# Господин Министр

Жюль Кларети

(Monsieur le Ministre).

Комедия Жюля Клареси.

Перевод А. П. Толченова.

Текст издания: журнал "Изящная Литература", No 8, 1883.

Господинъ Министръ.


Комедія Жюля Клареси.


Переводъ А. П. Толченова.


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:


Сюльписъ Водре.

Гюи де-Лиссакъ.

Дени Гарнье.

Герцогъ Розасъ.

Малюрель.

Молина.

Жерсонъ.

Симонъ Кейзеръ.

Периньонъ, начальникъ министерской канцеляріи.

Лаверпильеръ, префектъ.

Генералъ Сентъ-Эгревъ.

Поншарра.

Докторъ.

Монестье.

Феликсъ, разсыльный.

Жюльенъ, судебный приставъ.

Пьеръ, судебный приставъ.

Грале, лице безъ рѣчей.

Маріанна Кейзеръ.

Адріанна Водре.

Мадамъ Жерсонъ.

Мадамъ Малюрель.

Мадамъ Марси.

Анна, Леонтина, дочери Малюреля.

Гертруда, служанка Водре.

Селестъ, горничная Маріанны.

Бабе.


Дѣйствіе происходитъ въ наши дни, во Франціи.-- Первое въ Греноблѣ, остальныя въ Парижѣ.


## ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.


Въ Греноблѣ.-- Садовая терраса, выходящая на городскую улицу. На право домъ, въ который ведутъ нѣсколько ступеней. Въ глубинѣ видны Альпы. Яркое солнце. Довольно низкая стѣна окружаетъ садъ.


ЯВЛЕНІЕ 1.


## Бабе и Гертруда накрываютъ на столъ, потомъ де-Лиссакъ и Адріенна.


Бабе (смотритъ въ глубину, потомъ возвращается къ накрытому налѣво столу). Весь городъ высыпалъ на улицы, честное слово!..

Гертруда. Ну, они никогда не кончатъ съ ихъ статуей!.. И вѣдь выдумали же воздвигнуть статую перчаточнику, котораго я еще знавала безбородымъ мальчишкой!.. А теперь увижу его вылитаго изъ бронзы... словно Баяръ!.. Ну, да хоть бы по крайней мѣрѣ эта церемонія не помѣшала мосье Водре позавтракать!.. Онъ пріѣхалъ сюда изъ Парижа немного отдохнуть -- онъ такъ много работаетъ -- и вотъ, изволь говорить рѣчь передъ статуей покойнаго Венисье!.. Да!.. быть депутатомъ не шутка!

Бабе. Ахъ, да вотъ идетъ барыня съ мосье де-Лиссакомъ!.. (Входитъ Адріенна съ де-Лиссакомъ, она въ изящномъ утреннемъ туалетѣ, но не бросающемся въ глаза).

Лиссакъ. Лучше ли вамъ теперь?

Адріенна. Благодарю... лучше!..

Гертруда. Развѣ вы больны, мадамъ Адріенна?

Адріенна. Нѣтъ, моя добрая Гертруда... только кровь прилила къ головѣ... солнце такъ палитъ... я отвыкла отъ такаго солнца съ тѣхъ поръ, какъ мы живемъ въ Парижѣ...

Лиссакъ. Ну, не думалъ я и не гадалъ, что буду сегодня утромъ присутствовать при апофеозѣ знаменитаго Венисье!..

Адріенна. И мы тоже не воображали, что будемъ имѣть удовольствіе встрѣтить васъ!..

Лиссакъ. Я пріѣхалъ потолковать съ моимъ нотаріусомъ. Мнѣ дѣлаютъ довольно соблазнительныя предложенія о продажѣ земель, которыми я здѣсь владѣю, и вотъ восемь дней, какъ я говорю только цифрами и о цифрахъ... Поэтому мнѣ нѣтъ нужды говорить вамъ, съ какой радостью я узналъ о вашемъ пріѣздѣ и о пріѣздѣ моего лучшаго друга, Водре.

Адріенна. Послѣ вчерашняго знаменитаго засѣданія въ палатѣ, мужъ, который формально обѣщалъ присутствовать на этомъ празднествѣ, не счелъ возможнымъ не сдержать своего обѣщанія. И могу васъ увѣрить, что я съ своей стороны была въ восхищеніи встрѣтить васъ здѣсь и опереться на вашу руку, пока мужъ мой произноситъ свою рѣчь у подножія статуи...

Лиссакъ. И прибавьте -- при сорока градусахъ жары!.. И точно нарочно, это майское солнце -- которое здѣсь можетъ съ ума свести человѣка -- помѣстилось какъ разъ надъ нашей трибуной!.. Тѣнь приберегли для бронзоваго изваянія знаменитаго Венисье, бывшаго перчаточнаго фабриканта, бывшаго президента комерческаго суда и генеральнаго совѣта, бывшаго...

Адріенна (смѣясь). Ну, довольно о немъ!.. Ахъ, какъ здѣсь хорошо!.. Вы не можете себѣ представить, какъ я была рада снова увидѣть этотъ домъ!.. Вся моя жизнь въ этихъ стѣнахъ... въ этомъ саду я играла ребенкомъ... подъ этими большими деревьями я прочла первую книгу... сюда же пришелъ мой мужъ просить моей руки у матушки...

Лиссакъ. И она была такъ благоразумна, что не отказала ему... и такимъ образомъ устроилось одно изъ счастливѣйшихъ супружествъ!..

Гертруда (въ глубинѣ). Вотъ и баринъ.. Господи!.. Какъ окружили его!.. Это что?.. А!.. Цехъ плотниковъ подноситъ ему букетъ!.. Да какой огромный!


ЯВЛЕНІЕ 2.


## Тѣ же и Водре. (Онъ показывается въ глубинѣ съ огромнымъ букетомъ въ рукахъ. Черная пара, бѣлый галстухъ).


Водре (за кулисы). Благодарю!.. Мои друзья... благодарю!.. (Крики за кулисами. Онъ раскланивается съ провожавшими и входитъ на сцену). Снеси этотъ букетъ въ гостиную, Гертруда!.. (отдаетъ букетъ Гертрудѣ и идетъ поцѣловать Адріенну и пожать руку де-Лиссаку). Бѣдняки!.. Они опустошили свои палисадники для меня!.. (Адріеннѣ). И для тебя!.. (Онъ отдаетъ ей розу, вынутую изъ букета)- О, какъ я радъ, что наконецъ принадлежу самому себѣ!.. Вы ушли прежде увѣнчанія статуи... счастливцы!.. Ну, скорѣй завтракать!.. Я умираю съ голоду!.. (Садится налѣво, противъ де-Жиссака, Адріенна подлѣ него, справа).

Гертруда. Тѣмъ лучше, сударь!..

Лиссакъ. Ты также долженъ умирать и отъ жажды!..

Водре. Почему?..

Лиссакъ (смѣясь). Твоя рѣчь продолжалась 25 минутъ... Есть отъ чего пересохнуть въ горлѣ!..

Водре (смѣясь). Нѣтъ, каковъ президентъ комерческаго суда, который, при полномъ солнечномъ сіяніи, думалъ насъ увѣрить, что лучшій способъ быть полезнымъ своей родинѣ -- это продавать перчатки 63/"!.. И всѣ аплодируютъ... даже генералъ де-Сентъ-Эгревъ, командующій войсками въ департаментѣ... И при всемъ томъ еще не конецъ рѣчамъ!.. Монестье, профессоръ риторики въ лицеѣ, устраиваетъ сегодня же въ театрѣ чтеніе-предметомъ котораго будетъ все тотъ же Венисье, его жизнь, его время...

Лиссакъ (смѣясь). И его корреспонденція... т. е. его торговыя книги по двойной бухгалтеріи!..

Водре. Ну, я себя избавлю отъ этого удовольствія, а тебя, Адріенна, попрошу туда отправиться... Жена мэра оставила для насъ два мѣста въ своей ложѣ на аван-сценѣ... ты будешь моей представительницей.

Адріенна (смѣясь). Покоряюсь... хотя слушать два часа какаго-то Монесте -- подвигъ не малый!..

Лиссакъ. Что меня поражаетъ, Водре, такъ это то, что ты довольно храбро выдерживаешь торжества, подобныя сегодняшнему!..

Водре (смѣясь). По правдѣ, они не всегда меня забавляютъ... но... ремесло того требуетъ!..

Лиссакъ. Понимаю: солдатъ долженъ смѣло встрѣчать пули непріятеля, а депутатъ, не морщась, выслушивать ораторское пустословіе друзей... Право не знаю, что страшнѣе: пули или пустословіе!..

Адріенна. Надѣюсь, это не касается рѣчей моего мужа?

Лиссакъ. О. разумѣется!.. Вашъ мужъ одинъ изъ рѣдкихъ ораторовъ нашего времени!.. Онъ искрененъ въ своихъ рѣчахъ... онъ вѣритъ въ то, что говоритъ!..

Водре. Безусловно!.. Я вѣрю, что съ честностью и твердыми убѣжденіями можно оказать много услугъ... Я не въ тебя, который ничему не вѣритъ!..

Лиссакъ. Ахъ, мой другъ, я на десять лѣтъ старше тебя, а въ десять лѣтъ въ наше время и въ нашей странѣ -- много иллюзій потеряешь!..

Адріенна (смѣясь). Да, вы скептикъ!.. такъ по крайней мѣрѣ вы предполагаете...

Лиссакъ. Кто. я?.. Напротивъ, я вѣрю во множество вещей... вѣрю напримѣръ, что дважды два четыре... вѣрю, что...

Водре (Адріенюъ). Я всегда его зналъ, какъ насмѣшника, относящагося ко всему съ ироніей и вмѣстѣ съ тѣмъ, обладающаго замѣчательно добрымъ сердцемъ!.. (Лиссаку). Дѣло въ томъ, что ты сталъ черезъ чуръ парижаниномъ!.. а если бы ты зналъ, съ какимъ удовольствіемъ я забываю Парижъ, палату, трибуну -- тамъ, передъ этими Альпами... гдѣ мы бѣгали маленькими ребятишками... А этотъ дорогой моему сердцу домъ...

Адріенна. О, какъ бы я желала провести здѣсь мою жизнь, подлѣ тебя!.. Но развѣ это возможно?.. Человѣкъ съ твоимъ талантомъ, твоимъ краснорѣчіемъ...

Лиссакъ (смѣясь). Ваша свѣтлость, кланяйтесь!.. Но дѣйствительно, во вчерашнемъ засѣданіи ты, какъ кажется, значительно придавилъ этого бѣдняка Пишро!.. Ну, да пеняй онъ самъ на себя!.. развѣ можно быть министромъ, называясь Пишро! Я не могу себѣ вообразить, что надо мною властвуетъ г. Пишро! И такихъ людей, какъ я -- множество!..

Водре. Я не за имя на него нападаю; но нашей отчизнѣ нужны люди другаго закала!.. Моя рѣчь дѣйствительно всадила ему пулю въ грудь! По выходѣ изъ засѣданія, я едва успѣлъ съ Адріенной захватить шестичасовой поѣздъ, чтобы не опоздать на сегодняшнее празднество, и не знаю, что произошло въ Парижѣ... но въ настоящую минуту...

Лиссакъ. Несчастный Пишро... (Показываетъ жестами, что тотъ полетѣлъ кувыркомъ).

Адріенна (смотря на свои часы вставая). Какъ ни грустно мнѣ васъ оставить, но я должна заняться туалетомъ!.. Подумайте... въ ложѣ, на авансценѣ, съ женой мэра!.. съ предержащими властями!.. Я должна явиться во всеоружіи!..

Гертруда (принося кофе). Вамъ неугодно кофе, мадамъ Адріенна?

Адріенна. Нѣтъ, благодарю!

Лиссакъ. Напрасно: кофе отгоняетъ сонъ, а вы отправляетесь слушать профессора риторики...

Адріенна. Вы никогда не будете серьезнымъ человѣкомъ?

Лиссакъ. Надѣюсь!

Адріенна. Пойдемъ, Гертруда, помоги мнѣ. (Уходятъ. Бабе, поставивъ десертъ, уходитъ. Водре и Лиссакъ пьютъ кофе).


ЯВЛЕНІЕ 3.


## Де-Лиссакъ и Водре.


Лиссакъ. Что за очаровательная женщина твоя жена!.. восхитительное созданіе!..

Водре. Твоя правда... Съ тѣхъ поръ, какъ я женился на ней, не проходило дня, чтобъ я не повторялъ того, что ты сейчасъ сказалъ!..

Лиссакъ. (протягивая рюмку). И это правда? (Пьетъ).

Водре. Что правда? Что я нахожу Адріенну очаровательной и что я люблю ее? Безъ сомнѣнія правда.

Лиссакъ. Гмъ!..

Водре. Что означаетъ это "гмъ!.."

Лиссакъ. То, что сейчасъ я видѣлъ тебя... на площади... передъ статуей Венисье... Кстати: какъ ты находишь эту статую?..

Водре. Недурна... немножко буржуазна!..

Лиссакъ. Ты, можетъ быть, хотѣлъ бы для этого перчаточника конную статую?.. Ты хорошо разсмотрѣлъ ее?

Водре. Къ чему ты меня объ этомъ спрашиваешь?

Лиссакъ. Къ тому, что ты не спускалъ глазъ съ молодой женщины, сидѣвшей подлѣ жены префекта, въ оффиціальной трибунѣ. Ты узналъ ее?

Водре (живо). Мадмуазель Кейзеръ?

Лиссакъ. Мадмуазель Маріанна Кейзеръ.

Водре. Конечно узналъ! Не смотря на то, что я не видалъ ее нѣсколько лѣтъ, я не забывалъ ее... она все также хороша!..

Лиссакъ (холодно). Н-да!

Водре. Хочешь шартрезъ? Помнишь, какъ мы восхищались "дѣвственницами" въ мастерской Симона Кейзера, ея дяди?

Лиссакъ. Живописецъ-философъ, изобрѣтатель "живописи говорящей".

Водре. Ну, да не картины же его привлекали насъ туда... Что до меня, то сознаюсь, эта Маріанна -- странная и загадочная дѣвушка -- произвела на меня въ то время очень сильное впечатлѣніе!.. Супруга префекта, мадамъ де-Лаверпильеръ, казалась отвратительной подлѣ нея!

Лиссакъ (смѣясь). Ну, не совѣтую этого говорить въ присутствіи генерала Сентъ-Эгрева!

Водре (смѣясъ). Злой языкъ!.. Дѣйствительно! Бѣдный префектъ!..

Лиссакъ. Но за коимъ чортомъ Маріанна Кейзеръ появилась въ Греноблѣ?.. Ты не знаешь? Ничего не предполагаешь?..

Вожре. Рѣшительно ничего!.. И какое мнѣ теперь до нея дѣло?..


ЯВЛЕНІЕ 4.


## Тѣже, Адріенна (переодѣтая), Гертруда.


Адріенна (съ депешей въ рукахъ). Депеша къ тебѣ, мой другъ!

Водре. Депеша ко мнѣ?.. Вѣроятно парижскія новости!.. Посмотримъ... (Открываетъ депешу). О!..

Адріенна. Что такое!.. Несчастіе?..

Водре (живо). Нѣтъ... напротивъ!..

Лиссакъ. Да что такое?..

Водре (читая). "Любезный Водре... Министерство Пишро опрокинуто... мнѣ предлагаютъ составить кабинетъ. Ваше имя намѣчено первымъ. Принимаете ли вы портфель министра внутреннихъ дѣлъ?"

Лиссакъ. Ого!..

Водре. Ты видишь, что до несчастія далеко!..

Лиссакъ. Гмъ! гмъ!.. Ну, какъ знать!..

Адріенна (взволнованная). Ты принимаешь предложеніе?

Водре (наивно). А ты развѣ хотѣла бы...

Адріенна. Я? Нѣтъ... но...

Лиссакъ (Адріеннѣ). Но такъ неожиданно, вдругъ, стать женой министра, вамъ страшновато, неправда ли?

Адріенна. Понятно!

Гертруда (съ радостью). Мосье Водре министръ!.. Пойду влѣзу на крышу и буду кричать объ этой новости оттуда! Пусть весь городъ слышитъ!..

Лиссакъ. Совершенно безполезно! вѣроятно эта новость уже всѣмъ извѣстна... депеши тѣмъ хороши, что ихъ читаетъ весь городъ прежде того, къ кому онѣ адресованы!.. (Водре) И такъ, ты министръ!

Водре. Министръ!..

Адріенна (Гертрудѣ). Не разбирай чемодановъ, Гертруда; вѣроятно мы скоро поѣдемъ назадъ...

Водре. Скоро! Черезъ два часа!..

Адріенна. Не долго же мы погостили въ Греноблѣ!..

Водре. Что за бѣда!.. Только въ Парижѣ можно жить, только тамъ можно быть чѣмъ нибудь только тамъ можно творить великія дѣла!.. Министръ!.. Ахъ, какъ бы я хотѣлъ, чтобъ мои старики были живы, чтобъ расцѣловать ихъ... какъ я цѣлую тебя, моя дорогая Адріенна!..

Адріенна. Дорогой мой!.. Ну, я пойду позабочусь о нашемъ отъѣздѣ...

Водре (написавъ карандашемъ два слова и отдавая Гертрудѣ). На телеграфъ... живо!..

Гертруда Бѣгу... (съ гордостью) г. министръ!.. бѣгу бѣгомъ. (Уходитъ направо).


ЯВЛЕНІЕ 5.


Лиссакъ. Водре.


Водре (повторяя). Г. министръ!.. г. министръ!.. Послушай, Лиссакъ... скажи: тебя не удивляетъ видѣть меня министромъ?..

Лиссакъ. Отчего же? Нисколько: въ наши дни никто отъ этого незастрахованъ!

Водре. Когда я зубрилъ законы въ Латинскомъ кварталѣ, отель Расинъ, въ улицѣ Расина, кто бы могъ предсказать, что я буду управлять Парижемъ?

Лиссакъ. Прибавь: не зная его!

Водре. Какъ я бывало экономничалъ, чтобы скопить на мѣсто въ партерѣ, когда въ Одеонѣ играли Понсара!..

Лиссакъ. А теперь тебѣ поднесутъ на блюдѣ ключи отъ танцовальнаго храма... Нѣтъ, впрочемъ, танцы не по твоему министерству... это относится къ народному просвѣщенію.

Водре. Полно зубоскалить... ты на каждое событіе посматриваешь съ насмѣшечкой!

Лиссакъ (смѣясь). Дѣйствительно, по моему въ жизни прежде всего надо умѣть такъ изловчиться, чтобъ съ удовольствіемъ смотрѣть, какъ другіе играютъ комедію, а самому какъ можно меньше участвовать въ представленіи.

Водре. Эгоистъ!.. Ну, а если бы я попросилъ тебя оказать мнѣ услугу... большую услугу?

Лиссакъ (удивленный). У слугу?.. Говори...

Водре. Я прошу тебя... требую у твоей дружбы... чтобы ты помогъ мнѣ нести мою новую обязанность...

Лиссакъ. Рѣшительно не понимаю.

Водре. Сейчасъ поймешь... Разъ я въ министерствѣ -- кому мнѣ довѣриться, на кого я могу положиться, если не на испытаннаго друга?.. Ты учился законовѣдѣнію, ты практикъ, ты завтра же легко можешь управлять департаментомъ... и быть префектомъ!..

Лиссакъ. Такимъ же сквернымъ, какъ здѣшній -- за это ручаюсь!..

Водре. Не шути и согласись быть моимъ главнымъ секретаремъ.

Лиссакъ. Твоимъ главнымъ секретаремъ, я?

Водре. Такимъ образомъ я по крайней мѣрѣ буду покоенъ, что мнѣ не измѣняютъ, что за мной не шпіонятъ!.. Ну, кончено?.. О, пожалуйста не раздумывай!..

Лиссакъ. Но вотъ видишь ли, мой другъ! Хотя я и не придерживаюсь опредѣленныхъ мнѣній, но у меня все таки есть принципъ: быть всегда въ оппозиціи!.. Такъ какъ всѣ правительства дѣлаютъ глупости, значитъ я могу всегда разсчитывать имѣть на своей сторонѣ умныхъ людей!..

Водре. Не шути больше, а согласись помочь мнѣ дѣлать полезное дѣло. Мы не только друзья -- мы братья, и ты не можешь отказать мнѣ!

Лиссакъ. Нѣтъ, не могу, потому что твой отецъ оказалъ моему очень важную услугу.

Водре. Объ этомъ не стоитъ говорить! Это было такъ давно и притомъ услуга денежная...

Лиссакъ (смѣясь). Вотъ денежныя-то услуги всего менѣе найдешь охотниковъ оказывать!

Водре. Я забылъ уже о ней... не будемъ говорить объ этомъ.

Лиссакъ. Но я помню -- я! и потому напротивъ будемъ говорить! Мой бѣдный отецъ -- честный, довѣрчивый -- былъ втянутъ въ омутъ биржевыхъ операцій... въ одинъ день... въ одну минуту... исчезло все его состояніе... больше -- его честь! потому что у него не хватило состоянія расплатиться... Онъ убилъ бы себя... провинціалы такіе чудаки, у нихъ еще совѣсть осталась!.. Моихъ личныхъ средствъ было недостаточно... тогда явился твой отецъ... онъ отдалъ, что имѣлъ...

Водре. Въ случаѣ нужды, онъ бы вошелъ въ долги для своего стараго товарища дѣтства!..

Лиссакъ. Ему, а стало быть и тебѣ я обязанъ послѣдними счастливыми годами въ жизни моего отца и моимъ независимымъ положеніемъ!..

Водре. Двухъ друзей нѣтъ уже на свѣтѣ, но они оживаютъ въ двухъ товарищахъ, также преданныхъ другъ другу!..

Лиссакъ. О, какъ часто я искалъ случая оказать въ свою очередь тебѣ настоящую услугу!

Водре (смѣясь). Прекрасно... вотъ, можетъ быть, тебѣ случай... Ты знаешь, какъ я легко увлекаюсь... не хуже другаго я могу угадать опасность, но недовольно ловокъ, чтобъ избѣжать ее... на жизнь смотрю довольно трезво и многихъ иллюзій для меня не существуетъ -- но вообще я наивенъ и довѣрчивъ. О, я знаю себя хорошо!..

Лиссакъ. Я также знаю тебя и потому принимаю твое предложеніе. Къ тому же, я перебывалъ за всевозможными кулисами... а за кулисами политической жизни -- не былъ... надо побывать!.. Можетъ, тамъ также весело и забавно, какъ за кулисами въ балетѣ!..

Водре. Говорятъ -- между ними есть сходство... только въ балетѣ танцуютъ, а въ министерствахъ...

Лиссакъ. Летаютъ кувыркомъ!..

Водре. Ну, что жъ, полетимъ -- такъ вмѣстѣ!

Лиссакъ (протягивая руку). Подписано, г. министръ!

Водре (пожимая ему руку). И внесено въ протоколъ, г. главный секретарь!


ЯВЛЕНІЕ 6.


## Тѣже, Лаверпильеръ, Симонъ Кейзеръ, Маріанна, Гертруда (предшествуетъ остальнымъ).


Гертруда. Пожалуйте сюда, г. префектъ!

Водре. Префектъ!.. (Замѣтя Маріанну -- въ сторону). И мадмуазель Кейзеръ!..

Лиссакъ (въ сторону). Маріанна здѣсь! (Слегка стушевывается).

Лаверпильеръ. Г. депутатъ... т. е. депутатъ минуту тому назадъ, а теперь г. министръ... я имѣлъ честь прочесть немного прежде васъ депешу, адресованную вамъ новымъ президентомъ совѣта.

Водре (смотря на Лиссака). А! а!..

Лиссакъ (холодно). Это у нихъ всегда такъ дѣлается.

Лаверпильеръ. И я спѣшилъ поздравить васъ первымъ... первымъ, г. министръ... хотя (съ удареніемъ) мое поздравленіе -- есть поздравленіе только префекта втораго разряда!..

Лиссакъ (тихо). Желаетъ повышенія! Начинается!

Лаверпильеръ. Мосье Симонъ Кейзеръ и мадмуазель Кейзеръ, его племянница, изъявили желаніе, присоединиться ко мнѣ... (Симонъ Кейзеръ и Маріанна раскланиваются съ Водре).

Водре. Я уже имѣлъ удовольствіе видѣть мадмуазель Кейзеръ часъ тому назадъ...

Маріанна. Вы узнали меня, г. министръ? Какая честь для меня: вѣдь я такъ долго была лишена удовольствія васъ видѣть!

Водре. По какому случаю вы въ Греноблѣ? Ужъ не родственница ли вы знаменитому Венисье?

Маріанна (смѣясь). О, нѣтъ! я сопровождаю дядю, который занятъ большой картиной...

Кейзеръ. "Картезіанцы у заутрени"! Нарочно предпринялъ эту поѣздку, и къ тому же мнѣ хотѣлось взглянуть на произведеніе моей юности, которое находится въ музеѣ этого города... Прекрасная картина, могу сказать! Съ тѣхъ поръ я совершенно измѣнилъ мою манеру писать -- но тѣмъ не менѣе -- картина прекрасная!..

Маріанна (холодно Лиссаку, который подошелъ). Мосье де-Лиссакъ... я васъ и не замѣтила...

Лиссакъ (Кейзеру). Вы одинъ изъ послѣднихъ убѣжденныхъ и вѣрующихъ художниковъ, мосье Кейзеръ!..

Кейзеръ. А, добрый другъ, великое искуство умираетъ!.. Что я говорю: "умираетъ"... великое искуство умерло! исчезло!.. нѣтъ болѣе картинъ!.. насъ завалили акварелями!..

Водре. Но это также живопись!..

Кейзеръ (важно). Кисть, которую Карлъ пятый почиталъ за честь поднять у ногъ Тиціана, никогда не унижалась писать акварели!..

Лиссакъ. Совершено вѣрно, мосье Кейзеръ!

Маріанна (которой непріятно положеніе Кейзера) Дядя!

Кейзеръ (Водре). Я знаю ваши возвышенныя чувства г. министръ, и увѣренъ, что не малое счастье для артистовъ. когда такой человѣкъ, какъ вы, достигъ власти! И въ виду этого я буду имѣть честь представить на ваше разсмотрѣніе проэктъ украшенія желѣзнодорожныхъ станцій живописью плодотворно преобразовательной.

Маріанна. Дядюшка, вы знаете, что мы пришли только затѣмъ, чтобы поздравить г. министра, и мнѣ кажется, что мы употребляемъ во зло его благосклонное вниманіе...

Водре. Мое благосклонное вниманіе!.. О, помилуйте!.. Сегодня вечеромъ я уѣзжаю въ Парижъ, и буду вамъ очень благодаренъ, если вы представите мнѣ докладную записку по поводу проэкта вашего дяди... Будьте увѣрены, что я отнесусь къ этому дѣлу съ полнымъ вниманіемъ и не сомнѣваюсь, что желаніе быть вамъ полезнымъ принесетъ мнѣ счастье на новомъ пути!


ЯВЛЕНІЕ 7.


## Тѣже. Адріенна.


Маріанна. И такъ, до послѣ завтра, г. министръ: мы покидаемъ Гренобль завтра утромъ.

Водре (видя сходящую по ступенямъ Адріенну). Однако вы не покинете насъ прежде, чѣмъ я познакомлю васъ съ моей женой. (Представляя Кейзера и Маріанну Адріеннѣ). Мосье Кейзеръ, имя котораго ты часто встрѣчала въ художественныхъ отчетахъ.

Адріенна. И прибавь, что я не разъ любовалась въ здѣшнемъ музеѣ прекрасной картиной мосье Кейзера!

Кейзеръ. О, вы очень добры, что замѣтили ее... но картина дѣйствительно прекрасная!

Водре. Мадемуазель Маріанна Кейзеръ, племянница мосье Кейзера.

Адріеніна. Я имѣла также удовольствіе видѣть мадмуазель Кейзеръ на церемоніи, подлѣ мадамъ Лаверпильеръ.

Маріанна. Я очень счастлива, что обратила на себя ваше вниманіе, и къ тому же въ такое время, когда вы имѣли полное право не видать никого и ничего, кромѣ вашего мужа и его тріумфа!.. Но я сейчасъ же употреблю во зло вашу любезность, обратясь къ вамъ съ просьбой -- взять моего дядю подъ свою протекцію и напоминать о. немъ изрѣдка г. министру... Надѣюсь, вы позволите мнѣ явиться къ вамъ въ Парижѣ, чтобы принести мою искреннюю благодарность за вашъ радушный пріемъ.

Лиссакъ (въ сторону). Ловко закидываетъ сѣти!..

Маріанна (Лаверпильеру). Любезный префектъ, примите нашу благодарность!.. (Водре). Желаю вамъ успѣха, г. министръ!.. (Откланиваясь Адріеннѣ.) Мадамъ Водре!..

Кейзеръ (тихо Маріаннѣ). Правительство навѣрно сдѣлаетъ мнѣ заказъ... Мы хорошо сдѣлали, что явились сюда...

Маріанна (смотря на Бодри, въ сторону). Да, нѣтъ сомнѣнія... министръ не спускалъ глазъ съ меня... (Лиссаку). Мосье де-Лиссакъ, прощайте!.. я очень рада случаю васъ снова увидѣть. (Уходитъ съ дядей.)


ЯВЛЕНІЕ 8.


## Водре, Лиссакъ, Лаверпильеръ, Адріена, потомъ Гертруда и Бабе.


Лиссакъ (Лаверпильеру). Какимъ образомъ вы знакомы съ Кейзеромъ, г. префектъ?

Лаверпильеръ. Одинъ изъ моихъ друзей въ Парижѣ далъ Кейзеру рекомендательное письмо ко мнѣ, и такъ какъ моя жена нашла его племянницу очаровательной... (Водре и Адріенн23;). Кстати: жена моя хотѣла идти вмѣстѣ со мной васъ поздравить... но почувствовала легкое нездоровье... и принуждена была, къ своему крайнему сожалѣнію, вернуться прямо въ префектуру.

Водре. Прошу васъ поблагодарить ее за доброе намѣреніе...

Лаверпильеръ. Что касается до нашего друга, генерала де-Сентъ-Эгревъ, то онъ задыхался въ своей военной формѣ и отправился переодѣться въ гражданское платье и незамедлитъ явиться къ вамъ съ поздравленіями.

Гертруда (прибѣгаетъ, задыхаясь, растерянная). Г. Министръ!.. г. министръ!.. ахъ, если бъ вы знали...

Водре. Что такое?

Гертруда. Садъ нашъ берутъ приступомъ!

Водре. Какъ?

Гертруда. Весь городъ идетъ къ вамъ на поклонъ, съ музыкой во главѣ!..

Бабе (съ радостью). Да, да!... "Гренобльская Лира" впереди всѣхъ!..

Водре. Ну, чтожъ! Я приму весь городъ, милости просимъ...


ЯВЛЕНІЕ 9.


## Тѣже, Генералъ Сентъ-Эгревъ, Монестъе, Поншарра (президентъ муниципальнаго совѣта), толпа мужчинъ, женщинъ, дѣтей. Хоръ трубачей съ знаменемъ, на которомъ звѣздообразная надпись: "Гренобльская Лира, 1875 г. Трубачи играютъ маршъ изъ "Фауста".


Толпа (кричитъ). Да здравствуетъ министръ!.. да здравствуетъ Водре!

Гертруда. Господи!... самъ генералъ!... префектъ!... президентъ муниципальнаго совѣта!.. Весь городъ!...

Сентъ-Эгревъ (Сюртукъ застегнутый до верху, выправка военная). Я на минуту покинулъ нашу дорогую префектшу, чтобы засвидѣтельствовать нашему уважемому министру... мое глубокое... мое глубокое уваженіе...

Водре. Генералъ... я тронутъ... глубоко тронутъ...

Монестье. Г. министръ...

Лиссакъ (Адріеннѣ, указывая ей на Монестье). Монестье!. намъ не суждено его избѣгнуть!...

Монестье. Г. министръ! позвольте мнѣ произнести передъ вами нѣсколько словъ, прежде чѣмъ я буду имѣть честь. сейчасъ говорить, coram populo, въ театрѣ, передъ толпой, заранѣе исполненной энтузіазма! Только васъ не будетъ доставать въ числѣ аплодирующихъ моей рѣчи -- васъ и очаровательной особы, раздѣляющей съ вами жизнь и осѣняющей вмѣстѣ съ вами свое чело лаврами власти!

Всѣ. Браво!

Водре. Любезный профессоръ...

Сентъ-Эгревъ (придумывая фразу). Господинъ министръ -- я, господинъ министръ, сказалъ сегодня утромъ... передъ статуей Венисье... и повторяю теперь предъ вами... я люблю чугунъ!...

Монестье (съ неудовольствіемъ). Извините, генералъ!... слово за мной... cedant arma togae. (Водре) Не забудьте, господинъ министръ, нашъ городъ Гренобль, который гордится тѣмъ, что видѣлъ ваше рожденіе въ своихъ стѣнахъ... и который, къ славнымъ именамъ своихъ многочисленныхъ дѣтей, присоединяетъ отнынѣ и ваше имя!... Да, какъ сейчасъ нашъ городъ поставилъ на пьедесталъ Венисье -- будьте увѣрены, что и васъ ожидаетъ тоже... въ послѣдствіи... (улыбаясь) когда васъ не будетъ на свѣтѣ! Повторяю: будетъ на пьедесталѣ Сюльписъ Водре, адвокатъ, депутатъ, министръ, Цицеронъ Гренобля! Vir dicenti peritus.

Все. Браво!

Лиссакъ (Въ сторону). Этотъ не дуренъ!..

Сентъ-Эгревъ (выступая впередъ). Я, г. министръ, люблю чугунъ, потому что изъ этого благороднаго металла дѣлаются пушки, а пушками выигрываются сраженія... и изъ него же льются статуи и монументы... онъ съ одной стороны убиваетъ людей, но съ другой стороны -- даетъ имъ безсмертіе! Статуи героевъ также тверды, какъ были тверды ихъ характеры!.. Желаю вамъ походить на нихъ: въ парламентскихъ битвахъ слово должно также грохотать, какъ пушка на полѣ сраженія!... И... и... ну, однимъ словомъ... я люблю чугунъ, г. министръ, я люблю чугунъ!

Лиссакъ (въ сторону, Адріеннѣ). Не краснорѣчиво... но съ апломбомъ!.. (Видя, что Поншарра, приготовляясь говорить, откашливается и поспѣшно нюхаетъ табакъ). Ого... очередь за Поншарра!..

Адріенна (тихо Лиссаку). Президентъ муниципальнаго совѣта?

Лиссакъ (тихо ей). Радикалъ съ головы до ногъ!..

Поншарра. Господинъ министръ... (Водре не слышитъ его, разговаривая съ генераломъ; онъ возвышаетъ голосъ).

Господинъ министръ!.. (Водре подходитъ къ нему, улыбаясь). Во имя муниципальнаго совѣта, въ которомъ я имѣю честь быть президентомъ, позвольте мнѣ обратиться къ вамъ съ поздравленіемъ.

Водре. Уважаемый президентъ! (Протягиваетъ ему руку).

Поншарра. Совѣсть моя повелѣваетъ мнѣ прежде всего заявить вамъ, г. министръ, что назначеніе васъ министромъ насъ весьма мало удовлетворило!.. Вы одушевлены прекрасными намѣреніями -- это несомнѣнно -- но мы надѣялись, что человѣкъ болѣе передовой, чѣмъ вы, приметъ кормило власти! Однако, принимая во вниманіе, что тамъ, вверху, не поддаются нашимъ справедливымъ требованіямъ, мы должны быть удовлетворены -- и мои независимыя уста не затрудняются произнести это слово -- мы удовлетворены по крайней мѣрѣ тѣмъ, что избранъ сынъ нашего города, чтобы быть точкою единенія между прошедшимъ и будущимъ... между вчера и завтра!.. Господинъ министръ, постарайтесь, чтобы "завтра" не заставило себя долго ждать!

Лиссакъ (въ сторону). И этотъ очень хорошъ!

Водре (очень просто). Г. президентъ... генералъ... господа.... друзья мои.... я знаю, чего вы всѣ ожидаете отъ меня!...

Лиссакъ (въ сторону). Доходныхъ мѣстъ и орденовъ!

Водре. Я не обману вашихъ надеждъ... Я не стану говорить вамъ громкихъ фразъ... ими такъ часто злоупотребляли, думаю -- вы сыты по горло пустыми обѣщаніями... но могу вамъ сказать, что моя преданность вамъ безгранична и что моя благодарность вамъ никогда не исчезнетъ. Мое самое горячее желаніе: быть просто честнымъ человѣкомъ, трудящимся ради честныхъ людей! Поживете -- увидите!.. До свиданія, друзья, до свиданія!..

Адріенна. Очень хорошо!..

Всѣ. Браво!... браво!... Да здравствуетъ господинъ министръ!..


(Крики браво и виватъ. Трубачи снова начинаютъ "Хоръ солдатъ". Маленькая дѣвочка приближается къ Водре съ огромнымъ букетомъ, украшеннымъ трехцвѣтной лентой. Водре цѣлуетъ дѣвочку и отдаетъ букетъ Адріеннѣ).


## ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.


Кабинетъ министра. Въ глубинѣ большая дверь, ведущая въ другіе апартаменты. Входная дверь налѣво -- за ней предполагается прихожая. Маленькая дверь направо, скрытая обоями. Два большихъ библіотечныхъ шкафа. Направо бюро министра, заваленное бумагами.


ЯВЛЕНІЕ 1.


## Феликсъ, Пьеръ, Жюльенъ. (При поднятіи занавѣса устанавливаютъ и приводятъ въ порядокъ книги, потомъ приближаются къ авансценѣ и разговариваютъ).


Жюльенъ. И такъ, у насъ опять новый министръ!

Феликсъ. О, это только четвертый въ этомъ году.... Впрочемъ я очень доволенъ, что спустили этого Пишро... говорить по человѣчески не умѣлъ!.. Что у него за языкъ былъ... Господи, что за языкъ!

Пьеръ. А его дрожайшая половина?.. Точно торговка, чуть не каждый день, заводила съ поваромъ исторіи изъ-за десерта!... Изъ экономіи...

Феликсъ. Политической экономіи!... Г. Периньонъ, директоръ канцеляріи, сейчасъ долженъ вручить ключи новому, Сюльпису Водре, который пріѣхалъ только сегодня утромъ.

Жюльенъ. Адвокатъ!

Феликсъ. Да, не болѣе того!... Удивительное дѣло! Впрочемъ этотъ -- человѣкъ хорошій... женатый... отличная парочка!.. Вотъ это не больно по вкусу придется кліенткамъ министерства. Господи, сколько я этихъ кліентокъ вводилъ вотъ въ эту дверь... (указываетъ на маленькую дверь) Впрочемъ все однѣхъ и тѣхъ же!...

Жюльенъ. Есть такія, которыя шляются со временъ имперіи.

Феликсъ. Еще первой имперіи!

Жюльенъ. Говорятъ у новаго есть нѣкоторый талантъ.

Ньеръ. Ну, они всѣ съ талантами, когда вступаютъ въ должность.

Феликсъ. А когда слетятъ съ мѣста, тогда всѣ замѣчаютъ, что ихъ таланты выѣденнаго яйца не стоятъ!.. (Увидя Водре, который входитъ слѣва въ сопровожденіи Периньона) Тсъ!.. Министръ!..


ЯВЛЕНІЕ 2.


## Тѣже, Водре, Периньонъ.


Водре (Феликсу). Вы приставъ?

Феликсъ. Имѣю эту честь, г. министръ.

Водре (дѣлаетъ знакъ, что онъ можетъ идти). Исключая моего главнаго секретаря, де-Лиссака, котораго я жду, не впускайте сюда никого, пока я не кончу съ г. директоромъ.

Феликсъ (съ достоинствомъ,). Я знаю свои обязанности, г. министръ... Г. Пишро, предшественникъ вашего превосходительства, графъ д'Орвиль, предшественникъ г. Пишро и г. Дюпре де-ла Дромъ, предшественникъ графа д'Орвиля, также какъ и предшественники ихъ предшественниковъ, очень цѣнили мои услуги. Крайне сожалѣю, что ихъ здѣсь болѣе нѣтъ, чтобъ засвидѣтельствовать г. министру истину моихъ словъ (кланяется и идетъ къ дверямъ).


ЯВЛЕНІЕ 3.


## Водре, Периньонъ, де-Лиссакъ.


Водре (смѣясь). Какъ онъ преисполненъ чувствомъ своего достоинства! (Въ эту минуту Пьеръ вводитъ изъ глубины де-Лиссака. Феликсъ сторонится, потомъ Феликсъ, Пьеръ, Жюльенъ уходятъ).

Водре. А! вотъ и ты!

Лиссакъ (съ важностью). Являюсь на свой постъ!

Водре. Я вотъ здѣсь только нѣсколько минутъ. Вчера по моемъ пріѣздѣ состоялось важное совѣщаніе: мы возстановляли названіе улицы, которую перекрестилъ муниципальный совѣтъ... Это у насъ отняло цѣлый день!

Лиссакъ. Прекрасно! И это важное совѣщаніе заставило тебя отложить до сегодня твое торжественное вступленіе въ министерство? Ну, а мадамъ Водре?

Водре. Она устраивается... (Представляя другъ другу де-Лиссака и Периньона). Периньонъ, директоръ канцеляріи; г. де-Лиссакъ мой лучшій другъ, который такъ добръ, что согласился быть моимъ главнымъ секретаремъ. (Смотря на портфель съ бумагами, на бюро). А! Портфель...

Периньонъ, Съ бумагами по нѣкоторымъ текущимъ дѣламъ для подписи, г. министръ.

Водре. Прекрасно.

Периньонъ. Также я долженъ, г. министръ, врунить вамъ ключи.

Водре. А, да, да!

Периньонъ. Вотъ ключъ отъ министерскаго телеграфа; на остальныхъ обозначено ихъ назначеніе... а вотъ этотъ ключикъ отъ этой двери, (показываетъ на маленькую дверь на право) черезъ которую выпускаются посѣтители, которыхъ удаленіе чрезъ пріемную не желательно для г. министра (отдаетъ ему маленькій ключикъ).

Лиссакъ (съ удареніемъ). Или, вѣрнѣе, впускаются...

Периньонъ. О! такъ вамъ уже извѣстно!

Лиссакъ (смѣясь). Ничего неизвѣстно, я только догадываюсь... "Посѣтители" значитъ иногда -- "посѣтительницы".

Водре (беря бумагу). Это что такое? (читая) Рапортъ директора печати... помѣченный вчерашнимъ числомъ. "Состояніе общественнаго мнѣнія: всѣ вполнѣ довѣряютъ и полагаются на министерство Пишро" (Смотритъ на Периньона). Что это такое?

Периньонъ. Изволите видѣть, г. министръ, это ежедневный рапортъ и онъ писался вчера, въ то время, когда Пишро былъ министромъ -- и потому очень естественно.

Водре (продолжая читать). "Министерство не должно смущаться интерпеляціей г. Водре, и большинство вѣрно настоящему министерству..." Такимъ образомъ несчастнаго Пишро заставляли вѣрить, что ничто ему не угрожаетъ!..

Периньонъ (холодно). Такъ обыкновенно дѣлается, г. министръ.

Водре. Это доказываетъ, что мои предшественники не хотѣли знать истины;, я постараюсь чтобъ мнѣ говорили правду.

Периньонъ (тихо Лиссаку). Онъ черезъ чуръ много хочетъ.

Лиссакъ (тихо Периньону). А по моему такъ онъ хочетъ просто невозможнаго!

Водре (Периньону). Потрудитесь собрать директоровъ и начальниковъ различныхъ отдѣленій, я ихъ сейчасъ приму.

Периньонъ. Слушаю, г. министръ.

Водре. Я хочу ихъ предупредить, что потребую болѣе дѣятельности и усердія отъ канцелярій.

Периньонъ. Г. министръ хочетъ затронуть канцеляріи?

Водре. Непремѣнно, если найду это полезнымъ.

Периньонъ. Слушаю, г. министръ, слушаю! (Въ сторону сквозь зубы). Не дотрогивайся до сѣкиры палача...

Лиссакъ. Что вы изволите говорить?

Периньонъ. Ничего, ничего... пословицу одну вспомнилъ, г секретарь (кланяется и уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 4.


## Де-Лиссакъ, Водре.


Водре. Ахъ какъ мнѣ хотѣлось бы поскорѣй устроиться и избавиться отъ этой возни, неразлучной съ переѣздомъ на новоселье.

Лиссакъ. Министерство едва вылупилось изъ яйца, а ты бы хотѣлъ изъ него уже сдѣлать яичницу. (За кулисами слышна игра на фортепьяно).

Лиссакъ. А! твоя жена пробуетъ, хорошо ли настроено министерское фортепьяно!.. Она очень любитъ музыку!

Водре (сидя у бюро и пробѣгая глазами нѣкоторыя бумаги). Только не балетную!.. Мнѣ прислана ложа изъ Большой Оперы, она не хочетъ ей воспользоваться... не хочешь-ли?

Лиссакъ. Благодарю... Я иначе не смотрю балетъ, какъ совсѣмъ вблизи... я немножко близорукъ!.. Но ты слышишь эту музыку наверху... Это жена твоя? Вотъ кто будетъ твоей поддержкой и утѣшеніемъ на новомъ твоемъ поприщѣ... Тебѣ предстоитъ отчаянная борьба... но ты самъ этого хотѣлъ!

Водре. Ну, чтожъ! будемъ бороться! Противъ меня будутъ съ своими интересами, съ своимъ недовольствомъ, съ своей ненавистью и тѣ, которыхъ мѣсто я занялъ и тѣ, кто желаетъ занять мое мѣсто... и тѣ, которымъ я буду вынужденъ отказывать въ ихъ искательствахъ, и тѣ, которыхъ я удовлетворю -- но по ихъ мнѣнію не вполнѣ... однимъ словомъ меня по пятамъ будетъ преслѣдовать цѣлая свора жаждущихъ подачки... Э! что за бѣда!.. Моя поддержка будетъ въ моей чистой совѣсти и въ сознаніи того добра, той пользы, которыя я могу принести...

Лиссакъ (перебивая). Твоей партіи?

Водре. Нѣтъ моей родинѣ!..

Лиссакъ. Ахъ, мой другъ, если-бъ было достаточно хотѣть дѣлать добро... но этого мало: надо еще умѣть и мочь дѣлать его!.. Но во всякомъ случаѣ, ты правъ. Желаю тебѣ успѣха! Обыкновенно, вступаютъ въ министерство съ твердымъ намѣреніемъ уничтожить злоупотребленія и въ концѣ концовъ -- удвоиваютъ ихъ ради того, чтобъ усидѣть только самому на мѣстѣ!.. А ты попробуй хоть не удвоивать... ужъ это будетъ оригинально!


ЯВЛЕНІЕ 5.


## Тѣже, Адріенна (изъ глубины).


Водре. Адріенна!

Адріенна (кланяясь). Ваше превосходительство! (Водре цѣлуетъ ее въ лобъ). Здравствуйте, де-Лиссакъ! Вы уже вступили въ должность?

Лиссакъ (важно). Какже, вступилъ... развѣ это не ясно потому, что я ничего не дѣлаю!

Водре (смѣясь) Въ этомъ трудномъ занятіи тебѣ будетъ помогать помощникъ государственнаго секретаря, Малюрель, котораго мнѣ навязали?

Лиссакъ. Малюрель, депутатъ отъ Рюффека!

Адріенна. Ты мнѣ двадцать разъ говорилъ, что ты его терпѣть не можешь.

Водре. Это правда... и я принужденъ его переносить... Человѣкъ, двадцать разъ мѣнявшій свои мнѣнія... исключая того, которое онъ имѣетъ о самомъ себѣ!

Лиссакъ (Адріеннѣ). Ну, что, устроились ли вы у себя наверху?

Адріенна. О, нѣтъ еще, мнѣ предстоитъ работы по крайней мѣрѣ на цѣлую недѣлю! Я выбрала для себя самую маленькую гостиную, въ которой буду обыкновенно засѣдать и которую уберу по своему вкусу; по несчастью, на потолкѣ отчего-то образовалась огромная трещина!

Водре. Надо потребовать министерскаго архитектора.

Адріенна. Я такъ и сдѣлала -- и надѣюсь, что не сегодня-завтра трещину задѣлаютъ, и тогда...

Лиссакъ. Ого! какъ вы быстро шагаете -- не сегодня-завтра! Изволите видѣть, прежде всего должно, чтобы выше означенный архитекторъ осмотрѣлъ поврежденія потолка и составилъ соотвѣтствующій рапортъ и представилъ его въ отдѣленіе городскихъ построекъ; оттуда назначатъ новаго архитектора своего, который вновь осмотритъ трещину въ потолкѣ и вновь напишетъ рапортъ. Тогда откроютъ потребный на починку кредитъ... и если палаты не утвердятъ этого расхода, то само министерство можетъ рушиться... прежде потолка!..

Водре (Адріеннѣ). Надѣюсь, что этого не будетъ... Ну, а вообще ты довольна, Адріенна?

Адріенна. Я? Мнѣ кажется, что я въ дорогѣ... Когда сейчасъ по пріѣздѣ слуги бросились вносить наши чемоданы, мнѣ они показались лакеями изъ гостинницы -- и я такъ и ждала, что насъ спросятъ: на сколько времени мы разсчитыевамъ здѣсь остановиться?

Водре. Столько времени, сколько потребуется на то, чтобъ доказать всѣмъ и каждому, что я хочу и умѣю дѣлать добро!.. О какъ бы я хотѣлъ, чтобъ ты могла; гордится мной!..

Адріенна. Я желаю гораздо большаго!

Водре. Напримѣръ?

Адріенна. Я хотѣла бы просто знать, что ты счастливъ!

Лиссакъ. Такъ какъ ему нравится эта борьба, раздѣлите ее съ нимъ; понятно -- и почести тоже.

Адріенна (смѣясь). О, почести! Будетъ и того, что я ихъ переношу!

Лиссакъ (въ сторону, недовѣрчиво посматривая на Водре, который мрачно задумчивъ). Гмъ, гмъ!..


ЯВЛЕНІЕ 6.


## Тѣже. Феликсъ (съ карточками на серебряномъ подносѣ).


Феликсъ (подавая Водре). Эти особы ожидаютъ, угодно ли будетъ вашему превосходительству принять ихъ.

Водре (читая карточки). Мосье и мадамъ Жерсонъ... Мадамъ Марси.

Лиссакъ. Такъ скоро!

Адріенна (удивленная). Мадамъ Жерсонъ? Мадамъ Марси?

Лиссакъ. Какъ? Неужели вы не знаете очаровательную мадамъ Марси?

Водре. Вдова республиканца только что испеченнаго.

Лиссакъ. Которая спѣшитъ тотчасъ же этимъ воспользоваться. А ея кузина, хорошенькая Жерсонъ -- принимаетъ министровъ, споритъ съ посланниками, и перелетаетъ изъ дворца президента республики во дворецъ президента палаты.

Водре. Однако она еще не успѣла достать мѣста мужу, но она сдѣлаетъ его депутатомъ.

Лиссакъ (въ сторону). Она сдѣлаетъ изъ него все, что захочетъ. (Громко). Ну, хоть скрѣпя сердце, а съ ними надо жить въ ладу.

Водре. Онѣ обѣ бомбардировали меня приглашеніями, отъ которыхъ я всегда отказывался.

Адріенна (смѣясь). И теперь онѣ явились свести счеты.

Водре. Прими ихъ вмѣстѣ со мной... на сегодня мой кабинетъ замѣнитъ гостиную. (Феликсу). Проси. (Де-Лиссаку). Пожертвуемъ первымъ днемъ!


ЯВЛЕНІЕ 7.


## Тѣ же, Жерсонъ, г-жа Жерсонъ, г-жа Марси.


Водре (кланяясь). Мадамъ Жерсонъ, Мадамъ Марси! (представляя). Мадамъ Водре.

Г-жа Жерсонъ (Водре). Мой мужъ.

Водре (кланяясь). Очень радъ!

Г-жа Марси. Г. министръ, примите наши поздравленія.

Г-жа Жерсонъ. Вѣрнѣе сказать, поздравленія всей страны. (Тихо Жерсону). Ну же, Казимиръ, побольше огня, одушевленія... дѣло идетъ о вашей будущности!

Жерсонъ (дремлетъ стоя). Побольше одушевленія... Ахъ, мой другъ, я такъ усталъ!

Г-жа Марси. Ахъ, мосье де-Лиссакъ! (раскланивается съ нимъ).

Г-жа Жерсонъ (г-жѣ Водре). Надѣюсь, чтобы сдѣлаете намъ честь посѣтить насъ, когда г. министръ соблаговолитъ принять одно изъ моихъ приглашеній.

Адріенна. О, я буду очень рада сопровождать его.

Г-жа Жерсонъ. Мѣсто вашего мужа заранѣе опредѣлело въ моемъ салонѣ, который открытъ для всѣхъ знаменитыхъ людей.

Г-жа Марси (въ сторону). Поочередно!

Г-жа Жерсонъ. Притомъ же, г. министръ, вы должны меня вознаградить. Три дня тому назадъ я давала большой обѣдъ, я ждала Пишро, вашего предмѣстника...

Г-жа Марси (съ участіемъ). Бѣдный, бѣдный Пишро!

Г-жа Жерсонъ. И что же я узнаю, въ ту самую минуту, когда надо было садиться за столъ? Что вы нанесли въ палатѣ Пишро пораженіе, вслѣдствіе котораго онъ долженъ былъ подать въ отставку. Это очень нелюбезно съ вашей стороны -- не предувѣдомить меня объ этомъ по крайней мѣрѣ наканунѣ! (Адріеннѣ) Представьте себѣ положеніе несчастной хозяйки дома; она даетъ обѣдъ, она приглашаетъ министра, президента совѣта -- она обѣщала это непремѣнно своимъ гостямъ.

Лиссакъ (смѣясь въ сторону). Она охотно помѣстила бы его въ меню обѣда!..

Г-жа Жерсонъ. Настаетъ часъ обѣда -- и вдругъ новость: нѣтъ болѣе министра! нѣтъ президента совѣта! нѣтъ даже и самаго совѣта!

Г-жа Марси. Это очень непріятно, неправда ли?

Адріенна. Дѣйствительно!

Водре. Я съ удовольствіемъ, если только могу, замѣню Пишро въ вашемъ салонѣ, и это будетъ, увѣряю васъ, самая пріятная часть наслѣдства, доставшагося мнѣ послѣ него!

Г-жа Жерсонъ. О, вы очень любезны, г. министръ.

Г-жа Марси (г-жѣ Жерсонъ). Онъ очарователенъ.

Г-жа Жерсонъ. Очарователенъ. (Жерсону). Очарователенъ!

Жерсонъ (зѣвая). Очарователенъ!

Г-жа Жерсонъ (тихо мужу). Казимиръ! да вы спите, стоя!

Жерсонъ (тихо). Стоя?.. Нѣтъ, я сижу... Подумай, мой другъ: одинадцать баловъ подрядъ!.. И ты еще удивляешься!

Г-жа Жерсонъ (тихо). А я-то? развѣ я сплю?

Жерсонъ. Ты!.. да ты желѣзная. (Лиссаку). У меня жена желѣзная!

Лиссакъ. Поздравляю!

Г-жа Жерсонъ (обращаясь къ Водре). Ахъ, господинъ министръ! Какое сильное впечатлѣніе вы произвели на насъ своей рѣчью въ палатѣ... У меня были слезы на глазахъ... и мужъ сказалъ выходя изъ палаты...

Жерсонъ (удивленный). Я сказалъ?

Г-жа Жерсонъ (настойчиво). Ты сказалъ!.. Онъ сказалъ: "мнѣ постоянно восхваляли краснорѣчіе Мирабо, теперь я имѣю о немъ понятіе! "

Г-жа Марси (тихо Лиссаку). Я уже это слышала! Она тоже самое говорила о Пишро!

Г-жа Жерсонъ (Адріеннѣ). О, какъ вы должны были гордиться, когда слушали громъ рукоплесканій, покрывшихъ рѣчь вашего мужа!

Адріенна. Дѣйствительно, мнѣ это было бы очень пріятно, но только я не слыхала рукоплесканій... я никогда не бываю въ палатѣ.

Г-жа Марси. Неужели?

Г-жа Жерсонъ (тихо г-жѣ Марси). Она не бываетъ въ палатѣ?.. Что^же она дѣлаетъ цѣлыми днями?

Г-жа Марси (также тихо). Можетъ быть, она бываетъ въ сенатѣ.

Жерсонъ (самъ съ собой). А можетъ быть, спитъ!

Адріенна. Я слишкомъ нервна, чтобъ подвергать себя всѣмъ этимъ волненіямъ.

Г-жа Жерсонъ (быстро). О, я понимаю васъ! Еслибъ пришлось говорить публично моему мужу... я бы отъ волненія захворала!

Лиссакъ (тихо Адріеннѣ). Оттого-то онъ, какъ добрый мужъ, и молчитъ постоянно!

Г-жа Жерсонъ (замѣтя, что мужъ ея успѣлъ заснутъ, подходитъ къ нему, встряхиваетъ его и говоритъ тихо, но съ бѣшенствомъ). Казимиръ!..

Жерсонъ (просыпается, раскланивается и говоритъ во всеуслышаніе). Прекрасный балъ, мадмуазель...

Г-жа Жерсонъ (тихо ему). Вы меня уморите! (Водре). Господинъ министръ! Мнѣ бы очень хотѣлось узнать отъ васъ одну вещь...

Водре. Что прикажете?

Г-жа Жерсонъ. Можетъ быть, съ моей стороны, это будетъ нескромно... но когда дѣло касается политики... Боже мой, мнѣ такъ хочется знать, какъ это вы дѣлаете, чтобъ увлекать своихъ товарищей и составлять изъ нихъ себѣ большинство!

Водре (улыбаясь). А! Вы хотите знать тайны нашей профессіи?

Г-жа Жерсонъ (громко мужу). Слушай, Казиміръ, слушай! Это тебѣ пригодится...

Жерсонъ (въ сторону). На томъ свѣтѣ!

Водре. Это дѣлается очень просто! Я стараюсь отыскать на депутатскихъ скамьяхъ, между моими коллегами лицо какого нибудь пошляка, съ самодовольнымъ, глупымъ выраженіемъ...

Лиссакъ. И находишь?

Водре. И когда я отыщу такаго господина, я мысленно говорю ему: "во что бы то ни стало -- ты долженъ понять меня!" Я принимаюсь его убѣждать, вбивать въ него доказательства... какъ вбивалъ бы гвозди...

Г-жа Жерсонъ. Въ пустую бочку...


ЯВЛЕНІЕ 8.


## Тѣжe, Феликсъ и Малюрель.


Феликсъ (докладывая). Господинъ помощникъ государственнаго секретаря.

Водре. Малюрель!

Малюрель (входя быстро). А! господинъ министръ! (Кланяясь, приближается къ Водре). О, мой дорогой министръ! Примите мою благодарность! Мою глубокую благодарность! Помощникъ государственнаго секретаря -- я! и вы согласились! Впрочемъ я это предвидѣлъ по той благосклонности, по той, смѣю сказать, симпатіи, которую вы мнѣ уже оказали.

Водре (удивленный). Я? Когда же?

Малюрель. А въ знаменитомъ субботнемъ засѣданіи? Впродолженіе всей вашей блестящей рѣчи... вы глазъ съ меня неспускали!

Лиссакъ (тихо г-жѣ Жерсонъ). Пустая бочка!..

Г-жа Жерсонъ (тихо). И онъ еще благодаритъ!

Водре (представляя Малюрелю свою жену). Моя жена!

Малюрель. Сударыня! (Кланяется). Вашъ знаменитый мужъ, въ этомъ замѣчательномъ засѣданіи, казалось, говорилъ только для одного меня! Признаюсь -- я горжусь такимъ отличіемъ!

Г-жа Марси. И есть чѣмъ!

Водре. Мосье Малюрель, я надѣюсь, что найду въ васъ прилежнаго сотрудника... хотя вы въ нашихъ рядахъ и новобранецъ.

Малюрель (въ затрудненіи). Новобранецъ... это правда... но...

Водре. Вы, если не ошибаюсь, были однимъ изъ сеидовъ павшаго правительства.

Малюрель (поспѣгино). О, сеидомъ -- это преувеличено!

Водре. Нисколько... Вы посвятили въ то время свое сочиненіе: "законному властителю...".

Малюрель (поспѣшно). Произведеніе юношескихъ лѣтъ!.. Но впослѣдствіи я дополнилъ посвященіе: "законному властителю -- народу".

Водре. Однако вы ѣздили въ Компьень?

Малюрель (въ затрудненіи, въ сторону). Ай, ай!.. (Громко) Это опять таки правда. (Съ гордостью). Но я оттуда воротился!

ВодрЕ. Какъ бы то ни было, вы, я надѣюсь, поможете мнѣ въ реформахъ, которыя я рѣшился произвести.

Нисса къ. Реформы? Развѣ у тебя проситъ кто нибудь реформъ?

Водре (смѣясь). Правду сказать, у меня до сихъ поръ просятъ больше префектуръ!

Г-жа Марси (смѣясь). Это въ порядкѣ вещей; новый министръ!

Малюрель. Да еслибъ просили только этого! О, искатели мѣстъ! О просители!.. Особенно вліятельные избиратели! Они сидятъ у меня на шеѣ! Какія коммисіи поручаютъ они мнѣ исполнять! Боже! какія коммисіи!.. Одинъ изъ нихъ недавно поручилъ мнѣ отыскать кормилицу...

Лиссакъ. Для него?

Малюрель. Нѣтъ!

Лиссакъ. Для васъ?

Малюрель. Ну вотъ еще!.. И я нашелъ ему кормилицу.

Лиссакъ. А попробовали вы у нея молоко по крайней мѣрѣ?

Малюрель (наивно). Ахъ, чортъ возьми, я объ этомъ и неподумалъ! Дай-то Богъ, чтобъ было хорошо -- а то при слѣдующихъ выборахъ, пожалуй не подастъ за меня голоса!

Г-жа Жерсонъ (приближается къ Водре, жеманясь). Господинъ министръ, позвольте обратиться къ вамъ съ просьбою.

Водре. Разрѣшить лотерею?

Г-жа Жерсонъ. Нѣтъ... дѣло не въ лотереѣ... это уже старо... А позвольте спросить васъ, г. министръ... (съ большимъ удовольствіемъ) правда ли, что получены очень печальныя новости о здоровья Крепо, орнскаго депутата?

Водре. Крепо? О, да! онъ очень боленъ -- почти также опасно, какъ нашъ коллега Помаръ!

Г-жа Жерсонъ (порывисто). Помаръ... тоже боленъ?

Водре. Да, доктора уже приговорили его къ смерти.

Г-жа Жерсонъ (вг восторгѣ). Приговорили къ смерти! Казимиръ! (Поспѣшно подзывая мужа и представляя его). Г. министръ! мой мужъ, Жерсонъ, человѣкъ замѣчательный, преданный правительству, ораторъ -- еще неизвѣстный, но перваго сорта. Онъ горитъ желаніемъ посвятить свои таланты министерству. И съ вашей помощью, Жерсонъ можетъ разсчитывать, что одно изъ вакантныхъ мѣстъ...

Водре (смѣясь). О, о!.. позвольте васъ остановить. Это ужъ оффиціальная кандидатура.

Г-жа Жерсонъ (продолжая жеманичать). О, нѣтъ -- просто симпатическая кандидатура!

Водре. Я въ отчаяніи, что принужденъ вамъ отказать, но наша программа дѣйствій рѣшительно воспрещаетъ намъ...

Г-жа Жерсонъ. Вы злой! Ну, мы попробуемъ обойтись безъ васъ! Такъ значитъ, больше надежды занять мѣсто... этого (записывая въ своей записной книжкѣ) Помара, депутата отъ...?

Водре. Приваса!

Жерсонъ (наивно женѣ). А въ какомъ это департаментѣ?

Г-жа Жерсонъ (пожимая плечами). И такъ рѣшено: сегодня вечеромъ вы ѣдете въ Ардешъ.

Жерсонъ. Сегодня вечеромъ? Но видишь ли, дружочекъ, я очень усталъ: одинадцать баловъ подрядъ!

Г-жа Жерсонъ (ргъшителѣно). Сегодня вечеромъ вы ѣдете въ Ардешъ!

Лиссакъ (Жерсону). Ахъ, мосье Жерсонъ, зачѣмъ же скрывать отъ насъ, что вы ѣдете въ Ардешъ?

Жерсонъ. Я не скрываю ничего... а только...

Лиссакъ. И такъ вы предпочитаете Ардешъ Орну?

Г-жа Жерсонъ (наивно). Ну, да! вѣдь ардешскій депутатъ уже при смерти!

Жерсонъ. А для меня -- Ардешъ, Орнъ -- рѣшительно все равно... я не знаю ни того, ни другаго департамента.

Лиссакъ. Значитъ, будете равно хорошимъ представителемъ какъ того, такъ и другаго!


(За кулисами слышенъ голосъ г-жи Малюрель).


Г-жа Малюрель (за кулисами). Доложите обо мнѣ!

Малюрель. А! моя жена!


ЯВЛЕНІЕ 9.


## Тѣже, Г-жа Малюрель.


Феликсъ (докладывая). Мадамъ Малюрель!

Малюрель (Водрею). Мадамъ Малюрель, моя жена... и мать моихъ дѣтей!

Водре. Очень радъ! (представляя Адріенну). Мадамъ Водре.

Г-жа Малюрель. Очень счастлива, госпожа министерша... Я не имѣла чести быть вамъ извѣстна ранѣе занятія вашимъ супругомъ его высокаго поста; но вы имѣли во мнѣ... т. е. въ насъ, искреннихъ вашихъ поклонниковъ... Мои дочери... которыхъ я буду просить у васъ позволенія вамъ представить... мои дочери давно надѣялись, что вашъ супругъ будетъ министромъ и что при немъ составится министерство изъ однородныхъ элементовъ...

Водре. А! ваши дочери...

Г-жа Малюрель. Выдресированы мною! (Сухо) Обворожительныя созданія! Фортепьянъ и другихъ такъ называемыхъ пріятныхъ искусствъ никакихъ не знаютъ... а занимаются между собою обсужденіемъ рапортовъ бюджетной коммиссіи.

Лиссакъ. Это должно быть очень весело!

Г-жа Малюрель. И подобно мнѣ, эти милыя дѣти созданы, чтобы понимать и раздѣлять горе другихъ... И вы, сударыня, если удостоите меня своей дружбы, увидите, какова я и какое участіе принимаю въ чужомъ несчастій!

Адріенна. Сударыня!..

Г-жа Малюрель. Да, да, увидите! Когда тѣ. кого я люблю, счастливы -- это производитъ на меня, сознаюсь, какое-то странное дѣйствіе. Кажется, что я ихъ просто терпѣть не могу! Но когда ихъ постигнетъ горе, несчастіе, страданіе -- я ихъ просто обожаю!

Лиссакъ. Значитъ, у васъ доброе сердце!

Малюрель. Героическая натура!

Г-жа Малюрель. И если когда нибудь васъ постигнетъ горе... несчастіе... вѣдь со всѣми это случается -- то...

Водре. То даже звать васъ будетъ не нужно, такъ какъ, живя въ министерствѣ, вы всегда будете на готовѣ...

Г-жа Малюрель. Раздѣлить съ вами несчастіе!

Лиссакъ (Малюрелю, насмѣшливо). Какая симпатичная женщина ваша супруга!

Малюрель. Да, неправда-ли? Съ перваго взгляда.

Г-жа Марси (г-жѣ Жерсонъ). Габріэль... два часа...

Г-жа Жерсонъ. Уже! Ахъ, какъ время летитъ! А насъ ждутъ въ комитетѣ люксамбургскаго благотворительнаго базара... (Адріеннѣ) Очень признательна вамъ за благосклонный пріемъ, которымъ вы насъ удостоили.

Адріенна. О, помилуйте...

Г-жа Жерсонъ (мужу). Ну, Казимиръ, скорѣй укладывайте чемоданы... да не ошибитесь линіей... вѣдь я васъ знаю! Вы пожалуй на сѣверную дорогу?

Жерсонъ. Хорошо, хорошо... не ошибусь.

Г-жа Жерсонъ. Да поклонитесь же господину министру!

Жерсонъ (раскланиваясь). Ваше превосходительство (въ сторону). Только бы мнѣ поспѣть захватить спальный вагонъ! (Жерсонъ, г-жа Жерсонъ, г-жа Марси уходятъ налѣво).


ЯВЛЕНІЕ 10.


## Водре, Адріенна. Лиссакъ, Малюрель и г-жа Малюрель.


Г-жа Малюрель. Я такъ и знала, что встрѣчу здѣсь этихъ очаровательныхъ кузинъ! Каждый новый министръ можетъ быть увѣренъ, что онѣ прежде всѣхъ сдѣлаютъ ему визитъ!...

Лиссакъ. Прихвостницы политики... всѣ скроены на одинъ фасонъ, лишь бы онъ была послѣдней моды, и всѣ повинуются одному правилу: обожать восходящее солнце и оборачиваться спиной къ солнцу заходящему... изъ цѣломудренной стыдливости.

Малюрель. Глубоко сказано, мосье де-Лиссакъ! Ахъ, еслибъ Пишро имѣлъ васъ своимъ секретаремъ!

Лиссакъ (смѣясь). Онъ до сихъ поръ сидѣлъ бы на престолѣ.

Г-жа Малюрель. Ахъ, кстати о Пишро... я сейчасъ была у его жены, я надѣялась встрѣтить его... мнѣ очень любопытно было посмотрѣть, какую онъ теперь корчитъ физіономію.

Малюрель. Какъ... ты была... (тихо). Будь осторожнѣе, Мелани, будь осторожнѣе...

Г-жа Малюрель (также тихо). Ну, вотъ еще! почемъ знать, можетъ, онъ опять будетъ министромъ! (Громко). Я не нашла его у жены... но ее видѣла, видѣла! Физіономія уксусная! одѣта вся въ черное!

Лиссакъ (смѣясь). Въ траурѣ по портфелю!

Г-жа Малюрель. Цвѣтъ печали!

Малюрель (которому Водре вручилъ пакетъ съ бумагами). Завтра утромъ я явлюсь за вашими приказаніями, г. министръ... въ которомъ часу позволите мнѣ явиться?

Водре. Да когда вамъ будетъ угодно, начиная съ шести часовъ утра.

Малюрель (быстро). Съ шести часовъ!! (въ сторону). Въ первый день всѣ такъ говорятъ, а чрезъ недѣльку...

Г-жа Малюрель (Адріеннѣ). Вы не привыкли еще ко всѣмъ заботамъ и мелкимъ непріятностямъ вашего новаго положенія, а потому располагайте мною, не стѣсняйтесь!.. Я буду въ восторгѣ избавить васъ отъ каторги оффиціальныхъ пріемовъ. Это моя стихія!

Адріенна (немного холодно). Благодарю. Вы очень любезны!

Г-жа Малюрель (всторону). А ты жеманная кукла! (Мужу). Ну, любезный муженекъ, мы отнимаемъ драгоцѣнное время у господина министра и госпожи министерши!

Малюрель (Водре). Мы поспѣшимъ заняться переѣздомъ сюда... Ахъ, виноватъ, маленькій вопросъ: въ министерствѣ дается квартира... но съ отопленіемъ, конечно?

Водре (смѣясь). И съ освѣщеніемъ!

Г-жа Малюрель. И со стиркой бѣлья!

Лиссакъ. И даже косточки промываютъ, мадамъ Малюрель.

Г-жа Малюрель (мужу, уходя). Косточки промываютъ? Не понимаю; можетъ быть, это очень остроумно... но я не понимаю; а вы?

Малюрель. Тсъ! будь осторожнѣе, Мелани! будь осторожнѣе! (уходятъ налѣво).


ЯВЛЕНІЕ 11.


## Лиссакъ, Падре, Адріенна, потомъ Феликсъ.


Водре. Я думалъ, что они никогда не уйдутъ! (Феликсу, который входитъ изъ глубины). Кто тамъ еще?

Феликсъ (входя). Архитекторъ, котораго требовали, ожидаетъ приказаній.

Адріенна. Я васъ оставляю... и бѣгу къ архитектору. (Уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 12.


## Водре, Лиссакъ, Феликсъ, потомъ Периньонъ. (Налѣво слышенъ шумъ за кулисами, голоса посѣтителей).


Водре. Тамъ есть еще кто нибудь?

Феликсъ. Много, г. министръ!

Водре. Кто-же такіе?

Феликсъ. Префекты... съ женами...

Водре. Съ женами?

Феликсъ. Въ дорожныхъ платьяхъ. При каждой перемѣнѣ министерства, онѣ наѣзжаютъ въ Парижъ, опасаясь что ихъ турнутъ... (спохватившись, съ достоинствомъ) что ихъ оставятъ за штатомъ.

Водре. Скажите, что я приму ихъ завтра.

Феликсъ. Ваше превосходительство не изволите ли сдѣлать исключеніе для молодой дамы, которая увѣряетъ, что ей назначена аудіенція сегодня? (подастъ карточку).

Водре. Молодая дама! (читая карточку). Мадмуазель Кейзеръ!

Лиссакъ (въ сторону). Ага! она не теряетъ времени!

Периньонъ (входя). Чиновники министерства, созванные по желанію г. министра, ожидаютъ въ пріемной залѣ.

Водре (Жиссаку). Ахъ, я и забылъ. (Феликсу). Попросите эту даму сюда... (Жиссаку). Ты побесѣдуешь съ ней пока... Тебѣ не будетъ это непріятно?

Лиссакъ. Мнѣ?.. Нисколько, напротивъ.


(Феликсъ уходитъ).


Водре (Периньону). Потрудитесь показать мнѣ дорогу, г. директоръ. (Самъ съ содой) Ну, господинъ министръ! побольше краснорѣчія... приходится встрѣтиться лицомъ къ лицу съ этими знаменитыми канцеляріями! Идемъ! (Уходитъ съ Перинъ ономъ).

Лиссакъ (одинъ). Маріанна!


ЯВЛЕНІЕ 13.


## Де-Лиссакь, Маріанна, Феликсъ.


Феликсъ (вводя Маріанну). Г. министръ сейчасъ къ вамъ выйдетъ (Скрывается).

Маріанна. Подождемъ!

Лиссакъ (котораго Маріанна не замѣтила, подходитъ къ ней). Здравствуйте, мадмуазель Кейзеръ!

Маріанна. Мосье де-Лиссакъ! Васъ непремѣнно встрѣтишь тамъ, гдѣ не ожидаешь?

Лиссакъ. Каждый разъ, когда выбудете приходить сюда, вы рискуете увидѣть меня. Мой другъ Водре обратился къ моей дружбѣ и упросилъ меня быть его секретаремъ, и я буду имѣть иногда удовольствіе принимать васъ, когда министръ будетъ занятъ.

Маріанна. Не значитъ ли это, что и сегодня онъ занятъ и вмѣсто него принимаете вы?

Лиссакъ. Нѣтъ, онъ сейчасъ прійдетъ... и будетъ даже, я увѣренъ, весьма счастливъ замѣнить меня.

Маріанна (смѣясь). Вы изъ тѣхъ людей, мосье де-Лиссакъ, которымъ наслѣдуютъ, но которыхъ не замѣняютъ.

Лиссакъ (сидя съ лѣвой стороны Маріанны). Вы смѣетесь надо мной? Это...

Маріанна. Это... что это?

Лиссакъ. Это дурно!

Маріанна. Я думала, вы скажете: это неосторожно.

Лиссакъ. Какая же неосторожность тутъ могла быть съ вашей стороны?

Маріанна. Я рисковала вооружить противъ себя человѣка, имѣющаго огромное вліяніе на министра.

Лиссакъ. И съ которымъ вы были всегда въ отношеніяхъ... очень хорошихъ.

Маріанна. Значитъ, вы мнѣ простили?

Лиссакъ. Развѣ мнѣ есть что вамъ прощать?

Маріанна. А мой отказъ принять васъ, когда вы приходили ко мнѣ въ послѣдній разъ?

Лиссакъ. Виноватъ, не такъ: вашъ отказъ прійти повидаться со мной, въ послѣдній разъ, когда я васъ ожидалъ... (Съ намѣреніемъ). Я помню только то, что было прежде этого послѣдняго раза, и никто на моемъ мѣстѣ не забылъ бы этого...

Маріанна. Тѣмъ болѣе это похвально съ вашей стороны, что я съ своей стороны ничего не помню... и такъ забывчива, что никогда объ этомъ больше не вспомню.

Лиссакъ. Поговоримъ же объ этомъ прошломъ въ послѣдній разъ, благо случай даетъ намъ эту возможность, которой вы до сихъ поръ избѣгали. Видя, что вы не приходите въ тотъ опредѣленный часъ... въ который я привыкъ насъ ожидать и принимать съ радостью... я отправился къ вашему дядюшкѣ, узнать что съ вами могло случится... (Движеніе Маріанны) Это было безпокойство.

Маріанна. Это было просто фатство.

Лиссакъ. Мнѣ отвѣчали, что вы отправились путешествовать; но это оказалось неправда.

Маріанна (насмѣшливо). Когда въ подобныхъ случаяхъ, женщина приводитъ какія бы то ни было причины своихъ поступковъ, онѣ всегда справедливы.

Лиссакъ. Ну... а дѣйствительныя причины?

Маріанна. Всегда уважительны.

Лиссакъ. Ваши даже чрезвычайно уважительны.

Маріанна. Вы ихъ знаете?

Лиссакъ. Какъ нельзя лучше.

Маріанна. Скажите.

Лиссакъ. Вы станете отрицать.

Маріанна. Такой проницательный человѣкъ какъ вы, легко откроетъ истину въ отрицаніхъ женщины... но я буду съ вами откровенна... у меня есть на то тоже причины.

Лиссакъ. Уважительныя?

Маріанна. Чрезвычайно уважительныя?

Лиссакъ. И такъ (насмѣшливо) послѣ вашего визита ко мнѣ девятаго числа... вы... ну, да... вы не пришли повидаться со мной десятаго...

Маріанна. Какая память!

Лиссакъ. Потому что герцогъ де-Розасъ въ этотъ день посѣтилъ васъ.

Маріанна. Совершенно справедливо! Но вотъ чего вы не знаете: девятаго числа я была у васъ только потому, что герцогъ де-Розасъ не былъ у меня ни шестаго, ни седьмаго, ни восьмаго... и я хотѣла ему отмстить!

Лиссакъ. Въ такомъ случаѣ, вы сказали ему...

Маріанна. Ничего. Герцогъ изъ тѣхъ людей, которымъ безполезно что нибудь говорить.

Лиссакъ. Онъ самъ все отгадываетъ?

Маріанна. Не отгадываетъ, а догадывается обо всемъ.

Лиссакъ. Стало быть онъ ревнивъ?

Маріанна. Какъ тигръ.

Лиссакъ. И вы, быть можетъ, его любите?

Маріанна. Какъ безумная! Это единственный мужчина, котораго я когда нибудь любила!

Лиссакъ (кланяясь). Благодарю! (Продолжая прежнее) Но въ такомъ случаѣ, если я помогъ вамъ отмстить... правда весьма скудно... то онъ долженъ былъ отмстить вамъ за меня... Онъ заставилъ васъ страдать?

Маріанна. Ужасно!

Лиссакъ. А! тѣмъ лучше!.. А теперь вы...

Маріанна. Невыносимо страдаю!

Лиссакъ. Гмъ!... А нехотите ли... отомстить снова?

Маріанна. Нѣтъ мнѣ дорого мое горе...

Лиссакъ. А знаете, вѣдь девятаго числа я вамъ повѣрилъ было!

Маріанна. О, тогда я думала только о томъ, какъ бы страшнѣе отмстить...

Лиссакъ. О, женщины сильныя созданья!

Маріанна. Когда онѣ не любятъ! А когда любятъ -- онѣ глупы! Угадайте, что сдѣлала я, я, говорящая теперь съ вами!

Лиссакъ (насмѣшливо). Можетъ быть, это будетъ немного длинно.

Маріанна. Не насмѣхайтесь и главное -- не оскорбляйте меня... Когда я говорю о герцогѣ де-Розасъ, я всегда говорю серьезно.

Лиссакъ. Угадать, что вы сдѣлали?.. Чортъ возьми, вы сдѣлались его любовницей!

Маріанна (серьезно). Никогда!

Лиссзъ (недовѣрчиво). Вы устояли противъ него?

Маріанна. Развѣ женщина можетъ устоять противъ человѣка, котораго она любитъ? У герцога рыцарское, благородное сердце, возвышенная душа. Онъ хотѣлъ быть моимъ мужемъ, не смотря на мое ничтожное происхожденіе, не смотря на мою бѣдность Но онъ былъ ревнивъ и видя меня безъ отца, безъ матери, живущею у дяди, среди людей легкомысленныхъ, опасныхъ -- онъ уѣхалъ въ первый разъ, не предупредивъ меня. И я ждала его напрасно впродолженіе нѣсколькихъ мѣсяцевъ, какъ вы ждали меня 10 апрѣля. Въ этотъ день онъ дѣйствительно воротился ко мнѣ. Онъ мнѣ объяснилъ, почему уѣхалъ -- изъ ревности!.. А воротила его любовь! Какъ онъ былъ хорошъ въ эти минуты, какъ краснорѣчивъ!.. Я была счастлива! Я гордилась тѣмъ, что онъ меня любитъ!.. И тогда... тогда онъ упросилъ меня сказать ему всю правду о моемъ прошломъ вѣдь я вамъ сказала, что женщина, когда любитъ, глупа... И я призналась ему.

Лиссакъ. Во всемъ?

Маріанна. Нѣтъ. Въ одной винѣ.

Лиссакъ. Только въ одной?

Маріанна. Ахъ, Лиссакъ, сколько бы разъ женщина ни падала, но если вдругъ она полюбила, то всѣ ея проступки сливаются въ одинъ, потому что всѣ мужчины тогда не составляютъ для нея даже и одного.

Лиссакъ. Ну, что же потомъ?

Маріанна. Герцогъ зарыдалъ какъ ребенокъ... потомъ онъ уѣхалъ, и я его больше не видала!

Лиссакъ. И вы пожалѣли о вашемъ признаніи?

Маріанна. Нѣтъ. Я обязана этому признанію тѣмъ, что видѣла то, что не всякой женщинѣ посчастливится видѣть: честнаго человѣка, который любитъ ее, презираетъ ее и... плачетъ!

Лиссакъ. И вмѣстѣ съ тѣмъ -- улетучивается!.. Ну, а потомъ?

Маріанна. Въ первыя минуты, я подумала о рѣкѣ... а такъ какъ человѣкъ подлъ, то мысль о смерти, о смерти безъ отплаты, меня испугала... И вотъ я живу... живу больше по привычкѣ!

Лиссакъ. А сегодня... вы приходите сюда... зачѣмъ?

Маріанна. Судьба, которая какъ будто хочетъ извиниться передо мной, натолкнула меня на вашего министра, который замѣтилъ меня. Это наивный провинціалъ, но во всякомъ случаѣ -- министръ!.. У него въ рукахъ власть -- можетъ быть мимолетная -- но онъ можетъ быть полезенъ мнѣ или моему дядѣ... я хочу попытаться передѣлать мою жизнь... направить ее иначе... Опредѣленнаго плана у меня еще нѣтъ. Въ сущности, мнѣ все равно... поживемъ -- увидимъ. Какъ мнѣ смотрѣть на васъ -- какъ на друга или какъ на врага?

Лиссакъ. Я предпочитаю положеніе, которое вы сами мнѣ создали: нейтральное.

Маріанна. И такъ -- доносовъ Водре или даже дружескихъ изліяній ему съ вашей стороны не будетъ?

Лиссакъ. За кого вы принимаете меня, Маріанна?

Маріанна. Кто васъ знаетъ!.. Всѣ мужчины такіе подлецы!...

Лиссакъ (любезно). Кромѣ одного!

Маріанна (дерзко). Да, но этотъ одинъ далеко!


ЯВЛЕНІЕ 14.


## Тѣже, Водре.


Водре (Маріаннѣ). Простите, что я заставилъ васъ ждать но хлопоты и заботы по устройству на новомъ мѣстѣ...

Маріанна. Не извиняйтесь, г. министръ... Мосье де-Лиссакъ былъ такъ добръ, что занималъ меня, во время вашего отсутствія.

Водре. Съ вашей стороны очень мило, что вы вспомнили...

Лиссакъ (перебивая). Виноватъ... (Водре). Я пойду устраиваться въ моемъ рабочемъ кабинетѣ. (Маріаннѣ) Мадмуазель... (Маріанна кланяется, Лиссакъ уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 15.


## Маріанна, Водре.


Водре. И такъ, посмотримъ, чѣмъ я могу быть вамъ полезенъ? Да, вашъ дядюшка... надо что нибудь придумать для этого почтеннаго Симона Кейзера... (Мѣняя тонъ). Если бы вы знали, какъ я былъ счастливъ, увидя васъ снова въ Греноблѣ!...

Маріанна. Правда?... Я тоже была въ восторгѣ, что увидалась съ вами въ ту минуту, когда передъ вами открылось такое блестящее положеніе...

Водре. Знаете что? Я немного суевѣренъ... можетъ, это вы принесли мнѣ счастье!

Маріанна. И такъ мой дядя...

Водре (быстро). О, у него есть талантъ! Я припоминаю портретъ его работы, на послѣдней выставкѣ: "Женщина въ голубомъ".

Маріанна. Я служила ему моделью...

Водре. Я узналъ васъ... съ чернымъ мотылькомъ на корсажѣ... Быть можетъ, это украшеніе выбрано съ умысломъ?

Маріанна. Именно... У меня въ головѣ сидятъ тоже черные мотыльки или чертенята, какъ хотите назовите.

Водре. Этотъ портретъ превосходенъ! (Нѣмая игра). Если я могу вамъ быть полезенъ, я буду очень радъ... повѣрьте.

Маріанна. Я вамъ буду очень признательна, г. министръ. Вамъ угодно было сказать, что разъ я уже принесла вамъ счастье, и это доброе дѣло, быть можетъ, также вамъ зачтется... Дядя мой бѣдный человѣкъ, которому недоставало, чтобъ сдѣлаться извѣстнымъ, того же, чего не достаетъ мнѣ, чтобъ быть счастливой.

Водре. Чего же?

Маріанна. Случая... удачи... Но дѣло не обо мнѣ... И такъ вы мнѣ обѣщаете?

Водре. Я обѣщаю вамъ завтра же поговорить о вашемъ дядюшкѣ съ министромъ изящныхъ искуствъ... Кажется, существуетъ намѣреніе украсить живописью нѣкоторые храмы...

Маріанна. Я тѣмъ болѣе буду цѣнить эту милость, г. министръ, что я въ первый и въ послѣдній разъ явилась къ вамъ въ роли просительницы.

Водре. Въ послѣдній разъ?

Маріанна. Вѣроятно я покину Парижъ -- сегодня вечеромъ, или завтра утромъ.

Водре. Вы?

Маріанна. Да.

Водре. Съ вашимъ дядюшкой?

Маріанна. О нѣтъ, онъ прикованъ къ своей мастерской...

Водре. Неужели однѣ?

Маріанна. Съ одной подругой.

Водре. И вы ѣдете...

Маріанна. Къ ней, въ провинцію... у ней есть маленькое имѣньице, въ которомъ она даетъ мнѣ пріютъ.

Водре. Вы будете тамъ страшно скучать!

Маріанна. Это необходимо. Я въ тягость дядѣ... онъ вѣдь бѣднякъ... высокое искуство не обогощаетъ!.. Пока дядя не будетъ хоть сколько нибудь обезпеченъ, я стараюсь по возможности какъ можно менѣе пользоваться его услугами и потому съ готовностью приняла приглашеніе моей подруги...

Водре. Мы употребимъ всѣ наши усилія, чтобъ вы могли возвратиться какъ можно скорѣе...

Маріанна. Благодарю васъ, г. министръ! Прощайте или до свиданья... это зависитъ отъ васъ. (Дѣлаетъ движеніе, чтобы встать, останавливается и подноситъ руку къ У*У)Водре. Что съ вами?

Маріанна. Ничего -- маленькая жемчужная сережка упала.

Водре. Позвольте.

Маріанна. О, у меня глаза хороши...

Водре (нагибаясь и поднимая жемчужину). Вотъ она!

Маріанна. Благодарю... вы позволите?.. Однако такъ трудно, перчатки мѣшаютъ... (Начинаетъ снимать перчатки).

Водре. Если бъ я смѣлъ предложить...

Маріанна. О, г. министръ!.. вы...

Водре. Ничего, позвольте... прошу васъ... (Помогаетъ Маріаннѣ, стоящей тредъ каминнымъ зеркаломъ направо, надѣть серьгу).

Маріанна. Мнѣ пришла глупая идея носить серьги привинченными -- изъ кокетства. Мнѣ не хотѣлось прокалывать уши...

Водре. И вы правы... было бы жаль ихъ портить, они очаровательны.

Маріанна. Жемчужины?

Водре (смущенный). Я не о жемчужинахъ.

Маріанна. Да о нихъ не стоитъ и говорить... онѣ фальшивыя. (Смѣясь). Какъ и та, можетъ быть, которая ихъ носитъ... Но я васъ задерживаю... Тогда какъ государственныя дѣла... Прощайте г. министръ.

Водре (взявшій ее за руку). У васъ жаръ.

Маріанна (смѣясь). Я всегда въ жару!

Водре. Но... не всегда же вы такъ ажитированы. какъ сегодня, и это страдальческое выраженіе лица...

Маріанна. О, я всегда такая... Прощайте, г. министръ. Вы будете такъ любезны, засвидѣтельствуете мое искреннее уваженіе мадамъ Водре, которая такъ любезно приняла меня въ Греноблѣ. У васъ очаровательная жена, г. министръ! Она вполнѣ заслуживаетъ любви! Намъ, бѣднымъ женщинамъ, страдать вдвое тяжелѣе, нежели мужчинамъ... У мужчинъ всегда много какаго нибудь другаго дѣла... исключая моего дяди, у котораго только мечты... мечты.

Водре. Ахъ да... вашъ дядя... Я бы хотѣлъ съ нимъ повидаться... поговорить... Что вы дѣлаете сегодня вечеромъ?

Маріанна. Ничего.

Водре. Видѣли вы танцы Фіорелли?

Маріанна. На какія же средства я могу разъѣзжать по театрамъ?.. Но какое же отношеніе имѣетъ Фіорелли...

Водре (взявъ со стола конвертъ). Вотъ ложа въ Оперу, на сегодняшній вечеръ. Поѣзжайте туда. Я завезу, быть можетъ, вашему дядѣ благопріятный отвѣтъ... и буду очень счастливъ въ первый разъ показаться въ публикѣ между талантливымъ артистомъ и хорошенькой женщиной. Это лучшая политика.

Маріанна (по нѣкоторомъ молчаніи). А если мы возбудимъ удивленіе, появившись вмѣстѣ въ публикѣ?.. Если я васъ скомпрометирую?

Водре (улыбаясь). Ну, чтоже -- мнѣ прійдется видѣться съ вами потомъ не иначе, какъ тайкомъ... Притомъ, вѣдь вы уѣзжаете изъ Парижа!

Маріанна. Ахъ, да, правда... я и забыла.

Водре. Вотъ это очень любезно съ вашей стороны!


(За кулисами шумъ слѣва).


Маріанна (поспѣшно). Прощайте, г. министръ! (Отворяетъ немного дверь налѣво и останавливается). Ахъ!

Водре. Что такое?

Маріанна. Сколько тамъ народу! И неизвѣстная женщина застигнутая въ расплохъ въ кабинетѣ министра, въ первый день его вступленія! Что скажутъ газеты!.. Прощайте, г. министръ!..

Водре. Не хотите ли пройти здѣсь? (Отворяетъ маленькую дверь направо). Лѣстница выходитъ въ садъ.

Маріанна (на пороги, маленькой двери). Прощайте, господинъ министръ!

Водре. До вечера!

Маріанна. Правда, правда!.. Рѣшительно я отъ величія потеряла голову... (скрывается смѣясь).


ЯВЛЕНІЕ 16.


Водре (одинъ, около двери; минута молчанія). Эта Маріанна всегда была для меня загадкой!.. Добра она?.. зла? Кто знаетъ? Очаровательна, вотъ что неоспоримо! (Идя къ бюро). Однако, за работу!


ЯВЛЕНІЕ 17.


## Водре, де-Лиссакъ.


Лиссакъ (входя). Гдѣ же мадмуазель Кейзеръ?

Водре. Ушла.

Лиссакъ. Черезъ какую дверь?

Водре (сидя и не оборачиваясь, указываетъ жестомъ назадъ на маленькую дверь). Черезъ ту.

Лиссакъ (про себя, насмѣшливо). Ого!.. Уже!..


## ДѢЙСТВІЕ ТРЕТЬЕ.


У Маріанны. Салонъ, очень изящно убранный. Двери налѣво и въ глубинѣ, къ правой сторонѣ. На лѣво, въ глубинѣ, ньянино, подлѣ камина, который топится. По срединѣ салона пуфъ-кресло, канапе. Пяльцы съ вышивкой, въ глубинѣ, подлѣ камина. На право маленькій столикъ, покрытый плиссомъ, передъ нимъ маленькій шкафчикъ, съ инкрустаціями изъ слоновой кости. Повсюду цвѣты.


ЯВЛЕНІЕ 1.


## Селестъ, Молина, потомъ Малюрель, потомъ де-Лиссакъ.


Селестъ. Войдите, мосье Молина.

Молина (входя). Мадмуазель Кейзеръ принимаетъ?

Селестъ. Да. Она теперь кончаетъ свой туалетъ. Она сейчасъ выйдетъ. Можетъ быть, вы предпочитаете подождать ее въ мастерской мосье Кейзера?

Молина. А развѣ Кейзеръ теперь въ мастерской?

Селестъ. Онъ тамъ постоянно.

Молина. Я лучше останусь здѣсь. Я могу ему тамъ помѣшать работать (Малюрель входитъ). Къ тому же я буду ожидать въ компаніи съ Малюрелемъ... Здравствуйте, любезнѣйшій Малюрель!

Малюрель. Здравствуйте, мой любезнѣйшій Молина! Развѣ обитательница сихъ мѣстъ невидима?

Молина. Сейчасъ выйдетъ. Я жду ее... Ну-съ, и вы пришли на поклонъ къ восходящему свѣтилу?

Малюрель. Она очаровательна.

Молина. Кто васъ привелъ сюда?

Малюрель. Никто. Я самъ пришелъ.

Молина. И вы были хорошо приняты?

Малюрель. Недурно. Очень недурно. Впрочемъ мое положеніе при министрѣ обезпечивало мнѣ хорошій пріемъ. Ну, а вы?

Молина. Я прежде знавалъ дядю и видѣлъ племянницу еще совсѣмъ крошкой... потомъ я потерялъ ихъ изъ виду... и теперь возобновилъ знакомство.

Малюрель. Моментъ благопріятный. Повидимому, она дѣлаетъ изъ покровителя все, что захочетъ.

Молина. Похоже на то.

Малюрель. А жена покровителя что говоритъ объ этомъ?

Молина. Да я думаю, ничего не говоритъ. Въ послѣдній разъ я ее здѣсь видѣлъ. Она осматривала мастерскую Кейзера, которому министръ выхлопоталъ заказъ отъ правительства. Мадамъ Водре пріѣзжала посмотрѣть картины и эскизы этого заказа, который будетъ... о!.. замѣчательнымъ произведеніемъ!

Малюрель. Она была съ мужемъ?

Молина. Нѣтъ, одна. Водре въ тотъ день не могъ пріѣхать.

Малюрель. И вы говорите все это безъ смѣху!

Молина. Я смѣюсь только по вечерамъ, когда окончу дѣла.

Малюрель. Стало быть, вы здѣсь по дѣлу?

Молина. Также, какъ и вы. Я пришелъ кой о чемъ попросить министра. А вотъ вы видите его всякій день въ министерствѣ, и если тоже являетесь сюда, то вѣроятно имѣете на топричины, еще болѣе важныя, чѣмъ я.

Малюрель. Хотите, чтобъ я былъ откровененъ съ вами?

Молина. Если бъ я повѣрилъ вашей откровенности, вы сочли бы меня за наивнаго человѣка. Ну, да ничего, говорите.

Малюрель. Я полагаю, что Водре продержится болѣе другихъ въ министерствѣ.

Молина. Сколько по вашему, напримѣръ? Шесть мѣсяцевъ?

Малюрель. Болѣе. Этотъ человѣкъ выдержитъ восемь, десять мѣсяцевъ, годъ, можетъ быть.

Молина. Почему же вы это предполагаете?

Малюрель. Провинція ему вѣритъ. Потомъ, у него удивительная способность къ работѣ. Это не то, что я! Это истый сынъ Альповъ. Онъ краснорѣчивъ, что очень рѣдко встрѣчается нынче; притомъ человѣкъ убѣжденный, что еще рѣже можно встрѣтить. Третьяго дня онъ произнесъ удивительную рѣчь. И хотите, чтобъ я вамъ сказалъ, почему? Потому что онъ влюбленъ въ эту очаровательную особу, у которой мы находимся. Изъ этого слѣдуетъ, что единственное средство заслужить благосклонность министра, который продержится на своемъ посту цѣлый годъ -- заслужить благосклонность женщины, которую онъ любитъ. И вотъ почему я здѣсь! И меня убѣждаетъ въ вѣрности моего разсчета то, что я вижу и васъ здѣсь... а окончательно подтверждаетъ, что я напалъ на истинный путь, то, что вотъ здѣсь и де-Лиссакъ!.. Этотъ долженъ знать всю правду.

Молина. Только мудрено его заставить сказать эту правду.

Малюрель. Во всякомъ случаѣ можно попытаться.

Лиссакъ (входя и кланяясь). Мое почтеніе!.. Какъ поживаютъ ваши прелестныя дочери, мосье Малюрель?

Малюрель. Какъ нельзя лучше, мосье де-Лиссакъ.

Лиссакъ. А что биржа, любезнѣйшій Молина? какъ дѣла идутъ?

Молина. Недурно.

Лиссакъ. Значитъ, все благополучно и Франція довольна.

Малюрель. Похоже на то.

Молина. А какъ поживаетъ министръ?

Лиссакъ. Тоже хорошо. Вы скоро его увидите. Мнѣ надо передать ему отвѣтъ по одному дѣлу, и онъ велѣлъ принести его къ Кейзеру, мастерскую котораго онъ намѣренъ посѣтить.

Малюрель. Съ супругой?

Лиссакъ. Нѣтъ. Она уже была здѣсь, какъ-то прежде.

Малюрель (садясь возлѣ него). Любезнѣйшій де-Лиссакъ, вы такъ много знаете въ качествѣ интимнаго повѣреннаго министра... не можете ли вы намъ объяснить, какъ это сотворилось, что эти Кейзеры, которые были положительно въ нуждѣ, потому что папа Кейзеръ не разъ прибѣгалъ къ предшественникамъ г. Водре за... "поощреніями" въ видѣ презрѣннаго металла -- какъ это могло совершиться, что эти Кейзеры -- и дядя и племянница -- могли бросить свою бѣдную квартирку и перебраться сюда, въ этотъ элегантный отель, вдобавокъ съ такой мастерской, которой до злости можетъ позавидовать любой модный акварелистъ? Въ такой-то рамкѣ картины Кейзера! Чортъ возьми!

Лиссакъ. О, господа! все это очень просто объясняется. Мадмуазель Кейзеръ случайно находилась съ дядей въ Греноблѣ у префекта, во время открытія статуи знаменитому Венисье. Молодая дѣвушка, которая не лишена находчивости, воспользовалась случаемъ, чтобъ отрекомендовать своего дядю новому министру, а въ особенности женѣ. Надо быть очень неблагодарнымъ человѣкомъ, чтобы забыть свое обѣщаніе, данное въ минуту полнаго удовлетворенія самолюбія! Министръ и его жена не забыли своего обѣщанія. Кейзеръ получилъ важный заказъ. Ему была выдана значительная сумма авансомъ, подъ его работу. Мадмуазель Кейзеръ, особа очень осторожная, сейчасъ же купила австрійскія облигаціи... съ выигрышами... на одну изъ этихъ облигацій мадмуазель Кейзеръ выиграла двѣсти тысячъ франковъ. Я теперь не припомню номера счастливой облигаціи... что-то изъ номеровъ 30,000! (Молина и Малюрель недовѣрчиво улыбаются). Мадмуазель Кейзеръ немедленно наняла этотъ отель, гдѣ передъ тѣмъ обитала нѣкая мадмуазель Ванда, спекуляціи которой съ фондами, менѣе солидными, были не такъ счастливы -- и которая потому была принуждена продать всю обстановку, стоившую весьма дорого, съ потерей. Мадмуазель Кейзеръ воспользовалась случаемъ... и пріобрѣла всю обстановку почти за безцѣнокъ. Садъ она обратила въ мастерскую своего дяди, который горячо принялся за работу и изготовилъ картоны, которые мы сегодня будемъ разсматривать. Вотъ и вся исторія, господа. Вы видите, какъ она проста.

Малюрель. Вы отъ кого узнали эту исторію?

Лиссакъ. Отъ самой мадмуазель Кейзеръ.

Малюрель. И вы ей вѣрите?

Лиссакъ. Безусловно. Поживши довольно долго въ интимности съ женщинами и много разъ поломавши голову, чтобъ доискаться истины въ ихъ словахъ, я пришелъ къ убѣжденію, что гораздо -- если не вѣрнѣе, то покойнѣе и даже учтивѣе -- вѣрить тому, что онѣ говорятъ.

Малюрель. Такъ мадмуазель Кейзеръ должна была вамъ также сказать, что она вовсе не любовница министра?

Лиссакъ. Да ей даже не было никакой надобности мнѣ это говорить.

Молина. А! вы думаете?

Лиссакъ. Увѣренъ.

Малюрель. Она его любовница.

Лиссакъ. Нѣтъ.

Молина. Вы готовы поклясться? готовы держать пари?

Лиссакъ. Съ вами, любезнѣйшій банкиръ, готовъ держать пари на тысячу луидоровъ... А вамъ, любезнѣйшій Малюрель, готовъ поклясться честью.

Малюрель. Вы кажетесь вполнѣ увѣреннымъ въ своихъ словахъ.

Лиссакъ. Да я и увѣренъ.

Maлюрель. Что же, она этого не хочетъ, или онъ?

Лиссакъ. И онъ и она -- оба не хотятъ. Вы не знаете ни мадмуазель Кейзеръ, ни Водре. Она любитъ только одного человѣка, и этотъ человѣкъ не Водре. А онъ любитъ только одну женщину.

Малюрель. Какую?

Лиссакъ. Свою жену.

Молина. Въ такомъ случаѣ, зачѣмъ же онъ ходитъ сюда, къ мадмуазель Кейзеръ, каждый день?

Лиссакъ. А вы зачѣмъ?

Молина. Во-первыхъ -- мы не каждый день приходимъ...

Лиссакъ. Потому что не смѣете. Вы приходите не затѣмъ, чтобы видѣть мадмуазель Кейзеръ. Я это знаю. Вы приходите, чтобы видѣть министра.

Малюрель. Пожалуй, согласны. А онъ-то, онъ?

Лиссакъ (смѣясь). Онъ?.. А онъ затѣмъ, чтобы видѣть васъ!..


ЯВЛЕНІЕ 2.


## Тѣже. Маріанна, потомъ Водре.


Маріанна (входя). Не говорите, господа, очень громко.

Молина. Почему, мадмуазель Кейзеръ?

Маріанна. Потому что я могу услышать -- а можно быть увѣренной, что трое мужчинъ, встрѣтясь у женщины, которая заставляетъ себя ждать, говорятъ о ней дурно.

Малюриль. Вы ошибаетесь. Мы, кромѣ хорошаго, ничего о васъ не говорили.

Лиссакъ. Позвольте... Это я, кромѣ хорошаго, о васъ ничего не говорилъ.

Маріанна. А эти господа?

Лиссакъ. Они -- слушали.

Молина. И соглашались.

Маріанна. Значитъ, все какъ быть слѣдуетъ. Любезнѣйшій Молина, я очень рада васъ видѣть. Я шепнула нѣсколько словъ о вашей просьбѣ министру, который любезно отвѣтилъ мнѣ, что эти вещи не касаются хорошенькихъ женщинъ, но что онъ поболтаетъ съ вами объ этомъ въ первый же разъ, какъ будетъ имѣть удовольствіе встрѣтить васъ у меня, такъ какъ я принимаю въ васъ участіе. Онъ скоро прійдетъ, и вы можете съ нимъ переговорить сейчасъ же. Мосье Малюрель, я также очень счастлива видѣть и васъ у себя... Мадамъ Малюрель здорова?

Малюрель. Совершенно здорова. Благодарю васъ.

Маріанна. Я имѣю удовольствіе въ третій разъ принимать васъ у себя, мосье Малюрель, а вы еще ни разу не просили у меня позволенія представить мнѣ мадамъ Малюрель. Предупреждаю васъ, что женатаго человѣка въ четвертый разъ я могу принять только тогда, если онъ явится вмѣстѣ съ женой.

Малюрель. Я буду имѣть честь представить вамъ мадамъ Малюрель. Если до сихъ поръ она не была у васъ, такъ это потому...

Маріанна. Что у нея были другія дѣла.

Малюрель. Именно! (спохватившись) т. е., нѣтъ... не то...

Маріанна. Довольно. Вопросъ исчерпанъ, какъ говорятъ въ палатѣ (Во время этого разговора, она распечатываетъ письма, которыя держала въ рукахъ при входѣ). Любезный де-Лисоакъ, не можете ли вы украсить орденкомъ нѣкоего честнаго промышленника, который уже три года меромъ въ своей общинѣ и даетъ мнѣ понять въ письмѣ, что для меня у него найдется хорошенькій подарокъ, если я помогу получить ему орденъ! (Разрываетъ письмо и бросаетъ.) А вотъ молодой живописецъ проситъ позволенія снять мой портретъ для будущей выставки... это очень учтиво относительно дяди!.. Ахъ, кстати, господа, вы отсюда иначе не уйдете, какъ черезъ мастерскую дяди. Онъ непремѣнно хо; четъ вамъ показать свои новые эскизы, которые въ эту минуту разсматриваетъ министръ.

Малюрель. Другими словами, вы насъ выпроваживаете отъ себя?

Маріанна. И не думала -- такъ какъ вы здѣсь не для меня -- (Продолжая читать письма.) Вотъ что! портниха предлагаетъ одѣвать меня почти задаромъ!.. А вотъ мадамъ де-Танси вдругъ припомнила, что она была вмѣстѣ со мной въ монастырѣ.

Лиссакъ. Ея мужъ не болѣе какъ капитанъ и ждетъ повышенія.

Селестъ (докладывая). Господинъ министръ.

Водре (входя). Докладывайте просто -- мосье Водре (Маріаннѣ). Надѣюсь, когда я не буду болѣе министромъ, вы будете меня также принимать, и я хочу, чтобъ обо мнѣ докладывали всегда одинаково, какъ объ одномъ изъ вашихъ преданнѣйшихъ друзей.

Малюрель (въ сторону). Лиссакъ, можетъ быть, и правъ! Это просто сантиментальный провинціалъ (Водре обмѣнялся пожатіемъ руки съ Лиссакомъ, Малюрелемъ и Молина).

Маріанна (показывая пачку писемъ, которыя только что прочли). Посмотрите, господину министръ, чего мнѣ стоитъ ваша благосклонность.

Водре. Все выпрашиванія?

Маріанна. Пока бѣденъ и неизвѣстенъ, видишь въ людяхъ только эгоистовъ... Когда стоишь на виду и слывешь за власть имѣющаго, тогда они являются въ другомъ видѣ... и приходится сожалѣть объ этомъ превращеніи.

Водре (пробѣжавъ ея письма). Есть ли между этими людьми кто нибудь. кѣмъ бы вы дѣйствительно интересовались?

Маріанна. Нѣтъ.

Водре. Стало быть, можно всѣ эти бумаги бросить въ огонь?

Маріанна. Болѣе ничего онѣ и не стоятъ!

Лиссакъ. Ну, нѣтъ. Такаго рода письма надо всегда хранить. Это мое правило.

Маріанна. Вы храните всѣ письма, которыя получаете?

Лиссакъ. И всѣ тѣ, которыя когда либо получалъ.

Малюрель. Съ какой цѣлью?

Лиссакъ. Какъ знать, что можетъ случиться!

Маріанна. Даже письма отъ женщинъ?

Лиссакъ. Отъ женщинъ -- въ особенности.

Маріанна. Къ чему же онѣ вамъ служатъ?

Лиссакъ. Воспоминаніемъ!.. Наконецъ доказательствомъ, что это все было дѣйствительно, а не пригрезилось мнѣ во снѣ!

Маріанна. И вы этимъ довольствуетесь?

Лиссакъ. Относительно прошедшаго -- да!

Маріанна. А если вы умрете неожиданно?

Лиссакъ. Ну, тогда будетъ время ихъ сжечь.

Маріанна. У васъ вѣроятно есть другъ, которому вы это поручали?

Лиссакъ. Какже!.. Водре.

Маріанна. Есть много женщинъ, которыя должны бояться вашей смерти.

Лиссакъ. Это единственное средство, которое я могъ придумать для того, чтобъ моя смерть произвела на нихъ впечатлѣніе!..

Водре (смѣясь). Но имъ бояться нечего. Я сожгу ихъ письма, не читая.

Маріанна. Потому что вы честнѣйшій человѣкъ; но найдется много и такихъ, которые прочтутъ, не сожигая!

Лиссакъ (Маріаннѣ). Послушайтесь меня,-- храните все, что къ вамъ пишутъ. Имѣйте для этого нарочно какую нибудь мебель...

Маріанна. Вотъ, напримѣръ, (указывая на шкатулку).

Молина. Хорошенькая вещь!

Лиссакъ. А гдѣ же ручки?

Маріанна. Ручки отпали... я отдала ихъ въ починку... жду каждый день -- и все не приносятъ.

Малюрель. Охъ, эти рабочіе!.. Заботишься о нихъ, отдаешь за нихъ, можно сказать, всю свою душу, а они...

Маріанна (прерывая). О политикѣ здѣсь ни слова, господа! (Лиссакъ открываетъ ящикъ и кладетъ туда бумаги!)

Малюрель. Кстати о политикѣ: что дѣлалось въ палатѣ, г., министръ, послѣ моего ухода?

Водре. Проэктъ былъ поддержанъ.

Лиссакъ. А какимъ большинствомъ?

Водре. 147 голосовъ для министерства огромный успѣхъ!

Малюрель. 147 голосовъ!.. Да это превосходно!.. браво! браво! неподражаемый министръ!

Молина. Примите мои поздравленія, г. министръ!

Лиссакъ (Водре). А ты -- былъ ты самъ доволенъ собой... серьезно доволенъ?

Водре. Да.

Лиссакъ. Ну, тогда все обстоитъ отлично!..

Водре (Маріаннѣ). А вы ничего мнѣ не скажете?

Маріанна. Я... я на васъ сердита, что вы не дали мнѣ присутствовать на этомъ засѣданіи. Не думаете ли вы, что я равнодушна къ успѣхамъ моихъ друзей?..

Водре. Я даже не зналъ, что вопросъ будетъ обсуждаться сегодня. Обсужденіе началось по интерпеляціи Грале, которому я и долженъ былъ отвѣчать. Я былъ въ ударѣ и увлекъ за собой палату.

Маріанна. Но вѣдь мадамъ Водре была тамъ...

Водре. Да, случайно, съ одной изъ своихъ пріятельницъ, которая никогда не бывала на засѣданіяхъ палаты. Мадамъ Водре никогда не посѣщаетъ палату. Ее болѣе безпокоятъ мои схватки съ оппозиціей, нежели счастливятъ мои успѣхи.

Маріанна. Если она и не была счастлива, то должна была гордиться... Какъ не гордиться, когда слышишь аплодисменты любимому человѣку?.. Я бы гордилась -- хотя я только вашъ другъ и притомъ недавній. О, я на васъ очень сердита за то, что вы лишили меня этой радости!

Водре (вполголоса). Я не осмѣлился бы говорить, если бы вы были тамъ...

Маріанна. Прекрасно!.. Вдобавокъ вы еще насмѣхаетесь надо мною?..

Водре (также). Отчего вы не отпустите всѣхъ этихъ гостей?

Маріанна. Даже и де-Лиссака?

Водре. Нѣтъ, это мой другъ.

Маріанна. Который пришелъ сюда слѣдить за вами?..

Водре. Вы на него клевещете, а онъ, напротивъ, всегда васъ защищаетъ.

Маріанна. Противъ кого?

Водре. Противъ людей, которые на васъ нападаютъ.

Маріанна. Такъ на меня нападаютъ?

Водре. Нападаютъ даже и на законы.

Маріанна. А за меня ли большинство?

Водре. Постоянно!.. Постарайтесь остаться однѣ.

Маріанна. Ступайте, переговорите съ Молина, который пришелъ сюда только затѣмъ, чтобы просить васъ о чемъ-то... А я позову сюда дядю. (Звонитъ. Водре отходитъ. Она говоритъ тихо Селестъ, которая появляется на звонъ и уходитъ. Лиссакъ приближается въ Маріаннѣ, также какъ Малюрелі,).

Маріанна (Лиссаку). Мосье де-Лиссакъ, мнѣ говорили, что вы меня защищаете, когда на меня нападаютъ. Вы дѣлаете это искренно?

Лиссакъ. Почему же нѣтъ? Я убѣжденъ, что вы невинны во всемъ томъ, въ чемъ васъ обвиняютъ. (Малюрель присоединяется къ Лиссаку и они тихо разговариваютъ, между тѣмъ какъ Водре говоритъ съ Молина).

Молина (Водре). Но, г. министръ, это зависитъ единственно отъ васъ.

Водре. Теперь въ нашемъ правительствѣ ничто не зависитъ отъ одного человѣка.

Молина. Прекрасно; но какая бы ни была форма правительства, всегда между министрами существуетъ взаимная любезность, и когда одинъ изъ васъ желаетъ чего нибудь, особенно въ такихъ дѣлахъ, какими я занимаюсь, другіе присоединяются къ его желанію. Стало быть, вамъ стоитъ сказать только одно слово, и концессія, о которой я прошу ваше превосходительство, будетъ мнѣ дана.

Водре. Интересы государства тутъ ни причемъ!

Молина. Интересы государства интересами, но...

Водре. Для меня существуютъ только они.

Молина. Да, но для меня важны и мои!

Водре. Стало быть я не могу хлопотать о такомъ дѣлѣ, гдѣ нельзя согласить и тѣ и другіе!

Молина. Я думалъ, что мадмуазель Кейверъ поддержала мою просьбу.

Водре. Дѣйствительно, она мнѣ о ней говорила. Она мнѣ сказала, что если я могу сдѣлать то, чего вы желаете, то ей это будетъ пріятно.

Молина. И такъ?

Водре. И такъ, я не могу этого сдѣлать.

Молина. Дѣло въ томъ, что я разсчитывалъ сдѣлать мадмуазель Кейзеръ участницей на довольно значительную часть въ огромныхъ барышахъ, которые просимая мною концессія должна дать. Уже образовался синдикатъ.

Водре. А! вы мнѣ развязали руки, мосье Молина! Во первыхъ, я утверждаю, что мадмуазель Кейзеръ, которую я знаю за одну изъ деликатнѣйшихъ натуръ, не рѣшится мнѣ рекомендовать какое нибудь... гнилое дѣло.

Молина. Гнилое?

Водре. Да, гнилое. Я еще въ Греноблѣ, съ юныхъ лѣтъ пріучился этимъ словомъ обозначать подозрительныя аферы, въ которыхъ ни одинъ честный мужчина и ни одна честная женщина не должны марать своихъ рукъ. Если вы мнѣ скажете, что мадмуазель Кейзеръ участница... нѣтъ, ваша сообщница въ этой комбинаціи -- я сію же минуту покину этотъ домъ, и никогда моя нога больше въ немъ не будетъ.

Молина. О, я не хотѣлъ бы огорчить такъ серьезно мадмуазель Кейзеръ и въ особенности васъ.

Водре. Говорите, говорите.

Молина. Я не дѣлалъ никакаго предложенія мадмуазель Кейзеръ. Я просилъ ее только рекомендовать меня вамъ. Я предоставлялъ себѣ право впослѣдствіи, деликатнымъ образомъ избавить ее, и быть можетъ навсегда, отъ денежныхъ затрудненій, въ которыхъ она скоро очутится.

Водре. Какія затрудненія?

Молина. Это ея дѣло, г. министръ, и вѣроятно она вамъ все разскажетъ. Къ кому же ей и обратиться? (Помолчавъ). Вы мнѣ отказываете положительно?

Водре. Положительно.

Молина. Очень хорошо, г. министръ. Мнѣ остается только увѣрить васъ въ моемъ глубочайшемъ почтеніи.... (Въ сторону). Гнилое дѣло, сообщница!... Ты мнѣ заплатишь за это!... И ты вѣришь въ добродѣтель и честность твоей милой подружки!... Ахъ ты простофиля, простофиля!


ЯВЛЕНІЕ 3.


## Тѣже, Кейзеръ.


Кейзеръ (входя). Господа! (Маріаннѣ). Здравствуй милая (цѣлуетъ ее). Повѣрите ли, что я еще сегодня не цѣловалъ... эту добрую и прекрасную племянницу? Я работаю, какъ негръ!.. Но, г. министръ доволенъ мной; не правда ли, г. министръ.

Молина (раскланиваясь Маріаннѣ, прощаясь). Мадмуазель...

Маріанна (тихо). Ну что?

Молина (также). Онъ мнѣ отказалъ на отрѣзъ.

Кейзеръ (удерживая его). О, вы такъ отъ меня не уйдете, мосье Молина! Я хочу вамъ показать мои эскизы. Да; вамъ отъ этого не избавиться! Но вы будете довольны, я въ этомъ увѣренъ.

Малюрель (Молина). Онъ всегда въ этомъ увѣренъ, всегда!

Лиссакъ. Ну, такъ что же пойдемъ, посмотримъ!

Кейзеръ. О, это произведеніе великаго искуства! Это не имѣетъ ничего общаго съ тѣмъ, что нынче малюютъ! (Малюрелю). Племянница мнѣ сказала, что у васъ есть двѣ хорошенькихъ дѣвицы, мосье Малюрель?

Малюрель. Это правда.

Кейзеръ. Надо ихъ привести ко мнѣ. Я сниму синихъ портреты для мамаши!.. Сюрпризомъ, въ два, три сеанса -- готово! На полотнѣ живыя!.. Вотъ какъ у насъ!... а вы, мосье Молина?

Молина. Я? У меня нѣтъ дѣвицъ, любезный Кейзеръ!..

Кейзеръ. Ну, гдѣ нибудь, за кулисами какаго нибудь театра, вѣдь есть же какая нибудь хорошенькая, которая васъ интересуетъ? Финансовый тузъ-холостякъ не будетъ голодать по амурной части!.. Давайте намъ ее! Мы изобразимъ вамъ ее Данаей, въ роскошныхъ формахъ... Потомъ... золото... много золота... какъ и цѣна картины -- на золото... Кой чортъ! Надо поощрять искуство! Надо, чтобъ и у меня была своя земля, и свой отель, какъ у модныхъ маляровъ -- молокососовъ!.. А теперь пойдемъ смотрѣть на мою научную аллегорію: "Паръ, подающій лѣвую руку телефону, а правую -- электрическому свѣту, приглашаетъ народы образовать единую и нераздѣльную націю!" О, это не панорама какая нибудь!.. Это произведеніе великаго искуства, въ родѣ "Брака въ Канѣ Галилейской"!

Малюрель. Да, но гораздо лучше!

Кейзеръ. Это совсѣмъ не то, совсѣмъ не то!..

Лиссакъ. (всторону). Вѣрю, вполнѣ вѣрю!..

Кейзеръ. Идемте, идемте... скоро станетъ темно. Вы, г. министръ, уже имѣли удовольствіе минуту тому назадъ созерцать все это... и потому на сегодня вы освобождаетесь... Но вы еще придете посмотрѣть... я надѣюсь!

Молина (Лиссаку). Другими словами: "пошли вы всѣ вонъ и оставьте его одного съ моей племянницей!"

Лиссакъ. А! Вы жестоко ошибаетесь; въ немъ нѣтъ и тѣни лукавства -- онъ весь поглощенъ своимъ произведеніемъ.

Молина. Послушайте: рѣшительно или вы самый наивный человѣкъ, какихъ я только встрѣчалъ, или вы всѣхъ насъ считаете за ословъ!.. Выбирайте!..

Лиссакъ. Все, что я могу сказать -- что наивнымъ человѣкомъ я никогда не былъ! (Уходитъ за Кейзеромъ).


ЯВЛЕНІЕ IV.


## Маріанна. Водре.


Водре. Я съ нетерпѣніемъ ждалъ, чтобъ насъ оставили однихъ!

Маріанна. Правда... вамъ надо спѣшить домой...

Водре. Что съ вами? вы какъ будто въ дурномъ расположеніи... даже печальны.

Маріанна. Нѣтъ, со мной ничего.

Водре. Скажите, прошу васъ, не сдѣлалъ ли я чего нибудь такаго, что вамъ не понравилось?.. Вѣдь вы знаете -- я только и ищу случаевъ и средствъ дѣлать вамъ пріятное.

Маріанна. Вы бъ этомъ увѣрены?

Водре. Неужели вамъ непріятно, что я отказалъ Молина въ его просьбѣ? Но я не могъ поступить иначе.

Маріанна. О, Боже мой, нисколько. Онъ приставалъ ко мнѣ, чтобы я рекомендовала его вамъ, я исполнила его желаніе, не зная даже, чего онъ хотѣлъ отъ васъ... Конечно тутъ не требовалось особой хитрости, чтобы догадаться, что дѣло шло о денежныхъ вопросахъ.

Водре. И не только дѣло, для котораго онъ просилъ моей поддержки -- не честно, но онъ далъ мнѣ понять, что оно будетъ прибыльно для васъ, и мысль, что вы можете быть заподозрѣны въ гнусныхъ разсчетахъ, такъ мучительно на меня подѣйствовала, что я съ трудомъ удержался, чтобъ не обойтись съ нимъ гораздо хуже, чѣмъ я обошелся.

Маріанна. Вы правы. Политическій человѣкъ не долженъ выходить изъ себя -- особенно защищая женщину -- и притомъ женщину незначительную.

Водре. Однако, то, что сказалъ мнѣ этотъ господинъ -- можетъ быть, и правда.

Маріанна. А что онъ вамъ сказалъ?

Водре. Что вы находитесь... (останавливается).

Маріанна. Нахожусь...

Водре. Можно все сказать?

Маріанна. Разумѣется.

Водре. Что вы находитесь въ денежныхъ затрудненіяхъ, отъ которыхъ онъ обѣщалъ васъ избавить, если получитъ концессію.

Маріанна. Изъ чего этотъ господинъ вмѣшивается въ чужія дѣла?

Водре. Но правда ли это?

Маріанна. Ни теперь не имѣю, ни впереди не предвижу денежныхъ затрудненій... а если бъ это и случилось, то она ни до кого не касается.

Водре. Даже и меня?

Маріанна. Васъ въ особенности.

Водре. Стало быть, я вамъ не другъ?

Маріанна. Напротивъ -- другъ, какъ я вамъ другъ, и самый искренній. Только есть нѣкоторые предметы, о которыхъ между нами никогда не должно быть и рѣчи. Когда женщина, которая уважаетъ себя, удостоена чести пользоваться дружбой человѣка въ вашемъ положеніи, то должно -- когда она будетъ принуждена порвать дружескія отношенія -- чтобъ она могла это сдѣлать, если не съ спокойнымъ сердцемъ, то по крайней мѣрѣ съ чистыми руками.

Водре. Вы предвидите минуту, когда наша дружба кончится?

Маріанна.. Я ничего не предвижу, мы просто разговариваемъ. Съ такимъ человѣкомъ, какъ вы, не болтаютъ пустяковъ, какъ съ какимъ нибудь фатомъ. Вы находите удовольствіе бывать у меня -- я нахожу удовольствіе видѣть васъ у себя... Мы равнодушны къ тому, что про насъ могутъ говорить -- потому наша совѣсть чиста... Это однако не мѣшаетъ вамъ преувеливать мои достоинства. Вы изъ меня дѣлаете какую-то богиню... Я украшаю, на сколько могу, храмъ, куда вы приходите мнѣ покланяться, потому, что хочу, чтобъ этотъ храмъ былъ достоенъ васъ, чтобы вамъ въ немъ было хорошо... Не безпокойтесь же ни о чемъ, и приходите сюда такъ часто, какъ вамъ желательно приходите до тѣхъ поръ, (смѣясь) пока новый Геростратъ не сожжетъ его, или мои кредиторы его не продадутъ!..

Водре. Ну вотъ, видите... Прошу васъ, объяснитесь.

Маріанна. Нечего объяснять... это ни къ чему не послужитъ... (Входитъ Селестъ).


ЯВЛЕНІЕ 5.


## Тѣже, Селестъ, потомъ Дени Гарнье.


Маріанна Что такое, Селестъ?..

Селеста. Извольте видѣть... рабочій пришелъ... вотъ для починки шкатулки... Я было велѣла ему завтра прійти... но онъ говоритъ, что завтра ему, можетъ быть, нельзя будетъ... Тогда я и позволила себѣ...

Маріанна (живо Водре). Вамъ все равно, если этотъ человѣкъ станетъ при васъ работать? Это скоро будетъ сдѣлано, и вѣроятно онъ васъ не знаетъ. Притомъ -- это избиратель!.. Ахъ, какая мысль!.. Мы его заставимъ говорить о правительствѣ!.. Какъ звали того тирана, который смѣшивался съ народомъ, чтобы знать, что о немъ говорятъ? Для тирана -- это была не дурная идея! Вы, какъ демократъ, не можете отказаться отъ этого опыта. (Входитъ Гарнье съ инструментами въ рукахъ. Сюртукъ довольно опрятный. Видъ скромный, обращеніе учтивое).

Гарнье. Виноватъ, сударыня, я васъ безпокою?

Маріанна. Нѣтъ, нѣтъ... войдите, мой другъ.

Гарнье. Дѣло-то въ томъ, что мнѣ сказали -- работа спѣшная!

Маріанна. Очень спѣшная, дѣйствительно.

Гарнье. Вотъ ручки отъ шкатулки, сударыня.

Маріанна. Ну, такъ приладьте ихъ къ мѣсту... (Гарнье принимается за работу). Ну, что, мой другъ, работа водится? Вы довольны?

Гарнье (работая). Идетъ по маленьку... зимой плохо приходилось... я все время почти проболѣлъ... а ребятишки-то дома ѣсть тоже хотятъ -- вишь ты мальчуганы туда-же съ зубенками... тоже жевать имъ подавай! По счастью, жена у меня баба работящая... ну, вдвоемъ-то, мы кое-какъ и справились.

Маріанна. А сколько у васъ дѣтей?

Гарнье. Да цѣлыхъ трое!.. двое ничего... ребятишки здоровые... а третій все хвораетъ... Чего намъ стоитъ аптекарская кухня для этого пострѣленка -- страсть! А нельзя: мальчуга-то славный! умненькій! понятливый!

Водре. Это вашъ любимецъ, какъ я вижу?

Гарнье. Правда, сударь... да какже иначе? онъ самый слабенькій... и потому нуждается, чтобъ его больше любили. (Минута молчанія). Не знаю, право, что изъ него сдѣлаю, какъ выростетъ!

Маріанна. Чиновника.

Гарнье. Э, нѣтъ, сударыня!.. когда нѣтъ своихъ капиталовъ, такъ всего лучше жить ремесломъ... я хочу, чтобъ мои ребятишки всѣ имѣли свое занятіе... (Показывая шкатулку, къ которой придѣлалъ одну ручку). Хорошо такъ, сударыня?

Маріанна. Прекрасно. (Водре). Неправда ли?

Водре. Очень хорошо! очень хорошо!

Маріанна. Я вижу, что вы любите ваше ремесло и потому вы вѣроятно не занимаетесь политикой.

Гарнье. Политикой... спасибо!.. больше меня не заманятъ!.. Есть у меня свои мнѣнія -- ноя ихъ берегу про себя, потому что хорошо убѣдился, что нашего брата, маленькаго человѣка, всегда заставляютъ таскать каштаны изъ огня для большихъ!.. Вѣрно!... и по моему чертовски глупо рисковать своей шкурой ради кучки шутовъ!

Маріанна (тихо Водре). Ай, ай!..

Водре (тихо Маріаннѣ). Оставьте... не мѣшайте... правда прежде всего!..

Гарнье (работая). Моя политика вотъ какая: трудись, работай -- чтобъ быть сыту самому и прокормить жену и ребятишекъ! И хотите знать мои мысли -- такъ вотъ что я думаю: чѣмъ пѣтухами-то наскакивать другъ на друга, всѣ эти палатскіе краснобаи гораздо бы лучше сдѣлали, еслибъ по просту заботились о тѣхъ бѣднякахъ, которымъ куда какъ тяжело уплачивать домовладѣльцамъ и лавочникамъ!

Маріанна (тихо Водре). Это камушекъ въ вашъ огородъ, ваше превосходительство! (Громко) Да... дѣйствительно прежде вы имѣли право такъ говорить... но теперь... при настоящемъ министерствѣ.

Гарнье. При настоящемъ министерствѣ?

Маріанна. Ну, да... хоть бы напримѣръ Водре... который занялъ мѣсто Пишро... Всѣ говорятъ, что это человѣкъ прогресса...

Гарнье (пожимая плечами). Полноте! При вашемъ человѣкѣ прогресса хлѣбъ сталъ, что ли, дешевле хоть на два су?.. А срокъ платы за квартиру не подходитъ, что ли, также аккуратно? Много намъ пользы отъ его прогресса!.. Видите ли, сударыня, у всѣхъ этихъ господъ много другихъ заботъ, такъ объ насъ-то подумать имъ нѣкогда! И потому, не все ли намъ равно, кто тамъ сидитъ министромъ -- Водре или Пишро? Пишро или Водре -- одинъ чортъ, и я о нихъ столько же думаю, какъ о турецкомъ падишахѣ!

Водре (приближаясь къ Гарнье). О, о! Вы не такъ смотрите на дѣло, любезный другъ! Я знаю Водре -- это человѣкъ съ прекрасными намѣреніями, и я увѣренъ, что онъ былъ бы душевно радъ быть вамъ полезнымъ. Дайте-ка мнѣ вашъ адресъ.

Гарнье. Да я...

Маріанна. Да... да... этотъ господинъ займется вами... это лучшій другъ министра.

Гарнье. Мой адресъ: Дени Гарнье, улица Кардине, No 4... Только вѣдь они забываются, эти адреса-то! Вотъ напримѣръ, какъ я подумаю о Берто, депутатѣ моего округа.

Водре. Вы знаете Берто?.. О, это большой талантъ!

Гарнье. Какъ не знать! Я предсѣдательствовалъ въ его избирательномъ комитетѣ, въ Батиньолѣ... я имѣлъ значеніе не меньше всякаго другаго... меня слушались въ мастерской!.. Ну, тогда онъ часто захаживалъ ко мнѣ, въ улицу Кардине -- Берто-то! Руки такъ крѣпко пожималъ "дорогой мой!" "славный вы человѣкъ!" "другъ вы мой!" "гражданинъ!" Моимъ ребятишкамъ носы бы утиралъ, если бъ я позволилъ... Меня угощалъ сигарами!..

Маріанна (смѣясь). Избирательными!

Гарнье. И любилъ же я этого человѣка!.. Скажи онъ слово -- и я былъ бы готовъ отрѣзать себѣ... что нибудь!.. Когда онъ баллотировался... вѣдь онъ баллотировался, мой Жюль Верто... такъ повѣрите ли: онъ позеленѣлъ... едва на ногахъ держался!.. А я и говорю ему: "не бойтесь... вы пройдете, гражданинъ, я вамъ говорю, что пройдете!" А онъ мнѣ отвѣчалъ: "Ахъ, другъ мой! если бъ васъ услышалъ народъ!"

Маріанна (смѣясь). И повидимому онъ услышалъ!

Гарнье. Что жъ бы вы думали? Какъ только его выбрали -- кракъ!.. баста! Всѣ эти нѣжности: "дорогой другъ", "гражданинъ" -- всего этого какъ не бывало! Захотѣлось мнѣ поздороваться съ нимъ какъ-то на улицѣ... подхожу къ нему... а ему вѣрно вообразилось, что я хочу просить о чемъ нибудь... "Виноватъ,-- затарантилъ онъ; -- я васъ видалъ... знаю... только припомнить не могу... извините... я спѣшу... до другаго раза!" И былъ таковъ!.. Да, ужъ гражданиномъ меня не называлъ!.. Еще бы немножко -- назвалъ бы меня мосье!..

Маріанна (смѣясь). Это было бы жестоко!

Гарнье (смѣясь). Вся его дружба разлетѣлась дымомъ!

Маріанна. Какъ его сигары...

Гарнье. И въ компаніи съ его обѣщаніями всякихъ благъ народу!.. Извѣстное дѣло: всѣ эти кандидаты, если бъ мы потребовали, передъ выборами готовы намъ сапоги чистить! А разъ выбрали -- убирайтесь вы, избиратели, къ чорту!.. Плевать они на васъ тогда хотѣли!..

Маріанна. Фамильярно -- но вѣрно.

Гарнье (вставая). Готово!

Маріанна... Сколько я вамъ должна, мосье Гарнье?

Гарнье. Восемь франковъ.

Маріанна (смотря на Водре). Только?.. По моему это стоитъ дороже.

Гарнье. Настоящая цѣна!

Маріанна (давая ему луидоръ). Оставьте все... берите... на лишекъ купите дѣтямъ бонбошекъ...

Гарнье. О, вы черезъ-чуръ добры, сударыня!.. Только -- если позволите, на эти деньги я имъ куплю вмѣсто бонбошекъ -- теплые штанишки!.. До свиданія, сударыня!.. мое почтеніе, сударь.

Водре (протягивая ему руку). До свиданія, мой другъ: министръ позаботится о васъ -- я вамъ это обѣщаю.

Гарнье. Ну, такъ, сударь -- въ такомъ случаѣ -- не обижая васъ, съ вашего позволенія, поговорите съ нимъ какъ можно поскорѣе... а то, если вы замѣшкаетесь, то чего добраго, онъ тогда уже не будетъ министромъ!.. (Уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 6.


## Маріанна, Водре.


Маріанна. Ну, вотъ вы стали задумчивы!.. Это по милости этого рабочаго?... Фигура бѣдняка передъ донъ Жуаномъ... Это у васъ отобьетъ охоту управлять людьми! Они такъ глупы, что для этого управленія можно вполнѣ ограничиться женщинами.

Водре. Я займусь имъ! Онъ увидитъ -- забуду ли я его!

Маріанна (смѣясь). Сигарный дымъ!.. (Подходитъ къ пьянино и принимается играть арію изъ "Сильвіи").

Водре. Нѣтъ, нѣтъ, я имъ займусь... Изъ чего это? Какой хорошенькій мотивъ!

Маріанна. И только? И вамъ ничего не напоминаетъ этотъ мотивъ, неблагодарный? А мы слушали эту музыку вмѣстѣ... подъ этотъ мотивъ танцуетъ Фіорелли во второмъ актѣ "Сильвіи..."

Водре. Ахъ, правда... это былъ первый вечеръ, который мы провели вмѣстѣ... Всѣ взоры были устремлены на васъ...

Маріанна. Смотрѣли на васъ, а не на меня!

Водре. Вы были такъ хороши!

Маріанна. А развѣ теперь я болѣе не хороша?

Водре, (вздыхая). Ахъ, Маріанна!

Маріанна. О чемъ вы вздыхаете?

Водре Имѣть двадцать пять лѣтъ, быть неизвѣстнымъ и быть любимымъ такой женщиной какъ вы -- да это былъ бы рай на землѣ!

Маріанна. Имѣть всего сорокъ лѣтъ, быть славой и надеждой цѣлой страны, быть обожаемымъ такой женщиной какъ! ваша жена -- это такое счастіе, которое не всѣмъ дается въ этомъ мірѣ. Да, ваша жена васъ обожаетъ! (Вздыхая). Есть же счастливыя женщины!

Водре. Но прибавьте -- чтобъ эти женщины были вполнѣ счастливы, онѣ должны быть любимы такъ, какъ сами онѣ любятъ!

Маріанна. Не станете ли вы увѣрять меня, что никогда не любили вашей жены, вашей Адріенны?.. Не дѣлайте этой низости!

Водре. Нѣтъ, я вамъ этого не скажу. Я никогда не лгу.

Маріанна. Но вы скажете, что любите меня?

Водре. Ну, а если бъ я сказалъ, что люблю васъ?

Маріанна (смѣясь, декламируетъ). "Какъ знать, красавица, что отвѣчали бъ вы"?

Водре. Не смѣйтесь.

Маріанна. А однако есть чему смѣяться, при видѣ человѣка, который самымъ искреннимъ тономъ говоритъ двумъ женщинамъ разомъ, что онъ ихъ любитъ!.. Развѣ можно любить два раза? Я сказала разъ одному человѣку, что я его люблю -- и развѣ слышалъ отъ меня другой тѣ же слова?

Водре. Маріанна!

Маріанна. Ну, что? Вы хорошо знаете, что я въ моей жизни не любила никого, кромѣ герцога де-Розасъ. Я вамъ это сказала. Я говорю это громко всѣмъ и каждому. Я хотѣла бы такъ громко объ этомъ закричать, чтобъ онъ услыхалъ меня тамъ, гдѣ онъ теперь. А между тѣмъ, онъ заставилъ меня такъ страдать... (Съ угрозой). О, если когда нибудь... (Откроется въ задумчивости на каминъ). Что можетъ быть въ сердцѣ человѣка, который знаетъ, что онъ любимъ такой женщиной какъ я -- и все таки бѣжитъ отъ нея.

Водре (съ гнѣвомъ). Но что можетъ быть въ сердцѣ женщины, которая, зная, какъ боготворитъ ее человѣкъ, даже не слушаетъ его?

Маріанна. Вы меня любите?

Водре (страстно). Да, люблю.


(Во время послѣднихъ словъ темнѣетъ. Нужно, чтобъ сцена происходила почти въ темнотѣ и освѣщалась бы только огнемъ изъ камина).


Маріанна. Зачѣмъ вы говорите мнѣ это?

Водре. Зачѣмъ, зачѣмъ? Затѣмъ, что я не могу болѣе молчать... затѣмъ, что уже давно это слово рвется изъ моего сердца и жжетъ мои губы... наконецъ затѣмъ, что это истина!..

Маріанна. Министерская истина... Остатокъ волненія, испытаннаго на трибунѣ, опьяненіе отъ рѣчи, покрытой рукоплесканіями... А что будетъ завтра?.. Чего вы захотите отъ меня? Чтобъ я стала дѣйствительно тѣмъ, чѣмъ меня всѣ считаютъ -- и чѣмъ я не была и чѣмъ не хочу быть -- вашей любовницей!.. Любовницей... т. е. той, которая стоитъ позади законной жены -- позади женщины счастливой, уважаемой, торжествующей?.. Той, которая прячется, таится... къ которой ходятъ втихомолку, и которую та, другая, законная, имѣетъ право выгнать изъ своего дома, если она осмѣлится къ ней явиться... Той, которую любятъ украдкой, между засѣданіемъ въ Палатѣ и обѣдомъ съ законной супругой! (Бьютъ часы). Шесть часовъ... черезъ часъ вы должны быть дома... вамъ остается еще три четверти часа обожать меня! (Садится).

Водре. Вы правы... тысячу разъ правы... Но я люблю васъ!.. и долженъ глубоко любить, если говорю вамъ это послѣ того, какъ вы мнѣ сказали о томъ, какъ вы сильно любили другаго!.. Но это моя вина. Зачѣмъ я жилъ въ глуши провинціи, въ уединеніи трудясь и работая? Зачѣмъ я не зналъ о вашемъ существованіи? Я долженъ былъ отгадать васъ, отыскать, открыть -- потому что вы созданы, чтобъ понять меня! Но вы не хотѣли обратить на меня вниманія, на меня, неизвѣстнаго провинціальнаго адвоката, смѣтнаго честолюбца, ничѣмъ еще не оправдавшаго своихъ притязаній. Вы пренебрегли... мною, какъ герцогъ Розасъ пренебрегъ вами! Почему онъ бѣжитъ васъ? Онъ свободенъ, онъ можетъ отдать вамъ свое имя, свою жизнь -- и онъ далеко отъ васъ!.. Онъ стоитъ вашего гнѣва... Нѣтъ -- не надо гнѣва... гдѣ гнѣвъ, тамъ еще есть любовь... Забвенія и равнодушія заслуживаетъ этотъ человѣкъ -- онъ васъ не понялъ какъ я... Въ прошедшемъ мы оба ошиблись... начнемъ жизнь съизнова. Ту извѣстность, ту власть, которыми я пользуюсь; я повергаю къ вашимъ ногамъ. Какъ можешь ты говорить, будто ты занимаешь второе мѣсто? Развѣ ты не чувствуешь сама себя первой въ моемъ сердцѣ, въ моихъ мысляхъ, въ моихъ мечтахъ; развѣ ты не сознаешь, что ты одна вдохновляешь меня, что ты одна можешь или заставить развернуться во всей силѣ мой геній, или уничтожить, разрушить его?.. Развѣ ничего не значитъ для женщины имѣть право сказать самой себѣ, хотя бы втайнѣ: "я то таинственное существо, которое вдохновляетъ этого человѣка, я одна владѣю душой его... его, которому столько людей ввѣряютъ свою судьбу!" О, люби меня, сдѣлай счастливымъ, и клянусь тебѣ -- я буду добръ, буду великъ!

Маріанна. Въ этихъ словахъ какъ будто слышна правда.

Селестъ (отворяя дверь). Барышня здѣсь?


(Водре быстро отдаляется отъ Маріанны).


Маріанна. Здѣсь. Что надо?

Селестъ. Угодно ли вамъ принять герцога де-Розасъ?

Маріанна и Водре (вмѣстѣ). Онъ!

Маріанна (вставая). Да!.. (смотря на Водре). Да!.. Но прежде принеси огня.


(Селестъ уходитъ).


Водре. И такъ, вы примете его?

Маріанна. Почему же нѣтъ?

Водре. Вы, стало быть, все еще любите его?

Маріанна. Можетъ быть, люблю... можетъ быть, ненавижу. Я узнаю это только послѣ его ухода. Возвращайтесь черезъ часъ и вы тоже это узнаете. (Въ сторону). Я ставлю всю мою жизнь на карту (Селестъ). Проси.


(Селестъ приноситъ лампу. Входитъ Розасъ).


ЯВЛЕНІЕ 7.


## Тѣже, герцогъ де-Розасъ.


Маріанна (представляя мужчинъ другъ другу). Герцогъ де-Розасъ. Мосье Водре, министръ внутреннихъ дѣлъ.

Розасъ (съ холодной учтивостью). Я очень счастливъ имѣть честь встрѣтиться съ вами, г. министръ. Примите искренное уваженіе иностранца, любящаго горячо Францію.

Водре (съ горечью). Такіе иностранцы рѣдки.

Розасъ. Только не въ моей отчизнѣ, г. министръ.

Водре. Если вы пробудете нѣсколько времени въ Парижѣ, я надѣюсь -- вы не откажетесь сдѣлать мнѣ честь посѣтить мои собранія въ министерствѣ. Вы встрѣтитесь тамъ съ своими соотечественниками.

Маріанна. Вы, герцогъ, умѣете цѣнить умныхъ женщинъ и потому будете очарованы мадамъ Водре.

Водре. Прощайте, мадмуазель Кейзеръ.

Маріанна. О, пожалуйста, не говорите этого гадкаго слова, г. министръ... до свиданія.

Водре. Если вы позволите -- въ такомъ случаѣ, до свиданія. (Она протягиваетъ ему руку. Онъ кланяется Розасу и уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 8.


## Маріанна, Розасъ.


Розасъ. Я вамъ помѣшалъ?

Маріанна. Только удивили!... угодно вамъ сѣсть?... (Розасъ садится) Чему я обязана этимъ неожиданнымъ... и... запоздалымъ визитомъ?...

Розасъ. Я пріѣхалъ въ Парижъ сегодня утромъ, и для меня было невозможно провести этотъ день, не видя васъ. Мнѣ стоило нѣкотораго труда отыскать васъ. Очень естественно, что я прежде всего отправился къ вамъ въ ваше старое жилище.

Маріанна. Гдѣ вамъ и дали мой новый адресъ? Изъ этого вы можете видѣть, что не смотря на нужду, которую мы прежде терпѣли, мы не бѣжали изъ старой квартиры ночью, чрезъ окошко.

Розасъ (осмотрѣвъ салонъ, говоритъ немного иронически) Ваше положеніе улучшилось.

Маріанна. Очень. Хорошо ли было ваше путешествіе?

Розасъ. Превосходно.

Маріанна. Куда вы ѣздили?

Розасъ. Къ сѣверному полюсу.

Маріанна. Въ поиски за Франклиномъ?

Розасъ. Нѣтъ. Въ поиски за новымъ.

Mapiahija. Новое!.. Новаго въ физической природѣ не существуетъ... Все, что желаешь видѣть, на дѣлѣ оказывается ниже того, о чемъ мечталъ, и притомъ похожимъ на то, что уже видѣлъ прежде. По возвращеніи убѣждаются, что гораздо лучше было не ѣздить.

Розасъ. Правда... и именно по возвращеніи находятъ нѣчто новое... о чемъ и не мечтали... и чего даже не могли предполагать.

Маріанна (насмѣшливо). Это должно быть намекъ... пока еще довольно темный.

Розасъ. Мнѣ сказали, что вы любовница министра.

Маріанна. Такъ таки прямо и сказали -- и при вашемъ первомъ шагѣ въ Парижѣ? И кто же вамъ это сказалъ? Отельный слуга, или весь Парижъ? Ну, да вамъ-то что до того, любовница я Водре или нѣтъ?

Розасъ. (сильно взволнованный) Маріанна!

Маріанна. Вы опять по старому?.. Сѣверный полюсъ не охладилъ вашей крови? Не стоило труда и ѣздить туда!

Розасъ Скажите мнѣ правду!

Маріанна. Сказать вамъ правду?.. Опять?.. О, нѣтъ! Разъ мнѣ эта правда уже обошлась слишкомъ дорого!.. О, сколько разъ я слышала отъ васъ: когда женщина сдѣлала проступокъ, котораго никто не знаетъ, и когда порядочный человѣкъ хочетъ сдѣлаться ея мужемъ -- долгъ этой женщины, если она любитъ того, чьей женой хочетъ быть, если она уважаетъ этого человѣка -- признаться ему во всемъ съ полной откровенностью. Если она также любима, какъ и сама любитъ, то любящій человѣкъ будетъ страдать отъ этого проступка -- но онъ проститъ ей его, ради ея чистосердечнаго признанія!.. Я встрѣтила однажды человѣка, который говорилъ, что любитъ меня и котораго я полюбила страстно. Я вѣрила тому, что мнѣ говорили, и когда онъ честно предложилъ мнѣ свою руку, вмѣсто того, чтобы прибѣгнуть къ хитрости, скрытности, предоставивъ случаю открыть истину -- я также честно призналась ему въ моемъ поступкѣ. Онъ меня проклялъ! Правда -- онъ рыдалъ, но все таки бросилъ меня... Онъ не нашелъ меня достойной носить имя его благородныхъ предковъ!.. Очевидно, что для женщины лучше всего стараться не дѣлать проступковъ; но разъ она сдѣлала его -- слѣдуетъ никогда не признаваться въ этомъ и въ свою очередь обманывать того, кто имѣетъ къ ней довѣріе, какъ обманулъ ее тотъ, которому она имѣла наивность вѣрить!

Розасъ. Человѣку, рожденному отъ безупречнаго отца и добродѣтельной матери, когда онъ любитъ и уважаетъ женщину, ничего другого не остается, кромѣ отчаянія и бѣгства, послѣ такаго признанія, какое я слышалъ отъ васъ.

Маріанна. Не будемъ объ этомъ больше говорить. Что сдѣлано то сдѣлано. Чего же вы теперь хотите отъ меня? Видѣться со мной, какъ съ посторонней, съ другомъ, какъ говорится?.. Если ваша любовь пришла къ этому, то это не была любовь, и я права, не сожалѣя о ней... Или, можетъ быть, теперь, когда вамъ сказали, что я любовница министра и не нуждаюсь въ средствахъ къ жизни, вы явились, чтобы вступить въ число моихъ любовниковъ и попользоваться на свою долю моимъ развратомъ и продажностью.

Розасъ. Клянусь вамъ, Маріанна, я не повѣрилъ...

Маріанна. Напрасно...

Розасъ. Такъ это правда?.. вы?..

Маріанна. Я та, какой хочу быть. Это до васъ не касается... уже съ давнихъ поръ! Мое счастье, мое спасеніе зависѣли отъ васъ. Вы не захотѣли -- это было ваше право. Но съ той минуты и я имѣла право жить, какъ мнѣ вздумается, или вѣрнѣе сказать -- сообразно тому положенію, въ которое вы меня поставили. Вы молоды, вы еще будете любить! Ну, такъ, припомните -- что когда женщинѣ, которая обожаетъ васъ, оказывается такое гордое презрѣніе, какое я встрѣтила въ васъ, тогда отъ этой женщины можно ожидать всего, чему только отчаяніе и бѣдность могутъ ее научить.

Розасъ. Да, я хотѣлъ отъ васъ бѣжать, да, я хотѣлъ васъ забыть. Я думалъ, что можно вырвать изъ своего сердца воспоминаніе о такой женщинѣ какъ вы! Но это было невозможно: вашъ образъ непокидалъ меня!.. Онъ всегда былъ подлѣ меня, преслѣдовалъ меня, какъ тѣнь, стоялъ у моего изголовья, манилъ объятіями... Противъ воли -- я видѣлъ его повсюду!.. Слушайте, Маріанна: отецъ мой умеръ, мать умерла. Я теперь одинъ на свѣтѣ. Поклянитесь мнѣ, что у васъ не было другихъ проступковъ, кромѣ того, въ которомъ вы мнѣ уже признались -- и чрезъ восемь дней вы будете моей женой. Клянитесь!

Маріанна (послѣ нѣкотораго молчанія, и смотря ему прямо въ лицо). Нѣтъ!

Розасъ. Нѣтъ?..

Маріанна (съ силою). Берите меня такою, какъ я есть -- безъ оглядокъ на прошедшее, безъ подозрѣній въ настоящемъ, безъ страха за будущее. Только такъ, а не иначе, я соглашусь быть вашей женой!

Розасъ (рѣшительно). Никогда!

Маріанна. Въ такомъ случаѣ -- прощайте!

Розасъ. И въ этотъ разъ -- навсегда. (Уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 9.


## Маріанна одна, потомъ Водре.


Маріанна. Всю жизнь лгать и дрожать... О, нѣтъ! Все, или ничего!

Водре (входя справа). Маріанна!

Маріанна. Вы были тамъ, вы слышали?

Водре. Нѣтъ, я съ бѣшеной ревностью ждалъ отъѣзда этого человѣка... я ждалъ, прогоните ли вы его, или удержите... Вы прогнали его?.. да?.. Отвѣчайте... Ни слова!.. О, я сумасшедшій!.. Стоило вамъ только увидѣть этого человѣка,-- и прежняя любовь къ нему воротилась!..

Маріанна (которая прислушивалась, усиленно напрягая слухъ, слышитъ глухой шумъ затворившейся внизу двери). Уѣхалъ!.. (Оборачиваясь къ Водре). Прошлое мертво! Я вся ваша, мой повелитель! (Водре вскрикиваетъ и, обезумѣвъ отъ счастья, падаетъ къ ногамъ Маріанны).


## ДѢЙСТВІЕ ЧЕТВЕРТОЕ.


Большая зала къ министерствѣ, выходящая въ другую залу -- въ глубинѣ, чрезъ которую должны проходить приглашенные. Люстры, скамьи. Въ глубинѣ двое слугъ, въ парадныхъ ливреяхъ -- между растеніями.


ЯВЛЕНІЕ 1.


## Водре, Чалюрель, де-Лиссакъ, Ла-Верпильеръ, генералъ Сентъ-Эгревъ, Поншарра. Ддріенна, г-жа Марси, г-жа Чалюрель, дѣвицы Малюрель. (При поднятіи занавѣса пьютъ кофе).


Малюрель. О, какой прекрасный обѣдъ, г. министръ!

Г-жа Малюрель. Скажите -- высоко-изысканный, мосье Малюрель.

Малюрель. Ваша правда, мадамъ Малюрель, высоко-изысканный.

Г-жа Марси (.Вельпильеру). Обѣдъ, какъ всѣ офиціальные обѣды... тарелки холодныя, разговоры ледяные...

Верпильеръ. На этихъ обѣдахъ только парфе подаютъ не замороженное.

Сентъ-Эгренъ. Какъ вы говорите, любезнѣйшій префектъ?

Верпильеръ. Я говорю, парфе...

Сентъ-Эгренъ. Я называю это блюдо бомбой.

Верпильеръ. Ну, конечно.

Г-жа Малюрель. Положительно, обѣдъ былъ высоко-изысканный!

Поншарра (налѣво, Шалюрелю). Вотъ его политика такъ никуда не годится.

Малюрель. Его политика?

Поншарра. Перцу не достаетъ!

Малюрель. Онъ пригласилъ васъ пріѣхать изъ Гренобля только для того, чтобъ сообщить ему эту новость?

Леонтина (Водре, показывая ему чашку, которую держитъ). Какія это чашки, г. министръ? Севрскаго фарфора?

Водре. Точно такъ, мадмуазель.

Г-жа Малюрель. На моей буквы Л и Ф.

Малюрель. На моей Н съ короной... Воспоминаніе о прошломъ!.. Ахъ, еслибъ эта чашка могла разсказать, что она слыхала въ свое время...

Г-жа Марси (смѣясь). Не разбившись?..

Лиссакъ. Хрупкая вещь, а сколько правительствъ переживаетъ!

Малюрель. (съ убѣжденіемъ). Да, прежнихъ... но настоящее...

Г-жа Малюрель. Прекрасно, мосье Малюрель! Долгъ всѣхъ честныхъ людей поддерживать правительство... теперь, когда мы къ нему принадлежимъ.

Адріенна (проходя къ дѣвицамъ Малюрель). Весело-ли вы проводите время?

Анна. Ахъ, очень весело! Вчерашній день мы провели прекрасно... всѣ наши подруги были приглашены.

Г-жа Марси. И танцовали до упаду?

Г-жа Малюрель. Мои дочери не танцуютъ! Онѣ никогда не танцовали и никогда не будутъ танцовать!

Малюрель. Но, другъ мой, исключеніе можно сдѣлать для какаго нибудь патріотическаго бала... на свѣжемъ воздухѣ...

Леонтина. Мы не имѣемъ нужды въ этихъ вздорныхъ удовольствіяхъ для нашего развлеченія...

Анна. Мы занимались придумываніемъ началъ, на которыхъ можно основать свѣтскую школу!

Лиссакъ. Прекрасно!

Леонтина. Мы говорили всѣ.

Лиссакъ. О чемъ?

Анна. Обо всемъ!

Лиссакъ. Можетъ быть, мадамъ Малюрель, вы поступали бы лучше, если бы давали имъ танцовать!

Анна. Почему такъ?

Леонтина. Наши заботы гораздо важнѣе...

Анна. Мы вырабатываемъ проэктъ...

Леонтина. Мы хотимъ организовать публичное чтеніе для молодыхъ дѣвушекъ!

Г-жа Малюрель. Чтеніе о Корнеліи... матери Гракховъ!

Малюрель. Вы видите сударыня, мои дочери воспитаны въ духѣ ихъ матери...

Анна. Римлянки!

Леонтина. Спартанки!

Лиссакъ (тихо Адріеннѣ). Язвы моровой!

Малюрель. Онѣ не безъ основанія слѣдятъ за колебаніями общественной мысли. Такъ Анна, моя старшая дочь, которую вы видите...

Г-жа Малюрель (съ достоинствомъ). Съ моей правой стороны.

Малюрель. Вотъ эта самая Анна, вечеромъ того дня, въ который вы произнесли свою знаменитую рѣчь, похоронившую Пишро... Анна за ужиномъ провозгласила тостъ... Анна! повторите вашъ тостъ...

Анна (поднимая вверхъ чашку). За однородность элементовъ новаго министерства... каково бы оно ни было!

Водре (Аннѣ). Трудно желать крестную маменьку прелестнѣе васъ!

Малюрель. О, онѣ въ васъ вѣрятъ... А между тѣмъ, такъ часто были обмануты...

Поншарра. Такія-то молодыя?

Леонтина (такимъ тономъ, какъ читаютъ газеты). Столько министерствъ, слѣдовавшихъ одно за другимъ, не сдержали своихъ обѣщаній...

Анна (также). Измѣнили своему знамени...

Леонтина (также). И получивъ власть, забыли...

Анна (также). Обѣщанія, торжественно данныя...

Леонтина (также). Въ то время, когда еще сражались они въ рядахъ оппозиціи!

Г-жа Малюрель. Прекрасно редактировано и благородно задумано!.. Я горжусь вами!

Лиссакъ (Малюрелю, указывая на его дочерей). Ваши передовыя статьи очень милы!

Г-жа Марси (въ энтузіазмѣ). Это женщины будущаго...

Г-жа Малюрель (конфиденціально Водре). Скажите, г. министръ, нѣтъ ничего новаго касательно общихъ выборовъ?

Водре. Нѣтъ, а что?

Г-жа Малюрель. Очень бы тяжело было для насъ послѣ того, какъ мы столько... похлопотали въ своемъ округѣ...

Малюрель (наивно). Да, ужъ этотъ округъ! Повѣрители -- я осыпалъ милостями и мѣстами избирателей -- даже такихъ -- смѣю сказать -- которые вовсе этого не заслуживали... и что-же?-- Всѣ... я вамъ говорю... всѣ поголовно пропагандируютъ въ пользу "непримиримаго"... Но мнѣ это все равно... я все таки не отстану!

Водре (улыбаясь). Успокойтесь... о новыхъ выборахъ и рѣчи не было!.. Скажите мнѣ лучше, мосье Малюрель, принятали во вниманіе моя рекомендація?

Малюрель, На счетъ кого, г. министръ?

Водре. На счетъ этого ремесленника... Дени Гарнье... славнаго малаго...

Малюрель. За него хлопочетъ какой нибудь депутатъ, сенаторъ?

Водре. Я хлопочу за него, развѣ этого недостаточно?

Малюрель. О, помилуйте!.. Вы и очаровательная Мадмуазель Кейзеръ... надѣюсь, мы ее увидимъ нынѣшній вечеръ здѣсь?.. Она мнѣ тоже говорила... О, этотъ парень очень счастливъ; но... но, кажется, кромѣ вашей протекціи, онъ не имѣетъ никакихъ другихъ заслугъ и правъ?

Водре. Помилуйте -- отецъ семейства, трудолюбивый, честный...

Малюрель. Ахъ, г. министръ! Если всѣ мѣста въ администраціи займутъ отцы семействъ, куда же прикажете дѣваться холостякамъ?

Водре. Однако на этихъ дняхъ назначили сторожемъ законодательнаго собранія нѣкоего Шакорнака. Какія же серьезныя заслуги были за этимъ Шакорнакомъ?

Малюрель. Шакорнакъ имѣлъ ли серьезныя заслуги, чтобы быть сторожемъ законодательнаго собранія?... Еще бы!.. Онъ уже два раза врывался въ него во главѣ революціонеровъ.

Водре (Лиссаку, который слушалъ ихъ разговоръ). И вотъ такимъ образомъ, я каждый разъ упираюсь въ стѣну, когда хочу сдѣлать добро!.. Быть полезнымъ какому нибудь бѣдняку, не только трудно, просто невозможно! И повсюду я встрѣчаю одни и тѣже жалкія препятствія... въ коммисіяхъ -- подкоммисіяхъ Наконецъ это меня начинаетъ раздражать!

Лиссакъ. Подожди... мнѣ надо съ тобою поговорить. (Г-жѣ Жарой, Малюрель и другимъ). Mesdames, не хотите ли взглянуть, пока еще нѣтъ толпы, какой эффектъ производитъ электрическое освѣщеніе?

Малюрель. Это должно быть изумительно!

Леонтина. Будучи приговлено изъ чистаго угля!

Анна. Съ примѣненіемъ аккумулаторовъ къ бѣлокаленію.

Г-жа Малюрель (съ гордостью). Какая ученость! (Уходитъ за дочерьми налѣво, за ними Малюрель и проч.).


ЯВЛЕНІЕ 2.


## Водре, Лиссакъ.


Водре. (Лиссаку). Какой таинственный видъ! Стало быть, то, что ты хочешь мнѣ сказать, очень важно?

Лиссакъ. Знай, что ты рискуешь скомпрометировать, и очень серьезно, не только свое общественное положеніе, но и свое счастье и счастье твоей жены.

Водре. Чѣмъ же?

Лиссакъ. Тѣмъ, что очень часто и слишкомъ открыто ходишь къ мадмуазель Кейзеръ. Объ этомъ начинаютъ шибко поговаривать.

Водре. Каксе мнѣ дѣло!

Лиссакъ. Пока обвиненія, которыя сыплются на общественнаго дѣятеля, ложны, не имѣютъ основанія... до тѣхъ поръ ихъ нечего боятся... онѣ прекратятся сами собой... Но когда обвиняютъ справедливо -- тогда дѣло другое!

Водре. Въ чемъ же меня обвиняютъ справедливо?

Лиссакъ. Говорятъ, что ты любовникъ мадмуазель Кейзеръ. Ты не можешь мнѣ это потвердить, такъ какъ принято, что порядочный человѣкъ въ такихъ вещахъ долженъ быть скроменъ. Но дѣло вотъ въ чемъ: ты или вѣришь, что мадмуазель Кейзеръ честная дѣвушка, или не вѣришь этому. Слѣдовательно одно изъ двухъ: если она дѣвушка честная, то она слишкомъ многимъ тебѣ жертвуетъ, если же нѣтъ.-- ты дѣлаешь ей много чести. Выбирай. Но какъ бы тамъ ни было -- пора остановиться. Во имя нашей старой дружбы, обѣщай мнѣ это.

Водре. Ахъ, мой другъ, ты не знаешь, что это за женщина!

Лиссакъ. (всторону). Немножко! (вслухъ). Но ты долженъ же знать, что надо думать о ея поведеніи въ прошломъ...

Водре. Прошлое женщины, будущность которой мы не можемъ обезпечить -- насъ не касается.

Лиссакъ. А! вотъ какъ!.. Ты дошелъ уже до этого?.. Ты не ревнуешь къ прошлому? О, ты влюбленъ серьезно! А, твоя жена?

Водре. Моя жена?

Лиссакъ. Да, твоя жена!.. Это истинно честная женщина, которая отличила тебя между другими людьми, которая ободряла тебя въ твоихъ трудахъ, поддерживала въ борьбѣ. Твоя жена, которая восхищается тобой, обожаетъ тебя, которая отдаетъ свою жизнь, чтобы избавить тебя отъ страданія, и которая, быть можетъ, умретъ отъ твоей измѣны. Подумалъ ли ты о ней, о твоей бѣдной женѣ?

Водре. Адріенна!.. Она ничего не знаетъ. О, если бъ она узнала когда нибудь! Но она всегда будетъ подругой моей жизни... и...

Лиссакъ. Да, и раздѣлять твою славу! Но отъ чего зависитъ твоя слава? Отъ нѣсколькихъ недовольныхъ депутатовъ -- красныхъ или бѣлыхъ -- которые ненавидятъ другъ друга, а между тѣмъ ежегодно, при открытіи палатъ, соединяются вмѣстѣ, чтобы опрокинуть министерство. Вотъ отъчего зависитъ твоя слава и твоя власть!.. Онѣ зависятъ отъ поставщиковъ мадмуазель Кейзеръ, которымъ ты поручился за нее.

Водре. Кто тебѣ сказалъ?

Лиссакъ. Кто сказалъ? Тѣ, которые не могутъ молчать: служанка, сообщившая это другой служанкѣ, привратникъ, передавшій другому привратнику, образцовый дядя-художникъ, всѣ мелкіе чиновники, всѣ паразиты, всѣ канальи, которые кишатъ около любовныхъ секретовъ и фальшивыхъ положеній, которые ихъ эксплоатируютъ въ свою пользу и разглашаютъ по всему свѣту. Когда Маріанну Кейзеръ увидали въ оперѣ въ твоей ложѣ, то сейчасъ сказали: "А, вотъ любовница новаго министра!" Парижскій лавочникъ охотно кредитуетъ пороку... но въ концѣ концовъ и къ нему предъявляетъ счеты... и когда ему часто говорятъ "прійдите въ другое время" -- тогда онъ теряетъ терпѣніе, и начинаются сцены... Вотъ въ одинъ изъ такихъ моментовъ ты и поручился!.. Но это еще не все!.. (Подаетъ ему газету).

Водре. Что это такое?

Лиссакъ. Это? Это скандальная хроника, одна изъ тѣхъ газетъ, которыя составляютъ стыдъ и позоръ печати и благодаря безнаказанности которыхъ мы совершили три революціи въ восемьдесятъ лѣтъ! А! ты требовалъ свободы печати, когда нападалъ на правительство, пока не попалъ въ него самъ... Ну, радуйся: ты имѣешь свободу печати... имѣешь во всей красѣ!.. Читай!

Водре (читая). "Замѣтка къ вопросу о разводѣ: Если законъ 1792 года о разводѣ до сихъ поръ не возстановленъ, то въ этомъ нисколько неповиненъ государственный человѣкъ, который былъ бы въ восторгѣ заполучить свою собственную свободу. Кому хочется узнать, кто именно этотъ государственный человѣкъ, тому стоитъ только въ сумерки прогуляться то улицѣ Прони, и онъ увидитъ его выходящимъ изъ своей кареты, передъ домомъ, котораго мы не хотимъ обозначать яснѣе. Но улица не велика, и отыскать его будетъ не трудно". Какая низость!

Лиссакъ. Ремесло довольно гнусное, но приноситъ доходъ довольно солидный!... Во всякомъ случаѣ, ты предупрежденъ! Постарайся выбраться изъ трущобы... если я могу быть тебѣ на что нибудь годенъ, если тебѣ нужны деньги -- не стѣсняйся! Во Франціи, видишь ли, при какомъ бы правительствѣ ни было -- все равно, политическому человѣку недостаточно быть могущественнѣе, выше, даже полезнѣе другихъ -- должно еще, чтобъ онъ былъ честенъ, какъ всякій честный. Достойная уваженія честная жизнь служитъ лучшимъ ручательствомъ обществу за безукоризненность его общественной дѣятельности. Ты человѣкъ честный, и должно, чтобъ никто въ этомъ не сомнѣвался.

Водре. Кто бы могъ написать эту статью?

Лиссакъ. Кто? Молина, которому ты отказалъ въ его просьбѣ.

Водре. Негодяй!

Лиссакъ. Я устроилъ надзоръ, чтобъ ни одна газета не могла попасть къ твоей женѣ. Но клевета -- все равно какъ пыль -- проникаетъ повсюду... (Г-жа Водре входитъ слѣва вмѣстѣ съ генераломъ). Вотъ и жена твоя... она кажется покойной... Надолго ли?..


ЯВЛЕНІЕ 3.


## Тѣже, генералъ Сентъ-Эгревъ, Адріенна.


Адріенна (приблизясъ къ Лиссаку и мужу). Ну, что вы тутъ -- какой заговоръ устраиваете? Вѣчно эта отвратительная политика...

Лиссакъ (смѣясь). Совѣтъ Двухъ. А, вы не любите политики...

Адріенна. Это моя соперница!.. По счастью, другихъ у меня нѣтъ! (Лиссакъ отходитъ). По крайней мѣрѣ я такъ думаю (Водре). Ты любишь меня по прежнему?

Водре. Для чего ты меня объ этомъ спрашиваешь?

Адріенна. Для того, чтобы услышать отъ тебя отвѣтъ. Видишь ли -- я буду очень несчастна, если ты разлюбишь меня!.. И чѣмъ болѣе тебя окружаютъ... чѣмъ болѣе за тобой ухаживаютъ -- тѣмъ болѣе я боюсь... Скажи, что ты меня любить по прежнему... скажи!..

Водре. Здѣсь? Глупенькая!.. предъ всѣми!..

Адріенна. Что дѣлать! Надо, чтобы хоть передъ всѣми ты мнѣ сказалъ это, если не говоришь, когда мы одни. Да и бываемъ ли мы когда нибудь одни теперь? Ахъ, скоро ли наступятъ наши каникулы?


ЯВЛЕНІЕ 4.


## Тѣже, г-нъ и г-жа Жерсонъ, Малюрель, г-жа Малюрель и дѣвицы Малюрель.


Г-жа Жерсонъ (раскланявшись съ Адріенной и Водре). Ну, г. министръ, что вы скажете о полученной нами новости? Казимиръ выбранъ!.. Вотъ депеша, которую намъ подали, когда мы вставали изъ-за стола: "Префектура Приваса, Жерсону. Парижъ. Жерсонъ, большинствомъ 3-хъ голосовъ! "

Г-жа Малюрель. Неслыханно!

Водре (г-жѣ Жерсонъ). Поздравляю васъ. (Жерсону, замѣтя его движеніе). Виноватъ... и васъ поздравляю!

Г-жа Малюрель (Жерсону). Но скажите пожалуйста, какъ вы этого достигли?.. Вѣдь вы едва знаете эту мѣстность?

Жерсонъ. Я? совсѣмъ не знаю!.. Я тамъ отъ роду никогда не былъ!.. Но жена моя... (г-жѣ Жерсонъ). Могу я говорить?

Г-жа Жерсонъ. Можешь, можешь... говори!..

Жерсонъ. Жена втолкнула меня въ вагонъ... сунула въ руки мнѣ "Путеводитель Жоання" и приказала выучить его наизусть во время дороги... что я и исполнилъ.

Лиссакъ. Очень остроумно придумано!

Жерсонъ (читая на память). "Привасъ, главный городъ Ардешскаго департамента, расположеннаго вдоль рѣки Роны, которая граничитъ съ нимъ на западъ, между Луарой на сѣверѣ и Гардскимъ озеромъ на югѣ... 5,500 километровъ квадратныхъ... 383,529 жителей".

Анна и Леонтина (вмѣстѣ). Пятьсотъ восемьдесятъ семь...

Жерсонъ. Ваша правда!.. 587!.. (продолжая). "Каменный уголь... мраморъ... маслины... фиги... фиги... (припоминая).

Г-жа Жерсонъ (взбѣшенная, быстро). "Шелковичные черви, извѣстное бумажное производство!" Мой мужъ громогласно повторялъ это въ публичныхъ собраніяхъ, а соперникъ его по выборамъ, Трикотель, совершенно не зналъ этихъ статистическихъ подробностей!... И -- коротко и ясно -- Трикотель провалился.

Жерсонъ. Торжественно.

Г-жа Жерсонъ. И я счастлива... счастлива... счастлива! Наконецъ-то я жена депутата.

Лне сакъ. Кто знаетъ... Можетъ быть со временемъ вашъ мужъ будетъ и министромъ!

Г-жа Малюрель. Еще бы! Задолбивъ хорошенько разныхъ "путеводителей! "

Г-жа Жерсонъ, министерша!.. О! это черезъ чуръ хорошо!.. А между прочимъ...

Адріенна. Я васъ тогда отъ души пожалѣю!.. Я знаю по опыту, каково быть женою министра!

Г-жа Малюрель (Адріеннѣ). Вы, вѣроятно, моего мнѣнія: я утверждаю, что политическіе люди должны оставаться холостяками!..

Лиссакъ (Малюрелю). Есть такіе, которые ничего лучше бы и не желали... Не правда ли, мосье Малюрель?

Малюрель (быстро). Ваша правда!

Г-жа Малюрель (озадаченная). Рауль...

Г-жа Жерсонъ (смѣясь). Поздно!..

Малюрель (Жиссаку). Я сказалъ глупость!

Лиссакъ (ему). Ничего!.. Это вѣдь не въ палатѣ.

Г-жа Жерсонъ (тихо Жиссаку). И тамъ ему къ этому не привыкать стать.


(Адріенна отходитъ. Водре тоже).


Г-жа Малюрель (Лиссаку). Мосье де-Лиссакъ... Кстати о политическихъ людяхъ, которымъ бы должно оставаться холостяками.

Лиссакъ. Что прикажете?

Г-жа Малюрель. Не знаете ли вы, кто написалъ эту злую статейку, которой сегодня такъ занимались въ палатѣ?

Г-жа Жерсонъ. Ахъ, да... въ "Репортерѣ"?

Малюрель. Какая статейка?

Лиссакъ (живо). Пошлость!

Г-жа Жерсонъ. Ужасъ!

Г-жа Малюрель. Мерзость!

Малюрель. Про кого эта статейка?

Г-жа Малюрель (посматривая на Водре). Про лицо, которое у всѣхъ на виду...

Лиссакъ (живо). Про одного иностраннаго дипломата!..

Г-жа Малюрель (значительно). Да... да -- про дипломата!.. Вопросъ идетъ... какъ выражается газета: о провинціальномъ орлѣ, сдѣлавшимся голубемъ въ Парижѣ...

Малюрель (тихо женѣ). Осторожнѣе, Мелани, осторожнѣе!

Лиссакъ. Какой подлецъ, или какой оселъ это написалъ -- неизвѣстно.

Г-жа Жерсонъ. Вѣроятно какой нибудь недовольный!

Малюрель. Недовольный!.. Да чего же наконецъ они еще хотятъ?

Анна. Развѣ мы не имѣемъ превосходнаго министерства?

Леонтина. Удивительнаго.

Анна и Леонтина. Изъ однородныхъ элементовъ!

Малюрель. Вы видите -- я имъ не подсказывалъ! (Г-жа Малюрель дѣлаетъ ему знаки замолчать.)

Г-жа Малюрель (тихо дочерямъ). Не хвалите такъ громко министрство... оно не прочно. Ухаживайте за Грале.

Г-жа Жерсонъ. О комъ же наконецъ идетъ дѣло въ этой статейкѣ?

Г-жа Малюрель. О мадмуазель Кейзеръ и мосье Водре.

Лиссакъ (возвращаясь). И о мадмуазель Кейзеръ и мосье Малюрелѣ!

Малюрель. Обо мнѣ!

Г-жа Малюрель. Любовныя шашни и Малюрель? О, нѣтъ -- я за него ручаюсь! Это единственный случай, въ которомъ онъ не на своемъ мѣстѣ.

Лиссакъ. Нужды нѣтъ! Въ статейкѣ говорится о человѣкѣ политическомъ... женатомъ... который частенько бываетъ въ улицѣ Прони... Ну-съ, Водре бываетъ у мадмуазель Кейзеръ... и вы также тамъ бываете, любезнѣйшій Малюрель!.. Статья можетъ намекать на того и на другаго! Я могу назвать того, кто заказалъ статейку и заплатилъ за нее... а также и того, про кого она написана!

Г-жа Малюрель. Вы его знаете?

Лиссакъ. Какъ нельзя лучше.

Г-жа Малюрель. Его имя?

Лиссакъ. Я хочу доставить вамъ удовольствіе самимъ угадать его! Такая умная и опытная особа, какъ вы...

Г-жа Малюрель. Ну, такая умная и опытная особа, какъ я...

Лиссакъ. Легко узнаетъ въ толпѣ мужчинъ, окружающихъ молодую и красивую женщину, того, кого она любитъ и кѣмъ она любима.

Г-жа Малюрель. Вы хорошо защищаете вашихъ друзей!

Лиссакъ. Тѣмъ выгоднѣе имѣть меня своимъ другомъ!

Г-жа Малюрель. Я не нуждаюсь въ защитникахъ!

Лиссакъ. Правда, вы не изъ тѣхъ, на которыхъ нападаютъ...

Г-жа Малюрель. Дерзкій!.. (Улыбаясь). Ну, такъ я поищу и найду!..

Слуга (за кулисами громко докладывая). Г. префектъ Обы! Генералъ Симоновъ! Мосье Грале!


ЯВЛЕНІЕ 5.


## Тѣже. Потомъ Грале.


Г-жа Жерсонъ (бросаясь къ Жерсону). Казимиръ... слышишь... Мосье Грале!

Жерсонъ. Гдѣ?

Г-жа Жерсонъ. Тамъ, тамъ... торопись... это будущее!


(Грале, окруженный толпой, проходитъ медленно чрезъ первую залу, важно отвѣчая на поклоны окружающихъ, которые льстиво и любезно улыбаются.)


Г-жа Жерсонъ (представляя мужа). Мой мужъ... Жерсонъ, новый депутатъ Ардеша. (Тихо Жерсону) Скажи ему, что нибудь...

Жерсонъ. Что?

Г-жа Жерсонъ. Что нибудь тонкое... "Сегодняшній депутатъ привѣтствуетъ завтрашняго министра! "

Жерсонъ. Любезный коллега... (кланяется и повторяетъ) Сегодняшній депутатъ привѣтствуетъ завтрашняго министра... (І'рале на минуту останавливается, кланяется Жерсону и продолжаетъ свой путъ, сопровождаемый толпой.)

Лиссакъ. Ого!.. Да Грале производитъ большой эффектъ!..

Малюрель. Еще бы: господинъ, который будетъ министромъ!... Но что же онъ станетъ дѣлать, когда сдѣлается министромъ?

Лиссакъ. Вы хотите знать?.. Онъ будетъ готовиться очистить свое мѣсто для другаго!


ЯВЛЕНІЕ 6.


## Лиссакъ, Сентъ-Эгревь, г-жа Марси, Поншарра, гости, Кейзеръ, Маріанна, (очень нарядная).


Слуга (докладывая за кулисами). Его превосходительство, г. англійскій посланникъ... мосье Симонъ Кейзеръ... мадмуазель Маріанна Кейзеръ.

Лиссакъ (въ сторону). Какой успѣхъ имѣетъ эта Маріанна!.. Ее окружаютъ... ей курятъ фиміамы!.. Понятное дѣло: любовница министра!.. Ахъ, людская подлость еще далека отъ своего конца!.. Однако я долженъ переговорить съ Маріанной!.. Надо отвратить надвигающееся несчастіе... оно уже близко -- я это чувствую! (Маріанна входитъ изъ глубины, толпа раздвигается и кланяется при ея проходѣ. Ее сопровождаютъ Кейзеръ, Малюрель, г-жа Жерсонъ. Любопытные толпятся въ дверяхъ. Въ глубинѣ слышна музыка).

Малюрель. Мадмуазель, невозможно быть прекраснѣе васъ!.. Мосье Кейзеръ, поздравляю васъ! Вотъ по истинѣ великое искуство!

Кейзеръ. Это я дѣлалъ рисунокъ ея платья. Мнѣ хотѣлось доказать, что я могу работать въ новомъ вкусѣ не хуже теперешнихъ молокососовъ!

Г-жа Жерсонъ (Маріаннѣ). Если вы будете танцовать, я буду вашимъ визави!

Маріанна (смѣясь). Я больше не танцую, я слишкомъ стара для танцевъ!

Поншарра (іналѣво, тихо г-жѣ Марси). Кто эта красавица?

Г-жа Марси. Это любовница министра.

Поншарра. Любо...

Г-жа Марси. Ну, да! Откуда это вы пріѣхали?

Поншарра. Изъ провинціи. Любовница! Стало быть, печальныя времена директоріи возвращаются?..

Лиссакъ (смотря налѣво). А, японское посольство!.. Какъ всѣ бѣгутъ за ними...

Кейзеръ (Лиссаку). Пойду и я взглянуть на нихъ... у нихъ прекрасные тоны въ цвѣтѣ лица! Эти японцы будутъ имѣть дурное вліяніе на молодыхъ французскихъ живописцевъ... Пропадаетъ перспектива... исчезаетъ атмосфера. (Удаляется съ другими).


(Лиссакъ приближается къ Маріаннѣ, которая мало по малу осталась съ нимъ одна.


ЯВЛЕНІЕ 7.


## Лиссакъ, Маріанна.


Лиссакъ. И такъ -- вы дождались, что всѣ ваши желанія исполнились?

Маріанна. Какимъ это образомъ?

Лиссакъ. Вы почти властвуете!

Маріанна. Во всякомъ случаѣ это лучше, чѣмъ бѣдствовать въ мастерской моего дяди, служить моделью для картинъ, которыхъ никто не покупаетъ, и вымаливать въ долгъ товаръ у булочника и у фруктовщицы.

Лиссакъ. Вы читали статейку въ "Репортерѣ"?

Маріанна. Еще-бы... мнѣ ее прислали.

Лиссакъ. Вы подозрѣваете, кто ее написалъ?

Маріанна. Молина.

Лиссакъ. И не смотря на это -- вы здѣсь?

Маріанна. Скорѣе, чѣмъ когда нибудь.

Лиссакъ. Вы бравируете мнѣніемъ.

Маріанна. Чьимъ?

Лиссакъ. Всѣхъ!

Маріанна. Всѣхъ?.. Не слыхала -- какъ говоритъ дядя, когда его спрашиваютъ о Мессонье.

Лиссакъ. А мадамъ Водре?.. Если она узнаетъ истину?.. Она будетъ очень несчастна?..

Маріанна. Это дѣло Водре, а не мое.

Лиссакъ (показывая на сердце). И такъ -- тутъ нѣтъ болѣе ничего?

Маріанна. Только то, что тамъ оставили...

Лиссакъ. Хотите, я вамъ дамъ добрый совѣтъ?

Маріанна. Вотъ какъ! вы нынче даете добрые совѣты... Говорите...

Лиссакъ. Уѣзжайте отсюда.

Маріанна. Уѣхать?.. А я, чтобъ быть здѣсь сегодня, сшила такое чудесное платье!;

Лиссакъ. Вы рѣшительно записались въ число бунтующихъ?

Маріанна. А васъ это удивляетъ?.. Я была молода, была хороша... ни злѣе, ни глупѣе другихъ... Только у меня не было капиталовъ, нотаріусы не были уполномочены предлагать меня молодымъ людямъ, уставшимъ отъ бурной холостой жизни. Мной пренебрегали и за мной волочились... меня желали... и обманывали! Правда, я могла бы трудиться, могла быть работницей, вырабатывать по два франка въ день... дуть въ окоченѣвшіе пальцы, идя по утрамъ въ мастерскую, и ложиться спать, поужинавъ каштанами на два су... И къ чему бы это послужило? Къ тому, что я все таки была бы обманута какимъ нибудь прикащикомъ или подмастерьемъ, вмѣсто того, чтобы быть обманутой человѣкомъ высшаго общества!.. Я прозябала... я страдала... Вдругъ на моей дорогѣ встрѣтился мнѣ Водре... Онъ полюбилъ меня... онъ любитъ меня, потому что простилъ мнѣ мое прошлое... Въ этомъ я увидѣла какъ бы вознагражденіе за всѣ прежнія страданія и лишенія... и ухватилась за него и держу крѣпко!..

Лиссакъ. Чего бы вы потребовали, чтобъ разжать пальцы?

Маріанна. Ничего.

Лиссакъ. Вамъ нравится когда васъ называютъ...

Маріанна. Любовницей министра?.. Чтожъ?.. Это титулъ, какъ и всякій другой!

Лиссакъ. Хотите: всѣ ваши долги будутъ уплачены и вы получите сто тысячъ франковъ?

Маріанна. Откуда ихъ возьмутъ?.. Изъ бюджета народнаго просвѣщенія?

Лиссакъ. Ну, такъ какъ вы никого не щадите, стало быть, и съ вами церемониться нечего. Вы хотите довести до отчаянія честнѣйшую и преданнѣйшую изъ женъ; вы хотите погубить всю будущность человѣка добра, человѣка, полезнаго родинѣ... Въ такомъ случаѣ, слѣдуетъ открыть этому человѣку глаза... и показать васъ ему въ настоящемъ свѣтѣ!

Маріанна. Другими словами, вы покажете ему мои письма?

Лиссакъ. Если вы заставите...

Маріанна. Тогда я продамъ его письма ко мнѣ.

Лиссакъ. Маріанна!

Маріанна. Вы хотите поступить какъ подлецъ, я послѣдую вашему примѣру! Почему только мужчины имѣютъ право дѣлать подлости? У васъ два или три моихъ письма, доказывающихъ, что я была слишкомъ довѣрчива къ вамъ... У меня пятьдесятъ писемъ Водре, доказывающихъ, что онъ любитъ меня и никогда никого не любилъ, кромѣ меня?.. У Водре есть враги... у кого ихъ нѣтъ?-- вѣдь вы же врагъ мой!.. Эти враги Водре предлагаютъ мнѣ двѣсти тысячъ франковъ за его письма!.. О, политика нисколько не чистоплотнѣе любви!..

Лиссакъ. И вы сдѣлаете это?

Маріанна. Если меня къ тому вынудятъ! Не должно никогда доводить женщину до отчаянія!.. Я сдѣлаю все, чтобъ не попасть снова въ нищету и неизвѣстность!

Слуга (докладывая за кулисами). Герцогъ де-Розасъ!

Маріанна (въ сторону). А! Я была увѣрена, что онъ пріѣдетъ!

Лиссакъ. Стало быть, герцогъ де-Розасъ возвратился?

Маріанна. Какъ видно.

Лиссакъ. И онъ явился сюда для васъ? Такъ вы не видитесь съ нимъ болѣе у себя?

Маріанна. Нѣтъ.

Лиссакъ. Ваше слово?

Маріанна. А! вы еще вѣрите моему слову? Это очень любезно! Ну, такъ даю мое честное слово, что герцогъ послѣ своего возвращенія былъ у меня только одинъ разъ, встрѣтился съ Водре и послѣ этого болѣе не показывался.

Лиссакъ. Теперь я понимаю почему вы такъ держитесь за Водре!.. Герцогъ васъ болѣе не любитъ.

Маріанна (смѣясь). О, какой вы проницательный!


(Изъ глубины входитъ Розасъ. Лиссакъ раскланивается съ нимъ и уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 8.


## Розасъ, Маріанна.


Розасъ (Маріаннѣ, сидящей направо). Здравствуйте.

Маріанна. Здравствуйте, герцогъ. Я думала вы уѣхали къ южному полюсу! Вы отложили ваше путешествіе, чтобъ присутствовать на этомъ праздникѣ?

Розасъ (рѣшительно и страстно). Только для этого.

Маріанна. Вы хорошо сдѣлали: праздникъ стоилъ этого.

Розасъ. Но я все таки сожалѣю, что пріѣхалъ.

Маріанна. Это не совсѣмъ любезно... такъ какъ вы встрѣтили меня!

Розасъ. И однако пришелъ ради васъ...

Маріанна. Было бы проще, если вы хотѣли видѣть меня, пріѣхать ко мнѣ.

Розасъ. Вы хорошо знаете, что я никогда не возвращусь къ вамъ.

Маріанна. Какъ вамъ угодно. Но меня это очень огорчитъ. Видѣли вы министра сегодня вечеромъ?

Розасъ. Нѣтъ еще... но... я слышалъ разговоръ о немъ.

Маріанна. Что же говорили?

Розасъ. Это васъ интересуетъ?

Маріанна. Вы знаете, что я очень люблю министра.

Розасъ. (съ горечью). Какъ и онъ васъ.

Маріанна (насмѣшливо). Надѣюсь. Что же говорили?

Розасъ. Говорили вслухъ то, что мнѣ говорилось прежде только шопотомъ: что онъ вашъ любовникъ!

Маріанна. Вы же это думаете -- отчего же другимъ не думать? Вы сказали мнѣ объ этомъ прямо, вы -- мой другъ! Почему же посторонніе люди должны лишать себя этого удовольствія?

Розасъ. Не напоминайте, что я могъ подозрѣвать васъ! Если ту клятву, которую я отъ васъ требовалъ, вы дадите мнѣ сегодня -- не смотря ни на что, я вамъ повѣрю!... Я васъ люблю до безумія! Когда я услыхалъ, что васъ обвиняютъ -- я думалъ, что у меня разорвется сердце!.. О, у меня явилось желаніе наказать говорившаго!

Маріанна. Вы хорошо сдѣлали, что удержались!... И притомъ, по какому праву вы стали бы защищать меня?..

Розасъ. По какому праву?

Маріанна. Вамъ стоило-бы это большаго труда теперь! (Встала). А, вотъ и г. министръ!


ЯВЛЕНІЕ 9.


## Тѣже. Водре, потомъ Лиссакъ и Адріенна.


Маріанна (входящему Водре). Г. министръ, герцогъ де-Розасъ васъ искалъ, чтобъ засвидѣтельствовать свое почтеніе.

Розасъ (съ холодной ироніей, но въ высшей степени учтиво). И я былъ увѣренъ, г. министръ, случайно встрѣтивъ мадмуазель Кейзеръ, что непремѣнно скоро увижу и васъ.

Водре. Вы угадали, герцогъ: я пришелъ предложить мадмуазель Кейзеръ пройтись по заламъ.

Маріанна. Г. министръ, я должна васъ предупредить, что этимъ вы себя скомпрометируете. И то на нашъ счетъ говорятся ужасныя вещи! Клевета въ полномъ ходу.

Водре. Лучшее средство заставить ее замолчать -- идти прямо на встрѣчу ей, рука съ рукой. (Лиссакъ, вышедшій слѣва, представляетъ ему двухъ господъ). Я къ вашимъ услугамъ. (Водре отходитъ, тихо разговаривая съ этими господами. Розасъ приближается къ Маріаннѣ).

Розасъ (тихо Маріаннѣ). Есть минуты, въ которыя я убилъ бы васъ, и потомъ себя!

Маріанна (смѣясь). Я не прочь... только помѣняемтесь мѣстами. Надо всегда начинать съ самого себя.

Розасъ. Маріанна!

Водре (возвращаясь къ Маріаннѣ). Я весь вашъ теперь! (предлагаетъ ей руку).


(Въ ту минуту, когда они хотятъ уходить, Адріенна разстроенная, блѣдная, входитъ изъ глубины, слѣва, съ газетой въ рукахъ).


Адріенна (Лиссаку). Гдѣ мой мужъ?.. (Увидя Маріанну то Водре). Съ ней!

Лиссакъ. Что съ вами?

Адріенна. Вы хорошо знаете, что со мной! (Идетъ къ Водре и Маріаннѣ. останавливаетъ ихъ, ставшго передъ ними. Съ трудомъ удерживаясь, Маріаннѣ). Вы позволите мнѣ сказать одно слово мужу?

Маріанна. О, безъ сомнѣнія... Я подожду!.. (Вдали слышны звуки вальса).

Водре. Что случилось?

Адріенна (говоритъ съ трудомъ). Вы читали эту газету?

Водре. Читалъ.

Адріенна. Такъ вы меня обманываете? Вы любовникъ этой госпожи?

Водре. Успокойся, Адріенна. Въ настоящую минуту мы не принадлежимъ себѣ. Не будемъ выставлять себя на показъ свѣту.

Адріенна. Ненавижу я этотъ свѣтъ, среди котораго вы можете принимать вашу любовницу и безнаказанно говорить ей о своей любви... потому что вѣдь это вы только что говорили ей! Ненавижу этотъ домъ, съ той минуты, какъ вошла въ него... я предчувствовала, что буду страдать въ немъ... И я завтра же брошу его. Но эта тварь оставитъ этотъ домъ прежде меня. Вы выгоните ее отсюда, на моихъ глазахъ, передъ всѣми... я такъ хочу!

Водре. Вы требуете отъ меня подлости!

Адріенна. Такъ ты не хочешь ее выгнать?

Водре. Умоляю тебя, Адріенна, замолчи!..

Адріенна. Быть можетъ ты прогонишь меня?.. Но я не выйду первой... (Идетъ къ Маріаннѣ и зоветъ ее издали). Мадмуазель Кейзеръ.

Маріанна (;приближаясь къ Адріеннѣ) Вамъ угодно мнѣ что нибудь сказать?

Адріенна. Я хочу вамъ сказать, что вы не имѣете права быть здѣсь!

Маріанна. Потому что...

Адріенна. Потому что вы любовница моего мужа, и я васъ выгоняю!

Маріанна (Водре, спокойно). Какъ, мосье Водре, вы позволяете у васъ въ домѣ публично оскорблять оклеветанную, беззащитную женщину? (Очень просто, съ ироніей.) Это немного легкомысленно!

Розасъ (Водре, холодно). Хуже чѣмъ легкомысленно... Это подло.

Водре. (поднимая руку на герцога). Милостивый государь... (Лиссакъ его удерживаетъ). Оставь меня! (Розасу.) Сегодня вы мой гость, завтра мы увидимся съ оружіемъ въ рукахъ...

Розасъ. Непремѣнно. (Рѣшительно Маріаннѣ.) Клянитесь вашей жизнью, Маріанна -- васъ оклеветали?

Маріанна (посмотрѣвъ на Адріенну, Лиссака и на Водре). Клянусь!..

Розасъ (приближаясь къ г-жѣ Водре). Вамъ солгали, и въ доказательство -- если вашъ мужъ не убьетъ меня завтра, то чрезъ восемь дней мадмуазель Кейзеръ будетъ герцогиней де Розасъ (Маріаннѣ). Вашу руку... (Беретъ подъ руку Маріанну и гордо уходитъ).

Лиссакъ (Адріеннѣ). Что вы сдѣлали?

Адріенна. О, я была такъ несчастна!

Лиссакъ. Сюда идутъ. На васъ смотрятъ... Отрите слезы... сдѣлайте усиліе и... и... улыбнитесь... (Г-жа Малюрель и г-жа Жерсонъ весело входятъ и окружаютъ Адріенну; за кулисами слуга громко докладываетъ имена новыхъ гостей, въ залѣ гремитъ музыка; Адріенна, едва держась на ногахъ и опираясь на руку Водре, идетъ на встрѣчу входящимъ).


## ДѢЙСТВІЕ ПЯТОЕ.


Таже декорація, что во второмъ актѣ.


ЯВЛЕНІЕ I.


## Лиссакъ, Феликсъ.


Лиссакъ (входя). Феликсъ!

Феликсъ (приближаясь). Возвратились, мосье де-Лиссакъ? Хорошо съѣздили?

Лиссакъ. Да, спасибо! Что новаго?

Феликсъ. Ничего, мосье де-Лиссакъ. Г. министръ послѣ вашего отъѣзда чувствовалъ себя съ каждымъ днемъ лучше и лучше, и теперь совершенно здоровъ.

Лне сакъ. Однако, всѣмъ говорили...

Феликсъ. Какъ было условлено заранѣе: что у г. министра воспаленіе въ груди. Докторъ такъ и обозначалъ болѣзнь въ своихъ ежедневныхъ бюллетеняхъ.

Лиссакъ. И много приходило справляться о его здоровьѣ?

Феликсъ. Въ первые дни очень много, но такъ какъ г. министръ боленъ уже довольно продолжительное время, то посѣтители по немногу уменьшаются. Къ тому же стали распространяться слухи, что мосье Грале скоро займетъ мѣсто г. министра... ну, такъ большая часть стала дѣлать визиты мосье Грале.

Лиссакъ. Васъ много распрашивали?

Феликсъ. Покою не давали!.. Всѣмъ, видите ли, хотѣлось знать истину!.. Чудаки!..

Лиссакъ. Я знаю, что вы и Пьеръ -- вѣрные и добрые слуги!

Феликсъ. А министерская тайна развѣ пустяки? Надо служить честно. Еслибъ мы говорили всегда все, что знаемъ, то министерства мѣнялись бы еще чаще, чѣмъ теперь... Я постоянно отвѣчалъ репортерамъ на ихъ распросы: "Читайте сообщенія агенства Гавасъ"... А они сердились и спрашивали: за дураковъ я ихъ принимаю, что-ли?

Лиссакъ. Ну, скажите, а мадамъ Водре?

Феликсъ. Сущій ангелъ!.. Пока была хоть малѣйшая опасность, она ни разу не ложилась и проводила всѣ ночи у изголовья г. министра!.. Ахъ, да вотъ и она идетъ съ докторомъ.


ЯВЛЕНІЕ 2.


## Тѣже, Адріенна, Докторъ.


Адріенна. Стало быть, мы васъ больше не увидимъ, докторъ?

Докторъ. Я полагаю, вы не очень будете этимъ огорчены... Къ тому же, вотъ уже восемь дней, какъ я хожу сюда только для того, чтобъ поддерживать въ публикѣ убѣжденіе, что г. министръ находится въ опасности. Онъ самъ этого требовалъ -- и имѣлъ вѣроятно на это политическія причины, предъ которыми я и преклоняюсь. Сегодня г. министръ возвратилъ мнѣ мою свободу.

Адріенна. Такъ что, если бы мнѣ нужно было уѣхать, я могу это сдѣлать безъ всякаго опасенія за здоровье мужа?

Докторъ. Безъ всякаго опасенія.

Адріенна. Вы были очень заботливы и очень скромны, докторъ -- и я очень, очень вамъ признательна.

Докторъ. Всегда готовъ служить вамъ -- но желаю дѣлать это какъ можно рѣже. (Замѣтивъ Лиссака). А, это вы, любезнѣйшій де-Лиссакъ? Министръ знаетъ о вашемъ возвращеніи?

Лиссакъ. Нѣтъ еще.

Докторъ. Онъ будетъ очень счастливъ увидѣть васъ.

Лиссакъ. И я также.

Докторъ (Адріеннѣ). Мое почтеніе.

Адріенна. Еще разъ благодарю, докторъ! (Докторъ уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 3.


## Лиссакъ, Адріенна.


Адріенна (Лиссаку). И я тоже очень, очень рада васъ видѣть

Лиссакъ. Но вѣроятно, мы свидѣлись не надолго?... Я слышалъ, вы говорили о своемъ отъѣздѣ...

Адріенна. Точно, я уѣзжаю, и для этого ждала только вашего возвращенія.

Лиссакъ. Когда вы ѣдете?

Адріенна. Сегодня вечеромъ.

Лиссакъ. И куда?

Адріенна. Въ Гренобль.

Лиссакъ. Надолго?

Адріенна. Навсегда.

Лиссакъ. Навсегда?

Адріенна. Мы разстаемся съ мужемъ.

Лиссакъ. Это невозможно!

Адріенна. Это рѣшено!

Лиссакъ. Однако, вы проводили ночи у изголовья вашего мужа. Вы окружали его заботами и попеченіями, на какія только способна самая преданная жена.

Адріенна. Это былъ мой долгъ жены, а теперь, когда онъ выздоровѣлъ, я вступаю въ свои права женщины. Рана моя слишкомъ глубока для того, чтобы я могла когда нибудь простить. Я не могла подозрѣвать моего мужа -- я такъ глубоко уважала, я такъ сильно любила его!

Лиссакъ. И отъ этой сильной любви ничего не осталось?

Адріенна. Ничего.

Лиссакъ. О. такъ вы любили его не такъ сильно, какъ воображали! Истинная, глубокая любовь прощаетъ все... Что можетъ оставить подобное приключеніе въ сердцѣ честной и любящей женщины, какъ вы?..

Адріенна. Воспоминаніе.

Лиссакъ. Такъ вы ставите ни во что, что этотъ мужественный человѣкъ, получивъ на дуэли ударъ шпагой прямо въ грудь, пришелъ сюда какъ будто съ прогулки, не выдавая своимъ покойнымъ лицомъ тѣхъ мученій, которыя переносилъ, сжимая рукой рану, рискуя быть задушеннымъ кровью... и все это для того, чтобъ избавить васъ отъ сильнаго волненія...

Адріенна. Нѣтъ, все это для того, чтобъ не сдѣлать огласки и не скомпрометировать своей возлюбленной...

Лиссакъ. Вы клевещете на него!.. И когда послѣ этого невѣроятнаго усилія, съ нимъ сдѣлалась горячка и ему угрожала смерть, вы не нашли, что онъ достаточно искупилъ свою вину?

Адріенна. Нѣтъ. Это было не искупленіе, а только наказаніе, которое онъ заслужилъ. И что такое ударъ шпаги въ грудь, въ сравненіи съ ударомъ прямо въ сердце, и притомъ нанесеннымъ рукой обожаемаго человѣка? А я, я развѣ не скрывала своего горя, отъ котораго разрывалось сердце, для того, чтобы скрыть это всѣхъ эту постыдную драму? Развѣ я выдала свои страданія въ тѣ минуты, когда мозгъ мой горѣлъ отъ жгучей ревности, при мысли обо всемъ томъ, что произошло... (Съ бѣшенствомъ). Понимаете ли вы, что я должна была испытывать, представляя себѣ все, все!.. Чтожъ такое смерть въ сравненіи съ этой смертью, которая возобновляется ежедневно, которая продолжится годы, долгіе годы и которая зовется обманутой любовью, потерянной вѣрой!

Лиссакъ. Да, вы должны были очень страдать.

Адріенна. Я страдала и буду страдать всегда. Теперь -- я имѣю нужду въ васъ, въ вашихъ совѣтахъ, въ вашей помощи. Между посѣтителями, которые чаще другихъ являлись узнавать о здоровьѣ моего мужа, были герцогъ и герцогиня де-Розасъ. Сегодня я велѣла объявлять посѣтителямъ, что министръ чувствуетъ себя лучше и что я принимаю тѣхъ, которые пожелаютъ узнать о его здоровьѣ. Если явятся герцогъ и герцогиня де-Розасъ -- что я должна дѣлать?

Лиссакъ. Герцогъ не пріѣдетъ, пока самъ Водре не будетъ принимать. Онъ слишкомъ благовоспитанный человѣкъ, чтобъ навязывать свое присутствіе женщинѣ, мужа которой онъ едва не убилъ. Но герцогиня де-Розасъ вѣроятно явится.

Адріенна. И вы совѣтуете?..

Лиссакъ. Принять ее.

Адріенна. Потому что...

Лиссакъ. Потому что, какъ вы сдѣлали все возможное для спасенія жизни вашего мужа, такъ вы должны сдѣлать все возможное, чтобы спасти его репутацію и его достоинство.

Адріенна. Его достоинство?

Лиссакъ. Послушайте! На мѣстѣ дуэли, послѣ того, какъ Водре былъ раненъ, герцогъ де-Розасъ приблизился къ нему и спросилъ, правду ли сказала мадмуазель Кейзеръ"...

Адріенна (прерывая). Водре отвѣтилъ такъ, какъ долженъ былъ отвѣчать. Въ подобныхъ обстоятельствахъ человѣкъ порядочный и не могъ иначе поступить. Но если я, я не хочу лгать? Что мнѣ за дѣло до этой презрѣнной женщины и до ея глупца мужа?

Лиссакъ. Согласенъ, что онъ глупецъ. Всѣ мужчины бываютъ глупцами, когда тѣ женщины, которыхъ они любятъ -- презрѣнныя женщины. Но герцогъ де-Розасъ глупецъ изъ страны Сида и Донъ-Кихота, и если онъ убѣдится, что его обманули, то у него будетъ одна мысль: убить свою Химену или свою Дульцинею. Слѣдовательно, не вамъ опровергать вашего мужа. Для репутаціи мадмуазель Кейзеръ, ставшей герцогиней де-Розасъ, для ея личной безопасности, а также и въ отвѣтъ на свѣтскую болтовню, которая не пощадитъ Водре и васъ -- вы должны по прежнему свидѣться съ ней у себя, хотя бы только въ продолженіи пяти минутъ. Она такъ мнѣ сама сказала.

Адріенна. Вы ее видѣли?

Лиссакъ. Только что.

Адріенна. Прежде чѣмъ пришли^сюда?.. Стало быть, то, что вамъ нужно было сказать ей -- очень важно?

Лиссакъ. Чрезвычайно важно.

Адріенна. Вы видѣлись съ ней по порученію Водре?

Лиссакъ. Нѣтъ, клянусь честью, Водре не знаетъ объ этомъ визитѣ и о причинѣ, которая заставила меня посѣтить ее. Мнѣ надо было получить отъ герцогини нѣчто... нѣчто очень важное... о чемъ я вамъ скажу позднѣе, клянусь вамъ. Имѣйте ко мнѣ довѣріе... Сдѣлайте надъ собой послѣднее усиліе -- ради всѣхъ насъ. Васъ проситъ объ этомъ самый преданный другъ вашъ.

Адріенна. Вы этого хотите?

Лиссакъ. Я васъ умоляю.

Адріенна. Хорошо, я приму ее.


ЯВЛЕНІЕ 4.


## Тѣже и Водре.


Водре (идетъ прямо къ Лиссаку и крѣпко обнимаетъ его). Мнѣ только что сказали, что ты здѣсь. Я такъ счастливъ видѣть тебя!

Лиссакъ. Ты совсѣмъ поправился?

Водре. Совсѣмъ, благодаря заботамъ мадамъ Водре.

Лиссакъ. Которая уѣзжаетъ сегодня вечеромъ, одна.

Водре. Да, она мнѣ объявила о своемъ рѣшеніи.

Лиссакъ. Мадамъ Водре напрасно дѣлаетъ это!

Водре. Такая женщина, какъ она, не принимаетъ такаго важнаго рѣшенія, не допросивши серьезно свою совѣсть, и она ошибиться не можетъ. Она поступаетъ такъ, какъ должна поступать -- и я подчиняюсь ея рѣшенію.

Адріенна (въ сторону). Онъ все еще ее любитъ!

Водре (Адріеннѣ). Передъ моимъ лучшимъ другомъ, позволь мнѣ, Адріенна, еще разъ поблагодарить за твою заботливость обо мнѣ. Если я еще живу, то обязанъ этимъ твоему уходу... Но могу ли я считать счастьемъ, что снова живу?.. Я тебя глубоко оскорбилъ... и я понимаю, что ты не можешь меня простить. Но я хочу, чтобъ ты знала также -- и въ этомъ клянусь моей честью -- что не смотря на минутное мое безуміе, я никогда не любилъ и не буду любить никого, кромѣ тебя.

Адріенна (прерывая разговоръ). Я пойду готовиться къ отъѣзду и оставляю васъ вдвоемъ.

Водре. И ты ѣдешь?

Адріенна (почта задыхаясь). Сегодня вечеромъ, (Кланяется и уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 5.


## Лиссакъ, Водре.


Лиссакъ. Это ангелъ!

Водре. Счастье было подлѣ меня!

Лиссакъ. Можетъ быть, оно и теперь здѣсь... Только путь къ нему загороженъ... надо объѣхать кругомъ.

Водре. Для чего ты меня бросилъ? Зачѣмъ уѣхалъ? Ты былъ еще мнѣ нуженъ.

Лиссакъ. Съ той минуты, какъ ты вышелъ изъ опасности, я былъ болѣе нуженъ вдали, чѣмъ близь тебя.

Водре. Какъ такъ?

Лиссакъ. Горячка заставила тебя забыть...

Водре. Что такое?

Лиссакъ. Нѣкоторыя числа?

Водре. Какія числа?

Лиссакъ. Сроки твоихъ обязательствъ...

Водре. Я ничего не забылъ, и хотѣлъ просить тебя узнать...

Лиссакъ. Не безпокойся, это мое дѣло.

Водре. Что же ты сдѣлалъ?

Лиссакъ. Мнѣ предлагали, ты знаешь, хорошую цѣну за земли, которыми я владѣю подлѣ Гренобля, и которыя никогда не достались бы мнѣ послѣ отца, безъ великодушнаго поступка твоега отца. Ну, я ѣздилъ ихъ продать. (Весело). И совершилъ просто блистательную денежную операцію! И часть вырученной суммы употребилъ на покупку твоихъ обязательствъ. Я хочу держать тебя въ своихъ рукахъ и если ты когда нибудь вздумаешь приняться опять за старое...

Водре. Рѣдкій, дорогой другъ!.. Но не бойся ничего. Я совершенно выздоровѣлъ. Мнѣ даже кажется, что все это былъ сонъ. Свѣтъ озарилъ меня внезапно, и отъ этой красивой дѣвушки не осталось ничего... ни въ памяти сердца, ни въ памяти физической. Это странно -- но это такъ. Еще страннѣе, что тоже самое я чувствую ко всему тому, что когда-то меня воодушевляло. Кромѣ Адріенны и тебя -- бѣдная Адріенна!-- кромѣ васъ двоихъ, я не люблю больше никого и ничего. Политика давитъ мнѣ плечи, какъ пудовая гиря. О, сколько разъ я припоминалъ слова того рабочаго, котораго видѣлъ у Маріанны! "Какое намъ дѣло до того, кто будетъ министромъ -- Пишро или Водре?". Какъ былъ правъ этотъ рабочій! Я или другой -- въ сущности не все ли равно?.. Во время моего выздоровленія, мнѣ хотѣлось знать, что говорятъ обо мнѣ. Я перечитывалъ газеты, подающія правительству совѣты. Ахъ, другъ мой! Мой трудъ, мои надежды, моя любовь къ родинѣ, моя вѣра, убѣжденія -- все это исковеркано, обезображено, осмѣяно, втоптано въ грязь. Все, что я люблю, что уважаю -- отецъ мой. трудившійся ради того, чтобъ я могъ чему нибудь научиться и стать человѣкомъ полезнымъ, моя бѣдная мать, покойница, моя жена -- этотъ ангелъ, какъ ты ее называешь -- все это поругано, оскорблено, оклеветано... А почему? Потому что одинъ мыслитъ и думаетъ не такъ, какъ его сосѣдъ! И такая вражда между сыновьями единаго отечества, между дѣтьми одной матери! Такое зрѣлище отвратительно -- оно раздираетъ душу!.. О, я и не подозрѣвалъ, когда мечталъ о славѣ, когда покрывали громомъ рукоплесканій мои рѣчи въ Палатѣ -- что такое въ сущности это власть, къ пріобрѣтенію которой я такъ горячо стремился!.. Могу смѣло сказать, что я всегда любилъ и люблю добро; но долженъ сознаться что оно невозможно по тѣмъ средствамъ, безъ которыхъ нельзя обходиться... Думаешь, что защищаешь идею -- а на дѣлѣ оказывается, что ты отстаиваешь только (беретъ со стола портфель) вотъ это! Мы, властные люди, постоянно находимся среди какой-то безсмысленной схватки, и все свое время употребляемъ на отраженіе ударовъ, которые намъ ежеминутно наносятъ въ голову, въ сердце, въ душу! Я усталъ, усталъ бороться съ глухотой и невниманіемъ вверху, съ невѣжествомъ и мелочной ненавистью внизу! Усталъ съ шумомъ ворочать жерновъ въ пустомъ пространствѣ! О, тѣ люди, которые могутъ идти къ своей цѣли, перенося всю свою жизнь обиды, оскорбленія, насмѣшки, лицемѣріе однихъ, измѣну и обманъ другихъ, и не переходя отъ презрѣнія къ людямъ къ презрѣнію къ самимъ себѣ -- эти люди конечно совсѣмъ особая порода!.. Знаешь, съ тѣхъ поръ, какъ я сталъ министромъ, я только и слышу разговоры и горячіе споры о прошеніяхъ, отрѣшеніяхъ, повышеніяхъ, наградахъ, только и вижу, что завистливые взоры, желанія наживы -- и почти ни отъ кого не слышу разговора о Франціи!.. Будетъ съ меня, довольно!.. И я еще смѣю жаловаться -- я, обманувшій самую честную, святую любовь! О, я не лучше другихъ!.. Ахъ, какъ гадокъ человѣкъ, когда онъ не ограничивается тѣмъ, что просто пашетъ землю!

Лиссакъ (потирая руки). А знаешь ли ты, что Грале, считая тебя больнымъ, долженъ сегодня выступить съ рѣчью въ палатѣ, разсчитывая, что ты не можешь ему отвѣчать?

Водре. Да, да -- знаю... Но никто также не подозрѣваетъ, что я явлюсь въ палату и буду ему отвѣчать!

Лиссакъ. Превосходно! Ты теперь именно въ такомъ настроеніи, чтобъ задать ему хорошую головомойку!

Водре. О, совѣтую ему крѣпче держаться на ногахъ!..

Лиссакъ. Отлично!.. Воспользуйся и только что перенесенной горячкой, и своимъ раздумьемъ, угрызеніями совѣсти, раскаяніемъ, сожалѣніемъ, твоимъ гнѣвомъ, твоими ошибками, даже глупостями твоими... употреби все въ дѣло -- и пусть Грале будетъ козломъ отпущенія за всѣхъ! А послѣ мы увидимъ...

Водре. О, послѣ я хорошо знаю, что мнѣ дѣлать!


(Феликсъ входитъ осторожно).


ЯВЛЕНІЕ 6.


## Тѣже, Феликсъ.


Феликсъ. Мосье и мадамъ Жерсонъ идутъ по двору.

Водре. (Лиссаку). Ты ихъ примешь. Я выйду чрезъ эту дверь. Феликсъ, есть карета у маленькаго подъѣзда?

Феликсъ. Точно такъ, г. министръ. Простая наемная карета, какъ вы изволили приказать (Уходитъ).

Лиссакъ (весело Водре). Будь краснорѣчивъ, будь увлекателенъ и постарайся поднять акціи -- тогда за тебя будутъ всѣ и вся! Отправляйся. (Водре уходитъ).


ЯВЛЕНІЕ 7.


## Г. и г-жа Жерсонъ (г-жа Жерсонъ входитъ первая быстро, потомъ Жерсонъ идетъ медленно), Лиссакъ и Феликсъ.


Г-жа Жерсонъ. Наконецъ-то можно попасть сюда и увидѣть кого нибудь, кромѣ швейцара, который твердилъ всякій день одно и тоже: "Все въ одномъ положеніи... Не угодно ли вамъ прочесть сообщеніе агентства Гавасъ"... Ну-съ! Что же такое наконецъ съ вашимъ министромъ?

Лиссакъ (указывая ей на дверь Водре). Тсъ!.. Потише. Онъ спитъ.

Г-жа Жерсонъ. Значитъ, этой болѣзни конца не будетъ? Но я очень рада встрѣчѣ съ вами, дорогой мой мосье де-Лиссакъ... Вы можете, вы должны намъ оказать большую услугу... Вы видите меня въ такомъ положеніи, въ такомъ... А ему, Казимиру, какъ будто и дѣла никакаго нѣтъ! Да говорите же, Казимиръ!..

Жерсонъ (недовольный). Да что же такое наконецъ мнѣ говорить?.. Вы постоянно мнѣ твердите: "говорите, Казимиръ, говорите!" Вотъ сейчасъ, въ палатѣ, я хотѣлъ говорить и началъ, но мнѣ не позволили продолжать!

Г-жа Жерсонъ. Ахъ, какое засѣданіе!

Лиссакъ. Что случилось?

Г-жа Жерсонъ. Казимира не признаютъ депутатомъ! понимаете ли вы это? Они доказываютъ, что его избраніе было слѣдствіемъ избирательной ошибки и даже осмѣяли маневръ съ "Путеводителемъ"... Но онъ будетъ снова баллотироваться, и будетъ выбранъ снова! Казимиръ снова отправится въ Ардешъ...

Жерсонъ (въ бѣшенствѣ). Опять на желѣзную дорогу!.. Да что я, багажъ что ли?

Г-жа Жерсонъ. А покамѣстъ, любезнѣйшій мосье де-Лиссакъ, вы должны что нибудь сдѣлать для насъ.

Лиссакъ (указывая на потолокъ, какъ будто-бы Водре спитъ наверху). Потише, мадамъ Жерсонъ... пожалуйста, потише!

Г-жа Жерсонъ (понижаетъ голосъ и почти тотчасъ-же опять возвышаетъ его). Правительство должно вознаградить Казимира, неправда ли? Не можемъ же мы остаться такъ сильно обиженными!

Жерсонъ (очень тихо). Да развѣ не лучшимъ утѣшеніемъ для меня служитъ твоя любовь? Поѣдемъ въ деревню и будемъ покойно любить другъ друга вдали отъ всякой станціи.

Г-жа Жерсонъ (пожимая плечами, громко). Ну, не глупъ ли онъ? (Тихо Лиссаку, который ей дѣлаетъ знаки говорить потише). Не глупъ ли онъ?.. (Громко). Надо, чтобъ палатѣ былъ данъ урокъ! Надо, чтобъ въ подобныхъ обстоятельствахъ правительство явилось сильнымъ и справедливымъ! Надо, чтобъ вы убѣдили министра наградить Казимира орденомъ -- и при томъ немедленно, чтобъ сообщеніе о наградѣ появилось въ оффиціальной газетѣ завтра же, въ одно время съ отчетомъ о непризнаніи его избранія дѣйствительнымъ!.. Хлопъ -- хлопъ! вотъ какъ надо отвѣчать! Только такимъ манеромъ утверждается власть. Если нѣтъ энергіи въ виду такихъ коалицій -- ни на что нельзя разсчитывать! Такая страна -- пропащая страна! Сегодня же, сейчасъ же, надо дѣйствовать, любезнѣйшій мосье де-Лиссакъ!.. вечеромъ будетъ, быть можетъ, уже поздно!

Лиссакъ. Вы полагаете, что завтра уже будетъ поздно?

Г-жа Жерсонъ. Засѣданіе началось дурно! Надо спѣшить.

Лиссакъ. Такъ палата...

Г-жа Жерсонъ. Раздраженная уже преніями на счетъ Казимира, слушаетъ въ настоящую минуту рѣчь Грале, который, какъ говорятъ, будетъ безпощаденъ!.. Я -- вы понимаете -- не могла оставаться въ палатѣ, гдѣ всѣ на меня смотрѣли и лорнировали... послѣ... (указывая на мужа).

Жерсонъ (смиренно). Послѣ моего дебюта!

Г-жа Жерсонъ. Именно. Тогда я сказала сама себѣ: "Орденъ -- это лучшее средство! За это никогда не упрекаютъ министра, потому что орденъ ничего не стоитъ государству". Бывали и такіе министры, которые за пять минутъ до собственной отставки, награждали другихъ орденами! Я знала одного такаго, который былъ уже на лѣстницѣ, чтобъ уѣхать изъ министерства навсегда -- и вернулся сюда (подходитъ къ бюро) чтобъ подписать приказъ о пожалованіи.

Жерсонъ (съ порывомъ). Какой достойный человѣкъ!..

Лиссакъ. Будьте увѣрены, что я сдѣлаю все, что могу...

Феликсъ (докладывая). Мосье и мадамъ Малюрель!

Г-жа Жерсонъ. Малюрель былъ въ палатѣ... я его замѣтила... онъ намъ все разскажетъ...


ЯВЛЕНІЕ 8.


## Тѣже, г. и г-жа Малюрель.


Г-жа Малюрель (Лиссаку). Мы торопимся получить свѣдѣніе отъ кого нибудь другаго, кромѣ Феликса, о здоровьѣ министра... Можно видѣть мадамъ Водре?

Лиссакъ. Сейчасъ. Она теперь занята съ докторомъ, который успокоиваетъ ее окончательно.

Г-жа Малюрель. Тѣмъ лучше, тѣмъ лучше!.. всѣмъ эта болѣзнь пришлась очень некстати. Государственные^ люди не -олясны хворать долѣе, чѣмъ слѣдуетъ!

Мадюрель. Можетъ-ли министръ приняться за работу? Вотъ рапортъ директора печати. (Читаетъ) "Министерству нечего смущаться интерпеляціей мосье Грале".

Лиссакъ (продолжая, какъ-бы зная рапортъ наизусть). "И большинство, вѣрное настоящему министерству"... Положите на бюро. Рапортъ постоянно одинъ и тотъ-же.

Малюрель. Какже иначее?.. Редакторъ постоянно одинъ _ и тотъ же... и у него свои привычки. И такъ -- министръ?

Лиссакъ. Въ самомъ скоромъ времени примется за за нятія...

Г-жа Малюрель. По счастью Малюрель постоянно замѣщалъ его...

Малюрель. Да, въ текущихъ дѣлахъ... Но одной доброй воли мало, чтобъ замѣстить геніальнаго человѣка!

Г-жа Жерсонъ (тихо Малюрелю). Геніальнаго человѣка?.. Развѣ дѣла Грале плохи?..

Малюрель (также). Нѣтъ, напротивъ.

Г-жа Жерсонъ (также). Какже вы говорите -- геніальный человѣкъ?

Малюрель (также). Нынче всѣ геніи, и это слово ни къ чему не обязываетъ!

Г-жа Малюрель. Да, я повторяю -- мосье Водре захворалъ совсѣмъ некстати!

Малюрель. Позвольте вамъ замѣтить, мадамъ Малюрель, что болѣзнь всегда некстати!

Г-жа Малюрель. Если бъ вы дали мнѣ кончить, мосье Малюрель...

Малюрель. То я бы не перебилъ васъ? Это правда! Продолжайте

Г-жа Малюрель (начиная снова). И такъ, я сказала, что мосье Водре захворалъ совсѣмъ некстати, именно въ то время, когда совершался бракъ мадмуазель Кейзеръ съ герцогомъ де-Розасъ...

Малюрель (тихо женѣ). Осторожнѣе, Мелани, осторожнѣе...

Г-жа Малюрель (продолжая). И когда г. министръ конечно почелъ бы за счастье быть свидѣтелемъ со стороны молодой, которой онъ обязанъ былъ оказать эту честь.

Г-жа Жерсонъ. О, великолѣпная свадьба! Я была на церковной церемоніи... это было нѣчто неописуемое!.. Вѣдь онъ очень богатъ, этотъ герцогъ де-Розасъ, и въ большомъ почетѣ при испанскомъ дворѣ! Ахъ, бываютъ же счастливыя страны, гдѣ еще существуетъ дворъ!

Г-жа Малюрель (сухо). Это зависитъ отъ убѣжденій! Я полагала, что вашъ супругъ держится нашихъ мнѣній...

Г-жа Жерсонъ. О, Казимиръ придерживается самыхъ опредѣленныхъ и рѣзкихъ мнѣній... онъ...

Жерсонъ (перебивая). Я... кандидатъ...

Г-жа Жерсонъ (поспѣшно). Займись чѣмъ нибудь... (Указывая на библіотеку въ глубинѣ). Поди почитай внимательнѣе Желтую Книгу...

Малюрель (тихо Лиссаку). Не могу ли я видѣть министра хоть на минуту?

Лиссакъ. Въ настоящую минуту -- невозможно. Но можетъ быть, черезъ часъ...

Малюрель. Дѣло-то въ томъ...

Лиссакъ. Что такое?

Малюрель. Опасность очень велика! Положенію Водре грозитъ серьезная бѣда! Я былъ въ палатѣ... я долженъ былъ тамъ быть, такъ какъ министръ отсутствовалъ... И я скрылся оттуда на минуту, чтобъ повидаться съ нимъ... Палата раздражена страшно... она бурлитъ... кипитъ... говорятъ...

Лиссакъ. Что говорятъ?..

Малюрель. Разныя разности!.. Говорятъ о долгахъ, о заемныхъ письмахъ, о растраченныхъ фондахъ... Я тѣмъ болѣе этимъ взволнованъ, что я былъ... и теперь еще... (сг благородствомъ) могу сказать это смѣло -- и теперь еще сотрудникъ и другъ мосье Водре.

Лиссакъ (насмѣшливо). Да вѣдь вы его прежде вовсе не знали?

Малюрель. Это правда!.. Я встрѣчался съ нимъ въ корридорахъ палаты... ну, поклоны... "здравствуйте! мое почтеніе!" И вѣроятно я такъ бы и ограничился съ нимъ шапочнымъ знакомствомъ, если бъ вдругъ онъ не сдѣлался министромъ!.. Впрочемъ, если теперь я защищаю его...

Г-жа Малюрель. Друзья познаются въ несчастій!..

Малюрель. Если я и теперь защищаю его -- то чисто по рыцарству!.. потому что... (гордо) я не упаду вмѣстѣ съ нимъ!

Лиссакъ (всторону). Значитъ, успѣлъ уже забѣжать къ Грале!

Г-жа Малюрель. Во всякомъ случаѣ, пора мосье Водре показаться въ общество, хоть бы для того, чтобы опровергнуть слухи, которые ходятъ про него.

Г-жа Жерсонъ. Какіе слухи?

Г-жа Малюрель. Да какже! Министръ вдругъ внезапно исчезъ въ то самое время, когда мадмуазель Кейзеръ вышла замужъ! Между этими двумя событіями есть соотношеніе!

Малюрель. Постой, Мелани, постой... Не надо ничего преувеличивать... Почти каждый день случается, что кто нибудь, даже и министръ, внезапно заболѣваетъ въ то время, когда кто нибудь выходитъ замужъ! Какъ будто нельзя уже и насморка схватить, потому что я министръ и потому что хорошенькая женщина выходитъ замужъ!

Лиссакъ. Мосье Малюрель, по моему, совершенно правъ!

Г-жа Малюрель. Да -- но вѣдь у нашего министра далеко не всѣ -- друзья!

Лиссакъ. О, да!..

Г-жа Малюрель. Скажу болѣе: кромѣ насъ -- меня и мужа -- у него и совсѣмъ нѣтъ друзей!..

Лиссакъ (въ сторону). И слава Богу!

Г-жа Жерсонъ. Вы забыли меня съ мужемъ, мадамъ Малюрель.

Г-жа Малюрель. Ну, положимъ, что всѣ здѣсь присутствующіе. Но такъ какъ мы здѣсь все друзья, то можемъ прямо и сказать, что никто... ну, рѣшительно никто, не повѣрилъ этому внезапному воспаленію въ груди!..

Лиссакъ. А что же думали?

Малюрель (тгіхо). Осторожно, Мелани, осторожно!

Г-жа Малюрель. Одни говорили -- не правда-ли, мадамъ Жерсонъ -- что министръ пришелъ въ такое отчаяніе отъ брака мадмуазель Кейзеръ, что не могъ себя пересилить и захворалъ... Другіе шли еще дальше и предполагали, что герцогъ де-Розасъ все узналъ и...

Малюрель (тихо ей). Осторожнѣе, Мелани, осторожнѣе!

Лиссакъ. Герцогъ де-Розасъ все узналъ и...

Г-жа Малюрель. И между мужчинами произошла страшная ссора, вслѣдствіе которой была дуэль...

Лиссакъ (всторону). Ай, ай!..

Г-жа Малюрель. И министръ...

Лиссакъ. И министръ?

Г-жа Малюрель. Былъ... былъ раненъ!..

Лиссакъ (всторону). Чортъ возьми!.. (Громко) Ну, мадамъ Малюрель, кто распускаетъ эти слухи, тотъ жестоко ошибается!.. У министра было просто воспаленіе въ груди... Это не такъ романично, даже не такъ скандально... но -- чтоже дѣлать!.. Притомъ, у Водре и герцога такъ мало причинъ къ ссорѣ, что герцогъ и герцогиня де-Розасъ всякій день пріѣзжали узнавать о здоровьѣ министра, и такъ какъ вѣроятно они пріѣдутъ и сегодня, то мадамъ Водре съ удовольствіемъ ихъ приметъ... А она конечно не сдѣлала бы этого, если бъ всѣ эти слухи имѣли какое нибудь основаніе.

Феликсъ (докладывая). Герцогиня де-Розасъ.

Лиссакъ (улыбаясь). Видите теперь, что я васъ не обманулъ. (Говоритъ тихо Феликсу нѣсколько словъ).


ЯВЛЕНІЕ 9.


Тѣже. Маріанна, потомъ Адріснпа.

Маріанна. Здравствуйте, милая мадамъ Малюрель, здравствуйте, дорогая мадамъ Жерсонъ. Господа!.. А, мосье де-Лиссакъ! (Раскланивается со всѣми). Ну, какъ сегодня здоровье министра?.. Повидимому лучше, потому что мадамъ Водре принимаетъ... (Съ удареніемъ). Вѣдь она принимаетъ, не правда ли?

Г-жа Малюрель (Маріаннѣ). А герцогъ де-Розасъ, какъ поживаетъ?

Маріанна. Совершенно здоровъ.

Г-жа Малюрель. Что же это онъ не сопровождаетъ васъ?

Маріанна. Онъ очень занятъ приготовленіями къ нашему отъѣзду.

Г-жа Жерсонъ. Вы скоро уѣзжаете?

Маріанна. Завтра, можетъ быть. Мы замедлили отъѣздомъ только по случаю болѣзни министра. Мы не хотѣли оставить Парижъ, не успокоившись совершенно на счетъ его здоровья. Какъ только мосье Водре въ свою очередь станетъ принимать...

Лиссакъ. Вѣроятно съ завтрашняго дня...

Маріанна. Герцогъ явится пожать ему руку, и мы уѣдемъ...

Лиссакъ (тихо Маріаннѣ). Бумаги съ вами?

Маріанна (тихо ему). Со мной.

Лиссакъ (также). Всѣ?

Маріанна (также?). Всѣ.

Лиссакъ (также). Дайте ихъ мнѣ.

Маріанна (также). Подождите... послѣ того, какъ я буду принята.

Адріенна (входя). Извините, что я всѣхъ васъ заставила такъ долго ждать. Я была такъ тронута участіемъ, которое вы въ насъ принимаете... (Маріаннѣ съ сдержаннымъ усиліемъ). Я была увѣрена, герцогиня, что увижу васъ сегодня. Очень сожалѣю, что герцогъ не сопровождаетъ васъ. Онъ былъ такъ внимателенъ, что всякій день пріѣзжалъ освѣдомляться о здоровьѣ моего дорогаго больнаго... (Въ сторону). Я задыхаюсь!

Лиссакъ (тихо ей). Мужайтесь.

Маріанна (съ оттѣнкомъ почтенія). Мужъ мой, не имѣя чести быть въ числѣ вашихъ близкихъ друзей, какъ присутствующіе здѣсь, не рѣшился утруждать васъ своимъ посѣщеніемъ въ первый же пріемный день, не смотря на горячую симпатію, которую онъ чувствуетъ къ вашему супруту. Но онъ настаивалъ, чтобъ до отъѣзда изъ Парижа я засвидѣтельствовала вамъ все мое уваженіе. Я разсказала герцогу, какъ г. министръ и вы были добры къ моему дядѣ и ко мнѣ въ то время, когда мы такъ нуждались въ участіи и поддержкѣ.

Г-жа Жерсонъ (тихо г-жѣ Малюрель). Мадамъ Водре порядочно наивна.

Г-жа Малюрель (также). Или съ очень сильнымъ характеромъ!

Г-жа Жерсонъ (Адріеннѣ). Вы знаете, что случилось съ моимъ мужемъ? (Отходитъ съ Адріенной въ глубину).

Маріанна. Ахъ, любезнѣйшій мосье де-Лиссакъ, дядя мнѣ поручилъ... это уже въ послѣдній разъ... (Адріеннѣ, которая холодно кланяется, проходя передъ ней). Вы позволите?

Лиссакъ (Маріаннѣ. Они оба сидятъ направо. Прочіе дѣйствующіе разговариваютъ въ и у винѣ). Ваша репутація спасена... вы были приняты...

Маріанна. И очень мило принята. Но какъ она была смущена, бѣдняжка!..

Лиссакъ. Вы ее жалѣете?

Маріанна. Да, теперь, когда я счастлива...

Лиссакъ. Вы стали добры?

Маріанна. Развѣ не ей я обязана всѣмъ, что со мной случилось хорошаго? Если бъ она не выгнала меня изъ своего дома, я вѣроятно никогда не вышла бы замужъ! Кто знаетъ, быть -- можетъ Водре только для того попалъ въ министры, чтобъ я сдѣлалась герцогиней де-Розасъ? Мое замужство, можетъ быть,-- все, что останется отъ его министерства!

Лиссакъ. И это вы называете быть доброй?

Маріанна. Съ вами ли мои письма?

Лиссакъ (показывая ихъ). Вотъ они.

Маріанна. Подайте.

Лиссакъ. Въ чьихъ рукахъ векселя?

Маріанна. Въ моихъ. Такъ было вѣрнѣе. Я ихъ перекупила у Молина. Вотъ они (показываетъ ихъ).

Лиссакъ. Вы заплатили за нихъ?

Маріанна. Да.

Лиссакъ. Чѣмъ?

Маріанна. Обыкновенно чѣмъ платятъ -- деньгами.

Лиссакъ. Деньгами, которыя вы получили...

Маріанна. Отъ моего мужа.

Лиссакъ. И онъ знаетъ, на что вы ихъ употребили?

Ma ріанна. Онъ даже и не спросилъ, на что они мнѣ.

Лиссакъ (насмѣшливо). Добрый мужъ!

Маріанна (высокомѣрно). Онъ джентльменъ! И такъ искрененъ, такъ честенъ и такой большой баринъ, что не можетъ быть смѣшонъ!

Лиссакъ. Такъ что теперь...

Маріанна. Чувствуя себя счастливой, я хочу быть доброй. Сдѣлавшись богатой -- могу быть честной.

Лиссакъ (холодно). Я сдѣлалъ счетъ. Мы должны вамъ полторасто тысячъ франковъ.

Маріанна. По моему, то, что я вамъ возвращаю, стоитъ этихъ денегъ. Я плачу за то, что было куплено для меня и выкупаю то, что имѣла глупость написать.

Лиссакъ. За кого вы насъ принимаете -- меня и Водре? Онъ выкупаетъ свою подпись на векселяхъ и письмахъ.

Маріанна. У него денегъ нѣтъ.

Лиссакъ. За то у меня есть. Онъ будетъ моимъ должникомъ, вмѣсто того, чтобъ быть вашимъ. Ему это больше нравится. Я ближе къ нему, чѣмъ вы. Теперь, вотъ должная сумма. Вѣрный счетъ -- вѣрные друзья. (Даетъ ей чекъ. Она ему два пакета).

Маріанна. Значитъ, векселя уплачены.

Лиссакъ. Вы уѣзжаете?

Маріанна. Завтра.

Лиссакъ. И воротитесь...

Маріанна. Никогда! Во Франціи слишкомъ много газетъ!

Лиссакъ. И здѣсь вамъ слишкомъ завидовали... (Смотря на нее). Вы никогда не были такъ хороши, какъ теперь.

Маріанна (встала). Это потому, что я осуществила тройную мечту моей жизни: замужство, богатство и любовь. Ничто такъ не краситъ женщину, какъ счастье.

Лиссакъ. Но долго ли оно продлится?

Маріанна. Отчего же нѣтъ?.. Самое трудное сдѣлано.

Лиссакъ. Герцогъ ревнивъ, способенъ на крайности... и когда онъ узнаетъ истину... ваше положеніе будетъ не изъ веселыхъ!

Маріанна. Онъ убьетъ меня -- я это очень хорошо знаю. Но такая опасность мнѣ нравится. Безъ этого, можетъ быть, я скучала бы! Да и такая смерть по моему лучше другой... по крайней мѣрѣ, не такъ обыденно! И притомъ я люблю герцога!.. (Идя къ Адріеннѣ). Время проститься... Прошу васъ передать мосье Водре, какъ мой мужъ и я счастливы, что онъ наконецъ выздоровѣлъ. Прощайте, милѣйшая мадамъ Малюрель... мой привѣтъ вашимъ очаровательнымъ дочерямъ. Мадамъ Жерсонъ, прощайте. (Громко, на порогѣ, уходя). Мосье де-Лиссакъ, позаботьтесь о моемъ дядѣ. Если когда нибудь будете въ Испаніи, не забудьте насъ.

Лиссакъ. (кланяясь съ немного насмѣшливымъ почтеніемъ). Вы не изъ тѣхъ, которыхъ забываютъ, герцогиня!


ЯВЛЕНІЕ 10.


## Тѣже, кромѣ Маріанны.


Адріенна (съ яростью). О, какая женщина!... И еще говорятъ, что порокъ всегда наказывается!.. А онъ уходитъ отсюда торжествующимъ!

Лиссакъ. Терпѣніе!... Она поставила на карту свою жизнь! Она попала въ клѣтку... вмѣстѣ съ тигромъ!... И когда онъ проснется!..

Малюрель. Мы возвратимся въ палату, посмотрѣть, что тамъ происходитъ.

Г-жа Жерсонъ. И я съ вами...

Жерсонъ. Но я, непризнанный! я не могу туда вернуться!

Г-жа Жерсонъ. Вы останетесь въ каретѣ...

Жерсонъ. И прекрасно... я тамъ сосну. (Уходятъ).


ЯВЛЕНІЕ 11.


## Лиссакъ, Адріенна, потомъ Водре.


Адріенна (съ грустью). Наконецъ!.. Наконецъ и я могу уѣхать!

Лиссакъ. Что съ вами?

Адріенна. Я не могу ни на кого положиться! И вы измѣнили мнѣ, какъ другіе!

Лиссакъ. Я?

Адріенна. Развѣ я не видѣла, что произошло между вами и этой женщиной?

Лиссакъ. Что же вы видѣли?

Адріенна. Я не сводила съ васъ глазъ. Что это за бумаги она вамъ отдала? Покажите ихъ мнѣ.

Лиссакъ. Не теперь.

Адріенна. Это письма Водре, которыя она поручала вамъ передать ему?

Лиссакъ. Нѣтъ, это не письма.

Адріенна. Что же такое?

Лиссакъ. Протоколъ о смерти мимолетнаго безумія!

Адріенна. Любовныя письма?

Лиссакъ. Дѣловыя бумаги.

Адріенна. Дѣловыя бумаги?

Лиссакъ. Да, очень важная, которыя, попади онѣ въ руки тѣхъ, кто хотѣлъ ими воспользоваться, напримѣръ Грале, могли заставить заподозрить честность Водре.

Адріенна. Честность моего мужа?.. Кто осмѣлится въ ней сомнѣваться? Пусть онъ мнѣ измѣнилъ, отъ этого пострадала только я... Но считать его безчестнымъ человѣкомъ... его... Пусть кто посмѣетъ это сказать! Если его оскорбятъ, то я жена его и отвѣчаю за него, какъ за самое себя.

Лиссакъ. А! наконецъ-то я вижу васъ такою, какъ и прежде!

Адріенна. Но эти дѣловыя бумаги... вѣроятно касаются денежнаго вопроса между Водре и этой Маріанной?

Лиссакъ. Именно.

Адріенна. Деньги... но... тогда...

Лиссакъ (Въ сторону, видя немного просвѣтлѣвшее лицо Адріенны)... А! какая мысль!

Адріенна. Доказательства! Доказательства!

Лиссакъ (рѣшительно). Извольте! Я обѣщалъ вамъ сказать правду- вотъ она! (Отдаетъ ей Су маги, отданныя ему Маріанной).

Адріенна (разсматривая бумаги). Долговыя обязательства мадмуазель Кейзеръ...

Лиссакъ. По которымъ поручился вашъ мужъ и которыя уплачены сію минуту!

Адріенна. Какими деньгами?

Лиссакъ. Тѣми, которыя я далъ ему взаймы.

Адріенна. Понимаю!.. Эти обязательства хотѣли перекупить у этой женщины... и тогда могли бы сказать, что деньги на уплату ихъ, данныя вами, были взяты имъ въ казенномъ сундукѣ!.. (Бросаетъ, съ омерзѣніемъ бумаги и закрываетъ лицо руками).

Лиссакъ. Именно такъ.

Адріенна. Боже мой, Боже мой!.. (Снова смотритъ на бумаги). Такъ она брала отъ него деньги... онъ ей платилъ? Но стало быть, онъ.. (съ громкимъ крикомъ радости) не уважалъ... не любилъ ее!

Лиссакъ (въ волненіи). О, сердце честной женщины!

Адріенна. Боже мой, какъ я счастлива! (Входитъ Водре).

Водре. Адріенна!

Адріенна. (Минуту колеблется, но побуждаемая Лиссакомъ съ крикомъ бросается къ Водре). Ты! ты!..

Водре (съ любовью обнимая ее). Такъ ты прощаешь?

Адріенна. Да, да! Прощаю и забываю!


ЯВЛЕНІЕ 11.


## Водре, Лиссакъ, Малюрель, Адріенна. Г-жа Малюрель, потомъ Феликсъ.


Малюрель (входя съ г-жей Малюрель). Что я тебѣ говорилъ, Мелани? (Водре). Я не ошибся! я видѣлъ, какъ вы шли... мы ѣхали въ палату... Что случилось?

Водре. Случилось то, что зная, какія мерзости мои противники готовили сегодня противъ меня, я отправился въ палату, и какъ только кончилъ Грале, я взошелъ на трибуну. На меня нападали сзади, но я хотѣлъ защищаться открыто, лицомъ къ лицу! Клевета не отличается храбростью!.. Твой образъ, Адріенна, не покидалъ меня; я думалъ о тебѣ, думалъ о родинѣ, которую люблю... о моей совѣсти, которую я уважаю. Лиссакъ требовалъ, чтобъ я былъ сегодня краснорѣчивъ, даже великъ... (Весело). Ну, кажется, я исполнилъ его желаніе... и былъ за то щедро вознагражденъ по возвращеніи!

Малюрель. Стало быть, г. министръ, палата вотировала полное довѣріе министерству?

Водре. Да!

Малюрель. Браво, г. министръ!.. Что я сейчасъ говорилъ, Мелани? Геній! геній!

Лиссакъ. Однако министръ немного усталъ, и я думаю...

Малюрель. Что мы хорошо сдѣлаемъ, если уберемся во свояси?.. Понялъ!

Водре (звонитъ, входитъ Феликсъ). Это письмо къ президенту.

Малюрель (тихо г-жѣ Малюрель). Знаешь-ли, что я скажу тебѣ? Я теперь убѣжденъ, что между мадмуазель Кейзеръ и министромъ никогда ничего не было!

Г-жа Малюрель (также ему). Видно, что вы не женщина и никогда не будете государственнымъ человѣкомъ!

Лиссакъ (Водре). Что ты еще тамъ пишешь?

Водре (весело). Я прошу табачной продажи для жены Дени Гарнье... помните, мосье Малюрель, того рабочаго, которому вы предпочли Шакорнака...

Малюрель. Да, да... того, который во главѣ...

Водре. Можетъ быть, мнѣ не откажутъ въ моей просьбѣ теперь, когда я болѣе не министръ!

Всѣ. Не министръ?

Водре. Письмо, которое я послалъ къ президенту, заключаетъ въ себѣ просьбу объ отставкѣ. Наконецъ-то я вырвался изъ этого ада!..

Лиссакъ. Вымощеннаго твоими добрыми намѣреніями!..

Малюрель (съ презрѣніемъ). Отставной!.. Дрянцо!

Г-жа Малюрелъ. Побѣжимъ скорѣе къ Грале! (Оба поспѣшно уходятъ).


(Водре сидитъ направо и держитъ руку Адріенны. Лиссакъ улыбается, глядя на нихъ).


Лиссакъ (самъ съ собою). А все таки жизнь презабавная вещь!


"Изящная Литература", No 8, 1883