# Стихотворения

Адам Мицкевич

Аккерманския степи

Наблюдения над облаками (Пан Тадеуш)

Маточники (Пан Тадеуш)

Перевод К. И. Оленина.

## А. Мицкевич


## Аккерманския степи


(из крымских сонетов)


Я выплыл на простор степного океана.

Повозка в зелени ныряет, как ладья.

Средь половодья трав свой путь свершаю я,

Минуя острова колючего бурьяна.

Стемнело. Ни дорог, ни хаты, ни кургана,

По звездам путь держу в безвестные края.

Что там блестит вдали? Не всходит-ли заря?

То над Днестром луна -- лампада Аккермана.

Как тихо!.. Стой ямщик!.. В степи, среди молчанья,

Я слышу журавлей невидимых полет;

Уснувшей бабочки я слышу трепетанье;

Вот скользкая змея в сухой траве ползет.

Так напрягаю слух, что слышал-бы дыханье,

Призыв Литвы... Но нет!... Никто нас не зовет.

Несколько слов. С. 19.


## Пан Тадеуш


(из книги III)


## Наблюдения над облаками


Итальянское небо, как лед голубой.

То ли дело у нас любоваться грозой,

Созерцать непогоду на нашей отчизне,

Облака перелетные, полные жизни,

То одни, то иные... Осенняя, вот,

Небесами ленивая туча ползет,

Ливня длинные пряди на землю спускает,

Словно влажные косы, ворча, расплетает.

Градовая шумит, налетая, как гром --

Темно-синяя, круглая, -- с желтым ядром.

И сегодня, и завтра, клубясь непрестанно,

Облака изменяются в небе нежданно.

Вот, на куполе синем воздушных полей

Ветер-сокол сгоняет стада лебедей...

Налетели. Теснятся. Вот -- новое диво;

Расширяются шеи, вздымаются гривы...

Пересветы и тени серебряных ног

Погружаются в бархат небесных дорог,

И встают на дыбы и, пыля в небосклоне,

Табунами летят белоснежные кони.

Но, смотрите, смотрите... Опять чудеса...

Вместо грив лучезарных взвились паруса...

И красавец фрегат над воздушной пучиной

Величаво плывет голубою равниной.

Несколько слов. С. 19 -- 20.


## Пан Тадеуш


(из книги IV)


## Маточники


Кто в литовские пущи, в бездонный провал,

В середину дремучих лесов проникал?

Рыболову неведомо дно океана.

Дебри леса не знают ни пуль, ни капкана.

Сердце пущи таинственной чуждо ловцам,

Изучившим лишь то, что живет по краям.

Правда, сказкам известны чудесные тайны...

В глубине, за тропами знакомой окрайны,

Попадешь ты на груды стволов и корней,

Охраняемых массой склубившихся змей,

Миллионами ос ядовитых, трясиной,

Грохотаньем потоков, бурьяном и тиной.

Если даже ты рыцарский подвиг свершил

И такую преграду в борьбе сокрушил,

Берегись... Тут и там, чуть заметно для взора,

Небольшие коварно мерцают озера

В половину заросшие... дна не достать

(Там наверно и дьяволы любят бывать).

В тех колодцах вода кровью светится ржавой.

Постоянно дымится и пахнет отравой.

От нее на деревьях нет листьев кругом

И кора умирает, сползая потом.

Низкорослые, лысые, тяжко больные

Наклоняют деревья червивые выи,

Сплошь покрытые плесенью мерзких грибов

И, согнувши горбатые спины стволов,

У воды восседают нечистою группой,

Словно греются ведьмы над варевом трупа.

Дальше -- облако. Дальше не думай идти...

Непроглядные дымы висят на пути.

Говорят, что за мглою болотистых тлений --

Красота, изобилье здоровых растений.

Там начало берут поколенья зверей,

И цветы, и деревья, и скромный пырей.

Там от всякого зверя, от каждой породы,

Как в ковчеге, живут представители рода.

Там имеют дворцы, где прохлада и плющ,

Зубр, медведь, давний тур -- императоры пущ.

На соседних деревьях министры гнездятся --

Россомаха и рысь, наблюдая, таятся.

Дальше -- ряд проживает подвластных дворян --

Волки, лоси рогатые, дикий кабан.

Наверху -- соглядатаи этого царства --

Сокола ожидают подачки от барства.

Представители эти в столице живут, --

В недрах девственной пущи. А дети растут...

Их потом рассылают по белому свету.

Патриархи живут по святому завету...

Погибают они не от пуль, не от стрел --

Умирают, когда наступает предел,

И кладут на своем сокровенном погосте

Птицы -- перья, а прочие -- сердце и кости.

Старец -- бурый медведь без зубов и когтей,

Одряхлевший олень, перед смертью своей,

Дряхлый заяц, когда-то летун быстроногий,

Ворон древний и сокол слепой и убогий,

И с замкнувшимся клювом встречая закат,

С пересохшей гортанью, воздушный пират,

Утомленный орел, неприемлющий пищи,

Покидают свои родовые жилища

И идут на погост. Захворавший хорек,

Каждый раненый где-то далеко зверек

Умирать в заповедные дебри уходит...

Потому человек никогда не находит

Ни в лесах, ни в полях, ни среди камышей

Ни скелета медведя, ни мертвых хорей.

Несколько слов. С. 20 -- 22.

Константин Оленин. Несколько слов. Стихотворения. Сарны -- Ровно, 1939. Wydawca: Konstanty Olenin, Sarny, ul. Polna 18. Drukarnia G. Chigera, Rowne, 13 Dywizji 2, telef. 88. Издатель автор: Константин Оленин, Сарны, ул. Польная 18. Типография Г. Хигера, Ровно, 13 Дивизии 2, тел. 88.