# Испытание

Пьер Карле Мариво

L'Épreuve

Комедия в одном действии.

Перевод Ариадны Эфрон.

Пьер Карле Мариво


Испытание


L'иpreuve (1740)

Комедия в одном действии


Перевод А. Эфрон

Пьер Карле Мариво. Комедии

Библиотека драматурга

М., Государственное книгоиздательство "Искусство", 1961


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА


Г-жа Аргант.

Анжелика -- ее дочь.

Лизетта -- служанка.

Люсидор -- молодой человек, влюбленный в Анжелику.

Фронтен -- слуга Люсидора.

Блез -- молодой фермер.


Действие происходит в поместье, недавно купленном Люсидором.


ЯВЛЕНИЕ I


Люсидор, Фронтен в господском камзоле и сапогах.


Люсидор. Пройдем в этот зал. Ты, стало быть, только что прибыл?

Фронтен. Только что. Я остановился на постоялом дворе, расспросил о дороге в замок, оделся, как вы приказали, и вот я здесь. Хорош ли мой наряд? (Поворачивается.) Узнаете своего камердинера? Не слишком ли у меня важный вид?

Люсидор. Ты выглядишь именно так, как нужно. К кому же ты обратился по приезде?

Фронтен. Только я собрался заговорить с первым встречным мальчишкой, как появились вы. Теперь объясните мне, зачем я вам нужен в таком великолепном обличье?

Люсидор. Хочу предложить тебя в супруги одной любезнейшей особе.

Фронтен. Вот как? Осмелюсь заметить, сударь, что даже она не может быть любезнее вас.

Люсидор. О нет, ты ошибаешься. Все это я затеял в собственных интересах.

Фронтен. В таком случае молчу.

Люсидор. Тебе известно, что я приехал сюда месяца два назад осмотреть землю, которую купил для меня управляющий. В замке я нашел некую госпожу Аргант из небогатых местных мещан, она была там чем-то вроде привратницы. У этой славной женщины есть дочь: она пленила меня, и вот ей-то я и хочу предложить тебя в женихи.

Фронтен (смеясь). Девушке, которая вам самому по вкусу? Забавное признание! Итак, нас будет трое? Вы, видно, разыгрываете партию в пикет!

Люсидор. Послушай, я намерен жениться на ней сам...

Фронтен. Я так и понял: после того как я на ней женюсь.

Люсидор. Дай мне договорить. Я представлю тебя как богатого человека и моего друга, и проверю, достаточно ли она меня любит, чтобы отвергнуть тебя.

Фронтен. О, это дело другое! В таком случае меня тревожит лишь одно.

Люсидор. Что же?

Фронтен. По приезде сюда близ постоялого двора я заметил премилую девушку, она с кем-то беседовала. Мне показалось, будто это та самая Лизетта, которую я знавал в Париже лет пять назад; она была служанкой у одной дамы, а даму ту часто посещал мой хозяин. Я видел Лизетту всего лишь два-три раза, но так как она хороша собой, то я говорил ей об этом при каждой встрече. А такие вещи девушки запоминают.

Люсидор. Да, у госпожи Аргант есть служанка с таким именем, она родом из этой деревни, и вся ее семья тут живет; действительно, она некоторое время пробыла в Париже, где служила у какой-то дамы из здешних мест.

Фронтен. Клянусь, сударь, плутовка узнает меня. Ведь в облике мужчины есть нечто незабываемое.

Люсидор. В таком случае может выручить лишь одно -- дерзость. Надо убедить ее, что она ошибается.

Фронтен. Ну, дерзости-то мне не занимать.

Люсидор. Разве не бывает людей столь похожих друг на друга, что их не отличишь?

Фронтен. Ну что ж, и я буду на кого-то похож -- вот и все! Но скажите, сударь, не рассердитесь ли вы на маленькое замечание?

Люсидор. Говори.

Фронтен. Хоть вы и во цвете лет, очень умны и рассудительны, мне все же кажется, что ваш план -- мальчишеская затея.

Люсидор (недовольно). Что?

Фронтен. Спокойно. Вы -- сын богатого купца, оставившего вам более ста тысяч ливров годового дохода, и можете претендовать на самые блестящие партии. Неужели обладательница милой мордашки, о которой вы говорите, достойна законного брака с вами? При вашем богатстве, я думаю, вы можете отделаться дешевле.

Люсидор. Замолчи, ты ее совсем не знаешь. Правда, Анжелика лишь скромная поселянка, но родом она ничуть не ниже меня. Я ведь не стремлюсь непременно жениться на знатной. К тому же она так очаровательна, ее невинное личико дышит таким благородством и добродетелью, в ее характере столько врожденной деликатности, что если она только любит меня, как мне кажется, то я ни на ком другом не женюсь.

Фронтен. То есть как это так -- если она вас любит? Значит, это еще не решено?

Люсидор. Нет. Слово "любовь" еще не было произнесено меж нами. Я ни разу не признавался в своем чувстве, но все мое поведение говорило об этом, а ее поведение свидетельствовало об искренней и нежной симпатии. По приезде сюда я на третий день заболел и некоторое время находился в опасности, и вот я видел, как из ее глаз струились слезы. Кстати, мать ее этого не замечала. С тех пор как здоровье ко мне вернулось, все остается по-старому: я люблю ее безмолвно, она тоже любит меня, но ничего не говорит, не желая в то же время скрывать от меня своих чувств. Ее бесхитростное, честное и простодушное сердце не знает, что такое любовь.

Фронтен. Но вы-то знаете! Почему бы вам первому не шепнуть ей словечко любви? Оно ведь ничего не испортит.

Люсидор. Время еще не настало. Хоть я и уверен в ее сердце, но хочу знать, чему я обязан этой привязанностью: любят ли мое богатство или же меня самого. И это станет понятно после испытания, которому я ее подвергну. Пока еще все, что было между нами, я могу называть дружбой. Этим я и воспользуюсь.

Фронтен. Вот и отлично. Но не к моей помощи надо для этого прибегать!

Люсидор. Почему?

Фронтен. Как -- почему? Поставьте себя на место этой девушки, откройте глаза и вы поймете -- почему! Готов биться об заклад -- сто против одного,-- что я ей понравлюсь!

Люсидор. Глупец! Ну что ж, если ты ей и понравишься, то я тут же поправлю дело, разоблачив тебя! Ты привез драгоценности?

Фронтен (роясь в кармане). Вот, все они тут.

Люсидор. Раз никто не видел, как ты вошел, уходи, пока сюда не явился человек, которого я вижу в саду. Поди приведи себя в порядок и раньше чем через час или два не являйся.

Фронтен. Если вам не повезет, помните, я вас предупреждал.


ЯВЛЕНИЕ II


Люсидор, медленно входит Блез в одежде богатого фермера.


Люсидор. Он направляется сюда, видно, хочет поговорить со мною.

Блез. Мое почтение, господин Люсидор. Как поживаете? У вас с утра отличный вид.

Люсидор. Да, я чувствую себя довольно хорошо, господин Блез.

Блез. Надо признать, что болезнь пошла вам впрок. Вы, ей-богу, посвежели и порозовели... Глядя на вас, сердце радуется.

Люсидор. Премного вам обязан.

Блез. Мне, знаете ли, по душе, когда хорошие люди здоровы. Здоровье -- штука похвальная. Ваше же -- похвально вдвойне.

Люсидор. Я тронут вашим вниманием и хотел бы вам быть чем-нибудь полезен.

Блез. Ваша помощь пришлась бы мне кстати. Я ради этого как раз и пришел.

Люсидор. Я вас слушаю.

Блез. Вы знаете, сударь, что я часто бываю у госпожи Аргант, а ее дочка Анжелика так прелестна, не правда ли?

Люсидор. Безусловно.

Блез (смеясь). Хе-хе-хе! Так вот, хотел бы я эту, с позволения сказать, прелесть заполучить себе в жены.

Люсидор. Стало быть, вы любите Анжелику?

Блез. Ах, это создание сводит меня с ума, я теряю весь свой и без того небольшой рассудок. Весь день я о ней думаю, всю ночь она мне снится. Должно же быть от этого лекарство! Вот я и пришел к вам за помощью... Благодаря чести и уважению, которое, как говорится, вам оказывают, и ежели это вам не в тягость, замолвите за меня словечко перед ее мамашей, чья благосклонность мне так нужна.

Люсидор. Понимаю. Вы хотите, чтобы я склонил госпожу Аргант отдать за вас дочь. А сама Анжелика любит вас?

Блез. А как же! Когда я при случае говорю ей о своих чувствах, она смеется, поворачивается и уходит. Ведь это хороший признак, не так ли?

Люсидор. Ни хороший и ни плохой. И, насколько я знаю, мадам Аргант не очень богата, а вы -- фермер и владеете большим участком земли...

Блез. Ко всему еще я молодой -- мне только тридцать лет, и я такой весельчак да заводила...

Люсидор. Партия может быть подходящей, не будь одной трудности.

Блез. Какой еще трудности?

Люсидор. Видите ли, в благодарность за заботы госпожи Аргант и всех ее домочадцев во время моей болезни, я замыслил выдать Анжелику замуж за очень богатого человека, он должен сюда приехать и как раз собирается жениться на деревенской девушке из честной семьи. Приданое для него не имеет значения.

Блез. Вот так так! Вы очень огорчили меня своим сообщением, господин Люсидор. Это очень грустно, обидно и коварно. Черт возьми! Надо быть добрым -- я признаю, но не надо наступать другим на ноги! Я вам такой же ближний, как всякий другой, и не следует угнетать одного, чтобы облегчить жизнь другому. А я-то боялся, как бы вы не умерли! Стоило двадцать раз приходить справляться: "А не лучше ли ему? А не хуже ли ему?" Забота о вашем здоровье принесла мне много хлопот. Ведь два раза пускал вам кровь не кто иной, как мой кузен; да, так и знайте -- мой собственный двоюродный брат. Моя мать доводилась ему теткой.

Люсидор. Не будь он вашим родственником, я был бы вам признателен не меньше.

Блез. Не говорю уж о том, что вы меня лишаете приданого. Я бы получил пять тысяч ливров, никак не меньше!

Люсидор. Успокойтесь. Вы рассчитывали на них? Что ж, я дам вам двенадцать тысяч ливров, чтобы вы женились на другой и забыли о горе, которое я вам причинил.

Блез (удивленно). Как? Двенадцать тысяч ливров наличными?

Люсидор. Я обещаю вам это, не лишая вас возможности сделать предложение Анжелике,-- напротив, я даже требую, чтобы вы просили ее руку у госпожи Аргант. Требую -- слышите? Ибо, если вы нравитесь Анжелике, я буду очень сожалеть, что разлучил ее с человеком, которого она любит.

Блез (в изумлении протирает глаза). Ну и ну! Вы говорите, словно принц какой... Двенадцать тысяч ливров! У меня прямо руки опускаются. Я не могу очухаться. Встаньте сюда, сударь, а я паду перед вами ниц, как перед истинным чудом.

Люсидор. Этого вовсе не нужно. И не за что меня хвалить. Я сдержу свое слово.

Блез. И это после того, как я оказался таким невежей и грубияном? Но скажите мне, королевское ваше величество, а если, случаем, Анжелика полюбит меня, значит, я получу и жену и двенадцать тысяч ливров в придачу?

Люсидор. Не совсем так. Выслушайте меня внимательно. Я хочу, как я вам уже сказал, чтобы вы сделали предложение Анжелике, хотя я и прочу ей другого человека в мужья. Если она примет ваше предложение, то, поскольку в этом случае я ничем не нанесу вреда вашей любви, я не дам вам ничего. Если же она вам откажет -- двенадцать тысяч ваши.

Блез. Откажет, сударь, откажет. Небо дарует мне отказ, раз вы этого желаете.

Люсидор. Остерегитесь. Я вижу, что из-за двенадцати тысяч франков вы уже согласны быть отвергнутым.

Блез. Увы! Возможно, эта сумма меня малость оглушила. Большой я охотник до денег, каюсь. Ведь это такое утешение!

Люсидор. Я ставлю еще одно условие в нашем уговоре. Вы должны делать вид, будто очень добиваетесь Анжелики, а также и впредь казаться влюбленным в нее.

Блез. Да, сударь, буду казаться. Но я твердо надеюсь, что окажусь недостойным ее, и мне даже думается, если бы она осмелилась, то любила бы вас больше, чем кого-либо другого.

Люсидор. Меня? Господин Блез, я удивлен всем этим. Мне ничего подобного и в голову не приходило. Вы заблуждаетесь. Во всяком случае, если она вам откажет, не забудьте упрекнуть ее в склонности ко мне. Из чистого любопытства я хотел бы знать, как в действительности обстоит дело.

Блез. Не премину. И упрек этот я ей выскажу при вас, когда только пожелаете.

Люсидор. И поскольку вы по праву можете считать себя местным сердцеедом, то соблаговолите хорошенько присмотреться к Лизетте, на которой я советую вам остановить свой выбор: вместе с двенадцатью тысячами она покажется вам еще краше!

Блез. О господи! Скажите только одно слово, и я остановлю свой выбор на ней, но любить я ее буду лишь скрепя сердце.

Люсидор. Да, она служанка госпожи Аргант. Но ведь она ничуть не хуже других девушек этой деревни.

Блез. Еще бы, она здешняя!

Люсидор. К тому же молода и хороша собой.

Блез. Очаровательна. Вы видите, сударь, у меня уже пробуждается к ней аппетит?

Люсидор. Но одно я вам приказываю: вы скажете ей о своей любви лишь после того, как объяснитесь с Анжеликой. Нельзя, чтобы Лизетта прежде узнала о ваших намерениях.

Блез. Предоставьте все Блезу. С ней я буду говорить так, что никто ничего не поймет. А вот и она. Вам угодно, чтоб я ушел?

Люсидор. Ничто не мешает вам остаться.


ЯВЛЕНИЕ III


Люсидор, Блез, Лизетта.


Лизетта. Я только что узнала, сударь, от сынишки нашею виноградаря, что к вам прибыл гость из Парижа.

Люсидор. Да, один из моих друзей приехал повидать меня.

Лизетта. В какой комнате вы хотели бы его поместить?

Люсидор. Мы решим это, когда он возвратится, сейчас он еще на постоялом дворе. Скажи, Лизетта, а где Анжелика?

Лизетта. Мне кажется, я видела ее в саду, она гуляла и собирала цветы.

Люсидор (указывая на Блеза). Вот человек, расположенный к ней, он очень хотел бы на ней жениться. Я спрашивал у него, питает ли она к нему склонность. А ты что думаешь на этот счет?

Блез. Да, каково ваше мнение, прелестная брюнеточка?

Лизетта. Ну что вам сказать? Насколько я могу судить, до сих пор вы никак не тронули ее сердце.

Блез. Никак? Что? Я это и говорил! До чего вы умны, мадемуазель Лизетта!

Лизетта. Ответ мой мало лестен, но другого я дать не могу.

Блез (игриво). Ваш ответ мне вполне подходит, и я им утешен. Я люблю откровенность, да и что во мне может иравиться вашей барышне?

Лизетта. Это не значит, будто вы ничего не стоите, господин Блез. Но, я боюсь, госпожа Аргант находит, что для ее дочери вы недостаточно состоятельны.

Блез (смеясь). Что верно, то верно. Состояние у меня недостаточное. Нынче у вас -- что ни слово, то золото!

Лизетта. Чудно, что вас это радует.

Люсидор. На большее он и не рассчитывал.

Блез. В том-то и дело. К тому же и так и этак -- я не в накладе. (Лизетте.) Ну и милашка же вы!

Лизетта. Либо он одурел, либо я чего-то не понимаю.

Блез. И все же я попробую добиться Анжелики. Может статься, добьюсь, а может, и нет... Нужно обдумать и то и это, чтобы не просчитаться.

Лизетта (смеясь). У вас, видно, дальний прицел!

Люсидор. Как бы то ни было, я тоже хочу предложить ей жениха, и очень хорошего. Речь идет о человеке из общества. Вот потому-то мне и надо знать, не влюблена ли она уже в кого-нибудь.

Лизетта. Если вы сами хотите устроить ее счастье, я думаю, ваш выбор она примет.

Люсидор. Прощай, Лизетта. Пойду пройдусь по большой аллее. Когда придет Анжелика, предупреди меня, пожалуйста. Что до тебя, то будь уверена, я не уеду в Париж, не вознаградив твои старания.

Лизетта. Вы очень добры, сударь.

Люсидор (уходя, тихо, Блезу). С Лизеттой будьте осторожны в выражениях, метр Блез.

Блез. Я так и делаю. Брожу вокруг да около.


ЯВЛЕНИЕ IV


Блез, Лизетта.


Лизетта. У господина Люсидора чудесное сердце.

Блез. О, великолепное сердце, просто золотое сердце. А как вы поживаете, мадемуазель Лизетта?

Лизетта (смеясь). Что вы хотите сказать своим комплиментом, господин Блез? С некоторых пор вы стали вести очень странные речи.

Блез. Да, у меня чудные повадки, вас это удивляет, не так ли? Я так и думал. (После паузы.) Как вы милы!

Лизетта. Что это вам вздумалось называть меня милой? (В сторону.) Как он на меня смотрит! (Блезу.) Вы не в себе?

Блез. Напротив. На вас взирает сама рассудочность.

Лизетта. Ну что ж, и пусть себе взирает. Но разве у меня сегодня лицо не такое, как вчера?

Блез. Такое же, но я вижу его лучше, чем обычно. Для меня оно совсем как новое.

Лизетта (собираясь уходить). Ну, да благословит вас небо.

Блез (останавливая ее). Подождите.

Лизетта. Чего вы от меня хотите? Просто смешно вас слушать. Можно подумать, что вы со мной любезничаете. Я знаю, что вы состоятельный фермер и я вам не пара. В чем же дело?

Блез. В том, что надо слушать меня, ни о чем не рассуждая, и думать про себя: "Да, тут должно быть какая-то тайна".

Лизетта. Что еще за тайна? Вы же мне ничего толком не сказали.

Блез. Нет, и это нарочно так задумано.

Лизетта. Вот странно. Разве вы не добиваетесь Анжелики?

Блез. И это верно.

Лизетта. Чем больше думаю, тем больше теряюсь.

Блез. Так и нужно.

Лизетта. Но при чем тут разговоры о том, как я мила? Почему вы обращаете на меня больше внимания, чем обычно? До сих пор вы не задумывались над тем, мила я или нет. Должна ли я считать, что вы внезапно в меня влюбились? Этого я вам не запрещаю.

Блез (поспешно). Я не говорю, что люблю вас.

Лизетта. Так что же вы говорите?

Блез. Но я и не говорю, что не люблю вас. Ни того, ни другого, и вы тому свидетель. Я дал слово и поступаю честно. Смеяться тут нечего, я ничего такого не сказал, но думаю и повторяю, что вы очень милы.

Лизетта (удивленно смотрит на него). Гляжу я на вас и тоже думаю: если бы вы не казались слегка тронутым, то я бы, право, заподозрила, что вы ко мне неравнодушны.

Блез. О, подозревайте, верьте, убеждайте себя, в том нет беды, лишь бы я тут был ни при чем, пусть все исходит от вас, мое дело -- сторона.

Лизетта. Что все это значит?

Блез. Вам же, к примеру, разрешается меня любить. Я на это согласен. И если ваше сердце склонно к тому, не стесняйте его, а уж я вам в этом не помеха. Мы ничего не теряем.

Лизетта. Занятный комплимент! А какая мне в том корысть?

Блез. О господи! Я связан, я не то, что вы, и не могу выражаться ясней. Вот идет Анжелика. С вашего разрешения я скажу ей несколько нежных слов, но только знайте -- вы все равно милашка.

Лизетта. Ей-богу, у вас голова не в порядке, господин Блез, тут уж ничего другого не скажешь.


ЯВЛЕНИЕ V


Блез, Лизетта, Анжелика.


Анжелика (входит с букетом). Здравствуйте, господин Блез. Лизетта, правда ли, что к господину Люсидору кто-то приехал из Парижа?

Лизетта. Насколько мне известно -- да.

Анжелика. Не говорят ли, что он собирается увезти его в Париж?

Лизетта. Вот этого я не знаю. Господин Люсидор мне ничего не говорил.

Блез. Не похоже на то. Он прежде хочет выдать вас за богатого, насколько мне известно.

Анжелика. Выдать меня замуж, господин Блез? И за кого же, хотела бы я знать?

Блез. Имя этого господина еще не известно.

Лизетта. Господин Люсидор говорит о блестящей партии, о человеке из общества, но не открывает, кто он и откуда родом.

Анжелика (со скромным, но довольным видом). Человек из общества, имени которого он не хочет назвать?

Лизетта. Я передаю вам его собственные слова.

Анжелика. Ну что ж, я не тревожусь. Мы узнаем имя рано или поздно.

Блез. Во всяком случае, это не я.

Анжелика. О, я в том не сомневаюсь. Какая бы в этом была тайна? Ведь вы человек полей, а тут речь о ком-то из общества!

Блез. Однако у меня тоже есть намерения, но я не прячусь и открыто объявляю свое имя. Я прихожу и заявляю, что я в вас влюблен. И вы это знаете.


Лизетта пожимает плечами.


Анжелика. Я об этом забыла.

Блез. Вот я и пришел напомнить. Вы хоть немножко к этому благосклонны, мадемуазель Анжелика?


Лизетта дуется.


Анжелика. Увы, ничуть!

Блез. Ничуть! Это уже кое-что. Но будьте, по крайней мере, осторожны, ведь я теперь по-простецки решу, что нравлюсь вам.

Анжелика. Не советую, господин Блез. Думаю, что нет.

Блез. Ах так, ну и отлично. Это, по крайней мере, понятно. Мне, конечно, жаль, меня это расстраивает, но ничего, не стесняйтесь, если хотите, я попозже вернусь и вы мне скажете -- нужно ли мне говорить с госпожой Аргант, или вам угодно, чтобы я этого не делал. Хорошенько пораскиньте на сей счет на досуге. Будьте здоровы. (Лизетте, тихо.) Какая славная у вас мордашка!

Лизетта (в ярости). Ну и рожа!


ЯВЛЕНИЕ VI


Лизетта, Анжелика.


Анжелика. К счастью, я не опасаюсь его любви. Пусть он даже попросит моей руки у матери, это ни к чему не приведет.

Лизетта. Он просто краснобай и совсем не подходит такой девушке, как вы.

Анжелика. Я его и не слушаю. Но скажи, Лизетта, значит, господин Люсидор серьезно говорит о муже для меня?

Лизетта. Да, но о муже знатном, с большим состоянием.

Анжелика. Ну, если это тот, о ком я думаю, то состояние у него весьма большое.

Лизетта. О ком же вы думаете?

Анжелика. Мне было бы слишком стыдно ошибиться.

Лизетта. Не думаете ли вы, что этот человек -- он сам? И большой барин, и богат...

Анжелика. Он? Я и сама не знаю, что думать. Вот так мечтаешь, мыслью куда-то уносишься, а потом -- все. Что ж, посмотрим на этого жениха. Не выйду же я замуж, даже не взглянув на него.

Лизетта. Пусть это лишь приятель господина Люсидора, брак все же будет отличный. Кстати, он просил его предупредить, когда вы придете. Он ждет в аллее.

Анжелика. Так иди же. Что ты здесь разболталась? Так-то ты выполняешь поручения! Может быть, он уже ушел.

Лизетта. А вот и он сам.


ЯВЛЕНИЕ VII


Лизетта, Анжелика, Люсидор.


Люсидор. Давно ли вы здесь, Анжелика?

Анжелика. Нет, сударь. Я сию минуту узнала о вашем желании поговорить со мной и журила Лизетту за то, что она мне не сказала об этом раньше.

Люсидор. Да, мне надо сообщить вам важные вещи.

Лизетта. Это тайна? Мне уйти?

Люсидор. Тебе нет необходимости оставаться.

Анжелика. К тому же, я думаю, ты понадобишься матушке.

Лизетта. Тогда я ухожу.


ЯВЛЕНИЕ VIII


Анжелика, Люсидор.


Анжелика (смеясь). О чем вы думаете, так пристально глядя на меня?

Люсидор. О том, что вы с каждым днем хорошеете.

Анжелика. Посмотрели бы вы на меня в дни вашей болезни! Кстати, я знаю, вы любите цветы, и когда собирала этот букет, то думала о вас. Возьмите его, сударь.

Люсидор. Я возьму, но лишь для того, чтобы возвратить. Мне приятнее видеть его в ваших руках.

Анжелика (беря букет). А мне он стал больше нравиться теперь, когда я получила его от вас.

Люсидор. Вы всегда находите любезный ответ.

Анжелика. Для некоторых с легкостью. Но что вы хотели?

Люсидор. Представить доказательство моей величайшей дружбы к вам, при условии, однако, что прежде вы мне откроете, что у вас на сердце.

Анжелика. Увы, это совсем не трудно. Я ничего не скажу вам нового. Если у моего сердца отнять то чувство дружбы к вам, о котором вы знаете, то больше вы в нем ничего не найдете.

Люсидор. Ваши слова так меня радуют! Я почти забываю о том, что собирался вам сказать.

Анжелика. Как же быть? Значит, вы всегда станете забывать, если только я не буду безмолвна. Право же, у меня нет других тайн.

Люсидор. Я не нахожу плохой эту тайну. Но продолжим. Я здесь всего лишь семь недель...

Анжелика. Так много? Как быстро летит время!.. Ну и что же?

Люсидор. И я видел, что многие молодые люди ухаживают за вами. Кого из них вы отличаете? Доверьтесь мне, как лучшему своему другу.

Анжелика. Не понимаю, сударь, почему вы считаете, что я должна кого-то отличать. Молодые люди ухаживают за мной... Но разве я их замечаю? Разве я их вижу? Право, они попусту теряют время.

Люсидор. Я вам верю, Анжелика.

Анжелика. Я ни на кого не обращала внимания, пока вас не было, и уж, конечно, ни на кого не обращаю внимания с тех пор, как появились вы!

Люсидор. Неужели вы равнодушны и к господину Блезу, молодому фермеру, который, как он мне говорил, хочет сделать вам предложение?

Анжелика. Он может делать мне сколько угодно предложений. Но скажу вам коротко: все эти люди от первого и до последнего мне не нравятся. А уж Блез-то в особенности. На днях он упрекал меня в том, что мы с вами слишком часто беседуем, как будто не естественно, что ваше общество приятнее его. До чего глупо!

Люсидор. Если мое общество вам приятно, то поверьте, дорогая Анжелика, быть в вашем обществе -- для меня еще большая радость. Когда мы не видимся, мне так вас недостает, я ищу вас...

Анжелика. Но ищете недолго, ибо я далеко не ухожу и быстро появляюсь.

Люсидор. И тогда я счастлив.

Анжелика. А я перестаю грустить.

Люсидор. И вправду, я счастлив видеть, что на мою дружбу вы отвечаете дружбой.

Анжелика. Да, но, к несчастью, вы не из наших мест, и, возможно, скоро возвратитесь в Париж, который я вовсе не люблю. Будь я на вашем месте, скорее бы он сюда переехал, чем я возвратилась бы туда.

Люсидор. Разве важно, вернусь я туда или нет, если от вас одной зависит, чтобы мы и там были вместе.

Анжелика. Вместе, господин Люсидор? Вот как! А каким образом?

Люсидор. Я нашел для вас мужа-парижанина.

Анжелика. Неужели? О, умоляю вас, не шутите со мной. У меня сердце так и бьется. Он живет вместе с вами?

Люсидор. Да, Анжелика, мы живем в одном и том же доме.

Анжелика. Этого мало, я еще не могу успокоиться и поверить... Что же он за человек?

Люсидор. Он очень богат.

Анжелика. Не это главное. Дальше.

Люсидор. Он одного со мною возраста и роста.

Анжелика. Отлично, вот это я и хотела знать.

Люсидор. Мы схожи характерами. Он придерживается тех же взглядов, что и я.

Анжелика. Все лучше и лучше. О, как я буду его любить!

Люсидор. Он такой же скромный и простой человек, как я.

Анжелика. Я и не хочу другого.

Люсидор. Он лишен честолюбия, не стремится к славе, и в той, кого возьмет в жены, ему нужно лишь сердце.

Анжелика (смеясь). Он получит его, господин Люсидор, получит! Оно уже принадлежит ему. Я люблю его так же, как вас: ни больше, ни меньше.

Люсидор. И его сердце будет целиком принадлежать вам, Анжелика, уверяю вас. Я отлично знаю его. Можете считать, что он говорит сейчас моими устами.

Анжелика. Ну конечно. Я же отвечаю так, будто он здесь.

Люсидор. Вы сделаете его счастливым. Мне ведомы его желания и чувства.

Анжелика. Клянусь, я разделяю его счастье.

Люсидор. Прощайте, дорогая Анжелика, мне не терпится поговорить с вашей матушкой и получить ее согласие. Радость, которую мне доставляет мысль об этом браке, не позволяет медлить. Но прежде, чем я вас покину, примите от меня этот маленький свадебный подарок. Я вправе его вам поднести по обычаю, будучи вашим другом. Тут кое-какие драгоценности, я выписал их из Парижа.

Анжелика. Я принимаю их потому, что они с вами же вернутся туда, где мы будем вместе. Но можно было обойтись и без драгоценностей. Самая большая драгоценность -- ваша дружба.

Люсидор. Прощайте, прелестная Анжелика, ваш будущий муж не замедлит явиться сюда.

Анжелика. Спешите, пусть он скорее приходит.


ЯВЛЕНИЕ IX


Анжелика, Лизетта.


Лизетта. Ну как, мадемуазель, узнали, за кого вас выдают замуж?

Анжелика. За него, дорогая Лизетта, за него самого, и я жду его.

Лизетта. За него, говорите вы? Но кто этот человек, которого следует называть "он"? Он здесь?

Анжелика. Ты, верно, его встретила, он пошел к моей матушке.

Лизетта. Я видела только господина Люсидора, но ведь не он же на вас женится.

Анжелика. Как раз он,-- я уже двадцатый раз тебе повторяю. Если б ты только знала, как мы с ним говорили, как мы прекрасно понимали друг друга. И хотя он не сказал: "Это -- я!", все было так ясно, так приятно, так умилительно!..

Лизетта. Никогда бы этого не подумала! Но вот он опять идет сюда.


ЯВЛЕНИЕ X


Анжелика, Лизетта, Люсидор, Фронтен.


Люсидор. Я вернулся, Анжелика; по пути к вашей матушке я встретил своего друга и решил, что прежде его надо представить вам: вот он, ваш будущий муж, к которому вы уже заранее настроены благосклонно и чей характер столь схож с моим, словно он мой двойник. Кстати, он привез мне из Парижа портрет молодой и красивой особы, которую прочат мне в жены. (Показывает ей портрет.) Взгляните, как вы ее находите?

Анжелика (слабым голосом, отталкивая портрет). Я в этом ничего не смыслю.

Люсидор. Прощайте, я оставляю вас вдвоем, а сам бегу к госпоже Аргант. (Подходит к Анжелике.) Довольны ли вы?


Не отвечая ему, Анжелика достает ларчик с драгоценностями и отдает Люсидору, не глядя на него; он застывает пораженный и, не вернув ей ларчик, выходит.


ЯВЛЕНИЕ XI


Анжелика, Лизетта, Фронтен.

Анжелика неподвижна; удивленная Лизетта ходит вокруг Фронтена, Фронтен кажется смущенным.


Фронтен. Удивительная неподвижность, в которой вы пребываете, мадемуазель, до крайности смущает мою зарождающуюся к вам склонность. Вы вовсе меня обескураживаете, и я чувствую, что теряю дар речи.

Лизетта. Мадемуазель замерла, вы онемели, а я остолбенела: смотрю во все глаза и ничего не понимаю.

Анжелика (печально). Кто б мог поверить, Лизетта?

Лизетта. Я и сама не верю своим глазам, хотя и вижу все ясно.

Фронтен. Если бы прелестная Анжелика соблаговолила только взглянуть на меня, я полагаю, что мой вид ее не испугал бы, и, возможно, она взглянула бы на меня еще разок; я знаю, что к моей внешности легко привыкают. Попробуйте же, сударыня.

Анжелика (не глядя на него). Не могу, как-нибудь в другой раз. Побудьте с этим господином, Лизетта. Пусть он извинит меня; мне что-то нехорошо, я задыхаюсь, лучше я удалюсь к себе в комнату.


ЯВЛЕНИЕ XII


Лизетта, Фронтен.


Фронтен (в сторону). Достоинства мои не оценили.

Лизетта (в сторону). Это Фронтен. Конечно, он!

Фронтен (первые слова в сторону). Вот самая трудная для меня задача. Скажи-ка, милая, что должен я заключить из столь томного приема?


Лизетта, не отвечая, продолжает смотреть на него.


Отвечай же. Или ты тоже скажешь в другой раз?

Лизетта. Сударь, а не видала ли я уже где-то тебя?

Фронтен. То есть как это: "Не видала ли я уже где-то тебя?" Развязный, однако, народ в вашей деревне!

Лизетта (первые слова в сторону). Неужто я ошиблась?.. Простите, сударь; вы в Париже не заходили к некоей госпоже Дорман, где я была служанкой?

Фронтен. Что это еще за госпожа Дорман? В каком квартале?

Лизетта. Возле площади Мобер, дом торговца кофеем, третий этаж.

Фронтен. Площадь Мобер... госпожа Дорман... третий этаж! Нет, дитя мое, ничего этого я не знаю, и кофе всегда пью только дома.

Лизетта. Я больше не скажу ни слова, но признаюсь, что приняла вас за Фронтена: мне приходится делать огромное усилие, чтобы убедить себя в том, что вы -- не он.

Фронтен. Фронтен! Но ведь это же имя слуги!

Лизетта. Да, сударь, мне показалось, что это ты... то бишь вы, хочу я сказать.

Фронтен. Ты снова принялась тыкать! Не выводи меня из терпения.

Лизетта. Я неправа: но ты так на него похож!.. Ах! Простите, сударь, я опять за свое. Как! Неужели это не ты?.. То есть, я хочу сказать, не вы?

Фронтен (смеясь). Пожалуй, лучше всего мне самому над этим посмеяться. Ничего, моя милая, человек менее рассудительный и солидный рассердился бы; но я настолько выше этой ошибки, что она даже развлекла меня, неприятно лишь то, что лицо мое схоже с физиономией этого мошенника. Напрасно природа наделила его таким же лицом, как и меня, этим она нанесла мне оскорбление, тебя же я прощаю. Поговорим лучше о твоей госпоже.

Лизетта. Не огорчайтесь, сударь. Тот, за кого я вас принимала, весьма любезный молодой человек, забавный, остроумный и очень приятной наружности.

Фронтен. Еще бы, ведь он моя точная копия.

Лизетта. Такая точная, что я не могу прийти в себя, и ты был бы величайшим прохвостом... Я снова запуталась, сударь, сходство сбивает меня с толку.

Фронтен. Не беда, я начинаю привыкать: ведь ты обращаешься не ко мне.

Лизетта. Нет, сударь, я говорю с вашим двойником, и хотела сказать, что он был бы глубоко неправ, если б обманул меня; я от всего сердца желаю, чтобы это был он, думаю, что он любил меня, и сожалею о нем.

Фронтен. Вы правы, он этого заслужил. (В сторону.) Как лестно!

Лизетта. Вот удивительно: как только вы заговорите, мне кажется, я слышу его голос.

Фронтен. В этом, право же, нет ничего поразительного: когда люди похожи друг на друга, то у них и голоса одинаковые, а часто и одинаковые склонности. Ты говоришь, он тебя любил, и я готов был бы полюбить тебя, если б не мое положение в свете.

Лизетта. Увы! Я обрадовалась, подумав, что нашла его вновь.

Фронтен (первое слово в сторону). Ох!.. Такая любовь будет вознаграждена, дитя мое, поверь моему слову; но и сейчас ты кое-что приобретешь: я приму в тебе участие, окажу тебе услугу; не выходи замуж, не посоветовавшись со мной.

Лизетта. Я умею хранить тайны. Скажите мне, сударь, не ты ли это...

Фронтен (уходя). Полно, ты злоупотребляешь моей добротой! Мне пора идти. (После паузы.) Уф, жаркая была схватка!


ЯВЛЕНИЕ XIII


Лизетта, с минуту одна, Блез.


Лизетта. Уж я его и так и сяк испытывала: нет, верно, не он. Однако никогда еще я не видела такого сходства! Да пусть даже он! Ведь Блез, коли он только меня любит, куда более подходящая партия.

Блез (входя). Ну как, милочка, мои дела с Анжеликой?

Лизетта. Так же, как раньше.

Блез (смеясь). Ну что ж! Тем хуже, милашка.

Лизетта. Не объясните ли вы мне, что означает ваше "тем хуже", и смех при этом?

Блез. Я надо всем смеюсь, моя цыпочка.

Лизетта. Во всяком случае, вот вам мой сказ: Анжелика, видно, не склонна выйти за парижанина, которого ей прочит в мужья господин Люсидор, так что, если при этих обстоятельствах вы будете добиваться ее, то добьетесь.

Блез (печально). Ты так думаешь? Ну что ж! Тем лучше.

Лизетта. Вы меня выводите из терпения, повторяя так уныло "тем лучше", и так радостно "тем хуже"; да к тому же еще называете меня "милочка" и "цыпочка". Я хочу знать раз и навсегда, господин Блез: в последний раз спрашиваю, любите вы меня или нет?

Блез. На это пока что нет ответа.

Лизетта. Вы, стало быть, смеетесь надо мной?

Блез. Ну зачем же.

Лизетта. Вы по-прежнему собираетесь просить руки Анжелики?

Блез. Да, так задумано.

Лизетта. Так задумано! А если вам откажут, будете ли вы этим огорчены?

Блез (смеясь). Еще бы!

Лизетта. По правде говоря, коль скоро вы держите меня в полной неизвестности относительно ваших чувств, как же вы хотите, чтобы я отвечала на ваши любезности? Поставьте себя на мое место.

Блез. Ты бы только попробовала встать на мое!

Лизетта. Что же это за место такое? Если вы чистосердечны и вправду любите меня...

Блез (смеясь). Да, полагаю...

Лизетта. Вы отлично понимаете, что мое сердце не останется неблагодарным.

Блез (смеясь). Хе-хе-хе... А ну-ка, взгляни на меня, чтобы я увидел, правда ли это.

Лизетта. А вам на что?

Блез. Хе-хе... Я сохраню твое сердечко... Какая душка! Вот досада -- заставлять ее мучиться.

Лизетта. Ничего не пойму! Вот госпожа Аргант и господин Люсидор, верно, беседуют о свадьбе Анжелики с приезжим женихом: мать захочет, чтобы она вышла за него замуж, и если Анжелика послушается, а она, возможно, вынуждена будет так поступить, вам уж не придется делать предложение. А теперь уходите, прошу вас.

Блез. Да, только ведь надо вернуться поглядеть, что тут происходит, чтобы знать, как себя вести.

Лизетта (рассерженно). Опять! Ваша загадка возмутительно дерзка.

Блез (уходит смеясь). А ведь ты сердишься не на меня, а на двенадцать тысяч франков.

Лизетта (глядя ему вслед). Двенадцать тысяч франков! О чем он говорит? Я начинаю думать, что за этим что-то кроется.


ЯВЛЕНИЕ XIV


Лизетта, г-жа Аргант, Фронтен, Люсидор.


Г-жа Аргант (входя, Фронтену). Не надо отчаиваться, сударь. Не может быть, чтобы Анжелика осталась неумолимой, не может быть. (Лизетте.) Ты была здесь, Лизетта, когда состоялась встреча этого господина с моей дочерью? Правда ли, что она плохо его приняла? Что она такое говорила? Скажи, есть ли у меня причина сердиться на нее?

Лизетта. Нет, сударыня, я вовсе не заметила такого уж дурного приема, я видела лишь естественное удивление молодой и честной девушки, которую внезапно выдают замуж. Но если вы возьмете на себя труд ободрить ее и вмешаться в это дело, малейшие трудности исчезнут.

Люсидор. Лизетта права, я думаю точно так же.

Г-жа Аргант. Еще бы, она столь молода и невинна!

Фронтен. Сударыня, внезапный брак смущает невинность, но не огорчает ее. Между тем ваша дочь удалилась к себе в комнату с чувством огорчения.

Г-жа Аргант. Вот увидите, сударь, вот увидите... Лизетта, ступай и скажи, что я приказала ей явиться сюда. Без нее не возвращайся. (Фронтену.) Нужно быть снисходительным к ее первому порыву, сударь, все это обойдется.


Лизетта уходит.


Фронтен. Что ни говорите, напрасно меня втянули в эту историю. Благородному человеку, которому весь Париж навязывает в жены своих дочерей, а он только и знает, что подряд им всем отказывает, обидно столкнуться с презрением юной поселянки, которая приносит мужу лишь привлекательную внешность. Дочь ваша мне вполне подходит, и я благодарен своему другу, что он присмотрел ее для меня, но, вызывая меня, следовало держать ее руку наготове, чтобы мне оставалось лишь протянуть свою и взять ее. А все эти церемонии ни к чему.

Люсидор. Я не предвидел возникшего препятствия.

Г-жа Аргант. Полно, господа, немного терпения. Смотрите на нее в этом случае как на ребенка.


ЯВЛЕНИЕ XV


Люсидор, Фронтен, г-жа Аргант, Анжелика, Лизетта.


Г-жа Аргант. Подойдите, мадемуазель, подойдите. Разве вы не понимаете, какую честь оказывает вам этот господин из Парижа, прося вашей руки, несмотря на ваше скромное положение и небольшое приданое?

Фронтен. Оставим слово честь, оно претит моему благородству и моей любви.

Г-жа Аргант. Нет, сударь, я называю вещи своими именами. Отвечайте, дочь моя.

Анжелика. Матушка...

Г-жа Аргант. Ну же!

Фронтен. Не надо говорить с ней столь властно, иначе я надеваю сапоги и сажусь на коня. (Анжелике.) Вы еще не взглянули на меня, любезная девушка, вы еще не видели, каков я из себя, и отталкиваете меня, не зная. Взгляните же прежде, чем осуждать.

Анжелика. Сударь...

Г-жа Аргант. "Сударь!"... "Матушка!"... Поднимите голову.

Фронтен. Помолчите, мамаша! Ведь она уже начала отвечать.

Лизетта. Вам уж больно везет, мадемуазель, не иначе как вы родились в сорочке.

Анжелика (резко). Во всяком случае, я не родилась болтушкой.

Фронтен. Это делает вас еще более неповторимой. Переведите же дух, мадемуазель, и скажите свое слово.

Г-жа Аргант. Я задыхаюсь от ярости.

Люсидор. Как я оскорблен!

Фронтен (Анжелике). Смелее! Еще, одно усилие, договаривайте.

Анжелика. Я вас совсем не знаю, сударь.

Фронтен. В браке знакомство происходит быстро, это такая область, где дела идут стремительно...

Г-жа Аргант. Как? Сумасбродка, Неблагодарная, вот ты кто!

Фронтен. О, госпожа Аргант, ваш разговор невыносимо груб.

Г-жа Аргант. Ухожу, я не смогу сдержаться, но я лишу ее наследства, если она и впредь будет так мало ценить благосклонность, которую вы нам оказываете, господа! С тех пор как господин Люсидор здесь, на нас сыплются благодеяния. И -- верх счастья! Он подыскивает для моей дочери мужа, о каком она и мечтать не могла, я говорю не только о богатстве и положении, но и о достоинствах господина...

Лизетта. Тише, тише! На последнее не очень-то упирайте.

Г-жа Аргант (уходя). Клянусь жизнью! Или она согласится, или она мне больше не дочь.


ЯВЛЕНИЕ XVI


Фронтен, Люсидор, Анжелика, Лизетта.


Лизетта. И вправду, мадемуазель, это непростительно. Неужели вы ждете, что за вас посватается принц?

Фронтен. Скажу, не хвастаясь, что впервые встречаю отказ: такого афронта мне еще испытывать не доводилось.

Люсидор. Ведь вы знаете, прелестная Анжелика, что сначала об этом браке просил вас и я. Я замыслил его, заботясь о вашем благе, и мне показалось, что вы были довольны.

Анжелика. Да, сударь, ваши заботы заслуживают восхищения. Я виновата, я безрассудна, но дайте мне сказать. Сейчас, когда матушки здесь нет и я чувствую себя немного смелее, будет справедливо, если я в свой черед открою то, что у меня на душе. Начну с тебя, Лизетта! Я уж прошу тебя помолчать: все, что здесь происходит, тебя не касается, понятно? Когда ты найдешь себе мужа, ты будешь делать все, что тебе заблагорассудится, и я не стану у тебя спрашивать в этом отчета, я не стану по глупости говорить, что ты родилась в сорочке, что тебе уж больно везет, что ты ждешь принца! Я не буду вести такие нелепые речи, какие ты вела сегодня, хотя ничего-то ты не знаешь и не понимаешь.

Фронтен. Представляю, какие слова достанутся на мою долю.

Анжелика. Ваша доля уже определена, сударь. Ведь вы человек порядочный, не так ли?

Фронтен. Смею полагать.

Анжелика. Не захотите же вы причинить горе девушке, которая вам ничего дурного не сделала. Это было бы жестоким варварством.

Фронтен. Я -- самый человечный среди светских людей и тысячу раз доказывал это таким, как вы.

Анжелика. Отлично. Тогда я вам скажу, сударь, что мне было бы невозможно вас любить; сердце предупреждает меня об этом, такие вещи чувствуешь. Я не говорю, что вы недостойны любви, только не мне вас любить. Для всякой другой я отыщу в вас множество достоинств. Прошу вас, не поймите дурно мои слова, я говорю от чистого сердца. Не я вас искала, это во-первых, не я думала о вас, и если б я только смогла, то с одинаковой легкостью крикнула бы вам: "Не приходите!" или сказала: "Уйдите!"

Фронтен. Что вы говорите?

Анжелика. Безусловно! И чем раньше, тем лучше. Но не все ли вам равно? В девушках у вас не будет недостатка. Говорят, когда человек богат, их у него -- сколько угодно, только я-то от природы не люблю деньги. Я предпочла бы давать их, а не брать, такой уж у меня нрав.

Фронтен. Да, мы с вами -- люди разные. Когда вы хотите, чтобы я уехал?

Анжелика. Вы очень учтивы. Да когда хотите, я вас не задерживаю. Нынче уж поздно, но завтра погода будет вам благоприятствовать.

Фронтен (Люсидору). Друг мой, вот, что называется, хорошо обусловленный отказ, и я его принимаю, несмотря на ваши советы, которые должны мне еще кое-что разъяснить. Итак, неблагодарная красавица, я прощаюсь с вами, но не навсегда.

Анжелика. Как, сударь? Еще не все? Вы очень смелы!


Фронтен выходит.


У вашего друга нет сердца: сначала спрашивает, когда ему уехать, а затем не трогается с места.


ЯВЛЕНИЕ XVII


Люсидор, Анжелика, Лизетта.


Люсидор. Вас не легко покинуть, Анжелика, но я вас избавлю от него.

Лизетта. Какая потеря! Человек предлагает ей такое богатство!

Люсидор. Бывают непреодолимые антипатии. Если Анжелика испытывает нечто подобное, я не удивляюсь ее отказу и не оставляю намерения отлично устроить ее судьбу.

Анжелика. Ах, сударь, лучше не мешайтесь. Есть люди, которые приносят лишь несчастья.

Люсидор. Принести вам несчастье? С моими-то намерениями! В чем вы можете меня упрекнуть? Ведь я питаю к вам такое чувство дружбы!

Анжелика (в сторону). Дружба! Жестокий человек!

Люсидор. Скажите, за что вы на меня сердитесь?

Анжелика. Сержусь, сударь? И не думаю даже! Разве я вас в чем-нибудь упрекаю? Разве я недовольна вами? Нет, я вами очень довольна, ваши поступки превосходны. Помилуйте! Вы находите мне мужей, вы даже выписываете их из Парижа, хотя я и не прошу об этом, можно ли быть любезнее и услужливее? Правда, я заранее отказываюсь от всех женихов. И зачем же думать, что в благодарность за вашу редкостную доброту я обязана немедленно выйти замуж за первого же встречного, которого вам заблагорассудится привезти неизвестно откуда и который явится разодетым, чтобы жениться на мне по вашему приглашению? Нет, зачем же так думать. Я вам очень благодарна, но ведь я не дурочка.

Люсидор. Что бы вы ни говорили, но в ваших речах сквозит необъяснимая досада. Право же, я ее не заслужил.

Лизетта. Я, кажется, угадываю, в чем дело. Если б я только смела сказать, что думаю!

Анжелика. Что ж такое тебе известно? Что ты хочешь сказать? Слушай, Лизетта, я от природы добрая и мягкая, -- у ребенка больше хитрости, чем у меня,-- но если ты меня рассердишь, клянусь, я не прощу тебе этого тысячу лет. Понимаешь?

Люсидор. Если вы на меня не в обиде, возьмите же вновь небольшой подарок, который вы мне вернули, так и не объяснив почему.

Анжелика. Почему? Да потому, что будет несправедливо, если он у меня останется. Муж и драгоценности должны были быть вместе, нет мужа -- не нужны и они. Что вы теперь скажете? Сохраните их для той прелестницы, чей портрет вам прислали?

Люсидор. Я найду для нее другие, а эти возьмите себе.

Анжелика. Пусть она оставит себе и эти, не то я их брошу, сударь.

Лизетта. А я подберу.

Люсидор. Вы, стало быть, не хотите, чтобы я постарался выдать вас замуж. Значит, несмотря на то, что вы недавно говорили, у вас есть некая тайная любовь, которую вы от меня скрываете.

Анжелика. Что ж, вполне возможно... Да, сударь, именно так: я люблю одного человека из здешних, а если б это было и не так, я завтра постаралась бы найти такого человека, лишь бы выйти замуж за кого мне заблагорассудится.


ЯВЛЕНИЕ XVIII


Люсидор, Анжелика, Лизетта, Блез.


Блез. Прошу разрешения прервать вас, дабы узнать об изъявлении вашей последней воли, мадемуазель. Остановили вы свой выбор на приезжем женихе?

Анжелика. Нет, не докучайте мне.

Блез. Останавливаете вы свой выбор на моей персоне?

Анжелика. Нет.

Блез. Пойдете ли вы за меня? Считаю -- раз, два...

Анжелика. Несносный человек!

Лизетта. Вы что, оглохли, господин Блез? Она вам сказала, что нет.

Блез (Лизетте). Слышу, моя милая. Так вот, сударь, призываю вас в свидетели, что я ее люблю, а она меня отвергает, и если она меня не берет в мужья, то сама виновата, а я тут ни при чем. (Тихо, Лизетте.) Здравствуй, цыпочка. (Всем.) К тому же меня это не удивляет: мадемуазель Анжелика отказала двоим, она откажет и троим, она откажет уйме женихов, лишь один ей мил, все остальные для нее мелкая сошка, за исключением господина Люсидора, и это я угадал с самого начала.

Анжелика (возмущенно). Господина Люсидора?

Блез. Его самого. Разве я не видел, как вы плакали, когда он болел? Вы так боялись, что он умрет!

Люсидор. Я никогда не поверю тому, что вы сказали. Анжелика плакала из чувства дружбы ко мне!

Анжелика. О боже! Не верьте ему, это было бы недостойно порядочного человека. Обвинить меня в том, будто я люблю, потому что плакала, потому что проявила доброту своего сердца! Но ведь я плачу над всеми больными, которых встречаю, плачу над каждым, кому грозит опасность. Если на моих глазах умрет моя птичка, я тоже буду плакать. Неужели скажут, что я ее люблю?

Лизетта. Не будем, не будем об этом говорить, по правде, и я думала то же самое.

Анжелика. Как, и ты, Лизетта? Ты огорчаешь меня, ты терзаешь мое сердце. Что я тебе сделала? Как! Неужели я, по-твоему, люблю человека, который обо мне и не помышляет, который хочет выдать меня замуж за первого встречного! Да я не могла бы видеться с ним, если б он меня любил, ведь я питаю склонность к другому! Какое же у меня, выходит, низкое и подлое сердце! Как больно мне подобное оскорбление!

Люсидор. Право же, Анжелика, вы неблагоразумны. Разве вы не видите, что это наши беседы послужили поводом для глупой выдумки, которая не заслуживает вашего внимания?

Анжелика. Увы, сударь, лишь из скромности я не открыла вам то, что думаю, но я так мало вас люблю, что если бы не сдерживалась, то возненавидела бы вас, особенно после того, как вы мне выписали жениха из Парижа! Я даже не знаю, может быть, я вас уже и ненавижу. Не поклянусь, что это так, ибо раньше у меня было к вам чувство дружбы, а теперь его больше нет. Неужели такое настроение походит на любовь?

Люсидор. Мне обидно видеть, что вы страдаете. Зачем оправдываться? Коль скоро вы любите другого, этим все сказано.

Блез. Другой ухажер? Черт возьми, ей нелегко будет показать его.

Анжелика. Нелегко? Ну что ж, если меня заставляют, так слушайте: именно он, неблагодарный, и говорит в эту минуту.

Люсидор. Я это подозревал.

Блез. Я?

Лизетта. Оставьте, это ж неправда!

Анжелика. Неужели же мне неведомы мои чувства? Это он, говорю я вам, он!

Блез. Послушайте, мадемуазель, к чему шутить? Это уж ни в какие ворота не лезет. Неужели моя персона пленила ваше сердце?

Анжелика. Я уже не раз повторяла. Да, это вы, коварный человек! А если не верите, мне до этого и дела нет.

Блез. Но ведь ваша матушка никогда не согласится.

Анжелика. Я это отлично знаю.

Блез. К тому же, вы поначалу меня отвергли, я все рассчитал и уже устроился иначе.

Анжелика. Это ваше дело.

Блез. Сердце не может крутиться туда-сюда, как флюгер, поистине для этого надо быть девушкой. Доверишься вот так отказу...

Анжелика. Он еще недоволен, простофиля!

Блез. Кроме того, я ведь не богат.

Люсидор. Ну, это не должно служить препятствием, я устраню все трудности. Раз уж вам выпало счастье быть любимым, Блез, я даю вам двенадцать тысяч франков для устройства этого брака. Сейчас же пойду сообщить об этом госпоже Аргант и тут же вернусь к вам с ответом.

Анжелика. Меня не оставляют в покое!

Люсидор. Прощайте, Анжелика, наконец-то я буду спокоен, видя вас замужем согласно велению вашего сердца, чего бы мне это ни стоило.

Анжелика. Этот человек, должно быть, заставит меня умереть от горя.


ЯВЛЕНИЕ XIX


Анжелика, Лизетта, Блез.


Лизетта. Этот господин Люсидор великий мастер выдавать девушек замуж! На что ж вы решаетесь, господин Блез?

Блез (немного подумав). Я скажу, что вы все так же хороши, но только эти двенадцать тысяч франков вам сильно вредят.

Лизетта. Какой гадкий расчет!

Анжелика (слабым голосом). У вас были виды на Лизетту?

Блез. Да, и я от них еще не отказался.

Анжелика (так же). Но тогда вы меня не любите.

Блез. То есть как это -- не люблю? Я малость отвлекся, но теперь опять люблю вас и очень сильно.

Анжелика (так же). Из-за двенадцати тысяч франков?

Блез. Из-за любви к вам самой и к ним.

Анжелика. Вы, стало быть, намерены их получить?

Блез. Еще бы! А вы как думаете?

Анжелика. А я вам объявляю, что если вы их возьмете, то я от вас откажусь.

Блез. Час от часу не легче!

Анжелика. С вашей стороны было бы слишком подло брать деньги у человека, который хотел выдать меня замуж за другого и оскорбил меня, решив, что я люблю его, у человека, о котором говорят, будто я люблю его без взаимности.

Лизетта. Барышня права, я вполне ее одобряю.

Блез. Да послушайтесь-ка здравого смысла: если я не возьму двенадцать тысяч франков, то вы меня потеряете, вы меня тогда не получите, вашей матушке я буду не нужен.

Анжелика. Что ж, если вы не будете нужны матушке, я вас оставлю.

Блез (в тревоге). Это ваше последнее слово?

Анжелика. Я никогда не изменю ему.

Блез. Помереть мне холостяком!


ЯВЛЕНИЕ XX


Анжелика, Лизетта, Блез, Люсидор.


Люсидор. Ваша матушка на все согласна, прелестная Анжелика: она дала мне в этом слово, и ваш брак с Блезом дело решенное благодаря двенадцати тысячам франков, которые я даю. Вам обоим остается лишь отправиться ее поблагодарить.

Блез. Ничуть. Мадемуазель Анжелике еще новое взбрело в голову, ей, видите ли, противны эти двенадцать тысяч франков приданого, потому что их даете вы: она не возьмет меня, если я возьму деньги, а я хочу ее взять вместе с ними.

Анжелика (уходя). А я не хочу больше никого на свете.

Люсидор. Умоляю вас, остановитесь, дорогая Анжелика. А всех остальных прошу нас оставить,

Блез (беря Лизетту за руку; Люсидору). Наша первая сделка в силе?

Люсидор. Обещаю вам это.

Блез. Пусть небо пошлет вам побольше радости. (Лизетте.) Тогда я считаю тебя своей невестой, красавица.


ЯВЛЕНИЕ XXI


Анжелика, Люсидор.


Люсидор. Вы плачете, Анжелика?

Анжелика. Матушка будет сердиться. А я сраму не оберусь.

Люсидор. О своей матушке не беспокойтесь, я утешу ее. Но неужели мне придется страдать от мысли, что я так и не сумел устроить ваше счастье?

Анжелика. С этим кончено. Мне ничего не надо от человека, который позволил говорить, будто я люблю его, не встречая взаимности.

Люсидор. Разве я нашептывал людям эти мысли?

Анжелика. Разве я хвасталась, будто вы любите меня, хотя и могла подумать это, так же как и вы, после всех проявлений дружбы и внимания с вашей стороны: ведь вы вели себя так все то время, что здесь! Но только я этого не сделала. Вы же повели себя иначе, и я -- жертва своего простосердечия.

Люсидор. Если б вы подумали, что я вас люблю, если бы считали меня исполненным самой нежной любви к вам, то не ошиблись бы.


Анжелика плачет еще горше.


И, чтоб открыть вам свое сердце до конца, скажу, Анжелика, что я обожаю вас.

Анжелика. Ничего я не знаю, но если я когда-нибудь полюблю, то не стану искать невест для любимого, пусть уж лучше он умрет холостяком.

Люсидор. Увы! Анжелика, не скажи вы, что испытываете ко мне ненависть, которую я нашел естественной и объяснимой, я сам бы сделал вам предложение. Но почему вы вздыхаете?

Анжелика. Вы толкуете о моей ненависти, но разве я не права? Разве мало уж одного того, что в кармане у вас лежит портрет, присланный из Парижа.

Люсидор. Портрет -- это лишь шутка! Он написан с моей сестры.

Анжелика. Откуда мне было знать?

Люсидор. Вот он, Анжелика. Я вам его дарю.

Анжелика. На что он мне без вас? Портрет ни от чего не лечит.

Люсидор. А если я останусь, если буду просить вашей руки, если мы с вами не расстанемся никогда?

Анжелика. Наконец-то я слышу связные речи.

Люсидор. Значит, вы меня любите?

Анжелика. А разве я давала повод думать иначе?

Люсидор (становится на колени). Я вне себя от счастья.


ЯВЛЕНИЕ XXII


Те же, Фронтен, Лизетта, Блез, г-жа Аргант.


Г-жа Аргант. Что я вижу, сударь? Вы как будто у ног моей дочери?

Люсидор. Да, сударыня, и сегодня же на ней женюсь, если вы согласны.

Г-жа Аргант (в восторге). Неужели?.. Просто чудо!.. Сударь, вы оказываете большую честь всем нам, и радость моя будет полной, если (указывая на Фронтена) господин ваш друг также останется с нами.

Фронтен. Я в столь отличном настроении, что сам буду разливать вам вино. (Лизетте.) Королева моя, раз уж вам так нравится Фронтен, а я столь похож на него, мне хочется им стать.

Лизетта. Ах, плут, я тебя насквозь вижу, но ты превратился в него слишком поздно.

Блез. Мы не можем расстаться, за нами дают двенадцать тысяч франков.

Г-жа Аргант. Что все это значит?

Люсидор. Я позже вам все объясню. А теперь пригласите деревенских скрипачей, и пусть этот день закончится танцами.


ДИВЕРТИСМЕНТ


Сердца, что ревности полны,

И те, что страстно влюблены,

Всегда достойны порицанья,

Когда неверием они

Подругам отравляют дни:

Кому на пользу испытанья?


Приятнее, чем милый друг,

Бывает собственный супруг:

В нем, право, больше обаянья!

Хлопот немало с Блезом мне...

Я их верну ему вдвойне,

Его подвергнув испытанью!


Все те, кого прельщает брак,

Должны, пожалуй, сделать так:

Избрать девицу по желанью,

Считая, что она -- вдова.

Тогда любовь войдет в права,

Не жалуясь на испытанье!


Пусть Матюрене я не мил,

Лишь бы я сам доволен был!

Спокойствие -- предел мечтаний,

Пусть гром гремит, пусть дождь идет,

Пусть градом огород побьет --

Мне дела нет до испытаний!


Охотники, поймите впредь:

Тот неумен, кто ловит в сеть

Любое нежное созданье!

Желая своего достичь,

Сам можешь превратиться в дичь!

Нерадостное испытанье!


Когда супруг в тебя влюблен

Так, словно неженатый он,

Нет в мире лучше состоянья!

Брак зачастую не таков,

Лишь оттого, что женихов

Не подвергаем испытанью!


Занавес


ПРИМЕЧАНИЯ


"Испытание" -- последняя комедия, которую Мариво передал итальянской труппе. Став в 1742 году членом Французской Академии, он уже не мог писать для итальянцев.

Пьеса была исполнена 19 ноября 1740 года актерами Итальянской Комедии. Спектакль прошел с большим успехом. Основные роли исполняли: Р.-Д. Беноцци (Анжелика), Романьези (Люсидор), Л. Риккобони (Фронтен), В. Вичентини (Лизетта), Дезаэ (Блез), м-ль Бельмон (госпожа Аргант). Затем комедия неоднократно ставилась на сцене. В 1749 году знаменитая Жюстина Фавар дебютировала у итальянцев именно в роли Анжелики из "Испытания". В 1793 году комедия вошла в репертуар театра Комеди Франсез, где роль Анжелики исполняли такие замечательные французские актрисы, как м-ль Map (1804), Арну-Плесси (1876) и другие.

"Испытание" вышло отдельным изданием в 1740 году и затем включалось во все собрания сочинений Мариво.

В России эта комедия стала известна в конце XVIII века. В 1795 году ее играла французская труппа в Деревянном театре на Царицыном лугу, в 1799 году она ставилась в Каменном театре. В сезон 1899--1900 годов комедия шла в Михайловском театре в спектаклях для учащихся.

Перевод пьесы на русский язык был сделан П. А. Катениным. Он был напечатан в журнале "Театральный мирок" за 1885 год (No 20-25).


Стр. 730. Пикет -- азартная карточная игра. Возникла во Франции в конце XIV века, получила особенно большое распространение в XVII--XIX веках, причем не только во Франции, но и в других странах, в том числе в России.


Стр. 747. Мобер -- одна из наиболее старинных площадей Парижа.

Но ведь это же имя слуги! -- Слуги во французских классицистических комедиях носили преимущественно одни и те же имена -- Паскен, Скапен, Фронтен, Бургиньон, Любен, Лизетта. Иногда они назывались на итальянский манер -- Арлекин, Тривелин, особенно у драматургов типа Мариво, тесно связанных с традициями итальянской народной комедии дель арте.


Стр. 762. Дивертисмент. -- Мариво, очевидно не является автором этого стихотворного финала пьесы. Обычно он прибегал к помощи кого-нибудь из своих друзей -- Панара, Риккобони, Пьерфе и других. Кто из них является автором этого "Дивертисмента" -- неизвестно.