# Найденов С. А.: биографическая справка

Сергей Александрович Найденов

НАЙДЁНОВ (наст. фам. Алексеев) Сергей Александрович [14(26).9.1868, Казань -- 5.12.1922, Ялта; похоронен на Массандров. кладб.], драматург. Род. в богатой семье купца 1-й гильдии. Многодетная семья (Н. -- один из 9 детей) жила по старозаветным обычаям. Будучи учеником реального уч-ща, Н. увлекся театром, участвовал в домашних любит. спектаклях (выступая в ролях сценариуса, суфлера или декоратора). В 1883 был исключен из училища за посещение вечерних спектаклей гор. театра; прожив 3 года без определ. занятий в Казани, в 1886 уехал в Москву и поступил в Муз.-драматич. уч-ще Моск. филармонич. об-ва в класс А. И. Сумбатова-Южкма и О. А. Правднна; окончил его в 1889. В этом же году его отец под влиянием панич. страха перед возможным банкротством застрелился. Н. под псевд. Рогожин начал выступать на провинц. сцене (в Вологде, Владимире, Твери), но вскоре оставил театр, не удовлетворенный его состоянием и, по-видимому, разуверившись в собств. актерских способностях. В 1893, прервав ангажемент в Уфе, поселился в одной из "толстовских" колоний Уфим. губ-но вскоре разочаровался в толстовстве. Попытка в 1894 заняться коммерцией завершилась полным крахом ("Купеч. сын оказался совсем непрактичным фантазером... очень доверчивым", -- вспоминал В. Н. Ладыженский, хорошо знавший Н., в очерке о нем в своей кн. "За рубежом", Белград, 1930, с. 124): неудавшийся замысел разбогатеть на торговле рябчиками в Москве, в к-рую он вложил свою долю отцовского наследства, разорил его окончательно. В 1897--98 так же безуспешно служил в артели, объединявшей торговых и страховых агентов.

Тяга к театру, интерес к проявившимся тенденциям его обновления привели Н. на драматургнч. поприще. В 1900 он поселился в Москве; ожидая приглашения в какой-либо театр и испытывая суровую нужду, начал почти одновременно работать над тремя пьесами. Комедия "Дыхание Весны" (рукопись -- СПб ГТБ), действие к-рой происходит в жен. монастыре, была запрещена как оскорбляющая нравственность. Пьесу "Культурный скит" (рукопись там же), навеянную недавним увлечением толстовством, автор сам счел неудачной и "шаблонной" (дневниковая запись от 22 мая 1901 -- РГАЛИ, ф. 860. оп. 1, No 309. л. 6) и не стал ее печатать. Тяготея к "новой драме", отказался от драматургич. интриги, стремясь углублять психологизм. В то же время писал стихи (ТиИ. 1901, No 45--48, 50) и прозу (рассказ "Письмо" -- там же, No 45--46).

Третью пьесу -- "Дети Ванюшина" (1901; опубл.: ТиИ, прил., 1902, No I; Грибоедовская пр. 1902) Н. послал на конкурс в принадлежащий А. С. Суворину петерб. т-р Лит.-ху-дож. об-ва (отмечена премией и в том же году поставлена). Одновременно спектакль вышел в моск. т-ре Корша при участии Н. В. Светлова. Л. М. Леонидова, А. А. Остужева. М. М. Блюменталь-Тамариной, а в следующем году -- в Минске, Харькове, Ярославле, Омске, Астрахани, Красноярске, Тифлисе, Риге; в июле 1902 под Казанью был сыгран любит, спектакль, в к-ром старика Ванюшина исполнял автор, а в роли его детей выступили брат Николай и сестра Анна.

В основе сюжета пьесы (построенной как драма характеров и нравов) -- подлинные события из жизни семьи Алексеевых: самоубийство отца, драматич. история любви брата Дмитрия к актрисе Е. Егоровой. Однако, стараясь подчеркнуть характерность образов и конфликтов, автор переосмыслил действит. причины трагич. решения героя -- не страх разорения, а отчужденность в семье, ее неотвратимый распад, циничность молодого поколения, развращенного атмосферой наживы. Воссоздавая картины купеч. жизни с ее домостроевским укладом, Н. следовал традициям А. Н. Островского.

Пьеса имела "успех исключительный" (Ладыженский. "За рубежом", с. ] 26) и вызвала многочисл. отклики, б. ч. доброжелательные: С Яблоновский (РСл, 1901. 16 дек.): А. Ростиславов (ТиИ. 1902. No 6. 7): И. Н. Игнатов считал, что пьеса доказала жизнеспособность старых форм реалистич. драмы в период, когда "после пьес "настроения", символических, философских, чисто бытовая драма, казалось, потеряла право на существование" (РВсд, 1901. 16 дек.), тот же рецензент отмстил сострадат. отношение Н. к своим героям (РВеа. 1902. 9 апр.); критик и драматург П. М. Ярисв писал: "За последние годы я не могу припомнить ни одной рус. пьесы, в к-рой так ярко и неопровержимо сказался бы талант" (ТиИ. 1901. N: 52. с. 966).

Нек-рые критики (в т. ч. С Сутугин (О. Г. Эттингер) -- ТиИ. 1902. No 12. с. 248--50) рассматривали пьесу как семейную драму, не имеющую обществ, звучания: Яблоновский трактовал ее как драму воспитания: "... действие может произойти решительно во всякой среде, богатой, средней н мелкой" (РСл. 1901. 16 дек.): рецензент "Моск. ведомостей" Ал. И. Введенский объяснял успех пьесы "модным настроением", характеризующимся тем. "что можно было бы назвать восстанием детей на отцов, учеников на учителей и т. л." (1902. 28 янв.: подпись Ехгсг). В рецензиях (Я. А. Ф<ейг>ин -- "Курьер", 1901, 18 дек.: и др.) также отмечалась недостаточная мотивированность самоубийства героя.

По-видимому, конец пьесы не удовлетворял и самого Н.: в 1907 он написал новый вариант 4-го акта, в к-ром гл. герой остается живым, а его старший сын, оказавшись полновластным хозяином в доме, переселяет родителей наверх, с глаз долой. А. Р. Кугель счел этот вариант неудачен ("Получилось нечто ... неинтересное ... спутанное... очень старомодное, в смысле морали, скучно-безразличное, как пропись. Это ... акт-опреснитель всего горького и соленого, что автор выхватил из жизни с таким, быть может, бессознат. талантом!" -- Кугель, 1934, с. 140). В 1907 с новым 4-м актом пьеса была поставлена в Кисловодске (реж. -- Н., при участии артистов т-ров Кор-ша. Художественного и Малого), а в 1910 -- Александрин. т-ром при участии М. Г. Савиной (и по ее инициативе -- см. письмо Н. к ней от 10 нояб. 1910 -- РГАЛИ, ф. 689, No 894).

После успеха "Детей Ванюшина" за Н. утвердилась репутация одного из видных совр. рус. драматургов. Его дарование высоко ценил А. П. Чехов, ставивший его как драматурга "гораздо выше Горького" (письмо О. Л. Книппер-Чеховой от 22 авг. 1902 -- Чехов. Письма, XI, 20); "прирожденный драматург, с самой что ни на есть драматич. пружиной внутри!" -- вспоминал в 1914 его слова И. А. Бунин ("Из записей" -- Собр. соч., т. 9, М., 1967, с. 295). В

1902 с рекомендат. письмом от Ф. А. Корша Н. отправился в Ятту к Чехову (эта встреча описана им в незаверш. ст. "Чехов в моих восп." -- "Театр, жизнь", 1959, No 19); установившиеся друж. отношения между ними сохранялись до самой кончины Чехова. Познакомившись в 1901 и сблизившись с Буниным, Н. вместе с ним ездил на юг России, а в кон. 1903 -- нач. 1904 -- во Францию и Италию. В. Н. Муромцеву-Бунину, часто встречавшуюся с Н. в 1907, поражали его "простота и скромность", "доброкачественность"; по ее восп., Бунин любил Н. за то, что тот "мало был похож на своих "славных" собратьев": "Тяжелый человек, но до чего прекрасный, редкого благородства" (ЛН, т. 84, кн. 2, с. 178, 189). С 1902 Н. был связан с кружком Н. Д. Телешова "Московская литературная среда"; в 1904 по предложению М. Горького стал членом кннгоиздат. товарищества "Знание". Внезапная известность, по восп. Ладыженского, казалось, "стесняла его той требовательностью и теми ожиданиями, которые она налагает" ("За рубежом", с. 126).

В 1903 Н. закончил пьесы "Блудный сын", "Богатый человек" и "No 13", драм, коллизия к-рых связана с процессом внутр. распада косной и темной купеч. среды и стремлением лучших людей выйти из-под гнетущей власти социальных обстоятельств. Появляются герои, выламывающиеся из этой среды, однако стремления их смутны и неопределенны, а потому несостоятельны.

Внутренне обреченным оказывается порыв к самоутверждению Максима Коптева, героя пьесы "Блудный сын" (под назв. "Кто он?" опубл. в сб. "Итоги", М., 1903; пост. МХТ. в гл. роли В. И. Качалов; рец. 1905: С. Яблоновский -- РСл, 30 янв.; НВ, 21 апр.; М. <О.> Г<ершензон> -- "Науч. слово", No 2; А. Редько -- РБ. No 10): подобно мл. сыну Ванюшина, он оставил отчий дом в поисках смысла жизни, но оказался неудачником, не способным к полезной практич. деятельности, стал изгоем в родной семье. Автор предисл. к пьесе, опубл. после 1917 под назв. "Кто он?" (б. м., [191--]). видел в Коптеве "беспочвенного интеллигента", витающего "среди голых, отвлеченных идеалов без малейшего признания практичности".

В психол. драме "Богатый человек" (в черновом варианте назв. -- "Деньги") ([СПб.], 1903; "Б-ка ТиИ", 1904, No 1; 1903, пост. т-ра Корша; 1904, т-р Комнссаржевской; рец.: К. О<рлов> -- РСл, 1903, 9 нояб.; Ф. <Д.> Бат<юшк>ов -- МБ, 1904, No 11) в колоритной противоречивой натуре миллионщика Купоросова живут как бы "два человека: один более-менее культурный, с чутким сердцем, другой -- тщеславный, скупой купец, самодурствующий и сдерживающий себя" (так характеризует его автор в ремарке -- Пьесы, т. 1, 1904. с. 182). причем победа остается за вторым. По собств. признанию Н., относящемуся, видимо, ко времени работы над пьесой, он хотел показать в ней силу и ничтожество денег, ибо они -- "нечто, с к-рыми у всех сопряжено понятие о счастии ... на чем построена вся культура и наука Европы" (отрывок из дневниковых записей -- РГАЛИ, ф. 860, оп. 1, No 309, л. 16).

Критика в осн. благожелательно встретила пьесу; отмечалось стремление автора изобразить действительность "в ее будничном наряде" (Ю. <И.> А<йхенвальд> -- РМ, 1903. No 12). "безнадежный мрак, который навис над серым человеком" (П. <С.> К<лиментов> -- "Курьер", 1903, 9 нояб.). Чехов в письме к Н. от 29 авг, 1903. предложив ряд изменений, в т. ч. название, в целом оценил пьесу как "превосходную" (Чехов. Письма. XI, 244). Игнатов отмстил падение драматургам, иск-ва Н. (РВед, 1903. 9 нояб.; подпись И.).

В трактовке героя пьесы и его поступков Н. всего ближе "знаньевцам", ценность личности у к-рых определялась мерой ее сопротивления устройству жизни.

В период работы над этими пьесами Н. утвердился в мысли, что именно психол. драма отвечает его задачам: "Жизнь страшно осложнилась. Внутр. мир люден полон противоречий... Показывать внутр. скрытые пружины действующих лиц, под мелочами жизни угадывать мировую сущность человеческой души -- вот задачи театра и совр. драматурга" (недатированная дневниковая запись -- РГАЛИ, там же, л. 15).

Иная среда изображена в двухактной пьесе "Ns 13" ("Б-ка ТиИ", 1903, No 21, нояб.; отд. оттиск -- [СПб.], 1903; пост. 1903, т-р Корша; 1904, т-р Комиссаржевской с В. Ф. Комиссаржевской и П. В. Самойловым в гл. ролях; сочувств. рец.: И. <Н. Игнатов> -- РВед, 1903, 25 окт.; <В. М. Дорошевич> -- РСл, 1903, 25 окт., подпись Рецензент; П. <С.> Климентов) -- "Курьер", 1903, 26 окт.; Exter (Ал. И. Введенский) -- МВед, 1903, 27 окт.). Ее тема -- трагедия "маленьких", забитых и опустившихся людей, страдающих от безысходной нужды, серой жизни и одиночества.

Новый этап в творч. эволюции Н. наступил в годы Революции 1905-- 1907, когда он, по собств. позднейшему признанию, стал "социалистом" "под влиянием 1904--1905 г., Знания и Горького" (сент. запись в Дневнике 1921 г. -- РГАЛИ, ф. 1117, оп. 1, No 1, л. 38 об.). В пьесе "Авдотьина жизнь" ("Знание", кн. 4, СПб., 1905; пост. 1904, т-р Комиссаржевской, Авдотья -- Комиссаржевская; 1905, Малый т-р) Н. вернулся к социально-семейному конфликту. В письме к Вл. И. Немировичу-Данченко от 27 окт, 1904 он писал: "... героиня пьесы -- пошлость", сильная настолько, что "губит слабые жизненные отростки большинства людей" (Архив МХТ, ф. Немировича-Данченко, No 5073). Кугель счел пьесу свидетельством неисчерпанности реализмом своих возможностей, отмечал натуралистич. характер "большого художественного дара" Н. и вместе с тем -- "неопределенность его мировоззрения": "... автора... давят безобразные... формы мещанской жизни", но отсутствует представление об "исходе" из нее ("Театр, заметки" -- ТиИ, 1904, No 49, с. 876, 877, 878).

Др. отклики были в осн. положительными: рецензент "Нашей жизни" П. Е. Павлов приветствовал в пьесе "дух новой жизни, свободной и активной" (1904. 27 нояб.). Подражательной сочли ее рецензент СО Журден (1904. 27 нояб.) и Н. М. Минский ("Новости и бирж. газ.", 1904. 14 лек.; б. п.), к-рый писал о герое пьесы -- революционере Герасимове, как об одной из "марионеток нового фасона, выструганных по образцу героев Максима Горького..."; Айхенвальд, отмечая "искусственность" пьесы, также усматривал близость этого персонажа образу Нила из "Мешан" Горького -- в "его крикливой окраске" (РМ, 1906, No 4. с. 222). Суммируя свое впечатление от пьес Н, 1903. С. Л. Рафалович заметил: они "написаны человеком, которому точно нечего сказать от себя н о себе, который только умеет связывать и сплочивать черты и линии чужих жизней. Он внаит драму, проявленную вовне.... но ему нечего облечь этой внешней драмой, как безногому нечего облечь в чулки" ("Весы", 1905, No 1. с. 43--44).

В пьесе "Стены" (СПб., 1907; "Знание", кн. 15, СПб., 1907; пост. 1907, Александрии, т-р, 1908, МХТ; отрнцат. peu.: Объективный (И. О. Абельсон) -- "Обозр. театров", 1907, 21 янв.; б. п. -- там же, 1907, 23 янв.; "Рус. новости", 1907, 4 апр.; положит, peu.: Homo novus (A. P. Кугсль) -- "Русь", 1907, 19 янв.; Вс. Чаговец -- "Киев, мысль", 1907, 30 янв.; РВед, 1907, 4 апр.; С. Глаголь -- "Моск. еженед.", 1907, No 15; <Р.> Янтарёва-Виленкина -- "Вест, знания", 1907, No 3) обитатели доходного дома купца Суслова сродни персонажам "Петербургских углов" Н. А. Некрасова и др. физиологич. очерков; вместе с тем, один из гл. героев -- купеч. сын Артамон Суслов (человек среды), натура мятущаяся и противоречивая, сближаясь с дочерью учителя гимназии, революционеркой Еленой Кастьяновой, и пытаясь обрести новый, возвышающий, смысл жизни, "выламывается" из привычного быта. В период работы над пьесой Н. определял свой творч. метод как "крайний реализм, доведенный до импрессионизма" (полагая, что реализм мхатовского характера "сказал последнее слово"), и предсказал ей "почетный неуспех" (недатиров. дневниковая запись -- РГАЛИ, ф. 860, оп. 1, No 309, лл. 26, 27, 27а). Постигший пьесу неуспех был пережит "удивительно благородно" (слова Бунина, приведенные Муромцевой-Буниной: "К своей славе он относился трезво, понимая, что зенит ее уже прошел, и никогда не пытался подогревать ее"). Бунин предвидел неудачу, причина к-рой, по его мнению, заложена в теме драмы -- "из мира интеллигентов, к-рого [Н.] изнутри не знает" (ЛН, т. 84, кн. 2, с. 182, 189).

В драматургии Н. этого этапа внутр. действие перестает быть ведущим, появляются публицистич. монологи. А. А. Блок в ст. "О драме" (ЗР, 1907, No 7/9) выделял Н. среди "знаньевцев" за "относит." "культурность", но не находил в его пьесах "чехов, глубины", "пафоса искусства" и "пафоса жизни", отмечал слабохарактерность и заурядность героев, обилие "психол. ремарок" ("совершенно не сценических"), язык, "нисколько не отличающийся от языка остальных драматургов "Знания"" (Блок, V, 176--77).

После "Стен" Н. обратился к темам провинц. быта и частной жизни. Пьеса "Хорошенькая" (СПб., 1908; пост. 1907, Александрин. т-р; рец.: Импрессионист (Б. И. Бентовнн) -- ТиИ, 1907, No 47; отрниат. отзыв Н. И. Петровской: "нет ни типов, нет истинного драматического действия" -- "Весы", 1907, No 12, с. 59) задумана как комедия нравов. В центре ее -- психология молодой женщины, стремление к-рой вырваться из затхлого мещан, мира, освободиться от постылого неравного брака сводится к пошлым курортным похождениям; попытка показать положение совр. женщины, дать "пощечину тому животному человеку, которого воспевает декадентская литература" (из беседы М. Раковского с Н. накануне премьеры -- "Петерб. газ.", 1907, 15 нояб., с. 5), автору не удалась. Пьеса не понравилась Горькому ("очень плохая вещь, слабее всего, что написал Н." -- из письма К. П. Пятницкому 6 или 7 дек, 1907 -- XXIX, 38); "Рус. артист" охарактеризовал ее как "пустую комедию без новизны, темы, без серьезных мыслей" (1907, No 8, с. 121; подпись П. Г.). Сам автор в дневниковой записи (авг. 1921) счел ее свидетельством "падения в рамки шаблона" (РГАЛИ, ф. 1117, оп. 1, ед. хр. 1, л. 6 об.).

В 1909 Н. заболел туберкулезом и поселился в Ялте (жил здесь почти безвыездно) вместе с женой, актрисой И. И. Мальской (с к-рой обвенчался в 1905), и единств, дочерью, вскоре умершей от туберкулеза. В основе сюжета первой "ялтинской" драмы -- "Роман тети Ани" (переделка его ранней пьесы "Дыхание Весны"; СПб., 1912; "Знание", кн. 40. СПб., 1913; 1912, Александрии, т-р; Малый т-р; рец.: Ю. Слонимской, Н. Эфрос -- БИТ, 1913, в. 2; отрицат. рец.: Вас. Базниевский -- "Рампа и жизнь", 1912, No 43: И. <Н. Игнатов> -- РВед, 1912, 6 нояб.) -- история безответной любви стареющей женщины к молодому поэту. Доброжелательно оценил пьесу Горький, прочитав ее в рукописи ("хорошо написана, интересна по теме, и, вероятно, весьма сценична" -- письмо к Н. от сент, 1912 -- Архив Горького, VII, 112). Савина, первая исполнительница гл. роли в пост. Александрии, т-ра, находила, что автор, "взяв старую тему, разработал ее... красиво, поэтично" (см. в кн.: Шнейдерман И., М. Г. Савина. 1854--1915, М,--Л., 1956, с. 292). Пьеса "Работница" (П., 1915; "Б-ка ТиИ", 1916, No 1; пост. 1915, петерб. т-р Лит.-худож. об-ва; 1916, Малый т-р; отзывы: РСл, 1915, 8 нояб.; Смоленский (А. А. Измайлов) -- БВед, 1915, 8 нояб.; П. Конради -- НВ, 1915, 9 нояб.) -- о борьбе женщины-врача за признание в среде коллег-мужчин (прототипом ее стала ялтин. доктор Радель, у к-рой Н. жил и лечился) и драме отвергнутой любви смертельно больной героини, ее трагич. ожидании приближающегося конца и добровольном уходе из жизни (впрочем, получившемся у автора мелодраматическим). Б. И. Бентовин счел коллизию пьесы малоубедительной и нашел, что для изображения "бурной наступательной борьбы женщины-врача Ридаль у автора не хватает ярких, смелых и дерзких красок" (ТиИ, 1915, No 46, с. 852). "Совсем неудачной пьесой" назвал ее Яблоновский (РСл, 1916, 5 февр., с. 6). Тем не менее обе ялтин. пьесы были удостоены Грибоедовской пр. "Работница" стала последней прижизненной постановкой Н. на сиене.

Летом 1917 Н. закончил пьесу "Жертвы нашего времени (Безбытники)" (не опубл.; рукопись -- СПб ГТБ, No 9859), в к-рой сказалось отрицат. отношение к декадентству, что и определило сатирич. характер большинства ее персонажен -- неудачливых актеров, людей богемы, прожигающих жизнь вместе с декадентствующнм волжским миллионером, очнувшихся от угара лишь перед лицом "безумной" (1-й мировой) войны и грядущих грандиозных событий. Блок как рецензент Лит.-театр. комиссии Гос. т-ров оценил ее отрицательно и счел "неприемлемой для постановки на сцене" (V, 664). В кон, 1918 -- нач. 1919 Н. вернулся к пьесе, но ее новый вариант под назв. "Полотняное небо" также остался неопубл. (рукопись -- РГАЛИ. ф. 1117, оп. 1, No 8).

После изгнания из Крыма Белой армии Н. в 1920 вернулся к лит. труду, от к-рого его отрывала длит. и тяжелая болезнь; вместе с женой выступа! в концертах в пользу голодающих. Пьеса "Москва. Сиены из московской жизни" (не опубл.; рукопись -- там же, No 9; отрывок с сокращениями -- "Красная нива", 1928, No 49) -- "хроника" рев. событий 1905, в к-рой он сделал попытку вывести пар. массы ках движущую силу истории, создать образ профессией, революционера (прототипом большевика Петра Шимана послужил Н. Э. Бауман, с к-рым Н. был дружен и в похоронах к-рого в 1905 участвовал). Не удовлетворенный пьесой ("Чувствую, что не могу охватить драмой жизни моих современников... Бессилен осветить... драму крушения всего старого и необходимость строить новую жизнь России", -- записал он 25 авг, 1921 в дневнике -- РГАЛИ, ф. 1117. оп. 1, No 1, л. 11 ), он отказался от ее постановки. В своей последней пьесе -- "Неугасимый свет" (не опубл.; рукопись -- там же, No 10), над к-рой работал незадолго до смерти, вновь обратился к рев. теме, стремясь осмыслить разные пути преобразования общества -- через христиан, сострадат. любовь к людям (к к-рой пришел гл. герой -- бывший революционер, прошедший через снб. каторгу) или суровую борьбу с эксплуататорами (на к-рую обрек себя его сын).

Др. произв.: пьеса в одном действии "Скуки ради" по однонм. рассказу М. Горького ([М--Л.], 1929; с предисл. Н.), "Свежим и живым мне кажется то недавнее время ..." (восп. о восприятии современниками Л. Толстого; "Звезда", 1978, No 8; публ. Н. Казаковой).

Изд.: Пьесы. I. 1--2. СПб., 1904--11: 2-е изд., СПб., 1907--11; Дети Ванюшина. М., 1955 (послесл. В. Сергеева): Дети Ванюшина. -- В кн.: Драматургия "Знания". М., 1964.

Лит.: Блок (ук.): Горький (ук.): Чехов (ук.): Кугсль А. Р., Листья с дерева. Восп., Л., 1926, с. 76--82; его же. Рус. драматурги, М., 1934, с. 139--47; Белоусов (I, 2; ук.); "Дети Ванюшина" на сцене. Статьи о драме Н. и ее сценич. истории. М., 1940; Данилов С. С. Очерки по истории рус драматич. театра, М.--Л., 1948, с. 494--96; Боровский В. В., Раскол в "темном царстве". -- В его кн.: Лит., критич. ст., М., 1956; Горький М., [Письма к Н]. -- В кн.; Архив Горького. VII (ук.); Майский Ф., Чехов и Н. -- А. М. Горький и Н. -- "Крым. Лит.-худож. альм.", т. 18. Симферополь, 1958, с. 100--05; Телешов Н. Д. Избр. соч., т. 3 -- Записки писателя. Воен. и рассказы о прошлом. М., 1956 (ук.); Ютовский Ю., М. Горький и его драматургия. М., 1959, с. 343--53; Скиталец. С А. Найденов. -- В его кн.; Повести и рассказы. Восп., М., i960; Рубцов А. Б., Из истории рус. драматургии кон. XIX -- нач. XX в., ч. 2. Минск, 1962, с. 84--128; Бугров Б. С. Драматургия "Знания". -- В кн.; Горьков. чтения, 1961--1963 г., М., 1964; Рус. лит-ра кон. XIX -- нач. XX в. 1901--1907. М., 1971 (ук.); Келдыш В. А., Рус. реализм нач. XX в., М., 1975, с. 47--53; Чернышев А. А., Путь драматурга. С. А. Найденов. М., 1977; Бабореко А., И. А. Бунин. Мат-лы для биографии. 2-е изл., М., 1983, с. 84, 87, 90, 92, 332--33; Казакова Н. Д., Пьеса Н. "Культурный скит" и искания драматургии кон. XIX в. -- В кн.; Проблемы реализма, в. 7, Вологда, 1980; ее же. Н. и натурализм в театре. -- В кн.; Стиль писателя и культура эпохи. Сыктывкар, 1984; ее же. "Маленькая пьеса" Н. ("Блудный сын"). -- В кн.; Жанры в историко-лит. процессе. Вологда, 1985; История руг. драматургии. Вторая пол. XIX -- нач. XX в. до 1917 г., Л., 1987 (ук.); Петровская (2. ук.); Похлебкин В. В., Кушать подано!.. М., 1993, с. 337--44; ЛН, т. 68, 72; т. 84, кн. 1--2; т. 85; т. 88, кн. 2; т. 92, кн. 5 (все -- ук.). * Некрологи: "Известия", 1922, 8 дек.; "Правда", 1922, 24 дек.; "Театр и музыка", 1922, No 12 (С. Разумовский); "Вест. работников иск-в", 1923, No 5/6, с. 105--06. Гранат; ТЭ; КЛЭ; БСЭ; ИРДТ; Рус. писатели; Муратова (2); Масанов.

Архивы; РГАЛИ, ф. 1117; ф. 860, оп. I, No 309 (рукопись неопубл. критико-библ. очерка Ю. В. Соболева о Н., включающая отрывки из дневников H.); ИРЛИ, ф. 123, ст. 2, No 338 (письма В. В. Муйжелю, 1909--11); ф. 686, оп. 2, No 151 (письма А. Р. Кугелю, 1902--04); ГЦТМ, ф. 183; ф. 84, No 296--97; ф. 117. Л. 263; ф. 123, No 133, 270, ф. 142, No 775; ф. 209, No 18; ф. 210, No 1049. 1050; ф. 260, No 3, 4; ф. 280, No 450 (везде -- переписка с разными лицами); ГЛМ, ф. 133; РНБ, ф. 124, No 2979--2981 (письма А. С. Гриневскому (Грину). В. В. Муйжелю, Э. П. Юргенсону); РГИА, ф. 776, оп. 26, д. 20, л. 70--71 (ценз. запрещение пьесы "Дыхание Весны"); д. 35, л. 22 об. (ценз. запрещение пьесы А. Фншзона "Сруль Гершон" на евр. яз. по пьесе Н. "Дети Ванюшина"); Архив МХТ, ф. Вл. И. Немировича-Данченко, No 5072/3 и No 5073 (письма Немировичу-Данченко); ЦГА Татарстана, ф. 2, оп. 153, No 16, л. 490 (м. с).


И. А. Казакова, Л. С. Литвинова.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 4. М., "Большая Российская энциклопедия", 1999