# Мейерхольд показывает "Рогоносца" Кроммелинка

Норберт Фальк

Мнемозина: Документы и факты из истории отечественного театра XX века / Вып. 4. М.: Индрик, 2009.


## Норберт Фальк. Мейерхольд показывает "Рогоносца" Кроммелинка.


Berliner Zeitung am Mittag, 14. April 1930


Мейерхольд использует сюжет и персонажей пьесы как материал для гротескных забав, нарезая этот материал для своей системы прыгающих, танцующих карикатур, для торжественного парада клоунов и акробатов, дающих сущность того, что они так же хорошо могли бы сыграть натуралистически и "жизненно достоверно", в решающие мгновения внезапно позволяет блеснуть человеческому посреди серых символов и резких контрастов.

С самого начала вся эта беготня, весь этот шумный фарс со всеми скачущими на помостах, горках, подиумах, галереях актерами, жонглирующими своими ролями, оставляет равнодушным и холодным. Чем очевидней намерение режиссера -- свободного интерпретатора драматургии, смысл и бессмыслица режиссуры, выворачивающей все наизнанку, чем обнаженней сценический аппарат, тем большим равнодушием переполняешься.

Но как внезапно режиссер извлекает логику из этого вопиющего преувеличения, из темы Стеллы, неверной жены (против воли), покоряющей сердца всех мужчин, какое он выстраивает фуриозо любовника, не минующего ни одной неистовой женщины! Всеобщее неистовство охватывает всех. Все прыгает, пляшет, дает пощечины, дерется, стреляет, декорация также играет со всем этим, колеса вращаются, колеса, которые всегда что-нибудь обозначали в этом застое и потоке эротических желаний и гротескных свершений.

Здесь вся сценическая установка с ее штангами, перекладинами, лестницами, лесенками, вращающимися дверьми (никогда сознательный примитивизм не был так сложен!) обретает смысл уже на полдороге. Теперь эти вращающиеся двери начинают хлопать, теперь, когда все уже перевертелось, начинают с планомерным безумием вращаться колеса.

Но на самом деле этот театр -- лишенный прикрас помост с вышедшими из моды кулисами, с точки зрения истории театра -- прибор из времени, которое так основательно изгоняет со сцены старину (это в России), что разрушается даже столетиями назад возникший аппарат сцены. Мы давно уже отошли от всеобщего подражания восточным образцам, но было, по крайней мере, интересно познакомиться с оригиналом, помогающим понять намерение и его осуществление. Совершенство. Даже если в мечтах.

С такими актерами, как эти, пластически искусными мужчинами и женщинами, подобный стиль воплотим легко и совершенно. Все они могли бы продемонстрировать в чисто иллюзионистском театре тот же пластический талант и духовную силу. Этот подвижный, точный Игорь Ильинский, этот поистине комический Зайчиков и эта нежная, кроткая Зинаида Райх.