# Война буров с англичанами

Эмилия Кирилловна Пименова

Текст издания: журнал "Юный Читатель", No 42, 1899.

Вѣроятно, вы слышали про кровопролитную войну, которая въ настоящее время происходитъ, далеко, далеко отъ насъ, въ Южной Африкѣ. Быть можетъ, даже нѣкоторые изъ нашихъ читателей участвовали въ сборѣ пожертвованій въ пользу боэровъ, этаго маленькаго народа, который не побоялся взяться за оружіе и вступить въ борьбу съ могущественными англичанами. Такіе сборы устраиваются не только у насъ въ Россіи, а и во многихъ другихъ европейскихъ государствахъ, и вы вправѣ, конечно, спросить, почему же всѣ такъ сочувствуютъ боэрамъ, а не англичанамъ, которые вѣдь также проливаютъ кровь тамъ, въ далекой Африкѣ? Постараюсь отвѣтить вамъ на этотъ вопросъ и разсказать, что такое представляетъ изъ себя этотъ маленькій народъ, рѣшившійся вступить въ борьбу съ сильными англичанами.

Много, много лѣтъ тому назадъ, а именно въ 1652 году, одна голландская торговая компанія, которая вела торговлю съ Индіей и отправляла туда свои корабли съ товарами, рѣшила учредить на мысѣ Доброй Надежды станцію, куда корабли могли бы заходить на пути въ Индію и запасаться тамъ провизіей и прѣсною водой. Въ тѣ времена путь изъ Европы въ Индію былъ очень далекій; корабли должны были огибать Африку, такъ какъ тогда еще не былъ прорытъ Суэзскій каналъ, черезъ который они теперь проходятъ и что значительно укорочиваетъ путь; кромѣ того тогда не было паровыхъ судовъ, а только парусныя, которыя двигались гораздо медленнѣе. Такимъ образомъ, путешествіе изъ Европы въ Индію продолжалось иногда нѣсколько мѣсяцевъ, и поэтому естественно, что у голландцевъ явилась мысль о необходимости устройства станціи для кораблей на оконечности Африки, на полдорогѣ въ Индію.

Первымъ южно-африканскимъ поселенцемъ былъ нѣкто Ванъ-Гибекъ, который, въ сопровожденіи ста человѣкъ солдатъ, пріѣхалъ на мысъ Доброй Надежды и основалъ тамъ колонію. Вскорѣ населеніе колоніи стало увеличиваться и лѣтъ, черезъ 20 тамъ уже было болѣе 600 колонистовъ.

Такимъ образомъ, было положено основаніе Капской колоніи. Колонисты выстроили себѣ домики и окружили ихъ садами и огородами, въ которыхъ они разводили фрукты и овощи и продавали ихъ морякамъ, заходившимъ на мысъ Доброй Надежды. Жизнь этихъ первыхъ поселенцевъ Капской замли была далеко не изъ легкихъ. Они были окружены со всѣхъ сторонъ опасностями; не мало имъ приходилось бороться съ туземными племенами, а еще больше съ дикими звѣрями, которые тогда кишмя кишѣли вокругъ колоніи и забирались не только во дворы, но даже въ дома колонистовъ.

Однако, нѣтъ такой мѣстности, гдѣ бы человѣкъ не могъ укрѣпиться и гдѣ бы онъ не вышелъ побѣдителемъ въ борьбѣ съ дикими звѣрями. Мало-помалу колонія разросталась, и дикіе звѣри перестали тревожить поселенцевъ своими посѣщеніями. Но колонисты были одиноки и вотъ, чтобы завести семью, они выписали себѣ въ жены дѣвушекъ-сиротъ изъ Голландіи. Тогда жизнь въ колоніи стала веселѣе, въ особенности, когда появились дѣти.

Главнымъ занятіемъ колонистовъ было скотоводство, такъ какъ громадныя степи, покрытыя травой, представляли прекрасныя природныя пастбища для скота, но они занимались также земледѣліемъ. Къ этимъ голландскимъ и французскимъ колонистамъ вскорѣ присоединились и нѣмецкіе колонисты, но, мало-по-малу, какъ нѣмцы, такъ и французы позабыли свой родной языкъ, и всѣ начали говорить по-голландски.

Потомки этихъ голландскихъ колонистовъ и есть тѣ самые боэры, которые такъ храбро вступили теперь въ бой съ англичанами. Боэръ, или буръ -- по голландски значитъ "мужикъ". Всѣ боэры первоначально были крестьяне, фермеры, исключительно занимавшіеся своими полями и скотомъ. Долгое время ихъ оставляли въ покоѣ, и боэры медленно расширяли свои владѣнія, перекочевывая цѣлыми семьями внутрь страны, въ громадныхъ фургонахъ, обтянутыхъ холстомъ и запряженныхъ быками. Это были цѣлые передвижные дома, въ которыхъ боэръ переѣзжалъ съ мѣста на мѣсто со всѣмъ своимъ домашнимъ скарбомъ. Конечно, въ время этихъ передвиженій имъ проходилось вступать въ борьбу и съ туземцами и съ дикими звѣрями, но ни тѣ, ни другіе не оказались для нихъ такими опасными, какъ англичане, которые, воспользовавшись первымъ предлогомъ, безъ всякой церемоніи завладѣли Капской колоніей и окончательно укрѣпились въ ней въ 1815 году. Съ этого момента кончилась спокойная жизнь боэровъ. Прежде всего англичане потребовали отмѣны голландскаго языка и сдѣлали англійскій языкъ въ колоніи обязательнымъ. Конечно, это было очень непріятно кореннымъ жителямъ колоніи, боэрамъ, для которыхъ голландскій языкъ былъ роднымъ. Наконецъ имъ стало не вмоготу дольше терпѣть притѣсненія пришельцевъ -- англичанъ, и боэры рѣшили покинуть насиженныя мѣста, захватить имущество и семьи и поискать такой свободной земли, гдѣ бы англичане не могли добраться до нихъ. И вотъ потянулись фургоны, запряженные быками, въ сопровожденіи многочисленныхъ стадъ, и началось переселеніе боэровъ изъ Капской колоніи. Это странствованіе боэровъ напоминаетъ странствованіе евреевъ въ пустынѣ -- и они вѣдь тоже искали обѣтованной земли и нашли ее.


Пространствовавъ нѣсколько времени по африканской степи, боэры добрались до Оранжевой рѣки и, перейдя ее, основали между этою рѣкой и рѣкою Вааль независимое маленькое государство -- Оранжевую республику. Другая часть переселенцевъ перешла черезъ Вааль и тамъ они учредили другое маленькое самостоятельное государство -- Трансваль. Однако, англичане, стремившіеся укрѣпить свое господство въ Южной Африкѣ, были очень этимъ недовольны и, воспользовавшись тѣмъ, что боэры воевали съ туземными племенами, находившимися подъ покровительствомъ Англіи, отправили въ Оранжевую республику сильный отрядъ. Первая стычка была очень неблагопріятна для боэровъ: англійское войско разбило ихъ на голову, и тогда губернаторъ Капской колоніи объявилъ, что вводитъ въ Оранжевой республикѣ англійское управленіе. Однако, боэры, хотя и были разбиты, но покориться не захотѣли. Началась долгая и кровопролитная борьба. Англичанамъ, наконецъ, надоѣло такъ долго воевать, и они предложили боэрамъ миръ. Мирный договоръ былъ заключенъ, и въ этомъ договорѣ англичане признали самостоятельность Оранжевой республики. На этотъ разъ маленькое государство одержало верхъ.

Такую же борьбу съ англичанами пришлось вести и другой боэрской республикѣ -- Трансвалю. Но какъ въ Оранжевой республикѣ, такъ и въ Трансвалѣ англичане наталкивались всегда на самое отчаянное сопротивленіе боэровъ, которые горячо отстаивали свою свободу и независимость. Въ концѣ концовъ англичанамъ пришлось признать также и независимость Трансваля.

Это было въ 1852 году. Боэры по-прежнему вели пастушескую жизнь, хотя они уже выстроили города и часть боэровъ поселилась въ нихъ. Столица Оранжевой республики названа была Блуменфонтейнъ, а столица Трансваля -- Преторія.

Такъ жили боэры до 1871 года, когда произошли событія, которыя произвели большія перемѣны въ ихъ владѣніяхъ. Въ этомъ именно году въ Оранжевой республикѣ были открыты алмазныя копи. Англичане, какъ только узнали объ этомъ, немедленно подъ благовиднымъ предлогомъ отняли у Оранжевой республики область алмазныхъ копей и основали тамъ городъ Кимберлей. Боэры тогда подали жалобу въ англійскій верховный судъ въ Лондонѣ, и судъ этотъ присудилъ имъ денежное вознагражденіе за отнятую у нихъ область. Но это вознагражденіе было сравнительно очень невелико, и боеры, конечно, остались недовольны и въ душѣ затаили неудовольствія противъ своихъ вѣчныхъ враговъ англичанъ. Черезъ шесть лѣтъ послѣ этого произошло другое событіе, которое оказало еще болѣе сильное вліяніе на судьбу обѣихъ республикъ.-- въ Трансвалѣ открыты были богатѣйшія золотыя розсыпи. Англичане -- тутъ какъ тутъ! Позабывъ, что они сами признали независимость Трансваля, они тотчасъ же сдѣлали попытку завладѣть имъ. Опять началась кровопролитная борьба. Сначала англичане побѣдили и присоединили республику къ своимъ владѣніямъ. Однако боэры снова взялись за оружіе. Три раза возобновлялась борьба, и, наконецъ, въ 1887 году боэры подъ начальствомъ генерала Жубера, того самаго, который и теперь командуетъ ими, одержали блистательную побѣду надъ англичанами и заставили ихъ отступить. Командиръ англійской бригады, потерпѣвшій такое страшное пораженіе, даже застрѣлился съ отчаянія. Тогда англичане снова заключили миръ, но составили такъ искусно мирный договоръ, что Трансваль оказался все-таки въ нѣкоторой зависимости отъ Англіи, хотя эта зависимость выражалась только въ томъ, что Трансваль лишенъ былъ права безъ согласія Англіи заключать какіе-либо договоры съ другими государствами, кромѣ Оранжевой республики.

Казалось бы, послѣ такого опыта англичане должны были убѣдиться, что этотъ маленькій народъ покорить не такъ-то легко. И дѣйствительно, они ихъ на время оставили въ покоѣ. Между тѣмъ открытіе золотыхъ копей, а также другихъ природныхъ богатствъ въ Трансвалѣ, привлекло туда массу пришельцевъ и искателей счастья изъ разныхъ странъ. Среди этихъ пришельцевъ было особенно много англичанъ. Скромные фермеры вовсе не обрадовались такому нашествію, но противъ него уже нельзя было бороться съ оружіемъ въ рукахъ и волей неволей приходилось покориться судьбѣ. Съ нѣкоторымъ недоумѣніемъ, смѣшаннымъ со страхомъ, смотрѣли боэры, какъ быстро возникали на ихъ землѣ новые большіе города, къ числу которыхъ принадлежитъ Іоганнесбургъ, выстроенные совсѣмъ на европейскій ладъ, имѣющіе мощеныя улицы, освѣщенныя электричествомъ, прекрасныя зданія, гостинницы, роскошные магазины и т. п. Кругомъ страна покрывалась сѣтью желѣзныхъ дорогъ, фабриками, рудниками и мало по-малу совершенно измѣняла свой видъ. Боэры, привыкшіе къ скромной, уединенной пастушеской жизни на своихъ фермахъ, окруженныхъ громадными пространствами полей и луговъ, съ неудовольствіемъ смотрѣли на эти перемѣны. Питая врожденное отвращеніе къ шумной жизни большихъ городовъ, къ разнымъ торговымъ спекуляціямъ и не имѣя никакихъ стремленій къ наживѣ, они не только не стали сами разрабатывать золотыхъ копей, но предпочитали продавать, землю, на которой было найдено золото, даже за низкую цѣну, чтобы только не заниматься дѣломъ, которое внушало имъ отвращеніе. Они уходили подальше въ свои степи, чтобы имѣть возможность жить спокойно, вдали отъ шума промышленныхъ городовъ.


Такимъ образомъ, благодаря тому, что боэры предоставляли иностраннымъ пришельцамъ разрабатывать природныя богатства своей страны, число пришельцевъ или "уитлендеровъ", какъ ихъ называютъ боэры, все увеличивалось и въ настоящее время оно превосходитъ число коренныхъ жителей Трансваля. Боэры, позволявшіе уитлендерамъ богатѣть на свой счетъ, однако, все-таки относились къ нимъ съ неудовольствіемъ, въ особенности, къ англичанамъ, которыхъ они считаютъ своими исконными врагами и отъ которыхъ имъ, дѣйствительно, не мало пришлось вытерпѣть. Поэтому они ни за что не хотѣли дать уитлендерамъ права гражданъ Трансваля, т. е. право участвовать въ выборахъ разныхъ должностныхъ лицъ государства и въ томъ числѣ президента республики, и не допускали ихъ засѣдать въ народномъ собраніи, которое издаетъ законы для страны.

Это обстоятельство, т. е. лишеніе права голоса на выборахъ и участія въ законодательномъ собраніи, было всего обиднѣе англичанамъ-уитлендерамъ. Ихъ гордость никакъ не могла примириться съ тѣмъ, что простые, полуграмотные фермеры могли ихъ оттѣснить. Но боеры упорствовали и не сдавались ни на какія убѣжденія. Они видѣли, что уитлендеровъ гораздо больше, чѣмъ ихъ и справедливо опасались, что если они дадутъ имъ права, то уитлендеры заберутъ въ свои руки все управленіе страной. Англичане говорили имъ: "Посмотрите, вѣдь, благодаря уитлендерамъ, страна разбогатѣла, появились прекрасные города, желѣзныя дороги, заводы и т. д. Уитлендеры вамъ же приносятъ пользу, а вы платите имъ за это неблагадарностью". "Пусть такъ",-- упрямо отвѣчали они. Но мы не звали ихъ сюда, не просили разрабатывать золотыхъ рудниковъ. Они сами набиваютъ себѣ карманы и должны же за это отплачивать чѣмъ-нибудь странѣ, которая даетъ имъ возможность богатѣть".

Такая глухая борьба между боэрами и англичанами продолжалась нѣсколько лѣтъ. Боэры не уступали и, наконецъ, терпѣніе англичанъ истощилось. Нѣсколько предпріимчивыхъ людей, которыхъ поддерживали очень высокопоставленныя лица въ Англіи, устроили четыре года тому назадъ набѣгъ на Трансваль, подъ предлогомъ защиты англійскихъ поселенцевъ. Англійскимъ отрядомъ, совершившимъ этотъ подвигъ, командовалъ нѣкій докторъ Джемсонъ. Но набѣгъ этотъ кончился очень плачевно для англичанъ: боэры предоставили англичанамъ войти въ предѣлы своей республики, затѣмъ окружили ихъ со всѣхъ сторонъ и забрали въ плѣнъ, не потерявъ при этомъ ни одного человѣка.

Конечно, англичане не могли простить имъ своего позорнаго пораженія и только ждали случая, чтобы отомстить. Случай этотъ представился теперь. Выведенные изъ терпѣнія вызывающимъ поведеніемъ и требованіями англичанъ, боэры въ свою очередь обратились къ англичанамъ съ требованіемъ, чтобы они немедленно отозвали войска, которыя онхх выставили въ своихъ владѣніяхъ на самой границѣ Трансваля. Англичане, сами постоянно и нарочно раздражавшіе боэровъ, конечно, при этомъ случаѣ поспѣшили обидѣться и... объявили войну!

Въ отвѣтъ на это вся страна вооружилась отъ мала.до велика. Конечно, у боэровъ нѣтъ такого войска, какъ у англичанъ, и на первый взглядъ отряды ихъ должны производить очень странное впечатлѣніе, вслѣдствіе необыкновеннаго разнообразія въ одеждѣ солдатъ. Мы привыкли видѣть солдатъ, одѣтыхъ въ одинаковые мундиры и одинаково вооруженныхъ. Ничего подобнаго въ войскѣ боэровъ нѣтъ, да у нихъ нѣтъ и настоящаго постояннаго войска, какъ у насъ. Каждый боэръ, отъ 16 до 60 лѣтъ обязанъ идти на войну, если понадобится, захвативъ съ собою оружіе и запасъ провіанта. Офицеры и даже главнокомандующій выбираются солдатами посредствомъ голосованія.

Боэры, проводящіе обыкновенно почти все свое время въ открытомъ полѣ и на лошади, отлично ѣздятъ верхомъ и превосходно стрѣляютъ. Когда мальчику исполнится 16 лѣтъ, отецъ даетъ ему оружіе и два патрона. Юный боэръ отправляется на охоту за антилопами, и его. самолюбіе заключается въ томъ, чтобы убить антилопу съ одного выстрѣла и принести домой одинъ патронъ нетронутымъ.

Мы видѣли уже, какъ они умѣютъ постоять за себя и какъ дорожатъ своей свободой и независимостью. Какъ только была объявлена война, то, несмотря на то, что у боэровъ нѣтъ постояннаго войска, они необыкновенно быстро сформировали отряды и двинули ихъ на англійскія владѣнія. Старики всѣ пошли на войну. Въ отрядахъ боэровъ зачастую можно видѣть, что отецъ, сынъ и внукъ сражаются вмѣстѣ. Президентъ Трансвальской или южно-африканской республики Крюгеръ, 75-ти лѣтній старикъ, также отправился въ лагерь боэровъ, чтобы быть поближе къ военнымъ дѣйствіямъ, а его сыновья, внуки и правнуки сражаются за свободу и независимость Трансваля.

Объ этомъ старикѣ, котораго всѣ боэры зовутъ "дядя Поль", я хочу сказать нѣсколько словъ.

Крюгеру было всего 10 лѣтъ, когда боэры, въ количествѣ 6,000 семействъ, двинулись изъ Капской колоніи на сѣверъ искать новаго отечества.

Трудное это было странствованіе. Боэрамъ приходилось отражать нападенія и чернокожихъ и дикихъ звѣрей, и разсказываютъ, что Крюгеру было только одиннадцать лѣтъ, когда онъ убилъ перваго льва. Разумѣется, проведя всю свою молодость въ такихъ странствованіяхъ и бояхъ, Крюгеръ совершенно не имѣлъ возможности получить хоть какое-нибудь образованіе. Онъ съ грѣхомъ пополамъ научился читать и писать, но это не помѣшало ему сдѣлаться главою государства, президентомъ республики, и эту высокую должность онъ занимаетъ, безсмѣнно вотъ уже 15 лѣтъ, такъ какъ по истеченіи срока его каждый разъ снова выбираютъ единогласно. Боэры чрезвычайно цѣнятъ его за умъ, честность, преданность республикѣ и мужество. Многія его изреченія настолько мѣтки, что вошли даже въ пословицу. Образъ жизни Крюгера ничѣмъ не отличается отъ образа жизни другихъ боэровъ; онъ остался такимъ же трансвальскимъ фермеромъ, какимъ былъ прежде, и не обнаруживаетъ ни малѣйшаго тщеславія.

Его любимое чтеніе, какъ и всякаго истаго боэра -- это библія. Подобно многимъ боэрамъ онъ привыкъ съ малолѣтства смотрѣть смерти прямо въ лицо, не отступать передъ опасностью и не бояться лишеній. Англичане не любятъ его, да оно и понятно, такъ какъ они не могутъ ни сломить его упорство, ни подкупить его никакими заманчивыми обѣщаніями. Когда подготовлялся набѣгъ Джемсона, то Крюгера предостерегали объ этомъ, и нѣкоторые изъ боэровъ настаивали, чтобы были приняты энергичныя мѣры, но Крюгеръ хладнокровно замѣтилъ; "Подождите, пока черепаха высунетъ голову изъ своей раковины; тогда мы и отрубимъ ее."

Онъ такъ и поступилъ, дозволилъ Джемсону безпрепятственно войти въ Трансваль и тогда уже захватилъ его. Но когда судили заговорщиковъ-англичанъ, Крюгеръ выказалъ большое великодушіе. Большинство его совѣтниковъ добивались, чтобы англичане были казнены. Цѣлую ночь продолжался споръ, но Крюгеръ упорно настаивалъ, чтобы смертная казнь была отмѣнена. Наконецъ, одинъ изъ присутствующихъ замѣтилъ ему: "Съ какой стати мы будемъ миловать англичанъ? Вѣдь въ 1815 г. Англія не постѣснилась казнить пять голландцевъ, обвинявшихся въ мятежѣ въ Капской колоніи!"

Всѣ посмотрѣли на старика президента. Казалось, что ужъ на это ему нечего будетъ воз разить. Но онъ спокойно спросилъ:

-- А вы одобряете ихъ поступокъ?

-- Конечно нѣтъ!-- послѣдовалъ отвѣтъ.

-- Ну, такъ зачѣмъ же вы требуете отъ меня, чтобы я совершилъ такой поступокъ, который вы сами же не одобряете?

Такъ вотъ каковъ этотъ старикъ Крюгеръ, "Дядя Поль", который, несмотря на свои 75 лѣтъ, готовъ взяться за оружіе, чтобъ защищать свободу и независимость своей страны.

Президентъ другой боэрской республики, Оранжевой, Мартинъ Штейнъ, живетъ такъ же скромно какъ и Крюгеръ, но отличается отъ него тѣмъ, что получилъ прекрасное образованіе. Его родители были также фермеры, но когда родился Мартинъ, то они вели уже осѣдлую жизнь и ему не приходилось, какъ Крюгеру въ молодости, бороться со львами, а взамѣнъ этого его засадили за латинскую грамматику. Потомъ, вмѣсто того, чтобы послать его пасти стада, родители отправили Мартина въ Англію, гдѣ онъ довершилъ свое образованіе и проникся любовью ко многимъ сторонамъ европейской жизни. Но это не помѣшало ему остаться истиннымъ боэромъ въ душѣ, и англичане очень ошиблись, разсчитывая на него. Но не тутъ-то было! Какъ только они стали притѣснять трансвальцевъ и предъявили имъ несправедливыя требованія, Штейнъ немедленно сталъ на сторону своихъ братьевъ боеровъ и также объявилъ войну англичанамъ.

Итакъ, вы понимаете теперь, почему всеобщее сочувствіе находится на сторонѣ боэровъ -- мужественнаго маленькаго народа, рѣшающагося до послѣдней капли крови защищать свою свободу и независимость. Англичане, пославъ десятки тысячъ войска въ Южную Африку, могутъ, въ концѣ концовъ, раздавить и уничтожить маленькій народъ, но до сихъ поръ боэры выходятъ побѣдителями изъ своихъ стычекъ съ англичанами. Правда, главные отряды англичанъ еще не прибыли въ Южную Африку; когда они прибудутъ, то сила будетъ на сторонѣ англичанъ, но на чьей сторонѣ остается право и справедливость, -- это мы предоставляемъ рѣшить нашимъ читателямъ.


Э. Пименова.

"Юный Читатель", No 42, 1899