# Взгляды нового германского посла в Лондоне, князя Лихновского

Аноним Немецкая_литература

Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 11.

Князь Карл Макс Лихновский (1860--1928)


## Взгляды нового германского посла в Лондоне, князя Лихновского.


Отношения между Англией и Германией и особенно все возрастающее соперничество между обоими государствами в деле развития их военно-морских сил являются в настоящее время одним из самых больных вопросов европейской политики. При этих условиях пост германского посла при лондонском дворе естественно приобретает исключительное значение и требует от занимающего его- лица недюжинных дарований. В последнее время этот пост занимал барон Бибер фон Маршалль, считавшийся одним из наиболее выдающихся дипломатов Германии. Вопрос о том, кто будет преемником недавно скончавшегося барона Маршалля, немало волновал английскую и немецкую прессу, пока выбор императора Вильгельма не остановился на князе Лихновском, также стяжавшем себе завидную репутацию в среде германского дипломатического ведомства. Газеты поспешили осведомить мир о том, что думает по главнейшим вопросам внешней политики дипломат, занявший теперь наиболее видный и ответственный пост по представительству интересов Германии за границей.

Как передают английские интервьюеры, имевшие возможность беседовать с новым германским послом, князь Лихновский не скрывает от себя всей трудности предстоящей ему задачи. По мнению князя, взаимная конкуренция Англии и Германии в создании могущественного военного флота и является единственным крупным вопросом, разъединяющим между собою оба эти государства. Тем не менее удовлетворительное разрешение этого вопроса всегда может быть найдено; соглашение же по военно-морским делам устранит всякий серьезный повод для какого бы то ни было конфликта Англии с Германией. Последняя держава, по словам князя Лихновского, вполне признает, что обладание сильным флотом составляет вопрос жизни или смерти для Великобритании. Но и англичане в свою очередь, при несомненном пока еще преобладании своего флота над немецким, не должны видеть враждебного акта по отношению к себе в том, что Германия время от времени спустит у себя па воду один или два дредноута. Касаясь разыгравшегося в прошлом году кризиса на почве мароккского вопроса, новый германский посол заявил, что считает поведение английского правительства в этом вопросе несомненно недружелюбным по отношению к Германии. Однако теперь этот инцидент мог бы считаться уже окончательно исчерпанным, и на будущее время оба государства всегда при желании найдут способ столковаться по любому из колониальных вопросов. Главную свою цель князь Лихновский п видит в создании таких отношений между правительствами, которые были бы проникнуты духом взаимной терпимости и доброжелательства, и могли прочно выдержать испытания в виде каких-нибудь случайных инцидентов в международной политике.

Помимо бесед с английскими корреспондентами, князь Лихновский коснулся и других острых вопросов политического момента в своей статье, напечатанной недавно в германской "Deutsche Revue" и посвященной франко-германским отношениям. Французская пресса приводит на своих столбцах выдержки из этой статьи, приобретающей несомненный интерес в виду высокого положения, занятого теперь автором ее в дипломатической сфере.

Князь Лихновский считает, что отношения Франции и Германии в настоящее время значительно улучшились. Поколение, пережившее войну 1870 -- 71 г.г., уже в большей своей части сходит в могилу, и острота воспоминаний, оставшихся от того времени, сильно сгладилась как по ту, так и по другую сторону Вогэз. Во Франции уже все успели свыкнуться, так или иначе, с существующим положением вещей. Но это внешнее спокойствие не должно еще означать полной смерти старых надежд. Мысль о реванше не дает, правда, особенно о себе знать, но она все еще жива в умах французов. С этим -обстоятельством ноне- воле приходится считаться -при оценке жизнеспособности всяких политических группировок держав Европы.

Кроме того, Франция, конечно, не может относиться без тревоги к возрастающему перевесу военной силы Германии по сравнению с ее собственной. В Германской Империи на каждый квадратный километр территории приходится в среднем 120 человек обитателей, а во Франции -- всего 73 человека, и при этом население Германии ежегодно увеличивается на 800 -- 900 тысяч душ, а рождаемость во Франции все падает. В общем же, при равной приблизительно площади того и другого государства, численность германского населения равняется 65 миллионам человек, а во Франции составляет всего 39 миллионов. Вполне понятно, что французы, учитывая эти условия, ясно отдают себе отчет, что без помощи со стороны третьей державы они едва ли в состоянии выдержать новое вооруженное столкновение с Германией.

Желание добиться теми или иными средствами ослабления Германии и является в настоящее, время общею мечтою как во Франции, так и в Англии. Это чувство, по мнению князя Литовского, и служит главною основою англо-французского соглашения, и никакие усилия дипломатов не в состоянии поколебать прочности этого соглашения, покоящегося на одинаковых взглядах на ближайшую задачу европейской политики и обоюдные опасения перед сильным соседом.

Впрочем, и в области франко-германских отношений новый немецкий посол в- Лондоне заявил себя в конце концов оптимистом. По его словам, и между Францией и Германией, в сущности, также не может возникать серьезного повода к вооруженному спору. Почву для будущего развития своих сил Германия ищет вовсе не в Европе, не на территориях своих соседей, но за пределами океана -- в тех далеких странах, где она, преследует лишь колониальные и экономические интересы. Быт может, поэтому настанет время, когда сознание общности культурных задач их политики в других частях -света побудит французов и немцев отодвинуть на задний план тяжелые воспоминания прошлого и забыть о своих исторических счетах в Европе. Время является иногда целителем и в политической области, и ему одному следует предоставить решающее слово в деле начинающегося франко-германского сближения.

По поводу этих соображений князя Ликновского нельзя, конечно, не заметить, что оптимизм -- это профессиональное свойство дипломатов и что действительность очень нередко не оправдывает их радужного настроения.


("Le Gaulois", 18 окт. 1912 г.

"Le Temps", 18 окт. 1912 г.

и "Journal des DИbats", 20 окт. 1912 г.).


--------------------------------------------------------------------------------


Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 11.