# По поводу внутренних вопросов

Сергей Николаевич Кривенко

## ПО ПОВОДУ ВНУТРЕННИХЪ ВОПРОСОВЪ.


Стремясь къ богатству и пріобрѣтая для этого деньги, люди должны нетолько такъ или иначе пріобрѣтать ихъ, но и постоянно прятать другъ отъ друга... То какъ звѣрь, зарывающій пищу, они зарываютъ ихъ въ землю, то призываютъ всю свою изобрѣтательность и придумываютъ для нихъ разныя хранилища -- потайные ящики, желѣзные шкафы, замки со звономъ и т. п.; они проносятъ ихъ подъ полой, озираясь во всѣ стороны, и не спятъ ночей, испытывая при этомъ несомнѣнныя муки; они возводятъ для нихъ цѣлыя цитадели и оберегаютъ ихъ штыками и ружьями. Сохранить деньги бываетъ сплошь и рядомъ гораздо труднѣе, чѣмъ пріобрѣсти, въ особенности, если пріобрѣтеніе совершается не путемъ тяжелаго труда, не позволяющаго обыкновенно дѣлать сбереженій, а какъ-нибудь экстренно, при помощи высшихъ способностей и разныхъ случаевъ, которыхъ такъ много въ капиталистическомъ режимѣ. Много было потрачено человѣческой мысли на прятаніе денегъ, прежде чѣмъ были придуманы кредитныя учрежденія, гдѣ деньги нетолько сохраняются, но и приростаютъ еще процентами. Цѣлость денегъ въ банкахъ гарантируется ихъ уставами, утверждаемыми правительствомъ, основнымъ и запаснымъ капиталами, круговою порукою акціонеровъ, добросовѣстностью и состоятельностью директоровъ, коллегіальнымъ составомъ правленій, ревизіонными комиссіями и совѣтами, нерѣдко имуществомъ цѣлыхъ городовъ, иногда отвѣтственностью всего государства и почти всегда уголовными законами. Казалось бы, все такъ хорошо устроено и предусмотрѣно, что собственники денегъ могли бы, наконецъ, спать спокойно; но не тутъ было: всегда находятся люди, которые съумѣютъ во всемъ найти слабыя стороны и воспользоваться ими для собственнаго благопріобрѣтенія или просто для потребленія и расточенія. Стоя на той же самой почвѣ, на какой стоитъ и общество, они ставятъ его нерѣдко въ туникъ, въ невозможность изобрѣсти что-нибудь по части дальнѣйшей предусмотрительности и приводятъ такимъ образомъ неудовлетворительный порядокъ вещей къ самоотрицанію, причемъ, само собою разумѣется, они не заслуживаютъ за это одобренія и признательности, въ особенности со стороны современниковъ, заинтересованныхъ въ сохраненіи даннаго порядка вещей. Къ числу такихъ несомнѣнно талантливыхъ людей принадлежитъ и г. Иванъ Гавриловичъ Рыковъ, сначала основатель, а потомъ опустошитель скопинскаго банка, одного изъ самыхъ большихъ нашихъ банковъ, который, наконецъ, лопнулъ.

Я говорю наконецъ лопнулъ потому, что этому давно уже слѣдовало случиться. О томъ, что дѣла скопинскаго банка идутъ неправильно, говорилось не разъ, и говорилось совершенно открыто. Скопнискій городской банкъ, благодаря ловкости и пронырливости г. Рыкова и умѣнью его заручиться содѣйствіемъ кого слѣдуетъ, о которыхъ начинаютъ обыкновенно говорить уже послѣ того, какъ ловкій человѣкъ обдѣлаетъ свои дѣла, былъ только по имени городскимъ банкомъ маленькаго уѣзднаго городка Рязанской губерніи. Онъ распространялъ свои операціи, подобно нѣкоторымъ другимъ банкамъ, на всю Россію и соперничалъ размѣрами своихъ операцій съ самыми большими столичными банками, оставляя ихъ зачастую позади себя. Основной капиталъ его равнялся къ 1-му января 1880 года 1,007,000 руб., а сумма ввѣренныхъ ему вкладовъ достигала огромнѣйшей цифры 10,212,000 рублей. Въ 1881 году обороты банка простирались до 41 милл. руб., а вкладовъ числилось болѣе 12 милл. руб. Такой суммы вкладовъ не имѣли банки, имѣвшіе гораздо большіе основные капиталы, какъ напримѣръ, С.-Петербургскій Частный. Коммерческій Банкъ, основной капиталъ котораго равняется 5 милл. руб., не говоря уже о банкахъ болѣе мелкихъ. Большіе дивиденды и высокіе проценты, которые г. Рыковъ выплачивалъ вкладчикамъ, привлекали въ банкъ и землевладѣльцевъ, ликвидировавшихъ въ нынѣшнее трудное для хозяйства время свои имѣнія, не дававшія 7% дохода, и торговцевъ, и спекулянтовъ, и духовныхъ особъ, и ремесленниковъ, и чиновника, скопившаго на службѣ тысченку-другую, и какую-нибудь несчастную вдову, принесшую въ банкъ весь свой капиталъ, состоявшій изъ какихъ-нибудь 200--300 рублей и т. д. О пріемѣ банкомъ вкладовъ, въ размѣрахъ превышавшихъ установленное уставомъ отношеніе ихъ къ основному капиталу, неоднократно заходила рѣчь, но г. Рыковъ всегда отправлялся въ такихъ случаяхъ въ Петербургъ, гдѣ-то хлопоталъ, бѣгалъ и все продолжало идти по старому. Не одна петербургская канцелярія видѣла плотную фигуру этого дѣльца, хлопотавшаго то о какомъ-нибудь училищѣ, то о какой-нибудь богадельнѣ, а между прочимъ выхлопатывавшаго себѣ какую-нибудь привилегію. Высокіе дивиденды и проценты на вклады, значительно превышающіе дивиденды и проценты другихъ банковъ, не разъ были вѣрнымъ признакомъ спекулятивнаго направленія и вообще ненормальнаго положенія банковъ. Сколько разъ объ этомъ писалось, сколько примѣровъ этому приводилось изъ исторіи банковыхъ кризисовъ въ Европѣ и Америкѣ, но общество оставалось глухо къ этимъ предостереженіямъ и неудержимо гналось за приманкой, можетъ быть, даже зная, что проценты эти выдаются не изъ дѣйствительныхъ прибылей, а изъ тѣхъ же вкладовъ и неприкосновеннаго банковаго капитала.

Зловѣщіе вороны, въ видѣ газетныхъ корреспондентовъ, давно уже начали летать надъ скопинскимъ банкомъ и каркать объ его погибели, но встрѣчали постоянно въ высшей степени рѣшительный отпоръ со стороны гг. Рыкова, скопинскаго городскаго головы Иконникова и разныхъ другихъ прочихъ ихъ сотрудниковъ и покровителей. Долго они отгоняли ихъ, шумѣли на нихъ и махали помеломъ, воображая, что предотвращаютъ бѣду. Не далѣе какъ въ половинѣ августа настоящаго года въ "С.-Петербургскихъ Вѣдомостяхъ" появилась такая телеграмма изъ Скопина: "Нѣсколько враждебныхъ къ скопинскому городскому банку лицъ въ послѣднее время помѣщаютъ въ нѣкоторыхъ газетахъ корреспонденціи, относящіяся до скопинскаго городского общественнаго банка, въ которыхъ выражаютъ разные противъ того банка пасквили, объясняя, между прочимъ, что означенный банкъ ведетъ будто бы свои операціи неудовлетворительно; эти извѣстія распространяются въ печати съ цѣлью подорвать черезъ нихъ довѣріе вкладчиковъ къ скопинскому банку; въ виду этого правленіе означеннаго банка долгомъ считаетъ покорнѣйше просить многоуважаемую редакцію "С.-Пет. Вѣд." напечатать въ ближайшемъ нумеръ своего изданія, что означенныя корреспонденціи заключаютъ въ себѣ одну только ложь, такъ какъ скопинскій банкъ, какъ прежде производилъ, такъ и въ настоящее время производитъ свои операціи раціональнымъ образомъ. Директоръ городскаго общественнаго банка Рыковъ".

Городской голова, г. Иконниковъ, опровергая слухи о назначеніи слѣдствія по дѣламъ банка, телеграфировалъ въ тотъ же день: "Банкъ попрежнему производитъ свои операціи". "Какія это были операціи, замѣчаетъ поэтому поводу "НовоеВремя":-- "городской голова хорошо зналъ, но онъ находилъ ихъ правильными, и вмѣшательству суда не было мѣста" (No 2365). Меньшинство гласныхъ скопинской думы неоднократно пыталось добиться ревизіи и получить данныя о дѣйствительномъ положеніи банка; но всѣ старанія его въ этомъ направленіи оставались тщетными. Городской голова и думское большинство, при преобладаніи въ составѣ гласныхъ купечества и ихъ прикащиковъ, было на сторонѣ г. Рыкова.-- Жалобы по начальству также ни къ чему не приводили. Еще до поводу отчета банка за 1868 и 69 годы многіе скопинскіе жители жаловались рязанскому губернатору, министру финансовъ, г. Рейтерну, и министру внутреннихъ дѣлъ, г. Тимашёву, объясняя, что дѣла банка настолько идутъ неправильно и плохо, что "болѣе двухъ милліоновъ векселей можно считать совершенно безнадежными". Но всѣ эти жалобы, послѣ справокъ черезъ губернское правленіе у сколинской думы, остались безъ послѣдствій, и мало того: безпокойнымъ людямъ было оффиціально объявлено, чтобы они "не утруждали напрасно высшее начальство, а подавали свои жалобы въ городскую думу" ("Нов. Вр."), т. е. туда, гдѣ на ихъ заявленія и протесты не обращалось никакого вниманія. Заходила рѣчь о неправильныхъ дѣйствіяхъ банка и на петербургскомъ промышленномъ съѣздѣ 1870 г., бывшемъ во время промышленной выставки, но слава огромныхъ оборотовъ банка стояла такъ высоко, а защитники банка говорили такъ краснорѣчиво, что критики, порицатели и даже простые скептики должны были смолкнуть, совершенно затопленные потоками ихъ краснорѣчія. Печать также словно была импонировала успѣхами банка, боясь преслѣдованій за клевету, диффамацію и даже за неблагонамѣренность и слишкомъ мрачный взглядъ на вещи, не пускалась въ обличеніе. Банкъ точно нарочно былъ устроенъ вдали отъ безпокойной пишущей братіи; со многими передовиками, фельетонистами и редакторами изъ газетнаго міра г. Рыковъ былъ знакомъ лично и, конечно, кромѣ отчетовъ, гдѣ все и всегда обстоитъ благополучно, ничего имъ не показывалъ и не разсказывалъ, а напротивъ всегда распространялся на благородныя общественныя темы, на счетъ какихъ-нибудь училищъ, больницъ, водопроводовъ, процвѣтанія города, и т. п. Изъ однихъ отчетовъ многаго, конечно, не извлечешь: въ 1874 г., напримѣръ, "часть вкладовъ, по выраженію "Рус. Вѣд.", была затронута (точно рукавомъ, въ видѣ опыта); но потомъ, вслѣдствіе ли какого-нибудь внушенія со стороны кредитной канцеляріи или просто вслѣдствіе добраго совѣта друзей, дефицитовъ въ отчетахъ уже "не показывалось" (No 273). Но разскажемъ болѣе подробно исторію крушенія скопинскаго банка -- она небезъинтересна, какъ сама по себѣ, такъ и по сопровождавшимъ ее обстоятельствамъ. Еще интереснѣе было бы, разумѣется, разсказать полную исторію возникновенія и дѣятельности этого банка -- въ ней, какъ въ малой каплѣ водъ, отразилась бы невзрачная картина нашей недавней дѣйствительности, съ взаимными отношеніями другъ къ другу обывателей, капиталистовъ а администраціи; но для такой исторіи не наступило еще время и не имѣется необходимыхъ матерьяловъ. Первыми исторіографами скопинскаго банка будутъ, конечно, гг. судебные слѣдователи и прокуроры, которые будутъ руководить слѣдствіемъ и поддерживать обвиненіе на судѣ, но это будетъ только опытъ исторіографіи, необходимо не полный; многое могли бы разсказать (вѣроятно, и разскажутъ впослѣдствіи) и нѣкоторые сторожили, если только, конечно, не перезабыли кое-чего и не постѣснятся разсказывать, и больше всѣхъ, конечно, могъ бы разсказать самъ г. Рыковъ, 19 лѣтъ управлявшій банкомъ, о которомъ всѣ такъ много слышали и закулисную сторону котораго такъ мало знаютъ.

Мы знаемъ пока о скопинскомъ банкѣ очень немного: знаемъ, что основался онъ по иниціативѣ купца Рыкова, съ основнымъ капиталомъ въ 10,000 руб. (изъ которыхъ городской общественный капиталъ не превышалъ 8 т. р., а остальная сумма была дополнена самимъ г. Рыковымъ или близкими его) и что, по утвержденіи устава, онъ былъ избранъ директоромъ банка. Мы знаемъ, что онъ принималъ участіе черезъ мѣстныхъ торговцевъ, а можетъ быть и черезъ подставныхъ лицъ, на собственный страхъ, въ хлѣбныхъ спекуляціяхъ, центрами которых.. были Москва, Моршанскъ и Козловъ, гдѣ образовались цѣлыя партіи скупщиковъ и перекунщиковъ хлѣба. Вначалѣ, скопинцы наживали хорошія деньги, но потомъ, вслѣдствіе переполненія рынка и разныхъ другихъ причинъ, оказались въ убыткѣ, потерявъ значительныя суммы въ банкѣ, которыя въ отчеты, конечно, не вносились и которыя расчитывали пополнить переписываніемъ векселей... Затѣмъ, въ концѣ шестидесятыхъ годовъ, когда предпринимательная и спекулятивная дѣятельность въ особенности оживилась, когда въ Петербургѣ и Москвѣ шла биржевая игра и въ какой-нибудь часъ наживались десятки и сотни тысячъ, г. Рыковъ принялъ участіе и въ ней. Игра желѣзнодорожными акціями -- Рыбинско-Болотовской, Тамбовско-Козловской, Либавской и другихъ дорогъ -- принесла банку не мало прибылей, но гораздо больше отъ нея, конечно, выиграли близкіе къ банку люди. Игра велась на милліоны рублей. Затѣмъ, подоспѣла учредительская горячка, преимущественно въ Москвѣ, по части учрежденія разныхъ акціонерныхъ предпріятій, съ фиктивными капиталами, а порою и фиктивными цѣлями, которымъ г. Рыковъ также оказывалъ поддержку. "Въ этомъ водоворотѣ Скопинскій банкъ потерялъ едвали не болѣе милліона рублей и оставилъ въ своихъ рукахъ массу негарантированныхъ бумагъ, за которыя впослѣдствіи выручилось по полтинѣ за рубль и даже менѣе, а многія заложенныя въ банкѣ оказались вовсе пропавшими". ("Рус. Вѣд." 276). Когда спекулянтъ теряетъ на какой-нибудь спекуляціи, то онъ невольно уже стремится наверстать потерю на какой-нибудь другой спекуляціи, не особенно взвѣшивая сопряженный съ нею рискъ и считая только барыши. Расширеніе операцій банка обыкновенно только помогаетъ его популярности, укрѣпляетъ къ нему довѣріе и привлекаетъ вклады. Является возможность дѣлать широковѣщательныя рекламы, выводя внушительныя цифры оборотовъ и прибылей, чѣмъ г. Рыковъ, конечно, и пользовался въ самыхъ широкихъ размѣрахъ: огромнѣйшія рекламы его появлялись не только во всѣхъ большихъ, но и въ маленькихъ провинціальныхъ газетахъ, нетолько въ русскихъ, но и въ нѣкоторыхъ заграничныхъ изданіяхъ. Конечно, все это возможно только до извѣстнаго предѣла, но до какой степени предѣлъ этотъ можетъ быть отдаленнымъ можно видѣть изъ того, что вклады въ скопинскій банкъ продолжали поступать до самаго послѣдняго времени. Банкъ въ теченіи послѣднихъ лѣтъ отказывалъ въ учетѣ солидныхъ торговыхъ векселей на какія нибудь ничтожныя суммы, въ родѣ 3--5 тыс. руб, и, тѣмъ не менѣе, ему посылались огромные вклады. Судьба и въ особенности русская дѣйствительность очень благопріятствовали г. Рыкову. Нормальное положеніе о городскихъ банкахъ, будучи пріятною и вызванною возникавшей потребностью въ промышленной и торговой дѣятельности новинкой, заключало въ себѣ много недосмотровъ, которыми не трудно было воспользоваться; городовое положеніе, давшее въ составѣ гласныхъ явный перевѣсъ купечеству надъ остальнымъ населеніемъ, позволяло подтасовывать выборы и думское большинство въ благопріятномъ для спекулятивныхъ предпріятій смыслѣ, въ смыслѣ безгласносности передо финансовыми тузами и ихъ приближенными, т. е. въ смыслѣ совершеннаго дискредитированія муниципальныхъ порядковъ и самоуправленія. Г. Рыковъ, заручившись въ губерніи, въ Москвѣ и Петербургѣ связями и протекціями, представлялся въ маленькомъ Скопинѣ такимъ неимовѣрнымъ великаномъ и такимъ всемогущественнымъ человѣкомъ, противъ котораго никто не смѣлъ никнуть. Сдѣлавшись коммерціи совѣтникомъ, потомственнымъ почетнымъ гражданиномъ и кавалеромъ многихъ орденовъ (даже персидскаго -- "Льва и Солнца"), онъ возбуждалъ только удивленіе и безграничное довѣріе. Всѣ говорили объ его богатыхъ каменноугольныхъ копяхъ, объ его имѣніи, объ его роскошномъ домѣ, передъ которымъ даже днемъ горѣли огни и, точно соперничая съ ними, ходили павлины; бѣдняки толпились у церковной ограды и на перекресткахъ улицъ, чтобы посмотрѣть и поклониться ему, когда онъ будетъ возвращаться изъ церкви; всѣ видѣли у него важныхъ мѣстныхъ и пріѣзжавшихъ въ Скопинъ особъ и никто, конечно, не предполагалъ, чтобы Иванъ Гавриловичъ могъ когда-нибудь согрѣшить, а тѣмъ болѣе отправиться въ острогъ. Скопинскій банкъ назывался не иначе какъ Рыковскимъ банкомъ. Денегъ для его операцій, послѣ ломки старыхъ кредитныхъ установленій въ концѣ пятидесятыхъ годовъ, послѣ выдачи выкупныхъ свидѣтельствъ, земельныхъ ссудъ и т. д. было вполнѣ достаточно, въ особенности въ первое время, когда банковъ было мало, когда частныхъ банковъ не существовало, государственный банкъ выплачивалъ за свои билеты только 5% а городскіе платили но вкладамъ только 3%. Достаточно было объявить такому солидному, какъ г. Рыковъ, человѣку, что скопинскій банкъ платитъ на вклады 7 и даже 7 1/2%, чтобы капиталы со всѣхъ сторонъ Россіи полились въ Скопинъ, чтобы бѣлое духовенство, монастыри (въ особенности сильно, говорятъ, поплатившіеся теперь), чиновники, помѣщики и даже крестьяне понесли свои сбереженія и благопріобрѣтенія Ивану Гавриловичу.. Многіе, говорятъ, не требовали даже ежегодной выдачи процентовъ и просили присчитывать ихъ къ капиталу. Но разскажемъ лучше процедуру крушенія банка. Она, говоримъ мы, чрезвычайно характерна для нашихъ нравовъ и представляетъ интересъ минуты.

Началось дѣло, какъ и всегда въ подобныхъ случаяхъ бываетъ, разумѣется, съ прекращенія платежей, не съ прямого и открытаго прекращенія, а съ пріостановки выдачи вкладовъ, подъ разными, болѣе или менѣе неблаговидными, предлогами и съ надеждою отсрочить роковой день. Само собою разумѣется, что во время такихъ отсрочекъ принимаются мѣры, чтобы схоронить кое-какіе концы въ воду, спасти что можно изъ собственнаго и благопріобрѣтеннаго имущества, перевести что можно на имя жены родственниковъ, и. т. п., т. е., вообще тѣ мѣры, которыя обыкновенно называются естественными заботами о своемъ будущемъ. Мѣры эти имѣли мѣсто, конечно, и здѣсь, а для принятія имѣлось такъ много времени, что, право, можно было бы удивляться нашей свободѣ для отдѣльнаго липа и уваженію администраціи къ законности и независимости органовъ городского самоуправленія, если бы только это сколько-нибудь гармонировало со всѣмъ остальнымъ и хоть на минуту могло быть пріурочено къ этому источнику. Отдѣльныя случаи задержки и замедленія выдачи вкладовъ вызвали слухи о неудовлетворительности положенія банка; слухи эти ходили уже давно, но за послѣднее время стали держаться въ особенности упорно и стали все чаще и чаще проникать въ печать; а это. въ свою очередь, вызвало усиленное требованіе вкладовъ. Когда требованій было мало, то можно было вновь поступающими вкладами кое какъ удовлетворять старыхъ вкладчиковъ и рекламировать о солидномъ положеніи банка, объясняя происхожденіе слуховъ враждою къ банку, но когда требованій поступило много, то пришлось отмалчиваться. Вкладчики грозили судомъ и жаловались губернской администраціи. Нѣкоторые изъ нихъ сами явились въ Скопинъ, но добиться не только толку, но даже свиданія съ г. Рыковымъ, не могли. Въ банкѣ ничего не знаютъ, а г. Рыковъ то въ отсутствіи, то боленъ, то просто никого не принимаетъ. Изъ суммъ Березинской церкви, козельскаго у., было, наприм., положено въ банкъ 500 руб. на проценты безсрочно, и когда встрѣтилась въ нихъ надобность на церковныя подѣлки, то еще 4-го апрѣля было послано на нихъ требованіе, но до августа отвѣта не было ни отъ г. Рыкова, ни отъ скопинскаго головы, г. Иконникова, къ которому также неоднократно обращались. Тогда мѣстный благочинный, о. Покровскій, вынужденъ былъ уже обратиться къ рязанскому губернатору. ("Русск. Кур. 212). Сумской городской банкъ также не получалъ отвѣта на письма и телеграммы объ уплатѣ 650 р. съ 6 апрѣля по августъ ("Русск. Вѣд." 246) ит п. Нѣкоторымъ вкладчикамъ счастье улыбалось -- оказывалось возможнымъ спустить по пониженной цѣнѣ банковые билеты или подоспѣвалъ новый вкладъ, которымъ ихъ и удовлетворяли, получивъ свои деньги, они впадали иногда въ полное недоумѣніе и случалось что, Донской области, вносили деньги опять въ банкъ. Такъ, напр., одинъ священникъ получивъ деньги, сидѣлъ въ гостинницѣ и проклиналъ всѣ газеты за распространеніе ложныхъ слуховъ о крушеніи банка. Въ это время къ нему явился одинъ изъ служащихъ въ банкѣ и въ разговорѣ предложилъ внести вкладъ обратно, пріобрѣтя банковый билетъ на гораздо большую сумму. Стяжательный батюшка съ радостью согласился на предложеніе, имѣвшее покрыть всѣ его путевые расходы, и получилъ банковый билетъ, но, къ несчастію, газетныя сообщенія оказались вѣрными ("Донск. Гол."). Если вѣренъ нижеслѣдующій разсказъ, то мы можемъ составить себѣ понятіе, какія средства употреблялись въ Скопинѣ для привлеченія вкладчиковъ: "іеромонахъ обители, привезшій весьма значительный вкладъ, прослышалъ кое-что въ Скопинѣ и хотѣлъ было убраться съ деньгами во свояси; Рыковъ зазвалъ его къ себѣ, и, въ минуты чевствоній икоркой съ настойкой", вдругъ... получаетъ телеграмму... "Иванъ Гаврилычъ, примите пожалуйста въ банкъ 50,000 вклада"; принимаетъ; затѣмъ, не успѣлъ Рыковъ пройтись съ монахомъ до другой, приносятъ еще телеграмму: "Ив. Гав. и т. д., примите отъ меня 100,000 руб.". Не успѣлъ Рыковъ пройтись по третьей -- летитъ и 3-я телеграмма: "Ив. Гав.-- 300,000 руб!!." -- "Ну, вотъ, говоритъ Рыковъ монаху -- а утверждаютъ, что мой банкъ потерялъ довѣріе".-- "Ну, такъ ужь возмите и отъ меня 300,000 р., Иванъ Гавриловичъ", говоритъ іеромонахъ, и отдалъ деньги". ("Новое Время 2432).

Когда въ No 199 "Русс. Кур." появилась телеграмма изъ Скопина отъ 21-го іюля, что банкъ осаждаютъ вкладчики и что на 17-е іюля было назначено, для обсужденія дѣлъ банка, собраніе лумы, которое городской голова распустилъ, не дождавшись назначеннаго часа, то г. Иконниковъ 23-го іюля прислалъ экстренное телеграфное опроверженіе, гдѣ называлъ сообщеніе газеты неправильнымъ и бездоказательнымъ, такъ какъ назначенное на 17-е іюля въ 11 час. утра собраніе было распущено имъ въ двѣнадцатомъ часу, на основаніи 63 ст. гор. пол, за неявкою необходимого числа гласныхъ, а относительно вкладчиковъ сообщеніе было будто бы совсѣмъ вымышленнымъ. ("Рус. Кур." 202) На самомъ же дѣлѣ оказалось, что несостоявшееся собраніе, о которомъ идетъ рѣчь, было назначено по предложенію рязанскаго губернатора, опредѣлившаго для созванія его десятидневный срокъ и мотивировавшаго его необходимостью обсудить заявленіе нѣкоторыхъ гражданъ и 6 гласныхъ скопинской думы, по поводу безпорядковъ и злоупотребленій правленія банка; оказалось, что "большинство гласныхъ, какъ крупныхъ должниковъ банка, по предупрежденію директора банка", дѣйствительно, въ собраніе не явились, но что тѣмъ не менѣе городской голова оставилъ засѣданіе ранѣе 11 час., о чемъ и послана была телеграмма г. губернатору, (ib.) Дѣло въ томъ, что гласные подавшіе заявленіе, кромѣ указываемыхъ ими безпорядковъ и злоупотребленій, требовали еще назначенія немедленной ревизіи дѣлъ банка, черезъ посредство не той ревизіонной комиссіи, которая ихъ ежегодно ревизовала, или, вѣрнѣе, только безмолвно подписывала отчеты банка, а составленный изъ людей болѣе свѣдущихъ въ кредитныхъ операціяхъ и при томъ независимыхъ и ничѣмъ не обязанныхъ банку. Само собою, разумѣется, что такое требованіе шло совсѣмъ въ разрѣзъ съ интересами г. Рыкова и причастныхъ къ банку лицъ, а потому его необходимо было провалить или свести на нѣтъ, какъ это на самомъ дѣлѣ и было сдѣлано во вторичномъ собраніи думы, состоявшемся 13-го августа. Когда планъ кампаніи былъ готовъ, то, по-зову директора банка, въ засѣданіе явились всѣ гласные, за исключеніемъ только находившихся внѣ города. Прочитано было упомянутое заявленіе шести гласныхъ, въ которомъ они просили допустить ихъ до ревизіи банка или, въ противномъ случаѣ, избавить ихъ имущество отъ отвѣтственности за цѣлость вкладовъ. Ходатайство это было собраніемъ отвергнуто: ихъ соглашались допустить до ревизіи только при условіи, если они пожелаютъ баллотироваться въ члены ревизіонной комиссіи наравнѣ съ другими. Возразить противъ этого, конечно, было нечего; но очевидно для всѣхъ точно также было и то, что еслибы они стали баллотироваться, то были бы забаллотированы, а потому они предпочли немедленно же оставить засѣданіе. Послѣ этого, несмотря на то, что никѣмъ изъ остальныхъ гласныхъ не возбуждалось вопроса о выборѣ ревизіонной комиссіи, предсѣдатель пригласилъ гласныхъ приступить въ выбору таковой закрытой баллотировкой, опредѣливъ число членовъ ея въ 5 чел.-- Несмотря на протестъ нѣкоторыхъ гласныхъ, находившихъ баллотировку неправильной и отказавшихся отъ нея, выборъ комиссіи состоялся.

Затѣмъ, въ томъ же засѣданіи, прочитана была докладная записка, поданная рязанскому губернатору 20 ноября 1881 г. г. Ряузовымъ, гдѣ говорилось, что еще 3 апрѣля 1881 г. имъ было подано Скопинской думѣ, черезъ городского голову, заявленіе, съ приложеніемъ письменныхъ свѣденій о дѣйствительномъ положеніи банка, сообщенныхъ ему г. Шестовымъ (бывшимъ счетоводомъ банка) и взятыхъ изъ книгъ правленія. По этимъ свѣденіямъ оказывалось, что дѣла банка уже тогда были близки къ крушенію: ничѣмъ необезпеченный кредитъ г. Рыкова равнялся 3,287,429 р., товарищъ директора, кассиръ банка, городской голова и многія другія лица также оказывались акредитованными на огромныя суммы; протестованныхъ векселей въ портфелѣ банка находилось свыше 3,000,000 р. и взысканій по нимъ не производилось; касса и книги банка, со дня его основанія, никѣмъ не контролировались. Поэтому г. Ряузовъ просилъ начальника губерніи понудить думу обсудить переданные имъ городскому головѣ факты. "И вотъ, говоритъ корреспондентъ, чрезъ 16 мѣсяцевъ со дня подачи въ думу заявленія, послѣдняя, наконецъ, приступила къ обсужденію ихъ и постановила произвести разслѣдованіе черезъ посредство новоизбранной ревизіонной комиссіи, или, вѣрнѣе, предать дѣло волѣ Божіей", ибо, какъ каждый изъ гласныхъ думы, такъ и бывшая въ засѣданіи многочисленная публика, были убѣждены, что выборъ въ члены ревизіонной комиссіи "малограмотныхъ должниковъ банка" былъ не болѣе, какъ ловкою изворотливостью дѣльца, съ цѣлью "затянуть и запутать дѣло банка, а также и свалить съ себя долю отвѣтственности" за его приближавшуюся несостоятельность. Всѣ присутствующіе, говоритъ онъ, отлично видѣли, какъ разыгрывались дѣйствующими лицами заученныя заранѣе роли: выборы комиссіи и вообще все сошло такъ удачно, что въ заключеніе спектакля гласные "удостоились милостивой улыбки и пожатія руки знаменитаго директора, а городской голова и секретарь думы публично, тутъ же въ собраніи, троекратнаго лобызанія" ("Рус. Кур." 228).

Между тѣмъ вклады выдавались только безпокойнымъ наличнымъ вкладчикамъ, и при томъ только въ размѣрѣ 50% за рубль, прося ихъ остальную половину отсрочить "на нѣсколько дней"; между тѣмъ въ томъ же августѣ мѣсяцѣ, а именно 15 числа, въ Скопинъ пріѣхалъ прокуроръ московской судебной палаты г. Гончаровъ. Пріѣздъ этотъ произвелъ въ городѣ настоящую панику. По этому поводу ходили настолько разнообразные слухи, что рѣшительно ничего нельзя было понять. Одни говорили, что онъ пріѣхалъ произвести негласное дознаніе о злоупотребленіяхъ банковыхъ заправилъ, послѣ чего должно будто бы было начаться надъ ними судебное слѣдствіе; другіе, наоборотъ, утверждали, что цѣль его поѣздки заключается единственно въ томъ, чтобы ближе узнать, какая потребна сумма для поправленія разстроенныхъ дѣлъ банка (ib.), третьи связывали его появленіе съ донесеніемъ прокурорскому надзору витебскаго полицеймейстера о томъ, что въ апрѣлѣ настоящаго года въ Витебскъ являлся ско пинскій купеческій сынъ С. Г. Оно довъ съ предложеніемъ мѣстному обществу взаимнаго кредита купить у него на 40,000 р. безъимянныхъ билетовъ скопинскаго банка, которые и были куплены (id, 301) и т. д. Торговыя дѣла въ городѣ пріостановились; покупка хлѣбовъ, сравнительно съ прежними годами, сократилась -- коммерсанты, покупавшіе прежде большія партіи, теперь ограничивались ссыпкою одного-двухъ вагоновъ, да и тѣ спѣшили сейчасъ же отправить и Москву; крупные должники банка стали распродавать и выводить въ уѣздъ движимое имущество и товары, словомъ всѣ готовились къ чему-то необычайному (id., 228). А вкладчики тѣмъ временемъ все прибывали и прибывали и продолжали осаждать банкъ просьбами, требованіями, мольбами. Сами банковые дѣльцу уже говорили, что отъ нихъ "отбою нѣтъ". Съ почты получались цѣлыя кипы заявленій и требованій возврата вкладовъ. Одни обращались съ жалобами къ губернатору, другіе къ судебной власти, третьи въ министерство финансовъ, четвертые апеллировали къ общественному мнѣнію, пятые прибѣгали къ какой-нибудь хитрости, шестые старались подѣйствовать на состраданіе банковыхъ дѣятелей, надъ чѣмъ тѣ только хохотали. Драма перемѣшивалась съ водевилемъ, анекдотъ съ дѣйствительностью. Разсказывали, напр., про одного священника, что онъ, желая разжалобить правленіе, писалъ въ послѣдней изъ многочисленнѣйшихъ своихъ просьбъ о возвратѣ вклада, что у него "11 взрослыхъ дочерей -- дѣвицъ, младшей изъ которыхъ 27 лѣтъ, что за эту послѣднюю сватается женихъ, и. такъ какъ единственныя средства для выдачи ихъ въ замужество есть тѣ деньги, которыя положены имъ въ банкъ и которыхъ послѣдній не возвращаетъ, то онъ усерднѣйше проситъ правленіе банка выслать ему деньги, дабы не лишиться возможности сбыть съ рукъ хотя одну изъ дочекъ". Немного спустя въ Скопинѣ собралось за полученіемъ вкладовъ бѣлаго и чернаго духовенства до 800 человѣкъ, такъ что этотъ съѣздъ напоминалъ вселенскіе соборы ("Орловскій Вѣсти.). А г. Рыковъ, между тѣмъ, все продолжалъ рекламировать въ газетахъ, печатая рекламы жирнымъ шрифтомъ, о солидномъ положеніи банка и предлагая обществу всевозможныя услуги и высокіе проценты на вклады. Скопинская публичная библіотека, зависѣвшая отъ правленія банка, не выкладывала, однако, на столы NoNo газетъ, гдѣ печатались эти рекламы, вѣроятно не желая прельщать скбнинцевъ большими процентами ("P. К." 202).

23 Августа, выдача вкладовъ по журнальному постановленію правленія банка, была пріостановлена до 26 числа, о чемъ многочисленные вкладчики, собравшіеся въ банкъ, были извѣщены въ 12 час. особымъ объявленіемъ за подписью директора и членовъ правленія. Вкладчики протестовали шумомъ и угрозами. Одинъ изъ нихъ, говорятъ, закричалъ даже "караулъ!"; а нѣкоторые, уразумѣвъ въ чемъ дѣло, не долго думая и не дожидаясь 26 числа, отправились къ Рязань для предъявленія своихъ требованій черезъ окружной судъ. Члены ревизіонной коммисіи, избранной 13 августа, подали заявленіе объ отказѣ отъ возложенной на нихъ обязанности, при чемъ мотивировали свой отказъ не признаніемъ въ себѣ необходимыхъ для этого способностей (Id, 235). Распродажа товаровъ и вывозъ имуществъ крупными должниками банка продолжались и приняли еще болѣе усиленные размѣры, при чемъ нѣкоторые снимали и увозили даже ризы съ образовъ ("Русс. Кур.", 235). Все это вынудило, наконецъ, начальника Рязанской губерніи послать скопинскому то одесскому головѣ предписаніе о немедленномъ назначеніи и новаго засѣданія думы, для выясненія и обсужденія причинъ неудовлетворенія вкладчиковъ. Засѣданіе это состоялось 3-го сентября и открылось подачею кассиромъ банка, г. Иконниковымъ заявленія объ отказѣ отъ должности. Нѣкоторые просили причесть это заявленіе, думая найди въ немъ какіе нибудь ключи къ объясненію вопроса, для обсужденія котораго собрались: но собраніе отклонило это чтеніе на томъ основаніи, что заявленіе сдѣлано несвоевременно. Затѣмъ былъ прочитанъ документъ г. рязанскаго губернатора, въ которомъ говорилось, что вкладчиками банка подано было болѣе 80 заявленій и просьбъ ему, г. губернатору, прокурору московской судебной палаты и г. министру финансовъ о понужденіи правленія къ выдачѣ вкладовъ. На вопросъ гласнаго Ѳаддѣева -- какая сумма требуется на удовлетвореніе поименованныхъ претензій, секретарь думы отвѣтилъ: 127,000 р., "при чемъ, какъ оказалось впослѣдствіи, онъ предумышленно сказалъ неправду", такъ какъ сумма затребованныхъ вкладовъ простиралась до 560,000 р. ("Русс. Кур.") на дальнѣйшій вопросъ гласныхъ: почему правленіе не удовлетворяетъ такому ничтожному, сравнительно съ общею суммою вкладовъ, требованію, директоръ банка объяснилъ, что это произошло вслѣдствіе появленія въ газетахъ корреспонденцій изъ Скопина, посылаемыхъ злонамѣренными людьми, распространяющими о банкѣ ложные слухи, вслѣдствіе чего явилось такое большое требованіе вкладовъ, что своевременно удовлетворить его нельзя, а потому и просилъ думу всѣ перечисленныя заявленія вкладчиковъ передать въ правленіе для удовлетворенія ихъ по мѣрѣ возможности. Большинствомъ голосовъ предложеніе это было утверждено. Затѣмъ, нѣкоторыми изъ гласныхъ былъ возбужденъ вопросъ: почему секретарствуетъ въ засѣданіи г. Евтихіевъ, служащій въ банкѣ, а не настоящій секретарь думы, но вопросъ этотъ оставленъ былъ безъ вниманія. Затѣмъ, было прочитано отношеніе правленія скопинскаго банка къ думѣ о возбужденіи ею ходатайства у министра финансовъ о выдачѣ скопинскому обществу займа изъ государственнаго банка, для немедленнаго удовлетворенія вкладчиковъ. Многіе изъ гласныхъ отнеслись къ этому сочувственно, но за то присутствовавшая въ засѣданіи публика и другіе гласные, не знавшіе дѣлъ банка и думавшіе, что они еще поправимы, увидѣли, что положеніе его гораздо хуже, чѣмъ они думали, настолько хуже, что проектированный заемъ могъ быть только отсрочкою бѣды и новымъ бременемъ для городского общества. Послѣдовали бурныя пренія, среди которыхъ знаменитый директоръ, входя въ роль предсѣдателя и надѣясь, конечно, на большинство, просилъ баллотировать вопросъ открытою подачею голосовъ... Но тутъ, по словамъ газеты, произошло нѣчто необычайное: "едва лишь гласные сдѣлали шагъ къ столу для подачи голосовъ, какъ сдерживаемая дотолѣ публика, состоявшая преимущественно изъ мѣщанъ., ринулась въ канцелярію мѣщанскаго старосты, прося его, какъ представителя мѣщанскаго общества, ходатайствовать передъ собраніемъ объ отклоненіи займа... и находя, что общество далеко не въ состояніи выплатить и той колоссальной суммы, которая растрачена уже правленіемъ банка. Для удовлетворенія неотступныхъ просьбъ согражданъ, староста вынужденъ былъ войти въ залу засѣданія. И вотъ громадная партія мѣщанъ, имѣя во главѣ своего представителя -- мѣщанскаго старосту, является въ засѣданіе и начинаетъ молить думу о пощадѣ". Такого исхода никто не ожидалъ, а тѣмъ болѣе г. Рыковъ, привыкшій видѣть покорство передъ собою. Предсѣдатель собранія и директоръ банка "были настолько перепуганы неожиданнымъ вмѣшательствомъ мѣщанскаго общества, что немедленно постарались закрыть засѣданіе, признавъ его несостоявшимся, и оставить залъ собранія".

4-го числа засѣданія въ банкѣ опять не было, и до 70 вкладчиковъ, просидѣвъ въ банкѣ цѣлый день, обратились, за отсутствіемъ товарища прокурора, къ уѣздному исправнику съ просьбой о составленіи о происходящемъ акта и послали телеграммы г. министру финансовъ, прокурору московской судебной палаты и начальнику Рязанской губерніи. Вскорѣ послѣ этого, кассиръ банка г. Иконниковъ, оберегая, конечно, себя подалъ черезъ исправника губернатору заявленіе, состоявшее изъ 9 пунктовъ, въ которыхъ разъяснились разныя злоупотребленія банка, говорилось, что г. Рыковъ забралъ въ кассѣ болѣе 5 милл. руб., а онъ, г. Иконниковъ, "какъ человѣкъ малограматный", подписывалъ только въ теченіи полуторагодовой службы всевозможныя бумаги, не обращая вниманія на ихъ содержаніе, почему ничего и не знаетъ о размѣрахъ недочетаи знаетъ только одно, что многихъ документовъ у него нѣтъ и что денегъ по нимъ онъ не получалъ. Заявленіе это, говорятъ, было прислано на обсужденіе скопинской думы въ экстренномъ засѣданіи, но городской голова засѣданія не назначалъ, несмотря на побужденія А тѣмъ временемъ вкладчики продолжали ходить въ банкъ, собираясь уже по 150 человѣкъ и болѣе. Члены правленія въ присутствіе не являлись, вывѣсивъ объявленіе, что "по болѣзни одного изъ членовъ засѣданія не будетъ". Вкладовъ не выдавалось. Одни изъ вкладчиковъ читали по сто разъ и коментировали объявленіе, другіе разcылали въ разные концы телеграммы, третьи тщетно посылали за кассиромъ или директоромъ банка, а одинъ ухитрился притащить судебнаго пристава для описи имущества и кассы банка по исполнительному листу въ 7,000 руб., но описи этой не состоялось вслѣдствіе присылки съ почтою новаго вклада, которымъ онъ и былъ удовлетворенъ ("Русс. Кур.", 268). Не одни уста воскликнули, вѣроятно, при этомъ: "Ахъ! какой счастливецъ"! и позавидовали счастливцу. Вклады же, между тѣмъ, продолжали приниматься до самой послѣдней минуты и канцелярія банка, стоившая до 8,000 р. въ мѣсяцъ, продолжала получать изъ нихъ жалованье. Смотря на бездѣйствіе властей, видя, что и прокуроръ московской судебной палаты не могъ проникну ть въ банкъ, и ни съ чѣмъ уѣхалъ обратно, многіе думали, что Рыковъ не сокрушимъ. Не разубѣждало въ этомъ и состоявшееся 23-го сентября постановленіе губернскаго по городскимъ дѣламъ присутствія о преданіи суду членовъ правленія банка. До того было велико обаяніе власти. Обаяніе власти всегда долго сохраняется.

Первое категорическое извѣстіе о скопинскомъ крушеніи принесла телеграмма Сѣвернаго Телеграфнаго Агентства, извѣщавшая, что 23-го сентября собралось въ скопинскомъ банкѣ болѣе 150 вкладчиковъ и что ни члены правленія, ни служащіе не явились, а пришелъ только въ 12 часовъ кассиръ и объявилъ вкладчикамъ, что касса пуста, послѣ чего вкладчики потребовали составленія полицейскаго акта. Затѣмъ, телеграмма того же агентства отъ 27-го сентября извѣщала, что въ этотъ день, по иску одного вкладчика, судебный приставъ произвелъ опись банковой кассы и, найдя ее пустою, потребовалъ предъявленія запаснаго банковаго сундука изъ кладовой мѣстнаго казначейства; но что и въ сундукѣ никакихъ капиталовъ не оказалось, а лежала лишь куча векселей и 9 заложенныхъ въ банкѣ билетовъ выигрышнаго займа.

Г. Рыковъ былъ, конечно, арестованъ, сначала домашнимъ арестомъ, а потомъ, 21-го октября, переведенъ въ тюремный замокъ. Сначала его находили близкимъ къ умопомѣшательству и потому не трогали и не дѣлали даже допроса, но потомъ у него оказалось, какъ констатировали три приглашенные изъ Рязани врача, только ожирѣніе сердца, болѣзнь, хотя тоже опасная, но одинаково опасная, гдѣ бы онъ ни находился. ("Моск. Вѣд.") Говорятъ, что г. Рыковъ, ходатайствовалъ передъ правительствомъ объ облегченіи его участи по тюремному заключенію предоставленіемъ нѣкоторыхъ льготъ и свободнаго сношенія съ его семействомъ, но министерство юстиціи отказало ему въ этомъ ходатайствѣ ("Руск. Вѣд." 322). При обыскѣ у знаменитаго финансиста оказалось въ карманѣ только 25 р. 62 к. и великое множество акцій и облигацій блаженной памяти повелицкой ко каменноугольной промышленности Московскаго бассейна, стоимость которыхъ ровна нулю. Никакой коммерціи, кромѣ банковой, г. Рыковъ не велъ, фабричнымъ производствомъ также не занимался, и вся его недвижимость оказалась заключающеюся только въ одномъ домѣ и въ землѣ около 3,000 дес., заложенныхъ тому же скопинскому банку. Для производства слѣдствія въ Скопинъ пріѣхали прокуроръ рязанскаго окружнаго суда съ однимъ изъ его товарищей и двумя слѣдователями; но, вслѣдствіе неимовѣрно запутанныхъ дѣлъ банка, и такого усиленнаго состава слѣдственной комиссіи оказалось недостаточно, а потому изъ Рязани были командированы на подмогу еще три кандидата на судебныя должности. Г. Рыковъ оказался должнымъ банку (по 136 векселямъ, писаннымъ преимущественно въ декабрѣ мѣсяцѣ, суммами каждый по 50 т. руб.,) 6,800000, а съ процентами около 7 000000 р. Изъ 12.039258 р. чи лившихся въ банкѣ вкладовъ это-то составляетъ настоящую львиную долю.

Въ рязанскій окружной судъ съ 27-го сентября по 28-е ноября по дѣлу о несостоятельности скопинскаго банка было подано 883 исковыхъ прошенія, всего на сумму 2,231.505 р. 15 к. Но прошенія продолжаютъ поступать ежедневно, среднимъ числомъ до 50 прошеній; "болѣе всего прошеній поступаетъ съ окраинъ Россіи и преимущественно отъ лицъ духовнаго званія". ("Руск. Вѣд.", No 333). Есть между вкладчиками и крестьяне. "Сельскій Вѣстникъ" для нихъ даже составилъ особую форму прошенія, которая въ немъ и распубликована. Говорятъ, что всѣхъ вкладчиковъ скопинскаго банка болѣе 45.000 человѣкъ (id., No 285). 12-го октября, въ рязанскомъ окружномъ судѣ, по гражданскому отдѣленію, слушалось дѣло по искамъ разныхъ лицъ, имѣвшихъ исполнительные листы, о признаніи скопинскаго банка несостоятельнымъ. Въ качествѣ повѣренныхъ истцовъ явились присяжные повѣренные Повалишинъ, Ященко, Климовъ, Чеховичъ и Дьяконовъ, а со стороны банка былъ частный повѣренный Тремеръ. Г. Повалишинъ, къ которому присоединились и остальные его товарищи, разсказавъ исторію своихъ похожденій по взысканію съ банка 15,000 рублей (вмѣсто которыхъ ему было выдано только 1,400 рублей) и указавъ на открытые слѣдственною комиссіею подлоги и злоупотребленія гг. Рыкова, Руднева и кассира Иконникова, представилъ въ подтвержденіе несостоятельности банка оффиціальную справку отъ судебнаго слѣдователя по особо важнымъ дѣламъ, изъ которой явствовало, что весь долгъ скопинскаго банка въ общемъ сводѣ составляетъ сумму 13,569.491 р. 69 1/2 к., что "долгъ банку Рыкова простирается до суммы 7 300,000 рублей (векселями срочными 620,000 рублей; протестованными 260,000 р. и на сумму 156,572 р. векселями просроченными, но пеопротестованными, и росписками и долговыми обязательствами на разныя болѣе мелкія суммы), въ обезпеченіе каковаго долга незаложеннаго нигдѣ имущества, кромѣ выше приведенныхъ 25-ти р. съ к., у директора банка Рыкова не оказалось, недвижимость-же его заключается въ имѣніяхъ, въ количествѣ 2,890 десятинъ земли, домѣ и лавкахъ въ Скопинѣ и Москвѣ, заложенныхъ въ стоимости ихъ въ кредитныхъ учрежденіяхъ помимо скопинскаго банка; затѣмъ, въ банкѣ же оказались 9 выигрышныхъ билетовъ, заложенные частными лицами, и векселя на всю остальную сумму, отъ 7.000,000 до 13.500.000 руб. разныхъ лицъ, срокъ уплаты по которымъ по большей части еще не наступилъ, и, между прочими, есть долговыя банку обязательства и прочихъ членовъ правленія банка". ("Р. К.", No 283) "Гарантія вкладовъ, говорилъ онъ, запасной капиталъ, растра чемъ и городскія имущества должниковъ также находятся въ залогѣ, а потому и способовъ къ уплатамъ не имѣется". ("P. В.", 285) Медлить съ признаніемъ несостоятельности банка нельзя, продолжали гг. Ященко и Климовъ, потому, что "имущественнымъ отвѣтчикомъ за несостоятельность банка является городское общество, а представители его по преимуществу и состоятъ крупными должниками банку; такимъ образомъ, они являются и хозяевами банка, и должниками ему, и поручителями отвѣтчиками за несостоятельность самихъ же себя". Необходимо, скорѣе отстранить распорядителей банка отъ дальнѣйшихъ злоупотребленій по спекуляціи на вклады, идущей весьма оживленно: "должники банка скупаютъ теперь билеты на вклады по уменьшеннымъ суммамъ отъ вкладчиковъ, а сами погашаютъ ими свои долги банку рубль за рубль"... ("Р. К."). Г-нъ же Тремеръ просилъ судъ не торопиться постановленіемъ о несостоятельности, такъ какъ отсутствіе у кого-либо наличныхъ денежныхъ средствъ не есть еще признакъ несостоятельности, такъ какъ кромѣ г. Рыкова есть у банка и состоятельные должники, такъ какъ новое правленіе банка, осмотрѣвшись и разобравшись въ дѣлахъ, найдетъ, можетъ быть, что банкъ въ состояніи будетъ существовать хоть для постепенной расплаты съ кредиторами, такъ какъ можетъ быть возможна будетъ какая-нибудь комбинація съ министерствомъ финансовъ и такъ к къ, наконецъ, городъ Скопинъ -- богатый городъ, у котораго есть 3,000 десятинъ пригородной земли, отошедшей къ нему по положенію отъ казны въ 1870 годъ и стоющей около 600,000 рублей, а кромѣ этой земли у города еще имѣется масса общественныхъ зданій, различныхъ благотворительныхъ учрежденій, выстроенныхъ на городскія и преимущественно банковскія средства, и т. д. Г. Повалишинъ возражалъ, что обезпеченіе долга городскимъ имуществомъ есть лишь фикція, потому что еслибы продать даже весь Скопинъ, то и тогда выручилось бы только 1,200,000 рублей, сумма, въ которой и выражается, по земской оцѣнкѣ, стоимость всей скопинской недвижимости (id.). Судъ призналъ банкъ несостоятельнымъ и назначилъ надъ его дѣлами присяжныхъ опекуновъ-попечителей. Городъ Скопинъ остался недоволенъ этимъ рѣшеніемъ суда и поручилъ мировому судьѣ Боклевскому апеллировать противъ него. Выслушавъ 12-го ноября апелляціонную жалобу, рязанскій судъ возвратилъ ее г. Боклевскому "по недостатку уполномочія" ("Р. В.", 312). Въ томъ же засѣданіи слушался докладъ присяжныхъ попечителей по дѣламъ банка, кончившихъ къ этому времени свои занятія по приведенію въ извѣстность банковыхъ долговъ и имущества. Изъ доклада этого можно было видѣть, что скопинскій банкъ имѣетъ: наличныхъ денегъ, принятыхъ отъ кассира 7,758 р. 46 к. Состоитъ за кассиромъ несданныхъ противъ баланса 2,792 р. 44 1/2 к. Наличныхъ процентныхъ бумагъ 3,489 р. 65 к. Векселей: срочныхъ 8,299,457 р. 83 к.; протестованныхъ и непротестованныхъ 3,108,717 р. 50 к. Исполнительныхъ листовъ 426,266 р. 64 1/2 к. Взысканій производящихся въ судебныхъ мѣстахъ 614.101 р. 24 1/2 к. Ссудъ подъ залоги земель, строеній и процентныхъ бумагъ 353,536 р. 82 1/2 к. По счету имущества принадлежащаго банку 10,084 рублей 50 коп. Итого банкъ имѣетъ писанныхъ вилами на водѣ 12,826,225 руб. 10 к.; а долженъ: но вкладамъ 12,039,258 р. и переходнымъ суммамъ 38,028 р. 38 к. Итого 12,077,286 р. 38 к. Въ предпосланномъ къ этимъ цифрамъ объясненіи попечители говорили слѣдующее: "при сравненіи валового счета съ балансомъ банка на 14-е октября -- день принятія вами банка, судъ усмотритъ разницу въ показаніяхъ, которая объяснется какъ неправильностью веденія книгъ, такъ и фиктивными операціями, введенными банкомъ въ систему съ давняго времени для обмана вкладчиковъ. Изъ всего вексельнаго долга банку, большая половина падаетъ на директора банка Рыкова, затѣмъ имѣется масса векселей, выданныхъ и учтенныхъ неблагонадёжными лицами, а по остальнымъ векселямъ едва ли можно получить болѣе 1,000,000 р. Что же касается -- объясняютъ они далѣе-права, вытекающаго для кредиторовъ изъ поручительства города по 25 ст. Полои. то и это поручительство, даже примѣненное въ полной мѣрѣ, не можетъ дать болѣе 1 Уз милл. рублей ("Р. Вѣд.", 319). На 28-е ноября назначено было собраніе кредиторовъ для выбора конкурснаго управленія, но собраніе это "за неявкою кредиторовъ на половинную сумму предъявленныхъ уже въ судъ претензій", результата не имѣло. Собравшіеся, въ числѣ около 50 лицъ, (съ долговою претензіей на 857,000 р.), кредиторы выслушали только отчетъ и расчетъ присяжныхъ попечителей, по которому выходило, что вкладчикамъ придется получить приблизительно около 20 копѣекъ на рубль. Это вызвало шумныя пререканія. Вкладчики заявляли, что не желаютъ конкурса, сопряженнаго съ расходами, а предпочитаютъ ходатайствовать передъ правительствомъ о назначеніи ликвидаціонной комиссіи. Еслибы по прошествіи двухъ недѣль не состоялось собраніе кредиторовъ въ законномъ числѣ, то судъ получилъ бы право самъ назначить предсѣдателя и кураторовъ конкурса; но чѣмъ кончились безпокойство и пререканіе кредиторовъ пока еще неизвѣстно. 18-го ноября была признана рязанскимъ судомъ несостоятельною должницей жена г. Рыкова, являвшаяся нерѣдко бланко-подписателѣпицей векселяхъ мужа; а 19-го ноября былъ признанъ несостоятельнымъ и самъ супругъ, причемъ заявлены были признаки его злостной несостоятельности, заключавшіеся въ переукрѣпленіи нѣкоторыхъ недвижимыхъ имѣній близкому родственнику, нѣкоему г. Степанову, бывшему церковному сторожу. "Переукрѣпленіе это благополучно совершилось за нѣсколько дней до возбужденія противъ Рыкова уголовнаго преслѣдованія. Судъ призналъ признаки злостнаго банкротства и передалъ дѣло прокурору" ("Русскій Куруеръ", 335). Затѣмъ, сообщая 16-го октября объ отъѣздѣ прокурора московской судебной палаты, г. Гончарова, за границу, "Новое Время" сообщило слухъ, что цѣлью этой поѣздки является разслѣдованіе факта сокрытія Рыковымъ денегъ въ лондонскомъ банкѣ. "Голосу" писали недавно что прибывшими въ Скопинъ вкладчиками было выяснено еще одно довольно небезъинтересное обстоятельство, которое должно было еще увеличить долги банка "на довольно крупную сумму". Дѣло въ томъ, что многіе изъ вкладчиковъ, выславъ вклады по почтѣ, не нашли ихъ записанными въ книгахъ банка, а потому, по наведеніи справокъ на почтѣ, выдававшей ихъ г. Рыкову, и явилось заключеніе, что онъ преспокойно клалъ ихъ въ карманъ. Затѣмъ, "Русскія Вѣдом." сообщили, что всѣ счетчики, бухгалтеры банка и члены городской управы преданы суду за подлоги (No308).

Теперь пойдутъ въ великомъ изобиліи подобныя извѣстія, подробности и изобличенія. Сколько окажется очевидцевъ и правдолюбцевъ, сколько будетъ высказано догадокъ и предположеній, сколько будетъ произнесено высокопарныхъ и кипящихъ благороднымъ негодованіемъ фразъ! Уже со всѣхъ сторонъ высказываются надежды, что слѣдствіе "должно раскрыть всѣ злоупотребленія, должно указать всѣхъ виновныхъ", что "изученіе исторіи этого краха дастъ богатый матерьялъ для реформъ нашихъ городскихъ общественныхъ банковъ, укажетъ, какъ завести дѣйствительный контроль" и т. п. Мы не сомнѣваемся, что опытные коренники -- слѣдователи, съ приданными къ нимъ молодыми пристяжными, вполнѣ оправдаютъ эти надежды обнаружатъ необыкновенную энергію, разворотятъ цѣлую гору плутовства и вытащатъ на судъ общества не только грязныя дѣлишки, но и грязное бѣлье г. Рыкова; но мы сомнѣваемся, чтобы изъ этого вышелъ какой нибудь толкъ, если все останется по старому, если все сведется къ устройству одного только банковаго контроля, если дѣло кредита не измѣнится въ самомъ его основаніи и, главное, если останется все тотъ же духовный мракъ и будетъ продолжаться тоже гоненіе на все, что несмотритъ на міръ Божій глазами Рыкова и думаетъ о безкорыстномъ служеніи обществу.-- Когда вытащатъ г. Рыкова съ супругою и цѣлою кликою его маленькихъ содѣйствователей на судъ общественнаго мнѣнія, то безъ сомнѣнія мы будемъ ахать и удивляться безцеремонности, изворотливости и наглости отечественнаго дѣльца, перещеголявшаго даже самого Струсберга; но пройдетъ затѣмъ нѣкоторое время и исе опять позабудется, какъ и прежде забывалось. Развѣ изрѣдка только какой-нибудь моралистъ, перечисляя Юханцевыхъ и братію, будетъ присоединять къ нимъ знаменитаго кавалера ордена льва и солнца, цѣлыхъ девятнадцать лѣтъ управлявшаго банкомъ, да въ разговорахъ когда-нибудь услышишь: "вотъ г. Рыковъ какой вліятельный и честный человѣкъ былъ, а вотъ подите же"...

Да, вотъ подите же! Г. Рыковъ вовсе, въ самомъ дѣлѣ, не исключительный талантъ какой-нибудь, какъ мы сказали въ началѣ статьи, это просто ловкій и притомъ чрезвычайно типичный русскій человѣкъ, человѣкъ знающій гдѣ что лежитъ, что надо дѣлать при извѣстныхъ условіяхъ, какъ надо жить, куда пойти и кому что сказать, человѣкъ связанный со всею нашею жизнью послѣдняго двадцатилѣтія самыми тѣсными узами и отражающій ее въ себѣ, какъ въ зеркалѣ. Онъ не столько наживаетъ, сколько проживаетъ, и навѣрное можно сказать, что если въ лондонскомъ банкѣ или гдѣ-нибудь въ другомъ мѣстѣ у него окажется что-нибудь припрятаннымъ, то это припрятанное будетъ очень невелико сравнительно съ прожитымъ и пропущеннымъ. Онъ не жаденъ и дѣлится съ другими, дѣлится не для одного только того, чтобы о немъ молчали (что несомнѣнно стояло на первомъ планѣ), но и почему-то еще, можетъ быть, изъ желанія похвалы и власти, а можетъ и изъ желанія видѣть довольныя лица, начиная отъ особъ до маленькихъ сторожей при мировомъ съѣздѣ включительно. Онъ заботится о благоустройствѣ города Скопина, устраиваетъ тамъ пріютъ, богадѣльню, реальное училище и т. п., устраиваетъ все это, повидимому, не по одному только тому, что это въ модѣ и требуется для "обдѣлыванія дѣловъ" (само собою разумѣется, что и это имѣлось въ виду), но и въ силу какого-то стремленія къ добру, въ силу, по крайней мѣрѣ, совершенно такого же стремленія, какое имѣлось и у большинства другихъ дѣятелей на этомъ поприщѣ, дѣятелей, стремившихся къ добру и въ то же время его не особенно любившихъ и не связывавшихъ съ нимъ своей судьбы. Онъ даже набоженъ, и каждый годъ ѣздилъ съ семьею на богомолье въ Кіево-Печерскую лавру, гдѣ проживалъ подолгу, велъ совершенно скромную жизнь и жертвовалъ, хотя и не щедро ("Совр. Пзв., No 295). Г. Рыковъ одинъ не могъ бы существовать, онъ только потому и существовалъ такъ долго, что его хранила и питала среда, въ которой онъ жилъ, питаясь, въ свою очередь, отъ него. Разстройство дѣлъ скопинскаго банка, по его собственнымъ словамъ, началось цѣлыхъ десять лѣтъ тому назадъ, цѣлыхъ десять лѣтъ объ этомъ говорилось, и цѣлыхъ десять лѣтъ банкъ могъ существовать и ему никто ничего не могъ сдѣлать. Положеніе скопинскаго банка не могло быть неизвѣстно давно лицамъ, стоявшимъ на высшихъ ступеняхъ мѣстной сословной и административной іерархіи, и, какъ писали "Голосу", большинство этихъ лицъ, дѣйствительно, нетолько знали объ этомъ положеніи, но и сами, по возможности, споспѣшествовали дирекціи въ ея стяжаніяхъ, по части безвозвратныхъ позаимствованій изъ банка. Между несостоятельными злостными должниками банка насчитывается, говорятъ, цѣлая плеяда лицъ, недавно еще близко стоявшихъ къ надзору за банкомъ, и, по всей справедливости, при девизѣ искорененія неправды и хищенія, имъ слѣдовало бы фигурировать рядомъ съ г. Рыковымъ и его маленькими сподвижниками, въ качествѣ ихъ не безкорыстныхъ пособниковъ и укрывателей. Говорятъ, что отъ нѣкоторыхъ изъ этихъ господъ слѣдственная власть уже затребовала объясненій по поводу ихъ долговъ въ банкъ; но выйдетъ ли изъ этого что-нибудь покажетъ только будущее. Сознаваясь на предварительнимъ дознаніи въ растратѣ 7 мил., г. Рыковъ показалъ, между прочимъ, что значительная часть этихъ денегъ ушла "на пріобрѣтеніе орденовъ". И въ самомъ дѣлѣ, еслибы г. Рыковъ ни съ кѣмъ не дѣлился, то развѣ можно бы было истребить такую массу денегъ. Кто-то высчитывалъ, что каждый день его общественнаго служенія обходился обществу въ 1000 руб. Это, конечно, чрезмѣрно много для одного человѣка. И дѣйствительно, по словамъ "Нового Времени":

На вопросъ присяжныхъ попечителей о томъ, чѣмъ объясняется крупный кредитъ оказавшимся несостоятельными къ платежу: 1) себѣ лично 7,000,000 р.; 2) И. Н. Аѳанасову до 500,000 руб. А. И. Попову, генералъ-адъютанту Грабе 200,000 р., B. Н. Овчинникову, В. и Н. Арефьевымъ, Й. М. Заикину, А. Сафонову 300,000 руб., И. Филатову, А. Л. Оводовой, X. X. Мейеръ, кн. Д. Д. Оболенскому болѣе 50,000 руб., д. с. с. И. А. Болдыреву 60,000 р.,-- Рыковъ далъ такой отвѣть: полученные имъ болѣе милліона рублей пошли на погашеніе убытковъ понесенныхъ имъ отъ каменноугольной промышленности, а также и другихъ дѣлъ, касающихся улучшеній г. Скопина, его благоустройства, развитія въ цемъ благотворительности и образованія, и наконецъ на содержаніе себя съ семействомъ въ теченіе 19-ти лѣтъ, такъ какъ все это время, по случаю банковой службы и другихъ городскихъ дѣлъ, онъ не занимался торговлею".

Но этого мало: такъ какъ вексельныя операціи надо было скрывать, то въ этихъ видахъ векселя протестовались не въ Скопинѣ, а въ Тулѣ, и въ этихъ же видахъ печатались блистательные годовые отчеты и рекламы.

Для этой же, конечно, цѣли, вся уѣздная администрація состояла на жалованьѣ отъ банка. Исправникъ получалъ квартирныхъ изъ доходовъ банка около 1,000 руб. Судебный приставъ съѣзда мировыхъ судей 25 руб. въ мѣсяцъ съ дохода отъ процентныхъ бумахъ. Мировой судья 1-го участка получалъ жалованье на письмоводителя. Секретарь думы получалъ до 80 руб. въ мѣсяцъ жалованья, которое записывалось на писцовъ. Почтмейстеръ 50 руб. въ мѣсяцъ. Даже сторожа съѣзда мировыхъ судей пользовались жалованьемъ отъ банка. Независимо отъ этого, болѣе именитыя лица, которыхъ прямымъ жалованьемъ купить неудобно и неприлично, получали кредитъ въ банкѣ. Всѣ чиновники банка должны банку, и нѣкоторымъ изъ нихъ долгъ этотъ просто списывался; нѣкоторые изъ нихъ пользовались кредитомъ до 10,000 руб. Бывшій городской голова Овчинниковъ долженъ до 300,000 руб., бывшій же городской голова Аоанасовъ до полумилліона. Весь наличный съѣздъ мировыхъ судей долженъ. Членъ уѣзднаго крестьянскаго присутствія долженъ 60,000 р. Даже діакону Никольской церкви платилось опредѣленнаго жалованья изъ средствъ банка по 25 руб. въ мѣсяцъ. Еще одно явленіе. До назначенія Полторацкаго прокуроромъ рязанскаго окружнаго суда въ городѣ Скопинѣ былъ участокъ товарища прокурора: при Полторацкомъ участокъ этотъ былъ упраздненъ; послѣ Полторацкаго онъ опять возстановленъ. Позволительно теперь спросить, говоритъ газета, одинъ ли Рыковъ виноватъ въ этомъ банковомъ крахѣ, заставившемъ трепетать и другіе городскіе общественные банки?"

Но о трепетаніи другихъ банковъ и о дальнѣйшихъ подробностяхъ скопинскаго крушенія до слѣдующаго раза.


"Отечественныя Записки", No 12, 1882