# В. А. Серов как актер

Сергей Саввич Мамонтов

## ВАЛЕНТИН СЕРОВ В ВОСПОМИНАНИЯХ, ДНЕВНИКАХ И ПЕРЕПИСКЕ СОВРЕМЕННИКОВ


## 1


## В. А. СЕРОВ КАК АКТЕР


Лет тридцать тому назад вокруг моего отца Саввы Ивановича Мамонтова сгруппировался в Москве тесный дружеский кружок, связывающим цементом которого была беззаветная любовь к искусству во всех его проявлениях.

Собирались по воскресеньям лучшие художественные силы того времени, читали, распределив по ролям, пьесы Шекспира, Островского и других классиков, при чем главными вдохновителями этого дела были С. А. Юрьев14 и профессор Мстислав Прахов.

Иногда рисовали и лепили, поставив одну общую модель; иногда занимались музыкой и пением под руководством здравствовавшего тогда Н. Г. Рубинштейна15.

Иногда, преимущественно на рождественских праздниках, ставили домашние спектакли, для которых декорации и костюмы делались настоящими художниками.

Это было небывалым новшеством, так как в те времена постановочная часть всех театров составляла неотъемлемую монополию машинистов и самоучек-ремесленников.

Молодежь, подраставшая под влиянием этого кружка, вся поголовно пристрастилась к искусству и в особенности к сцене. Специально для нее С. И. Мамонтовым было написано и поставлено несколько пьес самого разнообразного содержания, но всегда красивых и оригинальных по внешности.

Среди упомянутой молодежи видное место занимал В. А. Серов, обладавший недюжинным комическим дарованием.

Умения произносить перед публикой роль у него никогда не было, отчасти по отсутствию звучности в голосе, отчасти по природной застенчивости. Зато мимикой он владел в совершенстве и часто в эпизодических бессловесных ролях затмевал самых рьяных наших премьеров.

В библейской драме "Иосиф", будучи 15 лет от роду, он великолепно сыграл измаильтянского купца, -- вложил в воплощаемую фигуру мельчайшие бытовые черты Востока, которые мог тогда угадать только инстинктом.

В этой же пьесе Валентин Александрович изображал египетского царедворца и сделал его таким, как будто он сошел с вековых барельефов Мемфиса или стовратных Фив.

Даже центральная роль фараона, исполнявшаяся очень красивой девушкой, побледнела рядом с характерной фигурой Серова.

Знание звериного царства тоже нередко выдвигало Валентина Александровича на наших домашних подмостках. В целом ряде пьес он за кулисами подражал животным: рыкал львом, ржал конем, ворковал голубем, и все это выходило похожим до иллюзии.

А раз в каких-то импровизированных шарадах Серов своей собственной персоной, как был в пиджаке, представлял льва, укрощаемого укротительницей. Все львиные повадки были переданы изумительно, конечно, в слегка карикатурном освещении.

На одном из рисунков Валентина Александровича, воспроизведенных в "Летописи" кружка С. И. Мамонтова, изображены "ферраши" -- восточная стража, бессловесным предводителем которых был он сам16.

Рисунок метко передает картонное геройство этих самодовольных воинов, поющих про себя самих:

Мы у хана ферраши, --

Чрезвычайно хороши!

Смело мы идем на бой,

Даже жертвуем собой...

Наиболее удачными ролями в большом репертуаре Серова, кроме помянутых выше, были: мулла из оперетты С. И. Мамонтова "Черный тюрбан", вороватый лаццарони из водевиля "Каморра" того же автора, Жевакин в "Женитьбе" Гоголя и кавказский джигит Кази-Магома из пьесы "На Кавказ" того же С. И. Мамонтова.

В последней роли Валентин Александрович проделывал джигитовку на собственных ногах с конем, привешенным к поясу. Движения горячего скакуна были им переданы неподражаемо, а публика задыхалась от хохота.


## КОММЕНТАРИИ


14 Сергей Андреевич Юрьев (1821--1888) -- публицист, театральный критик и переводчик, председатель Общества любителей российской словесности.

С. А. Юрьев, по словам В. С. Серовой, сыграл огромную роль в ее творческой судьбе. Однажды еще при жизни А. Н. Серова он рассказал, что у себя в имении, в Тверской губернии, ставил пьесу А. Н. Островского "Не так живи, как хочется". "Тут,-- писала Валентина Семеновна,-- я впервые узнала, что даются спектакли для народа... вся душевная жизнь моя заколыхалась от этого известия; значит, может быть найдено дело для артиста и в деревне. Юрьев не знал, как глубоко, как живо завибрировала молодая душа <...> Слова Юрьева пали на благодарную почву" (Серова. Серовы, стр. 120).

15 Николай Григорьевич Рубинштейн (1835--1881) -- Выдающийся пианист, дирижер, педагог, композитор, музыкально-общественный деятель, основатель и первый директор Московской консерватории (1866--1881).

16 Речь идет об издании "Хроника нашего художественного кружка" (М., 1894), где этот рисунок помещен между стр. 44 и 45.

17 Николай Васильевич Неврев (1830--1904) -- живописец, преподаватель Училища живописи в 1887--1894 гг.

18 Мария Николаевна Климентова-Муромцева (1856--1946) -- Известная оперная певица (сопрано), артистка Большого театра (с 1880 г.), первая исполнительница роли Татьяны в "Евгении Онегине" (1879); А. П. Бородин посвятил ей романс "Для берегов отчизны дальней"; впоследствии преподавательница пения. О ней см. Поленовы, стр. 739, 740.