# Храповицкий, Михаил Васильевич

Вадим Львович Модзалевский

Храповицкий, Михаил Васильевич, брат статс-секретаря А. В. Храповицкого, род. в Петербурге 17 сентября 1758 г., умер 20 февраля 1819 г. По собственным его словам, он учился в доме профессора Академической гимназии Фридриха Карла Модераха. О времени своего детства и юности Х. так говорит в отрывке из автобиографии: "Ежедневное чтение книг по выбору сестры моей Марьи Васильевны" (по мужу Сушковой) "избавило меня от предрассудков. Юнг и подобные помогали развиваться рассуждению и добродетели. Я начал надзирать за собой, любить веселое спокойство духа, удерживать врага своего -- природную вспыльчивость, и услаждаться малыми благотворениями, какие мог тогда делать. Первый в них опыт поселил прочное навсегда к тому стремление. Любовь родителя, благодарность и доброхотство живших в доме, ободряя, подкрепляли мои чувствования. На 16-м году я начал писать..." Нам неизвестно, где начал службу Х.; но уже в начале 70-х годов он жил в деревенском уединении, поселясь почти безвыездно в своем тверском имении "Бережке", и вскоре был выбран предводителем дворянства того же уезда и эту должность в разное время занимал три трехлетия. Благодаря своим связям "он легко мог выйти в знать", говорит о нем его родной племянник Н. В. Сушков, "но, искренний мудрец и созерцатель природы, Х. уклонялся от наград и почестей, остался, доброю волею, до могилы надворным советником и на убеждения брата своего А. В. Храповицкого "служить и выслужиться" отвечал, что склонности его -- "читать, сочинять и размышлять" заставляют его искать жизни свободной, независимой, и что он поэтому предпочитает оставаться в деревне, чтобы содержать в порядке и благосостоянии те 200 душ, которые послала ему судьба". И действительно, Х. оправдал на деле свои слова. "Истинную жизнь полагая в чувствовании, в думах и деяниях, совесть услаждающих", и считая желания и страсти "сильными врагами человеческого спокойствия, следственно и благоденствия его", он постоянно проживал в своем "Бережке", где вел скромную, почти затворническую жизнь, выезжая из своего уединения только по делам уездного предводителя в Вышний Волочок, да изредка в Петербург навестить своих родных и гр. Аракчеева, с которым связывали его дружеские отношения. Происхождение этой дружбы Сушков объясняет тем, что Х., будучи предводителем дворянства, отправил Аракчеева, в числе прочих бедных дворян Тверской губернии, в С.-Петербург для воспитания в кадетском корпусе и с тех пор Аракчеев "не мог забыть никогда первого, хотя случайного благодетеля, который открыл ему путь к известности, почестям, богатству, могуществу". Аракчеев был в переписке с Храповицким, но, к сожалению, из многочисленных писем его дошли до нас только два, напечатанные Сушковым в сборнике "Раут" на 1852 г. Писем же Храповицкого сохранилось больше: два напечатаны в "Рауте" (стр. 219--222), а семь -- в сборниках Н. Ф. Дубровина: "Отечественная война в письмах современников" (СПб., 1882) и "Письма главнейших деятелей в царствование императора Александра I" (СПб., 1883). Из писем этих видно, что Х. относился к Аракчееву с большим расположением, не зная, вероятно, всей оборотной стороны его деятельности, или относясь к ней с философским спокойствием и видя в нем лишь "исполнителя повелений верховной власти". Он не извлек никаких выгод из близких отношений с Аракчеевым для себя лично, но часто ходатайствовал для других перед своим могущественным другом. В деревне Х. вел совершенно своеобразную жизнь. Вот как Сушков описывает его времяпрепровождение: "Дикарь-нелюдим и вместе с тем друг человечества, ненавистник женщин и, однакож, любитель всего изящного..., Х. удивлял странностью своей жизни соседей и особенно соседок. В доме его не было ни одной женщины... Принимал посещения в своем "Бережке" охотно -- только близких родных, не знатных и бедных из окрестности людей, когда им нужна была его помощь, и очень немногих друзей. Сам редко у кого бывал... Круглый год он ложился спать и вставал от сна вместе с солнцем: так, например, в летние месяцы, от мая до сентября, никогда не зажигалась у него в доме свеча. Хозяйство и полевые работы мало его озабочивали; порядок и тишина были водворены им в имении единожды навсегда. С весны до зимы почти безвыходно в саду, он то прикармливал домашних и вольных птиц, которые не слыхивали ружейного выстрела в окрестностях мирного жилища странного философа и мечтателя; то ставил не мудреные в саду и роще памятники умершим друзьям и родным, украшая их разными подписями и изречениями, то удил в озере мелкую рыбу, то посещал шумное общество пчел; зимою перечитывал давние книги ветхой библиотеки своей, бренчал стариной по черным косточкам Венского рояля и писал Ломоносовские и Горацианские оды или что-нибудь элегическое и философское". Литературные занятия были любимым времяпрепровождением Храповицкого, и количество написанного им весьма значительно. Впрочем, Х. мало печатал своих произведений; так, изданы лишь следующие его переводы и сочинения: "Благодетельный грубиян, комедия в 3 д. из театра г. Голдония", перев. с французского (СПб., 1772); "Любовник, сочинитель и слуга, ком. в 1 д., перев. с французского" (СПб., 1773); "Слово похвальное Императрице Екатерине II" (СПб., 1802), написанное уже по смерти государыни. Здесь Х. говорит о всех наиболее важных делах Екатерины как во внутренней, так и во внешней политике России; "Разговор уездных дворян о выборе в судьи" (М., 1790; изд. 2-е СПб. 1790) -- небольшая сатира на дворянские выборы, в виде диалога между двумя дворянами; "Эклога на заключение мира с Портою в 1791 году" (изд. 1792 г., по указанию Сушкова); "Весна, ода на всерадостное вступление на престол государя императора Александра I" (СПб., 1801), в которой рисуется всеобщий подъем духа и искренняя радость, овладевшие русским обществом после мрачного царствования Павла I; "Мысли по случаю учреждения вольных хлебопашцев в России" (1803), в которых он заявляет себя врагом крепостного права; они были извлечены из рукописей Храповицкого Сушковым и напечатаны им в "Чтениях Московского общества истории и древностей" 1858 г. (кн. 2-я) и в "Русском Вестнике" 1858 г. (т. 18, Соврем. Летопись); "Ода на достопамятное в России постановление о состоянии свободных хлебопашцев высочайшим Императора Александра I указом февраля в 20-й день 1803 г.", помещена Сушковым в "Библиографических Записках" 1858 г. (No 12, столб. 373--378). Здесь выражается Храповицким восторг по поводу этого первого шага к облегчению участи крепостных. В "Академических известиях" 1780 г. Х. поместил свою оригинальную оду "Вечность" (май, ч. V, стр. 77--84); ему же, быть может, принадлежат две прозаические пиесы, напечатанные в "Собеседнике любителей российского слова" 1783 г., с подписью "М. Х.": "Утро" (ч. I) и "Полдень" (ч. V). Наконец, стихотворения Храповицкого обнародованы Сушковым в "Рауте" на 1852 и 1854 г. и в сборнике Н. Ф. Дубровина "Письма главнейших деятелей в царствование императора Александра I", стр. 20 (стихотворение, обращенное к гр. Аракчееву). В "Рауте" на 1852 год напечатаны также различные философские размышления Храповицкого под названием "Плод моего уединения" (1774--1798), представляющие его мысли о различных вопросах, как напр.: "Причина создания мира", "Здешняя жизнь человеческая", "Вечность", "Цветы жизни сей", "Теория жизни" и т. п.; в них он является человеком очень симпатичным. Бумаги Храповицкого, вместе с собранием рукописей его племянника Н. В. Сушкова, к которому перешли по наследству, поступили в 1871 г. в Румянцовский музей и описаны Е. А. Викторовым. Среди них, между прочим, находятся следующие неизданные стихотворения Храповицкого: до десяти од, несколько дум, элегий, сонетов и т. п.; большое послание к Синягину и обширная поэма "Четыре времени года".

В биографии Храповицкого особенного внимания заслуживает одна глубоко симпатичная черта, это -- его отношение к крестьянскому вопросу. Как указано выше, он был врагом крепостного права, но, не ограничиваясь одними словами, доказал и на деле свои мнения на этот счет, перед смертью отпустив на волю 260 душ своих крестьян с их семействами. На могиле его, в с. Тройца, в полуверсте от "Бережка", освобожденные им крестьяне воздвигли памятник своему "благодетелю".

Н. В. Сушков: "М. В. Храповицкий и М. И. Сердюков" -- в "Рауте" за 1854 г. -- Н. В. Сушков: "Письма А. В. к М. В. Храповицкому" ("Раут", кн. 3-я, стр. 157--162 и 247). -- Н. В. Варадинов: "История Министерства внутр. дел", т. II, СПб., 1859, стр. 618. -- Н. В. Сушков: "Из записок о времени импер. Александра I" ("Вестник Европы", 1867 г., т. II, No 6). -- Н. В. Сушков: "Выдержки из записок" ("Чтение Моск. Общ. истор. и древностей", 1868 г., кн. IV, отд. 5, стр. 24). -- Я. К. Грот, "Сочинения Державина", т. III, СПб., 1866, и т. VIII, 1880. -- А. Е. Викторов: "Бумаги Н. В. Сушкова в Московском Публичном музее", М., 1872. -- Сочинения Н. А. Добролюбова, т. I, СПб., 1862, стр. 16, 70, 79, 89. -- Л. Н. Майков: "Очерки из истории русск. литерат. XVII и XVIII ст.", СПб., 1889. -- М. Н. Лонгинов: "Библиограф. записки" ("Современник", 1857 г., т. LXIII, стр. 69). -- Н. Петровский: "Библиограф. заметки о русских журналах XVIII века" ("Ж. М. Нар. Просв.", 1898 г., No 1, стр. 93--95).


В. Л. Модзалевский.


Источник текста: Русский биографический словарь А. А. Половцова, том 21 (1901): Фабер -- Цявловский, с. 423--425.