# Попов А. Н.: биографическая справка

Александр Николаевич Попов

ПОПОВ Александр Николаевич [1819, по др. сведениям, 1820 или 1821-16(28).11.1877, Петербург], историк, законовед, публицист. Отец -- из купцов; мать, Авдотья Пав., старого рязан. дворян, рода Трубниковых. Учился в Рязан. и Моск. г-зиях и на юридич. ф-те Моск. ун-та (1835--39), по окончании к-рого был удостоен степени кандидата. В студенч. годы познакомился с Ю. Ф. Самариным, В. А. Елагиным, А. С. Хомяковым, позднее - с M. H. Катковым. В 1842 защитил магистер. дис. "Рус. Правда в отношении к уголовному праву" (M., 184I). Гл. вывод П. о том, что Рус. Правда -- образец чисто слав, законодательства, не дававшего распространиться на Руси византийскому уголовному кодексу, а также решение вопроса о происхождении Руси в пользу славянства, в антинорманнском ключе вызвали резкую критику М. П. Погодина, обвинившего П. в неумении пользоваться источниками, следить за совр. лит-рой, избегать плагиата; "язык ужасный, каким не писана была еще ни одна диссертация" ("Москв.", 1842, No 4, с. 512). Гл. аргумент П. в споре с Погодиным: если слав, земля могла называться русскою, то и законы были "туземными, славянскими" (там же, No 5, с. 177). Итогом дискуссии стала реплика неизв. автора, отметившего у П. сочетание "неведения" с чрезмерной "смелостью" (там же, No 6, с. 376; ср. отзыв: "чрезвычайно ловко защитил жиденькую диссертацию" -- Соловьев С. М., Избр. труды. Записки, М., 1983, с. 272).

П. жил в Москве у Хомякова, имевшего на него "сильное влияние" (Барсуков, VI, 288). Нач. 1842 ознаменовалось для П. богословской полемикой с Самариным о возможности развития, совершенствования Церкви (см.: Самарин; там же ответы П.). В это время обменялся посланиями с Самариным, работавшим над дис. по рус. церк. истории. В отличие от Самарина, допускавшего возможность отдельного развития "рационального" элемента в Церкви (как ее человеч. стороны), П. различал в Церкви божественное и человеческое лишь в качестве чисто умозрительных "начал", в постоянном общении к-рых и заключается "жизнь" Церкви, к-рая есть таинство и "безусловное творчество". В "факте Воплощения", по мнению П., вообще нет никаких отношений между человеч. и божеств, началами, но одно тождество. Характерно, что ни П., ни Самарин не допускали ист. эволюции богослужения. По П., "осн. мысль" развития Церкви -- в творении из частных лиц "новых созданий" (Самарин, с. 467). Возражения Самарина на концепцию П. состояли в указании на невозможность игнорировать состояние "Церкви воинствующей, еще не отрешенной от условий ист. развития", тогда как П. описывал "идеальную Церковь", "торжествующую", стремление к к-рой заключено именно в "развивающемся сознании" (там же, с. 86). Склонность иметь дело с "законченным", по сути, эсхатологич. образом Церкви, акцент на "непосредственной жизни" в сочетании с нетерпимостью к като-лич. церкви (Самарин указывал на неточности П. в понимании особенностей зап. христианства, в изложении нек-рых событий церк. истории) - эти черты свидетельствуют о заочном участии в полемике (на стороне П.) Хомякова.

После защиты дис. П. вместе с Елагиным отправился в Берлин (где познакомился с Л. Ранке), чтобы слушать лекции Ф. Шеллинга, но пробыв там недолго, через Дрезден, Мюнхен, Прагу и Италию (где встречался с СМ. Соловьёвым) достиг Черногории. Результатом его поездки стала кн. "Путешествие в Черногорию" (СПб., 1847; рец.: "Фин. вест.", 1847, No 17; <В. Н. Майков> -- "Совр.", 1847, No 6), поев, истории, быту, законодательству страны, с прил. ист. документов и образцов фольклора. Катков, отмечая, что в книге "все существенное... прекрасно", указывал, что "иногда выходит нечто недосказанное, смутное и даже похожее на мечтанье" (письмо к П. от 7 июня 1847 -- РА, 1888, кн. 2, с. 486-87).

П. намеревался по возвращении из Европы получить место на юридич. ф-те Моск. ун-та (письмо А. П. Елагиной к П. от 2 марта 1843 -- РА, 1886, кн. 1, с. 339). Его кандидатуру поддерживал Т. Н. Грановский (считавший, что П. "хотя славянофил, но человек умный"). Однако прочитанная П. пробная лекция была отвергнута профессорами ф-та (по мнению Б. И. Чичерина, "виною была собственная его несостоятельность" -- Чичерин, с. 14).

Неудача с преподавательской деятельностью заставила П. искать при содействии А. И. Тургенева гос. службы в Петербурге (отзыв о П. в письме Тургенева к П. А. Вяземскому: "...лучшее достоинство П. в его благородном характере. П. любит Россию, но вместе и просвещение, читал Гегеля, но не гнушается Рус. Правдою, словом, ревнует по разуму" -- PC, 1910, No 1, с. 192). Будучи определен в 1845 на вакансию секр. 1-го деп. Сената, на след. год П. был причислен ко II отд. собств.е.и. в. канцелярии для составления истории отеч. уголовного судопроизводства и гражд. права, где, постепенно повышаясь в чинах и удостаиваясь разл. наград, прослужил до конца своей жизни, закончив ее тайным сов. (с 1868). Чл.-к. АН (с 1873). Чл. ОИДР; чл. Рус. ист. об-ва (с 1867); секр. Рус. археологич. об-ва.

Поселившись в Петербурге, П. на первых порах тяготился одиночеством [по свидетельству И. С. Аксакова (1848), "он поставил себя в отношении к Петербургу в постоянно воинственное положение, так что при нем не смеют уже вообще касаться Москвы и его московских приятелей; всех заставляет он с собою говорить по-русски..." -- Аксаков (1), с. 397--98]. П. не прерывал общения с моек, знакомыми, переписываясь с А. П. Елагиной, Самариным, особенно -- с Хомяковым, превратившись почти в гл. корреспондента последнего, поверявшего П. как свои частные проекты, так и самые обширные замыслы (напр., идею учреждения в Европе прорус. печатного органа). Часто бывая в Москве, посещал Елагиных, Свербеевых, Киреевских, встречался, в частности, с П. Я. Чаадаевым, познакомился с А. К. Толстым. Безуспешно искал руки Софьи Петр. Бестужевой; женился на Марии Петр. Мосоловой (мн. годы жил с ней в разлуке; детей у них не было).

Собственно служебные обязанности П. заключались в рассмотрении законопроектов разл. мин-в перед их представлением Гос. Совету. Помимо этого, П. избирался в разл. комиссии по разработке новых законопроектов в царствование Александра II, в т. ч. -- в Ред. комиссию для составления "Положения" о крестьянах, освобожденных от крепостной зависимости. П. был сторонником освобождения крестьян с землею при сохранении общинного владения и управления. И именно П. испытал на себе силу раздражения А. И. Кошелева,, не допущенного вопреки собств. расчетам к работе в Ред. комиссии ("Вы умны, очень умны; но глупо ваше положение, глупа среда, в к-рой вы пребываете, глупы средства, к-рыми вы орудуете, и крайне глупы цели, к к-рым вы стремитесь ... вас дурачит ваша атмосфера и почва, что у вас под ногами" -- РА, 1886, кн. 1, с. 361; подробнее см.: Кошелев, с. 113). Участвуя в издательской деятельности II отд., П. публикует "Разрядные книги" и 10 томов "Памятников дипл. сношений Др. России с иностр. державами" (см. в "Рус. архиве" 1886 письма к П. сотрудников и помощников в его издательской деятельности; И. Д. Беляева -- кн. 3; В. М. Ундольского -- кн. 2). Но, по мысли Хомякова, П. "следовало бы быть не издателем только даже самых любопытных памятников, а либо деятелем, либо творцом" (Хомяков, с. 231--32), что лишь отчасти реализовалось в науч. и лит. деятельности П.

Сразу же по возвращении из Европы, П. активно включился в лит. деятельность славянофильского кружка. Опубл. в "Сб-ке ист. и статистич. сведений о России...", подготовл. Д. А. Валуевым (М., 1845), ст. "Об опеке и наследстве, во время Рус. Правды". В "Моск. лит. и ученом сб-ке" (М., 1846) помещена его ст. "О совр. направлении искусств пластических". Отмечая, что совр. эпоха -- время "сомнения, противоречия, борьбы и раздора", когда "прошлое и настоящее противоположно столкнулись друг с другом" (с. 40-41), П. объясняет очевидную для него бесплодность, бессилие, неполноту и времени, и "художества" отходом от религии; иск-во перестает исполнять свое предназначение -отрешать созерцателя от всей окружающей его жизни и увлекать в светлую безоблачную даль худож. мысли (с. 13); сама жизнь теряет "начала согласия... силы мира и тишины", "плодоносное единство" своих стихий (с. 46). Потеря религиозности после творч. эпохи Средних веков -- результат бессилия "зап. католицизма". По отзывам современника, эта статья -- "самый блестящий пример способности беседовать о всяком предмете без изучения его", "следствие тех софистич. и праздных диспутов, за к-рыми большая часть нашей молодежи теряет всякое чувство истины" (Анненков П. В., Парижские письма, М., 1984, с. 87, 530). Тема взаимоотношения иск-ва и "лат. церкви" продолжена в ст. "Об итал. живописи в Средних веках" ("Сев. обозр", 1848, No 1): народный, по мнению П., характер итал. живописи начиная с 14 в. был "отрицанием церк. влияния" (с. 11). Ст. "Об иконописании" (там же, 1849, No 2) вызвала резко негативный отзыв А. Н. Майкова, обвинявшего П. в "ложных умствованиях", в зависимости от нем. эстетики, в противопоставлении иконописи академизму и т.д. (ОЗ, 1849, No 10, с. 44).

В ст. "Шлецер. Рассуждение о рус. историографии" ("Моск. лит. и ученый сб-к", М., 1847) была предпринята попытка преодолеть тогдашнюю традиционно высокую оценку науч. деятельности автора "норманнской теории". Гл. вывод П. -- упрек всей рус. ист. науке, к-рая не возникла "из глубины самой народной жизни", но "своим происхождением обязана чуждому влиянию" (с. 469). "Собственно отрицательный" характер статьи оценил Хомяков, признавая, что она "должна оскорбить многих" (Хомяков, с. 171). Погодин же увидел в отношении П. к А.Л. Шлёцеру "просто неблагодарность" (Барсуков, IX, 126). В рец. П. на "Историю рус. словесности..." С. П. Шевырёва (ЖМНП, 1847, No I) преобладает непосредственно ист. взгляд на др.-рус. лит-ру (единств, серьезное замечание Шевырёву -- в игнорировании Рус. Правды как лит. памятника). Постепенно П. совершенно оставил исследования юридич. характера (последняя работа -- "Об устройстве уголовных судов в Моск. гос-ве" -- ЖМНП, 1848, No II; "Сев. обозр.", 1849, No 1), чтобы сосредоточиться на истории дипломатии и внешней политики 17 в. Ист. интересы П. обусловлены его публикациями архивов Посольского приказа. Работа непосредственно с документами, источниками меняет и характер ист. иссл. П., делая их совершенно конкретными и строго описательными.

Первая работа такого рода -- "Сношения России с Хивой и Бухарой при Петре Великом" (СПб., 1853). Серия работ о внешней политике правительства Алексея Михайловича увенчивается монументальным трудом "Рус. посольство в Польшу в 1673--1677 гг. Несколько лет из истории отношений Др. России к европейским державам" (СПб., 1854) -- подробнейшим очерком истории европ. дипломатии 2-й пол. 17 в., с включением ранее не публиковавшихся арх. данных. Работа вызвала неодобрительный отзыв Н. Г. Чернышевского ("сборник ист. материалов, нуждающийся в критич. переработке", "читатель теряется в этом хаосе", "не история, а апология" -- Чернышевский, II, 635--36; др. рец.: ЖМНП, 1855, No 1). Фактически публикацией новых ист. материалов стала работа П. "История возмущения Стеньки Разина" (М., 1857; рец.: Н.Г. Устрялов -- "Отчет XXVII присуждения Демидовских наград", СПб., 1859), непредвзятое описание нравов и подробностей бунта в к-рой, по словам Хомякова, "не по сердцу придется многим старолюбцам" (Хомяков, с. 224). Исследование о Разине предназначалось для "Рус. вест." (в нем опубл. "Турецкая война в царствование Феодора Алексеевича" -- 1857, No 6-7), но не было напечатано из-за быстро испортившихся отношений с Катковым после нападок последнего на "Рус. беседу" (письма Каткова к П. за 1856--57 -- РА, 1888, кн. 2, с. 496-99).

Специфическим продолжением экклесиологич. опытов юности стали работы П. 60-х -- нач. 70-х гг., поев, истории дипл. сношений России с Римом: "Окружное послание папы Пия IX..." (М., 1865), "Последняя судьба папской политики в России 1845--1865 гг." (СПб., 1868; положит. отзыв Ф. И. Тютчева в письме к И. С. Аксакову от 29 сент. 1868: ЛН, т. 97, кн. I, с. 343; рец.: PB, 1871, No 4), "Сношения России с Римом с 1845 по 1850 г." (СПб., 1871) и др. Оценка деятельности рим. престола отличается чисто юридич. подходом, строго ориентированным на офиц. т. з. Более субъективно-критически настроен П. в разборе книги свящ. М.Я. Морошкина "Иезуиты в России..." -- "Отчет об 11-м присуждении наград гр. Уварова 25 сент. 1866 г." (СПб., 1869; ср. тогдашние антииезуитские публикации Самарина).

Последние годы жизни П. поен, были исследованиям об Отеч. войне 1812, ставшим гл. вкладом его в рус. ист. науку: "Сношения России с европейскими державами перед войной 1812 г." (СПб., 1876; отрицат. рец.: E. Белов -- "Древняя и новая Россия", 1876, No 9), "Москва в 1812 г.", "Французы в Москве в 1812 г." (обе -- М., 1876) и др. Являясь частями более обширного замысла, исследования П. посмертно были удостоены Уваровской премии 1877 (отзыв К. Н. Бестужева-Рюмина -- отд. изд., СПб., 1878). Нек-рые работы П., посв. 1812, опубл. посмертно (РА, 1892, кн. 1, 2; PC, 1893, No 1, 2, 5; 1897, No 6-10; 1898, No 10-11; 1910, No I, 2). В 1905 была предпринята попытка переиздать труды П. -- "Отеч. война 1812 г. Ист. иссл." (т. 1, M.; рец.: ИВ, 1906, No 5).

П. скончался, по сообщению П. И. Бартенева, "в тяжком умственном расстройстве, к-рое наступило почти внезапно..." (РА, 1894, кн. 1, с. 104; о содержании и судьбе обширного архива, оставшегося после его смерти, см.: там же; см. также письма И. С. Аксакова К. П. Победоносцеву: РА, 1905, кн. 2). Богатая б-ка П. была пожертвована Рязан. г-зии, где он учился.

Др. произв.: "Очерк истории Черногорья" (ЖМНП, 1846, ч. 49), "Дипломатическая тайнопись времен царя Алексея Михайловича" (СПб., 1853), "Пиры и братчины" (М., 1854), "Летопись великих князей литовских" (СПб., 1854), "Сокола и кречета царя Алексея Михайловича" (М., 1856), "О построении корабля "Орла"..." (СПб., 1858), "Переписка дьяка Т. Васильева" ("Временник ОИДР", кн. 9, М., 1851), "Дело Новикова и его товарищей. (По новым док-там)" (ВЕ, 1868, No 4), "Упраздненные греко-униатские монастыри в Зап. России" (PC, 1870, No 6), "Рим в 1847 и 1848" (СПб., 1871).

Лит.: Барсуков: Белинский; Герцен; Гоголь; Феоктистов; Чернышевский, Стасюлевич; (все -- ук.): Соловьев Вс. С. А. Н. Попов. -- "Нива", 1878, No 13; Котляревский А. А., <Неск. слов памяти П.>. -- Соч., т. 4, СПб., 1895; Хомяков А. С. ПСС, т. 8. М., 1900; Самарин Ю.Ф., Соч., т. 12. М., 1911; Попова Е. И., Дневник, СПб., 1911 (ук.); Тютчева А. Ф., При дворе двух императоров, М., 1929 (ук.); Лит. салоны (ук.): Лит. взгляды и творчество славянофилов. 1830-1850 гг., М., 1978 (ук.); Флоровский Г., Пути рус. богословия, Париж, 1981 (ук.); Цимбаев H. И., Славянофильство. М., 1986 (ук.); его же, С. Соловьев (ЖЗЛ), М., 1990, с. 106, 131, 148. 179. 190; Аксаков (I. 2; ук.); Чичерин Б.Н., Воен., M., 1991 (ук.); Кошелев А. И., Записки. М., 1991 (ук.); ЛН, т. 58 (ук.). * Некрологи, 1877; ЖМНП, No 12: Сб-к Рус. ист. об-ва. т. 21. Добролюбов И. В., Библ. словарь писателей... Рязан. губ., Рязань, 1910: Межов; Ламбины; Сл. ОЛРС; РБС; Брокгауз; СИЭ; ИДРДВ; СДР; Муратова (I: ук.); Масанов.

Архивы: ГИМ, ср. 231; РГВИА, стр. 226: РНБ, ф. 874, оп. 1, No 2, 6, 9 (письма С. Н. Шубинскому); ИРЛИ, ф. 466 (коллекция собранных П. автографов рус. писателей 19 в.); ф. 3, оп. 4, No 482, 483 (письма И. С. Аксакову); оп. 20, No 74 (письма 10. Ф. Самарину); РГАЛИ, ф. 472, No 42, 617 (переписка П. с Д. H. и Е. А. Свербеевыми); РГБ, ф. 231/III, к. 9, No 39, 40 (стихи П.); ф. 231/II, к. 26, No 41 (письма П. к M. H. Погодину), ф. 99, к. 9, No 57, 58 (письма П. к А. П. Елагиной); ф. 70. к. 50, No 81 (письма П. к В. И. Герье).


С. С. Вапеян.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 5. М., "Большая Российская энциклопедия", 2007