# Из книги "Училище благочестия"

Григорий Иванович Мансветов

## О НОВОЙ КНИГѢ:


Училще благочестія, или примѣры Христіанскихъ добродѣтелей, и проч. Часть I. С. П. 1813 года.


Мысль, написать духовныя повѣсти для пользы юношества, почерпнуть ихъ въ Четь-Минеи, въ семъ знаменитомъ твореніи Св. Димитрія Ростовскаго, одѣть ихъ легкими украшеніями и разсказать пріятнымъ языкомъ -- есть прекрасная мысль, достойная трудовъ благонамѣреннаго Писателя. Нѣтъ сомнѣнія, что нравоученіе, въ пріятномъ видѣ и въ живыхъ примѣрахъ представленное, для перваго возраста облегчаетъ труды науки, смягчаетъ строгость предмета, плѣняетъ сердце живописью добродѣтели. Не только юношество но и другой зрѣлый возрастъ любитъ тотъ родъ сочиненія, гдѣ великія истины ума и любопытныя произшествія вѣковъ заключаются въ драматической формѣ; и лучшіе писатели послѣдняго вѣка угождали сему общему вкусу. Такъ Виландъ научаетъ насъ въ Музаріонѣ и въ Аристиппѣ великимъ истинамъ философіи, Бартелеми въ Анахарсисѣ исторіи славной Греціи, Адиссонъ въ Зрителѣ правиламъ благоразумія и науки жизни,

Надобно отдать справедливость Автору книги. Въ его разсужденіяхъ и въ его мнѣніяхъ, читаемыхъ нами въ предисловіи, не видно тѣхъ увеличенныхъ правилъ и того суроваго духа, который бываетъ иногда порокомъ не только духовныхъ, но и свѣтскихъ нравоучителей. Излишняя строгость не располагаетъ въ, пользу нравоученія; а благоразумная умѣренность вселяетъ довѣріе въ автору и трудамъ его. Почтенный Сочинитель, осуждая исключительную привязанность въ свѣтскимъ мудрецамъ, не требуетъ по той же справедливости исключительнаго познанія духовныхъ, и такъ изъясняется: "Имена Сократа и Жан-Жака, Катона и Дагессо съ первыми началами ученія уже врѣзываются въ памяти молодыхъ людей. Это весьма похвально; но безчестно для Христіанина то, что совершивъ весь кругѣ ученія, едва ли знаютъ, кто были Богословы, Златоусты, Николаи, Амвросіи...." -- Въ доказательство, что Авторъ умѣетъ владѣть оружіемъ ироніи, приведемъ слѣдующее мѣсто: "Зараза такъ распространилась, что даже сочинители чего нибудь духовнаго подтверждаютъ истину своихъ правилѣ примѣромъ какого нибудь чудака древности, или славнаго грѣшника новѣйшихъ временъ." -- Не наше дѣло судить, должно ли это мнѣніе имѣть свою силу въ исполненіи, и какъ далеко можетъ простираться свобода, или позволеніе приводить въ духовныхъ сочиненіяхъ слова, мысли и примѣры изъ свѣтскихъ философовъ. Далѣе, Авторъ объясняетъ свои мысли въ разсужденіи языка Четь-Минеи и Пролога: "Неоднократно случалось мнѣ видѣть, что усерднѣйшіе Христіане, начиная читать Житія Святыхъ, утомлялись на нѣсколькихъ жизнеописаніяхъ, не по тому, чтобы на ихъ сердца не имѣли вліянія произшествія, тутъ изображаемыя, а потому токмо, что совершенство нынѣшняго язычка, въ разсужденіи Четь-Минея и Пролога, есть общій всѣмъ, такъ сказать, недостатокъ. Такимъ образомъ свѣтѣ лишается лучшей нравоучительной книги -- разительныхъ примѣровъ для своего поведенія въ дѣлахъ вѣры и общежитія". --

Сей важный трудѣ, по его назначенію, можетъ заблаговременно утвердить въ юныхъ сердцахъ тѣ утѣшительныя истины, которыми даритъ насъ Вѣра, и безъ которыхъ человѣкъ лишается твердѣйшей опоры въ жизни. Въ сокрушеніяхъ сердца, среди бурныхъ дней человѣческихъ на быстромъ ихъ полетѣ, что можетъ успокоить насъ кромѣ Христіанской религіи? Вопреки невѣрующимъ, человѣческая мудрость не можетъ спорить въ преимуществѣ съ небесною вѣрою; ибо первая опирается на слабый разумъ человѣка, а послѣдняя на откровеніе Бога.

Скромный Авторъ книги, о которой увѣдомляемъ нашихъ читателей, Священникъ и учитель словесныхъ наукѣ и Греческаго языка въ Армейской семинаріи, Григорій Мансветовъ, хотѣлъ дать ей названіе Дѣтской Четь-Минеи; но Святѣйшій Синодъ, сообразнѣе съ цѣлію и достоинствомъ сей полезной книги, переименовалъ ее Училищемъ благочестія. Она состоитъ изъ СХІ повѣстей, написанныхъ просто, ясно и пріятно, какъ надлежало описывать для дѣтей жизнь и случаи праведныхъ Мужей, посвятившихъ себя смиреннымъ добродѣтелямъ Христіанскимъ. Вотъ для примѣра двѣ повѣсти изъ сего истиннаго училища благочестія:


1.

Смиреніе Преподобнаго Сергія, Игумена Радонежскаго.


Одинъ сельской житель, слыша о добродѣтеляхъ и чудотвореніяхъ Святаго Сергія, издалека пришелъ въ обитель его, чтобъ увидѣть Праведника и принять отъ него благословеніе. Въ то время человѣкѣ Божій воздѣлывалъ землю въ саду своемъ.-- Будучи извѣщенъ о пришельцѣ, онъ велѣлъ его допустить къ себѣ.

Крестьянинъ, видя человѣка, слишкомъ просто одѣтаго, копающаго гряды, не могъ вообразить, чтобъ то былъ столь славный Сергій; и подумалъ, что въ насмѣшку ему вмѣсто Святаго указали работника. Онъ возвратился въ монастырь, и вторично спросилъ: "Гдѣ преподобный Сергіи?" ... Сколько ни увѣряли его, что, будучи въ саду, онъ видѣлъ его; но крестьянинѣ не хотѣлъ и слушать.

Между тѣмъ Угодникъ Божій вышелъ изъ сада... Крестьянинъ, гнушаясь имъ, отворотился въ сторону и не хотѣлъ взглянуть на него.-- "Ахъ! какой трудъ подъялъ я! и понапрасну!... думалъ онъ: я пришелъ увидѣть великаго Пророка; надѣялся узрѣть славу его; но чтожъ вижу? нищаго."... Святый узналъ его мысли, и поблагодарилъ Бога; ибо какъ горделивецъ восхищается хвалою и честію, такъ смиренномудрый радуется уничиженію. Онъ взялъ крестьянина. за руку, увелъ въ свою келлію, и поставилъ предъ нимъ пищу и питіе.-- "Не печалься, доброй человѣкъ!" сказалъ онъ, "ты вскорѣ увидишь Сергія."

Едва Святый выговорилъ сіе, вдругъ объявили ему, что въ монастырь пришелъ Россійскій Князь, и Сергій вышелъ къ нему на встрѣчу... Какъ удивился поселянинъ, увидя, что Государь въ сему, какъ называлъ онъ, нищему подступилъ съ благоговѣніемъ, и поклонясь до земли, просилъ благословенія! какъ удивился онъ, что сей Старецъ сѣлъ вмѣстѣ съ Княземъ, между тѣмъ какъ всѣ прочіе, даже Вельможи, стояли предъ ними.

Бѣднаго крестьянина гнушались и слуги ихъ... Едва выпросивъ для себя уголокъ въ сѣняхъ, онъ не спускалъ глазѣ съ того, на кого прежде и взглянуть не хотѣлъ.-- "Сдѣлайте милость, скажите мнѣ," тихонько спросилъ онъ: "кто сей старецъ, подлѣ Князя сидящій?" -- Это Сергій, отвѣчали ему. Обманутый самъ собою, крестьянинѣ заплакалъ, и укорялъ себя въ невѣжествѣ: "Конечно слѣпъ я" говорилъ онъ "что не могъ узнать человѣка Божія, и не отдалъ ему подобающей чести.... Увы! какъ теперь предстану лицу его?" -- Но Сергій вскорѣ утѣшилъ его.

Когда Князь простился съ праведникомъ, крестьянинѣ припалъ къ ногамъ его, и разкаевался въ безумія своемъ... "Ты Одинъ правъ", поднимая его, сказалъ Святый Мужъ, "что почелъ меня старцемъ ничего незначущимъ; всѣ прочіе обманываются."

Уважай человѣка въ худомъ платьѣ такъ же, какъ и богато одѣтаго, дабы не подумали, что отдаешь почтеніе не человѣку, но платью его. Сверхъ того, подѣ Златотканною одеждою часто скрывается невѣжество и злое сердце, а подъ рубищемъ великій умѣ и добродѣтель.


2.

Пустыннолюбецъ, или начало Соловецкаго монастыря.


Въ царствованіе Великаго Князя Василія Васильевича въ Бѣлоезерскомъ Кириловскомъ Монастырѣ былъ старецъ по имени Савватій. Работая Господу день и ночь, умерщвляя тѣло свое постомъ, всенощнымъ бдѣніемъ и трудами на-пользу обители, приходящихъ туда богомольцевъ научая добродѣтели, онъ такъ прославился, что не проходило ни одного дня, чтобъ не посѣтили его нѣсколько человѣкѣ для принятія отъ него благословенія.

Слава и почтеніе любезны сердцу человѣческому; и какихъ не пріемлютъ на себя трудовъ, чтобъ сдѣлать знаменитымъ имя свое! Но Савватій думалъ не такъ. Ища славы не отъ людей, но отъ Бога, онъ сокрушался о томъ, что вездѣ говорятъ о немъ; ибо, зная слабость человѣческую, Праведникъ не надѣялся на свое сердце, и боялся, чтобъ не проникли въ него чувствованія гордости и высокомѣрія. Святый Мужъ рѣшился сыскать для себя мѣсто пустынное, никѣмъ не посѣщаемое.

Утвердившись въ намѣреніи, онъ принялъ благословеніе отъ Настоятеля, простился съ братіею, и ушелъ на островѣ Валамъ, лежащій на Ладожскомъ озерѣ, гдѣ иноки ночь трудясь въ молитвахъ, днемъ снискиваютъ себѣ пищу милостынею и трудомъ рукъ своихъ. Но слава всегда слѣдуетъ за тѣмъ, кто убѣгаетъ отъ нея... Всѣхъ превосходя подвигами постничества, Святый Савватій и здѣсь просіялъ именемъ не только въ мѣстахъ окрестныхъ, но и въ странахъ далѣе лежащихъ.

Паки человѣкъ Божій началъ скорбѣть и снѣдаться печалію, видя почтеніе отъ братіи и отъ приходящихъ туда богомольцевъ; но къ сердечному удовольствію, услышалъ онъ, что на Океанѣ есть островъ, называемый Соловецкій, пустъ и ненаселяемъ, отстоящій отъ брега на два дни плаванія. Другой, при первомъ слухѣ, вообразилъ бы ужасъ пустыни, хладъ Сѣвера, ревъ звѣрей, и въ трепетѣ отвратилъ бы оттуда очи свои. -- Святый Савватій, напротивъ того, воскликнулъ: "Здѣсь благопріятное для меня пристанище! Богѣ милосердъ; Онъ пятью хлѣбами напиталъ въ пустыни пять тысячъ народа, пропитаетъ и меня на островѣ хладномъ и пустомъ, и даже пошлетъ для меня, чѣмъ накормить и пришельцевъ, естьли какіе посѣтятъ обитель мою." Но Настоятель и братія ни подъ какимъ видомъ не хотѣли разстаться съ толь праведнымъ Мужемъ; ибо Святый Савватій былъ вѣнецъ ихъ братства.

Человѣкъ Божій рѣшился уйти тайно. Въ глухую полночь онъ вышелъ изъ обители, и направилъ путь свой къ сторонѣ Океана. Отъ живущихъ на брегѣ рыболововъ вторично услышалъ онъ, коль ужасная пустыня будетъ жилищемъ его; но все сіе Святаго отшельника только болѣе восхищало. Идучи вдоль по брегу морскому, онъ нашелъ нѣкотораго инока, по имени Германа, при часовнѣ живущаго, и coopудилъ съ нимъ малую ладію.

Взявъ съ собою нѣсколько хлѣба и землепашескихъ орудій, съ надеждою на Бога, они пустились въ море. Тишина и попутный вѣтръ способствовали имъ достигнуть до мѣста желаннаго. Тамъ пустыннолюбцы водрузили Крестъ, поставили келлію, и начали жить, работая Господу, и въ потѣ лица своего снискивая себѣ пищу. Ихъ руки воздѣлывали землю, а уста благословляли Господа.

Кто ищетъ славы отъ людей, тотъ пріемлетъ здѣсь -- на свѣтѣ мзду свою, которой должно бы ожидать въ будущей жизни. Христіане! сравните одну блѣдную искру, которая мгновенно изчезаетъ съ блистаніемъ солнца; и тогда судите, что значитъ слава міра сего противу славы небесной, которую уготовалъ Богѣ любящимъ Его.


-----


О новой книге [Г.И.Мансветова]: Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, и проч. Ч.1 // Вестн. Европы. -- 1814. -- Ч.74, N 7. -- С.217-220.

Мансветов Г.И. [Из книги "Училище благочестия"] // Вестн. Европы. -- 1814. -- Ч.74, N 7. -- С.221-226.