Молинари Густав
Экономическая корреспонденция

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КОРРЕСПОНДЕНЦІЯ

I.

   Вотъ уже болѣе двухъ лѣтъ какъ я перервалъ мои корреспонденціи или точнѣе бесѣды объ экономическомъ движеніи, о вопросахъ и изданіяхъ къ нему относящихся и, говоря откровенно, никогда еще перерывъ не былъ своевременнѣе. Политической экономіи не было мѣста въ прискорбныхъ событіяхъ совершавшихся въ продолженіи двухъ лѣтъ или, лучше сказать, ей слѣдовало бы облечься въ трауръ! Ея любимые коньки, какъ говаривалъ авторъ Тристрама Шанди,-- миръ, экономія въ общественныхъ расходахъ, свобода труда и торговли, гармонія въ отношеніяхъ между агентами производства -- капиталистами и рабочими. Безъ сомнѣнія, даже и теперь она отъ нихъ не отказывается, и хотя бы насъ ославили неисправимыми утопистами, мы все-таки льстимъ себя надеждой что для міра наступятъ лучшіе дни, что сила перестанетъ наконецъ господствовать надъ правомъ и сдѣлается покорною его служительницей, наконецъ, что рано или поздно водворится царство прочнаго мира и свободы, потому что громадное большинство рода человѣческаго всего болѣе заинтересовано тѣмъ чтобы наслаждаться миромъ и свободой. Но намъ безполезно было бы высказывать то что мы думаемъ. Что до меня касается, то я отъ души удивляюсь этимъ превосходнымъ глашатаямъ Лиги Мира, гг. Фредерику Пасси, пастору Мартену Пашо и другимъ, которые попрежнему издаютъ, какъ будто ничего не случалось новаго съ 1870 года, "бюллетень Лиги Мира", въ которомъ она продолжаютъ неуклонно требовать третейскаго разбирательства и выражать надежду что впредь все на свѣтѣ можетъ разрѣшиться мирно, и что даже Альзасъ и Лотарингія возвратятся современемъ къ Франціи на основаніи полюбовной сдѣлки. Но признаюсь вамъ, мой оптимизмъ не заходитъ такъ далеко и мнѣ кажется "друзья мира" проповѣдуютъ въ пустынѣ. Можетъ-быть лучше было бы еслибъ они и сторонники "экономической политики" "собрались съ силами", какъ то дѣлаетъ сама Франція, и тщательнѣе изучили соціальныя проблемы, воздерживаясь притомъ отъ несвоевременной пропаганды.
   Этотъ періодъ далеко не былъ благопріятенъ для политической экономіи, да и для всей вообще умственной дѣятельности. Дѣятельность эта, подобно всѣмъ прочимъ отраслямъ общаго производства, была поражена военнымъ кризисомъ, но между тѣмъ какъ матеріальная работа быстро приходила въ движеніе, по минованіи этого кризиса, литература и искусства пребывали въ полнѣйшемъ застоѣ. Это не значитъ чтобы не производились книги, брошюры, рѣчи, журнальныя статьи, картины и статуи. Онѣ производятся, и даже въ большомъ количествѣ, но какъ рѣдко попадаются произведенія имѣющія какую-либо цѣну! Салонъ нынѣшняго года былъ замѣчателенъ однообразною посредственностью: едва-едва нѣсколько пейзажей и портретовъ выдѣлялись изъ этой монотонной массы. Вниманіе публики привлекала только выставка картинъ Анри Реньйо, того замѣчательнаго колориста и превосходнаго юноши которому прусская пуля помѣшала сдѣлаться великимъ живописцемъ. Ибо достаточно -- увы!-- какъ говорилъ, помнится, Фонтенеллъ, дряннаго куска свинцу чтобы сокрушить самую прекрасную голову на свѣтѣ.
   Литература воображенія умерла или по крайней мѣрѣ погружена въ летаргію. Бальзаки, Сулье, Дюма и многіе другіе сошли въ могилу, не оставивъ преемниковъ. Теофиль Готье боленъ и давно ничего не пишетъ, Жюль Жаненъ угасаетъ въ своей Отёльской виллѣ; одна Жоржъ Сандъ не перестаетъ утѣшать остатками своихъ вдохновеній,-- но остатками только,-- читателей Revue dee Deux Mondes. Что касается Виктора Гюго, то его недостатки, превозносимые его поклонниками и его колоссальнымъ самолюбіемъ, уничтожили наконецъ всѣ его качества, и послѣднія произведенія, каково напримѣръ L'Année terrible, есть не что иное какъ дикая и исполненная претензій галиматья. Эдмонъ Абу бросилъ романъ и повѣсть, въ которыхъ блисталъ такимъ остроуміемъ, для политической журналистики, въ которой его легкій и непостоянный умъ никогда не допустилъ его пріобрѣсти какой-либо авторитетъ, что не мѣшаетъ ему -- увы!-- мечтать о какомъ-нибудь дипломатическомъ назначеніи, подобно его несчастному товарищу по Нормальной Школѣ Прево-Парадолю. Новые таланты не появляются, и я не могу указать въ области воображенія ни одного произведенія названіе котораго сохранилось бы въ публикѣ. Война не создала ни одного поэта; можно упомянуть о нѣсколькихъ недурныхъ стихотвореніяхъ одного молодаго человѣка г. Дерумеда, которыя нѣсколько выдѣляются изъ числа множества одъ, балладъ и военныхъ разказовъ съ болѣе или менѣе удачными риѳмами, но лишенныхъ истинной поэзіи. Тотъ же застой и въ театрѣ. Водевиль и оперетка процвѣтаютъ попрежнему. На театрѣ Пале-Рояля появилось этою зимой нѣсколько площадныхъ фарсовъ, каковы Trecoche et Cacolet, Les deux noces de Boisjoli и пр.; театръ Bouffes привлекалъ и привлекаетъ толпу своею Timbale d'argent, самою смѣлою изъ ніесъ которыя когда-либо давались на этомъ театрѣ смѣлыхъ піесъ; театръ Vaudeville имѣетъ подобный же успѣхъ, благодаря піесѣ de circonstances, которую пустили въ ходъ современныя страсти,-- я разумѣю Рабагаса, гдѣ не болѣе двухъ, трехъ сценъ заслуживающихъ апплодисментовъ. Théâtre Franèais произвелъ только одну, хотя посредственную, но пріятную піесу Christiane и претенціозную комедію Nany г. Мейлака, человѣка впрочемъ остроумнаго и искуснаго водевилиста. Словомъ, не говоря о низшихъ родахъ, драматическая литература обнаруживаетъ отчаянное безплодіе. То же самое можно сказать и о музыкѣ. Оперы и Большая и Комическая принуждены существовать возобновленіемъ старыхъ піесъ. А между тѣмъ нельзя обвинить потребителей въ холодности къ производству. Никогда еще театры не были такъ ревностно посѣщаемы какъ послѣднею зимой, и прибавьте въ похвалу публики, что если она по обыкновенію своему усердно посѣщала легкія сцены, то противъ обыкновенія стекалась также и въ классическіе театры. Théâtre Franèais, оставшійся на высотѣ своихъ прекрасныхъ преданій, былъ постоянно полонъ, и -- замѣчательно -- съ его старымъ репертуаромъ! съ Etourdi Мольера, съ Andromaque Расина, и въ то же время Ruyblas привлекалъ толпу въ отдаленный край города, гдѣ красуется Одеонъ. Нѣтъ! намъ недостаетъ писателей, то-есть писателей серіозныхъ и преданныхъ искусству. Тѣ что еще остаются у насъ посвящаютъ себя тому роду произведеній который доставляетъ болѣе денегъ. Такимъ образомъ г. Сарду далъ Рабагаса театру Vaudeville, и потомъ еще нелѣпую волшебную піесу Roi Carotte театру Gaîté, а г. Мейдакъ сдѣлался однимъ изъ обязательныхъ поставщиковъ Пале-Рояля. Одинъ г. Дюма-сынъ повидимому желаетъ оставаться вѣрнымъ драматической литературѣ, но у него закружилась голова. Онъ вообразилъ себя моралистомъ, и вотъ появилось его Homme-femme, произведеніе почти столь же "нравственное", какъ и Нравственныя Повѣсти (Contes moraux) покойнаго Мармонтеля. И какое болѣе поразительное доказательство можно было бы представить нашей отчаянной литературной нищеты, какъ поразительный успѣхъ этой претенціозной и парадоксальной защитительной рѣчи? L'Homme-femme вызвалъ болѣе дюжины брошюръ того же пошиба, и это было въ продолженіе цѣлаго мѣсяца событіемъ дня. Пожалѣйте о насъ!
   Не большимъ обиліемъ отличалась и серіозная литература. Въ прошедшемъ году она доставила намъ только сочиненія вызванныя обстоятельствами (des ourvages de circonstances), защитительныя рѣчи политическихъ и военныхъ людей, участвовавшихъ въ послѣднихъ событіяхъ, каковы книги генераловъ Шанзи, Винуа, Базена и проч., а также гг. де-Грамона, Бенедетти, Жюля Фавра, или же разказы очевидцевъ военныхъ дѣйствій или прискорбнаго эпизода коммуны. Безъ сомнѣнія, въ этой массѣ случайныхъ сочиненій, найдется нѣсколько интересныхъ вещей, но,-- обстоятельство заслуживающее вниманія,-- публика, поглощавшая ихъ съ необыкновенною жадностью въ первое время, вдругъ утомилась ими, и продажа ихъ совершенно прекратилась, къ великому отчаянію издателей, у которыхъ магазины ими завалены. Кромѣ этой случайной литературы, оригинальныхъ книгъ появилось мало: нѣсколько путешествій, между которыми первое мѣсто занимаютъ Les Notes sur l'Angleterre г. Тена, и много переводовъ: переводъ исторіи г. Момсена, несмотря на весьма малую симпатію нашу къ этому ученому, который во время послѣдней войны явился отчаяннымъ франкофобомъ, переводы Дарвина, Люббока и вообще сочиненій о происхожденіи человѣка, такъ какъ занятія антропологіей начинаютъ входить въ большую моду. У насъ даже основанъ г. Полемъ Брока спеціальный антропологическій журналъ, первый нумеръ котораго у меня предъ глазами. Необходимо также упомянуть о нѣсколькихъ сочиненіяхъ по части воспитанія, изъ коихъ наиболѣе вниманія обратило на себя сочиненіе г. Бреаля, профессора Collège de France. Упомяну также о подробномъ отчетѣ о воспитаніи въ Соединенныхъ Штатахъ, сочиненіи г. Гаппо; но это предметъ лучше извѣстный въ Россіи чѣмъ во Франціи, а потому мы и не можемъ сказать вамъ о немъ ничего новаго. Безъ сомнѣнія, я пропускаю нѣсколько интересныхъ изданій, выходящихъ изъ сферы моихъ обычныхъ занятій, во увѣряю васъ что пропускаю ихъ немного, потому что,-- повторяю снова,-- кризисъ для умственнаго производства еще не прекратился. Можно ли сказать что періодическая печать пріобрѣла то что потеряла книжная литература? Конечно, если бросить взглядъ на громадное количество новыхъ журналовъ, возникшихъ вслѣдствіе революціи 4го сентября, то можно сказать что эта отрасль литературы пріобрѣла необыкновенное развитіе; но если она отличается количествомъ, то какъ много еще остается желать въ ней относительно качества! За исключеніемъ Patrie en danger, которую издавалъ г. Бланки во время коммуны и которая по временамъ отличалась здравою оцѣнкой событій и излагалась правильнымъ языкомъ, революціоныя газеты представляли только наборъ декламацій плохо написанныхъ. Романтическій стиль примѣненный къ политикѣ господствовалъ въ Rappel, существующемъ еще и теперь органѣ Виктора Гюго, и еще болѣе въ газетѣ Vengeur гражданина Піа. Во всякомъ случаѣ Mot d'Ordre Рошфора отличалась и энергіей и остроуміемъ, особенно во время коммуны, когда авторъ пытался, но безъ инаго результата, кромѣ риска потерять всякое вліяніе или быть разстрѣляннымъ обѣими партіями, стать между ними въ видѣ безпристрастнаго судьи и одинаково осудить ихъ излишнія увлеченія. Всѣ эти газеты исчезли теперь, и радикальная партія имѣетъ только одинъ видный органъ République franèaise г. Гамбетты, издаваемый съ большимъ искусствомъ его друзьями гг. Раномъ, Спюллеромъ и Шаллемель-Лакуромъ. Консервативная печать осталась почти тѣмъ же чѣмъ она была при концѣ имперіи. Къ сожалѣнію то же надо сказать и о легкой печати, типомъ которой служитъ Figaro, и которая своими преувеличеніями и выдумками имѣла такое гибельное вліяніе на общественный духъ. Бельгійскій писатель г. Леклеркъ вздумалъ напечатать извлеченія изъ ея reportages и различныхъ извѣстій во время войны, и трудно себѣ представить что-нибудь грустнѣе и унизительнѣе чтенія этой книги. Я знаю что эти газеты приводили въ свое оправданіе,-- то же оправданіе въ свою пользу приводили и люди руководившіе тогда общественными дѣдами,-- что толпа желаетъ чтобъ ее обманывали, и что она стала бы рвать и жечь на бульварахъ газеты которыя осмѣлились бы ей дать что-нибудь кромѣ хорошихъ извѣстій, но поистинѣ онѣ употребили во зло поговорку типdus vult decipi, и необыкновенное развитіе этой печати съ подозрительными вѣстями, съ гривуазными сплетнями и всяческими нелѣпостями есть одна изъ нашихъ позорныхъ язвъ. И теперь еще она имѣетъ преимущество предъ всѣми другими изданіями, по крайней мѣрѣ, относительно цифры ея продажи. Можетъ-быть и дѣйствительно виновата въ этомъ отчасти серіозная печать, которая не довольно заботится чтобъ разнообразить свои сообщенія и дѣлать ихъ интересными. Какъ мы отстали въ этомъ отношеніи не только отъ англійской или американской печати, но даже отъ печати нѣмецкой и русской! Наши газеты всѣ выкроены по старинной мѣркѣ: когда онѣ сообщили одну или двѣ политическія статьи, воспроизвели иностранныя извѣстія изъ Корреспонденціи Гаваса, пользующейся ихъ монополіей, позаимствовали тамъ и сямъ Faits divers и напечатали романъ-фельетонъ или статью Variétés, то считаютъ уже что щедро надѣлили публику ея ежедневною пищей. Иностранныя корреспонденціи занимаютъ въ ней второстепенное мѣсто: такъ какъ платится за нихъ мало, то онѣ вообще не интересны и содѣйствуютъ поддержанію и увеличенію того недостатка французскаго ума, который считаетъ. важнымъ только то что происходитъ во Франціи. Вслѣдствіе этого такъ какъ серіозная печать недостаточно интересуетъ публику, особенно въ такія минуты какъ теперь, когда политика въ застоѣ, то она и принимается за легкую журналистику. Было бы можетъ-быть иначе, еслибы серіозныя газеты вошли въ состязаніе съ прочими относительно интереса, предоставляя болѣе значенія извѣстіямъ всякаго рода и дѣлая для полученія ихъ необходимыя пожертвованія. Это придетъ современемъ, и мы наконецъ будемъ издавать газеты по примѣру англійскихъ, но до сихъ поръ наша печать не осуществила успѣховъ которыхъ отъ нея ожидали, когда исчезли преграды стѣснявшія ее во время имперіи. Можно сдѣлать исключеніе въ пользу нѣсколькихъ спеціальныхъ изданій, каковы Revue scientifique и Revue politique et. littéraire г. Юнга, Revue maritime et coloniale, издаваемое морскимъ министерствомъ и значительно улучшившееся въ послѣднее время, Journal de la réunion des officiers, въ которомъ переводится все что печатается интереснаго за границей о военномъ дѣлѣ. Но ни въ этихъ спеціальныхъ сборникахъ, ни въ печати вообще нельзя указать появленія какихъ-либо новыхъ и замѣчательныхъ талантовъ.
   Та же скудость замѣтна и въ ораторскомъ искусствѣ. Клубы произвели однихъ только бѣснующихся, изъ коихъ нѣкоторые, конечно, не лишены были краснорѣчія, во что значитъ краснорѣчіе безъ здраваго смысла? Съ своей стороны, и парламентская трибуна не произвела ораторовъ, которые могли бы сравняться съ Берье, Гизо, Тьерами и Ламартинами. Производящія эффектъ рѣчи г. Гамбетты нерѣдко состоятъ изъ однихъ звучныхъ фразъ! Тѣмъ не менѣе въ послѣднія пятнадцать или двадцать лѣтъ парламентское краснорѣчіе пріобрѣло характеръ если не литературный, то по крайней мѣрѣ положительный и практическій. Теперь уже не говорятъ, какъ бывало прежде,-- исключенія, конечно, бываютъ,-- для того только чтобы говорить; не слагаютъ уже рѣчей на старый ладъ, съ одними ораторскими украшеніями. Вопросы изучаютъ и излагаютъ съ наивозможно большею ясностью. Словомъ, произносятъ дѣловыя рѣчи, и онѣ-то и снискиваютъ наиболѣе успѣха. Сравните въ этомъ отношеніи парламентскія пренія нынѣшняго собранія (за исключеніемъ засѣданій гдѣ политическія страсти выходятъ изъ всѣхъ границъ), не говорю съ рѣчами Конвента, гдѣ господствовала самая пустая и напыщенная декламація, но съ собраніями реставраціи и іюльской монархіи, и васъ поразитъ совершившійся прогрессъ. Прогрессъ этотъ очевидно произошелъ отъ размноженія всевозможныхъ обществъ: желѣзнодорожныхъ, горныхъ, мануфактурныхъ и пр., въ которыхъ дѣла излагаются и обсуждаются безъ всякой претензіи на краснорѣчіе людьми практическими, которые потомъ перенесли на политическія собранія этотъ простой и ясный дѣловой языкъ. Такое вліяніе развившейся промышленности на пренія нашихъ политическихъ собраній несомнѣнно, хотя оно далеко не такъ полно, какъ бы того можно пожелать, и во всякомъ случаѣ заслуживаетъ чтобъ на него обратили вниманіе.
   

II.

   Подобно всѣмъ отраслямъ умственнаго труда, экономическая литература находилась въ эти послѣдніе годы въ самомъ неблестящемъ положеніи, и я не могу указать вамъ въ ней на одного замѣчательнаго и оригинальнаго произведенія. Страшно много говорили въ клубахъ, говорили также, во гораздо скромнѣе и гораздо болѣе умѣреннымъ тономъ, въ Академіи Нравственныхъ и Политическихъ Наукъ и въ Политико-Экономическомъ Обществѣ. Я имѣлъ уже случай бесѣдовать съ вами о публичныхъ собраніяхъ и клубахъ, нынѣ закрытыхъ и вѣроятно надолго, и указывалъ вамъ что темы, обыкновенно неопредѣленныя и растяжимыя до безконечности, объ отношеніяхъ капитала къ труду, о процентѣ и капиталѣ, объ ассоціаціи, о воспитаніи, о бракѣ и пр. служили предметами ихъ преній. Отъ этихъ преній не осталось ровно ничего: единственная польза которую могли принести клубы заключалась въ томъ, чтобы дать правительству и публикѣ точное понятіе о положеніи умовъ и страстей одушевляющихъ низшіе классы, въ которыхъ революціонная партія набираетъ себѣ рекрутъ. Въ этомъ отношеніи они имѣли дѣйствительное практическое значеніе; къ несчастію, у васъ недостаточно пользовались драгоцѣнными указаніями, которыя они могли дать. Напрасно представляли они все большее и большее скопленіе горючихъ веществъ, никто какъ будто и не подозрѣвалъ что они могутъ воспламениться. Они воспламенились однако, и у насъ до сихъ поръ предъ глазами слѣды пожара. Теперь полнѣйшее безмолвіе послѣдовало за этими шумными преніями: уже повсюду перестали обсуждаться "соціальные вопросы", за исключеніемъ можетъ-быть какихъ-нибудь собраній рабочихъ синдикальныхъ палатъ, которыя продолжаютъ существовать и даже размножаются, хотя медленно, въ подражаніе организаціи англійскихъ trade unions, но гораздо въ меньшихъ размѣрахъ и несравненно съ меньшими средствами. Должно замѣтить что революціонныя излишества и безумства совершенно отвратили массу публики отъ этихъ преній, и какъ всегда случается, реакція въ этомъ отношеніи пошла слишкомъ далеко: прежде бывало всѣ наперерывъ старались заниматься слишкомъ дѣйствительными бѣдствіями рабочихъ классовъ и средствами пособить имъ; теперь совершенно наоборотъ! Теперь съ недовѣріемъ уже читаютъ, если только еще читаютъ, сочиненія трактующія объ этихъ вопросахъ, и всякій признакъ нѣсколько живой симпатіи къ бѣдствіямъ или страданіямъ массъ подаетъ поводъ къ обвиненію въ соціализмѣ. А кто виноватъ? Очевидно отвѣтственность должна падать на революціонеровъ и соціалистовъ. Они переполошили всѣ интересы, а страхъ безпощаденъ! Графъ Парижскій сталъ подозрителенъ буржуазіи за обнародованіе своей книги О рабочихъ ассоціаціяхъ въ Англіи, и сторонники его стараются оправдать эту книгу тѣмъ что она грѣхъ юности. О вопросахъ соціальныхъ или рабочихъ и слушать никто не хочетъ, и повидимому всѣ готовы вѣрить что истинная панацея по этимъ предметамъ есть Шасспо. Національное собраніе постановило, однако, произвести слѣдствіе о положеніи рабочихъ классовъ. Слѣдствіе это производится дѣятельно, и я не премину сообщить вамъ объ его результатахъ; никто, однако, имъ не интересуется, и меня нисколько не удивитъ, если оно придетъ къ заключенію что все прекрасно идетъ въ мірѣ труда, или по крайней мѣрѣ что ему недостаетъ весьма немногаго, и что нечего дѣлать по этой части, развѣ только возстановить нѣкоторые законы о стачкахъ.
   Изъ ученыхъ обществъ наиболѣе жизни замѣтно было въ свободномъ Политико-Экономическомъ Обществѣ, но и въ немъ оказываются пробѣлы, которые не пополняются: Бастіа, Дюнойе, Орасъ Сэ не замѣнены въ немъ никѣмъ, и его ежемѣсячные обѣды, хотя и болѣе многочисленные, не представляютъ научнаго интереса, которымъ они отличались лѣтъ двадцать тому назадъ. Сверхъ того въ продолженіи послѣднихъ двухъ лѣтъ означенныя собранія подверглись вліянію событій: тезисы чисто научные были оставлены, что и естественно было, для вопросовъ дня. Во время осады Парижа, когда перестали обѣдать, чтобы не скандализовать людей которые не преминули бы обвинить экономистовъ въ томъ что они пожираютъ продовольствіе народа,-- занимались лишь вопросами о пропитаніи, такъ страшно стоявшими тогда на очереди. Очевидно что вліяніе экономистовъ въ ту эпоху было самое благотворное. Они не помѣшали совершенію множества частныхъ нелѣпостей, они не добились чтобы мясо, хлѣбъ и топливо раздавались такимъ образомъ чтобы не было давки, но они помѣшали правительству забрать въ свои руки всѣ запасы, подъ предлогомъ болѣе правильной ихъ раздачи, и тѣмъ избавили насъ отъ страшныхъ безпорядковъ и хищеній. Въ послѣдствіи, когда миръ былъ заключенъ и коммуна побѣждена, необходимо было пріискать средства къ покрытію громадныхъ расходовъ, вызванныхъ этими бѣдственными событіями, а также воспрепятствовать возстановленію протекціонной системы, корифеи которой стали во главѣ правленія. Таковы были предметы занятій съ прошедшаго года; толковали о налогахъ, о займахъ, объ отмѣнѣ торговыхъ трактатовъ, и нѣкоторые изъ этихъ преній не были лишены интереса; но необходимо прибавить что они и" помѣшали экономическимъ и финансовымъ идеямъ г. Тьера восторжествовать, хотя и временно. Политико-Экономическое Общество обсуждало также вопросъ о стачкахъ и высказалось,-- надо отдать ему честь,-- противъ возстановленія закона ихъ воспрещающаго. Оно обсуждало также вопросъ о возстановленіи "игорныхъ домовъ", который одно время серіозно былъ выставленъ на очередь. Рѣчь шла о томъ чтобы предоставить привилегію игорныхъ домовъ нѣкоторымъ городамъ съ минеральными источниками, посредствомъ отдачи на откупъ, и въ пользу этой мѣры приводилось не мало аргументовъ. Указывали что, несмотря на запрещеніе игорныхъ домовъ, играть все-таки продолжаютъ, только игра укрылась въ тайные кружки и заведенія, гдѣ она не платитъ ничего въ государственное казначейство. Не лучше ли дозволить ее публично въ нѣкоторыхъ мѣстечкахъ, служащихъ сборными пунктами увеселеній достаточнаго класса: и извлечь изъ нихъ нѣкоторыя дополнительныя средства въ пользу казначейства. Можетъ-быть, прежде чѣмъ отвѣчать на этотъ щекотливый вопросъ слѣдовало бы произвести слѣдствіе о "болѣзни игры", о времени и деньгахъ которыя она поглощаетъ, о наилучшихъ средствахъ къ ея излѣченію и пр. Слѣдствіе это имѣло бы живѣйшій интересъ, и меня нисколько не удивитъ, если какое-нибудь правительство предприметъ его. Какъ бы то ни было, Политико-Экономическое Общество высказалось противъ возстановленія игорныхъ домовъ, да и агитація по этому вопросу прекратилась.
   Но послѣднія событія возбудили много другихъ вопросовъ, на которыхъ я попрошу позволенія остановиться. Какъ велики были размѣры потерь которыя понесла Франція отъ минувшей войны? Какого свойства были эти потери? Въ какихъ размѣрахъ онѣ удручили государство, различныя части территоріи и частныхъ людей? Въ какомъ отношеніи онѣ находятся съ достояніемъ Франціи? Затѣмъ какимъ образомъ слѣдуетъ производить займы суммъ необходимыхъ для ихъ покрытія? Слѣдуетъ ли прямо обращаться къ публикѣ въ дѣлѣ займа или прибѣгать къ посредникамъ? Наконецъ, для покрытія увеличившагося бюджета расходовъ, вслѣдствіе увеличенія государственнаго долга, къ какимъ налогамъ слѣдуетъ прибѣгать? Слѣдуетъ ли облагать производство, потребленіе или доходъ? Слѣдуетъ ли устанавливать ежегодное погашеніе, и въ какихъ размѣрахъ? Къ какой части долга прежде всего слѣдуетъ примѣнять средства погашенія? Слѣдуетъ ли прежде всего заняться прекращеніемъ системы бумажныхъ денегъ, уплачивая займы сдѣланные въ Банкѣ, чтобы немедленно возвратиться къ металлическому обращенію, или лучше установить менѣе налоговъ, хотя бы уѣмъ и отсрочилось погашеніе, или же слѣдуетъ озаботиться погашеніемъ долговъ за которые уплачиваются наибольшіе проценты, оставляя въ обращеніи бумажныя деньги? Вотъ цѣлый рядъ вопросовъ которые представлялись обсужденію французскихъ экономистовъ и которые были затронуты ими, по крайней мѣрѣ частію, въ Политико-Экономическомъ Обществѣ. О нѣкоторыхъ изъ этихъ вопросовъ можно получить полезныя свѣдѣнія изъ сочиненій или спеціальныхъ сборниковъ, каковы Journal des Economistes и Annuaire de l'Economie politique, выпускъ котораго на 1871 и 1872 (заключающій въ себѣ въ видѣ исключенія два года) только-что появился. Укажу также на послѣднее изданіе Traité des Finances г. Жозефа Гарнье, вышедшее въ свѣтъ въ началѣ нынѣшняго года.
   Для отвѣта на вышеизложенные вопросы прежде всего слѣдуетъ прибѣгнуть къ статистикѣ, но къ несчастію статистика, несмотря на ея несомнѣнные успѣхи, далеко еще не въ состояніи дать положительныхъ и вѣрныхъ отвѣтовъ на вопросы которые мы ей предлагаемъ, даже на важнѣйшіе изъ нихъ. Попытаемся, однако, прибѣгнуть къ ней.
   

III.

   Нѣтъ предмета который бы подвергался такой разнообразной оцѣнкѣ, какъ значеніе дохода націи, а вслѣдствіе того и капитала доставляющаго оный. Очевидно, однако, что доходъ какой-либо націи совершенно равенъ ея валовому производству, ибо цѣнность-то этого производства и распредѣляется подъ формой рентъ, барышей, процентовъ или заработной платы между всѣми членами націи и доставляетъ имъ средства существованія и суммы необходимыя на расходы по ея управленію. Каково же валовое производство Франціи? Въ 1856 году, въ одномъ изъ послѣднихъ изданій Statistique de l'Industrie de France (статистика французской промышленности), старѣйшій изъ французскихъ статистиковъ, г. Моро де-Жоннесъ начислилъ его въ 16 1/2, милліардовъ, распредѣляемыхъ слѣдующимъ образомъ: земледѣльческое производство -- 8 милліардовъ, мануфактурное -- 4 милліарда, искусства и ремесла 4 1/2 милліарда. Подъ рубрикой: "Искусства и ремесла", онъ ставилъ торговлю и либеральныя профессіи. Эти цифры, если мы и допустимъ что онѣ были вѣрны въ то время, очевидно, измѣнились съ тѣхъ поръ, и вѣроятно безъ преувеличенія можно опредѣлить въ 20 милліардовъ валовое производство Франціи, со включеніемъ всѣхъ отраслей ея промышленной и иной дѣятельности. Нѣкоторые находятъ цифру эту еще слишкомъ недостаточною и возвышаютъ ее до 24 милліардовъ и болѣе. Будемъ держаться 20 милліардовъ, хотя и съ сожалѣніемъ что статистика, несмотря на ея успѣхи и конгрессы, не доставляетъ намъ въ этомъ отношеніи хотя бы сколько-нибудь положительныхъ свѣдѣній" Какой капиталъ представляется этимъ доходомъ? Капитализуя его изъ 5%, мы получимъ капиталъ въ 400 милліардовъ, а если изъ 6%, то въ 333 милліарда. Но необходимо прибавить что такъ какъ производство есть плодъ естественно соединенныхъ агентовъ, собственно такъ-называемаго капитала и труда, то въ этомъ случаѣ необходимо слову "капиталъ" придать самое обширное значеніе и включить въ него не только землю, зданія, машины, орудія, запасы, но также и самихъ людей или по крайней мѣрѣ ихъ производительныя способности. Итакъ 400 милліардовъ или 333 милліарда были бы, смотря по капитализаціи, стоимостью Франціи, безъ включенія въ это число цѣнностей не производительныхъ, что возвысило бы эту стоимость до 500 милліардовъ. Очевидно, цифры эти невозможно выдать даже за приблизительно точныя, но когда вычисляютъ, напримѣръ, потери понесенныя какою-дибо страной отъ войны, онѣ могутъ имѣть свою пользу для сравненія, хотя и мало подходятъ къ истинѣ. Постараемся же составитъ себѣ понятіе объ этихъ потеряхъ по отношенію къ послѣдней войнѣ. Очевидно что и тутъ мы получимъ лишь приблизительныя цифры, но во всякомъ случаѣ эти цифры будутъ нѣсколько ближе къ истинѣ, чѣмъ въ предшествовавшемъ вычисленіи. Намъ приблизительно извѣстны расходы которыхъ стоила эта война, суммы военныхъ контрибуцій и реквизицій, собранныхъ непріятелемъ, и наконецъ громадная цифра военнаго вознагражденія. Мы знаемъ что послѣдняя простирается до пяти милліардовъ и что можно положить въ одинъ милліардъ сумму военныхъ контрибуцій, реквизицій и проч. Расчисленіе ихъ было сдѣлано спеціальными коммиссіями, труды коихъ резюмированы въ докладѣ представленномъ министромъ внутреннихъ дѣлъ г. Казиміромъ Перье президенту республики, 26го октября 1871 года. Въ томъ же докладѣ находимъ что военныя издержки сдѣланныя Франціей во время этой бѣдственной войны могутъ быть исчислены въ три милліарда. Итого девять милліардовъ. Тѣмъ не менѣе ясно что въ этой суммѣ заключаются еще не всѣ расходы. Есть еще и потеря людьми, которая также должна быть принята въ разчеть. На основаніи документа обнародованнаго въ прошедшемъ году національно