# Общинное землевладение. А. Посникова. Вып. II. Одесса, 1877

Александр Сергеевич Посников

## Общинное землевладѣніе. А. Посникова. Вып. II. Одесса, 1877.


Книга г. Посникова составляетъ продолженіе въ высшей степени интереснаго и замѣчательнаго труда, начатаго имъ нѣсколько лѣтъ тому назадъ. Предметомъ своего изслѣдованія г. Носниковъ избралъ разсмотрѣніе тѣхъ доводовъ, которые приводятся, обыкновенно, противниками общинной системы землевладѣнія въ доказательство несовмѣстимости ея съ успѣхами сельскаго хозяйства и съ примѣненіемъ усовершенствованныхъ пріемовъ земледѣлія. Первый выпускъ сочиненія г. Посникова, появившійся въ 1875 г., посвященъ былъ разбору мнѣній о вредныхъ послѣдствіяхъ, сопряженныхъ, по мнѣнію противниковъ общины, съ передѣлами земли. Рядомъ вѣскихъ данныхъ и примѣровъ, заимствованныхъ изъ хозяйственной жизни странъ съ наиболѣе развитою земледѣльческою культурою (преимущественно Англіи), г. Посниковъ осязательно выяснилъ несостоятельность предразсудка, будто для примѣненія интенсивной системы обработки и введенія разныхъ земельныхъ улучшеній необходимымъ условіемъ должно являться владѣніе землею на правахъ собственности и будто тѣ же улучшенія невозможны со стороны временныхъ владѣльцевъ земли.

Во второмъ выпускѣ своего изслѣдованія, появившемся въ настоящее время, г. Носниковъ останавливается на остальныхъ возраженіяхъ, даваемыхъ противъ общиннаго землевладѣнія. Именно, онъ разсматриваетъ мнѣніе тѣхъ лицъ, которыя утверждаютъ, будто развитіе сельскаго хозяйства невозможно при существованіи общиннаго землевладѣнія, потому что съ нимъ всегда и неизбѣжно связаны: принудительная обработка (Flurzwang), чрезполосность и дробимость земель. Общій планъ изслѣдованія остается при этомъ тотъ же, которому г. Посниковъ слѣдовалъ въ первомъ выпускѣ. При разборѣ каждаго изъ названныхъ выше вопросовъ г. Носниковъ старается выяснить: на сколько то или другое явленіе, считающееся неблагопріятнымъ для улучшенія земледѣлія, составляетъ спеціальную особенность общиннаго землевладѣнія, въ чемъ именно заключаются его невыгодныя стороны и въ какой мѣрѣ устраненіе этихъ невыгодныхъ сторонъ можетъ требовать уничтоженія или видоизмѣненія общинной системы. Въ общемъ выводѣ, г. Посниковъ приходитъ къ заключенію о совершенной несостоятельности ходячихъ обвиненій противъ общины. Г. Посниковъ начинаетъ свой анализъ съ такъ называемой "принудительной обработки". Подъ принудительною обработкою разумѣется зависимость отдѣльнаго земледѣльца отъ той или другой обычной въ данномъ селеніи или мѣстности системы хозяйства, принятой другими односельчанами или вообще смежными сосѣдними хозяевами. Зависимость эта порождается, главнымъ образомъ, двумя причинами: обычаемъ пастьбы скота на пахатной землѣ, и такою спеціальною чрезполосицею, при которой владѣльцы чрезполосныхъ участковъ не могутъ ни пройти, ни проѣхать къ своимъ полосамъ, и когда они вынуждены оборачивать свои земледѣльческія орудія также на сосѣднихъ полосахъ. Насколько же оба названныя условія составляютъ исключительную особенность общиннаго землевладѣнія? Останавливаясь первоначально на выгонѣ скота, г. Посниковъ приводитъ цѣлый рядъ фактовъ, доказывающихъ, что и на земляхъ частныхъ собственниковъ, несомнѣнно, встрѣчаются разнообразные виды выгоновъ или пастьбы скота, что и дало поводъ къ возникновенію въ гражданскомъ правѣ, въ отдѣлѣ объ ограниченіи собственности правомъ участія, ученія объ особомъ сервитутѣ выгона. Часто подобные сервитуты принимаютъ весьма стѣснительный для сельскаго хозяйства характеръ, поэтому вниманіе законодательства уже давно было обращено на устраненіе послѣдствій вредныхъ видовъ выпаса скота. Г. Посниковъ цитируетъ рядъ мѣръ, принятыхъ съ этою цѣлью въ Германіи и Франціи. При общинномъ владѣніи, точно также встрѣчаются способы пастьбы, сопряженные съ стѣсненіемъ земледѣльца и порождающіе, такъ называемую, принудительную обработку, но было бы совершенно несправедливо заключать отсюда, что такой характеръ пастьбы составляетъ общій признакъ системы. Г. Посниковъ приводитъ нѣсколько примѣровъ устройства выгоновъ въ великорусскихъ селеніяхъ, владѣющихъ землею по общинному способу, изъ которыхъ видно, что пастьба скота имѣетъ въ различныхъ случаяхъ различный характеръ и можетъ быть и при общинѣ устроена такимъ образомъ, чтобъ нисколько не препятствовать свободѣ выбора каждымъ изъ общинниковъ той или другой системы обработки. Если многіе изъ селеній не имѣютъ выгоновъ и придерживаются стѣснительныхъ пріемовъ пастьбы, то причинъ этому, по справедливому замѣчанію г. Поснякова, слѣдуетъ искать главнымъ образомъ въ недостаточности надѣловъ, то-есть въ такомъ обстоятельствѣ, которое вовсе не состоитъ въ связи съ тою или другою системою землевладѣнія.

"Въ большинствѣ мѣстностей нашего отечества, говоритъ онъ:-- крестьяне получили недостаточные надѣлы; они не получили, за немногими исключеніями, никакого лѣса и весьма скудные луга. Въ огромномъ большинствѣ случавъ, не имѣя возможности выдѣлить изъ ограниченнаго количества пахатной надѣльной земли опредѣленныхъ мѣстъ для постояннаго выгона, они должны подвергнуться обычному слѣдствію такого факта -- должны дорожить и удерживать выгонъ на пару, въ яровомъ полѣ до начала пашни и выгонъ по жниву, не говоря уже о выгонѣ на лугахъ" (Общ. Земл., II, 74).

Другое условіе принудительной обработки -- спеціальная чрезполосность -- точно также отнюдь несвойственна общинному землевладѣнію въ большей степени, нежели системѣ частной собственности. Г. Посниковъ приходитъ къ совершенно обратному заключенію и обстоятельно подтверждаетъ его съ одной стороны анализомъ законодательныхъ постановленій западныхъ государствъ, направленныхъ на уничтоженіе чрезполосицы, а съ другой стороны разсмотрѣніемъ существующихъ въ настоящее время системъ передѣловъ полей, при общинной великорусской системѣ. Эта часть труда г. Посникова особенно интересна, такъ какъ онъ сообщаетъ нѣсколько новыхъ фактическихъ свѣдѣній о способахъ разверстки общинной земли между общинниками. Факты, собранные г. Посниковымъ, "совсѣмъ не подтверждаютъ того распространеннаго мнѣнія, будто общинное землевладѣніе неизбѣжно связано съ тою спеціальною чрезполосностію, которая порождаетъ принудительную обработку. Порядокъ распредѣленія земли, дѣйствительно существующій въ нашихъ общинахъ, показываетъ, что мірское владѣніе нетолько не имѣетъ свойствъ, ведущихъ къ подобной чрезполосности, но, напротивъ, община уничтожаетъ ее въ самомъ зародышѣ".

Но кромѣ той спеціальной чрезполосности, которая влечетъ за собою принудительную обработку, общинное землевладѣніе упрекаютъ еще за свойственную ему, по мнѣнію нѣкоторыхъ изслѣдователей, чрезполосность вообще, т. е. разбросанность въ нѣсколькихъ мѣстахъ полосъ земли, принадлежащихъ одному владѣльцу. Хотя нападеніе такого рода менѣе всего можетъ быть направлено исключительно противъ общиннаго землевладѣнія, не представляющаго въ данномъ отношеніи существенныхъ отличій отъ порядковъ, существующихъ во многихъ случаяхъ и при господствѣ частной собственности (напр., при такъ называемой нассауской системѣ разверстки земель, уничтожающей лишь спеціальную чрезполосность), однако, г. Посниковъ все-таки подвергаетъ тщательному анализу аргументы противниковъ "чрезполосности".

Наконецъ, г. Посниковъ останавливается и на послѣднемъ изъ указанныхъ выше "вредныхъ" свойствъ общиннаго землевладѣнія: именно на свободѣ раздѣловъ и дробимости земли. По мнѣнію, весьма часто высказывавшемуся, семейные раздѣлы составляютъ одно изъ золъ нашей сельской жизни; для устраненія этого зла и рекомендовалось многими изданіе обязательныхъ постановленій, по которымъ каждый дворъ представляетъ всегда одну недѣлимую единицу. Г. Посниковъ, съ поразительною ясностью и логикою, доказываетъ всю неосновательность подобныхъ проэктовъ. Бороться противъ бѣдности воспрещеніемъ раздробленія земли значитъ принимать слѣдствіе за причину. "Если населеніе парцеллируетъ свои земли, говоритъ онъ:-- очень можетъ быть оно поступаетъ такъ потому, что по условіямъ мѣстности, ему выгоднѣе перейти къ культурѣ, характеръ которой требуетъ мелкихъ участковъ; если же парцеллированіе чрезмѣрно и населеніе терпитъ нужду -- значитъ оно не находитъ никакихъ другихъ заработковъ и должно довольствоваться малымъ доходомъ отъ земли. Иначе совершенно непонятно, отчего оно не броситъ земледѣлія и не перейдетъ на такія отрасли, которыя даютъ большій доходъ. Несомнѣнно, къ раздробленію земли приступаютъ потому, что, по мѣстнымъ условіямъ ее нужно дробить; и какъ ни малъ доходъ собственника небольшаго клочка земли, онъ, значитъ, все-таки или единственно возможный въ этой мѣстности доходъ, или доходъ, большій чѣмъ отъ всякаго иного приложенія труда. И мы видимъ дѣйствительно, что дробленіе, возможно лишь до извѣстнаго предѣла, приближаясь къ которому населеніе само по себѣ, безъ всякаго законодательнаго принужденія, должно переходить къ занятіямъ еще менѣе выгоднымъ. Этотъ фактъ доказывается такъ убѣдительно ежегоднымъ выходомъ изъ класса поселянъ-собственниковъ цѣлыхъ массъ, переходящихъ въ разрядъ рабочихъ. Законодательный актъ, запрещающій раздѣлы, лишаетъ часть населенія произвольно и безцѣльно права собственности на землю и, помимо воли самихъ заинтересованныхъ, принуждаетъ ихъ перейти или въ разрядъ наемниковъ этой земли, или къ другимъ отраслямъ приложенія труда; и такой актъ слѣдовательно, вмѣсто улучшенія, еще болѣе ухудшаетъ положеніе значительной массы поселянъ" (стр. 194--195).

Признавая равномѣрное надѣленіе поселянъ землею однимъ изъ необходимыхъ условій правильно организованнаго народнаго хозяйства, г. Посниковъ весьма естественно приходитъ въ результатѣ своего изслѣдованіи къ тому выводу, что "противъ обычныхъ при нашей общинной системѣ передѣловъ, нетолько невозможно возразить ничего, но, напротивъ, ихъ слѣдуетъ отстаивать и охранять отъ всѣхъ нападокъ, въ виду того, что только благодаря имъ и совершается именно такое распредѣленіе земли. Всякая попытка къ искорененію существующаго обычая передѣлять мірскія земли поведетъ къ уничтоженію драгоцѣнной бытовой формы, при которой народъ привыкъ легко и просто достигать уравнительнаго распредѣленія земель, этого существеннаго условія благосостоянія" (224).

Мы могли передать въ самыхъ общихъ чертахъ только остовъ изслѣдованія г. Посникова; но уже и изъ приведеннаго выше видно, насколько любопытно это изслѣдованіе по своему предмету. Что касается выполненія г. Посниковымъ задачи имъ поставленной, то въ этомъ отношеніи настоящій выпускъ сочиненія нетолько не ниже перваго, справедливо обратившаго на себя въ свое время вниманіе публики, но даже въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ выгодно отъ него отличается. Г. Посниковъ въ обѣихъ частяхъ своего труда, ставитъ затрогиваемые вопросы широко, пользуется для объясненія фактовъ нашей общественной жизни анализомъ однородныхъ явленій хозяйственнаго быта друі ихъ обществъ и подтверждаетъ свои теоретическія положенія массою фактическихъ данныхъ; но особенность настоящаго выпуска составляютъ приведенныя въ немъ весьма любопытныя самостоятельныя наблюденія надъ различными сторонами нашего общиннаго строя. При бѣдности фактическихъ изслѣдованій о нашей общинѣ, наблюденія эти получаютъ особый интересъ.

При оцѣнкѣ значенія труда г. Посникова, нельзя не упомянуть тоже о той крайне симпатичной и высоконаучной точкѣ зрѣнія на экономическія явленія, которая никогда не покидаетъ автора. Служеніе "золотому тельцу", даже въ самой смягченной и благовидной формѣ "интересовъ производства", служеніе, которымъ такъ часто грѣшитъ экономическая наука, ему вполнѣ чуждо. Г. Посниковъ ясно и категорически заявляетъ, что только достиженіе общаго благосостоянія массъ можетъ составлять цѣль, къ которой должна стремиться истинная наука. Никакая тенденція экономической жизни, противная этой цѣли, не можетъ быть оправдана съ точки зрѣнія науки о народномъ хозяйствѣ.

Слѣдующій, третій выпускъ книги г. Посникова будетъ посвященъ разсмотрѣнію круговой поруки, въ связи съ разборомъ нашего положенія о выкупѣ.


"Отечественныя Записки", No 3, 1878