# Письмо к П. Е. Астафьеву

Константин Николаевич Леонтьев

По поводу его книги: "Психический мир женщины (его особенности, превосходства и недостатки)".

К.Н. Леонтьев. Полное собрание сочинений и писем в двенадцати томах

Том девятый. Литературно-критические статьи и рецензии 1860-1890 годов

С.-Пб., "Владимир Даль", 2014


## ПИСЬМО К П. Е. АСТАФЬЕВУ


По поводу его книги: "Психический мір женщины (его особенности, превосходства и недостатки)"*


* Примеч<ание> 1885 года. Письмо это было написано мною, как будто от одной читательницы из Тулы. Перед этим мне пришлось довольно много и часто рассуждать о книге г. Астафьева с одной молодой женщиной. -- Она восхищалась ею, несмотря на то, что с большим трудом понимала некоторые места (г. Астафьев, к несчастию, не из особенно "наглядных" писателей). -- Я советывал ей изложить то, что она говорила, на бумаге. Она начала письмо к автору, долго старалась, но "на бумаге" не могла выразить и десятой доли того, что у нее на словах выходило очень живо и хорошо. -- Тогда я вздумал "притвориться женщиной" и сделать это дело за нее, тем охотнее, что во взглядах на сочинение г. Астафьева мы с ней были совершенно согласны; но она выражалась по-своему, по-женски, и мне это очень нравилось. Автор.


М<илостивый> Г<осударь>.


Я никогда ничего не печатала и писать вовсе не привычна. Порядка строгого в моем изложении и не ожидайте; но мне так искренно захотелось поблагодарить вас за вашу книгу "Психический мір женщины", что я решилась написать вам это письмо.

Не смею ни вас, ни самое себя уверять, что я все внимательно прочла и все хорошо поняла в этой книге. Вы сами признаете, что работа ваша сравнительно отвлеченна и несколько суха, и поэтому нам, женщинам, не очень доступна. Но я старалась быть "внимательной" и, конечно, принималась за нее несколько раз. Какое же мое заключение? Разумеется, я найду кое-что и возразить вам, но все же для современных женщин я считаю книгу вашу истинно "благою вестью". Не я одна, а все нынешние женщины должны были бы благодарить вас за этот труд. Но многие ли из них поймут вас? Многие ли из них согласятся, что заключительные слова ваши для нашего пола очень лестны?

Вы кончаете вашу книгу так:

"Да послужит сравнительно отвлеченная и сухая работа, совершенная нами сегодня, к выяснению нами себе смысла столь часто не признаваемой ныне даже женщиною женственности, во всей ее глубокой духовной прелести, святости, силе и значении для человечества, которому она столько уже дала. Да послужит она нам к укреплению убеждения в том, что эта прелесть, сила и достоинство, необходимо обусловленные теми же основными психическими особенностями, из которых вытекает и слабость, и ограниченность женского типа в других отношениях, -- стоят и падают вместе с ними, не несмотря на них, а благодаря им; что в женщине, со всеми ее слабостями и силами, должно чтить не только черты общего типа "человека", но именно женщину, и что только в соединении своих противоположных особенностей в одно целое, а не в искоренении их во имя математического "равенства", -- возможность взаимного восполнения одинаково односторонними и ограниченными мужским и женским типами до одного цельного и прекрасного образа человечности" (Понятие психического ритма как научное основание психологии полов, стр. 59--60).

Вот этого-то "взаимного восполнения" эти "нынешние женщины" и знать не хотят; им почему-то хочется именно того равенства, которое вы называете математическим. Им почему-то не нравится быть "женственными".

И отчего бы нам не держаться этого вечного назначения -- все смягчать, все регулировать, как вы говорите, нашим врожденным тактом?

"Женщина, говорите вы, всегда любила, ценила жизнь и лучше и полнее мужчины наслаждалась ею; она всегда сочувственнее, жизнерадостнее и теплее его относилась к действительности и всегда более его не доверяла отвлеченным благам и отдаленным задачам. Истинные пессимистки и утопистки встречаются в рядах женщин, восставших сознательно против женственности и переставших служить целям рода".

И дальше вы говорите что-то... Простите! Нет! -- Я потеряла нить вашей мысли!... Я не "последовательна"! Я не умею писать! Я не "отвлеченна", не "внимательна", я поддаюсь "быстроте" моего "психического ритма" и беспрестанно сбиваюсь на "личное" и "конкретное"...

Дальше вы говорите: "Мы твердо верим, что в женственности наших женщин -- залог конечной победы над пессимизмом и всяким нигилизмом".

Почему вы так твердо в это верите? Я было хотела расхвалить все эти места, которые я выписала. Но когда перечла еще раз и стала выписывать, задумалась над личным вопросом: Что я сама -- пессимистка или нет? -- Что я не утопистка -- это я знаю, потому что я ни в какой будущий идеал человеческого счастья на земле не верю и даже, как исповедующая Христианство, ничего подобного на земле не обещавшего, верить не имею права. -- Ну, а насчет пессимизма не знаю; боюсь, что я в отношении моих соотечественниц, по крайней мере, ужасная пессимистка. Не вижу я в них пока ничего такого, что бы мне хотелось в них видеть... Я не верю, например, чтобы многие из них способны были оценить как следует ваши взгляды, чтобы они могли обрадоваться при мысли: что вот человек нашел научные доказательства тому, что женщина должна быть женщиной и что это хорошо. Они даже и не понимают, что они и в этом идут за мужчинами и -- больше ничего... Ни тени охранительного во взглядах на жизнь, и в то же время ни намека на независимость, оригинальность женских мнений! Разве в наше время не оригинальнее "смиряться" по крайней мере в некоторых отношениях? Отказаться хоть от некоторых глупых и никому не нужных претензий? Не естественнее ли было бы нам сказать мужчине: "Я хочу быть подчинена тебе; мне это нравится... Я полагаю в этом гордость мою..." Не большую ли независимость ума показали бы женщины, если бы они, овладевши всеми ресурсами образованности, науки и т. д., пошли бы против этого пошлого всеобщего уравнения и однообразия?... Женщины, истинно женственные, должны ведь любить поэзию в самой жизни; они должны были бы возбуждать мужчин к тому, чтобы этой поэзии было больше, а ведь нынешний прогресс есть ужасная проза... Пусть они опередят мужчин, если они уж не хотят и не умеют оставаться теми простыми, наивными и милыми "барышнями", которые, не рассуждая много, ходили с матерью в церковь и влюблялись в офицеров (очень основательно в принципе, потому что военный представлял в их глазах идею физического мужества, т. е. именно того, чего у женщины меньше).

Я говорю -- пусть они опередят мужчин; пусть докажут, что они могут мыслить независимо; пусть они, овладев всеми ресурсами современного образования, заставят русских молодых мужчин опять полюбить то, что любили прежде, когда все были наивнее и по сердцу ближе к правде и к прекрасному: нашу религию, наше прекрасное богослужение, такое поэтическое и высокое; сильную власть Государя; военное геройство... стихи хорошие; даже силу физическую, которой так пренебрегают теперь. Никто теперь не стыдится быть слабым, больным, робким, безобразным... А стыдились бы, если бы женщины заставляли бы стыдиться этого более, чем, например, незнания или хотя бы нелиберальности. Но разве можно ожидать этого от женщин? Когда же и где они были вождями идей... Вы сами это говорите... Создательницами религий они не были никогда, а только проповедницами мужских религиозных идей; философских систем тоже не создали ни одной. -- Способность практического применения мужских идей вы признаете за женщиной; государством они правили хорошо, основывали даже и устраивали целые государства; создавали художественные произведения. Но все это то же, по-вашему, практическое, конкретное воплощение большею частию чужих, то есть мужских идей.

Все это, разумеется, правда, и против этих истин ваших трудно будет спорить женщинам, претендующим на "математическое" равенство с мужчинами...

Но, извините меня, я плохо верю в ту исправимость наших женщин, на которую вы надеетесь. По крайней мере не своей умственной инициативой они и до этого дойдут. Если они и возьмутся опять за женственность и решатся не только естественно и наивно служить ей, как служили прежде, а сознательно и пламенно проповедовать ее, то и это будет у них не свое, а мужское. То есть они обратятся к этому только благодаря влиянию мыслящих мужчин, подобных вам и вашим единомышленникам...

Хочу я сказать еще два слова о том, что зовут "профессиональным" образованием женщин, которому вы видимо не сочувствуете, о женщинах-врачах, например, и вообще о женщинах-специалистках. -- Я понимаю, что всякая специальная деятельность отвлекает женщину от ее главного назначения -- от семьи, но, с другой стороны, что же делать, если вещественные условия жизни совсем переменились? -- Если бы можно было говорить только об одном идеализме, то, само собою разумеется, я бы предпочла всегда для девушек идеализм семейный идеализму общественной службы. Но ведь тут есть нечто другое, к сожалению, более неоспоримое, чем увлечение тем или другим идеалом; это вопрос о "насущном хлебе", о необходимости какого-нибудь "общественного положения".

Что возразить, например, на такие слова:

"До 19 февраля 1861 года (день освобождения крестьян, говорит г. Козлов, профессор С.-Петербургского университета) все дочери мелкопоместных дворян и разных чиновников, окончив воспитание в институтах, могли рассчитывать или на замужество с людьми своего круга, еще состоятельных в то время, или же на должность гувернанток у крупных землевладельцев, живших в поместьях, отдаленных от всякого центра образования и принужденных поэтому воспитывать своих детей дома. В настоящее время мелкопоместных дворян нет, а достаточные из них, которые посылали прежде в столичные лицеи и в высшие провинциальные учебные заведения только сыновей, определяют теперь в различные также высшие женские учреждения и дочерей. Таким образом, большинство гувернанток лишилось мест; а так как жизнь стала дороже, то выйти замуж с небольшим состоянием оказалось почти невозможным. Ограниченные познания, приобретенные молодыми девушками в средних учебных заведениях, лишали их возможности быть преподавательницами и тем приобретать средства к существованию. Положение подобного рода вынудило многих из них поступить в университет и медицинскую академию". {Выписка из статьи "Женское образование в России" (перевод с французского, помещенный в No 9 "Друга Женщин" за 1882 г.).}

Эту выписку я делаю из журнала "Друг Женщин". Журнал этот с прошлого года издается в Москве г-жею Богуславскою; направление его мне очень нравилось сначала; оно было в высшей степени религиозное и какое-то "сердечное", именно -- женственное, такое, какое бы и вам, вероятно, понравилось (быть может, я и ошибаюсь, но только за самое последнее время, мне кажется, оно стало посуше и похуже). Особенно были хороши в нем повести и очерки М. Скавронской ("Разум и рассудок", "За Каменными стенами", "3/666" -- фантазия в антипрогрессивном духе и друг<ие>). Впрочем, рядом с этой религиозностью, сердечностью и поэзией, в книжках "Друг Женщин" можно было найти и статьи в пользу равноправности женщин, множество известий и заметок, относящихся к врачебным курсам и т. д.

Я находила сначала, что эти две половины журнала не имеют между собою ничего общего, что они точно как будто приклеены друг к другу, а не вытекают из одного духа. -- Я долго думала об этом: думала о религии, о христианской семье, об отношениях мужа к жене и жены к мужу, сообразно с учением Апостольским, т. е. о покорности и подчинении женщины в семье, и в то же время и об этом "современном движении женщин", о гражданских правах женщин, о профессиональном образовании, о необходимости, в которую поставлены многие современные девушки искать себе куска хлеба независимо от семьи.

И когда я думала об этом, мне показалось, что в журнале "Друг Женщин" недоставало двух-трех особых статей, которые могли бы служить связью между религиозной и семейственной поэзией таких повестей, как "Рассудок и разум", например, с одной стороны, и всеми этими переводами с французского в пользу прав женщин или всеми этими известиями о медицинских женских курсах с другой. Я сказала себе так:

-- Если нашим девушкам хочется учиться чему-нибудь специальному и если это им необходимо для существования, то пусть учатся, но кто же мешает им при этом оставаться религиозными и строить свою будущую семью на христианских началах? Такая полнота душевная была бы гораздо выше и женственнее сухости. -- Даже и насчет повиновения мужьям... Неужели мы -- русские женщины -- будем так грубы и низки, что вопрос о покорности и непокорности будем ставить в зависимость от доходов наших, от кой-каких деловых познаний, а не от внутреннего идеала?

Разве не благороднее, не выше свободное подчинение любви, -- чем претензии на господство от того, что я сама имею средства? И при денежной независимости, доставляемой хорошим ремеслом, и даже при умственном превосходстве над мужем, -- возможном при высоком образовании, -- можно подчиниться мужу охотно и по любви сердечной, личной и по любви христианской, -- по Закону Божию... Христианское подчинение и подчинение по сердечной любви -- ничего рабского и унизительного в себе не имеют. Никто не назовет рабом слугу свободного, который по воле и преданности подчиняется господину и верен ему; а все будут только хвалить и уважать его за это. А тем более никто не назовет рабыней за это любящую женщину. Пусть наши женщины учатся чему хотят, если им это выгодно и приятно; я верю даже, что многие из женщин-врачей и женщин-наставниц очень полезны; но почему специальные занятия должны непременно уничтожить в них и религиозные чувства и естественную потребность подчинения мужчине, -- я не понимаю. Мне кажется, что потоку женского движения противиться невозможно с успехом до тех пор, пока женщины сами в "блаженстве" своей независимости не разочаруются (разочаровались же теперь лучшие умы у нас в пользе конституции!); поэтому хотя и можно, пожалуй, разными мерами сдерживать немного это движение, но гораздо было бы полезнее, если бы и семья, и первоначальная школа, воспитывающие этих будущих "специалисток-деятельниц", и литература старались бы укреплять в девушках такие идеальные чувства, которых впоследствии практическая жизнь не могла бы убить.

Нам часто ставят в пример простой народ наш, и правда, есть в нем черты, достойные подражания. Я приведу всего один пример: молодая девушка, прекрасная швея и собой очень недурная, вышла недавно замуж за одного молодого человека, не знающего никакого мастерства. Он поступил в дворники и получает всего только 6 рублей в месяц; а она может заработать до 20 руб. и больше. До сих пор она очень покорна ему, хотя он очень сердитого характера. Но положим, что она когда-нибудь скажет ему: "я не хочу слушаться, потому что я больше твоего зарабатываю". Если в эту минуту кто-нибудь укажет ей на учение Апостолов и объяснит ей, что "бояться" мужа не значит перед ним робеть беспрестанно; нельзя чувствовать ей этот невольный страх, если она не робка; а надо как бы приучать себя к тону вседневной робости, т. е. к доброте, уживчивости, мягкости, то уж, конечно, эта швея не воскликнет: "Я знать не хочу Апостолов", а подумает: "да, я увлеклась своими страстями вопреки Закону Божию!" Выдержит ли она опять надолго этот Закон или нет, -- это другой вопрос; вопрос ее характера; но она, конечно, не скажет, подобно эмансипированной даме: "Я этого знать не хочу! Это рабство!.." И не милее ли подобной дамы будет эта швея, когда она подойдет к мужу, более ее простому и менее ее зарабатывающему, и скажет: "Прости мне, я согрешила против тебя".

Впрочем, слава Богу, и в нашем быту я видала женщин, которые мужьям своим приносили большое приданое и нисколько из-за этого не считали себя вправе над ними начальствовать или грубо противоречить им. Не претендовали на равноправность даже и в доме, а жили по-христианскому и даже, пожалуй, и по естественному закону. Знаю, к счастию, и русских девушек (хотя бы и очень немногих), которые обучились на курсах "высшей" математике, истории и т. п., -- обучились прекрасно, готовятся быть "специалистками"; а в церковь усердно ходят, отца своего любят и уважают и против мужского преобладания воевать не имеют в виду.

Если хорошие примеры этих отдельных случаев для большинства прогрессивных женщин наших не годятся, то, по крайней мере, пусть это большинство знает, что то, что оно считает своим преимуществом, есть не что иное, как просто их односторонность, их сухость, их неспособность совместить в уме своем идеал с практикой, науку с религией, семейные чувства с профессиональною деятельностью, поэзию личной жизни с той деятельною пользой, которую они хотят приносить обществу. А мужчины умеют совмещать все это; и профессия редкого из них поглощает вполне. Значит, они богаче нас по природе своей.

Вот что я хотела сказать о специальном образовании женщин. Я не думаю, чтобы это было совсем уж не согласно с тем, что вы от женщин требуете.


М. В--ва


Тула.

12 февраля 1883 г.


## ВАРИАНТЫ И РАЗНОЧТЕНИЯ


В угловых скобках даются фрагменты текста, вычеркнутые или претерпевшие правку в ВРС. Полужирным шрифтом показаны вставки в ВРС и в авторских экземплярах (гранки, оттиски и т. д.). Очевидные опечатки (например: "издерка" вместо "изредка") не учитываются.


## ПИСЬМО К П. Е. АСТАФЬЕВУ


Текст Гр: 1883. No 9. 27 февр. С. 7--10.

С. 228

4 превосходства и недостатки>. <Москва, 1882.> прим. в ÇQ к несчастью

в СС: советовал

7 Порядка строгого в моем изложении <поэтому> и не ожидайте

12 в этой <прекрасной> книге.

14 нам, женщинам, <менее> доступна.

С. 229

1 Какое же мое заключение?<..>

3 я считаю вашу книгу истинно "благою вестью"<...>

27 образа человечности"<..> <Понятие психич. ритма возможно, у Л. после кавычек было многоточие

33 в Гр, возможно, опечатка: не держать этого вечного назначения

35 врожденным тактом<; быть "представительницами и охранительницами сил и интересов внутреннего человека".>

36 ценила жизнь

С. 230

4 встречаются <лишь> в рядах женщин

6 И дальше вы говорите что-то... Простите! Нет! -- Я потеряла нить вашей мысли!... <я> не "последовательна" <. >

10 в СС: "конкретное..."

16 стала выписывать, <--> задумалась над личным вопросом: Что я сама -- пессимистка

20 христианство, <--> ничего подобного на земле не обещавшего, <-->

23 пессимистка<....>

24 в них видеть<....>

26 ваши взгляды<.> <Чтобы> они могли

27 при мысли: < -- > что вот

29 что это хорошо < >

30 больше ничего <....>

35 претензий?<....>

36 "Я хочу быть подчинена тебе; мне это нравится<....> Я полагаю в этом гордость мою..."

в ВРС: гордость мою"...

С. 231

1 Не большую ли

3 и т. д., < -- > пошли

в СС: пошлого, всеобщего

5 женственные < -- > должны

7 было больше<;>

6 ужасная проза<....> Пусть они опередят мужчин

9 в Гр, возможно, опечатка: уже не хотят <уже написано через "ять">

простыми <и> наивными<,> и милыми <ли> милыми ли "барышнями" опечатка в Гр

19 когда все были наивнее

21 в СС: власть государя, военное геройство

26 например, незнания, или хотя бы

31 в СС: ни одной. Способность

36 в СС: большею частью

С. 232

1 против этих <научных> истин

5 вы надеетесь <...>

6 инициативой <--> они и до этого дойдут <...>

9 в ВРС и СС: проповедывать

10 мужское<...>

15 не сочувствуете<;> о женщинах-врачах

22 идеализм семейный < -- > идеализму общественной службы. < -- > Но ведь тут

С. 233

4 Таким образом большинство

прим. в Гр опечатка: в No 9 "Друг Женщина"; далее дважды: "Друг Женщины"

за 1882 г.

16 женственное<;> такое

19 похуже><...>

23 поэзией <--> в книжках

30 думала<, думала> о религии

33 об этом "<Современном> движении женщин"

С. 234

14 пусть учатся<;> но кто же

23 что я сама имею средства?

27 можно <подчиняться> мужу охотно

28 в ВРС и СС: по закону Божию; исправлено по Гр

С. 235

14 народ наш<;> и правда

16 в ВРС и СС: один пример<;> молодая исправлено по Гр

22 не хочу <тебя> слушаться

23 заработываю

25 не значит <в самом деле> робеть беспрестанно; нельзя <ей робеть насильно>, если она не робка; а надо как бы <понуждать> себя к тону вседневной робости, т. е. к <уступчивости и> мягкости

30 а <поймет, что> увлеклась своими страстями вопреки <">3акону Божию<"; выдержит> ли она

в ВРС: вопреки Закону Божию"!

31 этот <закон>

36 заработывающему

С. 236

1 в СС: я видела

5 в доме<; и> жили

8 на курсах "высшей" <математики>, истории и т. п.<;> обучились прекрасно, готовятся быть "специалистками"

14 то по крайней мере пусть это большинство

18 науку с религией, <семейную теплоту> с профессиональною деятельностью

20 <деятельной> пользой

21 приносить обществу <...>

24 Вот<,> что я хотела

27 М. <Вл--ва>.

28 Тула<, 10-го> февраля


## КОММЕНТАРИИ


По поводу его книги: "Психический Мір женщины (его особенности, превосходства и недостатки)"

Автограф неизвестен.

Датируется началом февраля 1883 г. (в конце статьи: Тула, 10-го февраля 1883 г.).

Впервые: Гр. 1883. No 9. 27 февр. С. 7--10.

Подпись: М. Вл--ва.

Вошло в ВРС (T. II. С. 235--241), СС (T. VIII. С. 127-- 136). В обоих случаях подпись: М. В--ва, дата: "12 февраля 1883 г."

Печатается по ВРС.

Второй отклик Леонтьева на книгу П. Е. Астафьева подписан "М. Вл--ва" (т. е. Владимірова) -- псевдонимом, образованным от имени и отчества М. В. Леонтьевой. Возможно, Леонтьев действительно использовал письменный отклик своей племянницы на книгу Астафьева.

С. 228. ...как будто от одной, читательницы из Тулы. -- М. В. Леонтьева в 1882 г. служила некоторое время домашней учительницей у тульской помещицы Матвеевой, но зимой 1882/83 гг. она жила у Л. в Москве.

С. 228. ...г. Астафьев, к несчастию, не из особенно "наглядных" писателей. -- Ср. в позднейшей статье "Кто правее?": "...многие укоряют его за то, что, задумывая свои статьи всегда очень глубоко, он пишет не всегда ясно и легко" (Т. 8. Кн. 2. С. 59).

С. 229. "Да послужит ~ образа человечности" (Понятие психического ритма ~ стр. 59--60). -- Курсив на слове "женственности" принадлежит Л.

С. 229. "Женщина ~ служить целям рода". -- См.: Астафьев П. Е. Психический Мір женщины. С. 154. Цитата приводится с неточностями (у Астафьева: "Искренние пессимистки <...> в рядах женщин восставших сознательно..."), остальные выделения курсивом принадлежит Л.

С. 230. Я не "отвлеченна", не "внимательна", я поддаюсь "быстроте" моего "психического ритма" и беспрестанно сбиваюсь на "личное" и "конкретное"... -- Ср.: "...у женщины работы внимания менее <...> сосредоточены, напряжены и продолжительны (выдержаны в одном направлении)..." (Астафьев П. Е. Психический мір женщины. С. 69); "Конкретность и практичность, -- вот <...> две наиболее бесспорные и общепризнанные характеристичные черты специфически-женского мышления" (С. 72); "Что женское мышление быстро, интуитивно и совершается на почве, более богатой, чем у мущины, содержанием (готовыми ассоциациями, аналогиями и т. п.) бессознательной жизни, -- это мы знаем, но ео ipso знаем мы и то, что женщина необходимо мыслит, менее контролируя свою мысль, менее отвлеченно. А что же значит это, как не то, что она мыслит менее научно" (С. 89); "Женская мысль столь же бездоказательна и непоследовательна, как сама жизнь. В этом -- ее слабость, но в этом же и ее сила" (С. 90); "Быстрота ритма душевной жизни естественно и необходимо рождает потребность духа в большем разнообразии впечатлений <...> и развивает поэтому склонность к таким душевным деятельностям, которые не требуют активного и усиленного напряжения внимания..." (Там же. С. 129).

С. 230. "Мы твердо верим ~ всяким нигилизмом". -- Там же. С. 154 (у Астафьева "женственности" выделено курсивом).

С. 230. ...в наше время... -- Ср. с. 107 и прим. на с. 678.

С. 231. ...заставят русских молодых мужчин опять полюбить то, что любили прежде... -- Л. действительно надеялся на то, что женское влияние может исправить положение. Подобную мысль он высказывал устами своего героя Матвеева в романе "Две избранницы": "Вы обе <...> будете привлекать людей. Какое наслажденье хоть нескольких из наших юношей, которые живут теперь без идеала и мечтаний, сделать людьми, славянами..." (Т. 5. С. 184).

С. 231. Когда же и где они были вождями идей... Вы сами это говорите... -- Ср.: "Обладая всем, что требуется для достижения совершенства в области подробностей, женщина не сильна в том, что требуется для достижения единой и цельной общей идеи, без которой, однако же, и все подробности выражения лишены художественного смысла и силы. В области идеи требуется постижение общего, постижение закона, отвлечение от непосредственно данного -- творчество. Но в этой области <...> женский ум не самобытно творит, а усваивает и конкресцирует, воплощает в образ готовую, не им созданную идею. <...>

Но женщина не только мало способна к оригинальному творчеству в мірe идей, а и по большей части враждебна всякой оригинальности <...>. Поэтому-то редкий из борцов за новые идеи и против старых навыков в течение своей тревожной, исполненной страданий, лишений и неудач жизни встречал искреннее сочувствие и поддержку со стороны другой женщины, чем та, которая была связана верой и любовью с его личностью, а не с идеей его только <...>. Без этого условия, -- веры в личность носителя оригинальной идеи, женщина не станет на сторону последней против враждебных этой идее и признаваемых кругом всем, что для нее дорого и авторитетно, начал" (Астафьев П. Е. Психический мір женщины. С. 140--142).

С. 231. Способность практического применения мужских идей вы признаете за женщиной... -- Астафьев называл женщину "по природе распорядительницей" (Там же. С. 150).

С. 232. "До 19 февраля 1861 года ~ медицинскую академию". Выписка из статьи "Женское образование в России" (перевод с французского ~ в No 9 "Друга Женщин" за 1882 г.). -- В статья "Женское образование в России" (Друг женщин. 1882. No 9. С. 71--78), представлявшей собой перевод из бельгийского журнала "La Jeune Revue" (см. прим. на с. 933; перевод был выполнен С. Вишняковой), цитировались "мемуары др. Козлова" (Там же. С. 72; сообщено в примеч.). У Л. цитата приводится с изменением, чтобы ввести упоминание о Козлове в текст. Журнал "Друг женщин" выходил в Москве с марта 1882 г.; издавала его М. С. Богуславская (см. о ней в преамбуле на с. 761). См.: Дело о журнале "Друг женщин" // ЦИАМ. Ф. 31. Оп. 3. Ед. хр. 157 (1881); Ед. хр. 179 (1882). В заметке "От редакции", помещенной в первом номере журнала, его программа излагалась так: "...Одною из главных задач "Друга Женщин" -- предоставление женщинам возможности высказывать свои суждения обо всем, что их касается, о своих нуждах и потребностях, и в особенности о воспитании детей <...>.

Вот программа нашего журнала: 1) Романы и повести оригинальные и переводные. 2) Описание жизни писательниц, женщин замечательных в истории и причисленных к лику святых. 3) Дневник женщины. 4) Статьи о воспитании детей. 5) Письма в редакцию и ответы на них. 6) Сообщения собственных корреспондентов и выдержки из других изданий о деятельности женщин на разных поприщах. 7) Художественные заметки. 8) Статистические сведения о труде женщин. 9) Объявления" (Друг женщин. 1882. No 1. С. 3).

С. 232. ...говорит г. Козлов, профессор С.-Петербургского университета... -- В журнале "Друг женщин" ничего не говорилось о профессорстве в Санкт-Петербургском университете, это добавка Л. Можно предположить, что подразумевался философ Алексей Александрович Козлов (1831--1900), в то время -- профессор Киевского университета.

С. 233. ...издается в Москве г-жею Богуславскою... -- Издательница, Богуславская, подписывалась только фамилией, без инициалов, но ясно, что ею была М. С. Сковронская, поскольку в журнале печатались ее повести. Полная подпись "Марья Сковронская" появляется только в No 5 -- под очерком "Воспоминания о Павле Ефимовиче Басистове" (С. 3--8) и рассказом "В море житейском" (С. 10--44), являющимся продолжением повести "За каменными стенами" (см. ниже). С Богуславской был знаком не только Л., но и его племянница (от имени которой, напомним, и написана комментируемая статья). В конце единственного сохранившегося письма к Л. (1883) издательница заверяет: "Когда выздоровею, то явлюсь к вам по приглашению вашей племянницы, которой прошу передать мой поклон" (ОР ГЛМ. Ф. 196. Оп. 1. Ед. хр. 90. Л. 1 Об.).

С. 233. ...повести и очерки М. Скавронской ("Разум и рассудок", "За Каменными стенами", "3/666" -- фантазия в антипрогрессивном духе и друг<ие>... -- Л. немного неточен в передаче названий этих произведений. Им упомянуты рассказ "Рассудок и разум" (Друг женщин. 1882. No 6. С. 3--36); повесть "За каменными стенами (Соч. Сковронской)" (No 1. С. 5--43. No 2. С. 5--45. No 3. С. 3--46. No 4. С. 3--16), героиней которой является московская институтка, и рассказ-антиутопия "666/3 (Fantasie capricieuse)" (No 7. С. 4--21), действие которого происходит в 3666 г.

С. 233. ...статьи в пользу равноправности женщин, множество известий и заметок, относящихся к врачебным курсам... -- См., например: Прохорова Т. К. О женщинах // 1882. No 5. С. 68--76; Женщины-врачи // Там же. No 1. С. 78--80; Медицинское образование женщин // Там же. No 4. С. 66--74.

С. 233. ...об отношениях мужа к жене и жены к мужу, сообразно с учением Апостольским... -- См.: 1 Пет. 3: 1--7; Рим. 7: 2--3; 1 Кор. 7: 2--5, 10--16; Еф. 5: 22--33; Кол. 3: 18--19.

С. 235. ...молодая девушка, прекрасная швея и собой очень недурная, вышла недавно замуж за одного молодого человека, не знающего никакого мастерства. Он поступил в дворники... -- Нам представляется, что речь идет о слугах Л. Николае Орлове и его молодой жене Фене (Федосье Прокофьевне), дочери бывшего крепостного кудиновского повара. Они поженились в октябре 1882 г.

С. 235. ...укажет ей на учение Апостолов и объяснит ей, что "бояться" мужа не значит перед ним робеть беспрестанно... -- Имеются в виду слова, которыми заканчивается Апостольское чтение при совершении таинства венчания: "...а жена да убоится своего мужа" (Еф. 5: 33).


## ВАРИАНТЫ И РАЗНОЧТЕНИЯ


С. 478. ...быть "представительницами и охранительницами сил и интересов внутреннего человека". -- Измененная цитата из книги П. Е. Астафьева "Психический Мір женщины" (М., 1881. С. 155).

С. 479. La jeune Revue No 20 Septembre 1882 "Линделауб". -- Журнал "La revue jeune" издавался в Брюсселе Альбером Бовансом (с 1 декабря 1881 г. -- под названием "La jeune Belgique", издатель М. Валлэр (наст. фам. Варломон). Линделауб -- корреспондент журнала, автор статьи, цитируемой в "Друге женщин".