# Добродетель, увенчанная верностью

Михаил Иванович Прокудин-Горский

РОССІЙСКІЙ

ѲЕАТРЪ

или

Полное собраніе всѣхъ

россійскихъ Ѳеатральныхъ сочиненій.


Часть XXV.


ВЪ САНКТПЕТЕРБУРГѢ,

при Императорской Академіи Наукъ,

1788 года.


## ДОБРОДѢТЕЛЬ УВѢНЧАННАЯ ВѢРНОСТЬЮ,


КОМЕДІЯ


МИХАЙЛЫ ПРОКУДИНА.


ЕГО ВЫСОКОПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ

господину

ДѢЙСТВИТЕЛЬНОМУ

ТАЙНОМУ СОВѢТНИКУ,

СЕНАТОРУ

И

ОРДЕНОВЪ

Святаго Апостола Андрея Первозваннаго,

святаго Александра Невскаго

и святыя Анны

Кавалеру,

милостивому

ГОСУДАРЮ МОЕМУ

ПЕТРУ ДМИТРІЕВИЧУ

ЕРОПКИНУ.


МИЛОСТИВЫЙ

ГОСУДАРЬ МОЙ!


Вторично я теперь имѣю удовольствіе объявить моему Отечеству, посвящая Вашему Превосходительству сочиненіе мое, коликимъ я есмь отличнымъ Васъ почитателемъ. Примите, Милостивый государь мой, и сей мой трудъ за знакъ истиннаго моего къ Вамъ почтенія и преданности, съ которымъ я навсегда имѣю честь быть и именоваться


ВАШЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВА,

МИЛОСТИВАГО ГОСУДАРЯ МОЕГО


Всепокорнѣйшимъ слугою

МИХАИЛА ПРАКУДИНЪ.


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:


СУЕВѢРОВА, вдова.

БЕЗНАДЕЖДОВА, племянница ея.

Благоразумова, пріятель Безнадеждовой.

МАРѲА, ближняя служанка Безнадеждовой.

УЕДИНЕННОВЪ, женихъ, за Безнадеждову сватающійся.

РЫБАКОВЪ, другъ Уединеннова.

КАЛИСТРАТЪ, старой слуга отца Безнадеждовой.

АНДРЕЙ, слуга Безнадеждовой.

ІОСИФЪ, вольнодомецъ, живущей на большой дорогѣ.

ПОСТОЯНОВЪ, любовникъ Безнадеждовой.

АЛЕКСАНДРЪ, слуга Постоянова.


Дѣйствіе въ деревнѣ, въ домѣ Безнадеждовой не далеко отъ большой дороги.


## ДОБРОДѢТЕЛЬ УВѢНЧАННАЯ ВѢРНОСТІЮ.


КОМЕДІЯ.


ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.


ЯВЛЕНІЕ I.


Театръ представляетъ комнату Безнадеждовой, въ сторонѣ виденъ столъ, на которой облокотясь она сидитъ въ глубокой залумчивости, а Благоразумова подлѣ нея съ другой стороны стола въ веселомъ видѣ; на столѣ лежатъ книги и бумаги.


БЛАГОРАЗУМОВА и БЕЗНАДЕЖДОВА.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Поистиннѣ познать я не могу тайны, которая толико тебя задумчивою дѣлаетъ! Вотъ уже два часа, какъ я пріѣхала, и ты мнѣ ни на единое мое слово не отвѣтствуешь; многажды я разсуждала находясь въ уединеніи моемъ, о чемъ бы казалось другу моему сѣтовать; воображала часто всѣ преимущества, которыми жизнь моя преисполнена: вижу тебя прекрасну, имѣющую довольной достатокъ и съ излишествомъ, въ людяхъ весьма щастливу. Всѣ желаютъ тебя видѣть, слышать разсужденіи твои; домашніе боготворятъ тебя и кажется, что домъ твой составляетъ единое тѣло, а ты собою оживляешь оной. Чего бы кажется желать осталось! но вотъ какъ сердце человѣческое содѣлано, что при всѣхъ удовольствіяхъ можно имѣть нещастливую жизнь.

Напротивъ того, когда поставляю себя тебѣ въ сравненіе, то какую примѣчаю розницу! Тебя вижу благополучну, а себя образцомъ нещастливыхъ людей примѣчаю; съ самаго моего робячества, познала я неудачную долю мою въ собственномъ домѣ моемъ, бывъ всегда притѣсняема и гонима, и наконецъ опредѣлила житье мое въ такое состояніе, которое сначала было мнѣ тягостно, теперь же почитаю себя наищастливою. Во обиталищѣ моемъ царствуетъ покой и размышленіе, уединеніе укрѣпляетъ души и поставляетъ превыше всякаго состоянія.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Всѣ сіи преимущества, о которыхъ ты говоришь, мой другъ, неопровержемо должны человѣка творить довольнымъ, когда нѣтъ въ сердцѣ печали, никогда покою не дающей.


БЛАГОРАЗУМОВА.


То-то для меня и непостижно, о чемъ бы тебѣ, сѣтовать - - - Ты никогда такова не бывала, что уже чувства сердца своего отъ меня таить начинаешь: такимъ образомъ съ друзьями не обходятся.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Что пользы жаловаться на состояніе, когда ни въ комъ уже помощи обрѣсти не чаю! это дѣло душъ слабыхъ, чтобъ проповѣдывать свои прискорбности, и тѣмъ тягчить другаго.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Но не друга! я умѣю сохранить неоцѣненную сію участь и крайне соболѣзную, что я въ сіе время лишена твоей повѣренности. Я понимаю изъ словъ твоихъ, что одолѣваетъ отчаяніе твою душу; Подумай о состояніи твоемъ, тебѣ время наступаетъ вытти за мужъ и сдѣлаться щастливой и другаго ощастливить.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Боже мой! какъ далеки мысли мои отъ супружества! нѣтъ, я за мужъ итти не намѣрена; а прибѣжище тоскѣ моей твое состояніе, въ которомъ ты меня чрезъ нѣсколько недѣль увидишь.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Какъ! ты уединенна навсегда быть желаешь? Нѣтъ; сіе состояніе хотя блаженное, однакожъ сего я не вынесу, чтобъ я тебя оставляющу свѣтъ увидѣла, и я безъ того отъ тебя не поѣду, покуда не узнаю тайну мнѣ непостижимую.


ЯВЛЕНІЕ 2.


БЛАГОРАЗуМОВА, БЕЗНАДЕЖДОВА и СУЕВѢРОВА.


СУЕВѢРОВА.


Здравствуй голубушка Благоразумова, я право мой свѣтъ и не слыхала, что ты пріѣхала: все ли въ добромъ здоровьи?


БЛАГОРАЗУМОВА.


Слава Богу, сударыня, я здѣсь уже часа съ три.


СУЕВѢРОВА.


А я скажу тебѣ, что я всю ноченьку хоть бы на волосъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Что, вы конечно занемогли?


СУЕВѢРОВА.


Нѣтъ матушка, домовой всю ночь не далъ спать, все продавилъ и вотъ теперича такъ грудь! ну вотъ вздохнуть не дастъ и бока болятъ, а спина такъ не слышится; со мною это бывало и прежде, да все таки не такъ; а ныньче изъ рукъ вонъ.


БЕЗНАДЕЖДОВА


Вотъ изволь послушать нашего разсужденія.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Полно-те сударыня, какой домовой! ихъ нѣтъ. Это у васъ остановленіе крови, въ нѣкоторыхъ тонкихъ жилахъ: это со всѣми случается.


СУЕВѢРОВА.


Полно, мой свѣтъ, какъ тебѣ не стыдно! грѣшишь, будто домовыхъ нѣтъ; безъ нихъ сударыня домъ стоять не можетъ, не только домъ, да и конюшня. Скажу тебѣ: у покойника батюшки была бурая лошадь. Сперьва она была всѣхъ жирнѣе, такъ что этому бывало весь домъ не надивится. По томъ вдругъ та же лошадь стала хоть на дровни положи; стали думать, отъ чего бы, и наконецъ примѣтили, что ее проклятой домовой всякую ночь мучитъ; а послѣ окаянной и подъ ясли ее подобьетъ, такъ что насилу бывало бѣдная отдохнетъ:- - - Да полно что съ вами говоришь, вы нонче ничему не вѣрите, у меня своя такая же [доказывая на Безнадежнову] - - - Воля, ваша, васъ испортили учители, они въ васъ эту ересь вселили, чтобы ничему, не вѣрить! Ну, какъ сударыня этому не вѣрить! воля ваша, я вѣрю, какъ вы хотите, да ты это, матушка, что изволила задуматься?


[оборотясь къ Безнадеждовой.]


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Ничего сударыня, я слушаю.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Какъ всему не вѣрить! Однако разумъ человѣческой долженъ иногда пустые страхи изслѣдуя отвергать.


СУЕВѢРОВА.


Что мнѣ до этого нужды! нѣтъ матушка, я всему вѣрю, чему мой отецъ и мать вѣрили.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Велико почтеніе ваше къ родителямъ чрезъ это оказывается.


СУЕВѢРОВА.


Да, нѣтъ таки нынѣче и свѣтъ сталъ иной; какъ мы бывало живали, такъ все не по нынѣшнему: строго насъ содержали; чтобы я смѣла сказать что отцу или матерѣ! нѣтъ матушка! а нынѣ вотъ сколько уже времени бьюсь я съ другомъ то твоимъ; нынѣ право молодые люди отъ рукъ отбились. [Безнадеждова уходитъ]


БЛАГОРАЗУМОВА


Да что такое, сударыня! я вашей рѣчи не понимаю.


СУЕВѢРОВА.


То-то сударыня, не понимаю: всѣ вы нынѣ хороши; какъ у насъ бывало въ старину скажутъ, вотъ тебѣ женихъ, а ты ему невѣста, такъ и здравствуй.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Я вижу сударыня, что вамъ хочется ее выдать за мужъ, да, какъ примѣчается мнѣ, и по неволѣ; а нынѣ благоразумные господа и крестьянокъ своихъ по неволѣ за мужъ не выдаютъ, а она ваша племянница.


СУЕВѢРОВА.


Я ей вмѣсто матери и отца: что хочу съ нею, то и дѣлаю.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Этого не можете.


СУЕВѢРОВА.


Кто мнѣ заказалъ? я ей велю и она должна исполнить; въ ее годы, матушка, въ дватцать лѣтъ мы еще и рта не разѣвали: вить ее еще можно почесть за робенка: она щастья своего не разумѣетъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Мудреной это вѣкъ, что незнаніе было почитаемо. Нынѣче сударыня люди инако живутъ, говорятъ и другимъ образомъ, даже думаютъ, да пожалуйте скажите, что это за великолѣпной женихъ, о которомъ вы такъ усильно печетесь.


СУЕВѢРОВА.


Такъ, матушка, я таки намѣрена пристроить ее къ доброму мѣсту; пора мнѣ "ты желѣза съ рукъ своихъ сбросить, а именно намѣрена выдать ее за сосѣда нашего, уединеннаго, у котораго всякаго добра препропасть и онъ человѣкъ пречестной, всякое дѣло смыслитъ хорошо, а какъ говоритъ, такъ его бы и слушалъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Теперь скажу ужъ и я по вашему, съ рукъ сброса желѣза надѣть себѣ на шею. Знаю я итого богача; лучше ее въ рѣкѣ утопить, нежели за такое чудо выдать; онъ ее^ сокрушитъ: стыдитесь сударыня и думать отъ чего вамъ - - -


СУЕВѢРОВА.


Вотъ нынче какія разсужденія; полно матушка ты его не знаешь, ни о богатствѣ его довольно не слыхала; скажу тебѣ: онъ анамеднѣ меня увидѣлъ, какъ разсказывалъ, что у него за доходная деревня; скажу тебѣ: у него одного маку высѣваютъ въ Низовой деревнѣ четвертей сорокъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Вотъ это всего лучше, конечно у него на тысячу верстъ владѣнія: не бесчестно ли онъ это сохвасталъ? этимъ можно уѣздовъ шесть засыпать.


СУЕВѢРОВА.


А холопей содержитъ на хлѣбѣ человѣкъ съ полтораста. Подумай же, вить онъ живетъ бариномъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Жалки мнѣ эти всѣ господа, которые не по мѣрѣ своихъ доходовъ служителей содержатъ, которые въ замѣну ихъ раззоренію весьма худо имъ служатъ. Въ другихъ государствахъ я слыхала, что полутороста слугъ у вельможей нѣтъ; а сей человѣкъ, о которомъ ты говоришь, самой самой обыкновенной дворянинъ; въ иномъ домѣ пять человѣкъ лучше могутъ услужить нежели эдакихъ шалуновъ сотня; да Рускія пословицы наши весьма удачны: каковъ попъ, таковъ и приходъ. [Марѳа вошедъ докладываетъ Суевѣровой.]


МАРѲА.


Попадья васъ, сударыня, дожидается.


СУЕВѢРОВА.


Такъ, я знаю, что эта гостья не даромъ пожаловала: что изволишь съ дурой! да нѣтъ, я по своему сдѣлаю, связавъ ее отдамъ.


[Уходятъ.]


ЯВЛЕНІЕ 3.


БЛАГОРАЗУМОВА, БЕЗНАДЕЖДОВА и МАРѲА.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Скажи пожалуй, матушка! тебя выдаютъ, какъ кажется за-мужъ; ты отъ меня все таишь?


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Это конечно тетушка моя тебя о своемъ намѣреніи увѣдомила, въ чемъ я не имѣю ни малаго участія.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Сей часъ Марѳушка увѣдомила ее о приводѣ попадьѣ, такъ я примѣтила, что она сваха.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Не удивляешся ли ты этому? По окружности нашей деревни ни одна попадья не миновала, чтобъ не употреблена была въ эту должность. Я поистиннѣ не понимаю, что моей тетушкѣ такъ разсуждается, чтобъ за кого нибудь меня выдать.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Участь твоя мнѣ по нѣскольку открыта, она намѣрена тебя выдать за Уединеннова.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Ахъ! Боже мой, ежели она такую мнѣ судьбину приготовляетъ: нѣтъ умру прежде, нежели увижу себя его женою! Порочить человѣка не есть моя склонность; я отдамъ ему преимущества вселенныя, но не хочу вступить съ нимъ въ супружество. Господи! какой это будетъ благодѣтельной поступокъ! Дочь сестры своея единой родной принесть на жертву единому только необузданному своему намѣренію. Нѣтъ! чувствую я уже мою слабость; нѣтъ, не снесу я ея повелѣнія, колико ни тягостно учиниться мнѣ преслушною...


БЛАГОРАЗУМОВА.


Но почто такъ себя крушить прежде времени? Ты изъ себя выступаешь, это состоитъ въ твоей волѣ.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Эхъ! какъ мало вѣдаешь ты свойства сердца друга твоего, которое обмануть не удобно!


БЛАГОРАЗУМОВА.


Кого обмануть? я не понимаю твоихъ разговоровъ, пожалуй откройся мнѣ.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Боюсь предъ тобою явить мою слабость, зная какъ ты о вещахъ судишь.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Какъ бы я ни судила, но я умѣю также снисходить человѣческимъ слабостямъ, когда ихъ исправишь не Возможно. Пожалуй откройся мнѣ, ты кажется во всемъ на меня положишься можешь.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Безъ всякаго сумнѣнія могу я открыть тебѣ мое сердце, но откровеній сіе что меня воспользуетъ? уменьшитъ ли печаль мою? подастъ ли крѣпость выдерживать отчаяніе, которое превосходитъ мои силы? Нѣтъ любезной другъ. Слабое утѣшеніе - - -


БЛАГОРЛЗУМОВА.


Какъ слабое утѣшеніе? Я знаю, какъ ты разумна и сколько въ младости своей Просвѣщенія имѣешь; не уже ли не утверждаешь, что во всѣ времена чувства наши довольно уже испытаны? представь себѣ радость и печаль, которую бы раздѣлишь де съ кѣмъ. Самое наипріятнѣйшее обстоятельство много уже силы своей потеряетъ, когда при первомъ его стремленіи сорадоваться человѣка нѣтъ. Благополучіе сіе поистиннѣ тотчасъ учинится уже обыкновеннымъ; ибо сердце наше таково, что полученіе желанія творитъ уже его посредственнымъ, время отнимаетъ силу того Предмета, и наконецъ производитъ къ тому же самому иногда и отвращеніе.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Ахъ! какъ худо ты философствуешь! какъ таковыхъ людей ты разумѣешь? Я понимаю ихъ людьми вѣтренными, ненадежными, неосновательными, и словомъ: таковые для жизни человѣческой не способны. Нѣтъ, я не такъ думаю, ежели я предприму какое намѣреніе; а судьба моя ко мнѣ толико не милосерда, что она отказываешь мнѣ въ полученіи моего желанія, однакожъ я не взирая на ее строгость до послѣдняго издыханія при томъ останусь.


[Въ самое сіе время Марѳа вшедши, прерываетъ ихъ рѣчь.]


МАРѲА [къ Благоразумовой.]


Госпожа Суевѣрова приказала васъ къ себѣ просить поскорѣе.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Конечно на совѣтъ о твоемъ замужствѣ - - - Однакожъ я приготовилась, что мнѣ съ нею говорить; а какъ я возвращусь, такъ рѣши пожалуй мое сумнѣніе. [Уходитъ.]


ЯВЛЕНІЕ 4.


БЕЗНАДЕЖДОВА [одна.]


Какъ сказать, и какъ разрушить это несносное воздыханіе - - - Дѣвкѣ открыть склонность сердечную! есть ли что нибудь сего достойнѣе наказанія? сказать, имѣю человѣка, котораго люблю, и которой любитъ и меня, что стыднѣе сего быть можетъ! - - - Чувствую я уже и такъ сама Въ себѣ, колико совѣсть не отлучна бываетъ отъ нашего размышленія; мнѣ кажется, уже всякой предметъ меня окружающей упрекаетъ меня въ моей тайнѣ: всѣ знаютъ мою склонность - - - Ахъ! всѣ уже говорятъ про меня Такъ мыслятъ обыкновенно сердцемъ уязвленные люди - - - Но почто я такъ страшусь? прогнѣвляю ли я провидѣніе или человѣковъ тѣмъ, что люблю достойное, котораго не любить не можно? Подсолнечная утвердила бы мое намѣреніе; я имѣю въ немъ любовника и жениха, украшеннаго всѣми завидными талантами - -Но почто я нарекаю его симъ именемъ? Можетъ быть уже въ живыхъ онъ не обрѣтается - - - Какъ! третій годъ не имѣть о немъ свѣдѣнія? Стянется, что жестокіе непріятели уже давно лишили его жизни, или какимъ нибудь другимъ образомъ свирѣпой рокъ отнялъ у меня мою душу - - - Нѣтъ, воображеніе единое сего нещастія уже меня дѣлаетъ истуканомъ - - - Боже мой! избавь меня отъ помышленія, сего; ты всѣмъ всесильною десницею правишь - - - - Вѣдаешь слабость мою, что такая утрата выше моей крѣпости. [Уходитъ.]


Конецъ перваго дѣйствія.


## ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.


ЯВЛЕНІЕ 1.


МАРѲА и АНДРЕЙ.


АНДРЕЙ [идучи за нею.]


Я право и тебя уже не понимаю: отъ васъ отъ всѣхъ нынѣ начинаетъ ипохондріей пахнуть. Что это за-новопріѣзжая немочь? Я отъ покойника отца не слыхивалъ, чтобы наши старые господа ею занемогали; а теперь, какъ кажется, и нашу хамскую породу посѣтить она вознамѣрилась.


МАРѲА.


Отступись пожалуй; мнѣ, Богъ свидѣтель, не до тебя.


АНДРЕЙ


Да скажи пожалуй, что ты такъ мудрена? что у васъ учинилось?


МАРѲА.


Добро уже забудешь эдакъ головорѣзишь, какъ взворотятъ на невѣяной хлѣбъ.


АНДРЕЙ.


Что ты говоришь за-пыль? я тебя не понимаю, у насъ этого никогда не бывало; ты, мнѣ кажется, вріошь. Не чрезъ край ли полно ты хватила? ха, ха, ха, ха, ха. [къ сторонѣ.]


МАРѲА [къ сторонѣ.]


Подлинно, вить это будетъ самое нещастье, ежели ее бѣдную выдадутъ за эту лошадь.


АНДРЕЙ.


Да скажи пожалуй: я вижу, это ужъ не шутка; кого выдаютъ?


МАРѲА.


Да отступись, у насъ вишь свадьба.


АНДРЕЙ.


Какая свадьба?


МАРѲА.


Барышню хотятъ выдать за уединеннова.


АНДРЕЙ.


Ну! пропали наши головушки. То-то ужъ совершенной матъ: нѣчего будетъ и въ студень покрошить, не только порядочно пообѣдать. Онъ, сказываютъ, только въ недѣлю по два раза кушаетъ; да и людей своихъ пріучилъ къ тому же, проповѣдывая имъ, что объяденіе смертной грѣхъ. А какое объяденіе? они съ голоду и съ холоду шатаются, какъ стѣни.


МАРѲА.


Что дѣлать? знать ее такое щастье.


АНДРЕЙ.


Это все чудеситъ наша Суевѣрова! Да я удивляюсь, для чего она ея не оставитъ: мы бы могли жить и одни.


МАРѲА.


Ты разсуждаешь какъ повѣса и вѣтреница.


АНДРЕЙ


Ахъ матушка! что ты на меня гнѣвается? вить ты мнѣ не жена.


МАРѲА.


Я не гнѣваюсь на тебя; да какъ ты можешь объ ней разсуждать? я тебѣ скажу, что это такой благонравной человѣкѣ, что она въ женскомъ родѣ безпримѣрная: я съ ребячества имѣю честь служить ей; какого Осторожнаго она свойства! Ахъ Боже мой! Ей жить одной!


АНДРЕЙ.


Да для чего не жить? конечно.


МАРѲА.


Какъ ты это можешь разсуждать? чему дѣвица не бываетъ подвержена и тогда, ежели она отъ кого и зависитъ? Зависть ея подругъ не отступаетъ отъ нее; онѣ иногда вымышляютъ такое, чѣмъ бы затмить добродѣтели и погасишь прелестныя качества, и преимуществовать не дать; всякой поступокъ навлекаетъ тьму примѣчателей, а малѣйшее число одобрителей. Участь по истиннѣ достойна сожалѣнія молодой дѣвицы! Вашъ же родъ пренесносной; лесть, обманъ, насмѣшки, клеветы, словомъ: кучу напастей влечетъ за собой вѣтреной молодой мущина, которой ищетъ получить наше сердце. Чтожъ останется, помыслить о той, которая отъ себя зависить? о! какое бѣдное состояніе госпожи моей!


АНДРЕЙ [къ сторонѣ.]


Да что ты такъ мучишся? вить можно избрать лучше.


МАРѲА [сама съ собою.]


Што-то она дѣлаешь теперь? Она рыдаетъ! Сердце ея бѣдной сокрушается. Вытти противъ склонности: это умереть; сдѣлаться ослушной теткѣ, умереть же: о Господи! ты зришь, какъ заблужденіе для людей пагубно! [плачетъ.]


АНДРЕЙ [тѣмъ временемъ говоритъ.]


Нѣтъ, теперь и съ пьянаго хмѣль спрыгнетъ; я вижу, это дѣльцо-то не на шуточку; и до насъ доходитъ: ты уже плачешь.


МАРѲА [сама съ собою].


Да какъ мнѣ не плакать? люблю ея какъ душу! Дватцать лѣтъ служа ей, не видать рабѣ непріятнаго взгляда отъ госпожи своей, которая печальнаго лица видѣть не пожетъ. Дай Богъ ей всякое благополучіе! Кто можетъ, кажется, достойнѣе быть хорошей участи? Но какъ намъ разсуждать, смотря, что иногда самыя наидостойныя посѣщаются нещастіемъ? [задумавшись нѣсколько] Что-то она теперь дѣлаетъ? [со удивленіемъ] Выслала меня вонъ: такъ обыкновеніе ея, чтобъ рабу не оскорблять своими слезами!


АНДРЕЙ.


Побѣгу я; что-то тамъ дѣлается?


ЯВЛЕНІЕ 2.


МАРѲА


Вотъ плоды благонравія! - - - вотъ науки!- - -- - - вотъ рѣдкія знаніи! - - - вотъ доля дѣвицы безпримѣрной которая отъ добродѣтели умереть должна! - - - О добродѣтель! пріятное имя! но пагубное твое дѣйствіе! Ты безполезное названіе на свѣтѣ! Лишаешь меня госпожи моей, ахъ! госпожи премилосердой! [плачетъ] Ты отъимаешь, въ ней, у меня отца, мать, родню, друга и благодѣтеля!- - - Я изъ себя выступаю: какъ осмѣлилась я назвать ея такъ чувствительными именами? Нѣтъ не робѣю: я раба, но не чувствовала рабства моего.


[слышится стукъ за кулисами и показываетъ робкой видъ.]


ЯВЛЕНІЕ 3.


БЕЗНАДЕЖДОВA, БЛАГОРАЗУМОВА и МАРѲА.


Бзезнадеждова выходитъ блѣднымъ и отчаяніе являющимъ лицомъ: Бзлагоразумова въ страхѣ о ней: Марфа не знаетъ, что дѣлать, видя такъ свою: Безнадеждова садится въ креслы и падаетъ на столъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Да помилуй, што ты такъ себя убиваешь? Я твоего лица видѣть не могу: какъ это возможно?


МАРѲА.


Ахъ матушка, ей конечно дурно!


БЛАГОРАЗУМОВА.


Да какъ и не быть? Она теперь всіо плакала, а причини сліозъ своихъ не сказываетъ.


МАРѲА.


Не рѣдко съ нами это случается: только мы такъ искусно умѣемъ плакать, что у насъ никто не подмѣтитъ; да эдакъ себя и уходимъ.


БЛАГОРАЗУМОВА [поспѣшно беретъ стулъ и садится подлѣ нее.]


Помилуй ты меня, откройся мнѣ: что такое съ тобой дѣлается? Ты не хочешь итти за Уединенова? не ходи. Ежели тетка твоя такъ будетъ безразсудна, что будетъ также упорна, какъ теперь: то я уже тогда употреблю другіе способы, чтобъ не допустить тебя до нещастія - - -


БЕЗНАДЕЖДОВА [запрокинувшись на кресла.]


Ахъ Боже мой! какъ это тяжело! дѣлаться нечувствительной, утопая въ сердечномъ сокрушеніи!- - -


БЛАГОРАЗУМОВА.


Што у тебя такія за-слова, что я тебя не понимаю? Сколько разъ я тебя увѣряла о твоей безопасности; но ты отчаяніемъ своимъ моришь меня: печаль разумному человѣку не прилична; а ты такъ, что изъ себя выступаешь. Помилуй, скажи мнѣ: что такое ты имѣешь на сердцѣ своемъ, чего я проникнуть не могу? [Въ сіе время Безнадеждова опять падаетъ на столъ: Благоразумова предъ нею на колѣни и обѣ въ слезахъ] Ахъ Боже мой! Ты опять плачешь? Нѣтъ болѣе моего терпѣнія; или ты мнѣ скажи, или я што нибудь надъ собою и сама сдѣлаю. Я выносишь этого не могу. [Въ самое сіе время бросясь на колѣни, обхватила своего друга; дѣлаетъ признаніе въ отчаяніи.]


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Ахъ! я люблю, и люблю уже давно.


БЛАГОРАЗУМОВА [подымая ее и сама садится и ее сажаетъ].


Что же это за бѣда? Я надѣюсь, что ты избрала человѣка себя достойнаго. О чемъ же ты себя сокрушаешь?


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Ты конечно не ошибаешся. Но я знаю, какъ строго ты добродѣтель сохранять умѣешь, и для того съ робостію даже на тебя взираю. Хотя любовь моя, основаніе свое имѣющая на чести и добродѣтели; но я божилась себѣ не однократно, что закроется отъ меня прежде свѣтъ, нежели я кому открою причины печали моея! Но видя тебя наконецъ такъ безобразну, не могла болѣе скрывать мою тайну.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Теперь полно плакать; а надобно знать мнѣ обстоятельства. Голубушка моя, вить не довольно, чтобъ только вытти замужъ; надобно знать всѣ околичности. Я не спорю, что, ты сама достаточна: однако же ты можешь жить хорошо одна. А когда будетъ у тебя фамилія: имѣетъ ли онъ что нибудь?


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Доброе сердце, пространный разумъ, довольное знаніе наукъ, и совершенное благонравіе: вотъ все его богатство.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Вотъ, я уже и примѣчаю, что ты моимъ вопросамъ не довольною кажется. Ты не хорошо, матушка, дѣлаешь.


БЕЗНАДЕЖДОВА [задумавшись.]


Нѣтъ, я право отвѣчаю вамъ истинну, что въ этомъ состоитъ его имущество.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Все тобою сказанное, дѣлаетъ уже къ человѣку этому почтеніе; но какимъ образомъ, изключая разумъ, которой намъ отъ небесъ данъ бываетъ, получилъ онъ такія прелестныя качества? Сіе бываетъ, матушка, отъ воспитанія, на которое потребно иждивеній.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Отецъ его былъ разумной человѣкъ, и все свое имѣніе употребилъ на то, чтобъ оставишь его таковымъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Это очень хорошо; однако же скажите мнѣ пуще о его нравѣ. Я довольно осмотрѣлась на свѣтѣ: какая трудность въ изслѣдованіи онаго! Божусь тебѣ, что при такихъ дарованіяхъ, какъ ты мнѣ объявила, надѣюсь, онъ умѣетъ таить свои слабости; безъ которыхъ человѣку быть не возможно- - -


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Нѣтъ! я въ ономъ не сумнѣваюсь: я довольно его испытала. Сколько разъ видала его чувствительное сердце! Малѣйшая грусть на лицѣ моемъ явившаяся его сокрушала: онъ упреждалъ всегда мои желанія прежде, нежели я о полученіи того думала. Скажите же, не прямо ли онъ меня любитъ? Приличныя нашему полу выдумки, невѣроятности, безпричинныя досады отъ меня происходили, и словомъ: Богъ знаетъ, чего я не вымышляла разсердить его. Это было тщетно: онъ будучи разумной человѣкъ, не рѣдко обращалъ въ шутку неправильныя взысканія; или основательными доводами, не оскорбляя меня, то произвелъ во мнѣ, что я почитать его стала, нашла въ немъ искренняго друга, достойнаго себѣ жениха и вѣрнаго любовника.


БЛАГОРАЗУМОВА.


О! драгоцѣнныя имена, какъ вы въ просвѣщенномъ вѣкѣ рѣдки видитесь! [къ сторонѣ] Скажи же мнѣ матушка, кто этотъ любезной и щастливой мущина, и гдѣ онъ теперь находится?


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Онъ называется Постояновъ; и проливаетъ кровь за отечество противъ непріятелей. Ахъ! что вы меня принуждаете напоминать? [плачетъ] Я третей годъ не имѣю о немъ извѣстія.


БЛАГОРАЗУМОВА.


На что ты такъ себя крушишь? Можетъ быть, письма пропадаютъ; или онъ столько отдаленъ, что способы рѣдки писать и не надежны: пожалуй не сокрушай себя, а станемъ помышлять, какъ намъ отдѣлаться отъ уединенова, и будемъ питаться надеждою, о скоромъ возвращеніи твоего жениха.


ЯВЛЕНІЕ 4.


Тѣжъ и СУЕВѢРОВА.


СУЕВѢРОВА.


Здравствуй, матушка, съ женихомъ: я ужъ по рукамъ ударила, и онъ скоро сюда будетъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Какъ вамъ не стыдно, сударыня; она за него нейдіотъ.


СУЕВѢРОВА.


Полно матушка; я сама за покойника-та своего по неволѣ была выдана; да мы, правду сказать, съ нимъ жили сорокъ лѣтъ, какъ у печки погрѣлись; да и вѣкъ прожили. Только досяжалъ онъ мнѣ, дай Боже ему царство небесное! побоями; часто бивалъ: вишь бывало чѣмъ ни попало; да полно я и сама была зубы. Какъ бы на эту траву, да не эдакой морозъ, статно ли бы дѣло- - -


БЛАГОРАЗУМОВА.


И вы имѣли терпѣніе съ нимъ жить, принимая отъ мужа побои?


СУЕВѢРОВА.


Какъ же? было бы кому побить, да и пожаловать.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Я не желаю эдакого благодѣтелѣ, которой бы побоями оказывалъ мнѣ свою дружбу: я, сударыня, сама за мужемъ, и мы съ мужемъ никогда не бранимся, и онъ часто говоритъ свою пословицу: когда жену бранишь, то ея не любить; а коли бить, то съ ней не жить.


СУЕВѢРОВА.


Это у насъ нынче по новоманерному; а у насъ говаривали: бей жену какъ шубу, я люби какъ душу.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Вотъ этова я право не знаю, чтобъ можно человѣка бить, доказывая тѣмъ любовь свою: я думаю его и оскорблять не ложно.


СУЕВѢРОВА.


То-то я буду покойна, какъ я выдамъ свою племянницу; и вѣрно знаю, что она будетъ щастлива - - -


БЛАГОРАЗУМОВА.


А по чему это знать изволите?


СУЕВѢРОВА.


Я вѣрно знаю.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Вѣрнаго ничего на свѣтѣ нѣтъ, кромѣ смерти.


СУЕВѢРОВА.


Ты думаешь, что я праздно это время препроводила; нѣтъ голубушка, ты еще молоденька, поживика съ мое: у меня такіе вѣрные люди сказали, что уже не ошибутся; словомъ сказать, какъ обрѣжутъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Можетъ быть, вы у его пріятелей навѣдывались; вить у самаго гнуснаго человѣка бываютъ такіе, которые его любятъ.


СУЕВѢРОВА.


Вотъ это хорошо! анъ она меня еще и не понимаетъ: я ужъ обрыскала всѣхъ здѣсь уѣздныхъ ворожей; одна мнѣ смотрѣла на воду, другая угадывала на воску, а третья бобами разводила, да къ тому же и сонъ подоспѣлъ, такой какъ въ руку дастъ, и теперь меня уже никто не увѣритъ. Она будетъ щастлива.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Стыдно, сударыня, въ этотъ вѣкъ, въ которомъ имѣемъ мы щастіе жить, такимъ пустошамъ вѣрить! Я право думала, что уже эдакое вранье совсѣмъ истребилось; анъ еще кое гдѣ осталось.


СУЕВѢРОВА.


Я знаю, что ты великая Философка! Ты, пожалуй, еще и ея научишь этому не вѣрить. Вотъ какіе нынче обычьи! у насъ бывало какъ придутъ. святки, такъ что такое - - - Весело мы живали. Какъ бывало лѣтъ-то въ дватцать соберемся слушать, или снѣгъ полоть; а у вереи всю ноченьку простоишь, также и на крюку въ наше время сиживали! а жениха всегда въ зеркало видали. Да я и сама покойника то своего такъ высмотрѣла на канунѣ крещенья, вотъ какъ теперь его вижу - - - Мы, матушка, не извѣдавъ броду, не совались въ воду.


БЛАГОРАЗУМОВА [къ сторонѣ.]


Ну ежели этой женщинѣ воспитывать человѣка! [къ Суевѣровой] Однакожъ мы это прекратимъ: вы оставайтесь въ достохвальныхъ сихъ знаніяхъ; а я вамъ сказываю, что вамъ ея выдать по неволѣ не удастся. Пожалуйка пойдемъ, поговоримъ: я намѣрена вамъ нѣчто сообщить.


[Суевѣрова и Благоразумова уходятъ.]


ЯВЛЕНІЕ 5.


БЕЗНАДЕЖДОВА и МАРѲА

[Безнадеждова опять падаетъ на столъ: Марѳа подлѣ нея.]


МАРѲА.


Помилуй меня, на что вы такъ себя убиваете? повѣрьте, что этого ничего не будетъ.


БЕЗНАДЕЖДОВА [вставши вдругъ.]


О провидѣніе! ты зришь мою тоску; ты усматриваешь справедливую печаль мою; малѣйшая черта нашего помышленія тебѣ свѣдома! Въ домѣ своемъ, въ домѣ родителямъ моимъ принадлежащемъ, въ изобиліи моего состоянія, должна претерпѣвать такія горести! Принуждаютъ человѣка, повелѣвать его сердцемъ. и жертвовать цѣлымъ своимъ вѣкомъ единому заблужденію. О! бѣдной мой нравъ; о чувствительное къ бѣдѣ моей сердце! вы меня; губите!- - - - - Я бы пала предъ правительствомъ, ябъ открыла мои чувства, я бы просила себѣ защищенія - - - умилился бы всякой надъ моею участью. Тетка сдѣлавшись властелиномъ, лишаетъ племянницу жизни! О! добродѣтель, съ которой жизнь моя сопряжена! Ты таковымъ ударомъ меня посѣщаешь! Я бы могла - - - ахъ! нѣтъ; умру я прежде, нежели сдѣлаю не приличное роду моему.


Конецъ второго дѣйствія.


## ДѢЙСТВІЕ TPЕTIE.


ЯВЛЕНІЕ I.


УЕДИНЕНОВЪ, РЫБАКОВЪ и АНДРЕЙ.


[АНДРЕЙ въ сіе время ставитъ стулья по мѣстамъ, ожидая гостей.]


АНДРЕЙ.


То-то уже будетъ чего послушать, какъ эти гости пожалуютъ. Бѣдное холопье состояніе! Хоть иногда также думаетъ, какъ человѣкъ; а долженъ молчать, какъ скотина.


[Рыбаковъ и Уединеновъ входятъ].


РЫБАКОВЪ.


У себя ли ея Высокородіе?


АНДРЕЙ.


О комъ изволите спрашивать? здѣсь два Высокородія: тетка и племянница, то есть, госпожа моя, которой я имѣю щастіе и служить.


РЫБАКОВЪ.


Мы имѣемъ дѣло до высокопочтенной госпожи Суевѣровой.


АНДРЕЙ.


Не изволите ли пообождать? Она не очень здорова; я пойду Доложу. Какъ объ васъ сказать?


РЫБАКОВЪ.


Сей господинъ Уединеновъ, здѣшняго уѣзда дворянинѣ; а я его пріятель Рыбаковъ. [Андрей уходитъ]


РЫБАКОВЪ.


Смотрижѣ ты, себя покажи хорошенько, вить она тебя видѣла намедни вскользь. Шить ли, бѣлить ли ныньче; а то чтобы у насъ деревенька то не прогорѣла: тутъ сказываютъ есть женщина умная; боюсь я, чтобъ она тебя не разглядѣла. [къ сторонѣ] Экой товарѣ! съ рукѣ нейдетъ; куда ни присунемся, такъ отказъ, какъ шестъ!


УЕДИНЕНОВЪ.


Да что мнѣ говорить? Первую рѣчь я заговорю о деревняхъ, да о доходахъ.


РЫБАКОВЪ.


Вотъ, только чортъ ему далъ доходы! Вишь здѣсь этимъ не удивишь: вить дѣвица-то разумная и ученая, да и богатая.


УЕДИНЕНОВЪ.


Ну, такъ я заговорю о французскихъ учителяхъ.


РЫБАКОВЪ.


Да что ты станешь объ нихъ говорить? Ты ничему неученъ, кромѣ Руской граматѣ, да и ту худо знаешь.


УЕДИНЕНОВЪ.


Ну, такъ я имъ про старину, какъ въ Турецкихъ походахъ ходилъ.


РЫБАКОВЪ.


Богъ знаетъ, это все что-то не ладно.


УЕДИНЕНОВЪ.


Ну, да о чемъ же? наставь меня на умъ: я поистиннѣ боюсь, что какъ они выйдутъ, слова я не скажу; у меня теперь голова такъ пуста, что, я думаю, рѣчи не свяжу; на меня такой страхъ.


РЫБАКОВЪ [къ сторонѣ.]


Въ этихъ случаяхъ подлинно задумается: да умной человѣкъ скоро опомнится. А этотъ звѣрь меня нонче, какъ вижу, осгарамитъ. [Въ сіе время тотчасъ Суевѣрова входитъ: Уединеновъ трясется, робѣетъ и весь внѣ себя: Рыбаковъ старается его поправить.]


ЯВЛЕНІЕ 2.


ТѢЖЪ, БЛАГОРАЗУМОВА и СУЕВѢРОВА.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Желаю здравствовать, государи мои!


УЕДИНЕНОВЪ.


Же - - - -


РЫБАКОВЪ.


Желаю здравствовать, милостивыя государыни! Не погнѣвайтесь: это такой случай [а самъ толкаетъ Уединенова, чтобъ онъ что нибудь промолвилъ; а тотъ силится говорить, и не можетъ.]


УЕДИНЕНОВЪ.


Же - - - -


РЫБАКОВЪ.


Вотъ какой случай, слова не можетъ выговорить отъ радости.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Черезъ слова же, я понимаю, что вы хотите жениться.


УЕДИНЕНОВЪ.


Нѣтъ сударыня; я хотѣлъ сказать: желаю вамъ здравствовать.


РЫБАКОВЪ.


Какъ нѣтъ? мы за тѣмъ пріѣхали; что ты это говоришь?


УЕДИНЕНОВЪ.


Такъ матушка; да я прежде хотѣлъ поздороваться.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Такъ что же мы стоимъ? не прикажете ли сѣсть? объ этихъ дѣлахъ стоя не говорятъ. [Андрей подаетъ стулья и всѣ садятся.]


СУЕВѢРОВА.


Эдакіе внезапные случаи со всѣми бываютъ; я сама за свѣта своего шла, такъ онъ, скажу вамъ, женихомъ-то съ недѣлю слова не говорилъ.


РЫБАКОВЪ.


Такъ сударыня, и со мною это было. [толкаетъ его подъ бокъ, а онъ ни слова не говоритъ.]

Что сударыня? намѣрены ли вы подлинно отдать вашу племянницу за моего пріятеля? а онъ право человѣкъ изрядной, и богатство его вамъ извѣстно. [толкаетъ опять, а онъ ни слова не говоритъ.]

Вотъ какой случай, какое затмѣніе!


БЛАГОРАЗУМОВА.


И превеликое!


СУЕВѢРОВА.


Хотя племянница моя дура, и не разумѣетъ своего благополучія, что ваше Высокородіе ей щастіе дѣлать изволите; попросту сказать, она за васъ нейдетъ: однакожъ я за васъ выдаю, и слова не перемѣню.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Что она сударыня не дура, то объ ней всѣ знаютъ; а что она за васъ и нейдетъ, такъ и это также правда.


РЫБАКОВЪ [вставъ съ нимъ откланиваются.]


Такъ мы уже теперь получа ваше слово, поѣдемъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Да женихатъ невѣсты не знаетъ.


СУЕВѢРОВА.


Полно голубушка; у насъ на старинѣ у вѣнца увидятся. [Рыбаковъ и Уединеновъ уходятъ.]


ЯВЛЕНІЕ 3.


БЛАГОРАЗУМОВА и СУЕВѢРОВА.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Забывъ всю благопристойность, скажу я теперь, что это ты начудесила. Какой онъ женихъ? да онъ пень; онъ какой нибудь дуракъ, или лишенной разума.


СУЕВѢРОВА.


Перестань, сударыня, врать; онъ застѣнчивъ, да такой же случай: онъ разумной человѣкъ.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Ты взбѣсилась. Онъ самой дуракъ: съ полчаса сидѣлъ и ни слова не сказалъ, ха, ха, ха, ха. Какъ тебѣ не стыдно? да не впрямъ ли ты думаешь ея выдать? Нѣтъ, тебѣ не удастся: я объ этомъ дамъ знать правительству; пора вамъ разсуждать почеловѣчески.


СУЕВѢРОВА.


Да что ты разворчалась? Не знай моего дому!


БЛАГОРАЗУМОВА.


Нѣтъ, сударыня; я отъ васъ не поѣду, докуда ваша племянница будетъ безопасна: а я теперь иду къ ней въ комнату.


СУЕВѢРОВА.


Изволь, матушка; а пойду къ себѣ: я знаю, что дѣлать.


АНДРЕЙ [къ сторонѣ.]


А я пойду къ старику, которой служилъ покойному барину: надобно съ нимъ подумать.


Конецъ третьяго дѣйствія.


## ДѢЙСТВІЕ ЧЕТВЕРТОЕ.


ЯВЛЕНІЕ 1.


Театръ представляетъ вольной домъ; Іосифъ за столомъ считаетъ домашнія дѣла, предъ нимъ чернилы и бумага.


ІОСИФЪ [одинъ.]


Вотъ все закуплено, а другая недѣля ни птица не пролетѣла. Чортъ возьми постоялой дворъ! Много здѣсь наживешь! уже скоро нищимъ будешь; да полно что и говорить? всякой ѣздитъ съ своимъ запасомъ: хоть на пятьдесятъ верстъ ѣдетъ, такъ весь домъ везетъ; я ты эдакъ разоряйся понапрасну. Вино все зачинаетъ киснуть: провизія столовая портится; повару плати деньги даромъ. Брошу я это ремесло.


ЯВЛЕНІЕ 2.


КАЛИСТРАТЪ, ІОСИФЪ и АНДРЕЙ.


КАЛИСТРАТЪ.


Здравствуй господинъ Іосифъ.


ІОСИФЪ.


А! еще ты живъ Калистратъ, здорово ли, ты братъ живешь?


КАЛИСТРАТЪ.


Живъ, государь мой, докуда Богъ грѣхамъ моимъ терпитъ, въ печаляхъ своихъ.


ІОСИФЪ.


Садись братъ, старикъ, [ставитъ ему стулъ, и онъ садится]. Да какъ ты это сюда забрелъ, бѣдной? ты насилу ходишь.


КАЛИСТРАТЪ..


Старость моя уже: племянникъ мой помогаетъ мнѣ.


ІОСИФЪ.


Вить отъ вашей деревни до сихъ мѣстъ не далеко?


КАЛИСТРАТЪ.


Болѣе пяти верстъ не будетъ, да мнѣ еще итти верстъ тритцать, а по дряхлости моей ѣхать не могу.


ІОСИФЪ.


Да куда ты, мой другъ, идешь?


КАЛИСТРАТЪ.


Въ городъ, государь мой.


ІОСИФЪ.


Какая тебѣ нужда, ты бы могъ кого помоложе послать?


КАЛИСТРАТЪ.


Такая, что время не терпитъ; да и ни на кого положиться не можно.


ІОСИФЪ.


Какая! тебѣ нужда конечно до Канцеляріи?


КАЛИСТРАТЪ.


Я долженъ, государь мой, просить у судящихъ о защищеніи госпожи моей.


ІОСИФЪ.


О какомъ защищеніи? что у васъ сдѣлалось?


КАЛИСТРАТЪ.


Госпожу нашу Безнадеждову, которую вы столько знаете, выдаютъ за мужъ по неволѣ, теперь иду въ городъ просить помощи.


ІОСИФЪ.


Какъ это возможно! Она въ совершенныхъ лѣтахъ: это творитъ ваша старая проказница, о которой весь уѣздъ знаетъ: да за кого ее хотятъ выдать?


КАЛИСТРАТЪ.


За господина уединенова, и завтра назначено быть свадьбѣ.


ІОСИФЪ.


Да чего жъ смотритъ другъ ея Благоразумова?


АНДРЕЙ.


Она у насъ живетъ и не отлучается, только госпожа Суевѣрова твердо вознамѣрилась за него ее выдашь. А она по своему благонравію дѣлаетъ то, что ея теткѣ угодно: вы ее знаете.


ІОСИФЪ.


Да какое въ этомъ повиновеніе? Въ этомъ, кажется, можно и родителямъ попротивиться, которымъ мы одолжаемся воспитаніемъ, и всѣмъ нашимъ благополучіемъ; по тому что чрезъ нихъ мы человѣками именуемся.


ЯВЛЕНІЕ 3.


ТѢЖЪ, ПОСТОЯНОВЪ и АЛЕКСАНДРЪ.


ПОСТОЯНОВЪ.


Другъ мой, чтобъ лошади тотчасъ были готовы. А между тѣмъ приготовьте мнѣ обѣдъ..


ІОСИФЪ.


Тотчасъ, милостивой государь, все къ вашимъ услугамъ: не прикажете ли кофе, или шекалату? васъ, я думаю, очень разбило: нынѣ дороги, самыя дурныя; да вы же изволите, я думаю, ѣхать въ кибиткѣ.


ПОСТОЯНОВЪ.


Какъ здѣсь это все можно имѣть?


ІОСИФЪ.


Конечно, милостивой государь, вы ни въ чемъ не изволите почувствовать нужды. Осмѣлюсь спросить ваше Высокородіе, откуда изволите слѣдовать, и далеко ли путь вашъ?


ПОСТОЯНОВЪ.


Я ѣду изъ арміи повидаться съ моими ближними въ деревню мою, которая въ здѣшней губерніи имѣется.


ІОСИФЪ.


А какъ ваша вотчина именуется?


ПОСТОЯНОВЪ.


Она называется деревня Спокойная.


КАЛИСТРАТЪ.


Я чрезъ нее ѣжжалъ, милостивой государь, съ покойникомъ господиномъ моимъ.


ПОСТОЯНОВЪ.


Чей ты старичокъ?


КАЛИСТРАТЪ.


Я не издалека, сударь, изъ здѣшняго сосѣдства.


ІОСИФЪ.


Этого человѣка весьма жалко состояніе: онъ имѣетъ предостойную у себя госпожу, одну разумную дѣвицу, которую заутра тетка по неволѣ за-мужъ выдаетъ: онъ только что теперь мнѣ разсказывалъ.


ПОСТОЯНОВЪ.


Какъ это возможно? Пожалуй разскажи, мой другъ: это печальное приключеніе. Я весьма желаю его слышать, хотя я и спѣшу.


КАЛИСТРАТЪ.


Такъ, милосердой государь, Іосифъ правильно вамъ доноситъ. Госпожа наша старая намѣрена выдать племянницу свою, дочь моего господина, за нѣкотораго ближняго сосѣда противъ ея желанія. Я спокойно бы умеръ, милостивой государь, когда бы она была выдана за хорошаго человѣка. Я служилъ государю, родителю ея, вѣрно, по самую его кончину: какъ въ бывшую Турецкую войну изъ подъ городской стѣны умирающаго его отъ раны вынесъ на рукахъ своихъ, онъ тогда скоро преставился, и прощался со мною, не такъ какъ съ рабомъ, но съ пріятелемъ [плачетъ]: такъ я теперь иду, милостивой государь, къ судящимъ; упаду въ Канцеляріи и буду просить защищенія госпожѣ моей; представлю службу отца ея, какъ проливалъ кровь онъ за отечество, бывъ всегда похвальной Офицеръ. Я еще и самъ на головѣ моей имѣю нѣкоторые почтенные знаки тогдашней нашей службы. Голова у меня въ нѣкоторыхъ мѣстахъ изрублена.


ПОСТОЯНОВЪ.


Возможно ли. слушать такіе угнѣтающіе природу случаи! Человѣкъ за то погибаетъ, что онъ добродѣтеленъ: скажи, мой другъ, видно, что госпожа ваша очень благонравна.


КАЛИСТРАТЪ.


Іосифъ ее знаетъ; отъ того вся эта бѣда и случилась, государь. Она имѣла мать человѣка разумнаго, которая ее воспитала въ благонравіи и страхѣ приличномъ, изучила ее многимъ упражненіямъ украшающимъ ихъ полъ, и кончался просила сестру свою жить съ ней, которую она почитаетъ и отъ почтенія сего губитъ себя. Я, государь, по старости лѣтъ моихъ уже вверьхъ не хожу, а услышавъ такія печальныя вѣсти, собралъ свои силы, и пошелъ въ городъ.


ПОСТОЯНОВЪ.


Другъ мой! да кто твоя госпожа? я въ этихъ мѣстахъ бывалъ.


КАЛИСТРАТЪ.


Г. Безнадеждова, а тетка ея Суевѣрова.


ПОСТОЯНОВЪ.


Ахъ, Боже мой, что я слышу! Нѣтъ; я болѣе здѣсь минуты не буду. [къ человѣку.] Александръ, чтобъ сію минуту лошади были впряжены; бѣги скорѣе, [закинувъ руки назадъ, ходитъ по театру.] Чтожъ лошади? Хозяинъ, лошадей! Я имѣю такую нужду, что ни минуты здѣсь быть не могу.


ІОСИФЪ [поспѣшно подошедъ такожъ и Александръ.]


Тотчасъ сударь.


ПОСТОЯНОВЪ.


Другъ мой, госпожа твоя моя невѣста: мы съ нею другъ съ другомъ божились, что смерть только насъ съ нею разлучитъ: я ѣду къ ней; ты мнѣ послѣдуй; [Калистратъ падаетъ къ нему въ ноги, онъ его подымаетъ] встань мой другъ. Нѣтъ, не допущу я погибнуть ее, сію добродѣтельную и разумную дѣвицу. Ахъ, гдѣ я соберу силы, чтобъ ее увидѣть!


ІОСИФЪ.


Лошади готовы.


Конецъ четвертаго дѣйствія.


## ДѢЙСТВІЕ ПЯТОЕ.


ЯВЛЕНІЕ I.


БЕЗНАДЕЖДОВА и БЛАГОРАЗУМОВА.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Я теряю всѣ предѣлы моего терпѣнія: не знавъ человѣка итти за-мужъ, о которомъ всѣ говорятъ худо! Естьли бы мать моя проснулась, вѣчнымъ сномъ почивающая! естьли милосердой мой отецъ чувствуетъ во гробѣ своемъ, сколько я претерпѣваю!


БЛАГОРАЗУМОВА.


Эта женщина устремила себя на единое только богатство. О! Боже мой, какъ это не удобно сдѣлать насъ благополучными! Иногда послѣдней хлѣбопахарь спокойнѣе бываетъ господина, за великолѣпнымъ столомъ сидящаго.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Я бы истинно не желала болѣе имущества; а спокойствіе потребно всякому, безъ котораго, кажется, обойтись не возможно. Всякой имѣетъ право себѣ онаго требовать.


ЯВЛЕНІЕ 2.


ТѢЖЪ, СУЕВѢРОВА.


СУЕВѢРОВА.


Всѣ дѣла подѣлала, все приказала, и думаю я себя не острамлю. Полно вишь въ эдакихъ случаяхъ осужденія не убѣжишь.


БЛАГОРАЗУМОВА.


Всѣ твои намѣренія тщетны: я тебѣ сказываю, что я послала объявить въ городъ о твоемъ неистовствѣ: съ чего ты это взяла, въ чужомъ домѣ заводить такія кутерьмы, что принужденныя свадьбы дѣлаешь?- - -


[Марѳа поспѣшно вошедъ, докладываетъ о пріѣжжемъ]


МАРѲА.


Теперь, сударыня, кто-то на почтовыхъ къ намъ пріѣхалъ.


ЯВЛЕНІЕ 3 и ПОСЛѢДНЕЕ.


ТѢЖЪ, ПОСТОЯНОВЪ, КАЛИСТРАТЪ и АНДРЕЙ. [Постояновъ, какъ скоро увидится, бросается къ ногамъ: Безнадеждова внѣ себя: онъ цѣлуетъ у нея руку, а она отнятъ не можетъ, и всѣ въ удивленіи.]


ПОСТОЯНОВЪ.


Тебя ли я вижу надежная и вѣрная любовница, вселенную въ себѣ заключающая? Я думалъ, что уже тебя на свѣтѣ нѣтъ; съ тѣхъ поръ, какъ отлученъ былъ я отъ моего отечества, не имѣлъ ни малѣйшаго о тебѣ извѣстія. Боже мой! кто сравняется теперь съ моимъ благополучіемъ? Сія минута моего свиданія стоитъ цѣлаго вѣка моего.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Все теперь погибло: страхъ, строгость и ничто уже не сильно отвлечь меня отъ моего любезнаго предмета: [къ Благоразумовой] это тотъ, о которомъ я тебѣ не однократно говорила. [встаетъ и цѣлуетъ руку у Благоразумовой].


БЛАГОРАЗУМОВА.


Я съ радостію васъ встрѣчаю, наслышавшись о вашихъ талантахъ.


СУЕВѢРОВА [на всѣхъ].


Она увидѣлась съ нимъ, такъ какъ ни съ кѣмъ, какъ съ родней: я его не знаю.


ПОСТОЯНОВЪ.


Я, сударыня, люблю ее больше родни: я ея женихъ, которому нѣсколько лѣтъ она божилась, сдѣлать его щастливымъ.


СУЕВѢРОВА.


Ахъ, матушки! что онъ это говоритъ? это нѣкакой нахалъ: я, батюшка, уже ее помолвила.


ПОСТОЯНОВЪ.


Да это вы, а не она.


БЕЗНАДЕЖДОВА.


Я, сударыня, объявляю при всѣхъ, что онъ мой нареченной женихъ, и я за него иду. [онъ цѣлуетъ руку.]


СУЕВѢРОВА.


Ахъ, мати божья! что теперь дѣлать?


БЛАГОРАЗУМОВА.


Поздравляю васъ, желаю вамъ жить благополучно.


КАЛИСТРАТЪ.


И я изъ послѣднихъ рабовъ вашихъ, васъ государей проздравляю, и желаю, чтобъ вѣкъ вашъ столь былъ благополученъ, какъ сія минута видится.


АНДРЕЙ.


Теперь всѣ бѣси въ воду и пузырья въ верьхъ.


ПОСТОЯНОВЪ.


Блаженъ тотъ, кто получаетъ свое желаніе въ свое время, что рѣдко съ нами случается: я могу судить, какъ можно быть щастливу; со мною то свершилось.


КОНЕЦЪ.