# Стихотворения

Алексей Петров

На всерадостнейшее прибытие Его Императорского Величества Государя Императора Николая Павловича первопрестольный град Москву

Молодой прелестной девушке

Кладбище

Молчаливой красавице

Певец в русском лагере в пределах Турции

Русская песня

Волшебный раек

Весенніе цвѣты, подарокъ для Свѣтлаго Праздника на 1830 годъ.


МОСКВА.

Въ. Типографіи H. Степанова,

При Императорскомъ Театрѣ.

1830.


На всерадостнѣйшее прибытіе Его Императорскаго Величества Государя Императора Николая Павловича первопрестольный градъ Москву.

Молодой прелестной дѣвушкѣ.

Кладьбище.

Молчаливой красавицѣ.

Пѣвецъ въ Рускомъ лагерѣ въ предѣлахъ Турціи.

Руская пѣсня.

Волшебный раекъ


## СТИХОТВОРЕНІЯ


## НА ВСЕРАДОСТНѢЙШЕЕ ПРИБЫТІЕ. ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА. Государя Императора. НИКОЛАЯ ПАВЛОВИЧА. Въ первопрестольный градъ Москву.


Марта 7 дня, 1830 года.


Всевышнему во вѣки слава!

Престала грозная война!

Россіи мощная держава

Во славу вновь облечена.

Умолкли громы жерлъ мѣдяныхъ,

Россъ мечъ въ ножны свои вложилъ,

И вновь по подвигахъ преславныхъ

На лонѣ мира опочилъ!

Еще доброта неизмѣнна

Россіи Славнаго ЦАРЯ

Свершила торжество священно,

Османа миромъ подаря!

Нашъ Ангелъ благости и мира

Карать строптивыхъ не хотѣлъ,

Онъ рекъ и съ высоты эфира

Къ намъ вѣстникъ мира прилетѣлъ

Стамбула стѣны содрогались,

Блѣднѣлъ отъ трепета Османъ,

Какъ Русскіе орлы промчались

Чрезъ грозный исполинъ -- Балканъ,

Ужъ Руско храбро ополченье

Впередъ стремило свой полетъ;

Но НИКОЛАЙ изрекъ: прощенье!

Исчезъ войны кровавый слѣдъ!

И снова лаврами покрылся

Россіи славный, мудрый ЦАРЬ,

Еще сильнѣе воскурился

Къ Нему у насъ въ сердцахъ олтарь.

Такъ Вышній милости велики

Явилъ намъ благости въ залогъ,

И вновь воскликнули языки:

Великъ, Великъ Россіи Богъ!


## МОЛОДОЙ ПРЕЛЕСТНОЙ ДѢВУШКѢ.


О quam te memorem virgo!

Virg. Aeneid. Lib. 1


О ты несравненная,

Веселая, милая!

Собою прелестная!

Предъ всѣми подругами

Какъ луна предъ звѣздами,

Иль какъ роза нѣжная

Среди полевыхъ цвѣтовъ,--

Когда тебя вижу я,

Тогда сердце страстное

Трепещетъ въ груди моей

И вздохи за вздохами

На встрѣчу летятъ тебѣ.

Предо мной являешься

Ты въ образѣ Граціи;

Твоя поступь легкая,

Очи страсти полныя,

Власы бѣлокурые,

Осанка прелестная --

Все, все съединилося

Въ тебѣ и составило

Образъ юной прелести!

Ахъ! когдабъ Амуръ скорѣй

Поразилъ стрѣлой тебя,

И любовь бы страстная

Въ сердцѣ вспламенилася,

И тыбъ, взоръ потупивши,

Румянцемъ покрывшися,

Сказала: люблю тебя!

Тогдабъ я счастливѣйшимъ

Былъ предъ всѣми смертными

И страстью бъ взаимною

Вѣчно пламенѣлъ къ тебѣ!


## КЛАДЬБИЩЕ.


Все тихо; безмолвно въ тиши гробовой,

Лишь изрѣдка вѣтеръ колышетъ,

И вотъ, осребряемъ унылой луной,

Печалію боръ всюду дышетъ.

Здѣсь праотцовъ кости зарыты въ гробахъ,

И робкій тутъ путникъ почувствуетъ страхъ.

Житейскихъ печалей, заботъ здѣсь предѣлъ,

Пристанище мира, покоя;

Кто ближнему въ жизни вредить не умѣлъ,

Провелъ се въ мирѣ съ собою,

Тотъ мирно, спокойно и въ гробѣ лежитъ

Живыми онъ въ вѣки не будетъ забытъ,

Такъ! нѣкое чувство меня къ вамъ влечетъ,

Почившіе праотцы въ мирѣ,

И вы моей пѣсни суть нынѣ предметъ,

И васъ воспою я на лирѣ.

Внемлите, внемлите унылый мой гласъ.

Взываю къ вамъ въ тихій полуночи часъ!

Что жизнь несчастливца? Не море ль заботъ,

Печалей, прискорбій, гоненій,

И сердце его огорченье гнететъ,

И снѣдь онъ ужасныхъ мученій!

Проснется и тотчасъ воспомнитъ о томъ,

Забудетъ, когда распростится лишь съ днемъ.

И нѣтъ, на него кто бы взоръ обратилъ,

Ктобъ призрѣлъ его, успокоилъ,

Ктобъ помощь ему отъ души предложилъ

И лучшую участь устроилъ!..

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Къ тебѣ обращаюсь, любезный мой сынъ,

Младенецъ, почившій во гробѣ!

Ты наша утѣха, птенецъ нашъ одинъ!--

Къ земной преселился утробѣ!--

Оставилъ отца ты и матерь въ слезахъ.

Но ввѣкъ незабвененъ ты въ нашихъ сердцахъ!

Покойся, покойся въ тиши гробовой!

Спокойнѣе сущихъ ты въ мірѣ,

Ты кончилъ свои вѣкъ на зарѣ золотой,

Печали тебя не крушили!--

Не зналъ ты гоненій и злобы людей,

Ты не былъ игралищемъ бурныхъ страстей!

Покойся! быть можетъ, ужъ скоро съ тобой

Меня съединитъ и могила!

Убитъ, угнетенъ я враждебной судьбой

И горесть меня сокрушила!

Быть можетъ, ужъ скоро, мой Ангелъ, съ тобой

Лежать буду вмѣстѣ въ утробѣ земной!...


## МОЛЧАЛИВОЙ КРАСАВИЦѢ.


Огонь въ очахъ ея блеститъ,

Любовь высказываетъ внятно.

Она молчитъ -- не говоритъ,

Но все безъ словъ у ней понятно!--


## ПѢВЕЦЪ. ВЪ РУСКОМЪ ЛАГЕРѢ. ВЪ ПРЕДѢЛАХЪ ТУРЦТИ.


Лирическая Сцена.


(Писана съ Ноябрѣ 1828 года).


(Театръ представляетъ долину, окруженную со всѣхъ сторонъ лѣсомъ, вдали видны стѣны и укрѣпленія Турецкаго города.-- Въ продолженіе увертюры слышны пушечные выстрѣлы, при поднятіи занавѣса они продолжаются; такъ что видны огни и дымъ изъ пушекъ, находящихся на стѣнахъ, потомъ музыка переходитъ въ адажіо и постепенно умолкаетъ.-- Вдали видно захожденіе солнца).


ИНТРОДУКЦІЯ.


Одинъ Воинъ.


Умолкъ громъ пушекъ боевой,

Спокоились дружины,

Почилъ безпечно ратный строй

Въ безмолвіи долины.

Спокойно стало все кругомъ,

И сумраки вечерни

Съ послѣднимъ солнечнымъ лучомъ

На долъ склонили тѣни.

Дружина храбрыхъ собралась

Провесть часы досуга,

и вотъ -- Пѣвца пѣснь раздалась

Средь дружескаго круга...


(Въ сіе время съ одной стороны выходятъ нѣсколько Рускихъ воиновъ: они приближаются, соединяются въ разныхъ положеніяхъ и составляютъ кружокъ. Изъ средины ихъ выходитъ Пѣвецъ и начинаетъ дѣйствіе).


Пѣвецъ.


Сюда друзья! отгрянемъ пѣснь

Воителямъ Россіи!

А ты, строптивый врагъ, изчезнь!

Склоните горды вши!


Хоръ воиновъ (повторяетъ сіи стихи).


ПѢВЕЦЪ.


Во Первыхъ, Богу Рускихъ силъ

Мы принесемъ моленье:

Онъ насъ средъ боя сохранилъ,

Далъ мышцамъ одолѣнье!


Хоръ воиновъ (повторяетъ то же самое.)


ПѢВЕЦЪ.


Великъ Россіи мудрый ЦАРЬ,

Отецъ, Герой и Воинъ!--

Ему у насъ въ сердцахъ олтарь,

ОНЪ всѣхъ вѣнцевъ достоинъ!

Смиритель гордыхъ сопостатъ,

Не платитъ ОНЪ имъ мщеньемъ;

Но плѣнныхъ всѣхъ Востока чадъ

Дивишь благотвореньемъ.

Продли, о Боже, дни ЕГО

Для счастія Россіи!

И вновь пошли Ты на НЕГО

Щедроты преблагія!...


ХОРЪ ВОИНОВЪ (повторяетъ).


Продли, о Боже, дни ЕГО!

Для счастія Россіи!

И вновь пошли Ты на НЕГО

Щедроты преблагія!...


ПѢВЕЦЪ.


Тебѣ, нашъ Витязь, МИХАИЛЪ!

Тебѣ хвалы воззванье!

Ты, Ты Браиловъ покорилъ,

Твое онъ достоянье!

Съ какимъ бестрашіемъ Ты Самъ

Всходилъ на грозны стѣны!

Ты мужества примѣръ далъ намъ --

Тобой мы изумленны!

Да будетъ жизнь Твоя всегда

Посвящена побѣдѣ!

Братъ не забудетъ никогда

О мощномь Рускихъ слѣдѣ!


Хоръ воиновъ (повторяетъ).


Да будетъ жизнь Твоя всегда

Посвящена побѣдѣ!

Братъ не забудетъ никогда

О мощномъ Рускихъ слѣдѣ!--


ПѢВЕЦЪ.


Ты, Полководецъ прежнихъ лѣтъ --

О Витгенштейнъ почтенный!

Ты жилъ всегда среди побѣдъ,

Онѣ гремятъ въ вселенной!

Красуйся, зря младыхъ вождей

Воспитанныхъ тобою;

Благослови ихъ, какъ дѣтей,

Идущихъ смѣло къ бою!

Пусть имъ побѣда предтечетъ

При каждомъ ихъ сраженьи,

А врагъ коварный да падетъ

При смѣломъ ихъ движеньи!


Хоръ воиновъ (повторяетъ).


Пусть имъ побѣда предтечетъ

При каждомъ ихъ сраженьи,

Л врагъ коварный да падетъ

При смѣломъ ихъ движеньи!--


ПѢВЕЦЪ.


А ты, гроза Востока чадъ,

Паскевичъ Эриванскій!

Въ тебѣ воителя всѣ зрятъ

Страны Магометански!

Ты побѣжденнымъ миръ несешь,

Щедроты проливаешь,

Друзьями ихъ себѣ зовешь,

И мщенье забываешь!

Живи, нашъ Витязь-Славянинъ!

Твори, твори Героевъ!

Россіи славный исполинъ.

И честь и слава боевъ!


Хоръ воиновъ (повторяетъ).


Живи, нашъ Витязь-Славянинъ,

Твори, твори Героевъ!

Россіи славный исполинъ,

И честь и слава боевъ!--


Пѣвецъ.


А ты, нашъ Меньшиковъ младой,

Но доблестный средь боя!

Хвала тебѣ, младый герой,

Ты всѣхъ дивилъ собою.

Хвала тебѣ, нашъ Воронцовъ!

Безтрепетный воитель!

Гроза и ужасъ всѣхъ враговъ --

Ихъ смѣлый истребитель!


Хоръ воиновъ.


Вамъ всѣмъ, о Вожди Рускихъ силъ,

Хвала за вашу храбрость!

Васъ Богъ на брани предводилъ --

Вы Рускихъ воевъ радость.

Вашъ каждый шагъ запечатлѣвъ

Былъ знаменьемъ побѣды,

И врагъ лукавый -- изумленъ --

Не шелъ на ваши слѣды!


Пѣвецъ (беретъ кубокъ),


Друзья! Сей кубокъ посвятимъ

Героямъ, славнымъ въ брани --

И дружно оный осушимъ

Во славу ихъ дѣяній!--


Хоръ воиновъ,

(принимаетъ кубокъ изъ рукъ пѣвца; оный, постепенно переходитъ изъ рукъ въ руки при повтореніи):


Друзья! сей кубокъ посвятимъ

Героямъ, славнымъ въ брани --

И дружно оный осушимъ

Во славу ихъ дѣяній!...


## PУСКАЯ ПѢСНЯ


(На голосъ: Какъ у насъ было на улицѣ.)


Настинька въ пятнадцать лѣтъ,

Весь собой плѣняетъ свѣтъ.

Ахъ! люли, люли, люли,

Весь собой плѣняетъ свѣтъ!

Ты какъ Ангелъ хороша,

Настинька, моя душа.

Ахъ! люли, люли, люли,

Настинька, моя душа!

Твой румянецъ безъ румянъ,

Онъ тебѣ природой данъ.

Ахъ! люли, люли, люли,

Онъ тебѣ природой данъ!

Распрелестные глаза,

Длинна-русая коса.

Ахъ! люли, люли, люли,

Длинна-русая коса!

Ты привѣтлива, умна,

Быть красою создана.

Ахъ! люли, люли, люли,

Быть красою создана.

Нѣтъ милѣй и веселѣй,

Кромѣ Настиньки моей.

Ахъ! люли, люли, люли,

Кромѣ Настиньки моей!

Ты скажи два слова мнѣ:

Милой! ласковъ будь ко мнѣ!

Ахъ! люли, люли, люли,

Милой! ласковъ будь ко мнѣ.

Я тебя, мой другъ тогда,

Любить буду завсегда.

Ахъ! люли, люли, люли,

Любить буду завсегда!


## ВОЛШЕБНЫЙ РАЕКЪ. или. ЖИВЫЯ КАРТИНЫ.


(Множество народа толпится около раечника, онъ открываетъ свой раекъ и говоритъ),


Раекъ волшебный открываю,

Кто хочетъ посмотрѣть въ него?

Ступайте, господа! я знаю,

Что вы похвалите его.

Картина первая: Вздыхалинъ,

Нашъ авторъ-журналистъ, сидитъ;

Онъ что-то пасмуренъ, печаленъ

И такъ не весело глядитъ.

Хотитель знать вину печали?

Извольте, я могу сказать.

Онъ сердится, что ужъ не стали

Плохой журналъ его читать,

Въ которомъ охи, вздохи, слезы,

Порою глупые угрозы,

Порою дерзкой приговоръ --

Чего итогъ выходитъ вздорь!

Вѣдь нынче публика умнѣй,

Читаетъ, что посмышленѣй --

И проситъ Пушкина, Козлова;

Не хочетъ слышать Пѣтушкова,

Тѣ водянистые стихи,

Которые онъ -- за грѣхи

Или, въ соблазнъ введенный бѣсомъ,

Литтературнымъ пѣлъ повѣсамъ,

Въ которыхъ крестъ, курганъ, могила

И витязя ужасна сила,

И странствованья тридцать лѣтъ,

Разбойничій повсюду слѣдъ,

И вѣдьмы хохотъ, лѣшій страшный;

Дупло, сова, и волкъ ужасный --

Все это, милые друзья,

Несносная галиматья!

Теперь смотрите -- страшный хохотъ

Раздался вдругъ со всѣхъ сторонъ

И произнесъ ужъ Аполлонъ

Ему свой приговоръ ужасный,

Полу-Писателямъ опасный:

"Коль можешь -- лучше ты пиши,

А такъ тирански не грѣши!" --


-----


Второй картины содержанье

Угодноль, господа, узнать?

Вѣдь это бѣдное созданье...

Не знаю, право, какъ назвать:

Онъ франтъ, во фракъ чужой одѣтый,

Частенько въ номеръ несогрѣтый

Домой онъ ходитъ ночевать;

За то себя ужъ показать

Старается во всей онъ силѣ.

Онъ согласится быть въ могилѣ,

Когда не станетъ у него

Любимаго manteau его,

(Которое цѣной двухъ фраковъ,

Да трехъ изорванныхъ картинъ,

Полу журналомъ Славянинъ.

Воздвитулъ онъ) -- и вотъ нашъ Краковъ

Другимъ старается казать,

Что онъ и веселъ и богатъ.


-----


А это вѣрно ужъ картежникъ!

Смотрите: такъ ли, отгадалъ?

Иль нѣтъ? Ахъ! ты какой безбожникъ!

Точь въ точь ты на него попалъ!

Бѣжитъ онъ изъ гостей въ досадѣ,

Что много денегъ проигралъ --

И въ этой грустной ретирадѣ

Онъ такъ съ собою размышлялъ:

Теперь я буду жить умнѣѣ

И картъ не стану въ руки брать,

Готовъ ихъ вѣкъ я проклинать!

Какой нашъ вѣкъ сребролюбивый!

Какъ вдругъ Тузовъ трудолюбивый

Подходитъ, началъ разговоръ,--

Вдругъ прояснился мрачный взоръ --

И чтожъ? торопится скакать,

Чтобъ Дуракова обыграть.


-----


Кто этотъ, дряхлъ, полусогбенный

На посохъ опершись стоитъ?

Хотя имѣетъ видъ почтенный,

Но сквозь коварство въ немъ блеститъ

Ахъ! это ростовщикъ Іуда --

Хотите ли вы? это чудо

Представитъ въ лицахъ я готовъ.

Не говоритъ онъ много словъ,

Кто денегъ у него попроситъ,

И ропота не произноситъ,

А скажетъ: я помочь вамъ радъ;

Но приносите свой закладъ,

Еще процѣнтикъ на недѣлю,

И сколько хочешь, я повѣрю;

Хоть и останусь самъ безъ денегъ.

Но обойдусь -- я ужь старенекъ:

Не до баловъ, не до пировъ.

А ты, пріятель, молоденекъ,

Ты хочешь весело пожить;

Тебя готовъ я одолжить.


-----


Теперь закрою свой раекъ,

Перемѣнить картины должно,

Тогда, коль будетъ мнѣ возможно

Я дочитаю вамъ урокъ.