# Родриг. Из трагедии "Сид"

Пьер Корнель

Перевод Николая Гербеля.

ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ СТИХОТВОРЕНІЙ

НИКОЛАЯ ГЕРБЕЛЯ


ТОМЪ ПЕРВЫЙ


САНКТПЕТЕРБУРГЪ.

1882.


http://az.lib.ru


КОРНЕЛЪ.


Изъ ТРАГЕДІИ "СИДЪ".


РОДРИГЪ.


Но наконецъ сонмъ звѣздъ, который заблисталъ,

Намъ тридцать парусовъ съ приливомъ показалъ.

Подъ ними волны вверхъ вздымалися и выли --

И вскорѣ океанъ и мавры въ портъ вступили.

Идутъ -- вкругъ ни души, повсюду тишина:

Высокій берегъ и устъ, безжизненна стѣна.

Молчанье наше ихъ приводитъ въ заблужденье:

Что ихъ не ждали -- въ томъ не можетъ быть сомнѣнья!

Но вотъ они уже у пристани стоятъ

И въ руки нашихъ войскъ предать себя спѣшатъ.

Тогда мы всѣ съ земли встаёмъ въ мгновенье ока

И къ небесамъ нашъ кликъ возносится высоко.

Отвѣтивъ на сигналъ враговъ съ ихъ кораблей,

Встаёмъ предъ ними мы на ужасъ ихъ очей.

Въ сраженье не вступивъ, они уже трепещутъ,

И -- съ мыслію спастись -- на море взоры мещутъ.

Алкая грабежа, они нашли войну!

Мы ихъ тѣснимъ къ волнамъ, чтобъ всѣхъ пустить ко дну --

И прежде чѣмъ они въ ряды стать успѣваютъ,

Удары наши ихъ сражать ужь начинаютъ;

Но скоро вкругъ себя сбираютъ ихъ вожди --

И мужество опять у каждаго въ груди.

Стыдъ -- пасть, не обнаживъ оружья, прекращаетъ

Волненье въ ихъ рядахъ и духъ ихъ укрѣпляетъ.

Двуострые мечи "новь блещутъ въ ихъ рукахъ,

Но скоро и они склоняются во прахъ

И превращаютъ портъ, свой флотъ и берегъ моря

Въ іюля кровавыхъ битвъ, страданія я горя.

О, сколько славныхъ дѣлъ погибло въ мракѣ томъ.

Въ которомъ каждый былъ единственнымъ бойцомъ,

Видавшимъ мощь своихъ ударовъ, но не знавшимъ

Считать ли свой отрядъ сразившимъ или павшимъ.

Я самъ, стремясь въ своихъ зажечь душевный пылъ,

Причёмъ взывалъ къ однимъ, другими жь -- предводилъ.

Не вѣдалъ ничего объ этомъ до разсвѣта.

Который намъ блеснулъ улыбкою привѣта

И сдѣлалъ яснымъ нашъ для мавровъ перевѣсъ.

Увидѣли -- и нылъ мгновенно въ нихъ исчезъ;

X увидавъ затѣмъ, что шло къ намъ подкрѣпленье,

Побѣды жажду вмигъ смѣнилъ въ нихъ стыдъ паденья.

Они спѣшатъ къ судамъ, отрѣзываютъ вмигъ

Канаты и, пославъ намъ изступлённый крикъ.

Бѣгутъ, забывъ о томъ подумать межъ своими,

Могли ли ихъ цари спастися вмѣстѣ съ ними.

Такъ страхъ забыть свой долгъ невѣрныхъ побудилъ:

Приливъ принёсъ ихъ къ ламъ, отливъ ихъ уносилъ.

Межь-тѣмъ цари ихъ. здѣсь забытые средь насъ,

Съ остатками бойцовъ своихъ соединясь,

Стоятъ какъ гребни скалъ и продолжаютъ биться.

Напрасно я имъ самъ совѣтую смириться:

Съ мечомъ въ рукахъ они не слушаютъ меня;

Но видя, наконецъ, что воины, стеня.

Всѣ пали возлѣ нихъ недвижны и безгласны

И что усилья ихъ спасти себя напрасны,

Они хотятъ узнать объ имени вождя.

Я называю имъ, взывающимъ, себя.

Услышавши, они немедленно сдаются --

И оба мною вамъ теперь передаются.

Такъ былъ передъ зарёй оконченъ нами бой

За неимѣньемъ лишь бойцовъ передъ собой.


1877.