долга на 121 милл. фунт. стерл.; антиякобинская война, длившаяся почти безъ прорывовъ съ 1793 до 1815 г., т. е. 22 года, увеличила государственный долгъ на 600 милл. ф. стерл,-- для того времени это сумма чрезвычайно крупная. По сравненію съ ней долгъ, связанный съ крымской войной, кажется незначительнымъ. Онъ достигъ "только" суммы въ 40 милл. фунтовъ, между тѣмъ какъ война противъ маленькой бурской республики навязала Англіи долгъ равно вчетверо большій по сравненію съ крымской, т. е. 160 милл. ф. стерл.

Въ другихъ европейскихъ государствахъ соотношеніе между государственнымъ долгомъ и войной обнаруживается съ меньшей выпуклостью, такъ какъ у нихъ всѣхъ дефициты, какъ причина растущей задолженности играютъ весьма видную роль.

Исключеніе изъ того правила, что война навязываетъ государству новое бремя долговъ, составляла Германія, которая начала свое хозяйство пріобрѣтеніемъ 4 милліарда марокъ военной контрибуціи, а еще передъ этимъ война 1866 г. дала Пруссіи 180 милл. марокъ. Но это было быстро "преходящимъ явленіемъ". Десятилѣтія, слѣдовавшія за франко-нѣмецкой войной, католическая "Государственная энциклопедія" характеризуетъ -- въ своей статьѣ о государственныхъ домахъ -- слѣдующимъ образомъ:

"Затѣмъ наступилъ въ Европѣ періодъ мира, но одновременно съ этимъ началось необычайное усиленіе вооруженій на сушѣ и на морѣ, и вмѣстѣ съ этимъ явилась новая причина увеличенія государственныхъ долговъ... Двадцатый вѣкъ далъ новый поводъ для увеличенія долговъ европейскихъ государствъ благодаря колоніальнымъ предпріятіямъ Англіи, Франціи, Италіи, Россіи и Германіи, которыя въ свою очередь поглощали громадныя суммы".

Общая сумма долговъ нынѣ воюющихъ державъ Англіи, Франціи, Россіи, Австріи и Германіи составляла въ 1874 году по подсчету Кольба 50 милліардовъ марокъ. До начала настоящей войны эти долги возросли до 80 милліардовъ.

Въ англосаксонскихъ странахъ на войну смотрятъ какъ на уважительный поводъ дѣлать долги. Въ мирное время эти долги затѣмъ выплачиваютъ.

Такъ, напримѣръ, государственные долги Англіи въ промежуткѣ, между 1815--1836 г.г. упали съ 900 милл. фунт. стерл. до 800 милл. Крымская война увеличила долгъ до 836 милл. Съ того времени вплоть до 1899 г. эта сумма постепенно понижалась и составляла уже только 635 милл. фунт. стерл. Благодаря бурской войнѣ она снова увеличилась до 800 милл., а послѣ войны снова стала понижаться (въ 1911 г. 733 милл.).

То же самое развитіе мы наблюдаемъ и въ Соединенныхъ Штатахъ. Гражданская война очень чувствительно отразилась на государственномъ долгѣ. Въ 1860 г. онъ составлялъ сумму въ 60 милл. долларовъ, въ 1864 г. онъ достигъ уже суммы въ 1709 милл. Съ этого времени долгъ съ каждымъ годомъ все понижался. Въ 1893 г. онъ упалъ уже до 839 милл. долларовъ.

Съ этого времени Соединенные Штаты стали также проявлять имперіалистскія тенденціи, хотя далеко не въ такой мѣрѣ, какъ капиталистическія страны Европы. Увеличеніе флота и испанская война повысили долгъ до 1155 милл. долларовъ. Въ 1903 г. онъ снона понизился до 925 милл. и съ этого времени продолжаетъ стоять на той же высотѣ.

Въ европейскихъ странахъ мы нигдѣ не находимъ такого пониженія государственнаго долга, за исключеніемъ Германіи послѣ войны 1870 г. Французская военная контрибуція въ 4 милліарда дала отдѣльнымъ государствамъ новообразовавшейся Имперіи возможность уменьшить сумму государственнаго долга.

Но скоро наступила и для Германіи новая эра задолженности. Къ началу настоящей войны государственный долгъ Имперіи составлялъ 5 милліардовъ марокъ, а Пруссія -- 10 милліардовъ. Долги другихъ нѣмецкихъ государствъ, входящихъ въ составъ Имперіи равнялись 5300 милл. марокъ. Всего -- свыше 20 милліардовъ. Въ 1874 г. сумма государственнаго долга всей Имперіи исчислялась всего въ 3 1/2 милліардовъ марокъ.


## II. Аккумуляція капитала.


Годичное производство страны можно разложить на четыре части. Одна часть покрываетъ истраченныя въ теченіе года средства производства. Вторая часть служить въ формѣ заработной платы для поддержки работоспособности рабочаго класса. Третья часть потребляется классомъ капиталистовъ. Четвертая часть, наконецъ, служитъ для расширенія производства,-- это фондъ накопленія класса капиталистовъ.

Экономическое развитіе совершается особенно успѣшно тогда, когда расходы государства покрываются изъ потребительнаго фонда класса капиталистовъ. Это скорѣе всего достигается прогрессивно подоходнымъ и имущественнымъ налогомъ, который не простирается на мелкіе доходы. Государственные займы же успѣшнѣе всего покрываются изъ фонда накопленія класса капиталистовъ.

Если государственный заемъ дѣлается для цѣлей непроизводительныхъ, то накопленіе капитала замедляется и это вредитъ интересамъ рабочихъ. Ибо въ капиталистическомъ обществѣ положеніе рабочихъ тѣмъ хуже, чѣмъ медленнѣе расширяется капиталистическое производство.

Но если рабочіе заинтересованы въ накопленіи капитала, то развѣ это не будетъ гармоніей интересовъ между капиталомъ и трудомъ?

Нѣтъ такихъ двухъ общественныхъ классовъ, которые совершенно лишены были бы общности интересовъ. Даже между рабовладѣльцемъ и рабомъ и то можно было найти ее. Стоило только обѣднѣть господину, какъ уже рабу нечего было ѣсть. Стоило заболѣть рабу, какъ господинъ терпѣлъ убытки. Но эта случайная общность интересовъ -- ничто по сравненію съ глубокимъ классовымъ антагонизмомъ. И въ вопросѣ о накопленіи капитала проявляется тотъ же антагонизмъ. Побудительнымъ факторомъ для капиталистовъ является прибыль. Чтобы увеличить прибыль, они накопляютъ капиталъ. Накопленіе капитала тѣмъ быстрѣе, чѣмъ выше прибавочная стоимость. Самымъ удобнымъ способомъ для полученія ея является сокращеніе заработной платы и удлиненіе рабочаго дня. Рабочій же заинтересованъ въ быстромъ накопленіи капитала, поскольку оно даетъ ему возможность добиваться сокращенія рабочаго дня и повышенія заработной платы.

Съ другой стороны, рабочій заинтересованъ въ ростѣ "производительнаго капитала", какъ Марксъ опредѣляетъ его въ своемъ трудѣ "заработная плата и капиталъ". Въ первомъ томѣ "Капитала" онъ, правда, говоритъ о накопленіи капитала вообще, но онъ разсматриваетъ исключительно процессъ производства, и имѣетъ въ виду только тотъ капиталъ, который примѣняется въ этомъ процессѣ, т. е. капиталъ "производственный".

Только накопленіе этого капитала лежитъ въ интересахъ рабочаго. Но другое дѣло денежный капиталистъ. Его интересуютъ исключительно проценты. Ему совершенно безразлично, получаетъ ли онъ ихъ, пуская свой капиталъ въ индустрію или ссужая его любому расточителю -- лишь бы онъ давалъ ему высокіе проценты. Чѣмъ больше спросъ на ссудный капиталъ для непроизводительныхъ цѣлей, тѣмъ ему пріятнѣе. Тѣмъ выше также проценты съ капитала, ссужаемаго индустріи. Но тѣмъ сильнѣе стремленіе, предпринимателей сколотить повышенные проценты сбереженіями въ производствѣ. Такія сбереженія дѣлаются въ первую очередь на счетъ рабочихъ.

Изъ этого уже видно, что накопленіе капитала имѣетъ для рабочаго совершенно иное значеніе чѣмъ для капиталиста и что общность ихъ интересовъ и въ этой области очень далека отъ гармоніи.


## III. Проценты по государственнымъ займамъ.


Часто недооцѣниваютъ задерживающее вліяніе государственныхъ долговъ на экономическую жизнь. Только на проценты по займамъ смотрятъ какъ на новое обремененіе общества, обремененіе, впрочемъ имѣющее отношеніе только къ будущему времени. И совсѣмъ не учитываютъ того, что каждый государственный долгъ дѣлаетъ насъ бѣднѣе не только на сумму годовыхъ процентовъ, но и на всю сумму долга.

Государственный заемъ покрывается изъ суммъ, отложенныхъ капиталистами для примѣненія ихъ въ качествѣ производственнаго капитала. Эти суммы сложились или изъ прибавочной стоимости, которую капиталистъ "сберегъ", т. е. накопилъ, или же они взяты изъ фонда, предназначеннаго капиталистомъ для покупки новыхъ машинъ, сырого матеріала, для будущей заработной плата рабочимъ и т. п. Въ періодъ всеобщаго застоя въ промышленности послѣдняя не особенно нуждается въ этихъ суммахъ, и ихъ безъ затрудненій можно предоставить государству. Но если государство используетъ ихъ непроизводительно, то онѣ навсегда уже потеряны для процесса производства, и послѣдній задерживается въ своемъ развитіи. Рикардо видѣлъ въ государственныхъ долгахъ весьма крупное зло. Плату по процентамъ онъ напротивъ не считалъ бременемъ. Къ XVII гл. "Principles" онъ говоритъ по этому поводу слѣдующее:

"Если для покрытія годичныхъ расходовъ дѣлается заемъ въ 20 милліоновъ, то это идетъ въ ущербъ производительному капиталу націи. Милліонъ же, который путемъ налоговъ взимается для уплаты процентовъ, переходитъ только изъ кармановъ плательщика налога въ карманы получающихъ проценты. Дѣйствительный расходъ заключается въ самомъ займѣ, а не въ процентахъ по займу".

Рикардо могъ прійти къ такому выводу, только потому, что признавалъ желѣзный законъ заработной платы. Онъ полагалъ, что каждый налогъ, обременяющій рабочаго, повышаетъ его заработную плату и уменьшаетъ прибыль съ капитала. Въ сущности всѣ налоги должны быть уплачены капиталистами или изъ потребительнаго фонда или аккумуляціоннаго. Проценты по государственному долгу капиталисты платятъ самимъ себѣ же. Въ предѣлахъ класса капиталистовъ, нѣкоторые изъ нихъ неизбѣжно теряютъ при этомъ, другіе, наоборотъ, выигрываютъ, но богатство этого класса въ цѣломъ отъ этого не уменьшается и не увеличивается.

Но теперь мы знаемъ, что все это происходитъ далеко не такъ механически, что и капиталъ и заработная плата весьма эластичныя явленія. Такъ же невѣренъ взглядъ, что капиталъ платитъ всѣ налоги, какъ и противоположенный взглядъ, что они взимаются съ труда. Для оцѣнки того, какое вліяніе имѣетъ плата процентовъ по государственному долгу слѣдуетъ принять въ разсчетъ, съ кого взимаются налоги, которые идутъ на платежи процентовъ. Если источниковъ налоговъ является прибавочная стоимость, если это прогрессивно-подоходный или имущественный налогъ, который не касается доходовъ, скажемъ, ниже 3000 марокъ, то тогда дѣйствительно государство беретъ у капиталистовъ одной рукой то, что возвращаетъ имъ другой въ видѣ процента.

Иное дѣло, если этотъ налогъ ложится бременемъ на заработную плату. Этотъ вычетъ изъ заработной платы идетъ въ видѣ новой прибавочной стоимости въ пользу класса капиталистовъ, который благодаря такой налоговой системѣ такъ же обогащается, какъ если бы онъ увеличилъ свою прибыль прямымъ пониженіемъ заработной платы. Государственный долгъ становится такимъ образомъ источникомъ пріобрѣтенія прибавочной стоимости не только для отдѣльнаго капиталиста, но и для всего класса капиталистовъ въ цѣломъ и служитъ имъ такимъ образомъ для образованія новаго капитала.

Это означаетъ продолжительный, ежегодно повторяющій убытокъ не только для рабочаго класса, но и для всего общества, потому что пониженіе заработной платы равносильно пониженію производительной силы труда. Это -- убытокъ даже съ точки зрѣнія капиталистической экономіи, для которой интересы рабочаго класса не совпадаютъ съ интересами всего общества въ цѣломъ. Улучшеній положенія рабочаго разсматривается ею не какъ цѣль производства, а какъ одно изъ средствъ для цѣлей производства.

Рикардо не учелъ всего этого, потому что онъ, какъ уже сказано выше, исходилъ изъ положенія о желѣзномъ законѣ заработной платы. Изъ этого вытекаетъ его неправильная оцѣнка вліянія финансоваго банкротства государства, т. е. прекращенія или только сокращенія платежей процентовъ по государственному долгу. Мы не имѣемъ въ виду осужденіе Рикардо государственнаго банкротства съ точки зрѣнія нарушенія вѣры, правды и справедливости -- это само по себѣ. Но онъ утверждаетъ, что уплата процентовъ по государственному долгу не обременяетъ страны, а прекращеніе платежей не означаетъ облегченія для страны. Убытокъ для страны произошелъ отъ того, что сдѣланъ былъ государственный заемъ для непроизводительныхъ цѣлей. Страна стала бѣднѣе на сумму долга. Но отъ платежа процентовъ страна ничего не теряетъ. Проценты слѣдуетъ платить, но государственные расходы по непроизводительнымъ статьямъ необходимо уменьшить. Это единственный путь противодѣйствовать задержкѣ въ экономическомъ развитіи страны, неизбѣжно вызываемой государственными долгами. Это все вѣрно, поскольку эти долги покрываются исключительно изъ прибавочной стоимости. Если же они покрываются изъ заработной платы, то въ этомъ случаѣ пониженіе ихъ путемъ государственнаго банкротства можетъ дѣйствительно вызвать повышеніе заработной платы, а вмѣстѣ съ этимъ и повышеніе производительной силы труда. Но этимъ не исключается возможность и другихъ менѣе желательныхъ результатовъ государственнаго банкротства. Этотъ путь во всякомъ случаѣ, весьма рискованный, благодаря катастрофальному характеру его.

Слѣдуетъ принять во вниманіе еще одно обстоятельство при покрытіи государственнаго долга, которое, правда, для Рикардо въ Англіи, не имѣло практическаго значенія.

Государство не всегда можетъ ограничиться внутренними займами. Не располагающія крупными капиталами государства вынуждены дѣлать займы за границей. Въ этомъ случаѣ заключеніе займа не означаетъ уменьшенія аккумуляціоннаго фонда собственной страны. Но тѣмъ большія затрудненія создаютъ платежи процентовъ. Если государство даже прибѣгаетъ для этой цѣли къ налоговому обложенію имущихъ классовъ, то оно не беретъ у капиталистовъ одной рукой, чтобы вернуть имъ другой, но оно беретъ у своей страны, и отдаетъ чужой.

Съ другой стороны государственное банкротство для такой страны является дѣломъ болѣе легкимъ. Правда и для правительствъ подобныхъ государствъ существуетъ уважительная причина, не рѣшаться на столь отважный шагъ. Къ нимъ подходитъ мудрый совѣтъ Гейне:

Mensch, bezahle deine Schulden

Lang'ist deine Lebensbahn

Und du musst noch öfters pumpen

Wie du schon so oft betan.


## IV. Примѣненіе доходовъ съ государственнаго займа.


Рѣшающимъ для экономическаго вліянія государственныхъ займовъ является способъ ихъ примѣненія. Въ этомъ отношеніи о нихъ можно сказать то же самое, что о налогахъ, только съ нѣкоторыми видоизмѣненіями. Цѣль государственнаго займа всегда легче распознать, чѣмъ цѣль налога. Когда вводится новый налогъ, чтобы покрыть новый расходъ, то связь между тѣмъ и другимъ вполнѣ очевидна. Но съ каждымъ годомъ эта связь все болѣе стушевывается. Всѣ налоги поступаютъ въ одну кассу, изъ которой одинаково берутъ на покрытіе производительныхъ и непроизводительныхъ расходовъ. Поэтому про какой-нибудь уже давно существующій налогъ нельзя сказать съ увѣренностью, какой именно цѣли онъ служитъ. Оцѣнка вліянія налоговъ зависитъ въ данномъ случаѣ не отъ отдѣльныхъ способовъ ихъ примѣненія, а отъ общаго характера правительственной системы.

Какой-нибудь опредѣленный государственный заемъ заключается только одинъ разъ, для опредѣленной цѣли. Тутъ связь безусловно ясна. Мы стоимъ за то, чтобы государственные расходы покрывались налогами преимущественно изъ потребительнаго фонда капиталистовъ, но если этотъ расходъ предназначенъ для производительныхъ цѣлей, то можно на худой конецъ примириться съ тѣмъ, что онъ будетъ покрытъ при помощи государственнаго займа,-- при томъ только случаѣ, если для уплаты процентовъ будетъ сдѣлано налоговое обложеніе прибавочной стоимости, а не заработной платы. Въ большинствѣ случаевъ производительно примѣненный государственный заемъ, если не сразу, то черезъ нѣкоторое время будетъ давать прибавочную стоимость, идущую въ пользу государства, такъ что проценты не приходится выколачивать налогами. Но это не всегда такъ. Понятіе о производительности, съ точки зрѣнія общества въ цѣломъ, болѣе широкое, чѣмъ съ точки зрѣнія капиталистовъ. Заемъ для постройки школъ, улицъ, мостовъ -- можетъ и не давать прибыли. Онъ увеличиваетъ производительныя силы общества, хотя непосредственно не даетъ новыхъ доходовъ государству. Нѣкоторые займы для пріобрѣтенія или устройства государственныхъ предпріятій, желѣзныхъ дорогъ, рудниковъ и т. п. могутъ правда, приносить ему весьма крупные доходы.

Большинство производительныхъ расходовъ покрываются въ настоящее время коммунами, большинство непроизводительныхъ -- государствомъ. При этомъ нужно имѣть въ виду, что коммуны въ своихъ мѣропріятіяхъ касательно налоговаго обложенія въ большей или меньшей степени стѣснены общимъ законодательствомъ страны. Къ коммунальнымъ займамъ можно въ общемъ и цѣломъ относиться съ большимъ довѣріемъ, чѣмъ къ государственнымъ. Въ Германіи еще сохранилось государство, какъ нѣчто среднее между имперіей и коммуной. Благодаря этому и произошло такое раздѣленіе труда, что львиная доля непроизводительныхъ расходовъ и займовъ досталась имперіи, между тѣмъ какъ долги отдѣльныхъ союзныхъ государствъ по большей части носятъ производительный характеръ. Если долги союзныхъ нѣмецкихъ государствъ возросли съ 1874--1914 г. съ 3 1/2 милліардовъ до 15 милліардовъ, то причиной этому является главнымъ образомъ усиленное расширеніе желѣзнодорожныхъ сѣтей. Имперскій же долгъ въ 5 милліардовъ вызванъ исключительно непроизводительными расходами.

Различіе между производительнымъ и непроизводительнымъ примѣненіемъ государственнаго долга бросаетъ новый свѣтъ также на различіе между внѣшнимъ и внутреннимъ государственнымъ долгомъ.

Государственный заемъ, заключенный въ самой странѣ и примѣненный производительно, сразу не увеличиваетъ своей производительной силы. Пріобрѣтенный государствомъ производительный капиталъ идетъ въ ущербъ частной производительной дѣятельности. Матеріальная выгода для общества въ цѣломъ окажется только въ томъ случаѣ, если государство, которое не должно проявлять такихъ ограниченныхъ интересовъ, какъ отдѣльный капиталистъ, разовьетъ, благодаря займу, важныя для общества производительныя силы, которыми пренебрегаетъ частный капиталистъ.

Производительный заемъ, заключенный за границей, означаетъ напротивъ быстрое увеличеніе производительныхъ силъ внутри страны, какое было бы недостижимо собственными силами. Съ этой стороны онъ представляетъ крупную выгоду для страны. Невыгода же заключается въ томъ, что проценты изъ года въ годъ идутъ заграницу. Тѣмъ не менѣе экономическая выгода внѣшняго займа можетъ оказаться и длительной, если прибавочная стоимость, достигаемая путемъ займа, выше суммы процентовъ. Если излишекъ употребляется для уплаты или выкупа займа, то постепенно уменьшаются и проценты, идущіе за границу.

Иное дѣло съ внѣшнимъ займомъ, заключеннымъ для непроизводительныхъ цѣлей. Въ первый моментъ также является выгода отъ заключенія его заграницей, какъ и при производительномъ займѣ. Если заграничный производительный заемъ означаетъ увеличеніе производительныхъ силъ страны, то непроизводительный внѣшній заемъ избавляетъ страну, правда, только на первыхъ порахъ, отъ уменьшенія ея производительныхъ силъ. Но тѣмъ тяжелѣе отзываются на самой странѣ выплачиваемые за границу проценты, такъ какъ этому не противостоитъ усиленіе производства прибавочной стоимости въ странѣ.

Но и внутренній государственный долгъ приноситъ странѣ ущербъ, если онъ расходуется непроизводительно, хотя во всякомъ случаѣ не большій ущербъ, чѣмъ налогъ въ такомъ же размѣрѣ. Однако, какой протестъ вызываетъ подобный налогъ, если онъ взимается съ имущихъ классовъ! Но въ подпискѣ на государственный заемъ они видятъ выгоду для себя. Непроизводительное примѣненіе фонда накопленія и даже фонда возстановленія капитала, другими словами, сокращеніе производства весьма облегчается такимъ способомъ.

Адамъ Смитъ въ главѣ о "Государственныхъ долгахъ" (Wealth of Nations, 5-ая книга гл. III) говоритъ объ этомъ слѣдующее.

"Постоянные расходы большинства современныхъ государствъ не превышаютъ или почти не превышаютъ въ мирное время ихъ регулярныхъ доходовъ. Когда дѣло доходитъ до войны, то государства не обнаруживаютъ ни желанія, ни возможности увеличить доходы по мѣрѣ возрастанія расходовъ. Они не прибѣгаютъ къ этому изъ боязни вызвать недовольство народа, симпатіи котораго къ войнѣ быстро охладѣли бы по мѣрѣ увеличенія налоговаго бремени. Второе затрудненіе заключается въ трудности опредѣлить степень высоты налога, могущаго покрыть чрезвычайные расходы. Возможность устраивать заемъ избавляетъ ихъ отъ этихъ затрудненій. Путемъ займовъ они въ состояніи при незначительномъ повышеніи налоговъ изъ года въ годъ раздобывать достаточно денегъ для веденія войны... Въ большихъ государствахъ, народонаселеніе въ столицѣ и провинціяхъ, отдаленныхъ отъ театра военныхъ дѣйствій, ощущаетъ неудобства воины только въ незначительной степени, оно напротивъ видитъ для себя пріятное развлеченіе въ чтеніи газетъ, восхваляющихъ геройства его арміи и флота, и это вполнѣ возмѣщаетъ ему незначительное повышеніе налоговъ по случаю войны. Оно скорѣе проявляетъ неудовольствіе при заключеніи мира, который кладетъ конецъ этому развлеченію, а также фантастическимъ надеждамъ на завоеванія и національную славу".

Смитъ дѣлалъ свои выводы на основаніи семилѣтней войны, послѣдней значительной войны передъ появленіемъ его книги: "Wealth of Nations". Въ той войнѣ принимали участіе тѣ же державы, что и сейчасъ, только въ другой группировкѣ: Франція, Австрія, и временно Россія противъ Пруссіи и Англіи. Ни одна изъ воюющихъ державъ не одерживала рѣшающихъ побѣдъ. До крайности истощенныя, всѣ въ концѣ концовъ были рады заключить миръ на основаніи прежняго status quo Европы. Миръ (за однимъ только исключеніемъ) не принесъ никому выгоды. А война внесла крупное разстройство въ финансовый и военный механизмы трехъ крупныхъ континентальныхъ державъ и подготовила французскую революцію, Аустерлицъ и Іену.

Только Англія одна выиграла въ этой войнѣ. Правда, ея государственный долгъ возросъ въ значительной степени. Но она этой цѣной положила тогда начало своему владычеству на морѣ и колоніальной имперіи, главнымъ образомъ въ Индіи.

Теперь для Англіи ситуація иная, и ошибаются тѣ, которыя предполагаютъ, что эта война можетъ кончиться для британской имперіи такъ же, какъ семилѣтняя. Эта возможность въ данной войнѣ исключена для Англіи. Вторично она не можетъ завоевать ни морского могущества, ни Индіи. Своей промышленной монополіи она, правда, не завоевала себѣ силой оружія. Тутъ другіе факторы являются рѣшающими. Какъ бы ни окончилась настоящая война, государственный долгъ Англіи безусловно увеличится, что сильно отразится на развитіи ея промышленности. Чрезмѣрная продолжительность войны можетъ нанести англійской промышленности большій ущербъ, чѣмъ колоніальныя пріобрѣтенія могли бы ей оказать пользу.

Адамъ Смитъ написалъ свою книгу, послѣ семилѣтней войны, принесшей выгоду одной только Англіи. Тѣмъ не менѣе, Смитъ отнесся къ ней и вызванному ею увеличенію государственнаго долга весьма критически съ точки зрѣнія развитія промышленности.

Еще болѣе критически отнесся къ этому вопросу Рикардо на основаніи двадцатилѣтней войны, которую вела Англія, въ союзѣ съ другими монархическими державами Европы, противъ Франціи, несмотря на то, что въ экономическомъ отношеніи Англія выиграла и въ этой войнѣ. Но и государственный долгъ ея значительно возросъ за время войны. Эта война закончила то, чему было положено начало семилѣтней войной. Тѣмъ не менѣе Рикардо далеко не былъ въ восторгъ отъ результатовъ ея. Правда, англійскій промышленный капиталъ значительно возросъ за эти два десятилѣтія, но, говоритъ Рикардо, не будь этой войны, не будь налоговъ и займа, онъ бы возросъ еще въ значительно большемъ размѣрѣ.

Эти двѣ міровыя войны были наиболѣе выгодными для Англіи. Теперь же нѣтъ никакихъ основаній предполагать, что эта война окончится подъемомъ для англійской промышленности.


## V. Налоги и займы въ міровой войнѣ.


Экономическая теорія уже давно стоитъ за то, чтобы расходы по войнѣ покрывались налогами, а не займами. Но политики этимъ не руководствовались и поступали совершенно иначе -- даже Соединенные Штаты и Англія, которыя больше другихъ были озабочены тѣмъ, чтобы возросшія государственныя нужды покрывать налогами, а не займами. Онѣ подымали налоги во время войны, но на ряду съ этимъ дѣлали огромные долги. Другія государства даже не дѣлаютъ попытокъ повысить налоги на время войны.

Эта практика нашла себѣ теоритическаго защитника въ лицѣ проф. Гейнриха Дицеля, который написалъ по этому поводу въ 1912 г. книгу, озаглавленную: "Военный налогъ или военный заемъ". Дицель противъ того, чтобы военные расходы покрывались налогами, преимущественно по двумъ причинамъ экономическаго характера. Онъ противъ налоговъ по причинамъ "безостановочности" (Kontinuität) и "производительности". Онъ говоритъ по этому поводу слѣдующее:

"Во время войны сразу понижается потребленіе частныхъ лицъ, а государственное потребленіе значительно возрастаетъ. Это означаетъ полную перегруппировку производства, "запутанность", которая усиливается еще крупнымъ налогомъ, падающимъ бременемъ на состоятельныхъ потребителей, отъ чего ихъ частное потребленіе еще болѣе понижается. Заемъ же не столько покрывается ограниченіемъ потребленія, сколько тѣми суммами, которыми располагаютъ отдѣльные капиталисты и которыя не были предназначены для покрытія ихъ собственнаго потребленія. Безостановочность потребленія, а также и производства займомъ поэтому нарушается въ меньшей степени, чѣмъ налогомъ.

Это вѣрно, но практика доказала намъ, что приспособленіе производства къ новымъ формамъ потребленія далеко не такъ затруднительно, какъ это предполагалось раньше. Съ другой стороны, политика "продержаться во что бы то ни стало" не способствуетъ, а наоборотъ, ограничиваетъ частное потребленіе. Война означаетъ, выражаясь экономическимъ языкомъ, величайшую расточительность потребительныхъ средствъ при одновременномъ ограниченіи производства производительныхъ средствъ. Чѣмъ на болѣе продолжительное время хватитъ имѣющихся въ запасѣ средствъ производства, тѣмъ благопріятнѣе, при прочихъ равныхъ условіяхъ, виды на исходъ войны. Съ этой точки зрѣнія слѣдуетъ налогъ предпочесть займу, такъ какъ онъ, въ большей степени, чѣмъ заемъ, добывается ограниченіемъ потребленія.

Правда, эти политико-военныя соображенія въ данномъ случаѣ насъ не касаются, поскольку мы говоримъ объ экономическихъ послѣдствіяхъ. Но и послѣднія говорятъ въ пользу налоговъ. Война ведетъ за собой значительное разрушеніе производительныхъ силъ при одновременномъ ограниченіи производства новыхъ производительныхъ силъ. Если при этомъ еще, благодаря финансовой политикѣ государства, накопленіе ограничивается, а потребленіе поощряется, то это вызываетъ еще большее ослабленіе экономической жизни страны. Незначительное увеличеніе "безостановочности" потребленія, представляетъ собой, по сравненію съ этими убытками, только очень слабое, быстро преходящее и совершенно недостаточное возмѣщеніе ихъ.

Точно также обстоитъ дѣло съ другимъ доводомъ Дицеля, называемымъ имъ, страннымъ образомъ, "интересами національнаго производства", хотя онъ скорѣе сводится къ суженію производства.

Насильно никого не заставляютъ подписаться на заемъ, говоритъ Дицель. Только тотъ, кто располагаетъ свободными деньгами, принимаетъ въ немъ участіе. Налогъ же налагается на каждаго члена опредѣленнаго имущественнаго класса, хотя бы эти деньги нужны были ему для дальнѣйшаго веденія предпріятія или онъ находился бы въ данный моментъ въ денежныхъ затрудненіяхъ.

Это безусловно -- большой недостатокъ налога, который не теряетъ своей силы и въ мирное время. Въ войнѣ, конечно, онъ сильнѣе ощущается, такъ какъ налоги быстро возрастаютъ, а платить ихъ становится все труднѣе. Но это скорѣе касается формы налога, чѣмъ сущности его. Необходимо, значитъ, озаботиться о возможно большей эластичности его и подготовить его во-время, что бы онъ не оказался неожиданнымъ сюрпризомъ. Тогда можно ожидать, что онъ не вызоветъ ограниченія или даже прекращенія производства въ нѣкоторыхъ предпріятіяхъ, а наоборотъ -- скорѣе сокращеніе потребленія, что въ общемъ и цѣломъ является преимуществомъ, или скажемъ лучше, меньшимъ зломъ по сравненію съ тѣми бѣдствіями, которыя вноситъ война въ хозяйственную жизнь государства.

Однако, всѣ эти разсужденія носятъ академическій характеръ, потому что война ставитъ вверхъ дномъ всѣ экономическія условія и принуждаетъ къ такимъ мѣропріятіямъ, которыя были бы невозможны въ нормальной хозяйственной жизни. Какъ бы въ теоретическомъ отношеніи налогъ ни былъ въ интересахъ производства предпочтительнѣе займа, тѣмъ не менѣе война ставитъ иногда непосильныя ни для какихъ налоговъ требованія. Слѣдовательно, въ воинѣ вопросъ не можетъ стоять такъ: налогъ или заемъ, а только: исключительно ли заемъ, или военный налогъ вмѣстѣ съ займомъ. Дальше этого и Англія не смогла пойти, хотя военный налогъ тамъ тщательнѣе, чѣмъ вездѣ, подготовленъ и его необходимость всѣми признана.

Меньше, чѣмъ когда-либо, возможно было бы въ этой войнѣ покрыть военные расходы одними налогами. Эти расходы до того велики, что ни одинъ налогъ даже въ отдаленной степени не можетъ равняться съ ними, при чемъ нужно еще замѣтить, что наибольшее сокращеніе производства произошло въ тѣхъ отрасляхъ его, которыя не питаются государствомъ, а которыя обычно приносятъ государству доходы. Можно и должно, конечно, взимать налоги съ тѣхъ, которые обогащаются на военныхъ поставкахъ, но этимъ возвращается государству, только очень незначительная часть того, что ему самому пришлось затратить. Результатъ приблизительно такой, какой былъ бы, если бы оно платило за поставки немного меньшія цѣны. Его потребленіе отъ этого незначительно уменьшается, но новыхъ доходовъ оно этимъ себѣ не создаетъ.

Дицель разсчитываетъ, что военный налогъ, могъ бы дать Германіи 700 милліоновъ въ годъ, и считаетъ эту сумму уже чудовищной. На самомъ же дѣлѣ, что она означаетъ по сравненію съ дѣйствительными военными расходами! Я оцѣнилъ при самомъ началѣ войны общую сумму военныхъ расходовъ для всѣхъ воюющихъ державъ въ 100 милліардовъ. Эта цифра, судя по нѣкоторымъ военнымъ отчетамъ, сходится съ дѣйствительностью. Подъ расходами здѣсь разумѣются только государственные. Общая сумма всѣхъ убытковъ, причиненныхъ войной, значительно выше. Не говоря уже о человѣческихъ потеряхъ, ничѣмъ неоцѣнимыхъ.

Какая часть изъ этой чудовищной суммы могла бы быть покрыта налогами на частное потребленіе? Это значитъ, пожалуй, хватить черезъ край, если мы опредѣлимъ сумму доходовъ съ военнаго налога въ 5 милліардовъ для всѣхъ воюющихъ державъ. Мы скорѣе должны считаться съ пониженіемъ доходовъ, такъ какъ отпадаютъ въ большомъ размѣрѣ таможенные доходы, въ Россіи -- доходъ со спиртныхъ напитковъ и т. д.

Остается только -- заключеніе займа или выпускъ бумажныхъ денегъ. Какъ во времена революціи такъ и во время войны обстоятельства принуждаютъ къ такимъ мѣропріятіямъ, которыя "въ коммунистическомъ манифестѣ" названы въ экономическомъ отношеніи недостаточными и "неосновательными". Разница между войной и революціей однако та, что въ послѣдней такого рода мѣропріятія, "въ процессѣ движенія вытѣсняютъ сами себя и служатъ средствомъ для переворота всего способа производства", между тѣмъ какъ военныя мѣропріятія разсматриваются какъ временная мѣра, отъ которой послѣ войны спѣшатъ отдѣлаться возможно скорѣй. Если стоитъ выборъ между выпускомъ ассигнацій и государственными долгами, то послѣдніе все таки скорѣе позволительны, несмотря на всѣ теоретическіе доводы. Предположимъ, что возможно было бы выпустить на 15 милліардовъ бумажныхъ денегъ -- я взялъ уже крайнюю сумму -- 5 милліардовъ покрыть военнымъ налогомъ, то все таки остаются еще около 80 милліардовъ, которые нужно покрыть займами.

Откуда же взять эти 80 милліардовъ, недостающихъ Европѣ для веденія года войны? Въ дальнѣйшемъ я имѣю въ виду только Европу и всѣ воюющія державы вмѣстѣ, такъ какъ объ участіи каждой воюющей державы въ отдѣльности можно будетъ говорить только, когда станутъ извѣстны условія мира.

У кого дѣлать займы? Прежде всего нужно занимать изъ фонда накопленія. Гельферихъ {Гельферихъ -- статсъ-секретарь, имперскій министръ финансовъ.} высчитываетъ въ своей извѣстной книгѣ "Народное благосостояніе Германіи въ періодѣ 1888--1913, г." что приростъ "народнаго богатства" Германіи равнялся за послѣдній 15 лѣтъ 6--7 милліардамъ въ годъ, а въ самые послѣдніе годы -- круглой суммѣ въ 10 милліардовъ (стр. 122).

Весьма странный подсчетъ. "Въ 10 милліардахъ", говоритъ онъ, "естественно содержится автоматическій приростъ цѣнности наличныхъ владѣній, т. е. земли". Онъ оцѣниваетъ эту стоимость въ 1 l/2 -- 2 милліарда.

Откуда взялся этотъ "автоматическій" приростъ цѣнности? Благодаря расширенію производства? Разумѣется, нѣтъ. Тогда вѣдь онъ не былъ бы "автоматическимъ", а "произведеннымъ человѣческимъ трудомъ". Онъ представляетъ собой исчисленную капитализацію прироста ренты, городской и земельной. Онъ самъ по себѣ представляетъ самое большее 1/20 часть земельной стоимости, но онъ происходитъ главнымъ образомъ изъ роста арендныхъ цѣнъ и вздорожанія сельско-хозяйственныхъ продуктовъ. Ростъ земельной стой мосіи въ существенной части вызывается не увеличеніемъ продуктовъ, не увеличеніемъ народнаго богатства, а ростомъ экономическаго могущества землевладѣльца, который имѣетъ возможность присваивать себѣ всю большую часть національнаго труда. Что осъ выигрываетъ, теряютъ другіе. "Народное богатство" отъ этого не увеличивается. Эти 2 милліарда прироста къ "народному богатству" нужно, значитъ, скинуть со счета.

Далѣе Гельферихъ исчисляетъ "приростъ биржевыхъ цѣнностей" въ 2 милліарда въ годъ, а за послѣдніе годы въ 3 милліарда, ежегодный приростъ вкладовъ въ сберегательныя кассы и банки въ 1 милліардъ, приростъ имущества учрежденій по страхованію рабочихъ и страхованію жизни въ 500 милліоновъ въ годъ. Всего -- въ 5 милліардовъ.

Нѣкоторыя статьи подсчитаны дважды. Вклады въ сберегательныя кассы, а также имущество страховыхъ обществъ размѣщаются въ государственныхъ и коммунальныхъ займахъ, закладныхъи облигаціяхъ. Гельферихъ въ началѣ разсматриваетъ эти займы, какъ "новый капиталъ", а затѣмъ онъ считаетъ тѣ деньги, которыми эти займы покрываются, снова новымъ капиталомъ. Деньги заимодавца фигурируютъ въ его счетѣ должника снова какъ капиталъ!

Я уже не касаюсь здѣсь того, что займы разсматриваются Гельферихомъ, какъ увеличеніе "народнаго богатства". Поскольку они расходуются непроизводительно, они использованы, но не накоплены. Слѣдуетъ обратить вниманіе еще на одно обстоятельство. Депозиты въ сберегательныхъ кассахъ и банкахъ не всегда представляютъ собой исключительно вновь накопленный капиталъ. Въ большинствѣ случаевъ они -- фонды возстановленія средствъ производства промышленныхъ предпріятій и частныхъ хозяйствъ, это все фонды, которые быстро наростають, съ одной стороны, благодаря росту капитала и увеличенію числа хозяйствъ, съ другой стороны, благодаря все болѣе вкореняющемуся обычаю, не накоплять запасовъ, а предназначенныя для нихъ суммы временно пускать въ оборотъ.

Изъ 10 милліардовъ прироста къ народному богатству, получаемыхъ по подсчету Гельфериха, нужно довольно значительную часть скинуть. Тѣмъ болѣе въ военное время. Выше шести милліардовъ мы не можемъ опредѣлить его.

Изъ всѣхъ европейскихъ государствъ только въ Англіи ежегодная сумма накопленія выше, чѣмъ въ Германіи. Во Франціи она не выше, въ Россіи и Австріи же ниже. Общій итогъ фонда накопленія всѣхъ пяти государствъ можно въ лучшемъ случаѣ оцѣнить не свыше, чѣмъ въ 30 милліардовъ въ годъ.

Остаются непокрытыми еще 50 милліардовъ. Часть этой суммы можно покрыть изъ фонда накопленія заграничнаго капитала, главнымъ образомъ Америки.

Но большихъ надеждъ на это возлагать нельзя. Хозяйство въ нейтральныхъ странахъ также терпитъ крупные убытки, благодаря войнѣ и доходы ихъ поэтому понижаются. Государственные займы могутъ только понизить ихъ фонды накопленія. И поэтому больше чѣмъ на 10 милліардовъ,-- я беру уже крайнюю цифру,-- воюющимъ державамъ съ этой стороны разсчитывать нельзя.

Но тогда все еще остается минусъ въ 40 милліардовъ, который могъ бы быть только покрытъ изъ фонда возобновленія, предназначеннаго для того, чтобы поддерживать производство, а также частныя хозяйства на прежнемъ уровнѣ. Послѣдствіемъ этого было бы паденіе производства, средствъ производства и потребленія -- построекъ, машинъ, сырого матеріала, рабочаго скота, а также съѣстныхъ припасовъ, одежды, мебели, посуды -- ниже того уровня, который далъ бы возможность возобновить производство въ прежнемъ размѣрѣ -- о расширеніи его при данныхъ условіяхъ и рѣчи быть не можетъ -- и обзаводиться необходимыми хозяйственными обновками -- платьемъ, мебелью, посудой и т. д. Итакъ: ограниченіе производства и размѣровъ частнаго хозяйства.

Нѣкоторые изъ нашихъ друзей ожидаютъ послѣ войны общаго подъема, хотя и на короткое время. Потребность въ расширеніи производства будетъ несомнѣнно ощущаться. Остановка будетъ за матеріальными условіями.

Нѣкоторые экономисты рисуютъ положеніе послѣ войны въ страшно мрачныхъ краскахъ. Нашъ цюрихскій партійный органъ "Народное право" (Volksrecht) сообщаетъ объ одной статьѣ, появившейся въ швейцарскомъ журналѣ "Знаніе и жизнь", въ которой авторъ ея, В. Эгеншвюлеръ, высказываетъ опасеніе, что послѣродовыя болѣзни войны еще усилятъ обнищаніе Европы. Разумѣется, какъ только пройдетъ періодъ заключенія крупныхъ государственныхъ займовъ, будетъ снова приступлено къ накопленію производственнаго капитала. Но этотъ періодъ до того увеличитъ налоговое бремя въ Европѣ, что оно отпугнетъ новый капиталъ, который будетъ искать себѣ приложенія въ другихъ частяхъ свѣта.

И одновременно произойдетъ въ Европѣ значительное уменьшеніе народонаселенія. Еще до войны, политиковъ и экономистовъ пугала такъ назыв. "забастовка рожденій". Налоговое бремя, всеобщее вздорожаніе, промышленный застой еще усилятъ цифру смертности послѣ войны и наврядъ ли будутъ способствовать желанію обзаводиться семьей или увеличить ее. Въ этомъ отношеніи хуже всѣхъ придется Франціи, населеніе которой уже десятилѣтіями стоитъ на одномъ уровнѣ. Она даже не сможетъ пополнить пробитую войной брешь. Но и другимъ государствамъ грозитъ уменьшеніе народонаселенія, если внѣ предѣловъ Европы экономическое развитіе пройдетъ быстрымъ темпомъ и привлечетъ къ себѣ многочисленную эмиграцію.

Разумѣется, такого рода опасности грозятъ намъ, но это еще не значитъ, что онѣ непремѣнно должны осуществиться. Рѣшающими факторами будутъ продолжительность войны и условія ея окончанія. Если курсъ соревнованія въ вооруженіи останется прежнимъ, тогда можно ожидать и худшаго.

По даннымъ Гельфериха, государственные займы въ Германіи составляли слѣдующія суммы:

1896--1900 833 милліона марокъ

1901--1905 2.125

1906--1910 4.131

Если война не положитъ конецъ такому развитію, если оно послѣ войны пойдетъ такимъ же темпомъ дальше, тогда судьба промышленныхъ державъ Европы предрѣшена. Но можно и избѣгнуть этого. Все зависитъ отъ политики ближайшихъ мѣсяцевъ. Она рѣшаетъ судьбу будущихъ поколѣній.


Переводъ съ нѣмецкаго

Т. Р.


"Современникъ", кн.X, 1915