Крестинин Василий Васильевич
Краткая история о городе Архангельском

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

  

В. В. Крестинин

  

Краткая история о городе Архангельском

  
   Крестинин В. В. Краткая история о городе Архангельском
   М.: ОГИ, 2009.
  
   Содержание
   Сергей Шабалов. Предисловие
   Краткая история о городе Архангельском, сочинена архангелогородским гражданином Васильем Крестининым
   Предуведомление
   Краткая Архангелогородская история
   Прибавление к Архангелогородской истории, описывающей разные перемены Архангелогородского посада
   Предуведомление
   I. Краткая хронологическая роспись Архангелогородской истории
   II. Поименной список градоначальников
   Архангелогородского посада
   III. Архивные списки
   Словарь
  

Предисловие

  
   Василий Васильевич Крестинин (1729--1795) -- выдающийся историк и этнограф Беломорья, труды которого еще не вполне оценены. А ведь книги Крестинина -- в том числе и "Краткая история о городе Архангельском" -- могут послужить источником ценных сведений для всех, кто интересуется прошлым Русского Севера. Эрудиция, литературный дар и сознание своей ответственности как историка -- все это позволяет назвать Крестинина настоящим ученым XVIII века, а не просто талантливым энтузиастом-самоучкой.
   Сын архангельского купца, Крестинин всю жизнь прожил в родном городе, работая в городском магистрате (вначале архивариусом и секретарем) и занимая различные выборные должности. Тем не менее имя его было хорошо известно в научных кругах Санкт-Петербурга. С юных лет он посвятил себя изучению истории и этнографии Двинской земли. В 1759 г. он вместе с Александром Ивановичем Фоминым (тоже купеческим сыном и замечательной личностью) основал в Архангельске "Общество для исторических исследований". Члены этого Общества ("клевреты", как они сами себя называли) стремились "списывать и собирать всякого рода древние исторические доказательства, которые служить могут дополнением Российской всеобщей и быть основанием особливой о здешней стране и городе истории". Многие из найденных ими рукописей были переданы в Академию наук и впоследствии опубликованы. Особенно ценными для отечественной науки оказались находки Двинского летописца, церковных Уставов князей Владимира и Ярослава Мудрого, а также одного из списков Русской Правды.
   Связь с Академией наук Крестинин и Фомин установили благодаря знакомству с известными учеными И. И. Лепехиным и Н. Я. Озерецковским, которые в 1771--1772 гг. путешествовали по Русскому Северу. Именно эти ученые всячески содействовали публикациям памятников, найденных Крестининым и Фоминым. Часть этих памятников была напечатана в "Древней Российской Вивлиофике".
   Работа Крестинина по отысканию старинных рукописей продолжалась долгие годы. Как он пишет, "всё, что чрез дружественное обхождение получить возможно казалось, собирано было прилежно, не щадя в потребном случае расходов". Но искать приходилось только в частных хранилищах, -- "здешние архивы, как лучшее сокровище сих древностей, были нам неприступны". Местные власти во главе с губернатором считали любознательность "клевретов" дерзким вольнодумством. "Тогдашний архангельский губернатор Головцын на подобное вольнодумство взглянул так сурово, что отбил всякую охоту у учредителей Общества проникнуть в архивные тайники" (Огородников С. Ф. Александр Иванович Фомин: по неизданным материалам // Известия Архангельского общества изучения Русского севера. 1910. No 3).
   Около 1780 г. Крестинин прислал в Академию первый свой труд, появившийся в печати, -- "Исторические начатки о двинском народе древних, средних и новых времен" (СПб., 1784). Затем вышли следующие работы Крестинина: "Исторический опыт о сельском старинном домостроительстве двинского народа на Севере" (СПб., 1785); "Начертание истории города Холмогор" (СПб., 1790); "Краткая история о городе Архангельском" (СПб., 1792); "Исторический опыт о внешней торговле государя императора Петра Великого от 1693 по 1719 гг." (помещенный в "Месяцеслове" за 1795 г.). Кроме того, Крестинин опубликовал целый ряд статей, посвященных аборигенам Русского Севера -- самоедам (ненцам). Среди этих статей -- "Краткое географическое известие о земле Самоедской и о состоянии самоедов, обитающих в Архангельском наместничестве"; "Рассуждение о начале и происхождении самоедов"; "Вопросы и ответы о вере самоедской"; "Вопросы и ответы о состоянии земли, обитаемой самоедами, и их промыслы". Эти и другие статьи Крестинина были напечатаны в "Новых ежемесячных сочинениях" за 1786--1792 гг.
   Ему принадлежат также описания Новой Земли и острова Колгуева, две историко-педагогические заметки: "Историческое известие о нравственном воспитании детей у двинских жителей" и "Об употреблении над детьми мужского пола власти родительской и учительской по старинному воспитанию двинского народа". (Кстати сказать, Крестинин живо интересовался педагогикой, был попечителем народных училищ и воспитательного дома в Архангельске, подготовил проекты об учреждении гимназии и о совместном обучении детей различных сословий.) По свидетельству митрополита Евгения, Крестинин сочинил также поэму о Минине и Пожарском, рукопись которой хранилась в его семье (эта поэма, вероятно, не сохранилась). За свои неутомимые и плодотворные исследования Крестинин был избран сначала членом-корреспондентом, а затем и почетным членом Академии наук. В отличие от А. И. Фомина, Крестинин не был богат, поэтому Академия присылала ему небольшие денежные пособия, а с 1791 г. -- пенсию, 200 руб. ежегодно.
   "Краткая история о городе Архангельском" -- главный исторический труд Крестинина. Книга охватывает период от "начала" города, т. е. от 1584 г. до 1780 г. Вероятно, Крестинин думал продолжить свою книгу, потому что в 1790 г. он прислал в Академию "Чертеж ежегодных исторических записок, служащих основанием к продолжению истории города Архангельского". К сожалению, смерть (в 1795 г.) помешала ему осуществить эти планы.
   Книга состоит из "Предуведомления", основной части и "Прибавления". В "Предуведомлении" изложены причины, побудившие автора написать эту книгу, указаны источники, которыми он пользовался, и принципы, которыми он руководствовался в своей работе. Основная часть написана в форме катехизиса: она состоит из 95 вопросов и ответов, разъясняющих самые существенные, по мнению Крестинина, события Архангелогородской истории. "Прибавление" включает в себя Краткую хронологическую роспись главных событий с 1584 по 1780 гг.; Поименный список градоначальников Архангелогородского посада (с характеристикой некоторых из них); и подборку архивных документов -- грамот, доношений и челобитных XVII--XVIII вв.
   Крестинин хорошо владеет литературным языком того времени; язык этот достаточно живой, близкий к разговорной речи; он не перегружен ни канцеляризмами, ни напыщенной риторикой. Автор стремится быть объективным и достоверным, но принимает описываемые события близко к сердцу, и в этом мы видим особую ценность книги. Не так уж много найдется историков, которые, подобно Крестинину, буквально "живут" своим материалом. Оно и понятно: ведь сам Крестинин, его друзья и знакомые являются персонажами этой Истории, значительная часть которой написана по горячим следам. Однако дело не только в этом. Крестинин -- плоть от плоти своего города, он чувствует себя законным наследником его прошлого и ответственным делателем его будущего.
   В "Предуведомлении" к книге Крестинин пишет: "Город Архангельский почтен быть должен, или действительно почитается житницею и сокровищницею Российского Севера в Европе, за множество торгов, стекающихся в нем ежегодно из чужестранных государств и из внутренних областей российских [...] Но признаться в том надлежит, что мы не токмо полныя, но ниже частныя истории о сем городе не имеем". Между тем, продолжает Крестинин, многие события прошлого "истребляются уже забвением в памяти большия части моих сограждан". Это, как он признается, и явилось причиной, побудившей его к написанию книги. Он приводит изречение Цицерона: "Nescire quid antea, quam natus fis, accident, id est semper esse puerum" ("Не знающий того, что происходило до его рождения, всю свою жизнь остается младенцем").
   "Должность историка, истину и искренность наблюдающего в своем деле", обязывает Крестинина опираться на достоверные источники -- "частию на письменные свидетельства и частию на несумнительные сказания исправных свидетелей". Среди этих источников особенно важны "старинные свитки и записки", которые Крестинин самолично добывал (многие из них помещены в "Прибавлении" к книге). Устные сведения он приобретал, опрашивая местных старожилов или "собственными опытами" (работая в органах самоуправления и занимая выборные должности).
   Он считает своим долгом писать без гнева и пристрастия, без человекоугодия: "Того ради извинить меня должны те из моих сограждан, которые в истории моей усмотрят имена своих ближних, ознаменованные непричастными хвалы делами. Мне не можно инако, без потеряния имени беспристрастного историка, делать" (здесь он вновь ссылается на Цицерона). Крестинин утверждает, что в царствование просвещенной государыни Екатерины II у историков появилась возможность писать правдивую историю отечества. Сделав это, они смогут отблагодарить императрицу за счастливые перемены в жизни подданных.
   Разные персонажи, пишет Крестинин, "заслужили своими действиями в Архангелогородской истории разногласную память, соединенную с похвалами и с поношениями нашего посадского народа". Он воздает должное тем своим современникам, которые, по его мнению, "защищали утесненных" и отстаивали "законные гражданские вольности" (среди них, например, Иван Исакович Фомин -- отец его друга Александра Фомина). В то же время Крестинин с печалью констатирует: "В нынешнем веке наш Архангелогородский посад тем нещастлив, что в нем из главных купцов и капиталистов не было мужей добродетельных, соединяющих собственную пользу с общим благом". Первостатейные купцы, как пишет Крестинин, "озлобляли гражданство", во-первых, "насильными и пристрастными выборами", во-вторых, "злоупотреблением мирских денег". Выборы, по свидетельству Крестинина, происходили так: городские старосты собирали граждан в мирской избе, запирали их там и держали под стражей две-три-четыре недели, пока те не подпишут заранее подготовленные бумаги.
   Состояние архангельского "гражданства" в XVII--XVIII веках было самым плачевным: это было "общество, обременяемое умноженными казенными службами, оскудевающее, отягчаемое поборами, изнуряемое действиями канцелярских и приказных людей". Местное начальство, как правило, представляло собой галерею тиранов и лихоимцев. Взять, например, вопрос 47: "За какие обиды началась тяжба Архангелогородского посада против майора и полицмейстера Петра Вельского и чем оная окончилась? Ответ. За ненасытное лихоимство Вельского, за лютые его против граждан вообще поступки и за бесчеловечное увечье архангелогородского первостатейного купца Николая Свешникова, измученного страшными Вельского побоями ночью, в самой полицмейстерской конторе, начал посад сию, с великим трудом приведенную к окончанию в 1764 году, тяжбу, за которою безвозвратное лишение всех чинов злонравного оного полицмейстера последовало".
   Примечательно, что народ архангельский не "безмолвствовал", -- посадские боролись за свои права и нередко добивались успеха. Крестинин рассказывает, например, как "мужественные, добродетельные и почтенные архангелогородские граждане Петр Григорьевич Латышев и Иван Исакович Фомин произвели многотрудным своим подвигом, с разными, за общее благо претерпенными в продолжение четырех годов напастьми, щастливое восстановление гражданския всего посада вольности", одержав победу над тиранией всесильного купца Антона Бармина.
   Едва ли не главную причину всех бед и нестроений Архангельска Крестинин видит в невежестве властей. Так, он пишет: "Надлежит сказать не без огорчения, что в предреченных наших начальниках ни единого не было прямого наук любителя. Из них же один токмо ратман Пругавин обучен был арифметике". Отсутствие хороших судей и приказных Крестинин объясняет убожеством народного образования. В своей книге он не раз упоминает тогдашнего губернатора Головцына -- судя по всему, тупого невежду и ретрограда. Именно Головцын, несмотря на все просьбы к нему, препятствовал Крестинину и его друзьям -- членам исторического Общества -- изучать городские архивы.
   Описывая историю городской общины Архангельска, Крестинин устанавливает прямую связь между невежеством и несвободой: "Вопрос 29. Какое было состояние законныя гражданския свободы Архангелогородскаго посада под правлением первых бургомистров, бывших прежде основания магистратов? Ответ. Раболепное". "Вопрос 30. Что сему невольническому состоянию гражданства было причиною? Ответ. Народное невежество, явственное тем, что большая часть посада состояла тогда из неграмотных людей, и в делах гражданского правления неискусных. Исправление разума наших сограждан ведением столь было медлительно, что в Архангелогородском посаде даже до 1766 года не знали, как должно в мирских делах большинством голосов одерживать верх над силою и злобою богатых".
   Главный герой Крестинина, которого он называет "гражданином", -- это средней руки предприниматель, живущий между молотом и наковальней: с одной стороны на него давит государство в лице местных властей, а с другой -- так сказать, "акулы бизнеса". Но из книги Крестинина видно, что его "гражданин" сознает свои права и борется за них. Как известно, Русский Север не знал крепостного права. Земледелие здесь по природным условиям не могло развиваться. Поморы -- купцы и промышленники, охотники на морского зверя -- вели совершенно другой образ жизни и обладали совершенно иной психологией, чем крестьянство средней полосы. Кроме того, Архангельск сделался "окном в Европу" задолго до Петербурга: здесь с конца XVI века существовал "немецкий посад", то есть поселение иноземных торговцев. Все это послужило историческими предпосылками для формирования особого типа русского человека -- деятельного, относительно независимого, обладающего чувством собственного достоинства.
   Необходимо отметить, что сам Крестинин всю жизнь был активным поборником гражданских прав, не раз вступал в конфликты с губернатором и "первостатейными купцами", избирался посадским старшиной (с 1769 по 1786 гг.) и заседателем в совестном суде. За "дерзкие изречения против начальствующих лиц" он (в 1795 г.) был даже арестован и приговорен к телесному наказанию с последующей высылкой в Иркутскую губернию. Только смерть избавила его от жестокой расправы.
   Но Крестинин вовсе не был вольнодумцем и "фармазоном": он не скупился на похвалы просвещенной государыне Екатерине II, "матери отечества", и отстаивал такой порядок вещей, когда "изъявляется не страх к народу со стороны власти и начальства, но человеколюбие и милость". Философия Крестинина выражена в простых и ясных словах: "Слабые обыкновенно от воли сильных зависят. Но воля человеческая, вообще одаренная свободностию, производит или добрыя, или худыя дела".

Сергей Шабалов

  

Краткая история о городе Архангельском, сочинена архангелогородским гражданином Васильем Крестининым

  

Предуведомление

  
   Город Архангельский почтен быть должен или действительно почитается житницею и сокровищницею Российского Севера в Европе, за множество торгов, стекающихся в нем ежегодно из чужестранных государств и из внутренних областей российских, соединяющих и разделяющих российские и иностранные товары, различного вида и цены, нужные полезные и приятные для человеческия жизни. Сие преимущество нашего приморского и торгового города доказывают прежние и нынешние уставы и обращения торгов сего места. Для того история города Архангельского не одним токмо гражданам сего места необходима, но и самым правительствующим особам быть излишною не может {"Знание истории и географии политической нужно всякому, а необходимо дворянину". В указах 1762 года Императрицы Екатерины Вторыя.}. Но признаться в том надлежит, что мы не токмо полныя, но ниже частныя истории о сем городе не имеем.
   Полная история сего славного города по торговле долженствует нам представить сугубые дела природных россиян и иностранных гостей европейцев, жителей архангелогородских. Состояние и перемены Архангелогородского посада относятся к первой части истории нашего города; ко второй же -- общество чужеземцов, поселившихся в сем городе в конце шестого-на-десять века (XVI в.). История сего иностранного коммерческим кредитом знаменитого общества, которое назвать можно вольным немецким Архангелогородским посадом, тем большего внимания достойна, чем сие достоверно, что оная неразрывную имеет связь с общею историею о коммерции Российского государства.
   Время, все снедающее, сохранило, по счастию, без истребления часть старинных архивных свитков и записок двух предыдущих столетствий, историю объясняющих двух предреченных Архангелогородских посадов, российского и немецкого. Я начал из сих верных свидетельств сочинять Архангелогородскую летопись, по окончании моими трудами первыя части исторических начатков о двинском народе. Новую сию летопись продолжил я от самого начала нашего города, то есть от 7092 [1584] года по 7175 [1667] год, с показанием на каждое десятолетие исторических свидетельств. Но сей пространный труд без окончания оставить принудили меня новые упражнения, по должности судейской на меня возложенные. Между тем не пропускал я праздные часы употреблять на сочинение настоящего начертания Архангелогородския истории, представляющего главные перемены нашего Архангелогородского посада. По краткости сего сочинения нет нужды показывать в продолжение оного исторические свидетельства, но упомянуть об оных вообще в настоящем предисловии обязывает меня должность историка, истину и искренность наблюдающего в своем деле.
   Все повествуемые мною, в настоящем начертании Архангелогородския истории, деяния нашего посада и приключения городовые, происшедшие прежде 1700 года, утверждаются старинными свитками и записками, в собственных моих руках или под моим ведомством обретающимися. Повествования же о делах первыя половины нынешнего века имеют свое основание частию на письменных свидетельствах, и частию на несумнительных сказаниях исправных свидетелей. Затем градские приключения, последовавшие в течение настоящия 18 века половины, доказательны свидетельствами магистратския и гражданския архивы. Малое число приключений, которые письменных доводов не имеют, но исторической памяти достойны и по самому своему производству гласные, занимают место в нашей городовой истории.
   По моим примечаниям в нынешнее время пятьдесят седьмого года моея жизни, главные дела нашего гражданства, бывшие перед сим временем за пятьдесят и за тридцать лет, истребляются уже забвением в памяти большия части моих сограждан. Сие обстоятельство есть главною причиною, побудившею меня сочинить сию краткую историю нашего города, дабы сограждане мои не могли оскудевать в той части человеческого познания, которая незнающих ее доброты в стыд, по словам Цицерона, приводит: Nescire quid antea, quam natus sis, accident, id est semper esse puerum {Cicero de Oratore, n. 20.}. "Кто достопамятных бытностей на свете не знает, что прежде рождения его происходило, тот завсегда разумом младенец". Я в том не сумневаюсь, что добрые мои сограждане не преминут сравнивать прежние приключения своих дедов и отцов с теми благополучными переменами счастливого нашего века, которые в общих чиноположениях и в средствах пропитания граждан произведены законами Ее Императорского Величества Екатерины Вторыя, Великия Матери отечества. Благодарность наша ко Престолу Ея Величества {"Со стороны Престола поставляем Милосердие за основание законов и открываем дорогу к достижению правосудия; со стороны же любезных подданных наших ожидаем благодарности и послушания; чрез что сохранится благоденствие, тишина и спокойство государственное". Императорский манифест декабря 14 дня 1766 года.} долженствует возбуждать свое действие историею отечества.
   Новые Ее Императорского Величества законы {Большой наказ Комиссии Нового уложения. Глава VIII. Статья 81. Глава XX. Статья 484.} оживили в градах российских древний закон истины, данный всем и во все времена историкам вообще. Собственная сила сего закона в том состоит, что "каждый летописатель должен не помрачать свою повесть или отъятием истины, или присовокуплением лжи, по причине или человекоугождения, или человеконенавидения {Quis nescit, primam esse Historiae Legem, ne quid Falsi dicere audeat, deinde ne quid Veri non audeat, ne qua Suscipio Gratiae fit in scribendo, ne qua Simultatis. Haec scilicet fundamenta nota sunt omnibus. Cicero in Oratore, Libro II.}. Того ради извинить меня должны те из моих сограждан, которые в истории моей усмотрят имена своих ближних, ознаменованные непричастными хвалы делами. Мне не можно инако, без потеряния имени беспристрастного историка, делать; но им в сем случае прилично ободрять себя здравым рассудком изображенным, в прекрасных российского Вергилия стихах:
  
   В спокойстве чтите вы предписанную часть.
   Когда похвальных дел вы ходите по следу,
   Не подражая в зле ни сроднику, ни деду,
   Когда противна вам неправда, злоба, лесть,
   И в сердце царствует правдивость, совесть, честь,
   Премена зла в добро явится дело чудно,
   И за попрек хвалу вам заслужить нетрудно.
   А вы, что хвалитесь заслугами отцев,
   Отнюдь отеческих достоинств не имев,
   Не вас, заслуги их по правде прославляю,
   Ни злости не страшусь, ни требую добра:
   Не ради вас пою, для правды1 и проч.
   1 Петр Великий, героическая поэма Михаила Ломоносова, песнь I, стих 296 и след.
  
   Несовершенство единого историка исправляется совершенством другого. Общее сие правило для историческия истины наблюдать нужно. Я желаю, дабы по сему правилу настоящее мое сочинение приведено было в совершенство людьми просвещенного разума, старающимися расширением наук расширить общую пользу отечества. Писано в городе Архангельском, 1785 года в месяце июле.
  

Краткая Архангелогородская история

  
   Вопросите дней первых, бывших прежде вас.
   Второзаконие, Глава IV, Стих 32.
   Вопрос 1. Где стоит город Архангельский?
   Ответ 1. При реке Двине на правой стороне, в 42 верстах от Белаго моря, под 64 градусом 34 минутами северныя широты.
   Вопрос 2. Место, на котором стоит город Архангельский, как называлося в старину прежде сего города?
   Ответ 2. Пур-Наволок. Разумеется же под сим собственным именем мыс двинского берега, примечания достойный по тому, что Двина-река при оном разделяется на разные устья, в море протекающие между островами.
   Вопрос 3. Какое было на сем месте селение прежде города?
   Ответ 3. Монастырь Архангельский, древностью все московские монастыри превосходящая обитель, построенная во втором-на-десять столетствии (XII в.) в земле Заволоцкой, названной после, по имени реки, Двиною.
   Вопрос 4. Что подало причину к строению города Архангельского?
   Ответ 4. Заведенные на Двине российские с англичанами и голландцами торги, посредством мореплавания сих иноземцев.
   Вопрос 5. Когда и кто открыл путь из Европы морем к двинским берегам для торговли?
   Ответ 5. Англичане, пришедшие в 1553 годе по морю на корабле к Николаевскому или Карельскому Двинскому устью и монастырю, при котором прежде города иностранные торги тридцать лет продолжались.
   Вопрос 6. Когда и чьим повелением город Архангельский построен?
   Ответ 6. Заложен 1584 года, повелением Государя Царя Иоанна Васильевича Второго {Царь Иоанн IV Васильевич здесь назван вторым по счету Иоанном Васильевичем после деда, Иоанна III Васильевича (примеч. ред.).}, или Грозного.
   Вопрос 7. Как проименован сей новый город в начале?
   Ответ 7. Новохолмогорским городом, потом прозван Архангельским, по монастырю сего ж имени.
   Вопрос 8. Какое было первое городское здание на Пур-Наволоке?
   Ответ 8. Острог, то есть деревянная крепость, около Архангельского монастыря построенная, а с наружности рвом укрепленная, превратившимся уже в болото, видимое близ нынешних церквей, Троицкой соборной и Воскресенской приходской.
   Вопрос 9. Какие еще при начале города построены были здания достойные примечания?
   Ответ 9. Два гостиные деревянные двора, русской и немецкой, на том же месте, где стоят ныне каменные гостиные дворы.
   Вопрос 10. Которые первые приходские в городе церкви построены вне монастыря и острога?
   Ответ 10. Преображенская и Воскресенская, деревянные, первая принадлежала к Стрелецкому, вторая к Посадскому приходам.
   Вопрос 11. Когда переведены с Карельского устья иностранные торги в сей новый город?
   Ответ 11. В 1587 годе.
   Вопрос 12. Какие первые жители поселились в сем городе?
   Ответ 12. Стрельцы, которые из 200 человек состоящий городской гарнизон в остроге содержали, кроме холмогорских стрельцов.
   Вопрос 13. Откуду первые граждане поселены в сем городе?
   Ответ 13. Первые посадские люди сего города были переведенцы из двинских посадов и волостей, числом 130 семей, в коих самую большую часть составляли деревенские поселяне.
   Вопрос 14. Умели ли они пользоваться в новом портовом городе коммерческими правами?
   Ответ 14. Не умели, по привычке их к скудной деревенской жизни и работе; затем, во времена строгих денежных поборов, оставляли они домы свои пусты, убегали, почитай, все из города, и в окрестных деревнях скрывались. Почему двинские воеводы немалый труд прилагали, утвердить их жительство в городе постоянным.
   Вопрос 15. Долго ли они к сему новому роду жизни привыкали?
   Ответ 15. Более тридцати лет.
   Вопрос 16. Достаточны ли они были именем своим и торгами в 17 веке?
   Ответ 16. Нет! Они торговали одними токмо дешевыми мелочами и съестными припасами, кормилися от постоев, от извозчичества и тому подобных работ.
   Вопрос 17. Каковы были торги сего посада в начале нынешнего 18 века?
   Ответ 17. Скудны. Около 1705 года весь торговый капитал, по таможенным запискам, здешнего посада составлял не более как двенадцать тысяч рублев; а в тоже время некоторые частные из вологодских граждан купцы, по запискам архангелогородской таможни, платили пошлину с товаров, заключающих в себе цену до шести тысяч рублев, и больше.
   Вопрос 18. Какие знатные перемены произошли в городовом строении от начала сего города даже до ныне?
   Ответ 18.

I

   Лета 1637, сгорела половина острога и в нем весь Архангельский монастырь превращен в пепел, построенный после сего пожара в Нячерах на нынешнем месте.
  

II

   Лета 1664, сгорела городская Преображенская церковь, на месте которой другая построенная церковь разобрана, за ветхостию, около 1765 года без восстановления.
  

III

   Лета 1667, сгорели деревянные гостиные дворы, вместо которых каменные, заложенные на другой год в 16 лет построены.
  

IV

   Лета 1670, сгорел до основания весь острог, или деревянная крепость, где жили воеводы в одно летнее время до начала нынешнего века, препровождавшие зиму на Холмогорах.
  

V

   После сего пожара построен новый на том же месте острог, разрушившийся в нынешнем веке.
  

VI

   Четыре большие в нынешнем веке пожары разоряли город 1724, 1738, 1753 и 1777 года.
  

VII

   Все каменные церкви в городе построены в нынешнем веке.
  
   Вопрос 19. Вместо прежде бывшия деревянныя крепости, или острога, чем город защищается в нынешнее время?
   Ответ 19. Во-первых, Новодвинскою крепостию, построенною в 18 верстах ниже города; во-вторых, военным адмиралтейством.
   Вопрос 20. Когда сия крепость основана и по какому повелению?
   Ответ 20. Новодвинская крепость основана в 1701 годе, по высочайшему повелению Государя Императора Петра Великого, бывшего в севере на Двине троекратно. Нападение шведов; того же года против сея крепости, пришедших воевать на двух фрегатах и яхте, окончилося пленением фрегата и яхты неприятельского флота, возвратившегося в свою землю из Белого моря без успеха в пяти кораблях военных.
   Вопрос 21. В которые годы было пришествие на Двину и к городу Архангельскому Государя Императора Петра Великого?
   Ответ 21. Первое пришествие сего великого монарха в здешнюю страну было 1693 года, второе 1694 года, третие 1702 года.
   Вопрос 22. Что еще случилося достопамятное в северном путешествии Петра Великого?
   Ответ 22. Основание российского купеческого флота на двинских берегах 1694 года, открытое тем, что первый царский купеческий корабль, построенный на Двине и российскими казенными товарами нагруженный, отправлен был в помянутом 1694 годе, от города Архангельского в Голландию; чем доказывается старшинство в заведении купеческого флота перед военным, начавшимся на донских берегах в 1696 годе.
   Вопрос 23. Где последо