# Китайская республика -- совершившийся факт

Аноним Китайская_литература

Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 3.

## Китайская республика -- совершившийся факт


Отречение от престола шестилетнего Императора Пу-И. Как известно, наиболее выдающимся событием политической жизни в истекшем месяце явился эдикт об отречении от престола китайской императорской династии, изданный от имени малолетнего богдыхана, Пу-И. В двух других эдиктах, последовавших одновременно с первым, определяются привилегии, сохраняемые за бывшим Императорским домом. Эти события--последний акт в процессе умирания маньчжурской династии, давно предвиденная многими развязка драмы, которая разыгрывается в Китае уже целых пять месяцев. Кормило правления выпущено из рук прежними хозяевами страны, и дальнейшая судьба государственной власти остается, в сущности, в большой еще мере неопределенной.

Конечно, династия иностранного происхождения, управлявшая судьбами Китая в течение около 300 лет, была непопулярна; ближайшее ее орудие--подкупная и развращенная бюрократия-- успела заслужить себе всеобщее презрение; лучшие слои общества живо чувствовали унижение своей родины и давно мечтали о национальном возрождении Катая. Но все же надо признать, что революционное движение не было здесь особенно глубоким.

Главная его сила заключалась именно в отсутствии всякого серьезного сопротивления со стороны тех, против кого направлялось это движение. С самого начала беспорядков династия сразу вступила на путь уступок. Отдавая свои позиции, одну за другой, она отказалась от власти сначала фактически, не пользуясь ею для борьбы, а затем отреклась от престола и формально, не рассчитывая сохранить в своих руках хотя бы фиктивную власть. Монархическое правительство поступало в этом процессе последовательно--в таком достоинстве, по крайней мере, ему нельзя отказать.

Но самая странная, загадочная роль в последних событиях китайской истории, несомненно, выпала на долю Юаншикая. Из положения заведомой немилости, в каком он находился, бывший вице-король провинции Чили был призван к власти с тем, чтобы спасать погибавшую династию. Можно ли утверждать, что подобная задача была свыше его сил. По-видимому, для этого нет данных... Но в чем совершенно нельзя сомневаться, так это в том, что он решительно не предпринял ничего серьезного, чтобы достичь поставленной ему цели. В середине декабря правительственные войска, на верность которых делу монархии Юаншинкай мог безусловно рассчитывать, были отправлены в бассейн Янцекианга и там без труда одержали ряд успехов над многочисленными, правда, но плохо организованными в военном отношении отрядами революционеров. Однако Юаншикай вместо того, чтобы энергично использовать достигнутые успехи, предпочел приостановить военные действия и вступил в переговоры с вождями мятежного движения, которые, разумеется, при таких условиях не обнаружили ни малейшей склонности что-либо уступить в своих требованиях. Как и следовало ожидать, на конференции в Шанхае выяснилось, что революционеры не пойдут на компромисс в виде установления в Китае конституционной монархии.

Итак, не было сомнений, что покончить дело миром никоим образом нельзя; тем более казалось необходимым энергично продолжать действовать оружием. Юаншикай пользовался при дворе совершенно достаточным авторитетом, чтобы потребовать от представителей династии материальных жертв, нужных для продолжения борьбы. Но он не подумал это сделать. Вся его энергия ушла, кажется, на то, чтобы сломить оппозицию тех немногих голосов, которые высказывались в дворцовых кругах за возможность и необходимость сопротивления. Своей цели в этом случае он достиг не сразу и не без труда. Правда, нельзя сказать, чтобы противники Юаншикая при дворе были в действительности настроены особенно воинственно, но во всяком случае маньчжурские принцы и сановники крайне заботились о том, чтобы сохранить свое "лицо" и свое достояние; при предстоящем крушении монархического строя составление акта, точно определяющего положение бывшего Императора после его отречения от престола, заняло несколько недель: согласно этому акту, за богдыханом, как известно, сохраняется окружавший его власть религиозный авторитет, он удерживает за собою и самый титул Императора, с правом передать его своим потомкам.

Китай становится, таким образом, республикой с почетным Императором наверху, и представителям власти старого режима обеспечивается со стороны учредителей нового государственного строя сохранение весьма крупных доходов. Разумеется, такое положение дела только и возможно, что в Китае, и отлично характеризует обычную изворотливость китайцев.

Неудивительно, что при таких условиях многие склонны видеть в действиях главной фигуры последнего времени, Юаншикая, обдуманное предательство по отношению к маньчжурской династии и желание прежде всего извлечь из этой смутной эпохи в жизни его отечества выгоды для самого себя. Многие думают, что он удержится в положении президента республики и тогда, когда республиканский строй будет окончательно и прочно водворен в Китае. Быть может, однако, допустить такое предположение было бы преждевременно. В дальнейшем успехе бывшего вице-короли Чили далеко нельзя быть уверенным. Если при старых порядках Юаншикай и мог считаться представителем духа и партии реформ, то сейчас обновленный Китай смотрит на него уже, как на ретрограда, в особенности по сравнению с столь популярной личностью, выдвинутой революционным движением, как Сун-Ят-Цзен, заведомый поклонник социализма.

Как-никак, но сейчас у Китайской республики имеется все-таки один президент. Очень возможно, что завтра их будет уже двое, а затем, кто знает, может, и еще больше. Анархия--вот наиболее опасный враг, который может угрожать судьбам новорожденной республики. Сокрушить старый режим оказалось делом сравнительно легким -- укрепление нового строя потребует творческой, куда более трудной работы. Не успели китайские революционеры свергнуть своего общего врага, маньчжуров, как в их собственных рядах возникает рознь, начинается борьба соперничающих самолюбий.

Но каково бы ни было будущее китайского государства, "нельзя не отдать должного прошлому режиму, отошедшему теперь в вечность. Отречение от престола шестилетнего ребенка означает здесь не только конец одного царствования, не только прекращение владычества одной династии, -- это акт, знаменующий крушение строя, державшегося в Китае в течение целых тысячелетий. Династия Цзингов, десятым представителем которой на троне был император Пу-И, воцарилась в Пекине лишь в 1644 году. В истории Китая это, можно сказать, чуть не вчерашний день. Раньше династии Цзингов китайским государством правили еще целых двадцать династий, происхождение которых теряется в глубокой, доисторической древности. Среди представителей их были свои Александры Великие и свои Семирамиды. Даже династия маньчжуров, которую современники застали уже в таком глубоком упадке, также знала некогда дни своей славы. При ее владычестве Небесная Империя едва не приобщилась к европейской цивилизации уже триста лет тому назад. Быть может, только теперь китайской республике удастся осуществить ту великую цивилизаторскую задачу, которую принял на себя, под влиянием французских миссионеров, император Канг-Хи еще в расцвете царствования Людовика XIV? Вот вопрос, на который должно ответить ближайшее будущее!


("Le Journal" 13 февраля 1912 г.).


--------------------------------------------------------------------------------------------


Источник текста: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 3.