Казмин-Вьюгов Николай Васильевич
Фантики

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   

Библіотека "ТРОПИНКИ"
подъ редакціей П. СОЛОВЬЕВОЙ и И. МАНАСЕИНОЙ.

Н. Казминъ-Вьюговъ.

Рожокъ пастуха.

Разсказы.

Рисунки П. Воронцова.

Изданіе Т-ва И. Д. Сытина.

   

Фантики.

   Маленькіе Вѣрочка и Павликъ эту зиму прожили въ Петербургѣ съ мамой и папой, въ большомъ каменномъ домѣ, въ четвертомъ этажѣ.
   Квартира ихъ смотрѣла всѣми пятью окнами на "солнечную сторону" и поэтому цѣнилась дорого, дороже тѣхъ квартиръ, куда не заглядываетъ солнце.
   Въ Петербургѣ много квартиръ безъ солнца, есть даже полутемныя квартиры, отъ которыхъ свѣтъ загораживаетъ сосѣдняя стѣна, и видно въ окна только эту стѣну. Очень тѣсно построены дома въ Петербургѣ...
   Когда къ мамѣ Вѣрочки и Павлика приходили гости, то говорили:
   -- Какъ у васъ свѣтло, весело! Какіе вы счастливые!
   И папа говорилъ, что эту квартиру онъ ни за что не перемѣнитъ, будетъ жить въ ней много лѣтъ.
   Но весной солнце стало такъ жарить, что днемъ опускали занавѣски, и все-таки въ комнатахъ было душно.
   -- Мама, отпусти насъ гулять!каждый день съ утра просили Вѣрочка и Павликъ.
   Подождите! Послѣ завтрака сама пойду съ вами.
   Мать боялась отпускать дѣтишекъ однихъ на улицу: тамъ безпрерывно катятся экипажи, со звономъ мчатся трамваи, мелькаютъ велосипеды, тяжело громыхаютъ высокіе возы ломовиковъ. Тамъ сойдешь съ панели, зазѣваешься на одну минуту и попадешь подъ лошадь или подъ автомобиль.
   Но матери дома было много работы, жили безъ прислуги, и она не могла долго гулять съ дѣтьми.
   Дѣти тосковали дома въ душныхъ комнатахъ, печально смотрѣли въ окно на улицу, гдѣ издали, сверху казались и люди и лошади маленькими, какъ тараканы.
   "Бѣдныя дѣти! сидятъ, словно арестанты", думала мать.
   -- Отпусти, мама! Мы далеко не пойдемъ! Мы погуляемъ около дома! На панели!
   -- Кто-нибудь выѣдетъ изъ воротъ и васъ задавитъ.
   -- Нѣтъ! Мы не пойдемъ къ воротамъ.
   -- Ну, идите! Погуляйте около дома и на дворѣ.
   Когда въ первый разъ отпустила мать однихъ дѣтей, то сильно безпокоилась, подходила къ окну, смотрѣла, гдѣ они, слушала всякій шумъ, и не разъ ей казалось, что дѣти кричатъ на улицѣ.
   Однажды даже, заслышавъ крикъ и не видя дѣтей въ окно, она побѣжала на улицу, сбѣжала по лѣстницѣ всѣ четыре этажа, но дѣти были внизу, въ подъѣздѣ, стояли съ какими-то чужими дѣтьми и несмѣло разговаривали.
   Вѣрочка подбѣжала къ матери.
   Мама, мы познакомились съ нашими сосѣдями. Дѣвочку зовутъ Зина -- видишь, въ голубомъ капорѣ, а другую Катя -- съ куклой, а мальчики Женя и Славикъ. Они тоже выходятъ одни, каждый день. А живутъ внизу, подъ нами.
   -- А кричали не вы? Сейчасъ я слышала крикъ.
   -- Нѣтъ. Мы тутъ стоимъ тихо. Никто не кричалъ.
   Поднявшись опять въ квартиру, мать думала о дѣтяхъ: какъ жаль, что поблизости нѣтъ ни садика ни лужайки, играть негдѣ. Въ Петербургѣ такъ мало садовъ. Дѣти и зимою и лѣтомъ играютъ на каменныхъ дворахъ, или чинно гуляютъ по улицамъ, гдѣ тѣсно, бѣгать нельзя, шумѣть нельзя, нѣтъ ни деревца ни травки, все камни и камни.
   "Скорѣе бы уѣхать въ деревню", думала мать.
   Поѣздка въ деревню, къ бабушкѣ, откладывалась потому, что отецъ Вѣрочки и Павлика не могъ получить отпуска по службѣ до конца мая. А безъ него ѣхать не рѣшались -- дорога дальняя.
   На дворѣ у Вѣрочки и Павлика составилось много новыхъ знакомствъ. Черезъ нѣсколько дней мама уже спокойнѣе отпускала дѣтишекъ. Они забирали съ собою мячикъ. Но мячикомъ играть было тѣсно на дворѣ: играли только "о пристѣночку". На улицѣ играть мячикомъ совсѣмъ нельзя было.
   Однажды вечеромъ, придя со двора, Вѣрочка еще изъ передней, снимая пальтишко, сказала:
   -- Мама, теперь ты когда будешь покупать конфеты -- всегда покупай въ бумажкахъ, безъ бумажекъ не покупай.
   Павликъ прибавилъ:
   -- И когда будешь ѣсть конфеты -- бумажки не бросай, а намъ давай.
   -- Зачѣмъ вамъ?-- удивилась мать.
   -- Играть. Какую мы хорошую игру узнали! Очень, очень интересная!
   -- Какая?
   -- Въ фантики. Бумажки отъ конфетъ -- это фантики. Ихъ кладутъ -- и вышибаютъ. Кто вышибетъ -- тотъ себѣ боретъ.
   -- Какъ вышибаютъ?
   -- Ударяютъ биткой. Если фантикъ перевернется, то бери себѣ, а если не перевернется, то не трогай. Битки изъ олова -- какимъ чай завертываютъ.
   Дѣти принялись искать въ ящикахъ, коробкахъ, корзинахъ съ игрушками, нѣтъ ли гдѣ фантиковъ -- бумажекъ отъ конфетъ. Искали весь вечеръ. Нашли. Подѣлили поровну,-- по четыре. "Завтра будемъ играть".
   Свертывали ихъ квадратиками, укладывали ровными стопочками, любовались на нихъ.
   Шептались о чемъ-то, поглядывали на маму, и наконецъ Вѣрочка осмѣлилась попросить:
   -- Мама, ты не дашь намъ сегодня по одной конфеткѣ?
   И смотрѣла такъ ласково, какъ кошечка.
   -- Сегодня не праздникъ,-- сказала мама (конфетки дѣти получали только по праздникамъ).
   -- Дай, мама! Намъ конфетка, пожалуй, не нужна. Намъ только фантикъ.
   И когда мама дала по конфеткѣ, дѣти радовались:
   -- Теперь по пяти! Вотъ они, пять фантиковъ.
   Павликъ сложилъ вмѣстѣ обѣ кучки, свою и сестрину, и говорилъ, вздыхая и улыбаясь:
   -- Если бы мнѣ столько набрать! Вотъ бы хорошо-то!
   И, казалось, имѣй онъ десятокъ фантиковъ, онъ былъ бы счастливѣе всѣхъ богачей.

-----

   Утромъ, выпивъ поскорѣе по чашкѣ молока, дѣти убѣжали изъ квартиры.
   На улицѣ ихъ не было видно. Голоса слышались на лѣстницѣ.
   Мать пошла посмотрѣть, что они тамъ дѣлаютъ.
   Спустившись по ступенькамъ этажа на три, она внизу увидала дѣтей.
   На широкой площадкѣ лѣстницы стояли смирно человѣкъ пятнадцать. Тутъ и Вѣрочка съ Павликомъ, тутъ и Зина, и Женя, и Славикъ, и еще много другихъ, которыхъ мама не знала. Среди нихъ нѣсколько мальчишекъ плохо одѣтыхъ, въ заплатахъ, въ грязныхъ картузахъ и сапогахъ,-- вѣроятно, дѣти слесаря и обойщика, изъ нижняго этажа.
   Всѣ тѣснились около кучки фантиковъ, которая лежала на полу. Одинъ мальчишка поднялъ руку и бросилъ въ кучку комкомъ олова отъ чая. Фантики разсыпались.
   -- Вышибъ! вышибъ два!-- закричали кругомъ.-- Ловко.
   И мальчишка поднялъ два фантика, сунулъ ихъ себѣ въ карманъ штановъ. Карманъ былъ полонъ, отдувался, и оттуда выглядывали фантики. Остальные фантики опять подобрали въ кучу.
   -- Бей.
   -- Теперь мнѣ!
   Другой мальчишка бросилъ оловомъ въ кучку фантиковъ -- и тоже разсыпалъ ихъ. Всѣ наклонились, посмотрѣли.
   -- Нѣтъ, не вышибъ! Ни одного не перевернулъ.
   Опять сложили фантики попрежнему.
   -- Мнѣ бить,-- несмѣло сказала Вѣрочка.
   Ей дали оловянную битку. Мать смотрѣла:
   "Ну-ка, какъ моя-то... Промахнется, пожалуй".
   Вѣрочка, видно, робѣла, поджимала губки. Неловко бросила битку -- хлопъ!-- попала, фантики разсыпались.
   -- Вышибла одинъ!-- сказалъ кто-то.
   Торопливо Вѣрочка схватила съ пола фантикъ и спрятала въ кулачекъ, гдѣ у нея были зажаты и еще нѣсколько фантиковъ.
   Дальше сталъ бить какой-то чужой мальчикъ.
   Мать посмотрѣла еще, и ей скоро наскучило.
   "И больше ничего?-- подумала она.-- Развѣ это игра? Броситъ одинъ, броситъ другой, третій. И все одно и то же. Не бѣгаютъ, не прячутся, не прыгаютъ. Стоятъ на одномъ мѣстѣ. Ну, игра"!
   За завтракомъ мать спросила дѣтей:
   -- Почему-то вы сегодня мало выходили на улицу? Все жались на лѣстницѣ?
   -- Мама, тамъ интересно! На лѣстницѣ въ фантики играютъ. Тамъ ловко на полу.
   -- А вы играйте на улицѣ. Все-таки воздухъ свѣжѣе. На лѣстницѣ сырость, пыль. Слышите, послѣ завтрака ступайте на улицу.
   -- Хорошо, мама. Мы скажемъ всѣмъ, чтобы всѣ шли туда играть въ фантики. Можетъ, они согласятся.
   Но и послѣ завтрака дѣти дальше лѣстницы не ушли. Такъ весь день проиграли въ фантики.
   Вечеромъ пришли гости. Вѣрочка и Павликъ были уже дома. Во время чая мама замѣтила, что они вели себя какъ-то странно: когда какой-нибудь гость бралъ конфетку, Вѣрочка и Павликъ слѣдили за его руками, слѣдили, какъ онъ развертывалъ конфету, не спускали глазъ. Жадно посматривали на бумажки на столѣ.
   Когда одинъ гость, разговаривая, взялъ разсѣянно, незамѣтно для себя, бумажку отъ конфеты и сталъ ее мять въ рукѣ,-- Павликъ не выдержалъ: потянулся черезъ столъ и собралъ у гостя изъ-подъ рукъ всѣ бумажки. Собралъ кстати и у другихъ гостей.
   -- Что тебѣ, милый?-- спросила одна гостья:-- конфетку?
   -- Нѣтъ, я... эта... Фантики.
   И полѣзъ подъ столъ, искать тамъ фантиковъ.
   -- Помѣшались на фантикахъ,-- улыбаясь, сказала мать, и, желая объяснить неловкое поведеніе дѣтей, стала разсказывать объ ихъ игрѣ.
   -- Удивительно!-- подтвердила гостья:-- и въ нашемъ домѣ то же самое. По лѣстницѣ на всѣхъ площадкахъ толпы дѣтей -- и всѣ бросаютъ объ полъ чѣмъ-то, вышибаютъ фантики. На дворѣ посмотришь -- и тамъ вышибаютъ.
   -- Хорошая игра,-- сказалъ одинъ гость:-- для нея не надо много мѣста. Во всякомъ уголкѣ можно играть.
   Но другіе гости не согласились:
   -- Игра азартная: одни выигрываютъ, другіе проигрываютъ.
   -- Цѣлые дни на холодныхъ лѣстницахъ, не рѣзвятся, не бѣгаютъ. Это ужасно.
   И долго говорили объ игрѣ. А Вѣрочка и Павликъ посматривали на гостей и желали, чтобы тѣ больше брали конфетъ, брали бы по десяти, по двадцати, по ста. Вотъ бы хорошо-то!
   Весь май мѣсяцъ каждый день Вѣрочка и Павликъ съ утра до вечера на лѣстницѣ или на дворѣ играли въ фантики. Мать не могла прогнать ихъ на улицу.
   -- Тамъ неинтересно!-- упрямо твердили они:-- тамъ ѣздятъ, ходятъ, тамъ негдѣ играть.
   И когда приходили дѣти со двора къ чаю, къ обѣду то говорили, кто сколько выигралъ или проигралъ. Считали, разсматривали картинки на фантикахъ. Фантики были грязные, засаленные, захватанные чужими руками. Иные такъ грязны, что на нихъ и картинку разсмотрѣть невозможно.
   -- Вы руки мойте послѣ этой глупой игры. Везъ этого и за столъ не садитесь.
   Дѣти вымоютъ руки, а потомъ сейчасъ же опять за фантики, съ ними и за столомъ не разстаются. И разговоры у нихъ свои:
   -- Илюша сегодня выигралъ три.
   -- У него ловкая битка.
   -- Зина всѣ проиграла, плакала.
   -- Мама, мама! А у Тришки полный картузъ фантиковъ! И все наигралъ!
   Мама качала головой.
   "Скорѣе бы въ деревню", думала она.
   Ходя по городу мимо другихъ домовъ, мать видѣла, что и тамъ: на дворахъ, подъ воротами, въ подъѣздахъ толпились дѣти -- вышибали фантики. Она слышала, что и въ школахъ, въ перемѣны, и въ городскихъ садахъ всѣ увлекались фантиками.
   "Эта игра, словно заразная болѣзнь, заразила всѣхъ петербургскихъ дѣтей", думала мать.

-----

   Наконецъ однажды отецъ пришелъ со службы и сказалъ:
   -- Получилъ отпускъ! Готово! Въ субботу можно выѣхать въ деревню!
   Всѣ обрадовались.
   -- Слава Богу,-- сказала мать: -- тамъ, дѣтки, наиграетесь на лугахъ, въ лѣсу, у рѣки.
   -- Будемъ играть въ фантики,-- сказалъ Павликъ.
   -- Нѣтъ,-- отвѣтила мать: -- у сельскихъ ребятъ нѣтъ фантиковъ. Они и не знаютъ этой игры.
   -- Мы ихъ научимъ! Мы повеземъ фантики съсобою.
   И дѣти стали добывать какъ можно больше фантиковъ. Вѣрочка за фантики отдала ребятамъ маленькую фарфоровую уточку, барашка, разрозненную кукольную чайную посуду, ленточки, зеркальце... Павликъ промѣнялъ за фантики барабанъ, рожокъ, пушку, даже двухъ деревянныхъ генераловъ.
   -- Вотъ сколько фантиковъ! Больше пятисотъ! Мы повеземъ ихъ въ отдѣльномъ мѣшкѣ.
   -- Оставьте этотъ мусоръ,-- говорила мать: и безъ того въ дорогѣ будетъ у насъ много узловъ, корзинъ, подушекъ. Ѣхать двое сутокъ, съ пересадками. И нужныя вещи растеряемъ.
   Нѣтъ, фантики не потеряемъ,-- сказалъ Павликъ:-- я буду держать мѣшокъ въ рукахъ все время!
   И правда, въ дорогѣ онъ охранялъ мѣшокъ, какъ драгоцѣнность. Даже ложась спать въ вагонѣ, клалъ его себѣ подъ голову.
   И Вѣрочка все смотрѣла, не утащилъ бы его кто-нибудь.
   Однажды какая-то дама въ вагонѣ положила на мѣшокъ съ фантиками свои перчатки. Павликъ испугался:
   -- Извините, пожалуйста... перчатки ваши... эта... сомнутъ фантики.
   -- Ахъ, виновата,-- сказала дама и взяла перчатки.
   -- Тамъ у васъ что же въ мѣшкѣ?-- спросила она.
   Павликъ отвѣтилъ:
   -- Фантики.
   -- Бантики?
   -- Нѣтъ, фантики, такія игрушки.
   -- Ахъ, я не знаю. Можно посмотрѣть? Я ѣду къ племянникамъ и не знаю, что имъ купить въ подарокъ. Покажите, пожалуйста.
   Павликъ развязалъ мѣшокъ и высыпалъ оттуда грязную кучу бумажекъ.
   -- Вотъ... Мы ихъ вышибаемъ.
   -- Ахъ, эти.
   Дама вѣжливо улыбалась, но не посмѣла прикоснуться къ фантикамъ своими пальчиками. Помолчала, потомъ сказала любезно:
   -- Очень миленькіе.
   Дѣти были довольны, что она похвалила ихъ игрушки. Опять собрали ихъ въ мѣшокъ.

-----

   Въ деревню къ бабушкѣ пріѣхали въ свѣтлый весенній день. Цвѣла черемуха. На улицѣ, заросшей травою, было такъ хорошо, что дѣти лишь поздоровались съ бабушкой и сейчасъ же убѣжали изъ дома.
   Передъ сосѣдней избою, по травѣ съ крикомъ и визгомъ носилась цѣлая стая деревенскихъ мальчишекъ и дѣвчонокъ. У нихъ была какая-то необыкновенная игра. Босоногіе, растрепанные, они срывали въ травѣ пушистые, бѣлые одуванчики, дули на нихъ -- и бѣлыя головки цвѣтковъ разлетались по улицѣ. Ребятишки прыгали и кричали:
   -- Пухъ летитъ! Пухъ летитъ! Пухъ, пухъ, пухъ!..
   Бѣлыя пушинки цвѣтовъ носились облаками, садились на волосы, на рубахи ребятъ, а тѣ еще больше скакали, кружились, визжали.
   -- Я въ пуху! Я въ снѣгу! Снѣгъ идетъ! Снѣгъ идетъ!
   Вѣрочка и Павликъ тоже сорвали нѣсколько одуванчиковъ и стали дуть. И надъ ихъ головами полетѣлъ пухъ.
   Перезъ нѣсколько минутъ они уже бѣгали вмѣстѣ съ деревенскими ребятами подъ бѣлыми облаками и кричали на всѣ голоса:
   -- Я въ пуху! Я въ мѣху! Я въ снѣгу!
   Потомъ побѣжали домой къ мамѣ:
   -- Мама, позволь разуться!
   Босикомъ игра пошла еще веселѣе. Усталые, сѣли отдохнуть на бревна, сложенныя у одного двора. Разговорились съ мальчиками, съ дѣвочками. Узнали, кого какъ зовутъ. Всѣхъ больше нравились имъ трое: курчавый Ѳомка и два брата Васька и Ванька, оба рыжіе.
   На бревнахъ началась новая забава. Тонкіе концы бревенъ свѣшивались. На этихъ концахъ хорошо качаться. Ребята и дѣвчонки усѣлись, какъ воробьи, рядкомъ, съ ними и Вѣрочка и Павликъ, раскачались высоко, даже сердце замирало и рубахи раздувало вѣтромъ,
   -- Жарко!-- сказала одна дѣвочка, сорвала широкій листъ лопуха и прикрыла имъ голову.
   -- Я подъ зонтомъ.
   -- И я себѣ сорву зонтъ! И я! И я!
   И ребята бросились рвать широкіе лопухи, гуляли подъ ними, какъ подъ зонтиками. Рыжіе Ванька съ Васькой сорвали даже по два зонта: еще красивѣе!
   Лопуховъ большихъ на улицѣ было мало. За ними пришлось сбѣгать къ огородамъ -- къ рѣкѣ. Оттуда многіе возвратились верхомъ на палкахъ и вѣткахъ. Такъ хорошо ѣхать верхомъ подъ зонтомъ!
   Но у рѣки скоро началась новая потѣха. Курчавый Ѳомка, спустившись къ самой водѣ, началъ кидать на рѣку камешки такъ, что они скользили по водѣ, оставляя на ней много кружковъ.
   -- Смотрите, однимъ камешкомъ пять кружковъ.
   -- А я больше сумѣю!-- крикнулъ Васька.
   -- Ну-ка!
   Ребята и дѣвчонки всѣ сбѣжали къ рѣкѣ, искали камешки (выбирали похожіе на "плитки" -- плоскіе) и, ловко изогнувшись, швыряли по водѣ. Камешки летѣли надъ водою, слегка цѣпляя ее, слышалось: чикъ-чикъчикъчикъ-чикъ!
   -- Словно кузнечики по водѣ скачутъ!
   -- Мой всѣхъ дальше!
   -- Семь кружковъ! Мой семь!
   -- А мой счета нѣтъ!
   Вѣрочка и Павликъ дѣлали то же, что деревенскіе ребята. И такъ было хорошо, какъ никогда!
   А вечеромъ, около цвѣтущихъ черемухъ, которыя сладко пахли, дѣти ловили майскихъ жуковъ. Сшибали ихъ съ деревьевъ картузами, палочками, сажали въ карманы, въ коробочки отъ спичекъ. Потомъ подбрасывали кверху и смотрѣли, какъ жуки полетятъ.
   Вѣрочка и Павликъ сначала боялись цѣпкихъ жуковъ, но скоро перестали бояться и такъ же, какъ ребята, набирали ихъ въ руки. Вѣрочка но очень испугалась даже тогда, когда рыжій Ванька посадилъ ей жука на волосы. Изъ волосъ его вытащить было трудно. Зато и отомстила Вѣрочка! Подкралась къ Ванькѣ сзади и сунула ему жука за шиворотъ. Онъ тоже не очень испугался, но нарочно громко завизжалъ. И хотѣлъ кому-то другому посадить жука. Отъ него всѣ побѣжали. Ванька закричалъ:
   -- Жука посажу! Жука за пазуху!
   Всѣ отъ него бѣгали, словно боялись. Долго бѣгали. Совсѣмъ стемнѣло. Луна взошла. Ванька давно уже потерялъ жука, но все гнался за ребятами и кричалъ:
   -- Посажу! Посажу! Сто жуковъ посажу.
   Какъ весело было! Какъ хорошо! Когда Вѣрочку и Павлика позвали домой спать, уходить не хотѣлось.
   -- Жалко, что день прошелъ.
   -- А завтра-то! Опять поиграемъ!
   На другой день было еще веселѣе. Катались на лодкѣ вмѣстѣ съ ребятами, дѣвочками и съ большою сестрою Ѳомки (безъ нея мама не отпустила бы). Заѣхали въ одно мѣсто, гдѣ на водѣ цвѣли красивые желтые и бѣлые цвѣты, нарвали ихъ въ лодку много. Сплели себѣ вѣнки изъ цвѣтовъ; травами и цвѣтами украсили лодку и весла, катались на убранной лодкѣ и пѣли пѣсни.
   Катались на лодкѣ и въ слѣдующіе дни. А тамъ скоро началось купанье, помногу разъ въ день, съ играми, съ фокусами,-- веселое деревенское купанье!
   Однажды, уже въ концѣ лѣта, Вѣрочка разбирала свои вещи и увидала какой-то мѣшокъ.-- Что въ этомъ мѣшкѣ?" подумала она. Развязала, а тамъ фантики. Грязные засаленные.
   -- Павликъ! Павликъ! Смотри-ка!
   Она показала брату. Тотъ взглянулъ.
   -- Фу! Зачѣмъ ты эту дрянь бережешь?-- спросилъ онъ.
   -- Я не берегу. Это ты привезъ.
   -- Я думалъ, ты въ нихъ будешь играть.
   -- Не интересно.
   -- Брось ихъ! Вывали въ печку. Мѣшокъ намъ годится, въ него грибы собирать.
   Фантики побросали въ печку и пошли за грибами.
   И все лѣто больше не вспоминали о фантикахъ.

-----

   Кончилось счастливое лѣто. Опять Вѣрочка и Павликъ, вмѣстѣ съ родителями, пріѣхали въ Петербургъ. Лишь только съ вокзала сѣли на извозчика имъ показалось на улицахъ душно и тѣсно. И слишкомъ громко трещатъ экипажи со всѣхъ сторонъ. Хотѣлось скорѣе выбраться изъ духоты, тѣсноты и треска. Но до самаго дома было такъ же тѣсно.
   Подъѣхали къ дому, Вѣрочка и Павликъ поскорѣе вошли въ подъѣздъ, побѣжали наверхъ по лѣстницѣ.
   -- Какъ тутъ темно. Стѣны какія-то сѣрыя... въ пятнахъ.
   И вдругъ видятъ, на одной площадкѣ стоятъ смирно человѣкъ десять дѣтей, смотрятъ себѣ подъ ноги. На полу передъ ними кучка фантиковъ.
   Вѣрочка узнала своихъ знакомыхъ: Зину и Славика.
   -- Здравствуйте!
   -- Здравствуйте. Вы откуда? Изъ деревни пріѣхали?
   -- Изъ деревни.
   Павликъ спросилъ:
   -- А вы куда уѣзжали?
   -- Мы никуда. Мы все лѣто были здѣсь. Вотъ тутъ каждый день играли въ фантики.
   -- А еще какъ играли?
   -- Еще? Почти никакъ. Все въ фантики да въ фантики.
   Вѣрочка и Павликъ не понимали, какъ можно цѣлое лѣто играть въ такую скучную игру.
   Но дня черезъ три, когда имъ сидѣть въ душной квартирѣ наскучило, по улицѣ гулять тоже наскучило, Павликъ сказалъ:
   -- А напрасно ты, Вѣрка, фантики въ печку бросила.
   -- Я? Это ты бросилъ, а не я.
   -- Нѣтъ, я только сказалъ.
   -- Ты самъ бросалъ ихъ въ печку... Своими руками.
   И поссорились. Досадно было.
   Въ тотъ же день нашли новыхъ четыре фантика и пошли играть съ дѣтьми на лѣстницѣ.
   Играли каждый день. А деревню, траву, рѣку, майскихъ жуковъ, пушистые одуванчики, веселыхъ мальчишекъ, загорѣлыхъ дѣвчонокъ стали забывать. Словно во снѣ ихъ видѣли.
   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru