Кюхельбекер Вильгельм Карлович
Кюхельбеккер В. К.: биобиблиографическая справка

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:


   КЮХЕЛЬБЕКЕР, Вильгельм Карлович [10(21).VI.1797, Петербург -- 11(23).VIII.1846, Тобольск] -- поэт, драматург, критик. Декабрист. Родился в семье саксонского дворянина. Детство провел в Эстонии, в имении Авинорм, где семья поселилась после отставки отца. В 1808 г. мальчик был отдан в частный пансион г. Верро, а спустя три года по рекомендации Барклая де Толли поступил в Царскосельский лицей, где его друзьями стали Дельвиг и Пушкин.
   Литературное дарование К. проявилось уже в лицее. Несмотря на шутливое отношение товарищей к стихам К., он считался одним из признанных лицейских поэтов. Начиная с 1815 г. К. стал печататься в журналах ("Амфион", "Сын Отечества"). Как и другие лицеисты, пережил огромный патриотический подъем во время Отечественной войны 1812 г. и испытал сильное воздействие раннего декабристского вольнолюбия. Вместе с Вольховским, Пущиным, Дельвигом был членом "Священной артели".
   После окончания лицея К., удостоенный серебряной медали, служил в Главном архиве иностранной коллегии и одновременно читал лекции в Благородном пансионе при Главном педагогическом институте. Уже тогда К. горячо проповедовал свободу и конституцию.
   Литературные занятия и вольнолюбивые настроения сблизили К. с литераторами-радищевцами (он деятельно участвовал в Вольном обществе любителей словесности, наук и художеств) и декабристами (в 1819 г. он был избран членом Вольного общества любителей российской словесности). В это же время он вошел в масонскую ложу "Избранного Михаила", видную роль в которой играли декабристы.
   Свободолюбие К. не осталось незамеченным: из-за стихотворения "Поэты" (1820), которое было политическим вызовом властям, выславшим Пушкина, на К. последовал донос и положение его осложнилось. К. согласился на предложение А. Л. Нарышкина сопровождать его за^ границу в качестве секретаря и в сентябре 1820 г. отправился в путешествие, которое продлилось около года. К. побывал в Германии, Италии, Франции. В Германии он встречался
   с Новалисом,, беседовал с Гете, что произвело глубокое впечатление на К. и отразилось на его творчестве (элегии, мистерия "Ижорский"). В Париже поэт с успехом читал лекции в "Атенее", где заправляли французские либералы во главе с Б. Констаном, и познакомил французскую публику с новейшей русской литературой. Дух вольности, которым были проникнуты лекции К., обратил на поэта внимайие французской полиции и русского посланника. Поэт покинул Париж и возвратился в Россию. Друзья помогли оказавшемуся на подозрении у властей опальному поэту поступить на службу при "проконсуле Кавказа" генерале Ермолове. В Тифлисе, куда он приехал в октябре 1821 г., К. подружился с Грибоедовым. Однако уже в мае он подал прошение об увольнении и уехал к сестре в имение Закуп Смоленской губ.
   Здесь К. встретил Авдотью Пушкину, влюбился и собрался жениться, но его семейные планы встретили решительные возражения со стороны матери, указавшей сыну на его полную необеспеченность.
   В Закупе К. написал несколько лирических стихотворений, закончил трагедию "Аргивяне", сочинил поэму "Кассандра" и начал поэму о Грибоедове.
   Материальные обстоятельства побудили К. летом 1823 г. приехать в Москву. Поэт сблизился с Вяземским, В. Одоевским, принявшими живое участие в его судьбе. Вместе с В. Одоевским К. предпринял издание альманаха "Мнемозина" (1824--1825). В альманахе печатались Пушкин, Баратынский, Вяземский, Языков, Шевырев, В. Одоевский. К. поместил в нем отрывки из "Европейских писем", повесть "Адо", нескольких статей, из которых самой замечательной была "О направлении нашей поэзии, особенно лирической, в последнее десятилетие". Неудовлетворенный подражаниями английскому и немецкому романтизму, камерностью, узостью элегий и посланий, изысканностью и стертостью поэтического языка, засильем мелких лирических форм (сонеты, буриме, шарады, мадригалы), К. встал на защиту высоких жанров -- героической поэмы, гражданской оды и трагедии.
   В 1825 г. К. переехал в Петербург, где в ноябре того же года был принят Рылеевым в Северное общество. Свой поступок он объяснил впоследствии желанием "иного порядка вещей", т. к. нынешний, по его мнению, характеризовался злоупотреблениями государственных чиновников, неправедным судопроизводством, угнетением крепостных крестьян, упадком торговли и промышленности, развращенностью нравов, невежеством народа, поверхностным воспитанием и обучением юношества "высших состояний" и "крайним стеснением" российской словесности "от самоуправства цензоров". К тому времени К. стал решительным противником всякой единоличной власти и потому в качестве последней причины указал на "желание представительного образа правления".
   На Сенатской площади К. появился вооруженный пистолетом и палашом, стрелял (неудачно) в великого князя Михаила и генерала Воинова. После разгрома восстания он переоделся в платье дворового человека и добрался до Варшавы, где был схвачен, закован в кандалы, доставлен в столицу и водворен в Алексеевский равелин Петропавловской крепости. К. приговорили к смертной казни посредством отсечения головы, но эта мера была заменена 20-летней каторгой и пожизненным поселением в Сибири. Потом срок сократили до 15 лет, а затем до 10 лет одиночного заключения с последующей бессрочной ссылкой. В 1835 г. К. отправили в Сибирь.
   В ссылке К. обрел семью, женившись на дочери почтмейстера Дросиде Ивановне Арте-мовой. Разница в культурном уровне мужа и жены велика: Дросида Ивановна была неграмотна, К. учил и воспитывал ее. Вместе с семьей К. перебирался из одного сибирского местечка в другое (Баргузин, Акша, Смоленская слобода близ Кургана) и, наконец, поселился в Тобольске. К тому времени он заболел туберкулезом и ослеп.
   До последних дней К. находил творческие силы для занятий литературным трудом и не переставал хлопотать о разрешений печататься. Его не сломили ни болезни, ни тяжелое материальное положение, ни угнетенное моральное состояние. Еще в крепости он начал романтическую повесть "Последний Колонна", поэму "Агасвер" ("Вечный жид"). В ссылке он писал стихи, поэмы ("Давид", "Юрий и Ксения", "Сирота", "Семь спящих отроков"), драматические произведения (мистерию "Ижорский", трагедию "Прокофий Ляпунов", драматическую сказку "Иван, купецкий сын"), переводил драмы Шекспира, задумал драму "Архилох", "Русский Декамерон 1831-го года". В журналы он предлагал статьи о юморе, о греческой дигамме, о Мерзлякове, Пушкине, Кукольнике, Марлинском, Шекспире, Шиллере, Гете, Томсоне, Краббе, Муре, В. Скотте. Лишь ничтожная доля из написанного им в эти годы была анонимно напечатана при жизни, главным образом благодаря стараниям Пушкина.
   Творчество К. своеобразно и противоречиво: в нем сочетались гражданские традиции русского классицизма с принципами декабристского романтизма. Поэтический путь К. начался со стихотворений, написанных в подражание Жуковскому. Ранние его произведения выдержаны в сентиментально-элегическом духе, в них сильны мотивы одиночества, мрачной безысходности. Однако постепенно поэт освобождается от них и все больше проникается гражданскими и вольнолюбивыми настроениями.
   В поэзии К. 20 гг. воспевается дружба как союз людей, посвятивших себя высоким идеям свободы, братства и справедливости. Центральный образ лирики -- человек-герой, вступающий в борьбу с врагами, со стихиями природы, готовый принять смерть, но смело ринуться в бой. Излюбленная тема К.-- тема поэтического служения. Поэт предстает в его лирике певцом-пророком, певцом-гражданином, неподвластным тирании. И хотя он чувствует неизбежность и неотвратимость испытаний и жертв, он не уклоняется от борьбы, а, напротив, смело идет ей навстречу. В этом акте острее подчеркивается его гражданская доблесть. Вместе с тем поэт в стихах К.-- учитель людей, способный предвидеть и предсказывать будущее.
   Основной жанр лирики К.-- гражданская ода, значительно обновленная по сравнению с одой классицистов. Герой оды -- борец за свободу, пылкий вольнолюбец и враг тирании. Одушевлявший поэта восторг передавался в ораторских интонациях и высоком стиле ("Грибоедову", "Ода на смерть Байрона"). Тираноборческий пафос свойствен и трагедиям К. Например, в "Аргивянах" (в основу положен античный сюжет, но содержание насквозь современно) обличались жестокость и деспотизм тирана, предсказывалась его неизбежная гибель. Однако сложные исторические и современные проблемы решались романтически абстрактно: игнорировался принцип историзма, эпоха воспроизводилась в общем, типовом, а не конкретном художественном изображении. Реальные детали античного мира не имели для автора серьезного значения. Вследствие этого "Аргивяне" оказались не свободны от риторики и декларативности.
   После 1825 г. творческие силы поэта не ослабевают. В его лирике начинают звучать ноты скорби, отчаяния, примирения, но не ими определяется основной ее пафос. К. остался "нераскаявшимся декабристом". Причины пессимистических настроений -- в поражении декабрьского восстания, в оторванности от друзей, в невозможности вновь бороться за дорогие поэту идеи. Герой последекабрьской лирики -- стойкий человек, не потерявший веру в справедливость своих убеждений ("На 1829", "Мое предназначение", "19 октября 1836 года", "Сонет"), или узник, гонимый поэт. В стихотворении "Участь русских поэтов" К. вновь возвращается к теме поэтического служения, воспевает героический подвиг во имя идеалов своей декабристской, юности. Лирика К. становится разнообразнее по темам и жанрам. Стихотворения, в которых продолжаются декабристские, мотивы ("Тень Рылеева", "Герой и певец", "Три тени"), отличаются необычной для К. энергией, точностью и сжатостью выражения. Поэт проявляет вкус к художественной детали, его стиль становится; проще и яснее. Строгий гонитель элегии и послания, К. пересматривает свои взгляды, обращаясь к лирической медитации, поэтическому размышлению. В произведениях сибирской ссылки интерес поэта вызывают народные предания, простонародная жизнь, (баллада "Кудеяр", сказка "Пахом Степанов").
   Написанные в одиночном заключении и в Сибири крупные произведения: драма "Архилох" (1845--1846; опубл. в 1939 г.), мистерия "Ижорский" (1829--1833; первая и вторая части опубл. в 1835 г., третья -- в 1841 г.), драматическая сказка "Иван, купецкий сын" (1832--1842; опубл. в 1839 г.), трагедия "Прокофий Ляпунов" (1834; опубл. в 1838 г.), поэмы "Давид". (1829; опубл. в 1839 г.), "Юрий и Ксения" (1832--1833; опубл. полностью в 1839 г.), "Заровавель" (1831; опубл. в 1836 г.), "Сирота" (1833, опубл. в 1839 г.) -- также свидетельствовали о намечавшихся переменах в идейно-эстетических позициях К. Так, в поэме "Сирота" главное внимание уделено повседневному быту и страданиям самых обыкновенных людей. Однако их несчастья осмыслены стечением случайных обстоятельств. В драматических сочинениях К. отходил от классицистических "правил", углублял принципы гражданского романтизма с его непременными требованиями национально-самобытных характеров и народности. В "Ижорском" поэт изобразил "лишнего человека", подобного пушкинскому Евгению Онегину, и осудил в нем пресыщенность, опустошенность и бездеятельность. Художественная манера мистерии, ясный и естественный, почти разговорный язык свидетельствовали о пересмотре прежней поэтики. В еще большей мере такая попытка предпринята К. в трагедии "Прокофий Ляпунов", где поэт обратился к изображению народа. Трагедия Прокофия Ляпунова, по мысли автора, Заключалась в оторванности от народа. Новые эстетические искания -- следствие идейной эволюции К.-- не воплотились в его творчестве с достаточной полнотой и определенностью. Поэт остался декабристом и по мировоззрению, и по эстетическим взглядам, но он уловил дух времени, хотя был насильственно отторгнут от русской жизни, от идейной и литературной борьбы, от русской литературы, воспринявшей пушкинский реалистический метод.
   Соч.: Дневник. Материалы к истории русской литературы и общественной жизни 10--40-х годов XIX века / Вступ. ст. Ю. Н. Тынянова.-- Л., 1929; Лирика и поэмы. Драматические произведения: В 2 т. / Вступ. ст. Ю. Н. Тынянова.-- Л., 1939; Избр. произв.: В 2 т. / Вступ. ст. Н. В. Королевой.-- М.; Л., 1967; Путешествие. Дневник. Статьи / Изд. подгот. Н. В. Королева, В. Д. Рак.-- Л., 1979; Соч. / Вступ. ст. С. А. Фомичева.-- Л., 1987.
   Лит.: Белинский В. Г. Ижорский. Мистерия.-- Спб., 1835 // Полн. собр. соч.-- М., 1953.-- Т. 1.-- С. 228--233; Тынянов Ю. Н. "Аргивяне", неизданная трагедия Кюхельбекера // Тынянов Ю. Н. Архаисты и новаторы.-- Л., 1929.-- С. 292--329; Базанов В. Г. Поэты-декабристы К. Ф. Рылеев, В. К. Кюхельбекер, А. И. Одоевский.-- М.; Л., 1950.-- С. 93--169; Тынянов Ю. Н. Кюхельбекер и Пушкин. Французские отношения Кюхельбекера // Тынянов Ю. Н. Пушкин и его современники.-- М., 1968.-- С. 233--346.

В. И. Коровин.

   Источник: "Русские писатели". Биобиблиографический словарь.
   Том 1. А--Л. Под редакцией П. А. Николаева.
   М., "Просвещение", 1990
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru